Зинаида Драгункина: Моя жесткость исходит из моей преданности делу. Я сама много работаю, и не могу терпеть, когда рядом со мной бездельники и обманщики

Гости
Зинаида Драгункина
советник мэра Москвы, президент Центра народной помощи «Благовест»

Дмитрий Кириллов: Она решает вопросы, казалось бы, неразрешимые и соединяет, казалось бы, несоединимое.

Зинаида Драгункина: Наше городское собрание, фотографы, телевидение – вот кого надо показывать, вот о ком надо рассказывать!

Дмитрий Кириллов: Она успевает за день сделать столько, что среднестатистическому гражданину не под силу и за месяц. Но она и не среднестатистическая.

Зинаида Драгункина: Поименно мы должны знать каждую семью. Валентина Николаевна, мы уж с вами давно так – не стесняйтесь: всегда у меня в заначках там что-то есть.

Дмитрий Кириллов: В свое время вице-премьер в Правительстве Москвы Людмила Швецова говорила: «Объять необъятное невозможно, но на земле есть такой человек». Ее зовут Зинаида Драгункина, и она – ярчайшая звезда не кино, не шоу-бизнеса и не театра.

Зинаида Драгункина: Разрешите, Михаил Степанович!

– Зинаида Федоровна! Голубушка!

Зинаида Драгункина: Обещала?

– Да-да!

Дмитрий Кириллов: И вся ее жизнь – это самое настоящее кино.

Зинаида Драгункина: Вот я и на кухне, здесь и буду откровенничать.

Дмитрий Кириллов: Путь от маленькой деревенской избы до кабинетов Мосгордумы и Совета Федерации – это Драгункина.

Зинаида Драгункина: Мой депутатский значок все эти годы давал мне право открывать те двери, которые не так легко порой открыть человеку, стучаться к тому чиновнику побыстрее и вверенной мне народом сегодня властью добиваться помощи тому человеку, который пришел ко мне с надеждой.

Дмитрий Кириллов: Жизнь бедной девчонки из далекого городка, затерявшегося где-то между Алтаем и Восточным Казахстаном, выросшего в заслуженного учителя России и получившей в Кремле нагрудный знак к этому почетному званию из рук президента России Владимира Путина – это тоже Драгункина.

Зинаида Драгункина: Каждый заниматься должен своим делом. Мы столкнулись с простой ситуацией, что наши ребята прав-то своих толком не знают.

Дмитрий Кириллов: Бессменный руководитель Центра народной помощи «Благовест», инициатор многочисленных законопроектов по защите отечественного образования и интересов семьи, организатор помощи тысячам детей в нашей стране – это тоже Драгункина.

Зинаида Драгункина: Ну-ка, давай померяем. Итак, смотрим на Колю!

Дмитрий Кириллов: Зинаида Федоровна, я вас приветствую! Вы – моя героиня! Я подкрадывался знаете, сколько лет, чтобы с вами повидаться и пообщаться?

Зинаида Драгункина: Спасибо! Здравствуйте.

Дмитрий Кириллов: Я помню, много лет назад, когда я снимал кино, это была Валентина Васильевна Толкунова. Она говорила, что если ты за день не сделал ни одного какого-то доброго дела, день прожит зря. Это тоже ваш девиз, это ваши друзья, это ваши подруги.

Зинаида Драгункина: Правда, это правда.

Дмитрий Кириллов: Давайте улетим туда, в детство, по волне моей памяти, на улицу Хлебная.

Зинаида Драгункина: Точно.

Дмитрий Кириллов: Красивое название.

Зинаида Драгункина: Вкусное название.

Это Восточный Казахстан, это город Лениногорск, ныне Риддер, в котором сосредоточено было и есть 52% таблицы Менделеева. Это и реки бурные, это и горы, где на вершинах лежал круглый год снег и лежит до сих пор... Так вот на улице Хлебной я вспоминаю не только свой маленький домик, где мама и папка, как мы называли отца, так у нас было принято, родили нас пятерых, и пятерых, несмотря на все сложности того времени, они поставили всех нас на ноги.

