Юрий Маликов: Я пришел к директору «Москонцерта», взял его за грудки и сказал: «Я не отдам имя»

Юрий Маликов: Я пришел к директору «Москонцерта», взял его за грудки и сказал: «Я не отдам имя»
Писатель Виктор Николаев: Моя жена читала дома молитву, а я ползал по минному полю - плотность заминирования: метр -мина- и ни разу не подорвался
Игорь Матвиенко: Я всем артистам даю возможность самовыражаться
Александра Захарова: Каждый спектакль - как последний, каждый спектакль – как экзамен: он должен быть разный, там должен быть другой воздух, другая температура
Сосо Павлиашвили: Я сказал, что, если я Гран-при не возьму, я не буду больше петь. Мне надо было, чтобы Грузия победила
Дирижер Владимир Минин: Я всегда вижу, когда коллектив просто озвучивает партитуру и всегда вижу коллектив, который проживает жизнь
Эссеист Евгений Сидоров: Поэзия замещала собой все - политику, музыку; люди шли, чтобы слушать то, о чем они думают
Моя история. Дайджест 2019
Певица Маргарита Суханкина: Своих приемных детей я увидела по телевизору и поняла сразу – вот сидят мои дети
Режиссер Василий Бархатов: Никто мне не может рассказать больше про спектакль, который я сделал, чем я знаю сам
Сергей Пускепалис: В театре люди хотят работать, они способны что-то делать. Без этого я бы сюда не пришел
Гости
Юрий Маликов
народный артист России

Дмитрий Кириллов: ­Юрий Маликов – главный огранщик самоцветов в нашей стране. Только занимается этот увлеченный человек не драгоценными камнями, а популярной музыкой. Его призвание – находить таланты и давать им путевку в жизнь. Маликов – это первая советская фабрика звезд. Ведь каждый молодой талант, поработавший в составе легендарного ВИА «Самоцветы», в итоге превратился во всенародно любимого артиста.

Для Александра Барыкина, Анатолия Могилевского, Владимира Кузьмина, Владимира и Елены Пресняковых, Алексея Глызина, Вячеслава Добрынина, Сергея Беликова и даже для Владимира Винокура «Самоцветы» стали стартовой площадкой в большую творческую жизнь. Маликов – создатель легендарного бренда, появившегося 47 лет назад на свет по адресу Советский Союз.

Вы окончили Московскую консерваторию по классу контрабаса.

Юрий Маликов: Да.

Дмитрий Кириллов: И работали вместе с самой Людмилой Гурченко.

Юрий Маликов: Да. Было. Несколько раз.

Дмитрий Кириллов: И выпивали с министром культуры Фурцевой. Было такое?

Юрий Маликов: Было. В Японии. 2 раза даже.

Дмитрий Кириллов: Выпивали, уже будучи кандидатом в члены партии?

Юрий Маликов: Да, я был кандидатом в члены КПСС.

Дмитрий Кириллов: А ваша жена Людмила говорила: «Юра, ну какое счастье, что ты на эстраде. А то бы сидел в какой-нибудь оркестровой яме в Большом театре».

Юрий Маликов: Наоборот. Она прекрасно знает классическую музыку, балет, оперу и симфоническую музыку. Мечтала, чтобы я был музыкантом классическим.

Дмитрий Кириллов: Ростропович слышал, как вы играете на контрабасе?

Юрий Маликов: Я думаю, слышал, потому что он принимал все наши экзамены.

Дмитрий Кириллов: Всю свою молодость Юрий Башмет бренчал под гитару ваши песни?

Юрий Маликов: Он мне сам рассказывал. Поэтому мне было очень приятно это услышать от великого музыканта.

Дмитрий Кириллов: В 1970 году вы работали в Японии. Получается, комсомольцу Маликову доверили поездку в капстрану?

Юрий Маликов: Я уже был кандидатом в члены КПСС.

Дмитрий Кириллов: По анкете проходил.

Юрий Маликов: По анкете я проходил, да.

