Руслан Арсланов: Весит всего 20 граммов, но роль в жизни мужчины гораздо весомее. Древнегреческие врачи называли ее вторым сердцем сильного пола. Рак предстательной железы в нашей стране постепенно выявляют у более молодых пациентов, рассказали в Минздраве. На фоне этой тенденции особое значение приобретает современная диагностика заболевания. Мария Новикова: Кто попадает в группу риска и как не упустить момент для раннего выявления? Какие современные методы диагностики помогают обнаружить заболевание и что включает в себя эффективное лечение? Обсудим с Армаисом Альбертовичем Камаловым, профессором, академиком Российской академии наук, заслуженным деятелем науки Российской Федерации, директором медицинского научного образовательного центра МГУ имени М.В. Ломоносова. Армаис Альбертович, здравствуйте. Руслан Арсланов: Здравствуйте, Армаис Альбертович. Армаис Камалов: Здравствуйте. Мария Новикова: Я бы начала, наверное, с такого вопроса: вообще насколько важна предстательная железа в репродуктивной функции? Потому что мы сейчас все говорим про нашу демографию, про наше репродуктивное здоровье, и, наверное, многие не задумываются о том, что это действительно важно. Армаис Камалов: Да, конечно, потому что предстательная железа – это орган, который во многом обеспечивает жизнеспособность сперматозоидов у мужчин и во время полового акта играет значительную роль в том, чтобы мужская сперма была бы фертильна. Но вместе с тем в предстательной железе формируются определенные патологические процессы, которые могут вызывать те или иные заболевания. И вот тут, наверное, в большей степени мужское здоровье, и мужчины связаны с различными заболеваниями, чаще всего именно по этим поводам обращаются к врачам. Но тоже хотел бы сказать о том, что процессы в предстательной железе происходят, в общем-то, достаточно этапно, и, так сказать, на ранних стадиях многие заболевания могут практически не выявляться, то есть бессимптомно протекать. Поэтому очень важно, наверное, все-таки изначально говорить о том, что орган мужской, предстательная железа, она требует очень серьезного, так сказать, к ней отношения, и, наверное, каждый мужчина должен понимать, что, наверное, начиная от 45 лет, даже если его ничего не беспокоит, он должен обращаться к урологу для профилактического осмотра и диагностики соответствующей. Руслан Арсланов: Вы сказали, в 45 лет точно нужно, а в более раннем возрасте? Ведь часто бывает такое, что в 45 многие мужчины вообще узнают о существовании как таковой предстательной железы, потому что, как вы и сказали тоже, что она не беспокоит и так далее, и никто про это не говорит. На данный момент есть ли какие-то способы как-то изучить ее, продиагностировать предстательную железу в более раннем возрасте? Или это не требуется? Армаис Камалов: Вы знаете, в более раннем возрасте, в молодом возрасте чаще всего все-таки в предстательной железе могут возникать воспалительные процессы и, наверное, мы все с вами, это на слуху, это заболевание, которое называется хроническим простатитом. Руслан Арсланов: Да. Армаис Камалов: Но оно может начинаться с острой фазы, бывают и такие, в общем, достаточно серьезные ситуации, когда простатит может уже и жизнеугрожающие состояния вызывать у человека, потому что это высокая температура, высокие цифры лейкоцитоза и так далее. Поэтому здесь очень важно просто понимать, что предстательная железа уязвима, будем говорить, во всех возрастных группах наших мужчин. Мария Новикова: А если смотреть за тенденцией, стали ли больше обращаться мужчины к урологу? Или эта тема как-то табуирована немного в нашей стране? Армаис Камалов: Вы знаете, наверное, все-таки чаще, потому что, я хочу сказать, что и Министерство здравоохранения Российской Федерации, и городское здравоохранение Москвы, да как и, наверное, во всех регионах, сегодня уделяется большое внимание мужскому здоровью, в том числе и репродуктивному здоровью