Виктор Лошак: Это «Очень личное» – программа о правилах, о профессионализме, о чувствах. Сегодняшний наш гость, редактор журнала «Коммерсантъ Деньги» Михаил Малыхин считает: «Финансы – это прежде всего ответственность». Михаил Геннадьевич, я хочу в начале нашего разговора напомнить зрителям, что журнал «Коммерсантъ Деньги» был первым изданием, которое стало рассказывать нашему населению о том, что деньги – это не только то, что хранится под матрасом. Деньги бывают интересны, бывают опасны, бывает – приносят счастье. И так далее, и так далее. С тех пор журнал менялся, рос. И вот сейчас вы, как мне кажется, придали ему второе дыхание, какую-то новую жизнь, вот этот какой-то новый и интересный разговор о деньгах. Но хотел бы я начать наш разговор с вас. Потому что всем интересно: с кем мы беседуем. Вот, например, у вас есть такая первая строка в рабочей биографии: вы сами пишете, что первая ваша должность была растаможка тюльпанов в Шереметьево. Что это такое было? Михаил Малыхин: Были такие времена. Когда после армии я поступил в институт, в перерывах между учебой я работал, наверное, в пяти местах. Днем я занимался музыкой, преподавал и сольфеджио, и муз. литературу, и фортепиано для детей. И даже аэробику. Виктор Лошак: Так вы круто жизнь изменили. Михаил Малыхин: А по ночам, благодаря знакомым, я ездил действительно на растаможку тюльпанов из Голландии. К сожалению, в девяностых годах, я не могу сказать, что я учился очень хорошо из-за этого. Но было очень интересно. Виктор Лошак: Тот, кто будет читать вашу биографию, а она наверняка когда-нибудь будет опубликована, обратит внимание, что вы много мест в медиа поменяли: газеты, телевидение, Интернет. Вот сейчас. Что вы ищете? Михаил Малыхин: Если честно, то я никогда ничего не искал. И да, я работал, мне посчастливилось трудиться в очень многих изданиях. И, я думаю, в лучших изданиях, которые существуют в России. Но на самом деле большие контракты у меня были с Новостями ТВ Центра, с журналом «Эксперт», с газетой «Ведомости», где я проработал 11 лет. И, конечно же, с «Коммерсантом», где я работаю уже десятый год. Виктор Лошак: В «Известиях» в лучшую их пору существовал какой-то набор правил. Он даже не был оформлен письменно как-то. В основном это были какие-то цитаты из блокнота Аграновского, из его каких-то слов о журналистике. И там была такая фраза, которую часто поминали: «Не можешь разговорить человека, спроси его о деньгах». Вы согласны с этой фразой? Михаил Малыхин: Хм... Вопрос о деньгах – он всегда провокационный. И большинство людей предпочитают об этом не говорить. Часто этот вопрос, как я понимаю, он людей загоняет в ловушку. Говорить о собственном благосостоянии не все готовы. Хотя я могу сказать, что именно о деньгах во многом я и говорил с деятелями культуры. Собственно, с культуры я начинал свою работу. Я писал по большей части об экономике культуры. И когда мы говорили, допустим, с Вишневской, с Майей Михайловной Плисецкой, с Хворостовским, даже с Киркоровым, мы говорили о положении вещей. И я, если вспомнить о том же Киркорове, говорил с ним о тех вещах, о которых с ним никто не говорит. И он рассказывал, объясняя на пальцах, всерьез, о том, как устроен шоу-бизнес, как зарабатывают люди. Почему на рынок Америки и Британии наши исполнители не могут попасть никогда. И он рассказывал о том, о чем не говорил никому: что он делал очень успешные проекты, и он записывал для латиноамериканского рынка альбомы на испанском языке, и они были успешны. Вот все эти вещи мне казались действительно интересными. И я помню, как мы делали интервью с министром культуры Егоровым, и он рассказывал, как в девяностые годы культура не просто была в упадке, как именно финансировали культуру. О том, что его библиотека получала вместо денег нефть. Контракты на нефть. И они должны были выкручиваться и каким-то образом получать... Продавать нефть. Виктор Лошак: Вы подтверждаете фразу о том, что тема денег заставляет людей говорить о чем-то интересном. Михаил Малыхин: Да. Но деньги – она как бы табуированная тема, с одной стороны. А с другой стороны, эта тема для всех болезненная и живая. Это правда. В Советском Союзе о деньгах не