Дмитрий Кириллов: Ваш друг Владимир Михалев стоял на коленях перед директором училища Ипполитова-Иванова?

Юрий Маликов: Да, мой друг сделал все, чтобы я поступил в училище.

Дмитрий Кириллов: Вы дали слово: пока машину не купите, жениться не будете. 1,5 года стояли в очереди. Люда ждала.

Юрий Маликов: Даже больше. В то время купить машину вообще было невозможно.

Дмитрий Кириллов: А если бы 5 лет стояли, на 5 лет свадьбу отложили бы?

Юрий Маликов: Да, мы бы расписались через 5 лет.

Дмитрий Кириллов: Вы жалеете, что не взяли в ансамбль Серова, Малинина?

Юрий Маликов: Вы знаете, я счастлив, что я их не взял, потому что я бы им испортили карьеру.

Дмитрий Кириллов: В семье Маликовых все музыкально одаренные. Это папины гены?

Юрий Маликов: Да нет. Любят музыку все. Но не все профессионалы.

Дмитрий Кириллов: География ваших гастролей: БАМ, Афганистан. Получается, все стройки и горячие точки. Партия сказала «надо», Комсомол отвечал «есть»?

Юрий Маликов: Да.

Дмитрий Кириллов: Леонид Утесов как-то сказал: «Песню, которую я пою, люди помнить всегда». Можно сказать, что «Самоцветы» - в принципе такие продолжатели Утесова?

Юрий Маликов: Вы знаете, я был очень неплохо знаком с Леонидом Иосифовичем. Мы даже были в одном турне очень большом целый месяц. Утесов был со своей дочкой, с Эдит. И мы выступали. И ему аккомпанировали. Ту душу, которую вкладывал Утесов в свои песни, мне кажется, что сегодняшним исполнителям надо почаще слушать этих артистов и что-то впитывать для себя.

Мне показалось, что мне что-то удалось из этой истории, о которой вы спросили… И некоторые песни я слушаю. Наши песни поют другие исполнители. Хорошо поют. Но лучше, чем когда-то спели мы, трудно спеть. В наших песнях есть некое несовершенство по записям, по сведению. Потому что не было своих студий.

Дмитрий Кириллов: Но в этой простоте красота останется?

Юрий Маликов: Наверное, да. Есть в этом свой аромат, своя душевность и свой романтизм.

Дмитрий Кириллов: Вы умели выбрать песню. Чувствовали, что необходимо людям, что будет успешным. Откуда это чутье песни?

Юрий Маликов: Я думаю, что здесь мне просто повезло. Вот авторы, с которыми нам довелось работать, большинство из них не были специалистами нашего жанра, который сложился в 1970-е годы. Они просто писали песню. А мы старались привнести в эту песню свое творчество, но не испортить то, что было у поэта и у композитора.

И я вспоминаю. Однажды только был конфликт у меня с Туликовым Серафимом Сергеевичем, в котором меня выручила его дочка. Когда Серафим Сергеевич уже пришел на запись, он был немножко недоволен аранжировкой. И в этот момент вбегает 15-летняя Алиса и говорит: «Папа, мне это нравится. Оставь». Он бросил ноты и ушел. «Делайте, что хотите». Получилась песня «Не повторяется такое никогда».

Дмитрий Кириллов: Ваши первые детские музыкальные впечатления все-таки, наверное, от родителей. Кто пел? Папа, мама?

Юрий Маликов: Они не пели. Папа немножко играл на гармошке, на баяне. Потом после войны у него появился аккордеон. И, мне кажется, я первые уроки у папы своего и у его родного брата брал. Я немножко играл на аккордеоне и что-то подбирал сам. Наверное, слух.

Потом, действительно, на хуторе, где я родился, там по праздникам пели очень голосистые ребята и девчата. Мне кажется, какой-то дух… Вы знаете, фильм «Тихий Дон» снимался в 12 км от того места, где я родился. Все то, что было в этом фильме показано, это было за 20 лет до моего рождения, я увидел буквально свое село, свой хутор и тех людей, с которыми я общался.