Отец прошел две войны, зовут его Федор Яковлевич. Мама, Ксения Калистратовна, умела только две буквы написать, расписываясь за получение условно или пенсии, или чего-то, не умела. Но она научила меня тому, что я делаю до сих пор, не говорила об этом, а...

Например, в наш маленький дом как-то очень многие приходили в гости, и вообще, если человек заглядывал в дом, мама всегда приглашала к столу. И был случай, где я еще была маленькая, но помню его на всю жизнь. В окно увидели, что идет к нам тетя Дуся. Она: «Ах, Авдотья идет! А у нас ничего нет, даже заварки к чаю!» И говорит: «Ну, что делать...» Она вошла, она говорит: «Садись, Авдотья, за стол! Я тебе подам голью чай». «Голью» – какое слово! То есть он голый, в нем не было даже уже травки. Были и такие времена, жили бедно.

Но тогда же она меня научила, что должно быть чисто в доме. И когда приближалось Рождество, Пасха особенно, весна, чистили все, драили, белили деревья, и в доме белоснежные полотенчики... Чисто должно быть в доме, чисто прежде всего должно быть в душе.

Я жизнь людскую знаю не по книжкам, не по газетам – я ее знаю изнутри.

ВИДЕО

Голос за кадром: Подмосковный аэродром Чкаловский. Через несколько минут отсюда вылетят самолеты: они отвезут на каникулы в Данию детей из социально незащищенных семей с территорий, пострадавших в результате аварии на Чернобыльской атомной электростанции и ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне.

Зинаида Драгункина: Поднимите руку, кто первый раз летит в самолете? Ох, какие замечательные, какие замечательные у вас сейчас лица! А улыбки какие!

С детства я унесла, может быть, самое главное – это любовь к школе, любовь и признание авторитета учителя. Откуда это? Это от моих родителей. Много доброго я вспоминаю. Строгий был отец, и это в моем характере, и гордился. Когда я уже была в области, а потом вот в Москве, он всегда ждал с мамой моего приезда, выходили на улицу Хлебная, сложив ручки, в своей цветастой кофточке: «Ах, Зина едет!» Все трепетало во мне!

Поэтому, когда удивляются моей жесткости – она исходит из моей преданности делу. Я сама много работаю, позволю себе это сказать, и не могу терпеть, когда рядом со мной...

Дмитрий Кириллов: ...бездельники.

Зинаида Драгункина: ...бездельщики, бездельники, обманщики.

Валентина Толкунова: Эта россиянка особенная, она – мужественная россиянка, которая подчинила свою судьбу, свою жизнь людям, которые действительно за Россию-то болеют всей душой.

Дмитрий Кириллов: У Зинаиды Федоровны двое детей: старшая дочь Наталья и младший 30-летний сынок «Благовест», Центр народной помощи, ставший для Драгункиной делом всей ее жизни. Такой уж у нее характер: видит беду и кидается спасать. А потому создание Центра народной помощи стало жизненной потребностью, делом неотложным и необходимым.

Зинаида Драгункина: Живет и работает «Благовест». Это люди: владыка Питирим, который благословил нас на рождение «Благовеста»; Людмила Швецова, первый заместитель председателя Правительства Москвы, стояла у истоков рождения «Благовеста»; Валерий Иванович Шумаков, личность легендарная не только для России, но и для всего мира, возвращающий человеку самое дорогое – это жизнь.

Дмитрий Кириллов: Драгункина умеет объединять людей. Она собрала неравнодушных друзей из России, Дании, Кореи, многих других стран ближнего и дальнего зарубежья, известных врачей, артистов, спортсменов, общественных деятелей, политиков и увлекла общим делом – благотворительностью.

Владислав Третьяк, президент Федерации хоккея России: В «Благовесте» мне посчастливилось быть у истоков вместе со Швецовой Людмилой, с Валентиной Толкуновой, которую я хотел бы сегодня вспомнить. Все мы любим наших детей.

Дмитрий Кириллов: В начале 1990-х гг. фонды-однодневки возникали как грибы после дождя – и где они теперь? Рассеялись, как туман. А «Благовест» живет и продолжает ежедневно нести добро в каждый дом – туда, где ждут помощи.