принято было говорить. Виктор Лошак: Да. В журналистской среде – точно. Михаил Малыхин: Ну и в любой другой среде, вы знаете, о деньгах если говорили, то говорили пренебрежительно. Потому что в системе ценностей, как, в общем-то, и в христианстве, эта тема была не самая красивая и не самая привлекательная. Но при этом, когда настали собственно девяностые годы, когда переменилось отношение к деньгам, ответственность за деньги стала большой темой. Виктор Лошак: Скажите, пожалуйста. Проблема «Коммерсанта» и его изданий. С одной стороны… Нет, я о конкретной скажу. Это касалось, например, и меня, когда я редактировал «Огонек». С одной стороны, ты хочешь расширить количество читающих. С другой стороны, тебе это не всегда позволяет необходимость быть очень компетентным, быть экспертом. Потому что это уже экспертный разговор. Это разговор не для широкого круга. У меня ощущение, что «Коммерсант Деньги» ощущает эту проблему на себе. Михаил Малыхин: В моем представлении у нас есть другая задача. Задача последних лет – это не расширить, а я бы сказал, ограничить количество читателей журнала. Мы не гонимся за огромным числом. Виктор Лошак: Да. Это не массовое, конечно, издание. Михаил Малыхин: Это не массовое издание. Это издание, которое должно быть интересно людям, которые разделяют наши взгляды и ценности. Но дело в том, что мы ориентируемся – в издательском доме, как я понимаю – на сливки той огромной аудитории «Коммерсанта», которая существует. На тех людей, которые не просто что-то понимают в экономике и финансах, а которые принимают решения, которые живут этим и которые обладают, соответственно, этими финансами и ими распоряжаются. Виктор Лошак: Вас наверняка волнует вопрос, который волновал и меня: то, что мы с вами – последний отряд (или предпоследний отряд) редакторов на бумаге. Я всю жизнь провел, к счастью, в бумажной прессе. Что вы считаете по этому поводу: какова жизнь «бумаги»? Как скоро она закончится и закончился ли вообще? Что ей мешает и что ей помогает? Михаил Малыхин: Я наблюдаю не так давно, и мне кажется, это тренд: что люди все чаще в общественных местах – в метро, в транспорте читают не электронные, а бумажные книги. Это связано, с одной стороны, наверное, с тем, что с Интернетом есть проблемы, а с другой стороны, что в книгах и бумаге есть что-то более стабильное. И это базовое, фундаментальное. Я пытался найти свои интервью в Интернете буквально вчера, и я понял, что они просто исчезли. Поисковики их не выдают. А то, что осталось на бумаге, мы можем почитать. То же касается и литературы. То же касается и каких-то фундаментальных вещей. И потом, отличие бумаги от Интернета – в ответственности. Мы видим часто, что Интернет ошибается. Интернет и в том числе вещи, которые сейчас активно делаются искусственным интеллектом. Они выдают ошибки. И они живут буквально несколько минут (или часов, или дней), а потом исчезают. Их можно менять. Виктор Лошак: И к этим ошибкам относятся: «Да. Ну это же Интернет». Михаил Малыхин: Да. Это Интернет. Их можно сменить. Когда мы готовим журнал, тексты проходят многократную проверку – не только корректоров, но и пруфридеров. Мы смотрим. Сверяем факты. Советуемся со специалистами. Виктор Лошак: Давайте скажем нашим зрителям, что пруфридеры – это люди, которые проверяют факты. Михаил Малыхин: Да. Мы проверяем и перепроверяем факты. Потому что то, что напечатано, мы уже не можем исправить. И люди, которые открывают печатное издание, они получают уже максимально проверенные данные. И в этом смысле я не согласен с теми, кто считает, что бумажная пресса, бумажные книги – они ушли навсегда. Мне кажется, что бумага со временем – печатные издания, они и дальше будут существовать. Просто они станут гораздо дороже. Виктор Лошак: Вот я помню одну статью в «Коммерсант Деньги», где очень серьезно ставился вопрос о том, что произойдет с теми огромными накоплениями, которые сейчас существуют у населения? Что будет с этими шестьюдесятью триллионами, когда или учетная ставка понизится, или общественно-политическая ситуация изменится? Потому что они лежат же без работы, эти деньги? Михаил Малыхин: Очевидно, что сейчас снижается ключевая ставка. Очевидно, что