Герасимов уловил эту изюминку донских казаков. И, наверное, это привело меня к какому-то пониманию музыки.

Дмитрий Кириллов: Вы сначала по музыкальной линии не пошли, да? Почему не сразу вы пришли к музыке?

Юрий Маликов: А где учиться? Не было ни музыкальной школы, ничего. Мы приехали в Подмосковье, в город Чехов. И вот там я провел свое детство – 4-7 класс. Там не было музыкальной школы. Я поступил в индустриальный техникум, где я уже увлекся более серьезно музыкой, поступил параллельно в музыкальную школу. 2 раза в неделю занимался в вечерней музыкальной школе.

Дмитрий Кириллов: То есть учеба учебой, а тянуло все равно…

Юрий Маликов: Все равно к музыке, да. Я закончил Подольский индустриальный техникум. У меня хорошая специальность была. Я думаю, что я сегодня пригодился бы. Называлась «открытая разработка угольных и нерудных месторождений». С красным дипломом закончил. Поступил в музыкальное училище, где я встретил Володю Михалева.

Дмитрий Кириллов: А как получилось, что он на коленях стоял перед директором?

Юрий Маликов: Потому что уже был прием закончен. Закончен прием. А мы пришли туда в октябре месяце. Но у меня уже был техникум. Диплом-то был у меня. Я закончил 2 класса вечерней музыкальной школы. И вот пришел к директору в училище, встал на колени и она открыла еще одно место.

Дмитрий Кириллов: То есть это был аргумент, что «возьмите, он не посрамит».

Юрий Маликов: Да, «он сделает наше училище знаменитым». И Зыкина училась в училище и Пугачева закончила наше училище. Много известных музыкантов. Сейчас это уже академия музыки имени Ипполитова-Иванова.

Дмитрий Кириллов: Контрабас.

Юрий Маликов: Да.

Дмитрий Кириллов: Вы могли представить, что именно этот инструмент так вас захватит?

Юрий Маликов: Потрясающий фильм «Серенада Солнечной долины». Оторваться от контрабасиста невозможно. Конечно, музыка Гленна Миллера и оркестр… Выдающийся фильм, выдающийся музыкант и потрясающий для меня заочный педагог.

Дмитрий Кириллов: Вообще контрабасистов не так много. Достаточно редкий инструмент.

Юрий Маликов: Необычный инструмент. Не все слышат этот инструмент. Слышат бочку барабанную, слышат бас-гитару очень хорошо. Когда в большом оркестре много контрабасов, они создают оркестровый фундамент. А в джазе это потрясающе.

Чарли Мингус и Рэй Браун – это два выдающихся контрабасиста, которые создали настоящую школу джазовой музыки как исполнители. Они превратили инструмент в сольный инструмент. У меня в дипломе написано, что я солист оркестра. Это когда музыкант играет смычком произведение, созданное для контрабаса и для виолончели.

Дмитрий Кириллов: Когда вы встретились с Людмилой впервые…

Юрий Маликов: В 1965 году.

Дмитрий Кириллов: Вы были студентом?

Юрий Маликов: Да. Я только поступил в консерваторию.

Дмитрий Кириллов: У нее, наверное, планы были: «Скоро будет в Большом театре играть».

Юрий Маликов: Да, она как раз хотела. После ее репетиции она приезжала ко мне в консерваторию. Специальный класс, где можно было и самому заниматься, и с педагогом заниматься. Она скромно сидела, ждала иногда 3-4 часа, пока я освобожусь, и потом мы уже ехали куда-то в кино или в кафе-мороженое, или к ее папе. По-моему, месяц мы жили в комнате, которую я снимал. Но потом она намучалась со мной, потому что там был такой диван, на котором одному человеку спать невозможно. Мы ухитрялись как-то приложиться вдвоем.