Зинаида Драгункина: 30 лет как будто бы возраст и небольшой, но для меня он умноженный на три, это целый век. В те лихие девяностые, когда юридически мы не были оформлены, вот все, что происходило у Белого дома, когда погибли трое ребят, и в семью Кричевского, который под танком погиб, я помчалась домой. Я увидела обезумевших мать и отца... Как могла я утешила их.

Когда вдруг первый взрыв на Пушкинской площади и одна девочка лишается глазика, шесть операций мы помогали Ане Первушиной сделать на глазе.

Все помнят, как горела Останкинская башня, три дня только об этом и говорили. Время отодвигает эту боль, люди забывают об этом, что-то другое накатывается. Так вот тогда, в лифте, вместе с пожарниками сгорела мама девочки, которая через неделю, восемь дней, должна была пойти в 1-й класс. Это была Анечка Лосева. И когда мы в Люберцы помчались к ним домой, мы увидели тоже сходивших с ума родителей мамы Ани... Девочке было 7 лет с небольшим...

Вот таких, как Таня Острягина, Аня Первушина, Аня Лосева, они вот в «Благовесте» на фотографиях, – мы их вели по судьбе до совершеннолетия.

Дмитрий Кириллов: Что объединяет легенду мирового хоккея Владислава Третьяка и тысячи детей из чернобыльской зоны, восстановивших свое здоровье на морских курортах? Или юного Елисея Мысина, блестящего пианиста и композитора, «маленького русского Моцарта», как его сегодня называют во всем мире, и Евгению Ширкину, молодую художницу, дизайнера, экскурсовода, научившуюся не только жить без рук, но и создавать уникальные картины, настоящие произведения искусства? Их объединяет «Благовест» и Зинаида Драгункина.

Конечно, без духовного покровительства такое дело вряд ли было возможно поднять.

Владыка Питирим: Всем дать радость нашей жизни, веры и надежды Господа Бога. Многая вам лета!

– Спасибо!

Дмитрий Кириллов: Митрополит Волоколамский и Юрьевский Питирим, узнав о задумке Зинаиды Федоровны, стал духовно окормлять «Благовест», поддерживать все начинания Драгункиной. И даже перейдя в мир иной, сегодня помогает в трудные минуты: молитвенная помощь владыки Питирима «Благовесту» ощущается постоянно.

Вот когда вы решили выбрать профессию учителя? Вы кому первому сказали, маме или отцу, «я хочу быть учителем»? Вот вы помните тот момент, когда вы сделали осознанно этот выбор?

Зинаида Драгункина: Когда я в свободное время, когда заканчивали, например, тяпкой полоть картошку или ее готовить к посадке, белили деревья, готовились к Пасхе... Но когда этот час-два вырывался, я собирала всю ватагу с улицы и играла в школу.

Дмитрий Кириллов: А-а-а...

Зинаида Драгункина: Конечно, я учительница. Это видели в 6 лет, в 7, в 9, в 10... Это самая была моя главная игра. И все...

Дмитрий Кириллов: А они все подчинялись, да?

Зинаида Драгункина: Подчинялись. Ну, конечно, какие-то мальчишки убегали, но в основном подчинялись. И тогда никто в семье даже не рассуждал, кем я буду потом, все знали: я – будущая учительница.

Дмитрий Кириллов: Родители переживали: как отпускать ребенка в другой город?.. Пединститута в Лениногорске нет, нужно ехать аж в Усть-Каменогорск. Но Зину было не остановить, ведь она с ранних лет мечтала стать учителем русского языка и литературы. Абитуриентка Драгункина становится студенткой филологического факультета, у нее стипендия повышенная и своя кровать с тумбочкой в институтском общежитии.

Зинаида Драгункина: Мы пятеро в комнате, и вот каждый что мог, тот и привозил, причем, естественно, не только для себя. Мама могла единственное, что дать в дорогу, – это 3-литровую банку капусты, ведро картошки и что-нибудь, на чем можно было там сварить или поджарить. Надо было где-то... Уже бурлила молодость, так хотелось у старшей сестры выпросить очередной свитер или красивую кофточку: «Нина, ну пожалуйста, я не испорчу, дай поносить хотя бы в субботу на танцы!» И я, как всегда, в понедельник эту красивую кофточку свернутую, нигде никакой ни капельки, относила опять сестре и ждала, когда снова нужно будет что-то попросить.