вклады становятся менее прибыльными, а кредиты становятся более доступными. И люди имеют большую возможность воспользоваться теми деньгами, которые были отложены. Я так понимаю, что сейчас есть возможность сделать покупки, которые были отложены на месяцы и годы. Я имею в виду большие покупки для людей. Виктор Лошак: Когда вы говорите «сейчас», вы имеете в виду: пока еще высокая ставка? Или, когда ставка опустится? Михаил Малыхин: Я имею в виду, когда она начинает снижаться. Я думаю, что снижение ставки – это процесс все-таки не единомоментный. Это процесс. Потому что если рухнет ставка и люди начнут скупать, образно говоря, проще говоря, скупать все подряд, то на все подряд взлетят цены. То есть мы получим инфляцию, с которой долгое время Центробанк боролся. Собственно, почему такая осторожность и соблюдается. Виктор Лошак: Конечно. Конечно. Михаил Малыхин: Как вы понимаете, зарплаты, которые росли последнее время довольно неплохо, они тогда могут не поспевать за инфляцией. Это довольно зыбкий процесс. Поэтому, как я понимаю, к регулированию денежно-кредитной политики сейчас подходят очень трепетно и внимательно. Виктор Лошак: Ваш журнал, одна из его главных тем, а я – ваш читатель, – это финансовая культура людей. Что вы понимаете, как грани финансовой культуры? Я нашел у вас такую цифру, что 75%, наверное, опрошенных (не населения, а опрошенных) не планируют свои финансовые дела. Не планируют покупки. Не планируют расходы. Просто вот получают деньги и тратят их. Михаил Малыхин: Мне кажется, что это тот самый случай, когда статистика является лишь статистикой. Я сомневаюсь, что кто-либо зарабатывает и тратит деньги, не считая их. И, как вы понимаете, культура – она начинается с каждого человека. Каждый человек смотрит, сколько он зарабатывает. Каждый человек смотрит, на что он тратит эти деньги. И в зависимости от внутренней культуры – образования, взглядов на жизнь и, в общем, личной ответственности перед собой – люди формируют свою культуру потребления и культуру собственно отношения к деньгам. Мне очень нравится избитая фраза о том, что «мы часто покупаем ненужные вещи на деньги, которых у нас нет, чтобы впечатлить людей, которые нам неинтересны и неприятны». Это тоже, в общем, сарказм. Но он отражает определенный уровень культуры. Мы же в «Коммерсант Деньги» стараемся объяснить, как работают деньги. Как они зарабатываются, как они сберегаются и как они тратятся? Мы не навязываем какое-то мнение. Мы рассказываем о положении вещей. И мне кажется это важным. Виктор Лошак: Мне очень понравилась одна из статей в вашем журнале, в которой автор неожиданно объяснял, что финансовая культура невозможна в отрыве от культуры в принципе, от общей базы культурной, которая существует у человека. Что люди культурно подготовленные, они и с деньгами работают умнее. Михаил Малыхин: Я встречал очень много высказываний очень успешных людей о том, что: богатый человек не тот, кто зарабатывает много, а богатый человек – тот, который зарабатывает больше, чем тратит. И, собственно, в этом его возможность быть свободным и быть успешным. Виктор Лошак: Как вы понимаете успех? Успех есть в политике, в финансах, в творчестве. Михаил Малыхин: Успех – он относителен. Если вы говорите об успехе касательно денег, то он действительно относителен. При этом мне все время вспоминается пресловутая история с Дональдом Трампом, который сейчас является американским президентом. А в начале девяностых он был весьма неуспешным бизнесменом. И на волне кризиса недвижимости он задолжал банкам $9 млрд. И суд принял решение о том, что... О банкротстве. По легенде, выходя из здания суда, он увидел нищего и позавидовал ему. Он сказал: «Посмотри! Ты на $9 млрд. меня богаче. Потому что ты не обладаешь ничем, а я должен огромную кучу денег». Вопрос в том, что успешен ты или не успешен, он может меняться в течение времени. Важно не отчаиваться. И важно пытаться учиться на тех ошибках, которые ты совершаешь. Или которые совершают другие. Но это гораздо сложнее, потому что набивать шишки себе гораздо эффектнее и эффективнее, чем лечить чужие недуги. Виктор Лошак: Как вы думаете: все люди уровня состояния