Мария Новикова: На этих выходных в России отметили День кинологических подразделений МВД, а если проще, то День кинолога. Дата выбрана неслучайно, в 1909 году 21 июня в Санкт-Петербурге открылся первый в стране питомник полицейских сыскных собак. Сегодня кинологи несут службу в разных ведомствах, а их четвероногие напарники помогают. Профессия кинолога – это больше наука или призвание? И что самое сложное в работе с собаками? Обсудим это с Ольгой Александровной Качалкиной, кинологом, руководителем «Научно-практического центра исследования психики млекопитающих». Доброе утро. Петр Кузнецов: Доброе утро. Ольга Качалкина: Доброе утро. Мария Новикова: Я так понимаю, вы не одна сегодня к нам пришли? Ольга Качалкина: Да, я сегодня не одна, я сегодня с нашими сотрудниками, с ховавартом Платоном, это у нас спасатель на воде, канистерапевт и лучший ховаварт России. Мария Новикова: Платон. Ольга Качалкина: Платон. Петр Кузнецов: Канистерапевт, давайте сразу разжуем, потому что, честно говоря, вы для меня открыли этот термин. Не знаю, стыдно это или нет, но мы не боимся здесь признаться. Ольга Качалкина: Совершенно не стыдно, потому что это действительно довольно новое направление в России. В мире оно давно известно, у нас оно развивается примерно 15 лет или около того. Петр Кузнецов: Ну да. Ольга Качалкина: Это коррекция и реабилитация, психолого-педагогическая и социальная, взрослых и детей. Детей, как правило, с различными нарушениями развития. И, конечно, это работают специалисты, люди с высшим образованием, но используют в своей работе собак, и за этим стоит методология, наука и все прочее. Но когда дети рассказывают о том, что они ходили на занятиях, они ходили к собакам. Гамми, иди к нам. Петр Кузнецов: Гамми, иди сюда. Мария Новикова: Так и хочется погладить, прямо рука тянется. Петр Кузнецов: Так, у меня, если что, есть поводок. Смотри, мы тебя отпустили, но у меня есть поводок. Ольга Качалкина: Садись здесь и сиди. Петр Кузнецов: А Гамми не канистеропевт? Ольга Качалкина: Гамми – тоже канистеропевт. Она и живет, у нее многодетная семья, и она у нас тоже заслуженный канистеропевт. И у нее есть особенность, если она считает, что пришло время ее гладить, то она гавкнет. Петр Кузнецов: Вот я, на самом деле, то есть вот я сейчас ее прикормил, и если я вдруг отпущу руку, она будет лаять, это значит, что нужно… Ольга Качалкина: Через какое-то время, да, нужно продолжить, потому что вы забыли, что вы… Мария Новикова: То есть она попросит: «Еще, пожалуйста», да? Ольга Качалкина: Конечно. Петр Кузнецов: Ишь ты, тебя, конечно, удовольствие гладить. Какие вообще бывают направления? Ведь очень много, кинологическое подразделение разбивается на много направлений, да? Ольга Качалкина: Конечно. Петр Кузнецов: Кто-то способен работать с детьми, кто-то искать людей, кто-то запрещенные вещества и так далее. Ольга Качалкина: Конечно. Если мы говорим о какой-то служебной работе, то это министерства, это структуры, это минно-розыскная служба, это поиск запрещенных веществ, это, конечно, работа в аэропорту, это такая работа со специалистами в ведомствах. А есть поисково-спасательная служба, это работа по поиску людей в лесу. И на техногенных, конечно, завалах, но чаще всего, летом есть подразделения кинологические и в «ЛизаАлерт», и огромное количество волонтеров, которые в течение лета бабушек, дедушек, которые пошли за грибами и вдруг потерялись, заблудились, они приезжают и находят. И могут они искать как отдельно человека, если там не было следа, просто прочесывая квадрат, или это следовая работа. То есть в этих подразделениях есть следовые собаки, которые, зная, откуда ушел человек, могут пройти по его следу, даже если прошло несколько дней, представляете себе. Мария Новикова: А вот что касается способностей собаки, они все одинаково способны, я не знаю, нести службу на границе или искать людей, или, не знаю, быть поводырем? Петр Кузнецов: Ты имеешь в виду породы изначально? Мария Новикова: Нет, какие-то личностные данные