Петр Кузнецов: Фермерам упрощают развитие агротуризма. С сентября (это уже следующего года, не путайте; то есть еще год) владельцы хозяйств смогут строить на своих сельхозземлях туристические объекты. Ну, тут с оговорками, конечно. Например, сама территория обязательно должна быть связана с действующим хозяйством, а инфраструктура, например, должна находиться не дальше пяти километров от объектов сельхозпроизводства. Мария Новикова: Для фермеров это возможность получать дополнительный доход от туристов, а для государства – способ развивать сельские территории без превращения их в обычные загородные поселки. А что для самих туристов? Чем им интересно новое старое туристическое направление сегодня? Кто приезжает на угодья собирать виноград, валяться на сене и учиться варить сыры? Петр Кузнецов: Об особенностях отечественного агротуризма мы поговорим с Еленой Лавреновой, кандидатом сельскохозяйственных наук, экспертом по экотуризму и турпродукту, членом Русского географического общества. Здравствуйте, Елена! Мария Новикова: Елена Александровна, доброе утро! Елена Лавренова: Здравствуйте! Здравствуйте. Петр Кузнецов: Давайте начнем с определения агротуризма. Я думаю, что вы нас понимаете: не все еще до конца понимают, где эти границы, с чего начинать, что это за формат. Елена Лавренова: Конечно. Агротуризм в широком смысле этого слова относится к сельскому туризму. Последнее определение сельского туризма было закреплено законодательно в октябре 2024 года. Петр Кузнецов: Недавно. Елена Лавренова: Да, недавно. Это последнее определение, и означает оно выезд туристов (гостей) на сельские территории и в малые города с населением до 30 тысяч жителей. Чем отличается... Петр Кузнецов: Без проживания? Необязательно проживание. Просто выезд? Мария Новикова: Можно одним днем. Елена Лавренова: Если турист, то... Петр Кузнецов: Корову погладили – все. Елена Лавренова: Если турист, то обязательно хотя бы с одной ночевкой. Если человек выезжает без ночевки – это экскурсант. Петр Кузнецов: Да. Отлично. Елена Лавренова: В чем важная особенность, отличительная черта агротуризма? Агротуризмом занимаются люди, которые являются официальными сельхозтоваропроизводителями. То есть соотношение бизнесов: 70% – сельхозтоваропроизводитель, 30% – туризм. Примерно так. И это уже будет чистой воды агротуризм. Мария Новикова: А наш агротуризм отличается от такого направления в других странах? Вот в европейских странах он уже очень давно развивается... Петр Кузнецов: Давно уже. Давно уже и развивается, и живет. Мария Новикова: И привлекает там миллионы, миллионы, десятки миллионов туристов ежегодно. Елена Лавренова: Да. Поняла ваш вопрос. Да, отличается. У нас, как обычно, свой путь. И отличается он в первую очередь тем, что он гораздо моложе. Потому что европейский сельский агротуризм начал свое развитие после окончания Второй мировой войны. А что касается нашего агротуризма, российского, то, может быть, если вы помните, чем отличался выезд за город в советские времена наших родителей, наших бабушек и дедушек? Тем, что это был огород. Что это было, может быть, даже какое-то маленькое хозяйство. И это была исключительно работа на земле. То есть это как бы тоже отдых, но такой... Мария Новикова: Ну, там, скорее, работа все-таки была. Елена Лавренова: Да. Для многих он не слишком комфортен и не слишком приемлем. Поэтому, конечно же, как отдых, как в первую очередь способ получить новые впечатления и новый опыт – наверное, это мы можем говорить про постковидное время. Мария Новикова: Ну, тут может быть, какую-то параллель провести с тем, что раньше у всех дачи были, а теперь, видимо, не у всех. Раз так потянуло... Петр Кузнецов: Хотя бы в гости съездить. Мария Новикова: Съездить, корову погладить. Да. Елена Лавренова: И с этим тоже. Но люди, которым сейчас 35–40, например, и у которых у самих уже подрастают дети, эти дети очень оторваны от земли. И соответственно, родители стремятся детям показать: что хлеб не растет на деревьях, что это пшеница, что есть комбайн, что