Трампа, предположим, там несколько миллиардов или выше, они все прошли такую трагедию кризисом? Михаил Малыхин: Я уверен, что да. Я уверен, что они, как многие люди, как все люди, время от времени приходят к черте, когда бывают кризисы. Умение преодолевать эти кризисы и не отчаиваться, и не уходить на дно, и умение вытаскивать себя за волосы – наверное, это очень большой силы должен быть человек. Но, правда, при этом важно уметь общаться с людьми, важно располагать к себе людей. И важно быть хорошим человеком для того, чтобы у тебя были друзья, которые тебе помогут. Я думаю так. Виктор Лошак: Я могу привести цитату одного очень непопулярного в нашей стране человека. Березовский говорил об этих людях: «Это те люди, для которых нет слова «нет»». Михаил Малыхин: Мне кажется, что люди, обладающие сверхбогатствами, они сильно мифологизированы. И... Виктор Лошак: Многие из них сами себя мифологизировали. Михаил Малыхин: Вы правы. Наверняка. Мне кажется, что человеку, независимо от того, сколько он зарабатывает или тратит, присущи одни и те же желания. И он делает примерно те же самые ошибки, что и все. Только они имеют другие последствия, наверное. Виктор Лошак: Ну а мне кажется, что это все-таки какой-то отдельный сорт людей. Я наблюдал даже в конце восьмидесятых (не в девяностых, а в конце восьмидесятых), как они появились, как они... Как только стала возможно, появился закон «О кооперации». И они давно искали каждый раз нишу, где можно заработать: там они какие-то дома разбирали, там то, там се. То есть это люди, которые были уже готовы к этим новым отношениям. Михаил Малыхин: Ну, это еще действительно определенный сорт людей. Это сорт людей, которые умеют считать. Виктор Лошак: Да. Михаил Малыхин: Я помню, когда в гостях у друзей семьи, я был ребенком, мы сидели за столом, и там стояла большая ваза с конфетами. Хозяйка говорила, что: «О! Интересно, а сколько каждая конфета стоит?» Она рассчитала, сколько она заплатила за эти конфеты. Она пересчитала конфеты. Сказала, сколько каждая стоит. И после этого сказала: «Миша, угощайся!» Честно говоря, я не смог съесть ни одну. Но я понял, что, то богатство, которое она приобрела и которое она хранит, обязано ее меркантильности и ее отношению к деньгам. Виктор Лошак: Скажите. Вот еще такая тема, очень-очень такая тонкая тема – это инвестирование в детей. У вас даже был такой парадоксальный вопрос: возвращают ли дети те инвестиции, которые они от нас получили в течение жизни? Михаил Малыхин: Это, правда, была отдельная тема. Но главная тема была не сколько подсчитать, сколько родители действительно тратят на воспитание и взращивание своих детей и сколько дети взамен отдают. То есть мы ставили вопрос: дети как инвестиционный проект. Ну, понятно, в шутку. Виктор Лошак: Ну да. Михаил Малыхин: А для нас было важно привлечь внимание к ответственности. Встряхнуть, в общем, в нас, бывших детей, и подумать о том, сколько действительно не просто любви и внимания, а сколько денег, средств вложили родители в нас и сколько мы должны им отдать. Но есть парадоксальная вещь. Мы выяснили, что инвестиции, которые вкладывают родители в детей, они же на самом деле не оправдываются. Потому что мы платим родителям и вкладываем в родителей гораздо меньше, чем они вкладывают в нас. Но! Те деньги, которые инвестировали, те размеры объема денег, которые инвестировали наши родители, – мы потом инвестируем в наших детей. И это, в общем, такая... Виктор Лошак: Повторяющаяся несправедливость. В кавычках. Михаил Малыхин: Да. Которая превращается в справедливость. Потому что это, в общем, круг мироздания. И таким образом работает экономика семей, экономика рода человеческого, по большому счету. Виктор Лошак: Вообще интересна сама постановка этого вопроса. Потому что здесь очень много неподсчитываемого: мораль, отношения какие-то, необходимость знаний. Вот наверняка многие, кто нас смотрит и услышал, что это журнал «Коммерсант Деньги», ждут каких-то советов. Если говорить о сегодняшнем дне, о сегодняшнем рынке, о рынке ближайших лет, куда человек должен инвестировать? Как в свою карьеру, начинающуюся, предположим, так и просто инвестировать деньги? В какие сегменты? Михаил