Петр Кузнецов: Что хочется напомнить в связи с открытием нового сезона? Опять же, в столице взять самокат или велосипед в аренду в Москве можно, пройдя верификацию через Mos ID. При этом… Кстати, напишите, как у вас в других городах это обстоит. Анастасия Семенова: Происходит. Петр Кузнецов: Как решается, как вы берете там в аренду самокаты. При этом прокат недоступен для несовершеннолетних, но я думаю, что это общее правило для всех. Например, в прошлом году операторы заблокировали 76 тысяч аккаунтов пользователей младше 18 лет, работает правило. Из нового в этом году. Еще расширена карта «медленных» зон тех самых. Анастасия Семенова: Ура! Петр Кузнецов: В городе теперь их 420, это много, по данным Дептранса. В прошлом году, тоже важно, количество ДТП с участием именно арендованных СИМ снизилось на 57%, а число аварий с участием детей сократилось на 72%. И об улучшении ситуации, в том числе, на двухколесном, моноколесном рынке мы поговорим с Ксенией Эрдман, директором Ассоциации операторов микромобильности. Ксения, доброе утро! Анастасия Семенова: Доброе утро, Ксения! Ксения Эрдман: Доброе утро, коллеги! Петр Кузнецов: Ксения, давайте еще раз напомним и зафиксируем. С начала нового сезона СИМ по каким правилам сегодня ездят и где? Тротуары, обочины, велодорожки. Ксения Эрдман: Ну, в целом мы продолжаем жить по правилам 2023-го года, когда были внесены первые поправки, и появилась формулировка «средства индивидуальной мобильности». Правил немного, в целом их довольно просто исполнять. Предельная скорость у нас 25 км/ч, при этом прокатные самокаты эту скорость регулируют самостоятельно, а владельцам частных за этим нужно следить самим. Нам нужно действительно правильно выбирать инфраструктуру. То есть приоритет у электросамокатов, они должны перемещаться по велодорожкам. В их отсутствии они перемещаются на пешеходную зону либо на тротуар. В отсутствии того и другого они едут по обочине либо по правой части автомобильной дороги, предельная скорость которой не превышает 60 км/ч. Нам необходимо спешиваться при пересечении пешеходного перехода, и нам нельзя ездить вдвоем, втроем, вчетвером, как бы сильно нам этого ни хотелось. Петр Кузнецов: Сразу вопрос задам от лица пешеходов. Я думаю, что на смс-портале они сейчас появятся. Если я, пешеход, понимаю, что, ну, гонит на электросамокате человек, это арендованный электросамокат, я могу его зафиксировать, куда я могу пожаловаться на него, чтобы предупредить несчастные случаи? Ксения Эрдман: Ну, наверное, давайте скажем еще, что всем самокатчикам, да, всем СИМоводам, что, если они перемещаются по пешеходной зоне, то они находятся в гостях, и приоритет всегда у пешехода. Петр Кузнецов: Так. Ксения Эрдман: Именно они должны замедляться, останавливаться, снижать скорость, аккуратно объезжать. То есть не нужно звонить в звонок в спину и пытаться всех разогнать, это пункт №1. А второй, если вы действительно заметили любое нарушение на электросамокате, неважно, это на пешеходной зоне, не на пешеходной зоне, то вы можете, первое – воспользоваться Телеграм-ботом, который называется «Самокаты: общественный контроль». Пройдя небольшой, заполнив, точнее, небольшой скрипт, вы можете отправить нарушение. Желательно, чтоб там была фотография либо видео, так будет проще. Либо то же самое сделать через службу поддержки любого оператора, они тоже принимают все эти сообщения о нарушениях. Петр Кузнецов: Понятно. Анастасия Семенова: Ну как раз и телезрители пишут: «У меня был вопрос: как будут бороться?». И вы об этом сказали. По двое, по трое, по четверо даже катаются. Вот из Свердловской области: «Самокат в городе – это опасно». В Екатеринбурге: «Как ездили по два человека на бешеной скорости, так и ездят, никто их не наказывает». Петр Кузнецов: Чем дальше от столицы, да. Анастасия Семенова: Да. Что делать в других городах? Тоже этот бот сработает, поможет? Получается, как будто бы полиция должна. Ксения Эрдман: Сейчас я на новый вопрос отвечу. Этот бот действительно работает во всех городах присутствия прокатных электросамокатов. И не важно, Екатеринбург, Чита, Владивосток, Краснодар, любой город, пожалуйста, обращайтесь туда. Вопрос второй, по поводу фиксации. По большому счету, у нас есть только два способа фиксации любого правонарушения на любом транспортном средстве. Это либо сотрудники ГИБДД, которые в целом уже не высказывались, что мы не будем бегать за каждым самокатчиком и его преследовать. Они периодически проводят рейды в разных городах. В целом, ну, как бы считается, что на этом их функция выполнена. А самый эффективный способ и, наверное, единственный рабочий – это, конечно, фото- и видеофиксация. То есть вот