Мария Карпова: Среда, 9, ну да, уже не 15, уже 16 и даже чуть больше. По традиции в этой части программы мы говорим о нашем здоровье. На сегодня обсудим удивительную работу нашего гипофиза, маленькой, очень важной железы. Иногда она может работать чуть активнее, чем нужно. Сегодня мы узнаем, как это проявляется, на что стоит обратить внимание, и как современная медицина помогает в таких случаях. У нас в студии Елена Пржиялковская, кандидат медицинских наук, заведующая отделением нейроэндокринологии Национального медицинского исследовательского центра эндокринологии имени академика Дедова. Здравствуйте, Елена Георгиевна! Елена Пржиялковская: Здравствуйте! Мария Карпова: Елена Георгиевна, мы сегодня будем обсуждать такое достаточно, ну, как будто бы это понятие на слуху, акромегалия, да? Но мало кто, наверное, четко понимает, что это такое. Петр Кузнецов: Да, надо расшифровать сначала. Мария Карпова: Да. И как это связано с нашим гипофизом? Елена Пржиялковская: На самом деле акромегалия – уникальное заболевание, потому что всегда был большой интерес у людей к гигантам. Например, Федор Махнов, это крестьянин из Витебской губернии, он был известен по всему миру, потому что он – один из самых высоких людей в истории. Его рост был 2 м 85 см. И предполагают, что именно он вдохновил Сергея Михалкова на создание любимого нами в детстве «Дяди Степы». Мария Карпова: «Дяди Степы», да. Елена Пржиялковская: Хотя умер Федор Махнов в 34 года от осложнения этого заболевания. Или, например, Морис Тийе. Это прообраз мультипликационного героя Шрека. Он был очень красивым мальчиком, в детстве его даже звали «французский ангел». Но вот заболевание акромегалия обезобразило его внешность, и он был вынужден бросить свою карьеру юриста, стал всемирно известным борцом и тоже достаточно рано ушел из жизни. Акромегалия – это заболевание, которое связано с избыточной выработкой гормона роста, опухолью гипофиза, аденомы гипофиза. Это доброкачественное образование, но из-за того, что оно начинает вырабатывать слишком много гормона роста, это приводит к изменению внешности и различным осложнениям. Мария Карпова: Вообще в целом, как работает гормон роста? Что на него влияет, что происходит, если он работает неправильно? Петр Кузнецов: В какой момент он перестает работать? Ну, если человек в какой-то момент перестает расти? Мария Карпова: А может быть, он не перестает работать. Петр Кузнецов: Самые простые вопросы, которые могут быть. Елена Пржиялковская: На самом деле, гормон роста – ключевой гормон в нашем организме не только в детском возрасте, но и во взрослом тоже. Да, в детстве он отвечает за рост и развитие, благодаря ему мы растем. Но кроме этого, он влияет на все виды обмена: и белковый, и жировой, и углеводный. Именно гормон роста нас защищает от голодания, поскольку поддерживает нормальный уровень сахара, он как бы противодействует инсулину. Он снижает количество жира, вот, поэтому тоже защищает нас от ожирения. Петр Кузнецов: Ну да, такой важный регулятор, да? Елена Пржиялковская: Да, поэтому, ну, проблема возникает. Он как бы отвечает за силу, за рост, да, но проблемы возникают, когда его становится слишком много. Петр Кузнецов: Можно? А так просто, чтобы здесь остаться. А в детстве, скажем так, когда говорят о том, что «что-то он у вас не растет», вот как-то. Родители, как правило, говорят: «Ничего, догонит там, в любом случае». Природа, она так устроена. Бывает так, что его наоборот не хватает? Елена Пржиялковская: Все верно. Петр Кузнецов: Или он работает только в сторону…? Елена Пржиялковская: Нет, абсолютно верно. То есть гипофиз может как вырабатывать слишком много гормонов, так и обратная ситуация, слишком мало. Это приводит к дефициту гормона роста, эти дети отстают в росте от своих сверстников. И на самом деле очень важно вовремя обратить на это внимание, потому что это хорошо поддается лечению, существуют препараты гормона роста. И если вовремя родители этих детей приведут к педиатру, к эндокринологу, то, в общем, их рост потом не отличается от сверстников. Петр Кузнецов: Ну вовремя – это просто смотреть по нормам, да? Вот в таком-то возрасте он отличается? Елена Пржиялковская: Смотреть в скорости роста, да, да, да. Мария Карпова: А если вернуться все-таки к избыточной работе гормона, как это проявляется? Какие признаки, в каком возрасте? Можно ли заметить первые признаки, уже будучи взрослым человеком, акромегалии? Или это всегда с детства? Елена Пржиялковская: Нет, как раз