Она говорит: «Поехали к моему папе». Александр Васильевич нас принял, конечно. Мы еще не были женаты. Мы встречались. Он нам разрешил приходить, смотреть телевизор, готовил нам еду какую-то. В общем, он нас приютил. И мы там года два… Потом расписались и пытались каким-то образом свое жилье… Невозможно было. Я был прописан в Чехове. И в кооператив нас не принимали, потому что я не москвич. Это вообще была проблема.

Пришли в Союз композиторов к Вано Ильичу Мурадели.

Дмитрий Кириллов: Легендарный.

Юрий Маликов: Да. К такому человеку пришли с такой мелочью. Он просто сделал все невозможное, чтобы нас приняли в кооператив Союза композиторов. И, конечно, атмосфера была потрясающая. Из каждого окна, особенно летом, то скрипка, то труба, то какая-нибудь флейта. И, конечно, мои дети воспринимали музыку прямо с рождения. Дима только родился – и я улетел в Японию.

Дмитрий Кириллов: Комсомолец, кандидат в члены КПСС, выпускник Московской консерватории, Юрий Маликов имел, помимо безупречной анкеты, еще и опыт работы в «Москонцерте» в качестве бас-гитариста. Ну, грех такого парня не выпустить за границу. И в 1970 году Маликов попадает не куда-нибудь, а в далекую Японию, где по телевизору поет Том Джонс, где музыканты знают, что такое синтезаторы, микрофоны и стереозвук. После пережитого культурного шока у Юрия созрел план: создать модный вокальный инструментальный ансамбль. А для этого нужно было привезти японскую чудо-аппаратуру, которой не было ни у кого в Советском Союзе. Все заработанные деньги Маликов вложил в свое будущее.

Юрий Маликов: Я приехал с этими 15 ящиками аппаратуры. Там целая история. Первый человек и второй, кто меня приглашали к себе в ансамбль, были Павел Яковлевич Слободкин и Игорь Яковлевич Гранов. Приглашали, чтобы я не создавал свой ансамбль. Чтобы я к ним пришел работать с этой аппаратурой, которую я привез. Я подумал: «Ну, зачем?». И когда я стал интересоваться исполнителями, то я узнал, что много есть молодежи, которая… Первый Слава Добрынин. Меня познакомили с ним. Он еще не был таким известным и не был Добрыниным.

Дмитрий Кириллов: И только начинал писать песни, да?

Юрий Маликов: Еще не начинал писать. Он закончил МГУ. И в таксомоторном парке руководил самодеятельностью. И мы туда пришли. И там его ребята уже были битломаны. И Слава сам увлекался «Битлз». Он был очень похож на Джона Леннона и подражал ему всячески. Пел на английском языке. У него небольшая коррекция…

Дмитрий Кириллов: Грассирование.

Юрий Маликов: Да. Поэтому он на русском языке категорически был против. Я его заставлял петь.

Дмитрий Кириллов: То есть он был звездой таксомоторного парка?

Юрий Маликов: Да. Вот так через него, через другого, через третьего и появился у нас Лев Пильщик. Это такой ярчайший вокалист. Был похож на Тома Джонса. И пел под него, просто копировал. Он был не москвичом. Он из Риги. Потом он эмигрировал в Америку. Жив-здоров, слава богу. И продолжает творческую деятельность долгие годы.

Дмитрий Кириллов: То есть он был на разминке в «Самоцветах», получается?

Юрий Маликов: В первых рядах. А потом пришел и Валя Дьяконов, потом освободился Юра Петерсон от «Веселых ребят», что-то он там не поладил с Павлом Яковлевичем. И Толя Могилевский. Его Слава Добрынин привел к нам в коллектив. Ира Шачнева закончила училище. Это самый первый состав.

Дмитрий Кириллов: А Иру где нашли?

Юрий Маликов: Она закончила училище, дирхор Гнесинки. На этих факультетах классического направления «дирижерско-хоровое отделение» как раз битломания уже начинала проявляться.

Первый состав мы сформировали. Композиторы – конечно, большие мастера создания мелодий. Марк Фрадкин, просто наш гений мелодического, патриотического, романтического песеннего искусства.

