Мария Карпова: Эрика Микиртичева. Эрика, здравствуйте. Эрика с нами на связи. Эрика Микиртичева: Здравствуйте. Петр Кузнецов: Здравствуйте, Эрика. С праздником! Мария Карпова: Во-первых, да, поздравляем вас с этим днем. Вообще, насколько он важен для представителей вашей профессии? Петр Кузнецов: Знаете ли вы, что сегодня праздник? Эрика Микиртичева: Да, знаю. Вообще, важен не только для нас, но и для зрителей, вы правильно сказали, потому что мы все отмечаем этот праздник, каждый по-разному. В этот день иногда бывают спектакли, бывают не спектакли, бывает просто трансляция онлайн-уроков репетиций и для зрителей, и для детей, которые учатся в училищах, чтобы они видели, как проходит день артиста. Мария Карпова: Просто почему я спрашиваю? Как я поняла, таких праздников в году много, их несколько... Даже, по-моему, на сайте Большого театра было сказано, что «вы не поверите, мы опять отмечаем День балета», как-то так. Эрика Микиртичева: Мне кажется, у балетных людей каждый спектакль – это праздник, поэтому... Мне кажется, мы все время отмечаем праздник, именно танцуя на сцене, ... оперы, мюзиклов, другие спектакли и другие представители. Мария Карпова: Как в вашей жизни появился балет? Эрика Микиртичева: Ой, в моей жизни появился балет давно. Вообще, я начинала с художественной гимнастики в раннем возрасте, мне было тогда 5 лет. И как-то так случилось, что родители переехали из одной квартиры в другую и пришлось уйти из художественной гимнастики. И рядом была балетная студия, и меня туда отправили. А туда пришли люди из балетного училища и забрали меня в училище, и с тех пор я стала учиться в училище балетном. Но долгое время мне не хотелось танцевать, мне хотелось лентой, булавами пользоваться, я увлекаюсь до сих пор и смотрю художественную гимнастику, вообще большой спорт, атлетов. Мне это нравится. Балетные люди – они раскрыты в разных направлениях, всегда интересуются и музыкой, и живописью, и литературой, и архитектурой, поэтому очень сложно так сказать. Мы должны где-то черпать в себе знания, и поэтому нам всегда интересно все. Мария Карпова: В такой день нам хочется узнать, правда, немного подробнее о вашей профессии, действительно как будто бы заглянуть за кулисы. Вот как строится день балерины? Эрика Микиртичева: Как строится день балерины... Ну, мы встаем, завтракаем... Мария Карпова: Прима-балерины, не просто балерины, прима-балерины. Эрика Микиртичева: Встаем, завтракаем. Дальше собираемся на работу, приходим в театр. Класс у нас в 11 часов в театре, но мы приходим раньше, кто-то в 10:20, кто-то в 10:30, переодеваемся в балетную форму, это купальник, трико и разогревочный какой-то верх, чтобы разогреться. Идем до класса разогреваться, т. е. это еще со школы как бы детей приучают, что перед уроком классического танца ты должен разогреться, т. е. ты должен подготовить свое тело к физической нагрузке. Поэтому мы разогреваемся, каждому артисту нужно свое время, т. е. мне, допустим, хватает 20 минут погреться и привести свое тело к тому, чтобы я могла встать к станку и начать делать классический урок. Дальше происходит классический урок, который длится час, иногда час пятнадцать в зависимости от того, как дальше по расписанию идет репетиция у артистов. Потом идут репетиции. Мария Карпова: Эрика, а так как вы прима-балерина, у вас есть какие-то привилегии? Вы можете чуть позже прийти на репетицию, например, или на тот же разогрев? Эрика Микиртичева: Нет. Мы, конечно, бываем, что иногда опаздываем, но это связано больше с пробками в Москве, а так стараемся всегда приходить вовремя, потому что класс начинается ровно в 11 часов. Поэтому у меня нет, я точно такая же артистка, как и обычные артисты в театре, поэтому у меня нет никаких привилегий. Петр Кузнецов: Расскажите, пожалуйста, а у вас не было за это время мысли, ну хотя бы мысли, бросить все, потому что так сложно это все... ? Нам остается догадываться, насколько это все сложно... Мария Карпова: Да, такие ужасы иногда пишут... Петр Кузнецов: Даже по описанию дня уже понятно, что это все очень сложно и физически, и морально... Не было никогда мысли бросить все, чем-то заняться, не знаю, в