Мария Новикова: Слушать, слышать и договариваться. Они свободно говорят на нескольких языках, отлично разбираются в международном праве и умеют находить общее даже с самыми сложными собеседниками. Они участвуют в переговорах, подписывают соглашения, решают конфликты и при необходимости защищают права соотечественников за границей. Российские дипломаты сегодня отмечают свой профессиональный праздник. День дипломатического работника объединяет тех, кто представляет Россию за рубежом и выстраивает диалог с другими государствами. Петр Кузнецов: Правда ли, что это служба Отечеству с риском для жизни? И как они вообще добиваются своих невидимых побед? Все это мы обсудим с Александром Улановым, заместителем директора Дипломатической академии МГИМО МИД России. Доброе утро. Мария Новикова: Здравствуйте, Александр. Александр Уланов: Петр, Мария, доброе утро. Мария Новикова: С праздником вас. Петр Кузнецов: С праздником. Александр Уланов: Благодарю вас. Петр Кузнецов: Если бы вас сейчас попросили в трех словах или назвать три важных, самых важных качества дипломатического сотрудника, какие бы это были слова? Александр Уланов: Я хотел бы еще раз поздравить всех наших зрителей, имеющих отношение к внешнеполитической службе, с Днем дипломатического работника. Отвечая на ваш вопрос, я бы, наверное, выделил следующие качества: это мудрость, это стойкость, это уверенность. Почему эти качества важны? Потому что мудрость позволяет увидеть ситуацию не только в рамках текущего момента, но посмотреть на исторические предпосылки, посмотреть на перспективы, оценить ситуацию в объеме, понять истинные мотивы собеседника, какую позицию он преследует. Стойкость крайне важна, потому что дипломат представляет интересы своей страны, он выступает не в личном качестве, за ним стоит вся страна, весь народ, поэтому очень важно здесь последовательно отстаивать позицию. И вспоминается опыт известного советского дипломата, министра иностранных дел Советского Союза Андрея Андреевича Громыко, «Мистера Нет», который с железной волей и с железной стойкостью отстаивал интересы нашей страны и для всех нас был примером. И говоря про уверенность, как раз это вытекает из предыдущей части, она, наверное, сопряжена с поиском креативных решений, с поиском новых решений, с творчеством, потому что сейчас появляются совершенно новые форматы для донесения позиций страны. И важно это делать уверенно, важно это делать последовательно, но с использованием новых инструментов. Сейчас говорят про панда-дипломатию, например, когда Китай свои интересы продвигает с помощью панд. Говорят про дипломатию дронов, когда страны разрабатывают свои технологии и во взаимодействии с другими государствами продвигают не только эти технологии, но и такие системные отношения вокруг них. Петр Кузнецов: Договариваются уже за человека сами там где-то наверху. Мария Новикова: Дроны. Александр Уланов: Это правда, это правда. Петр Кузнецов: Мы о цифровой дипломатии в том числе еще поговорим. Есть ощущение, что, знаете, принято говорить, что дипломатом нужно родиться, то есть это нужно с самого раннего детства хотеть быть дипломатом и выстраивать карьеру дипломата, то есть просто так не получится: вот был я экономистом, пойду-ка я в дипломаты, наверное, ну, не бывает так. Мария Новикова: Проще говоря, как стать Сергеем Лавровым? Есть какой-то секрет? Александр Уланов: Вы знаете, Мария, я соглашусь с тем, что дипломатия – это призвание. Прийти в эту область можно из разных сфер, если посмотреть исторически, то, в принципе, так и было, потому что изначально дипломатия формировалась как такое важное государственное служение, как дополнительная работа к основной профессии. Но сейчас мир усложнился, сейчас работа в данной области требует глубоких специальных знаний, поэтому построение карьеры дипломата – это целенаправленный процесс, который начинается с получения профильного образования в области международных отношений, международного права, мировой экономики. Это процесс последовательный, потому что опыт дипломата передается во многом из уст в уста, и нужно общаться с профессионалами, для этого, конечно, требуется время. Поэтому здесь очень важно выбрать это призвание и следовать этому пути в его разных формах. Петр Кузнецов: Кстати, вот о коммуникации вы заговорили. Есть такой ремейк, наверное, арабской мудрости про то, что у дипломата есть два