Петр Кузнецов: Серия предложений. Например, из Нижегородской области: «Не лучше ли просто ввести семейный капитал?» Анастасия Семенова: Класс! Петр Кузнецов: «Тут и мама, и папа, и все их дети». Ну, то есть объединить. Анастасия Семенова: И еще сообщение. Петр Кузнецов: Да-да-да. То есть, если отцу что-то положено по каким-то критериям, то к маткапиталу добавить вот этот отцовский капитал и сделать это все семейным. Ну и вот такое предложение. Хорошо! Мы вас услышали. Анастасия Семенова: Еще! Петр Кузнецов: Мы вас услышали. И, я думаю, не только мы. Анастасия Семенова: «Доброе утро! Думаю, лучшая помощь многодетным – это бесплатные секции, помощь в логистике, бесплатная форма, канцелярка, учебники, льготы на жилье. Просто деньги не решат проблемы. Помощь должна быть адресной». Мне кажется, в каждую семью, это тоже очень тяжело. У всех свои запросы. Петр Кузнецов: Вот, кстати, адресным, видимо, должен быть и контроль. Потому что на этом настаивает телезритель из Кемеровской области: «Семьи бывают разные. Поэтому нужно смотреть, на что тратятся полученные деньги». Обо всем об этом, ну, конечно, о тратах не будем особо говорить, мы просто будем говорить о роли все-таки отца, раз об этом заговорили. С Алексеем Чегодаевым это сделаем. Потому что он председатель Совета отцов при омбудсмене, директор по развитию Союза отцов. Представляете? Вот есть и такие сейчас роли. Я думаю, что не просто так это появилось. Алексей, доброе утро! Анастасия Семенова: Доброе утро! Алексей Чегодаев: Доброе утро! Доброе утро. Петр Кузнецов: Председатель Совета отцов при омбудсмене, директор по развитию Союза отцов. В нескольких словах: вы занимаетесь чем? Увеличением роли, значения папы, да? И поддержкой отцов многодетных семей? Расскажите. Алексей Чегодаев: Да. Да, все правильно. Мы формируем культуру отцовства с 2016 года, когда мы сделали Союз отцов. И когда образовывались, это на самом деле не просто инициатива была 2016 года. Многие сообщества – Советы отцов, как, например, в Архангельске, в Чувашии, в Москве, в Нижнем Новгороде – они существовали, некоторые по восемь, по двенадцать лет. И это был такой, знаете, как раз крик души, наверное. Возвращение, может быть, какой-то такой генетической памяти: кто я такой, как отец? И вот эта тема нас объединила, и с 2016 года мы создали Союз отцов. И постепенно, как раз поднимая вопросы, и в том числе тогда этот вопрос был поднят, по отцовскому капиталу. Нам он был очень интересен. Сергей Рыбальченко потом тоже его активно подхватил и до сих пор его как-то вот так продвигает. Хотя мы уже считаем и согласны с комментариями, что он должен быть семейным. И материнский, по сути, капитал – он и есть семейный; папы могут им воспользоваться. Вопрос только в том, что сейчас вся эта поддержка, она очень такая разрозненная. И мне кажется, что помимо Сергея, когда какие-то депутаты начинают инициировать опять эту тему, такую модную, мне кажется, это очень классный пиар-ход получается. Потому что, ну кто против отцовства скажет? А здесь разбираться надо, соединять. И вроде как бы все говорят: «Да, надо». Но вот пока эта тема развития такого не получает. Анастасия Семенова: Ну, если мы говорим о капитале и чем, как если о маткапитале, мы тоже все считаем, что это семейный. Чего еще хотят люди? Потому что такое ощущение, что как будто бы не хватает. Обсуждалось, что первое: ну, на автомобиль, на улучшение жилищных условий. Чего люди хотят? И можно ли этого как-то добиться? Алексей Чегодаев: Стабильности и понимания будущего. Анастасия Семенова: Хорошо. Алексей Чегодаев: Потому что знаете, как? Квартира нужна? Нужна. Анастасия Семенова: Да. Алексей Чегодаев: Понимание того, что детям надо покупать вещи, компьютер, вот хотя бы то, что нужно для обучения. Нужно. Анастасия Семенова: Да. Алексей Чегодаев: И, конечно же, хотят в первую очередь понимать, что вот предстоит нам хотя бы через пару лет. Потому что, например, все думали еще два года назад: нормальная практика, что все идут в десятый-одиннадцатый класс, допустим, дети. А тут – бабах! Сейчас активно продвигается история с колледжами. Она хорошая, она правильная. Но к этому родители не были готовы. С вузами опять же. Смотрите, как уменьшается количество бюджетных мест. Это тоже деньги. Анастасия Семенова: Да. Алексей Чегодаев: И вот... Петр Кузнецов: Здесь... Угу. Да-да. Да, Алексей? Здесь просто очень много предложений. А самое простое – это просто