Мария Новикова: При обнаружении – уничтожить. Американский ясенелистный клен оказался в одном ряду с борщевиком, они классифицируются как опасные растения, угрожающие лесным экосистемам. Это следует из проекта перечня инвазивных видов, предоставленного Рослесхозом. С 1 марта владельцы земельных участков должны ликвидировать опасные растения, если таковые имеются, чтобы не получить штраф в 700 тысяч рублей. Кроме того, суд имеет право изъять у владельца земельный участок, если нарушитель не предпринимал необходимых мер по предотвращению распространения инвазивных растений. Петр Кузнецов: Как бороться с этими опасными ядовитыми растениями мы прямо сейчас узнаем у Антона Гладилина, агроэколога, руководителя движения «СтопБорщевик». Антон, доброе утро! Мария Новикова: Здравствуйте! Антон Гладилин: Доброе утро! Петр Кузнецов: Что мы знаем?.. О борщевике мы еще поговорим, а вот, действительно, этот американский ясенелистный клен, который вдруг ворвался в опасный список. Мария Новикова: Причем такое название благозвучное. Петр Кузнецов: Благозвучное. Его хотят запретить, потому что он американский? Антон Гладилин: Нет-нет, его хотят запретить, потому что он инвазивный. Это инвазивное растение, оно не должно у нас расти. У него, собственно, нет естественных врагов у нас и он все заполоняет собой – то есть вы точно встречали это растение. Он не похож на обычный клен, кленовые листья у него другие – они, скорей, похожи на листья ясеня (совершенно верно, вот как на видео). И много-много крылаток. То есть, собственно, есть мужские и женские экземпляры, вот на женских экземплярах их очень много. Это те самые вертушки, которые везде рассеиваются. Ну и он вытесняет другие растения, травы. Если он внедряется где-то в природное сообщество, превращается просто в мертвый лес: там уже нет наших трав, птиц и так далее. Разрушает трофические цепочки – в этом основная его угроза. То есть инвазивный вид от английского invasion (вторжение). Его не должно у нас быть, он разрушает экосистемы. Но в городах он тоже, в общем-то, вреден, потому что он быстро растет (в этом единственный его плюс), но у него очень слабая древесина. Она ломается при ветрах (ураганах, в первую очередь), падает на машины, повреждает провода. Очень слабая корневая система. Он наклоняется под своим весом, потому что просто не выдерживает, масса ствола давит на него, и «пьяный лес» в наших дворах – это именно он, клен ясенелистный. Кроме того, он не годен ни на что: у него очень слабая, плохая древесина, негодная даже на дрова. И вот эти крылатки не едят птицы, и вообще его название латинское Acer negundo (переводится как «клен негодный»). Петр Кузнецов: Антон!.. Антон Гладилин: Ландшафтники его жутко не любят. Так? Петр Кузнецов: А зачем он тогда вообще появился? Мария Новикова: Как он появился? Петр Кузнецов: Для озеленения, мы так поняли, что создан изначально был? Антон Гладилин: Да, совершенно верно. Его изучали еще в XIX веке, посчитали, что новый вид, быстро растет и красивый вроде, декоративный, неприхотливый – вот давайте попробуем. Но тогда еще не знали, что он превратится в агрессора. Мария Новикова: А как так получается, что действительно он захватывает очень большую территорию и быстро? Петр Кузнецов: Американский же. Мария Новикова: Борщевик не американский. Антон Гладилин: Да, у нас много американских видов на самом деле, а у американцев много наших видов – то есть они страдают от русских видов тоже. Так что культурный обмен произошел: они нам дали клен ясенелистный, мы им дали ольху черную (они не знают, что с этим сделать). Так что здесь паритет. Смотрите, у него много приспособлений: во-первых, нет… мало очень естественных вредителей, ничего не сдерживает, и он очень быстро образует микоризу – даже на технических новых грунтах каких-то – симбиоз с грибами. Ну и просто быстро растет, он просто своей массой затеняет другие травы. Он, например, внедряется иногда в посадки (живые изгороди) и вытесняет то, что там росло до этого – остается один клен ясенелистный. В ландшафтке его называют «кляс». И очень быстро плодоносит: буквально через несколько лет уже у него крылатки. В общем, могу долго про него рассказывать, перечислять. Петр Кузнецов: Вот. Известно стало