Дмитрий Кириллов: И он поверил, что «Самоцветы» будут…

Юрий Маликов: Даже песню «Увезу тебя я в тундру», как он мне говорил… «Я бы хотел, чтобы ансамбль типа Александрова кто-то пел, кто у нас на вершине славы в Советском Союзе». А он отдал неизвестному коллективу под руководством Юрия Маликова. Еще не было имени у нас. И мы спели песню «Тундра».

Начало 1970-х – это было необыкновенное время. И необыкновенное количество концертов. ­Мы и несколько коллективов в «Москонцерте» делали план по зарплате. 3000 человек работало в нашей организации. Надо было содержать эту организацию. И вот несколько коллективов, которые работали только на стадионах летом и во дворцах спорта зимой. Народ шел на гитару, на инструмент и на молодых людей, которые пели эти песни.

Появились авторы. И композиторы, которые постарше, давили, чтобы ансамбли пели их песни. Союз композиторов нажал на все педали через радио, телевидение. И я попался первый.

Дмитрий Кириллов: Создать модный ансамбль в СССР – дело непростое. Маликову приходилось крутиться между музыкантами, мечтающими играть, как «Битлз», и советскими чиновниками. Но Юрий Маликов искусно умел сделать так, чтобы и волки были сыты, и овцы целы. «Самоцветы» любили как в ЦК ВЛКСМ, так и в Министерстве культуры. Тем более, что с Екатериной Фурцевой Юрий Федорович был знаком еще со времен работы на выставке в Японии.

Юрий Маликов: Там я встретился в первый раз с министром культуры. И для нее мы специально выступали в каком-то небольшом зале. И потом был такой фуршет, часа два Екатерина Алексеевна пела с нами.

Дмитрий Кириллов: Это знакомство с Фурцевой потом как-то пригодилось?

Юрий Маликов: Нам предложили поехать на гастроли на Кубу. И накануне отъезда меня пригласили в министерство культуры на прием к министру культуры. Она вручила мне письмо для посла. И это был последний день ее жизни. Ночью она скончалась. Я впервые об этом говорю. Я потом об этом ее дочке рассказывал, Светлане. Мы улетели в 6 утра на следующий день на Кубу. И там уже только узнали о том, что случилось.

Потом я встречался, однажды был на приеме у Петра Ниловича Демичева. Он меня тоже принимал, не помню, по какому вопросу. Что-то было связано с моим выступлением на каком-то совещании. Как ни странно, по нашему жанру, по вокально-инструментальному жанру. И вот меня пригласили в министерство и высказали какие-то свои пожелания. Так что я с такими большими нашими министрами встречался.

Дмитрий Кириллов: И вот 1975 год, пик популярности. Вас рвут на части все города.

Юрий Маликов: Три концерта в цирке, три концерта в Ижевске. Все билеты проданы. Но когда на человеке сосредоточен репертуар и он не является на концерт, и концерт просто срывается, а 1500 человек сидят и ждут, что в 15:00 начало концерта, а его нет. Что делать? И вместо того, чтоб приехать в Москву и разобраться в Москве, наверное, прийти в комитет Комсомола, я, наверное, неправильно поступил. Я устроил собрание и что-то стал говорить.

Дмитрий Кириллов: Это была катастрофа.

Юрий Маликов: А как? Выходим петь песни… Нельзя было включить, фонограмм не было. Петь живьем. Первого голоса нет. Что-то такое там подменили, заменили, что-то такое скомбинировали. Еле-еле отработали. Зритель ничего не почувствовал. А потом собрание. Он сидит. Лыка не вяжет. Я был не прав, что я устроил это собрание. Зачем? Я хотел его не перевоспитать, а что-то сказать, указать. А каждый человек почувствовал, что он может оказаться на месте этого человека, его могут уволить, и так, и сяк. В общем, ошибка была, конечно, моя неопытность. Сейчас бы я этого не допустил никогда.