мужчин. Вы знаете о том, что с 2024 года в стране появилась возможность пройти диспансеризацию для оценки репродуктивного потенциала как женщины, так и мужчины. Поэтому в этом плане, наверное, государством создаются все условия для того, чтобы мужчина имел такую возможность. Другое дело, что сам мужчина, к сожалению, я могу вам так сказать, что, наверное, в меньшей степени, чем женщины наши, они мотивированы на вот такие профилактические посещения врачей, и это большая проблема. Руслан Арсланов: Только в крайнем случае, когда уже прижимает, скажем так, когда болит, мне кажется, что это такая знакомая история, мы здесь не раз эту историю обсуждали. А как, на ваш взгляд, можно сделать так, чтобы чаще обращались мужчины? Хотя бы, почему «хотя бы», вообще по всем вопросам, конечно, но поскольку мы сегодня заострили внимание именно на предстательной железе, я поговорю про репродуктивную функцию, все-таки чтобы чаще обращали внимание на репродуктивную функцию, как мотивировать? Армаис Камалов: Вы знаете, дело в том, если мы говорим о репродуктивном здоровье, мы говорим, безусловно, о паре, о женщине и мужчине. Вот, например, тоже такое понятие, как ответственное отцовство, когда надо, в общем-то, думать о будущем своем поколении, и, будем так говорить, что здоровье и мужчины, и женщины во многом предопределяет состояние рожденного ребенка. Поэтому здесь, в общем-то, наверное, не только женщина должна быть в системе такого мониторинга, но и мужчина также. Но если мы говорим о предстательной железе, конечно, чаще всего все-таки мы обращаемся к этому органу именно в связи с заболеваниями, которые в этом органе могут развиваться. И одним из самых грозных заболеваний является рак предстательной железы. И на сегодняшний день в структуре онкозаболеваемости рак предстательной железы занимает второе место, уступая место только онкологическим заболеваниям дыхательных путей. Поэтому надо говорить о том, что это такое серьезное заболевание, очень часто встречающееся и, к сожалению, прогрессирующее. И поэтому, в данном случае, как раз-таки профилактические осмотры у врачей-урологов для мужчин являются обязательными. И, к счастью нашему, существуют, условно говоря, скрининговые программы, которые позволяют выявить рак на ранних стадиях, например, анализ на простатический специфический антиген, достаточно простой метод, который позволяет определить его уровень в сыворотке крови и тем самым заподозрить заболевание, даже если у нашего мужчины ничего не болит на данный момент и никаких жалоб он не предъявляет. Поэтому хотя бы в этом плане мы должны понимать, и мужчина тоже должен понимать, что вот эта частота встречаемости рака предстательной железы в определенной степени зависит от его посещения врачей. Если он будет регулярно посещать врача хотя бы раз в год, как я уже говорил, после 45, хотя бы 50 лет, то это залог того, что это заболевание будет своевременно, если оно у нас будет развиваться, будет выявлено. А выявление заболевания на сегодняшний день позволяет максимально радикально излечить мужчину от онкологического заболевания, и он должен понимать, если это будет на поздних стадиях, к сожалению, у нас только может быть симптоматическое лечение, и, к сожалению, радикального излечения здесь уже, так сказать, ждать не приходится. Мария Новикова: Вы сказали, что рак предстательной железы – заболевание прогрессирующее, но и в том числе больше случаев выявляется. А с чем это связано, на ваш взгляд? Это диагностика шагнула вперед или действительно люди чаще болеют? Армаис Камалов: С одной стороны, вы правы, наверное, современная диагностика позволяет выявлять больше случаев рака предстательной железы. Но главное, чтобы мы могли бы выявлять это заболевание, как я уже сказал, на ранних стадиях. И поэтому вот этот маркер, простатический специфический антиген, он общедоступный, его можно сдать в любой поликлинике и, наверное, при обращении к любому