об этом не вчера, но почему только сейчас мы его занесли в опасный список Рослесхоза? Антон Гладилин: Еще где-то в 2024 году был принят закон в Москве, вообще-то говоря, предписывающий борьбу с ним. Это Закон №27, там уже он значился. Вообще последние годы ведется какая-то борьба с инвазивными видами в России – антиинвазивное законодательство принимают, как и в других странах. У нас до этого дошли наконец-то и летом приняли закон. В Земельном кодексе теперь две такие поправки главные – это то, что нужно бороться с инвазивными видами (в категорию «Защита земель» это вносится). И по каждому региону по категории земель должны быть списки инвазивных видов. Законы вступают в силу с 1 марта, к этому моменту должны быть готовы списки, вот их сейчас принимают. Их всю осень обсуждали. Пока немножечко с законами сумбур, потому что это все пока проекты (что-то принимается, что-то не принимается). Это только-только должно заработать в 2026 году, то есть сильно пока бояться не нужно. Но в любом случае, если у вас борщевик Сосновского на участке, вне зависимости от региона, с ним, конечно, нужно бороться, и с порослью клена ясенелистного тоже. Просто вам в любом случае не понравится то, что будет происходить дальше. Мария Новикова: Антон, скажите, пожалуйста… вот про борщевик мы знаем, что от него очень сложно избавиться. С кленом такая же ситуация или все-таки попроще? Антон Гладилин: Знаете, да, тоже сложно избавиться. Потому что просто рубить его бесполезно – он дает очень быстро пневую поросль, очень быстро растущую (ее объем может в итоге превышать то, что мы срубили). То есть нужно корчевать, возможно, применять где-то гербициды (но не везде можно). Вот правильно, как на видео с борщевиком. Это тоже проблема. Те методы, которыми собираются в Москве, например, вырубить весь клен ясенелистный… скажу сразу – нужно больше ресурсов. Нужно причем заменять посадки, в этом тоже проблема. Если вырубить весь клен ясенелистный, все будет голое. Жители справедливо возмущаются: в городах это дерево, которое давало тень, кислород. Да, это справедливо отчасти. Мария Новикова: Ну а вот с борщевиком – извини, Петь – я точно знаю, что есть еще такой нюанс: нужно укрывать почву, чтобы солнечный свет не проникал, иначе он очень быстро размножается. Но это сложно ведь. И с кленом тоже такая сложность примерно? Антон Гладилин: Да-да. Ну, с борщевиком выкопка ручная, укрывание черной пленки, вспашка, гербициды, обрезка соцветий. Кошение не работает при борьбе с борщевиком. Петр Кузнецов: Только химикатами заливать, да? Антон Гладилин: Да, это эффективный метод, но нужно соблюдать регламенты. То есть у нас очень жестко законодательно есть нормативы, как правильно обрабатывать гербицидами, какие марки, на каких землях, кто этим должен заниматься. Об этом важно помнить. То есть гербициды как антибиотики, мы так к ним относимся. Петр Кузнецов: Ну да, чтобы просто после того как мы это вывели, там что-то росло еще, чтобы почва не была мертвой. Мария Новикова: Вот из Иркутской области такой вопрос: «А как отличить его от нашего клена?» В Иркутской области он есть? Антон Гладилин: В Иркутской области, да, он есть. Вообще очень много: Челябинск, он там заполонил вообще все. Если даже открываешь Яндекс карты, там сплошной клен ясенелистный. В Перми Надежда Баглей прям ведет проект по клену ясенелистному. Давно его картографировала, пишет о том, что надо с ним бороться – все там заполонил. В Москве он занимает 23%, есть статистика Николая Будишевского, известного дендролога. То есть все остальные деревья там 7%, 9%. 23% уже из всех деревьев клен ясенелистный, это очень большая цифра. Значит, как отличить? Ну, во-первых, путают с ясенем, конечно, у него чем-то похожие листья. Но это кленовые крылатки, у ясеня крылатки похожи на весла. И у ясеня большее число долей в листочке. То есть здесь, допустим, 3-5 долей и такие листья неаккуратные, с зазубринами. У ясеня больше – там, соответственно, 9, 11 – то есть как-то так. Мария Новикова: Скажите, пожалуйста, вот наши ученые разрабатывают какие-то средства в борьбе как с борщевиком, так и с этим кленом? Антон Гладилин: Знаете, да. Причем вышла даже монография Майорова с соавторами, там прям описано про клен ясенелистный