раскрывает кинолог во время работы с собаками? Петр Кузнецов: Вот у меня в крови искать людей, я вот родился с этим скиллом. Мария Новикова: Да, например. А кто-то поводырь очень хороший. Ольга Качалкина: Что касается канистерапии, то эти собаки проходят очень серьезный тест отбора. Из 100 собак в работу попадает не больше 10 потом. Они проходят тест на допуск к обучению сначала. И это такой очень сложный тест, отсеивающий, потому что проверяется и крепость нервной системы, они не должны конкурировать друг с другом, они должны быть максимально безопасны для людей и других животных. Они должны выдерживать все вот эти нагрузки, потому что бывают мероприятия, где много людей, много всяческих раздражителей. И чтобы они не уставали, чтобы они сохраняли свое благополучие, конечно, мы отбираем только самых сильных собак, тех, которые больше всего любят людей. Петр Кузнецов: Их нужно с малых-малых лет или все-таки можно уже в достаточно серьезном возрасте научить чему-нибудь? Если, например, это что-нибудь, вы понимаете, что сживется, то есть она сможет это сделать, она приспособлена? Ольга Качалкина: Скорее, да. Что касается канистерапии, у нас приходят и взрослые собаки, уже с опытом. Единственное, если она совсем ничего не умеет, ей шесть лет, и людей она не любит, конечно, здесь нам с ней уже будет сложнее, но в целом, конечно, можно. А что касается кинологических служб по поиску людей, это всегда с щенка, это сразу они учатся много бегать по лесу, искать человека, обозначать, такая сложная работа. Петр Кузнецов: Если нужно погладить, ты гавкнешь, да? Ольга Качалкина: Да. Петр Кузнецов: Я сразу буду гладить. Потому что у меня все руки в шерсти. Мария Новикова: А что умеют ваши питомцы, воспитанники? Ольга Качалкина: Вот уже Гамми показывает, что. Петр Кузнецов: Есть, лежать, лаять, вот, все, это значит, надо гладить. Ольга Качалкина: Она говорит, что надо гладить. Петр Кузнецов: Все-все-все. Ольга Качалкина: Да, именно эти питомцы умеют требовать гладить. Здесь, к сожалению, может быть, не очень удобно будет, маловато места, но Гамми может что-то показать, она делает кувырок. Петр Кузнецов: То есть она развлекает, да? Что-то цирковое есть, получается. Ольга Качалкина: У нее есть основной набор команд по общему курсу дрессировки, у нее есть, конечно, развлечение, потому что чаще всего дети, а дети предпочитают не нормативные команды, а что-то, что их веселит. Петр Кузнецов: На скользком полу она это не сделает, нужен ковер? Ольга Качалкина: К сожалению, это просто неудобно. Петр Кузнецов: Не сможем продемонстрировать. Хотите, я кувырок сделаю? Мария Новикова: Ну ты же не Гамми. Петр Кузнецов: Ну ладно, друзья, сейчас отвлечемся, сейчас вернемся. У нас есть замечательный сюжет, давайте его посмотрим и как раз отдохнем, я тебя поглажу как раз. У таможни есть особые ветераны службы в Екатеринбурге. Кстати, мы об этом еще поговорим, о том, когда выходят на пенсию. В Екатеринбурге уральские таможенники проводили на пенсию недавно самую результативную служебную собаку по кличке Норвегия. За восемь лет работы в таможне международного аэропорта Кольцово она обнаружила в общей сложности 100 миллионов нелегально вывозимых из страны рублей, а также крупные партии табачных изделий. Давайте на эту красавицу посмотрим. СЮЖЕТ Евгений Аксенов: Бельгийская овчарка по кличке Норвегия встречает рейс из Китая. Ее задача – найти спрятанные в багаже наркотики, крупные суммы денег, а также растения и диких животных, которые запрещено ввозить в страну. Эта смена для служебной собаки последняя. Она отправляется на заслуженный отдых и получает в подарок аппетитную кость. Наталья Богатырева, кинолог Кольцовской таможни им. В.