он так-то собирается, что свинка выглядит вот так, коровка выглядит вот так, а молочко не висит сразу в бутылочке, что его нужно надоить. Это один момент. Что касается взрослых людей, то для них это в первую очередь где-то ностальгия. Но важный элемент – это ментальная перезагрузка. То есть люди, находясь на земле, восстанавливая эту связь с землей, с природой, они ментально перезагружаются. Потому что уровень тревожности, конечно, и уровень многозадачности у горожан очень высок. Петр Кузнецов: Не зря называют еще и экономикой впечатления. То есть не без этого. То есть мы сейчас говорим об экономике. Да, кстати, вот об экономике. В любом случае сейчас фермерское хозяйство строится вокруг какого-то производства. А дальше уже, как вы сказали, процент сопутствующий. То есть фермер. Просто вот картина, да. Есть фермер. Открывается новое направление – агротуризм. И он придумывает: что, как организовать экскурсию. Или как это? Мария Новикова: Или кто-то ему помогает? Петр Кузнецов: Или кто-то с нуля начинает быть вот этим человеком, который предоставляет агротуристические услуги? Елена Лавренова: Угу. Поняла ваш вопрос. Смотрите: весь туризм – это экономика впечатлений. Как это работает? Когда человек приезжает куда бы то ни было, в любой город, он слушает какую-то новую для себя информацию. Все. Но он через 10 минут забудет, когда была построена эта церковь. Петр Кузнецов: Да. Да. Конечно. Елена Лавренова: Он через 10 минут забудет... Петр Кузнецов: И попадет в нерв, конечно. Это редко бывает. Елена Лавренова: Да. [Забудет] даты жизни какого-то гения места, какого-то человека, значимого для этой территории. Но он навсегда увезет впечатления и эмоции, которые получит на этой территории. Соответственно, задача фермера, задача владельца гостевого дома или организатора какого-то авторского тура – наполнить эту программу эмоциями, впечатлениями. Потому что люди же не едут просто поспать в деревенском доме. Они едут... Самый главный вопрос в туризме: зачем ехать? Если вы в своем турпродукте на этот вопрос ответили, считайте, что у вас очень высокие шансы для того, чтобы этот турпродукт стал востребованным. Мария Новикова: Тут вопрос популяризации все-таки. Она же, наверное, должна проходить и на уровне региональной власти. Да, вот эта поддержка. Они же знают, какие точки притяжения могут сформироваться на их территории. Ну и, конечно, существуют ли какие-то программы вообще в этом отношении? Елена Лавренова: Должна. Безусловно, должна. Но в настоящее время это мало где происходит. И зависит это в основном от тех людей, которые работают на территории. Потому что у любой исполнительной власти, будь то региональная, будь то муниципальная, у них очень много задач, помимо туризма: и дороги, и социальная составляющая, и образовательная, и много чего другого. Поэтому сейчас, конечно, предприниматели сами продвигаются. Есть соцсети, через которые это прекрасно работает. Если говорить о государственной поддержке, то, конечно же, это программы Министерства сельского хозяйства, федеральные. Петр Кузнецов: Гранты какие-то есть? Елена Лавренова: Гранты, конечно. Гранты есть 2022 года. Они выделены уже... Петр Кузнецов: Как? Кому? Как это происходит? Елена Лавренова: Смотрите: есть грант, он так и называется – «Агротуризм». Размер его – от трех миллионов до десяти миллионов. И эта сумма зависит от процента вложения собственных средств. То есть, если это три миллиона, то грантополучатель должен вложить не менее 10% своих средств. Если это десять миллионов, то это уже 25%. Эти гранты выделяются и на развитие и строительство инфраструктуры, то есть средства размещения, и на поддержку таких средств размещения, и на закупку каких-то генераторов, байдарок, велосипедов. То есть все, что может... Петр Кузнецов: Гостям, да? Елена Лавренова: Да, дополнить этот турпродукт и сделать его полноценным. Мария Новикова: Тут интересен такой момент. Мы говорим о том, что в нашей стране агротуризм только развивается, но ведь в перспективе может становиться это и, не