урологу он, безусловно, порекомендует в рамках, так сказать, обследования мужчины сдать этот анализ. Я могу сказать о том, что ПСА, конечно, является органоспецифичным, потому что он вырабатывается клетками предстательной железы, но он не является опухолевоспецифичным, потому что есть те заболевания, которые тоже могут приводить к повышению ПСА, например, это хронический простатит или стадия обострения, это аденома предстательной железы больших размеров. И здесь интерпретация этого маркера, конечно, должна быть сделана врачом, потому что именно врач может разобраться, имеет ли это повышение ПСА онкоспецифические данные у данного пациента, либо все-таки связано с другими заболеваниями. Руслан Арсланов: А что касается вообще онкологических заболеваний, связанных с предстательной железой, это образ жизни, генетическая предрасположенность или еще какие-то факторы? Я понимаю, что они, наверное, все имеют место быть, но в процентном соотношении, больше всего все-таки мужчины хуже следят за собой? Или же какие-то есть истории, которые идут? Армаис Камалов: Вы знаете, генетическая предрасположенность, конечно, существует, и мы об этом говорим, и мы об этом знаем. И, например, в семье, если у деда, у отца были такие заболевания, или, так сказать, об этом дети знают, то они, конечно, должны входить в группу повышенного риска, безусловно. Но вместе с тем на данное заболевание могут влиять и многие другие процессы, и метаболические нарушения в организме. Даже считают, что ожирение также может, так сказать, приводить к повышению риска рака предстательной железы у мужчин, и многие другие заболевания. Поэтому, с моей точки зрения, конечно, как, знаете, древние наши врачи говорили: «Надо лечить не заболевание, а организм», знаете, значит, в здоровом теле должен быть здоровый дух, и человек должен об этом помнить. И, наверное, симбиоз всего: правильное питание, правильный образ жизни, в меньшей степени, так сказать, кстати, очень много магнитных полей вокруг нас, это тоже в определенной степени, так сказать, может приводить к повышению и онкологических заболеваний как у женщин, так и у мужчин. Поэтому очень много факторов, которые так или иначе способствуют. Но я опять скажу, главное тут, очень сложно предвосхитить возникновение данного заболевания, но на сегодняшний день есть все инструменты, которые позволяют нам выявить это заболевание на ранних стадиях, и это уже большой успех и прогресс в нашей медицине. Мария Новикова: А что касается методов лечения, особенно которые эффективны и на поздних стадиях? Потому что, понятно, когда его выявляют, то это гораздо проще все идет. Армаис Камалов: Вы знаете, я сразу хочу сказать, что ПСА, как я уже сказал, это только маркер. Главная диагностика – это метод, который называется биопсия предстательной железы, который позволяет нам получить ткань и в дальнейшем провести морфологический анализ. И только он позволяет нам в какой-то степени определиться: нужно активное лечение пациенту либо можно его динамически наблюдать. Потому что есть, будем так говорить, неагрессивные формы рака, которые позволяют в определенной клинической и морфологической ситуации наблюдать за этим пациентом в динамике, ничего даже не предполагать. Но есть и состояния, которые, конечно же, требуют принятия более решительных мер. На сегодняшний день очень много различных методик, в том числе оперативных методов лечения, которые позволяют полностью избавить пациента от данного заболевания. Да, оно в определенной степени связано с необходимостью удаления предстательной железы. Это не простая операция, но она уже стала такой, будем говорить, рутинной операцией. На сегодняшний день используются робот-ассистированные операции для выполнения данного вмешательства, прецизионные методики, которые позволяют очень четко выполнить эту операцию. Поэтому на сегодняшний день медицинская наука, медицинская техника дошла до такого уровня, когда мы