уха и один рот, а значит, что он больше должен слушать, чем говорить, так ли это? Можно ли сказать про дипломата, что это умение скорее слушать и меньше говорить? Александр Уланов: Это очень мудрая мысль, и здесь хочется ответить вам другой крылатой фразой: язык дан дипломату для того, чтобы скрывать свои мысли. Петр Кузнецов: Да-да-да, продолжение. Александр Уланов: Эту фразу приписывают французскому дипломату Шарлю Морису де Талейрану. И вы знаете, профессия дипломата действительна связана во многом со слушанием. То есть дипломат – это не молчун, он должен уметь говорить, но дипломат должен в большей степени уметь слушать. Почему это важно? Потому что это необходимо, чтобы точнее понять позицию собеседника, чтобы понять нюансы, чтобы лучше понять формулировки и истинные мотивы собеседника, потому что часто за фразами, за публичными позициями скрываются какие-то скрытые интересы, которые на самом деле продвигает ваш партнер, поэтому очень важно внимательно его слушать. И, вы знаете, иногда молчание – само по себе инструмент, потому что в переговорах очень большую роль играет невербальная коммуникация. И иногда молчанием можно очень много показать собеседнику, показать отношение к той или иной теме. Но вместе с тем дипломат, конечно, должен уметь и говорить. Это не трибун, не такой вот оратор, знаете, как мегафонный дипломат. Это говорение всегда выверенное, продуманное заранее, простроенное и чаще такое тихое, но очень взвешенное, очень уверенное и точное. Мария Новикова: Кстати, говоря о переговорах, тихих, раньше все как-то проходило за закрытыми дверьми, сейчас, судя по тому, что творится на геополитической арене, особенно в других странах, очень много заявлений, меняется все-таки дипломатия. Как в современных обстоятельствах приходится работать? Подход меняется? Александр Уланов: Вы знаете, остается глубинный дух дипломатии, но, конечно, ее формы меняются, появляются совершенно новые измерения. Появилась недавно, например, цифровая дипломатия, работа в социальных сетях. Цифровая дипломатия сама по себе – это форма публичной дипломатии, потому что сейчас существует множество измерений, и научная, и культурная дипломатия, все является инструментом, то, что я говорил про... Петр Кузнецов: Это тоже все про выстраивание отношений, да? Александр Уланов: В первую очередь это всегда выстраивание отношений, но очень важно, что эти отношения такие двухуровневые: это и отношения между людьми, переговорщиками, которые решают какой-то вопрос, но, что еще более важно, это отношения между государствами. Поэтому всегда важно понимать, переговорщик, дипломат отстаивает интересы страны, это очень важно. Вот на стыке этих двух больших направлений работы получается реальная дипломатия, практическая. Да, действительно, она сегодня имеет совершенно разные формы, и в том числе современные, высокотехнологичные. Петр Кузнецов: Цифровая дипломатия, она упрощает же работу дипломата? И не получается ли так, что вот те важные мягкие навыки, которые не способен пока развить искусственный интеллект, вообще цифра, они уходят, то есть каким-то образом обесцениваются, и они уже не нужны, потому что это все переведено в цифру? Александр Уланов: Вы знаете, цифровая дипломатия дополняет традиционный трек. Что вообще понимают под этим? Это работа с зарубежной аудиторией, причем прямая работа через социальные сети. В случае нашего Министерства иностранных дел, эту работу успешно ведет Департамент информации и печати во главе с официальным представителем Министерства иностранных дел Марией Владимировной Захаровой. Эта работа дополняет традиционную дипломатию, она не заменяет ее собой. По-прежнему нужно договариваться, нужно общаться, но все-таки это немножко другой формат. Это формат общения с массовой аудиторией, если мы говорим про цифровую дипломатию, а политические вопросы по-прежнему решаются в личном контакте. Надо сказать, что цифровизация, конечно, внесла свой вклад в изменение этого диалога, и здесь во многом таким драйвером этого процесса стала пандемия коронавируса, когда очень многие переговоры перешли в цифру. Петр Кузнецов: Как и для всех, да. Александр Уланов: Но это только дополнительно налагает ответственность на дипломата. Петр Кузнецов: Новые навыки какие-то приходится разрабатывать, да? Александр Уланов: Вот как раз хотел именно про это сказать, потому что в личном общении