знаю, брендом региона. Петр Кузнецов: Точкой роста. Елена Лавренова: Конечно. Мария Новикова: Это драйвер. Туризм – драйвер для развития. Вы видите эту тенденцию уже сейчас или еще пока мы далеки от нее? Елена Лавренова: Конечно, безусловно. Вы абсолютно правы. Потому что сельский туризм совместно с агротуризмом и, наверное, я сюда добавила бы еще интеграцию такую, она закономерная вполне интеграция с экологическим туризмом. И это фактически модель устойчивого развития сельской территории. И она о чем говорит? Это и дополнительные рабочие места. Это прекращение оттока молодежи из сельских территорий. То есть когда молодые люди видят, что они востребованы, что есть вектор развития, что есть куда приложить свои творческие силы, то, конечно же, зачем уезжать. Зачем уезжать? Мария Новикова: Это правда. Петр Кузнецов: Один из представителей агротуризма к нам сейчас присоединяется. Андрей Платонов, глава крестьянского (фермерского) хозяйства в Сочи. Андрей, здравствуйте! Доброе утро! Мария Новикова: Доброе утро, Андрей! Елена Лавренова: Доброе утро! Петр Кузнецов: Спасибо, что выходите на связь. Андрей Платонов: Здравствуйте! Доброе утро! Петр Кузнецов: Расскажите, о чем ваше хозяйство? Как оно существует, работает? Чем туристов привлекает сегодня? Андрей Платонов: Наше хозяйство находится непосредственно в городе Сочи, в субтропиках. Мое хозяйство площадью 100 га. Мы на нем выращиваем субтропические сады, осуществляем новые закладки: это и сад фейхоа. По нашим данным, сейчас он самый молодой и самый большой по площади – это 10 га. В перспективе он будет у нас до 25 га расширен. Ну и параллельно тоже выращиваем цитрусовые, мандарины ранних сортов, плюс хурму, гранат и другие субтропические культуры. Мы все это будем закладывать, порядка где-то 70–75 га у нас будет. Мария Новикова: Андрей! А что предлагаете туристам? Какие экскурсии? Андрей Платонов: Туристам мы предлагаем. Вот у нас есть земля, где основан маточник субтропических культур, его еще высаживал мой дедушка с бабушкой. Мы водим гостей по субтропическому саду, рассказываем о хурме, фейхоа, мандаринах, лимонах, кумкватах: как они появились в городе Сочи, как их выращивают, когда у них сбор. Легенды все различные. Потом ведем в тропическую теплицу. Вот за моей спиной вы видите, растет папайя, бананы, маракуйя, питахайя. И рассказываем о новом достаточно направлении в России в целом. Петр Кузнецов: Да. Вот папайя, кстати. Я вот ждал, что... Вы папайей не хвастаетесь. Вы же совсем недавно вырастили первую отечественную папайю, да? Такого еще не было. Андрей Платонов: Грубо говоря, да, у нас, получается, международный проект. И у нас порядка шести сортов папайи, 24 сорта банана, ну и так далее. То есть достаточно большая международная коллекция. И вот мы выращиваем, смотрим: что можно масштабировать, какие сорта нам подходят. Петр Кузнецов: Это все на продажу? То есть люди, которые к вам приезжают, ходят по теплице. Мы даже где-то читали, что за любые деньги готовы купить банан. Вот он висит. «Продайте нам этот банан». Мария Новикова: С ветки. Петр Кузнецов: Да. Андрей Платонов: Да, да. Есть у нас такое. Люди, гости постоянно хотят и попробовать, и купить. Но, к сожалению, еще раз повторюсь: у нас это все в экспериментальном формате. То есть первые спелые плоды мы их отправляем в лабораторию, чтобы смотрели по показателям их полезные качества все. А уже потом, да, конечно, когда у нас есть уже какие-то заключения на руках, мы можем спокойно торговать. У нас на определенный сорт папайи уже люди выстроились в очередь. Петр Кузнецов: Да! Ну, конечно. Надо полагать. Мария Новикова: Ничего себе. Андрей Платонов: Да. Мы им звоним и говорим, что у нас вот папайя... Петр Кузнецов: Ну, у нас это называется: «Не трогайте! Это на Новый год». Андрей Платонов. Спасибо вам большое! Мария Новикова: Спасибо большое! Андрей Платонов. Петр Кузнецов: Глава крестьянского (фермерского) хозяйства из Сочи. Замечательно! Елена Лавренова: Круто. Вообще, да. Петр Кузнецов: Точка притяжения, да, в Сочи – все, что есть. Просто Елена реагировала так на каждый фрукт, который выращен в теплице. Так, как будто вы даже... Елена Лавренова: У меня... Петр Кузнецов: Не верится, да? Елена Лавренова: У меня мама просто работала в ботаническом саду, и я выросла среди вот этих папай. И это предопределило мое биологическое будущее, потому что у меня первое образование биологическое. И, собственно, это и привело меня в туризм – природный, экологический, сельский. Мария Новикова: Если мы говорим про агротуризм, какие точки притяжения больше всего туристов привлекают? Есть уже какое-то понимание, что больше всего нравится? Фермы? Или это производства какие-то? Елена Лавренова: В первую очередь это возможность, конечно же, пообщаться с животными, побыть на ферме, попробовать самим подоить, покормить там, заготовить сено. Петр Кузнецов: Потому что с детьми в основном. Елена Лавренова: Да, да, да, с детьми. Это, конечно, самое главное. Второй момент – это купить органические продукты. Мария Новикова: Натуральные. С грядки. Елена Лавренова: Да, натуральные. Когда ты видишь: как это выращено, как это сделано, чем питаются эти коровки, из чего этот сыр, то, конечно, это очень большое. И сейчас еще появилось такое новое направление (я надеюсь, что оно получит у нас развитие, когда стабилизируется интернет-связь) – это когда человек, который сидит в городе, может наблюдать онлайн за тем, как растет его урожай, например. То есть аренда некоего участка. Петр Кузнецов: Виртуальная такая. Елена Лавренова: Да. Виртуальное фермерство. И это, мне кажется, очень такая перспективная история. Петр Кузнецов: Она лишает как раз возможности доехать. Но тем не менее, как раз, может быть, это решает проблемы. Лишает, но решает. Ведь современному туристу все равно нужно доехать до места. Ему нужна хорошая дорога. Ему нужна качественная инфраструктура, свет, электричество, удобства. Это все забота принимающей стороны? Или здесь уже вот опять мы говорим о подключении местных властей? Елена Лавренова: Смотрите: тут такая монетка с двумя сторонами. С одной стороны, если у вас на вашем объекте есть точки притяжения, если у вас есть вишенки на торте, то туристы пренебрегут плохой дорогой, они пренебрегут какими-то минимальными удобствами и приедут. Потому что они понимают, ради чего это делать. С другой стороны, конечно же, и дорога, и все остальные инженерные коммуникации – это забота и задача исполнительной власти – региональной или муниципальной. Но они не будут это делать, если нет целевого смысла. Мария Новикова: Спроса. Елена Лавренова: Спроса. То есть здесь у меня спрашивают мои слушатели, которые приходят ко мне на обучение. Они у меня спрашивают: «А как вот? К нам дороги нет». Я говорю: «Ребят! К вам будет дорога тогда, когда ее будет ради чего делать». Петр Кузнецов: Да. Да. Когда будет спрос. Мария Новикова: Ну а вот инвесторам интересна эта история? Раз с государством такая вот ситуация. Елена Лавренова: Инвесторам интересно, безусловно. Но здесь трудность заключается в том, что люди не умеют правильно, грамотно и экономически обоснованно сделать инвестпроект. Самая главная задача в том, что люди, приходя в туризм, думают, что это хобби. Они недооценивают сложности этого бизнеса. И я, например, очень радуюсь тому, что сейчас очень много есть дополнительных образований при самых разных вузах. Когда люди могут, прежде чем принимать решения о том, идти в туризм или нет, сначала обучиться хотя бы базово. И когда у вас есть понимание, когда у вас есть знание как инструмент, тогда ваши шансы, конечно, гораздо более высоки для того, чтобы сделать успешный проект агротуристический. Мария Новикова: Да. Спасибо большое! Петр Кузнецов: Спасибо! Мария Новикова: Тема, конечно, очень интересная. Много сообщений. Наверное, есть еще повод встретится в этой студии и поговорить. Елена Лавренова: Благодарю вас! Мария Новикова: Елена Лавренова, кандидат сельскохозяйственных наук, эксперт по экотуризму и турпродукту, член Русского географического общества, была у нас сегодня в студии.