А. Сорокина: Это сама по себе порода очень темпераментная, всегда идет на работу с удовольствием эта собака. Она любит эти все, чтобы ее кто-то ласкал, гладил, поэтому она абсолютно неагрессивна к людям, это у нас тоже является обязательным качеством, потому что собака работает с людьми, с детьми, люди разные бывают, и мы все это проверяем даже при начальном этапе отбора. Евгений Аксенов: Багаж без проблем проходит проверку электронным сканером, но собачье чутье не обманешь, несмотря на то что спрятанная пачка денег была завернута в полиэтиленовый мешок. Вот так, положив голову на рюкзак, овчарка подает кинологу знак. Руслан Файзуллин, заместитель начальника кинологического отдела Кольцовской таможни им. В.А. Сорокина: Кинолог и собака – это как бы такой тандем, собака – она как индикатор показывает, а кинолог при этом, зная свою собаку, он может прямо по малейшим каким-то изменениям ее поведения заподозрить что-то, допустим. То есть здесь такой более субъективный подход, но, основываясь на опыте, на интуиции, результат получается. Евгений Аксенов: Кинолог Наталья Богатырева привела Норвегию в аэропорт Кольцово еще щенком, восемь лет назад. За эти годы овчарка помогла обнаружить сотни миллионов рублей, несколько крупных контрабандных партий табачных изделий и считается самой результативной собакой на Кольцовской таможне. Расставаться со своей любимой напарницей Норвегией не придется, она живет в доме у Натальи Богатыревой. А на таможне бельгийскую овчарку заменит немецкая по кличке Альфа. Она уже успела обнаружить крупную сумму денег, которую пытались нелегально переправить через границу. Евгений Аксенов, Александр Сосновских, Екатеринбург, ОТР. КОНЕЦ СЮЖЕТА Петр Кузнецов: Друзья, но мы все-таки готовы, мы нашли место, и прямо сейчас готовы продемонстрировать некие полезные свойства, качества наших друзей. Мария Новикова: Способности. Петр Кузнецов: Пожалуйста. Ольга Качалкина: Давай, лежи. Давай, кувырок. Ты молодец. Платошка, дай пять. Молодец какой. Молодец. Петр Кузнецов: Ольга, это все... Мария Новикова: Умер? Ольга Качалкина: Молодец. Иди сюда. Петр Кузнецов: Это все показывается перед детьми, правильно? Ольга Качалкина: Эти собаки еще умеют слушаться других людей. И дети, сейчас это такие трюки, которые мы смогли изобразить на маленьком коврике, но в процессе занятия дети сами могут выступать в роли дрессировщиков и командовать серьезные команды, они двигаются рядом, они собак укладывают. Когда есть проблемы с опорно-двигательным аппаратом и нужно мотивацию ребенку для физических упражнений, очень хорошо работают эти собаки. Петр Кузнецов: Важные, неподходящее слово, но такой важный объект выявляется, куда все внимание, ради чего он начинает что-то стараться делать, чтобы взаимодействовать. Ольга Качалкина: Да. Канистерапия так и зародилась, что в процессе вот этой реабилитации детей получилось, что мало мотивации, с ними очень сложно заниматься, потому что, конечно, сами по себе, а тут собачки. И для того, чтобы пройтись с такой собакой, конечно, каждый ребенок очень хочет и, конечно, они усилий по собственной реабилитации прикладывают значимо больше. Мария Новикова: Я обратила внимание, что они буквально ловят каждое ваше слово, чуть ли не глаза в глаза смотрят. Каждая ли собака вот так себя ведет? Ольга Качалкина: Нет. Мария Новикова: Или все-таки сразу вы, как опытный профессионал, видите: вот ее можно дрессировать и из нее выйдет толк, а вот эта собака – нет? Ольга Качалкина: Я еще, да, у меня научное направление – это ранний онтогенез, это как раз когда они маленькие щеночки, как сделать из маленького щеночка собаку, которая будет соответствовать нашим каким-то потребностям. И, конечно, они сначала отбираются, те, которые могут вообще смотреть. А дальше они обучаются, так как мы с ними взаимодействуем, и собака помимо того, что это первое животное, которое приручил человек, представьте себе, даже не козу и не корову, а именно собаки, и опережают они порядка 10 тысяч лет, это очень много. И это единственное на планете существо, которое благополучно живет, даже если оно не видит других собак, оно совершенно благополучно с человеком. И у нас с ними социальные связи максимально крепки, поэтому, конечно, они с нами взаимодействуют. На этой планете больше никто так не делает, только собаки. Петр Кузнецов: А вот по связям