Малыхин: Я боюсь, туда же, куда инвестировали и всегда: в свое здоровье, в свое благополучие и благосостояние своей семьи, своих ближних. В свое развитие. Потому что без развития не будет ни здоровья, ни развития – семейного и так далее. Мне кажется, они, в общем, обычные. Виктор Лошак: Вот действительно, с вашим приходом в журнал «Коммерсант Деньги» появилась такая очень интересная линейка материалов о великих финансистах. Думаю, что это читают все, кто читает журнал. Потому что это легко написано. Это известные имена. И так далее. По какому принципу вы их отбираете? Есть ли в их судьбах что-то общее? Михаил Малыхин: Эта рубрика у нас появилась внезапно. Истории о великих финансистах и бизнесменах были же и раньше в журнале «Коммерсант Деньги» за все время существования: и о Баффетте, и о Ротшильдах, и о многих других, и о Морозове, о русских бизнесменах. Просто мы выделили их в какой-то отдельный канал, отдельную рубрику. Регулярно мы... Виктор Лошак: И очень просто подаете. Михаил Малыхин: Да. Но нам кажется это важным, что мы смотрим на ошибки и на достижения тех людей, которые достигли действительно огромных, извините за тавтологию, успехов. Для нас это пример. И этим занимается сейчас в основном Алексей Алексеев. Это человек огромных знаний и огромного профессионализма. Мне кажется, что эти примеры – они важны. Мы рассказываем не просто биографию этого человека. Мы рассказываем о том, как он относится к жизни, как он относится к деньгам, как он эти деньги зарабатывает и как их тратит. То есть есть люди, которые занимаются благотворительностью всю свою жизнь и дают копейки каждому, кого встречают, вплоть до человека, который его коллега и миллиардер. Были и такие люди. Были такие люди, которые, как Гетти, который устанавливал в своем замке, как вы знаете, телефонные автоматы платные, для того, чтобы их гости не стеснялись и оплачивали каждый телефонный звонок. И так далее, и так далее, и так далее. Есть скупость. Есть благодеяния. И это интересно. Это человеческие жизни. Из этого, собственно, складывается жизнь – и финансовая, и жизнь вообще. Виктор Лошак: А как вы считаете: уживаются вера и деньги? Михаил Малыхин: С одной стороны, Иисус изгонял торгующих их храма. С другой стороны, Маргарет Тэтчер как-то выдала довольно провокационную фразу о том, что: никто не знал бы о бедном добродетельном самаритянине, если бы у него не было денег. Это притча о том, как человек оказался ограбленным и обездоленным. И мимо него проходили священники и богатые люди, и никто не обращал на него внимания. И появился самаритянин. Но в культуре, насколько я помню, самаритяне были далекими от евреев, по вере. Который обратил на него внимание. Который его обогрел, перевязал ему раны и оплатил гостиницу. И когда спрашивают о том: «Кто для тебя ближний?», то Христос говорит: «Вот этот человек, он является ближним». Я не священник. Я, может быть, неправильно излагаю смысл. Но Тэтчер обратила внимание на то, что нужно уметь зарабатывать для того, чтобы быть благотворительным, что одно от другого неотделимо. Если у тебя нет денег и если тебе нечего дать, то твои возможности для помощи другим – они тоже ограничены. И в этом есть, наверное, тоже своя мудрость. Виктор Лошак: Впервые, в интервью с вами, я хочу начать новую такую подрубрику: это вопросы, которые задает искусственный интеллект. И я выбрал четыре вопроса, которые, в общем, менее деловые, а более личные. Вот, например, искусственный интеллект спрашивает: «Что вы считаете лучшей статьей или темой в вашем журнале за время вашего редакторства?» Михаил Малыхин: Я не могу назвать лучшую статью. Я не могу даже сказать, что она будет или что она была. Потому что каждая статья мне кажется важной. Она важна в том или ином значении для тех или иных целей. Виктор Лошак: Сегодня важна, а завтра – это уже макулатура. Михаил Малыхин: Мы стараемся так, чтобы это было не макулатурой, а историей. У нас есть своя, мне кажется, уникальная ниша: у нас есть возможность посмотреть на происходящее с высоты птичьего полета. Потому что, когда мы смотрим телевидение или читаем газету, мы читаем о вещах, которые произошли вот сейчас, здесь и сейчас. Мы же