Дмитрий Кириллов: Делу – время, потехе – час. Танцы танцами, а о школе Зинаида никогда не забывала. Выпускницу пединститута Зинаиду Драгункину в Усть-Каменогорске принимают на работу учителем.

Зинаида Драгункина: Еще полвосьмого, без пятнадцати восемь утра, а учителя несли мне, я жила в общежитии, кто жареные горячие пирожки, кто еще что-то, хотели уже с утра мне поднять настроение. И конечно, разве можно это забыть?.. То есть становление на всем пути проходило в кругу потрясающих людей.

И когда мне потом давали классное руководство в «В» и «Г», я думаю, нетрудно представить, что в «А» и «Б» – это, как правило, скажем так, называли их сливки, ребята, а в «В» и «Г», особенно в «Г»... Но я была классным руководителем 5-й, 6-й, 7-й, 8-й класс...

Дмитрий Кириллов: И вы «Г» не боялись?

Зинаида Драгункина: Я не боялась. Они до сих пор многие, выросли, в разных местах, но пишут мне. Потому что я делала то, что они любили: они просятся в горы, хочу я, не хочу я – я впереди них мчалась в гору; они на лыжи, и я тогда еще в школе занимала первое место по лыжам и в игре в баскетбол.

Дмитрий Кириллов: Сталь, а точнее сказать, характер будущего общественного и государственного деятеля России, депутата Мосгордумы 2-го, 3-го, 4-го, 5-го, 6-го созывов, председателя Комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре Зинаиды Федоровны Драгункиной закалялся еще со времен работы в общеобразовательной школе в Казахстане. Хоть Зинаида и молодой специалист, она за словом в карман не лезет: все, что не нравится, подвергает критике, на недостатки в системе образования указывает, без купюр рубит правду-матку. Такого талантливого молодого оратора и организатора быстро заметили наверху.

Вот ораторский дар, вот что такое? Вот если человек вышел и сказал то, что люди хотели услышать и боялись сказать.

Зинаида Драгункина: Вы знаете, тогда еще меня убивало: любой шаг – нужно непременно десяток каких-то бумаг, причем ненужных, их порой даже не читали, это я видела. И я как раз тогда жестко очень выступила, а сидят в Доме культуры, во дворце, шла конференция отчетно-выборная, и первые обкомы партии, и первые горкомы партии... И что вы думаете? Объявляют перерыв, мне говорят: «Срочно туда, в комнату президиума!» Боже, у меня сразу...

Дмитрий Кириллов: ...ноги подкосились.

Зинаида Драгункина: ...ватные ноги, да.

Дмитрий Кириллов: Пошла.

Зинаида Драгункина: Пошла.

Дмитрий Кириллов: Кто там был, Протозанов?

Зинаида Драгункина: Протазанов, Воронин.

Дмитрий Кириллов: Первый секретарь Восточно-Казахстанского обкома партии Александр Константинович Протозанов – человек яркий, харизматичный, большой руководитель в крае. На таланты у него был нюх, он поддерживал молодых и активных комсомольцев. Зина Драгункина произвела своей речью неизгладимое впечатление; она точно будущая звездочка комсомола Казахстана, а такие люди партии нужны.

Зинаида Драгункина: Он сказал: «Так, ну что? Здесь в Лениногорске, значит, сделала основное – надо ехать на работу в областной центр, мы тебя заберем уже из Усть-Каменогорска в Москву». Вот тогда был шок настоящий. И когда Александр Константинович, не скрою, он говорил: «Когда меня об этом попросил Пастухов Борис Николаевич, я сказал: «Шесть тысяч студентов давай мне, студенческий строительный отряд, нам надо строить комбинат шелковых тканей. Она, – говорит, – только вот на фундаментные работы выводила комсомольцев, фабрики еще нет»», – типа «я тебя в обмен как бы». Я говорю: «Ничего себе, в обмен!» Он говорит: «Я же должен что-то был попросить».