говорим о том, что мы можем справиться практически с любым таким состоянием. Главное только одно – вовремя выявить заболевание. И поэтому, обращаясь к нашим мужчинам, мы всегда говорим о необходимости все-таки регулярно хотя бы проводить чекапы, как это принято сегодня говорить, именно с точки зрения исключения заболеваний в самой предстательной железе. Мария Новикова: Пока далеко мы не ушли, вы упомянули про биопсию, ее пока невозможно ничем заменить? Потому что очень распространено мнение среди обывателей, что она как раз может спровоцировать рак. Это все заблуждение? Армаис Камалов: Вы знаете, это заблуждение. Я сразу могу сказать, что ни один диагноз онкологический, особенно тот, который, мы сейчас говорим о предстательной железе, он не может быть точно установлен, кроме как биопсией. Ни магнитно-резонансная томография, ни ультразвуковое исследование, ни пальцевое ректальное исследование и так далее, не могут точно поставить этот диагноз, мы должны иметь верификацию именно морфологическую, и только тогда мы можем уже четко понимать степень злокачественности опухоли, с которой мы имеем дело, и какие методы лечения конкретно могут быть использованы для пациента. Руслан Арсланов: К симптомам хочется обратиться. Я думаю, что раз в год, это понятно, это все уже поняли, я думаю, мужчины, что особенно после 45 лет раз в год стандартно нужно себе выделить это время и обратиться к специалисту. Но есть ли какие-то симптомы, на которые стоит обратить внимание, и, если они вдруг присутствуют, обратиться немедленно к специалисту, потому что это могут быть вот эти первые, уж простите, звоночки, которые показывают, что с предстательной железой есть какие-то проблемы? Армаис Камалов: Как правило, это нарушение мочеиспускания. Руслан Арсланов: То есть это все-таки такой самый важный показатель? Армаис Камалов: Да, самый важный. Некоторые считают, что, в принципе, они, так сказать, еще не дошли до такого уровня, когда надо обращаться, но тем не менее, раз они появились, я считаю, что это уже первые симптомы, это звоночек, который очень важен, и его нельзя упускать, и надо, конечно, срочно обращаться к врачу, почему: потому что, я еще раз хочу сказать, в предстательной железе могут развиваться разные заболевания. Есть заболевание, которое называется доброкачественной гиперплазией, оно не связана с онкологией, оно связана с увеличением предстательной железы, в связи с этим происходит нарушение оттока мочи из мочевого пузыря. И это может проявляться разными, так сказать, симптомами нижних мочевых путей: учащенное мочеиспускание, затрудненное мочеиспускание, чувство неполного опорожнения мочевого пузыря и так далее, то есть их достаточно много. Разобраться в этом, конечно же, пациент сам не сможет. И, безусловно, здесь врач может подобрать ту терапию, которую необходимо назначить пациенту. Я еще раз хочу сказать, далеко не все заболевания предстательной железы лечатся оперативным способом, хирургическими методами. Они сегодня где-то процентов 60, а то и 70, могут быть излечены с помощью назначения консервативной терапии и лекарственной терапии. Поэтому здесь, конечно, бояться этого не надо, просто и не заниматься самолечением. Не надо, так сказать, смотреть и слушать соседа по гаражу или еще кого-то: «Вот я принимаю, стало хорошо», у каждого своя ситуация, и в этом, конечно, может разобраться только врач. Мария Новикова: А что касается методов лечения, когда не используются операции, вот какие самые передовые, на ваш взгляд, сейчас используются? Армаис Камалов: На сегодняшний день, вы имеете в виду по поводу какого заболевания? Мария Новикова: И рак, и, наверное, какие-то другие важные. Армаис Камалов: Если мы говорим о раке предстательной железы, то помимо классического подхода и радикальной простатэктомии, которая позволяет удалить орган, тем самым избавить пациента от онкологического заболевания, есть и другие методы лечения, методы