все, что мы знаем. Она вышла где-то 1,5-2 года назад. И много мифов в плане клена ясенелистного. Сразу скажу, что более ядовитым он воздух не делает – то есть это обычное дерево. Можно встретить такой миф. Что он вызывает аллергию тоже не подтверждается: скорее всего, эта аллергия все-таки от березы, просто там цветение совпадает с эффектом от березы. Но пока в проекте. То есть, есть различные… как можно проще его победить, пока это изучается. Каких-то биологических агентов пока не придумано – мы не нашли какую-то бациллу, условно, может быть, было бы неплохо. Петр Кузнецов: Антон, вот здесь я как раз и совместил два предложения и мнения от наших телезрителей, здесь давайте подумаем над этим. Во-первых, из Северной Осетии предлагают нашим ученым создать хорошее растение, которое будет вытеснять и борщевик, и американский клен. И тут же эту тему подхватывает телезрительница из Ленинградской области: «Смотрела передачу об инвазивных растениях недавно, к этим инвазивным растениям причислили еще топинамбур и люпин. Можно ли сажать, например, люпин, забивая борщевик, или не получится?» Антон Гладилин: Нет, не получится. Больше того, это называется «ремедиаторы», есть такое направление. Что касается топинамбура (ну и мискантус еще, козлятник, там много что перечисляют), это все инвазивные виды. Например, козлятник, он тоже из Северного Кавказа, как и борщевик, и тоже превращается в инвазивность. Что касается топинамбура, да… Он не выводит борщевик сам. То есть был эксперимент в Ленинградской области… Петр Кузнецов: Проигрывает? Антон Гладилин: Проводили недолго (4 месяца) и топинамбуру помогали: была вспашка, потом прополка участка. И на севере он не растет, а вот южнее топинамбур превращается тоже в инвазивный вид, придется с ним тоже на участке бороться. Если вы готовы, что у вас все заполонил топинамбур – ну, можно, но это не панацея, точно. Мария Новикова: Ну а что делать, если действительно на соседнем участке тот же борщевик цветет и пахнет, а сосед, собственно, ничего не торопится делать с ним? Ведь это же огромная опасность – он распространяется просто в геометрической прогрессии. Антон Гладилин: Писать жалобы. Есть Госуслуги «Решаем вместе», и работает эта технология. Ну, как-то пробовать, да, выходить, может, на администрацию. Вообще с частными землями огромная проблема, потому что ты борешься, рядом нет, и к тебе летят семена. Это многие обсуждали, в Подмосковье даже приняли закон о борьбе на частных землях. То есть там можно обработать, постфактум выписать счет, но по факту сейчас не очень хорошо работает этот закон. Но об этом задумывались, да, конечно. Но вообще бороться на своем участке, следить – скорее, вот все, что можно пока, да. Петр Кузнецов: Раз уж мы о других растениях заговорили, Антон… Для многих, чего уж тут скрывать, для многих неожиданно вырос в этом списке запрещенном Рослесхоза… американское дерево. Какие-то еще есть растения, которые сейчас опасны – мы просто не знаем – и которые в ближайшее время тоже могут появиться в этом списке? Мария Новикова: Потенциально опасные. Антон Гладилин: Да, их достаточно много. Ну вот обсуждают золотарник канадский и гигантский, да. Ну, он как бы не так опасен, может быть, но для природы он опасен: во многих регионах он и разрастается. Недотрога железистая вдоль берегов рек. Красивое растение, вы точно его встречали, пришелец с Гималайских гор. Ну, я могу перечислять долго, да. Петр Кузнецов: Да, тут, конечно, видеть нужно. Антон Гладилин: Из жесткого, да, это амброзия (амброзия полыннолистная) на юге России и циклахена дурнишниколистная. Допустим, амброзия, она вызывает жуткую приобретенную аллергию в Ростовской области, там Крым – вот эти южные области. Петр Кузнецов: То есть это что-то из области полыни там было сейчас, да, вот у вас? Полынная… нет, это не полынь? Антон Гладилин: Амброзия полыннолистная. И это прям беда для жителей Ростовской области. Он хуже, чем борщевик в том плане, что карантинный сорняк, портит сельхозпродукцию там, где поселяется, жутко разрастается. И вот эта аллергия, да: пыльца, продуктивность жуткая. Ну вот как-то так. Мария Новикова: У нас есть звонок, предлагаю послушать, Вера из Владимирской области дозвонилась. Вера, здравствуйте! Вера? Петр