тоже, Ольга, интересно. Получается, что они же с вами не живут, но все равно какая-то эмоциональная связь у вас присутствует? Ольга Качалкина: Конечно. Петр Кузнецов: Причем она с годами все больше и больше. Ольга Качалкина: Конечно. Петр Кузнецов: А как же? Вы их оставляете на работе? Ольга Качалкина: Нет. Петр Кузнецов: Уходите спокойно домой, «До завтра» говорите. Мария Новикова: И вообще, как завоевать доверие? Петр Кузнецов: Вот так их, грустных, оставляете. А погладить, лаять будет всю ночь? Ольга Качалкина: Во-первых, я их оставляю у их хозяев. Петр Кузнецов: Ага, у них есть хозяева. Ольга Качалкина: Они все-таки остаются не одни, они остаются со своими владельцами любимыми. Конечно, это наши друзья. Петр Кузнецов: Это сотрудники? Ольга Качалкина: Да, это наши сотрудники, наши волонтеры. И мы часто с ними встречаемся на всех мероприятиях. Поэтому иногда даже не по рабочим поводам, а мы вместе отдыхаем, мы можем гулять по лесу, встретиться. Петр Кузнецов: То есть они считают, получается, и тех хозяевами, и вас. Или вы главная хозяйка? Есть разница? Ольга Качалкина: Я думаю, что я не главная, но я важная. Петр Кузнецов: Ага, понятно, вас узнают. Мария Новикова: А как удается все-таки завоевать доверие? Все-таки это животное, и понятно, что у каждого есть характер, и у нас характеры. Есть какое-то, я не знаю, сочетание характеров? Петр Кузнецов: Ольга делает кувырок, соответственно, собаки смотрят: «Ага, в принципе, она из наших». Ольга Качалкина: Вот оно как. Мария Новикова: Дает вкусняшку. Ольга Качалкина: Я кувырок, надо признаться, давно не делала, но могла бы. Петр Кузнецов: Так, пора гладить. Ольга Качалкина: Как сделать? Да просто быть честным. Самый простой путь к сердцу собаки – это делать то, что говоришь. Мария Новикова: То есть не обманывать? Ольга Качалкина: Не обманывать. Если я говорю, что я дам кусочек, я обязательно его дам. Если я говорю, что мы должны пойти, значит, мы пойдем. Мария Новикова: А наказать можно как-то? Есть такая система? Ольга Качалкина: Система наказания? Нет, конечно, нет. На наказание, даже... Петр Кузнецов: Был косячок какой-нибудь? Ольга Качалкина: В силу того, что они социальные животные, и, конечно, когда мы на них ругаемся, когда мы негодуем, когда мы сердимся, для них это уже отрицательное подкрепление, потому что им это не нравится. Мария Новикова: Можно же сказать: «Иди на свое место, сиди, ты наказан». Ольга Качалкина: Можно же хорошим тоном сказать. Петр Кузнецов: Какая ты строгая хозяйка, сразу захотелось пойти. Мария Новикова: У меня есть собака, ей 15,5 лет. Петр Кузнецов: А, у меня две было. Мария Новикова: Так что я на место иногда отправляю. Петр Кузнецов: Курсы повышения квалификации или что-то такое, ежегодные прохождения, не знаю, это называется у людей медкомиссия, то есть как это происходит? Как они доказывают свое мастерство? Ольга Качалкина: Сейчас есть Ассоциация канистерапии, это большая организация, в которой как раз есть научная составляющая, разработка всех методологий, программ по работе с различными категориями. И, естественно, там одно из направлений – это допуск собак к работе. Это тоже тест, который используется у нас в государственных учреждениях уже очень давно, что позволяет нам делать эту работу безопасной для всех – и для собак, и для детей, и для взрослых. И собаки проходят обучение, сертифицируются. И у молодой собаки сертификат действует в течение года. Ей выдается такой пластиковый документ, где категории, которые у нее открыты. Она может быть без ограничений и допущена совершенно везде. Может быть, она может не работать с другими собаками или на больших мероприятиях. Но они ежегодно подтверждают свою квалификацию, повторно проходя этот тест. Петр Кузнецов: А вот та самая пенсия, у каждой породы наверняка есть этот порог? Или, на самом деле, если собака в тонусе, в статусе и способна выполнять все то, что от нее требуется, то пожалуйста? Ольга Качалкина: Безусловно, конечно, когда мы видим, что собаке тяжело, во-первых, дозирование