Петр Кузнецов: Анна Громова, финансовый консультант. Много вопросов есть, зададим их эксперту. Вы тоже присоединяйтесь, уважаемые друзья, телезрители: если что-то конкретное, Анне зададим. Анна, доброе утро. Видели вас уже, очень красивая картинка. Анна Громова: Доброе утро. Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, давайте все-таки подведем итог – нужно ли обычным гражданам опасаться вот той самой блокировки обычных же, частных, каких-то бытовых переводов? Анна Громова: Нет, не нужно. Я согласна с вами, что просто Росфинмониторинг получил дополнительные полномочия, и это, разумеется, делается для того, чтобы защитить граждан от мошенников, потому что число мошеннических списаний с карты, переводов людей, когда они добровольно переводят, потому что мошенники убедили это сделать их, растет, и, конечно, ЦБ следит за этим и вводит меры, для того чтобы минимизировать мошеннические трансакции. Но когда мы переводим действительно в родительский комитет или вместе сходили в ресторан и потом один человек заплатил, а вся остальная компания переводит этому человеку, это, как и раньше, в целом абсолютно беспроблемная история. Но я бы подсветила несколько моментов, вот особенно с учетом того, что люди на улицах говорили. Нужно понимать, кому вы платите и за что, потому что проблема может случиться, когда окажется человек, которому вы перевели, он, допустим, попадет под какое-то расследование, он окажется нечистоплотным, будут проверять все его переводы... То есть если вы не понимаете, кому вы деньги переводите, лучше, конечно, по возможности этого избегать. Ну и если вы всегда можете объяснить, за что вы перевели деньги, то это хорошо. На самом деле эта практика не новая, у меня лично была ситуация 2 или 3 года назад, когда банк ко мне обратился с просьбой объяснить все трансакции, которые были за месяц или за два. Я прямо расписывала: это я няне перевела на продукты, это я в родительский комитет перевела... И вопросы были все сняты. То есть в целом-то эта практика проверки переводов не новая. И третий параметр, на который прямо вот тоже я обращу ваше внимание: у нас очень давно действует 115-й ФЗ, федеральный закон, который незаконные операции отслеживает, и вот по нему суммы выше 600 тысяч рублей особому контролю подлежат. Поэтому если вдруг по какой-то причине наши зрители делают такое количество переводов, что ежемесячные суммы превышают 600 тысяч... Петр Кузнецов: Ага, 600 тысяч... Анна Громова: Шестьсот тысяч – это, конечно, такой с точки зрения 115-го ФЗ параметр, но вот в целом, с точки зрения здравого смысла очень большие суммы и количество переводов – это, безусловно, может привлечь внимание. Мария Карпова: Можем тогда разобрать в связи с этим конкретный случай наших телезрителей из Тверской области? Пишут: «Получил зарплату и, как обычно, перекинул для удобства деньги на две свои другие банковские карты...» Петр Кузнецов: Да, я тоже так делаю. Мария Карпова: «Так банк вчера заблокировал в самый неподходящий момент, когда мне нужны были деньги. Пришлось ехать в офис банка с паспортом для разблокировки». Петр Кузнецов: Удивительно, между своими счетами, получается. Мария Карпова: Допустим, здесь речь идет о сумме свыше 600 тысяч рублей, что, честно говоря, наверное, я сомневаюсь... Какая тут может быть причина? Анна Громова: Сложно сказать, какая причина. Может быть, действительно какая-то ошибка или... Я не могу гадать, предполагать. Такое может произойти, разумеется, когда идет перевод со счета на счет физлица, сам человек себе переводит. Мы помним прекрасно, что сейчас разрешены, не облагаются никакими комиссиями межбанковские переводы между разными банками до 30 миллионов рублей в течение месяца, т. е. люди могут с депозитов сами себе переводить без проблем. Тут надо просто банку объяснить ситуацию, не всегда нужно для этого ехать в отделение... Ну, от банка зависит. Есть банки, когда очень легко в поддержку дозвониться, и они сразу все вопросы решают. Такое может быть; не могу комментировать, почему это случилось с нашим