всегда чувствуется, очень много информации передается через невербальный сигнал, можно почувствовать, что говорит собеседник, а цифровой формат немножко скрадывает это, поэтому нужно еще более внимательно смотреть, еще более внимательно слушать. Мария Новикова: Но интереснее всего, случаются ли какие-то нештатные ситуации, когда нужно вот здесь, в моменте принять решение, может, у вас что-то такое было? Петр Кузнецов: Кстати, да, вы говорили о том, что и творческая составляющая должна быть, импровизацию же нужно подключать наверняка в какой-то момент? Мария Новикова: И приходится ли? Александр Уланов: Вы знаете, лучший способ решить проблему – это постараться в нее не попадать. Петр Кузнецов: Предупредить. Александр Уланов: И дипломаты исходят из этого превентивного подхода, то есть заранее прорабатывают, продумывают свои переговорные стратегии, свою работу. Но, конечно, нештатные ситуации случаются, и у меня тоже в практике они случались, и у коллег. Здесь очень важна такая, знаете, внутренняя психологическая настройка, когда нет возможности посоветоваться с кем-то, когда нет возможности долго обдумывать, здесь важно принять для себя тот факт, что вы принимаете на себя ответственность, и действовать, но исходя из принципов: принципов защиты интересов страны, принципов нашей внешней политики, которая изложена в ее концепции, концепции внешней политики Российской Федерации. Вооружившись этими базовыми вещами, можно, в принципе, в моменте решать любой вопрос. Поэтому, да, нештатные ситуации происходят, но, мне кажется, они только обогащают опыт дипломатов. Мария Новикова: А вообще этому учат? И где становятся дипломатами? Куда пойти, так скажем, учиться тому, кто мечтает о такой карьере? Александр Уланов: Конечно, этому учат. Во многом, как я сказал, этому учат в практике, в практике общения со старшими коллегами-дипломатами, аксакалами дипломатической службы. Но дипломатическая карьера, как мы уже с вами сегодня говорили, это процесс долгий, длительный, и начинается она, конечно, с обучения. Факультеты международных отношений есть в разных вузах нашей страны: есть и в Санкт-Петербургском государственном университете, и в Институте стран Азии и Африки МГУ, и Пятигорском государственном университете. Флагман международного обучения – это, конечно, МГИМО, Московский государственный институт международных отношений. Это университет-система Министерства иностранных дел, где обучают специалистов в области международных отношений, международного права, мировой экономики. Такое комплексное обучение по совершенно разным специальностям, по актуальным проблемам, которые есть сейчас, и экологии, и климата, и цифры, вот это основная площадка. Петр Кузнецов: Для еще большего понимания, можно ли описать такой среднестатистический день дипломата? Просто, чтобы мы понимали. Потому что в понимании одних – это какая-то рутинная работа, на самом деле это так кажется, все красиво, что он только и знает, что путешествует. Мария Новикова: В красивом костюме. Петр Кузнецов: Да. А на самом деле это работа с бумагами. Вот, например, день, не знаю, можно ли вообще какой-то день назвать средним? Или он каждый раз разный? Александр Уланов: Вы очень справедливо сказали. Мне кажется, каждый день разный. Потому что профессия дипломата – это очень романтическая профессия, это как жить в приключенческом романе. Петр Кузнецов: Все-таки, да? Александр Уланов: Конечно, это очень интеллектуальная, но очень живая работа. И, честно говоря, за весь опыт работы в системе МИД не могу сказать, что какой-либо один день был похож на другой, это всегда что-то... Петр Кузнецов: Но приезжаете-то вы в одно время на работу? Александр Уланов: Вы знаете, иногда приходится работать в совершенно новых локациях, в новых местах, и поэтому сложно зафиксировать время приезда, потому что нужно делать что-то принципиально новое. Петр Кузнецов: Такое ощущение, что вы просыпаетесь: «Так, а где я сегодня?», вот так это выглядит. Александр Уланов: Вы знаете, известно заранее, то есть план должен быть четким. Но это всегда что-то новое, это всегда что-то интересное. И вспоминаются совершенно такие необычные зарисовки. Петр Кузнецов: Да, это нагляднее всего будет, с примером. Александр Уланов: Помню, во время работы в составе российской делегации на площадке ООН в Женеве, очень обратил на себя внимание такой факт, когда заходишь в