по аналогии с автомобильным движением нам нужно понимать, что человек совершил, мы его тоже зафиксировали и тут же оштрафовали. Петр Кузнецов: Вот в таких ситуациях, а мне кажется, что речь идет о том, что мы должны надеяться на выработанную или вырабатываемую культуру вождения. Есть ли она сейчас между пешеходом, ну тут много участников движения, на самом деле. Автомобилист… Анастасия Семенова: Да, слишком. Велосипедисты. Петр Кузнецов: самокатчик, велосипедист, пешеход. Можем разбить на много еще групп. Что вы наблюдаете? Есть ли она, эта культура вождения? Привыкли мы к этому вне каких-то своих правил? И в чем она измеряется, как ее можно ощутить? Анастасия Семенова: Да. Потому что кажется, что с каждым годом агрессия все становится, она нарастает. Петр Кузнецов: Я вот, кстати, наоборот хотел сказать, вот, Ксения, что я фиксирую, ну, как будто бы мы все уже привыкли, что существует такой объект, он может показаться в любой момент. И как будто бы мы уже… Анастасия Семенова: Готовы. Петр Кузнецов: научились работать и с ними, да, эмоционально. Ксения Эрдман: Вы знаете, вот возвращаясь к вашим словам про вырабатываемую культуру, мне кажется, здесь нужно вырабатывать помимо культуры, еще достаточную регуляторику. Как будто бы, да, социальное напряжение, оно немножечко начинает снижаться. Мне хочется в это верить. Плюс ко всему, у нас действительно снижается количество ДТП, вот вы говорили про цифры московские, минус 60% почти. В целом по всей России у нас минус 25%. Поэтому в целом можно говорить, что это в том числе потому, что люди все-таки стали соблюдать правила, стали понимать, что это не просто игрушечный транспорт, да, и нужно вести себя на нем соответствующим образом. Но плюс, безусловно, работают все те меры, которые предпринимают операторы по борьбе с нарушителями. Ну и ряд муниципалитетов, которые подходят к микромобильности здраво. Вот поэтому мы, безусловно, стремимся к нулевой аварийности… Петр Кузнецов: Так, у нас что-то со связью, но я надеюсь, что мы сейчас восстановили ее, Ксения, потому что очень хочется с вами это обсудить. Анастасия Семенова: Да-да-да, все слышно отлично. Петр Кузнецов: Да, слышно вас, слышно все прекрасно, да. Это временные какие-то были изменения. Ксения Эрдман: Я вас тоже слышала. Петр Кузнецов: Отмечен тренд на отказ от электросамокатов сейчас в соцсетях, особенно среди молодого поколения как раз. Я думаю, что вы с этим сталкивались. Если раньше было модным как раз на электросамокате сфотографироваться, потом эта мода прошла. Это превратилось в антимоду. И сейчас все зависит от соцсетей. Если ты на электросамокате, ты там дальше, ну, уже свои определения. Замечаете ли вы этот тренд, и сказывается ли он на спросе? Ксения Эрдман: Нет, если честно, я о таком тренде слышу впервые от вас, хотя являюсь довольно активным пользователем социальных сетей. Количество поездок, которое из года в год растет, оно как раз говорит о том, что тренд никуда не уйдет. И это вопрос не в тренде, понимаете, вопрос в том, что люди выбирают этот вид транспорта потому, что он по каким-то причинам им удобен. Ну, потому, что нет общественного транспорта, например. Это мы, живя в Москве, привыкли, что там мы в любое время дня и ночи, в целом, можем доехать на комфортном транспорте несколькими способами. Если мы уедем чуть дальше в регионы, мы поймем, что на самом деле ситуация совершенно не такая. И очень многие люди как раз в течение внесезона, в каких-то там уральских регионах, в Сибири, на Дальнем Востоке, где есть снег, и где самокаты не перемещаются круглый год, они нам пишут, что, ребята, когда вы уже придумаете какой-нибудь электросамокат, который сможет передвигаться в том числе и зимой? Потому что мы не можем уехать там из какого-то нового ЖК, условно, до остановки общественного транспорта. И в тех городах, где запрещают электросамокаты прокатные, есть такая тенденция. Там очень быстро начинает расти количество частных СИМов, на аварийность с которыми, ну и в целом, опасность которых, она гораздо выше прокатных. Вот поэтому мне кажется, что здесь должен быть действительно здравый подход к управляемой прокатной микромобильности. Анастасия Семенова: Мне интересно, вы как раз об этом заговорили, есть ли какая-то у вас статистика, на сколько времени чаще всего арендуют и дальность расстояния? То есть доехать, не знаю, во время рабочего места от одной встречи к другой или, не знаю, на обед прокатиться? Петр Кузнецов: И как меняются, кстати, эти расстояния, цифры, да? Стали ездить на более короткие расстояния? Ксения Эрдман: Ну да, смотрите, действительно есть тренд, который как раз отметил прямо один из банков-партнеров, на более