обеспечить папу достойной постоянной работой, чтобы не перебивался. Вот и все. Я просто зашел через это сообщение. Алексей Чегодаев: Вот сейчас смотрите, что вы сказали: обеспечить папу. Петр Кузнецов: Ну, не я. А я зачитал. Да. Алексей Чегодаев: Вот ровно все должно быть наоборот. Если папа ждет обеспечения, тогда вопрос сомнения возникает в его истинном авторитете как главы семьи. Вот то, что есть возможность в городе найти работу, – да, это здорово. Это мы ждем от системы, от государства, от города. Но в первую очередь, знаете, это вопрос тоже такой идентичности: кто я как мужчина? Как отец, который берет ответственность? Вчера была новость, например, про банкротство в 38 лет. Анастасия Семенова: Да. Алексей Чегодаев: Вот многие как раз молодые люди. Там прям цифра была обозначена, что сталкиваются с этим. Почему? И вот, знаете, как? Мы разбирались вчера в сообществе отцов. И, например, такие у нас мысли – они основаны на базовом понимании: кто я такой как мужчина, отец? И вырос ли вообще мальчик в мужчину? Потому что зачастую... Вот почему такой возраст – 35–38 лет? Потому что идет взросление, какой-то наращивается такой потенциал, вроде как-то. Если что-то не получается у мужчины, он упирается в какую-то планку сам, он начинает в рискованные какие-то операции входить, в какие-то проджеты, деньги занимать. И зачастую даже не на дело, а может, для того, чтобы казаться другим, что он вот такой крутой. И знаете, банкротство – это зачастую только потому, что он умалчивал, что-то скрывал от своей семьи. И зачастую это, знаете, вот даже понимание роли мужчины, если она зациклена только на деньгах и авторитет, такая власть мужская – только на деньгах, – это, мне кажется, нам очень сильно мешает. Потому что какой я отец, если я не могу денег дать? Да? И вот эти две вещи – они несовместимы. Потому что, если вдруг начинается банкротство, получается, папа не готов. Он не понимает, как растить детей. Просто, когда были деньги, купил ему поездку, купил компьютер, купил время в детском... в парке. Петр Кузнецов: В детский сад устроил, в школу хорошую. Да. Алексей Чегодаев: Вместо того, чтобы самому инвестировать время в ребенка. И вот сейчас то, что происходит. Молодые люди – вот я преподавал в вузе, как раз разговаривал – у них искренний интерес, чтобы понять, как роль меняется? Вот я вчера был мальчик. Потом я становлюсь мужчиной, потом отец. Это вот как это? И сейчас действительно молодежь интересуется. И это нас радует. Значит, не зря мы работаем. Анастасия Семенова: Это прекрасно. А почему люди к этому не готовы? Я имею в виду про мужчин? Опять мы уходим в воспитание? Что воспитывают женщины? Алексей Чегодаев: К сожалению, да. К сожалению, да. У нас вот знаете, как сообщество отцов в школах? Мы за прошлые, вот буквально в Москве в 2019 году Совет отцов при Уполномоченном по правам ребенка мы создали. И с того времени я провел больше четырехсот встреч в школах только Москвы. Московская школа – это примерно три с половиной тысячи детей. Ну, обычный комплекс районный. На встречи отцов приходят 20–50 человек. Да, может, кто-то не дошел по работе. Но это все равно показатель искренней вовлеченности, искренней заинтересованности в воспитании, в развитии детей. Вот это большой показатель. Я считаю, что в России сейчас огромный нереализованный потенциал. Именно мужской потенциал. Потому что знаете, как? Можно сказать, воспитание, да. А что может быть важнее? Если мы говорим о демографии, то в первую очередь очень важно обратить внимание на главную роль мужчины – воспитать это поколение. Знаете, как? Я вот по себе сужу. И с родителями своими общаюсь. Это очень легко –  передать ответственность на кого угодно: там детский сад, школу, жену. Это очень просто. Сейчас происходит переосмысление. Это очень хороший тренд. И на этом, кстати, тоже некоторые у нас чиновники, депутаты строят такой пиар, такой прям хороший. Потому что отцовство на волне. Год семьи был. Сейчас «Демография» активно проект развивается. Но деньгами этого не купить. Это большая такая инвестиционная работа в изменении сценария жизни мужчин и семьи. Петр Кузнецов: Да, конечно. Безусловно. Папкапитал, даже если от появится, конечно, он во главе, в центре не должен всего этого стоять. Да. Не ради него все это задумывалось, так сказать. Спасибо! Алексей Чегодаев, председатель Совета отцов при омбудсмене, директор по развитию Союза отцов, и его комментарий.