Дмитрий Кириллов: День, когда большая часть музыкантов покинула ансамбль, Юрий Маликов до сих пор вспоминает с содроганием. Предательство пережить было сложно. Ведь нашлись даже охотники отнять у него название ансамбля и уволить с должности худрука.

Юрий Маликов: Меня вызывают в горком партии, пытаются меня как-то сориентировать. Какие-то люди куда-то чего-то там написали, какие-то анонимки там… Я даже не помню. Я прихожу к директору «Москонцерта», в прямом и переносном смысле беру его за грудки. А он что-то стал говорить. Я говорю: «Не вы создавали этот коллектив. Я буду решать». И толкнул его в стенку. Я его не ударил, а за грудки взял и говорю: «Я не отдам имя». В течение 5 или 6 дней я собрал другой состав. Две недели репетиций. И мы поехали с «Голубыми гитарами» на гастроли. Битковые аншлаги везде. Народ ничего не понимал. Не было такого, что каждый день… что выучили фамилию, имя…

Дмитрий Кириллов: На пластинках просто название группы было.

Юрий Маликов: Не группы, а ВИА «Самоцветы» под руководством Юрия Маликова.

Дмитрий Кириллов: И фотографии часто.

Юрий Маликов: С фотографией, без фотографии. Там фотографии такие делали, что даже не узнать никого.

Дмитрий Кириллов: На смену Ирине Шачневой и Валентину Дьяконову пришли Елена и Владимир Пресняковы. Под знаменем «Самоцветов» стали собираться самые талантливые музыканты. Поскольку Маликов создал настоящий бренд. Вот уж точно свято место пусто не бывает.

Юрий Маликов: Выдающиеся исполнители. Потрясающие. Володя Кузьмин, Саша Барыкин, Леша Глызин, Винокур, Пресняковы, Аркадий Хоралов, Сергей Беликов. Потрясающие артисты. Это наше сегодняшнее достояние. К сожалению, Саша Барыкин уже ушел. Когда я устраивал юбилейный концерт - 35 лет ансамблю «Самоцветы» в 2006 году, я пригласил всех. Всех, кто когда-либо работал. 99% пришли на этот концерт. Когда я готовился к юбилею, в этот момент был расцвет «Фабрики звезд». «Фабрика звезд» просто из каждого утюга, из каждого телевизора…

Дмитрий Кириллов: Это было событие такое, явление.

Юрий Маликов: Много артистов. Но когда они стали петь наши песни, я думаю: «А почему же я должен отдавать эти песни только им. Пусть попробует моя дочка». Она категорически была против. Она в этот момент искала себя и нашла себе партнера Сашу Постоленко, они сделали дуэт, несколько наших песен. И она сделала маленькое попурри из песен «Самоцветов». И из того репертуара, который у нее появился, лучше всего проходило это попурри.

12 лет они существуют очень неплохо. Мне кажется, они не мешают нам. У нас есть своя программа, у «Самоцветов», а у них своя программа.

Дмитрий Кириллов: Когда вы начинали, в 1970 году придумали «Самоцветы», вы, наверное, не подозревали, что эта история будет длиться много-много лет.

Юрий Маликов: Да, уже 48-й год идет.

Дмитрий Кириллов: И пусть она продолжается.

Юрий Маликов: Будем надеяться.

Дмитрий Кириллов: Потому что когда у песни есть душа, песня бессмертна.

Юрий Маликов: Спасибо. Прекрасное было интервью.

Дмитрий Кириллов: Спасибо вам.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Ирина
Ох и врун этот Маликов. В разных интервью разные версии поет. Концерт в Ижевске в 74 году был, а не в 75. А коллектив ушел в сентябре 75. Год прошел, а он все вину на Дьяконова валит. Да где бы он был, если бы не "беленький из Самоцветов", на которого ходила вся страна? Это же так просто теперь грязью поливать, публичных покаяний на тв шоу требовать да ворьем кликать. Зарвался тогда Маликов, заигрался в босса, превратил ребят в машину по зарабатыванию денег. Вот и ушли. Сам виноват.

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
Полный выпуск
Полный выпуск