зал, где идут переговоры, там очень большой зал, множество посадочных мест, потому что больше ста стран участвуют в многостороннем формате переговоров, и заходишь, в зале тишина, только небольшой шепот идет, такой шорох. Петр Кузнецов: Как в театре? Александр Уланов: Да-да-да, очень точно. Зато, когда надеваешь наушник синхронного перевода, есть шесть официальных языков ООН, на которые транслируется, переводится заседание. И вот как только надеваешь наушник, ты слышишь, какая ожесточенная баталия идет за каждую запятую, за каждое слово, потому что каждая делегация борется за интересы своей страны, своего народа, каждое слово стоит очень дорого. И наушник снимаешь, опять тишина, такой шорох. А когда надеваешь, прямо непередаваемые эмоции. Мария Новикова: А, кстати, сколько языков должен знать дипломат? Александр Уланов: Вы знаете, чем больше, тем лучше, потому что каждый новый язык – это новая система восприятия мира. Но базово дипломат обязан знать как минимум два иностранных языка, это квалификационное требование при отборе в МИД. Поэтому, когда молодой дипломат поступает на службу, он сдает экзамены по иностранным языкам, два языка – это минимум, но чем больше, тем лучше. Мария Новикова: А в бытовом отношении как-то проявляются навыки, которые получает дипломат от профессии? Петр Кузнецов: Да, какой дипломат дома? Это правда интересно. Мария Новикова: Интересно. Александр Уланов: Вы знаете, дипломатия – это моя самая любимая профессия, потому что я посвятил всю жизнь этой тематике в разных организациях системы МИД. Могу сказать, что дипломатия, которая основана на переговорных практиках в первую очередь, очень помогает в жизни, в быту, потому что даже дома договариваться легче. Петр Кузнецов: Репетируете, отрабатываете как раз? Александр Уланов: Конечно, да. Понимаете, семья во многом разделяет путь дипломата, потому что это не просто работа, это служение. И здесь, конечно, очень важен крепкий тыл, когда дома понимают, поддерживают, разделяют эту точку зрения, эти ценности, поэтому дипломатия – это такой комплекс. Петр Кузнецов: В этом плане, наверное, с военнослужащими можно сравнить, да? Если, например, дипломата отправляют, я думаю, что мы успеем еще об этом поговорить, на какое-то направление, есть же случаи, когда семью он не может взять с собой, на долгое время расстается? Мария Новикова: Да, с чем семьям дипломатов приходится сталкиваться? Александр Уланов: Вы очень правильно сказали. Дипломатия – это служение, это важно понимать, что это долг человека перед его Родиной. И в этом смысле семья, конечно, здесь должна разделять эти подходы, эти ценности, чаще всего так и происходит. Вы знаете, в дипломатической практике случаются совершенно разные случаи, когда, допустим, дипломатическую карьеру строят и муж, и жена, и не всегда получается, что они находятся в одном месте, бывает так, что они работают в разных странах и приезжают друг к другу в гости, видятся реже, чем в повседневной жизни. И это во многом такой выбор и осознанный шаг из любви к Родине, для своего народа, для своей страны. Это очень большая ответственность, поэтому бывает и такое. Мария Новикова: Но ведь получается, когда семья дипломата вместе с ним отправляется куда-то, условно, если это супруга и дети, то никаких бабушек и дедушек уже рядом и нет, братьев, сестер, то есть фактически семья сужается только до самых близких, и, наверное, это непросто? Александр Уланов: Вы правы, это действительно непросто. Вы знаете, сейчас в современном мире достаточно много возможностей для путешествий, для перемещений, поэтому все ездят друг к другу в гости. И семьи ездят к родителям на родину, и родители тоже посещают дипломатические представительства. Поэтому этот вопрос решается, но действительно, вы правы, это так. Бывает довольно непросто, потому что испытываешь ностальгию по родным местам, скучаешь по своей семье. Вообще карьера дипломата в принципе связана с поездками, то есть это либо долгосрочные загранкомандировки, когда человек уезжает надолго, либо краткосрочные, но часто происходящие, то есть можно наездами достаточно большой срок собирать в зарубежных странах. Петр Кузнецов: А сколько у вас стран? Вы считаете, сколько стран вы? Где вы еще не были, наверное, проще спросить. Александр Уланов: Нет, достаточно много стран на самом деле, которые стоит посетить, где я еще не был. Был в Австрии, в