И в 1978 году в лютый мороз в Москве в декабре, 16 декабря меня утвердили, а 2-го или 3 января я уже приехала в Москву с чемоданчиком чуть ли не деревянным, в одном платьице, короткий рукав, темно-синее с белой и красной полосочкой... Меня разместили в гостинице «Юность», где началась Всесоюзная неделя трудовых объединений школьников, это меня пригласили работать в отдел школьной молодежи ЦК ВЛКСМ.

И конечно, я за неделю не только заледенела в Москве, но и когда меня заведующий отделом в кабинет напротив себя посадил в сторонку, и неделю вот практически с утра я только наблюдаю, как многочисленные молочного цвета телефоны, атээсовские и всякие ВЧ и т. д., работают, как он... А я просто вот сижу и думаю: куда я попала, зачем?

Дмитрий Кириллов: Страшно аж, да?

Зинаида Драгункина: Страшно, вообще было очень страшно. И я позвонила первому обкому партии через неделю, расплакалась и сказала: «Александр Константинович, умоляю, заберите меня назад, заберите меня! Я здесь совершенно... ! Я не знаю, что я буду делать!» А он мощный, такой мощный человек, изумительный человек: «Знаешь что? Запомни: два раза в Москву не приглашают».

Дмитрий Кириллов: Протозанов знал, какой Драгункина получила мощный опыт в Казахстане, знал ее потенциал, энергию и верил в талант руководителя, ведь эта совсем еще юная девчонка смогла организовать многотысячные комсомольские отряды, вести работу среди молодежи.

Драгункина постоянно общалась с шахтерами в трудовых коллективах и сама неоднократно спускалась в шахты, да еще пыталась скрасить тяжелый шахтерский труд яркими встречами шахтеров с писателями, спортсменами, артистами. И даже космонавтов на местный полиметаллический комбинат привезла! А за это благодарные покорители небесных просторов ей костюм космонавта вручили. Неслучайно в Москве быстро оценят талант Зинаиды Драгункиной: в ЦК ВЛКСМ она возглавит отдел по работе со школьной молодежью.

Людмила Швецова, государственный и политический деятель: Я пытаюсь ее учить, я пытаюсь ее обогреть, я пытаюсь ее спрятать от всей этой бури жизни. Но каждый раз я понимаю, что я делаю что-то не то, я делаю невозможное, потому что эта женщина – вулкан, а вулкан должен извергаться.

Дмитрий Кириллов: Что такое комсомол и комсомольская выручка, поддержка друг друга, плечо? Подруга Люда...

Зинаида Драгункина: ...Швецова.

Дмитрий Кириллов: ...Швецова.

Зинаида Драгункина: Именно при ее участии я определялась, меня выдвинули, и она поддержала это, из заместителей заведующих я стала заведующей отделом школьной молодежи, а потом учащейся молодежи.

Дмитрий Кириллов: В 1987 году Зинаида Драгункина становится заместителем председателя детского фонда им. Ленина. За эти годы образовался целый круг друзей, людей дела, кто стали соучредителями «Благовеста», верной опорой и помощниками Зинаиды Федоровны.

Зинаида Драгункина: Это Марина Гургеновна Контарева, главный врач Дома ребенка №12 города Москвы.

Это Валерий Золотухин, который тогда говорил: «Я в Алтайском крае, на родине, стал строить храм, и обратился к людям за помощью. И мальчишка какой-то принес рубль, всего рубль на это, но как последовали другие [этому примеру] и как этот рубль стал, может быть, самым золотым у основания этого храма!»

Это Иосиф Кобзон, который откликался всегда.

Это Андрей Дементьев, который всегда приходил нам на помощь, мы и сегодня дружим с Анной Давыдовной Пугач-Дементьевой...

Вы знаете, это и целая череда чиновников, с которыми я была в большой, крепкой деловой дружбе. Одни из золотых лет моей работы были под руководством вначале Сергея Михайловича Миронова, потом Валентины Ивановны Матвиенко.

Дмитрий Кириллов: Многолетняя работа в Мосгордуме и Совете Федерации прошла не зря: инициативные предложения Зинаиды Драгункиной слышны и сегодня в России. На 2024 год, объявленный президентом страны Владимиром Путиным Годом семьи, у Зинаиды Федоровны большие надежды и планы.