профильное уйти, вернуться в художественную гимнастику? Эрика Микиртичева: Ну, на самом деле мысли всегда бывают, наверное, потому, что нам нужна какая-то перезарядка, вот к тому, что я в начале говорила, чтобы мы себя вдохновляли. Поэтому в таких ситуациях мы стараемся себя разгрузить. То есть когда ты чувствуешь, что ты уже эмоционально и физически устал, то мы пытаемся либо отдохнуть, либо куда-то сходить. Так как у меня балетная семья в том плане, что мой муж тоже премьер Театра Станиславского и Немировича-Данченко, Дмитриев, мы совместно иногда куда-то выбираемся, можем сходить в театры... Петр Кузнецов: ...на балет... Эрика Микиртичева: Можно сходить в музей, можно просто погулять. Поэтому... Петр Кузнецов: Еще до этого был еще один такой знаменательный праздник для многих, как мы уже выяснили, День вегетарианства. Здесь пишут телезрители, День вегана даже, мы выяснили, чем они отличаются, не будем напоминать... Пишет телезритель: «Люди из балета, наверное, все вегетарианцы». Расскажите, как и чем вы питаетесь, прима-балерина. Мария Карпова: Потому что считается, что вы вообще ничего не едите. Петр Кузнецов: Да-да, вода только. Эрика Микиртичева: Нет, к сожалению. Да, у нас есть в театре вегетарианцы, но я не вегетарианка, я ем абсолютно все. Но я стараюсь соблюдать какой-то режим питания, это еще со школы приучают, потому что за нами следят в школе, контролируют наш вес, рост, потому что мальчики делают большие поддержки, естественно, им тяжело, а особенно в училище, когда мальчики еще не такие сильные, поэтому за этим следят. Вообще, в театре есть вегетарианцы. У нас есть девочки, которые именно питаются вегетарианской кухней. Петр Кузнецов: Но запретных продуктов нет таких, четкое правило? Мария Карпова: Вот пирог с капустой мы сегодня готовили в «Блюде дня». Петр Кузнецов: Человек из балета – только не... ? И все это знают и не употребляют? Эрика Микиртичева: Ну... Наверное, золотое правило балетных людей, для меня по крайней мере: если тебе надо как-то соблюдать какую-то форму, то не есть после 6. А так стараться не есть булочки, шоколад, что-то, где есть большие углеводы, которые заставляют тебя набирать вес. Мария Карпова: Про невероятную конкуренцию в вашей профессии, о том, что все балетные друг друга ненавидят, строят друг другу козни... Петр Кузнецов: Стекло в пуантах... Мария Карпова: Стекло в пуанты, да... Что-то я читала... Петр Кузнецов: ...набило оскомину в буквальном смысле. Мария Карпова: Правда не правда? Эрика Микиртичева: Вы знаете, я вам так расскажу, что в нашем театре такого нет. Ну я за свой 16-й сезон не наблюдала ни разу таких инцидентов. Знаю одно, слышала по слухам, что такие бывали, но в нашем театре нет. Конкуренция – да, она всегда существует. Объясню почему: потому что молодежь развивается, мир не стоит на месте, и новые техники, кто-то пытается усовершенствоваться... Раньше достаточно было сделать один пируэт красиво и встать в арабеск, сейчас многие делают пять-восемь девочки и встают в арабеск. Конечно, ты пытаешься как бы себя усовершенствовать. Так как я балерина, мы идем, как говорится, в моде в балете, я бы так сказала, чтобы показать себя, чтобы не отставать от этого. Поэтому конкуренция существует всегда, без нее будет сложно, без нее будет скучно и неинтересно в балете, потому что тебе не к чему будет стремиться. Ты будешь видеть, что все одинаковые, а мы не все одинаковые. Мария Карпова: Вы знаете, говорят, французы считают, что есть французское вино и никакого другого, так мы считаем, что есть русский балет и тоже никакого другого не существует. Как бы вы объяснили непосвященным, людям, далеким от этого вида искусства, чем так особенен русский балет? Эрика Микиртичева: Мне кажется, русский балет славится еще испокон веков. Русская школа всегда отличалась своей чистотой, своими позициями, своей техникой, своей школой. То есть не зря придумана методика Агриппиной Яковлевной Вагановой, методика классического танца, по которой учатся все российские школы. Поэтому... Русские люди, во-первых, очень эмоциональные. Если ты приезжаешь куда-то в Европу, в другие страны, сейчас, к сожалению, мы это не можем