в детстве это бывает очень редко. Мы растем приблизительно до 16-17 лет, потом у нас зоны роста закрываются. Поэтому, если ребенок заболел акромегалией в детстве, у него будет экстремально высокий рост, вот выше 2 метров, очень быстрая скорость роста прямо с детства. Но это бывает очень редко. Чаще заболевание встречается у взрослых. Когда зоны роста уже закрыты, мы не растем, но у пациентов с акромегалией начинают увеличиваться конечности. Руки увеличиваются, они обращают внимание, что кольцо не налезает, перчатки стали малы, размер обуви увеличивается. Пациентки говорят: «Вот я летом купила босоножки в прошлом году, в этом году я уже не могу в них влезть», да, что-то не то. Мария Карпова: А вес как-то меняется? Елена Пржиялковская: Естественно, увеличивается вес и за счет того, что отеки, задержка жидкостей, и ожирение тоже при этом заболевании появляется. И изменяются черты лица. То есть укрупняются нос, губы, уши, челюсть становится больше. Пациенты сильно меняются. Петр Кузнецов: В быту это называется, ну, опухшесть какая-то, да? Что-то вот нужно замечать, да? Это же, как правило, со стороны ты собираешь? Мария Карпова: Мне кажется, опухлости под глазами или что-то. Елена Пржиялковская: На самом деле, действительно отеки тоже, на что пациенты обращают внимание. Потому что изменения внешности, они происходят медленно, да, и пациенты не всегда обращают, ну, считают, что это возрастное, недостаточно анализируют, как они выглядели несколько лет назад и сейчас. Но все-таки, поскольку увеличиваются нос, губы, уши, выдвигается вперед челюсть, появляются складки, то есть несколько симптомы отличаются просто от отечности. Мария Карпова: Как лечится это заболевание, если оно лечится? Елена Пржиялковская: Лечится заболевание. Существует у нас прямо широкий арсенал методов лечения. В первую очередь, это хирургическое вмешательство, то есть удаление этой опухоли. Это происходит через нос, ну, относительно малотравматичная операция, позволяет иногда полностью вылечить пациента. Но проблема заключается в том, что иногда опухоль бывает большого размера или она прорастает в жизненно важные сосуды, нервы, и технически ее удалить полностью ну просто не представляется возможным. Мария Карпова: Но, если опухоль удаляется, размеры частей тела, они возвращаются? Или… Елена Пржиялковская: Здесь многое зависит от того, как давно болеет пациент. То есть, если это недавно, год-два, и есть только выраженные отеки, да, отеки уйдут, размер обуви уменьшается, черты лица становятся более острыми. Но чаще пациенты болеют 5, 10, 20 лет. То есть уже произошло изменение хрящей, увеличение, да, увеличение костей. И тогда уже это может быть необратимо. Но другие симптомы, да, пациентов, которые могут тоже быть при акромегалии, это сильная головная боль, допустим, выраженная потливость, а также такие осложнения, как сахарный диабет, повышение артериального давления, вот все эти симптомы, они, конечно, после операции уменьшаются, а иногда и полностью исчезают. Петр Кузнецов: Я хотел бы еще о причинах узнать. То есть предрасположенность, факторы внешние, да? Что вот, если составить главные там, топ-3 главных причин? Елена Пржиялковская: На самом деле, как и для большинства опухолей, причины на данный момент неизвестны. Очень редко, это всего лишь 5% случаев, акромегалия действительно может быть наследственной, то есть передаваться от родителей. Поэтому мы всегда наших пациентов спрашиваем, не были ли у них в роду родственники с высоким ростом, с крупными чертами лица и так далее. Потому что, если заболевание наследственное, это можно диагностировать генетическим анализом. И в дальнейшем проводить раннюю диагностику у детей или других родственников. Но в большинстве случаев причины этого заболевания остаются, да, неизвестными. Петр Кузнецов: Необъяснимо, да, что-то комплексное. Мария Карпова: Но это именно причина акромегалии? Елена Пржиялковская: Да. Мария Карпова: А причины аденомы гипофиза? Елена Пржиялковская: А это одно и то же, можно сказать. Акромегалия – это аденома, которая выделяет гормон роста. И вот почему эта опухоль вдруг появляется у человека, ни травмы какие-то, ни стресс, ни заболевания, ничто из этого особо не влияет. Поэтому вот этот вопрос часто задают пациенты. Мария Карпова: Я просто к тому, что аденома гипофиза, то есть она же может и на другие гормоны влиять? Елена Пржиялковская: Она может не добирать, выделять другие гормоны. Здесь чаще, конечно, это пролактин, да, гормон