Зинаида Драгункина: За последнее десятилетие в отношении сохранения традиционных семейных ценностей в нашей России очень многое делается. Объявить Год семьи настало время, и здесь я еще раз хочу подчеркнуть: по инициативе Владимира Владимировича Путина, это 100%, естественно, Правительства Москвы... Сейчас Татьяна Алексеевна Голикова, законодательные структуры, и Валентина Ивановна особенно не дает покоя, Государственная Дума, Уполномоченный по правам ребенка... Это огромный труд людей. Министерство труда и социальной защиты, наше министерство московское во главе с Сергеем Петровичем Стружаком – очень многое делается, и сейчас особенно поддерживает это Сергей Семенович Собянин.

И вот когда я читала план на Год семьи, много очень хороших пунктов, которые обязательно, если будут выполнены, будут шагом вперед. Но они не должны оборваться в конце, в декабре 2024-го. Вот пусть сделать стратегию на 10 лет вперед, такую, которая бы действительно помогла дойти до каждой семьи.

Наступило время, когда надо обязательно пересмотреть и обновить и положения, и сам статус органа опеки и попечительства. Сколько пишут, сколько звонят люди – какая бюрократия развилась в этом органе! И представляете, вот я об этом сказала во вторник, а позавчера патриарх выступает в Совете Федерации и говорит: «Еще одно мое предложение – реформировать органы опеки и попечительства!» Вы можете себе представить?

Дмитрий Кириллов: Так лед тронулся!

Зинаида Драгункина: Вот это что? Это тоже послано свыше.

Дмитрий Кириллов: Сейчас время действий, и я думаю, что ваш голос будет обязательно услышан. Я чувствую, как, с какой болью и надеждой вы говорите об этом. Потому что не может быть одного Года семьи – это должна быть эра семьи, целая эпоха семьи!

Зинаида Драгункина: Да. И я не по книжке, не по книжке знаю, что такое семья. Я прохожу и в своей тогда семье такие университеты... Когда даже ставит вот моя мама две буквы, да, в своей фамилии, но столько она знала от земли, рожденная в Алтайском крае, который для меня тоже есть святой, это родина моей мамы... И я так многому у нее научилась, что так же старалась передать это дочери. И ей очень трудно, потому что никто до конца никогда не поймет, что такое шесть детей.

Дмитрий Кириллов: Вас было пятеро, а мама с папой вырастили.

Зинаида Драгункина: Да, а здесь у Наташи шесть детей.

Дмитрий Кириллов: А сейчас Наташа, шесть детей. Ну вы богатая бабушка!

Зинаида Драгункина: Не то слово!

Дмитрий Кириллов: Супербогатая!

Зинаида Драгункина: Да. И когда старшей внучке моей уже 31, а «Благовесту» 30... Они все рождались и вырастали в «Благовесте». Они здесь приходят и творят такое... Вот даже покраска этих стен – это все исходит от моих любимых внуков.

Наташа ведет родословную, пытается уже не только до дедушек-бабушек, а прапрабабушек, дерево такое сделать...

Дмитрий Кириллов: Она же и «Благовесту» все время помогала, она же психологом стала.

Зинаида Драгункина: Да, это так. Она блистательная мать, героический человек. И все они, шестеро, ее и моя бесконечная любовь. Все бывает, мы растем. Двойняшки, вот им будет в этом году по 18 лет. Младшему 10 лет, и он боец такой, Кирилл, а старшей вот уже за 30. Так что растем, четыре мальчика, две девочки, правнучка Полиночка родилась, уже тоже 1,5 годика... Понимаете, это и мое счастье, и мой крест, который мне тоже послан, наверное, Господом Богом, и я его несу.

Дмитрий Кириллов: И ваше вдохновение, это вам силы они дают, безусловно.

Зинаида Драгункина: Безусловно.

Светлана Орлова, аудитор Счетной палаты Российской Федерации: Создать организацию можно, но чтобы она 30 лет работала – это огромный, сумасшедший труд.

Владимир Платонов, президент Московской торгово-промышленной палаты: Все, что вы сделали, и городская Дума, и Совет Федерации, – это ваша работа. А вот «Благовест» – это работа вашей души. Вам огромнейшее спасибо! Вы и «Благовест» – это те, кто объединяют хороших людей.