лечения, которые связаны с применением уже лучевой терапии. Лучевая терапия может быть как дистанционная, специальными аппаратами, в которой облучается предстательная железа. Есть методы, которые связаны с введением в предстательную железу радиоактивных зерен, которые облучают предстательную железу интерстициально, это так называемая брахитерапия. И на сегодняшний день как раз-таки врач может обсуждать эти вопросы непосредственно с пациентом и определять определенные риски, которые могут возникать, как мы понимаем, после любых методов лечения. Что касается доброкачественных заболеваний, то, конечно, на первый план выходит консервативный метод лечения. Например, та же аденома предстательной железы, которая прогрессивно может увеличиваться, есть препараты, которые останавливают этот рост, и при постоянном приеме этих препаратов пациент может избежать необходимости попасть на операционный стол, и это очень важно, но это надо делать своевременно и начинать это лечение своевременно. Руслан Арсланов: Спасибо. У нас есть звонок, к нам дозвонился Виктор из Нижнего Новгорода, давайте его выслушаем. Пожалуйста, Виктор, здравствуйте, доброе утро. Мария Новикова: Здравствуйте, доброе утро. Руслан Арсланов: Виктор? Мария Новикова: Виктор, слушаем вас. Так, что-то, видимо, со связью. Руслан Арсланов: Да, Виктор не дождался, видимо. Зритель: Да нет, я здесь. Руслан Арсланов: А, вы здесь, отлично. Мария Новикова: Виктор, слушаем вас. Руслан Арсланов: Виктор, слушаем вас, пожалуйста. Зритель: В 2021 году мне была сделана радикальная простатэктомия. В 2022 году все было хорошо, а в 2023 началось повышение ПСА. И теперь каждый год у меня ПСА повышается примерно до восемь единиц. Мне делают два укола трипторелина, сбивают все это до нуля, и через год все это повторяется. То есть уже три года я на этом трипторелине. Руслан Арсланов: Спасибо, Виктор. Зритель: Почему после радикальной простатэктомии вдруг растет ПСА? Я не понимаю. Руслан Арсланов: Почему растет ПСА, да. Мария Новикова: Спасибо большое. Руслан Арсланов: Спасибо, у нас пара минут буквально осталось. Армаис Камалов: Да, конечно, это важный такой вопрос, потому что любое оперативное вмешательство, которое проводится, оно в последующем требует, безусловно, мониторинга, динамического мониторинга. И, к сожалению, мы понимаем, что есть случаи, которые связаны с рецидивом заболевания, это может биохимический рецидив, когда мы начинаем пока, вот как в данной ситуации, отмечать повышение простатического специфического антигена, который, кстати, является в том числе и маркером, который позволяет оценить эффективность лечения. И, конечно, если это так, то тут уже необходимо использовать соответствующие препараты, которые позволяют нам после радикальной простатэктомии снизить риск дальнейшей прогрессии. Но такие случаи есть, к сожалению, и вот этот звонок, наверное, связан именно с такой ситуацией. Руслан Арсланов: То есть это такая история, может быть, нестандартная, но, тем не менее, выполнено все правильно? Армаис Камалов: Она может быть в определенном проценте случаев. Мы понимаем, что даже после радикального вмешательства, почему все-таки пятилетнее наблюдение, мы наблюдаем за пациентами, чтобы исключить возможный, в общем-то, рецидив, который может, к сожалению, иметь место у любого пациента. Но, тем не менее, значительно, конечно, меньше, чем если пациент, в общем-то, не лечится и оставляет эту ситуацию без лечения. Мария Новикова: Да, ключевой момент. Руслан Арсланов: Здесь эту мысль мы основную уловили, что здесь самое важное, конечно, обращать внимание и все-таки обращаться к специалистам, следить за этим. Армаис Камалов у нас был сегодня в гостях, профессор, академик Российской академии наук, заслуженный деятель науки Российской Федерации, директор медицинского научно-образовательного центра МГУ имени М.В. Ломоносова. Спасибо большое, Армаис Альбертович. Увидимся в начале следующего часа.