Кузнецов: Вера, доброе утро! Зритель: Да, доброе утро! Мария Новикова: Слушаем вас. Зритель: Да, я благодарю вас за такие интересные всегда темы, которые вы поднимаете. Всегда слушаю и смотрю, очень приятно всегда, хорошие очень всегда передачи, и темы поднимаете хорошие. Вот я у нас во Владимирской области, в деревне Шаньково… У нас вообще замечательные места: река Суворощь, леса такие прекрасные и все. Но вот у нас тоже эта проблема с борщевиком. Вы знаете, как-то сначала было немного, а сейчас уже он так распространился. Он распространился и в лесу: вот идешь тропинкой лесной, там раньше грибов было очень много, сейчас уже там даже просто пройти невозможно. Дорога, по которой мы раньше ездили, тоже вся заросла борщевиком. И уже шагает даже в огороды, даже к нам в сады на нашем участке, он уже даже шагает туда. Я вот пытаюсь, например, иногда срубить его или как-то… Я не знаю, что делать. Как-то своими силами можно что-нибудь сделать? Петр Кузнецов: Вы сами пытались, да? Никуда никому, вызвать, обратить внимание на масштабы проблемы? Решали своими силами, да, своей косой? Зритель: Ну да, мы никуда пока не обращались. Ну как, обращались, говорили там мне кто-то… Петр Кузнецов: Антон вам сейчас посоветует, послушайте, пожалуйста. Зритель: Говорили, что они куда-то обращались, мы никаких… Антон Гладилин: Да, правильно все делаете. Нужно бороться своими силами – то есть маленькие шажки к большому делу. Привлекать внимание людей тоже важно, делать посты, возможно, – это тоже работает – тегать местную администрацию. Иногда администрация отвечает отписками, но можно собрать субботник – как ни странно, это тоже работает. Это, может быть, капля в море, но администрация обращает внимание на это создание общественного запроса – то есть как позитивный пример. Ну и там какие-то единомышленники находятся. Ну и методы, да… Все зависит от того, где это происходит. В лесу часто нельзя обрабатывать гербицидами, но, допустим, обрезку соцветий можно проводить, выкопку ручную. Особенно единичных экземпляров, чтоб они дальше не давали семена, не продолжали экспансию. Какие-то такие методы вполне… Черная пленка там, где никто не ходит. Ну, в целом активно, конечно, делать посты – да, это работает. У нас движение «СтопБорщевик», и мы проводим, например, акцию #СтопБорщевик весной, привлекаем внимание к проблеме. Вал постов, и люди обращают внимание на это. Мария Новикова: Еще один звонок у нас, из Московской области. Людмила, здравствуйте! Зритель: Доброе утро! Вы знаете, так интересно вашу передачу слушать. У меня такой вопрос: нас заставляют… не то, что заставляют, а вообще мы обязаны следить за своими участками, скашивать этот надоедливый борщевик. Но почему все поля не скашивают? Почему Рузский район не скашивает поля, которые усеяны этим борщевиком? Мария Новикова: Да, спасибо большое за Ваш вопрос! Петр Кузнецов: Тут уже своими силами не обойтись, конечно. Антон Гладилин: Конечно, Рузский район Подмосковья – это жесть, видел много раз. Там вдоль Москвы-реки растет, на полях. Проблема заброшенных земель большая. Вообще борщевик – это отчасти проблема заброшенных земель. Если опять их вести в севооборот, мы выведем борщевик просто как большой двудольный сорняк. Но это большего масштаба проблема, такого нет единого рецепта простого. Мария Новикова: Да, спасибо! Петр Кузнецов: Да, Антон, можно я, пользуясь случаем наступления весны… все-таки весна совсем скоро, по моим ощущениям, через 2 недели, на самом деле календарная, наверное, чуть больше. Антон, к чему готовится аллергикам? Понятно, что вопрос непрофильный, как готовиться, но будет ли эта весна яростнее, красочнее, агрессивнее? Какие прогнозы? Антон Гладилин: Заранее сложно сказать, все зависит тоже от конкретных условий – там может за 2 недели все очень быстро поменяться. Петр Кузнецов: Ага, и так не скажешь, да? Антон Гладилин: Быстрая весна, наложение, то есть весь… Мария Новикова: Будем следить. Антон Гладилин: Но клен ясенелистный точно не виноват, скорее, это березы все-таки. Петр Кузнецов: Да, береза – это да. Держитесь, аллергики. Антон Гладилин, агроэколог, руководитель движения «СтопБорщевик». Огромное спасибо вам за ваш комментарий! Мария Новикова: Спасибо!