Татьяна Острягина, певица, стипендиат Центра народной помощи «Благовест»: Искренне несу с собой по жизни гордое название, блестящее, душевное название «благовестинка». И я такая не одна – нас десятки тысяч! И благодаря именно деятельности «Благовеста», этой душевной доброте десятки тысяч глаз горят. Им хочется жить и радоваться жизни.

Дмитрий Кириллов: Зинаида Драгункина и сегодня продолжает поддерживать молодые таланты. Стипендиатом и официальным лицом Центра народной помощи «Благовест» стал юный пианист и композитор Елисей Мысин.

Зинаида Драгункина: Судьба послала еще одно чудо, чудо, которое потрясло меня. И если были во мне какие-то раздумья, что пора вообще закругляться в этой жизни, мне опорой для движения дальше стал известный теперь уже не только в стране, и во всем мире, юный пианист, он же финалист «Синей птицы», он же сегодня, уже 6-й год он стипендиат «Благовеста» Елисей Мысин, которого подхватил Денис Мацуев, который почувствовал в нем еще и композитора...

Этот мальчик, он только вернулся из Америки, был конкурс Шопена, где завоевал призы основные и приз зрительских симпатий. Говорю: «Елисей, послезавтра у тебя день рождения, завтра у «Благовеста», а 25-го – у тебя. У каждого из нас перед днем рождения есть какая-то мечта. У тебя есть такая мечта?» Он говорит: «Есть...» – и смотрит на маму. И он на маму, а она машет... Я оборачиваюсь, она машет: «Не говори, не говори, это вообще никто не сможет сделать!» Я говорю: «Ольга Владимировна, мы же такие родные, он 6-й год стипендиат, ну пусть скажет!» И он так зарделся, прямо вот розовые щечки тут, и он говорит: «Есть у меня мечта – я так хочу рояль!» Я замерла!

Я объявляю, когда он уже выступил и уже пошел в зал, я объявляю о решении, если вы поддержите меня, что мы обязательно приобретем и подарим Елисею рояль.

Дмитрий Кириллов: Елисей мечтал о рояле японского производства. Сегодня в России, со всех сторон обложенной санкциями, купить этот дорогой инструмент практически невозможно. И вновь вспоминаются слова Людмилы Швецовой: для Зинаиды не существует слов «нет» и «не могу». Драгункина практически из-под земли достала заветный рояль и подарила его Елисею.

Вы видели глаза Елисея в тот момент, когда он увидел дома?

Зинаида Драгункина: Я в эти глаза смотрю теперь чуть ли не каждый день: даже если я не могу увидеться с ними, мы разговариваем до глубокой ночи порой, с мамой переписываемся. Это божий человек! Он уже славит Россию! Я просто влюбилась в этого ребенка!

Дмитрий Кириллов: Как и юную Женю Ширкину, девушку без рук, ставшую настоящим художником.

Зинаида Драгункина: Однажды поздним вечером позвонила бабушка. Я сняла трубку, она плакала, говорила о том, что воспитывает внучку, которая, к сожалению, родилась без обеих рук. И она говорила о том, что: «Жене сегодня трижды вызывали скорую, скачет давление. Врачи сказали, что надо найти такой прибор, где можно было бы измерить через ногу. Умоляю вас, помогите! Мы оббегали с дедом все соседние аптеки, близко нет этого прибора!»

Я не помню, прямо сняла трубку, думаю: позвоню в приемную Лужкова. «Можно с Юрием Михайловичем переговорить?» Я еще не была ни депутатом... Буквально через минуту, «подождите», и он соединяется. Я начинаю взахлеб говорить, он говорит: «Ты можешь успокоиться? Что случилось?» И я ему кратко передаю.

Он говорит: «Дай мне минут пять, перезвоню», – кладет трубку. Я замерла... Буквально через несколько минут он звонит: «Езжайте на завод Хруничева, скажете вот то-то, там ждут». А они же космонавтам многое делали... Можете себе представить, что через 1,5 часа у нас был этот прибор и уже ближе к ночи этот прибор был вручен в эту семью?..