зрителем. Петр Кузнецов: Но это же еще, чтобы понимать, делает система, т. е. это не человек сидит мониторит, это мониторинг [автоматический], и у системы может что-то там вот такое произойти ошибочное. Мария Карпова: Что-то показалось подозрительным. Петр Кузнецов: Да, и честного гражданина могут заблокировать. Анна Громова: Совершенно верно, конечно, это все автоматические скоринги, поэтому не надо сразу расстраиваться, т. е. это не личная ваша вина... Петр Кузнецов: Ну да: это может случиться, но это не регулярная история. Вот интересный, мне кажется, момент. Вот вы упомянули про сборы для школы – а нужно подписывать переводы? Знаете, есть же специальная графа, которую многие игнорируют. Или, например, даже человек, который просит перевод, он говорит: «Вы только там не подписывайте в комментарии, за что: за помидоры, за шторы...» На что это влияет? Анна Громова: Да, спасибо вам большое за вопрос. Я за то, чтобы подписывать перевод, особенно если это действительно перевод, давайте наши примеры возьмем, в родительский комитет на закупку, не знаю, каких-то учебников для детей. И никаких проблем не будет, чтобы подписать «это за учебники Иванова Вани». И также что можно сделать еще? В некоторых банках можно сделать, там есть прямо функция в приложении банка «Создать сбор», и подписывается, на какие нужды, образуется QR-код, и можно этот QR-код переслать тем людям, кто участвует, и таким образом банк тоже может отследить, кто собирает и зачем. И опять же, если тот человек, на чью карту деньги приходят, может объяснить, подтвердить, что да, вот действительно я купил эти учебники, я уверяю, что не будут в 99% случаев проверять. Но если все честно мы делаем, мы объяснить реально можем, и тогда никаких проблем не будет. Мария Карпова: А вот что касается безопасности, если так часто переводить средства? Вот наш телезритель Алексей считает: «Всем подряд на карту переводить – это как оставить свой след цифровой, потому что есть понятие финансовой гигиены. Держите 2–3 тысячи наличности при себе всегда». Анна Громова: Я не могу не согласиться с этой точкой зрения. Конечно, не надо кому попало отправлять деньги. По поводу наличных вы правильно совершенно сказали. Сейчас практически ни у кого наличных нет... Можно, наверное, носить, но все равно не хватит в какой-то степени этих 2–3 тысяч. Поэтому просто действительно следить, кому мы оплачиваем. Во-первых, торговые точки обязаны иметь терминал, ну просто обязаны, все это прекрасно понимают. И торговые точки часто просят не картой оплатить, а QR-кодом, но это тоже не то же самое, что перевод, это также оплата будет как будто бы по карте. Но почему торговые точки все чаще просят платить по QR? – потому что они меньше платят комиссию за банковский эквайринг, просто экономят свои деньги. Петр Кузнецов: Ага. Анна Громова: Но в этом случае, когда мы оплачиваем по QR, мы лишаемся кешбэка, кто пользуется кешбэком. Петр Кузнецов: Вот я этим и объясняю, кстати, я говорю: «Нет, у меня хорошая карта». Анна Громова: Конечно. То есть в целом ситуация, когда вас просят перевести деньги на карту, они действительно минимальные, в бытовых случаях это переводы детям, родственникам и как раз какие-то школьные сборы. То есть не так много ситуаций, когда никак иначе деньги не собрать. Петр Кузнецов: Здесь еще знаете, какой был вопрос где-то на СМС-портале, я просто его перескажу – а если перевод пришел, давайте назовем, с подозрительных реквизитов, мой счет могут заблокировать? Анна Громова: Вот не могу сказать, не эксперт в этом настолько, боюсь просто обмануть. Но то, что могут, делая проверку... Петр Кузнецов: ...всех переводов подозрительных. Анна Громова: Да-да-да, того человека, который подозревается в каких-то нечистоплотных действиях, – да, в этом случае в рамках проверки могут и отправителю денег задавать вопросы. Петр Кузнецов: В общем-то, не исключено, да. Анна, спасибо за ваш комментарий! Мария Карпова: Спасибо большое! Петр Кузнецов: Анна Громова, финансовый консультант. Я думаю, что многое стало известно.