нагрузки – это вообще обязательное условие. У нас есть собаки, у которых как раз ограничение по времени работы и нагрузке. В силу того, что это, допустим, небольшая собака, которая мастерски работает, но больше 20 минут в день ей тяжело, сложно и незачем. А по возрасту, у собак, естественно, с возрастом начинает снижаться рабочая нагрузка. И уже те занятия, которые их не утомляют. Мария Новикова: Хочется еще понять, а нужен ли кинолог обычной домашней собаке? И в каких случаях, если да? Ольга Качалкина: Вы знаете, сейчас очень остро стоит вопрос в повестке о воспитанности наших собак. И, конечно, есть неприятные случаи нападения. И я, как человек, который непосредственно погружен в эту тему, я считаю, что, конечно, кинолог нужен. Если вы сами недостаточно опытны для того, чтобы сделать свою собаку управляемой, у нас бесконечное количество специалистов, в Москве так точно. Не слушаются, да, тебя? Петр Кузнецов: Не-не-не, я просто засек время, меньше минуты прошло, и уже нужно гладить, я просто перестал это делать, я просто жду. Ольга Качалкина: И есть даже для регионов, может быть, где-то действительно не так много профессионалов, но достаточное количество онлайн-курсов. В любом случае, человек, который владеет собакой, должен уметь ей управлять. Мария Новикова: Сейчас же кинологи, насколько я знаю, даже онлайн работу проводят. Ольга Качалкина: Да. Мария Новикова: Вот я как-то увидела, как девочка ставит телефон на улице, и кинолог смотрит по видео, что делает собака, и девочка ее тренирует, даже такое есть. Ольга Качалкина: Да-да, это со времен ковида у нас появилось. Петр Кузнецов: Робособака должна быть тогда, Boston Dynamics. Ольга Качалкина: Ты куда? Говорит: «А я?» Петр Кузнецов: Ой. Ольга Качалкина: Платон тоже недоглаженный оказался. Ты оказался недоглаженный. Петр Кузнецов: Да, я могу погладить, просто меня там постоянно зовут: «Ты не будешь гладить?». Мария Новикова: А может ли современная техника, на ваш взгляд, служебных собак заменить? Петр Кузнецов: Да, потому что все больше и больше технологий. Ольга Качалкина: Видите, с технологиями, у нас давно есть приборы одорологические для распознавания молекул определенного вещества. Но до сих пор мы все используем собак во всех странах мира. Что касается социальных взаимодействий, здесь, конечно, никакие приборы, никакие чаты GPT никогда не заменят живого общения. Мария Новикова: Это прекрасная новость, мне кажется. Ольга Качалкина: Это то, что у нас будет всегда, и собаки останутся с нами еще очень-очень надолго. Петр Кузнецов: Породы, у нас, кстати, минута остается. Сейчас уже пойдем. Может быть, вместе даже, потому что куда теперь без моих поглаживаний? Пойдешь со мной жить? Пойдем вместе? Хорошо, будем гулять. А все ли породы все-таки предназначены? Или действительно есть градация, есть породы, которым просто не дано, так получилось? Ольга Качалкина: Есть, конечно. Допустим, если поисково-спасательная служба, Гамми было бы довольно сложно преодолевать завалы в лесу, эти буреломы. Петр Кузнецов: Строение не позволяет, конечно. Ольга Качалкина: Да, потому что строение. Характера здесь достаточно, но ее предназначение – пасти овец на ровном поле, поэтому ей было бы тяжело. Платон был бы, может быть, не столь быстр в каком-нибудь спортивном нормативе, аджилити или в защитных разделах, потому что он добрый. Конечно, есть определенные качества, так же, как и у нас с вами, кто-то быстрый, сильный, добрый, здесь то же самое. Петр Кузнецов: Все как у людей. На этой фразе я думаю, что и завершим сегодняшнюю программу. Они такие же, как и мы, друзья. Лишний пример, вот, пожалуйста, вот он, показатель. Мария Новикова: И главное – они всегда с нами. Петр Кузнецов: Ольга Качалкина, спасибо, кинолог, руководитель «Научно-практического центра исследования психики млекопитающих» была у нас в студии. Мария Новикова: Ольга Александровна, спасибо большое. Ольга Качалкина: Спасибо. Петр Кузнецов: Прощаемся до завтра, с 9 до 11. Пока. Мария Новикова: До свидания.