Мы подружились. Все, что нас связывало и связывает до сегодняшнего дня с Женей Ширкиной... О ней знают многие. Тогда еще Валентина Ивановна мне сказала: «Надо помочь ей. Что она хочет?» Я говорю: «Она хочет поступить, учиться в [Московском государственном лингвистическом университете им.] Мориса Тореза, хочет вообще стать лучшим экскурсоводом в Москве». Она выучилась в этом вузе! Я помню встречу с ректором: «Как, что мы будем с ней делать?» Я говорю: «С ней не надо ничего делать».

Я везу на море в Словению или в Крым детей, их 120 человек, – Женя в море первая! Мы Женину фотовыставку открываем. Женина лошадь, написанная ею, вот здесь, в «Благовесте», зовет всех нас, входишь и видишь: голова лошади, устремленная вверх. Она говорит: «Это я, я хочу все время вот вверх!» Она такой оптимист, от нее заражаешься такой энергией!

Евгения Ширкина, художник, стипендиат Центра народной помощи «Благовест»: Хоть говорят, что мы люди с ограниченными возможностями, – наши возможности не ограничены! Я хочу сказать огромное спасибо нашему родному «Благовесту» за то, что он предоставляет нам всем шансы изменить свою жизнь, шансы реализовать себя и найти свое место в этой жизни.

Дмитрий Кириллов: «Благовест» во главе с Зинаидой Драгункиной продолжает свою работу, пишет свою историю жизни.

Для Драгункиной дети вне национальности, все цвета кожи, вне разреза глаз. Зинаида Федоровна неустанно повторяет: если ребенку плохо, надо бежать к нему и спасать во что бы то ни стало. Как помогала детям Чернобыля, Чечни, Югославии, Казахстана... Они помнят добро и пишут письма в «Благовест». Как и сегодня дети Донбасса, которых согрел огонек «Благовеста»: для Зинаиды Драгункиной они все родные, за них сегодня болит ее сердце.

Архимандрит Сергий (Воронков), наместник Иосифо-Волоцкого ставропигиального мужского монастыря: Господь благословил вас и также продолжал собирать в вашем центре людей, которые хотят помогать ближним, людей неравнодушных, чтобы ваши сердца не переставали чувствовать боль ближних. Помощи Божьей вам!

Евгений Стружак, министр Правительства Москвы, руководитель Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы: Десяткам, десяткам тысяч людей вы подарили добро – чтобы вот эта энергия в трудные минуты (а они всегда бывают у человека) обязательно к вам возвращалась. Я вас люблю! С юбилеем!

Зинаида Драгункина: Меня часто спрашивают, вообще счастливый ли я человек. Я не очень сразу отвечала когда-то на этот вопрос. Но было время, когда я пришла к твердому убеждению, что я счастлива и как женщина, и как мать, и как бабушка. И счастлива еще и потому, что убеждена, что у каждого из нас должен быть свой аэродром посадки. Вот у меня он есть, и имя у него очень светлое – это «Благовест», благовест.

Это остров веры, надежды и любви; это остров, куда летят, едут, идут люди и где нужно протянуть вовремя руку помощи. Поэтому очень верю, что и внуки наши, которым перейдет это сделанное нами, будут так же поступать, уверена, что лучше будут поступать.

Дмитрий Кириллов: И «Благовест» будет жить! Давайте пожелаем ему многая лета!

Зинаида Драгункина: Да, спасибо большое! Многая лета!

Владимир Мединский, помощник президента Российской Федерации: Девизом центра являются строки Тютчева, правильно?

«Святись, святись, великий день,

Разлей свой благовест широко

И всю Россию им одень!»

Вот у этих строк есть продолжение:

«Но и Святой Руси пределом

Его призыва не стесняй:

Пусть слышен будет в мире целом».

Я считаю, что это программа действий фонда «Благовест» на следующие 30 лет, в мире в целом, чего я от всего сердца вам и желаю.

Зинаида Драгункина: И всех наших телезрителей хочу попросить присоединиться к нашему благому делу и обязательно сделать хотя бы один раз у себя на месте, пусть далеко где-то, какое-то одно доброе дело. Поверьте мне, вот все возвращается на круги своя и к вам вернется обязательно добро.