Швейцарии, но сугубо по работе именно российской делегации в ООН. Петр Кузнецов: Самое экзотическое направление? Александр Уланов: Вы знаете, экзотика, наверное, заключается в теме, в тематическом наборе, потому что дипломат воспринимает все страны… Петр Кузнецов: Не в месте? Александр Уланов: Естественно, дипломат воспринимает любые культуры близко. Это, кстати, очень обогащает, потому что вы, общаясь с представителями других стран, узнаете, как они решают свои управленческие задачи, как они развивают свои страны, свою экономику. Петр Кузнецов: Конечно, менталитет, к этому нужно привыкать. Александр Уланов: И поэтому экзотика скорее в тех вопросах, которые приходится решать, но все страны в этом плане крайне интересны. Мария Новикова: А бывает так, что перебрасывают куда-то в совершенно другое место? Петр Кузнецов: Да, интересно на самом деле, как дипломат узнает о том, что... Мария Новикова: Надо ехать и когда. Петр Кузнецов: Как раз, если мы говорим о долгосрочной какой-то поездке, перед фактом и все? Александр Уланов: Вы знаете, дипломатическая карьера строится на основе принципа ротации. Это прямо заложенный в основу службы фундаментальный принцип, что дипломат должен работать и в зарубежных странах, и в центральном аппарате, и чаще всего действительно страны и регионы меняются. И это очень мудрый и полезный принцип, потому что специалист получает возможность ознакомиться с совершенно разными практиками, увидеть, как работает дипломатия в разных странах, это очень обогащает и его как специалиста, и всю страну, потому что он привозит эти знания с собой, он делится ими с коллегами, докладывает руководству, и происходит такое коллективное обучение. Естественно, о ротации дипломат узнает заранее, этот процесс гуманный, он согласуется, все принимают в этом участие, но, знаете, дипломат всегда ждет этого момента, когда он поедет в новую загранкомандировку, узнает какую-то новую страну, и в этом плане чем разительнее контраст, тем лучше. У меня даже были примеры среди моих близких друзей, когда в одной дипломатической карьере встречались такие страны, как Эритрея и Венгрия, бывает и такое. Петр Кузнецов: Звучит как матч чемпионата мира. В скором времени, когда участников расширят. Бывает такое, что, то есть не обязательно обладать, направляют вас в Египет, вы не знаете арабского, это не препятствие, то есть вы по мере изучения языка местного, по мере нахождения, вы его как-то подкачиваете? Александр Уланов: Вы знаете, для дипломата, такая ситуация в принципе не является препятствием, потому что в составе посольства работают переводчики. И бывает часто, допустим, назначают посла, он может не владеть языком страны пребывания, но для этого у него есть переводчик, который владеет филигранно, в совершенстве. А дипломат высокого ранга знает дипломатические практики, он знает основы политики, экономики нашей страны, тонкие детали внешнеполитического курса, поэтому в тандеме с переводчиком этот вопрос решается абсолютно легко. Но чаще всего дипломаты, конечно, знают язык страны пребывания и делают карьеру именно в тех странах, по которым их готовят. Потому что это же не только языковая подготовка, это и страноведческая подготовка, дипломат должен хорошо знать регион, в котором он учится, этнопсихологию, особенности местной политики, чтобы устанавливать доверительные контакты с партнерами. Мария Новикова: Много пишут нам наши телезрители: «Уважаемые наши дипломаты, с праздником вашим вас. Верим в вас, надеемся на вас. И нам всем надо учиться дипломатии на работе, в семье, в поездках, на отдыхе». Вот такие отзывы от наших телезрителей. Петр Кузнецов: Александр, у нас остается 30 секунд. Пожелания молодым дипломатам, всем, кто идет в профессию сейчас, выбрали этот путь? Александр Уланов: Я хотел бы пожелать успехов на этом пути, это прекрасная профессия, вы не ошиблись в выборе. Дерзайте, развивайтесь, узнавайте новое, изучайте внимательно страну и регион, не бойтесь новых технологий, растите в профессии. Желаю всем успеха и еще раз поздравляю с праздником, Днем дипломатического работника. Мария Новикова: Спасибо вам большое. Петр Кузнецов: Спасибо. Александр Уланов, заместитель директора Дипломатической академии МГИМО МИД России. Еще раз с праздником. Большое спасибо. Друзья, мы вернемся через пять-семь минут в эфир во втором часе программы «ОТРажение», никуда не уходите.