короткие поездки, более частые и более короткие поездки, это действительно так. У нас все больше процент именно транспортных поездок, по итогам прошлого сезона он доходит до 90%. Транспорт микромобильный не зря называется транспортом первой и последней мили, потому что то расстояние, которое проезжается, оно как раз там условно равно миле, это 3-5 километров. А если говорить про сценарии поездки, то они следующие. Это, как правило, доехать до какого-то транспортного узла из жилого комплекса, который не очень удобно соединен транспортной инфраструктурой. Это объезд пробок в центре в часы пик. Это вообще замена общественного транспорта на 3-4 остановки, дабы тоже, возможно, избежать пробок, ну, или просто проехать более комфортно. В основном вот такие вот маршруты и транспортный сценарий. Петр Кузнецов: Как выстраиваются взаимоотношения прокатов с местными властями, то есть с городами? Как это осуществляется, кто начинает этот диалог? Какие есть подвижки? Потому что мы, да, извините, в прошлом году, по-моему, тоже с вами обсуждали, появляются уже города, которые полностью запрещают прокаты, много замедляют и так далее. Ксения Эрдман: Да-да-да, я вот не знаю, была связь в тот момент или нет, я про это упомянула. На самом деле, все операторы, они в основном работают по соглашениям с городами, где прописываются там основные права и обязанности одной и второй стороны. Вот прописываются «медленные» зоны, там места размещения парковок и так далее. Петр Кузнецов: Но этот контракт, Ксения, извините, этот контракт как заключается? Вот если мы его берем, он заключается на сезон? То есть это не значит, что в следующем все так же будет, да? Ксения Эрдман: Да, да. Анастасия Семенова: То есть все может поменяться? Петр Кузнецов: Я больше к этому, да, снова перед началом сезона встреча, обсуждение? Ксения Эрдман: Да, да, встреча, они обновляются, да, какие-то пункты добавляются, убираются, что-то актуализируется, да. Как правило, это обновление каждый сезон. Петр Кузнецов: Я еще, знаете, к чему? Важно, городские власти, когда снова начинают этот диалог, собираются мнения пешеходов, то есть мнение общественности? Используется оно в этом диалоге? Ксения Эрдман: Ну, в целом город может это сделать, город может этого не делать. При этом он в этот момент ничего не нарушит. Анастасия Семенова: Ну да. Вот мы подведем… Ксения Эрдман: Просто мне кажется, что, если собираются мнения пешеходов, было бы правильно в этот момент еще собирать мнения самокатчиков, да, чтобы учитывать уж все мнения. Петр Кузнецов: Да, да. Круглый стол устраивать. Анастасия Семенова: Да. Ну вот как раз мы сейчас подведем итоги. Как раз мы задавали вопрос: «Электросамокаты в городе – это проблема?», и 94% сказали «да», и только 6 – «нет». Как с этими цифрами бороться? Мы не знаем, есть ли там владельцы электросамокатов или те, кто любит. Но я думаю, что большая часть – это пешеходы. Как сделать так, чтобы хотя бы было 50х50, Ксения? Ксения Эрдман: Строить велоинфраструктуру. Это единственный, на самом деле, корень решения проблем. Потому что, безусловно, те люди, которые сталкиваются с электросамокатами на пешеходной зоне, они, конечно, раздражены очень сильно. Вот. Хотя в тот момент электросамокатчик ничего не нарушает, так написано в Правилах дорожного движения. Единственное решение проблемы – это будет строительство инфраструктуры с разделением потока… Анастасия Семенова: Да, Ксения, что-то со связью, да, мы вас услышали. Петр Кузнецов: Самое главное мы услышали. Спасибо вам большое! Да, поздравляем тех, кто особенно не может обходиться в наше время без электросамокатов, с началом нового сезона. Ксения Эрдман, директор Ассоциации операторов микромобильности. Спасибо! Анастасия Семенова: Спасибо! Петр Кузнецов: «Самокатчики в основном просто катаются, молодежь, дети. Причем, тротуары во многих местах очень узкие. Самокаты бросают где попало, посреди дороги». Анастасия Семенова: Да, тоже из Сочи писали о том, что под домами, да, под первый этаж, если ты живешь, кидают, и не… Петр Кузнецов: Да, раньше, кстати, такого не было. Раньше все-таки парковки организованные не позволяли, ты не мог оставить электросамокат вне этой парковки, вот бросить просто во дворе. Анастасия Семенова: Они валяются еще. Петр Кузнецов: Я смотрю просто ночью, если идешь в темное время, они просто там светятся где-то в кустах, что-то мигает. Анастасия Семенова: А что мигает? Помоги мне? Подними меня? Что он говорит? Петр Кузнецов: Не знаю. Анастасия Семенова: Обсудим. Петр Кузнецов: Нужно уметь просто разговаривать на их языке. Я пока этому не научился. Идем дальше. 54-45, главное, что у нас язык один с вами. 8-800-222-00-14.