обозреваем происшедшее за месяц. Ну и благодаря рубрикам «Великие финансисты» и «История» мы смотрим о том, что было раньше. Мы делаем такие большие истории, понимаете? Мы делаем историю в бумаге. Виктор Лошак: Ну это, если все проникнуты этой миссией: мы делаем историю, это как-то поднимает. Михаил Малыхин: Понимаете, я рассматриваю ту работу, которую мы делаем вместе, не как результат, а как процесс. То есть каждое издание – это часть процесса, который идет годами. Виктор Лошак: Ну вот, следующий вопрос: какую одну финансовую привычку вы считаете важной и полезной, а какую – ужасной? Кстати, не такой простой вопрос. Как может быть, мне показалось. Михаил Малыхин: Как говорил Уайльд: «Определить – значит ограничить». Ну, наверное, хорошая привычка – это считать деньги. Виктор Лошак: Хорошая привычка. Михаил Малыхин: Всегда считать, сколько ты получаешь и сколько ты тратишь. А плохая – это считать деньги не у тебя в кармане. Виктор Лошак: Что для вас лично значит фраза: «быть богатым»? Количество денег? Счастье? Свобода? Что это такое? Михаил Малыхин: Для всех людей быть богатым – это, наверное, свое. Можно пуститься в размышления о богатстве духовном и бездуховном. Но если мы говорим о финансовом богатстве – это, наверное, возможность не думать о деньгах. И всякий раз, когда возникает потребность, чтобы они были с тобой. Виктор Лошак: Что для вас важнее – счастье или успех? Есть ли тут противоречие? Михаил Малыхин: Вы знаете, я не верю в счастье. И я не верю в успех. Мне кажутся эти определения не просто абстрактными, мне кажутся они устаревшими. Виктор Лошак: Почему вы в счастье-то не верите? Михаил Малыхин: Потому что счастье – это не цель и не результат. А может быть, даже не состояние. Счастье... Ты, может быть, можешь чувствовать себя счастливым в какие-то моменты жизни. Они могут быть не связаны с чем-либо и с кем-либо. Виктор Лошак: У меня формула другая. Счастье – это ожидание счастья. Михаил Малыхин: Как жизнь – это, собственно, процесс жизни. Виктор Лошак: Да-да-да. Михаил Малыхин: Помните, в «Раба любви» есть чудесный эпизод, где Вера Холодная с водителем в машине говорит: «Я хотела бы быть важной. Я хотела бы быть там учительницей. Я хотела бы приносить пользу. Я хотела бы быть там санитаркой». Я привожу не четко. «Я хотела бы быть. Я хотела бы быть». А он говорит: «Ты есть!» И в этом раскрывается, наверное, суть счастья. Это не мечтания. Это вот здесь и сейчас. Я помню настоятеля церкви, который... В свое время мне посчастливилось быть клириком. К нему пришел человек и спросил: «Что важно в жизни? Какой самый важный человек? Какое самое важное время? И какое самое важное место должно быть?» И тот ответил, что: «Самое важное время – это сейчас. Самое важное место – это здесь. Самый важный человек – это человек, который перед тобой». И вот это ощущение здесь и сейчас мне кажется важным. Может быть, ощущение быть здесь и сейчас в любом состоянии – это, может быть, и есть счастье. Не мечтать и не надеяться. Не горевать о том, что было то или это, а существовать здесь и сейчас. Виктор Лошак: Извините! Я услышал эту фразу по поводу церкви. Глубокая воцерковленность не мешает вам заниматься «Деньгами»? Михаил Малыхин: Ну, во-первых, я не глубоко воцерковлен. Виктор Лошак: Ну, если вы были клириком все-таки. Михаил Малыхин: Был. Да. Это было счастье. Кстати, когда учился в институте и работал, и растаможивал те самые тюльпаны. Я думаю, что воцерковленность не может мешать подобным вещам. Просто ты должен понимать, что деньги – это тоже твоя ответственность. И как ты распоряжаешься своей жизнью и тем, что ты имеешь – это часть этой жизни, да. Это не противоречит. Это дополняет. Виктор Лошак: Михаил Геннадьевич, спасибо вам большое! Видите, мы работаем вместе, а я о вас так мало знал. И, наверное, зрители услышали вашу фразу, что деньги – это ответственность. Михаил Малыхин: Мне так кажется. Я не истина в последней инстанции. Я тоже, вместе с авторами журнала «Коммерсант Деньги» и вместе с людьми, которые меня окружают, – ищу, пытаюсь понять, что происходит вокруг. Виктор Лошак: Мне очень близка эта ваша позиция. Очень. Спасибо вам большое! Михаил Малыхин: Большое спасибо!