делать, но раньше мы ездили, и можно было видеть, насколько мы очень открытые, наша душа открытая, наше тело универсальное... Хотя в принципе я могу сказать, конечно, о каждом человеке. Но русская школа всегда славилась тем, что она славилась чистотой, позициями, техникой, и она интересна, потому что мы актерски всегда очень эмоциональные люди, это всегда привлекает народ, что ли, я не знаю, правильно как сказать. Я считаю, что русская школа – это лучшая школа. Петр Кузнецов: А мне вот интересно – балет меняется? То есть он адаптируется к современным реалиям? Нельзя сказать, что в ногу со временем, он все время оставался в классике, но тем не менее он все-таки развивается? Или его ценность в том, что он как раз в классике остается несмотря на то, какое поколение приходит, какой зритель приходит, балет остается балетом тем самым? Эрика Микиртичева: Смотрите, я так хочу сказать, что да, современный танец сейчас очень развивается. Наверное, это хорошо, потому что это другое направление, оно отличается от классического танца. Классический танец – он всегда остается классическим танцем, т. е. вы всегда можете прийти на «Лебединое озеро», «Жизель», «Щелкунчик», «Дон Кихот», это классика. Но если вы придете на современные балеты, их достаточно сейчас много, и наш театр тоже показывает очень много современного танца... Нам посчастливилось, нашему театру, что сейчас нынешний художественный руководитель Максим Севагин, он как раз очень много ставит неоклассического, современного танца, который зритель очень хорошо принимает и смотрит. Он совсем другой: танец совсем другой, и тело по-другому исполняет современную хореографию. Поэтому есть два направления: классическое направление и современное направление. Мария Карпова: Как научиться понимать балет? С чего лучше начать погружение в этот вид искусства? Например, с классики или все-таки сначала с современной хореографии как раз, с современного балета? Эрика Микиртичева: Я так хочу сказать: это исключительно на любителя. Многие люди считают, что лучше начать с классического танца. Но классический танец достаточно сложен в том плане, что если вы придете, допустим, на трехактное «Лебединое озеро», кому-то, возможно, будет сложно это принять, а кто-то будет сидеть с удовольствием с открытым ртом. Современные танцы чаще всего, если современная хореография, если это трехактный современный балет, т. е. состоящий из трех разных актов, три разных современных спектакля, то они идут примерно где-то от 20 до 40 минут, поэтому зрителю гораздо проще воспринять современную хореографию. Хотя у нас в театре есть и большие, масштабные современные спектакли, т. е. люди сидят и смотрят и им очень нравится. Поэтому я не могу сказать, какое конкретное, как говорится, кто на какой спектакль хочет прийти, на классической основе или на современной. Молодежь, наверное, придет на современную хореографию, хотя многие ходят и на классику. Более старшее поколение, наверное, придет на классику. Мария Карпова: Главное – прийти, мне кажется. Вот даже те, кто никогда не ходили на балет... Главное – прийти в театр, уже хорошо, уже все равно на что. Эрика Микиртичева: Да. Театр – это вообще другая атмосфера. Мария Карпова: Да. Эрика Микиртичева: Когда ты заходишь в театр, ты погружаешься в другой мир: ты погружаешься, заходишь в фойе, подымаешься наверх, ты смотришь на фотографии... Мария Карпова: Да. Эрика Микиртичева: Чаще всего фотографии в нашем театре – это балетные фотографии. Ты видишь и оперу, и балет, и ты начинаешь смотреть. Тебе что-нибудь нравится: «О, это какой спектакль?» Это, допустим, «Жизель» – «Вот надо сходить на «Жизель», мне нравится!» – вот завлекла эта фотография, им понравилось. Кто-то посмотрел: «О, классная фотография! – это, допустим, «Класс-концерт», современный у нас идет спектакль. – Надо прийти на этот балет, посмотреть этот балет». Мария Карпова: Эрика, спасибо большое! Мы вас еще раз поздравляем с праздником, с Днем балета. Эрика Микиртичева: Спасибо! Мария Карпова: С нами на связи была прима-балерина Музыкального театра Станиславского и Немировича-Данченко, заслуженная артистка Российской Федерации. Спасибо!