роста – это более редкая ситуация. Мария Карпова: Наши телезрители пишут: «У моего супруга брата тоже лечили от гигантизма». Но гигантизм – это то же самое, что акромегалия? Елена Пржиялковская: Гигантизм – это акромегалия, которая развилась в детском возрасте. То есть у них высокий рост, но нет еще таких изменений внешности, потому что зоны роста еще не закрыты. Если, особенно в детском возрасте, это подозрительно в отношении наследственного заболевания. Поэтому обязательно надо обследовать родственников. Петр Кузнецов: Это вот то, что называется – заметно выше своих… Елена Пржиялковская: Да, сверстников. Петр Кузнецов: в школе выше всех? Мария Карпова: Вот есть ощущение, да, прости. Петр Кузнецов: Нет, мне просто интересно, как правило, это мальчики, девочки, или здесь нет половой принадлежности? Елена Пржиялковская: Одинаково, приблизительно одинаково болеют и мальчики, и девочки. Здесь, скорее, да, мы обращаем внимание, например, дети, которые занимаются баскетболом, да? Петр Кузнецов: Да, да. Я тоже сразу подумал. Елена Пржиялковская: Или группы риска, где высокий рост дает определенные преимущества в начале болезни, но потом может приводить к осложнениям. Мария Карпова: Насколько часто это встречаемое заболевание? Потому что у меня есть ощущение, что в детстве я как будто бы таких людей видела и в школе, даже я помню таких девочек и мальчиков. Петр Кузнецов: Ну да, опять же, в классе… Мария Карпова: У меня как раз была баскетбольная школа. Петр Кузнецов: вот этот контраст заметнее всего. А сейчас как-то те догоняют. Елена Пржиялковская: Ну, на самом деле это… Мария Карпова: Может быть, научились это раньше выявлять? Елена Пржиялковская: Нет, к сожалению. Это очень редкое заболевание. То есть оно встречается примерно 15 случаев на 100 тысяч населения, а в детстве гораздо реже. Дело в том, что чаще всего, скорее всего, те дети, которых вы видели, это была обычная конституциональная высокорослость. То есть это здоровые дети, у которых высокие родители. И просто они быстро выросли, могли вырасти немножко выше своих сверстников. Что само заболевание, на самом деле, встречается редко. Но если мы будем больше об этом рассказывать, больше людей будут знать, больше будут замечать у своих детей или родственников какие-то изменения, то сможем чаще диганостировать. Петр Кузнецов: Наши телезрители интересуются, нужно ли вот без причин выяснять, приходить, что-то сдавать? Если да, то на что сдается анализ, на что проверяется? Елена Пржиялковская: Ну, без причин, я считаю, что обследоваться смысла не имеет. Петр Кузнецов: Посмотрел эфир – задумался. На всякий случай. Елена Пржиялковская: Нет, на всякий случай сдавать не нужно. Но если вы заметили, что у вас какие-то изменения внешние произошло, если есть сахарный диабет, артериальная гипертензия, отеки, повышенная потливость, головная боль, то тогда однозначно нужно обратиться. Значит, измерять уровень гормона роста в крови смысла не имеет, потому что он имеет большие колебания. У здорового человека может быть высокий, а у пациента с акромегалией – нормальный. Измеряется другой гормон, который вырабатывается в печени под действием гормона роста. Он называется инсулиноподобный фактор роста-1. Или второе его название – соматомедин-С. Вот именно оценивая этот анализ, если он повышен, мы можем заподозрить акромегалию. Мария Карпова: Давайте напугаем под конец всех наших зрителей. И что будет, если не обращать внимание на симптомы и не лечить заболевание? Елена Пржиялковская: Если не лечить, да, то считается, что продолжительность жизни таких людей снижается минимум на 10 лет. И в основном они умирают от преждевременных проблем с сердцем, это гипертонии, инсульты, инфаркты, сердечная недостаточность, это осложнение сахарного диабета, это заболевания легких. И это опухоли, потому что гормон роста, он стимулирует рост не только внутренних органов, рост всяких новообразований. Мария Карпова: Друзья, будьте очень внимательны к своему здоровью. Петр Кузнецов: Напугала так напугала. Мария Карпова: Да, напугала так напугала. Но это не я, это наш эксперт. Петр Кузнецов: Не бойтесь, друзья. Мария Карпова: Спасибо большое, Елена Георгиевна! Елена Пржиялковская была сегодня с нами в студии, кандидат медицинских наук, заведующая отделением нейроэндокринологии Национального медицинского исследовательского центра эндокринологии имени академика Дедова. Никуда не уходите, увидимся с вами через буквально 5 минут, после новостей с Марией Вингарт.