Валерия Петрушина: Ой, масленая недалечко, ой, недалечко, люли, недалечко. Осталося ждать три денечка, ой, три денечка, люли, три денечка. Ой, масляная, это я иду, ой, это я иду, люли, это я иду. Сыр, масло несу, блинов напеку, ой, блинов напеку, люли, блинов напеку. Блинов напеку, гостей созову, ой, гостей созову, люли, гостей созову. Руслан Арсланов: Спасибо. Анастасия Семенова: К теще пойдем сегодня, да? Руслан Арсланов: Да. С понедельника мы с вами активно празднуем Масленицу, обсуждаем рецепты блинов, события в вашем регионе, да и вообще создаем самую настоящую праздничную атмосферу. Впереди выходные, самый пик праздничных гуляний, а мы в эти «Тещины вечерки», именно так называется пятница, пятый день Масленицы, поговорим про традиции и обряды праздника еще раз. У нас в гостях Валерия Петрушина, руководитель детского фольклорного ансамбля «Веретенце». Валерия, здравствуйте. Анастасия Семенова: Здравствуйте. Валерия Петрушина: Здравствуйте. Руслан Арсланов: Рады вас здесь видеть. Валерия Петрушина: Взаимно. Руслан Арсланов: В пятницу мы с вами собрались, поэтому, наверное, вопрос логичный: какое вообще историческое происхождение обряда и вот этого дня «Тещины вечерки»? Валерия Петрушина: Вы знаете, вообще «Тещины вечерки» не везде так назывался, «Тещины блины», по-разному фиксируются эти названия. Анастасия Семенова: Почему именно к теще? Валерия Петрушина: Почему именно к теще, почему именно в пятницу, на самом деле это такая… Анастасия Семенова: Опять, это же оттуда и анекдоты пошли, наверное, да? Валерия Петрушина: Да нет, на самом деле, это не такая прямо зафиксированная, четкая традиция, что только в пятницу, только к теще, только так, и только на блины – нет, это пошло от того, что Масленичная неделя – это была неделя, посвященная молодой семье, молодоженам, те ребята, которые только недавно поженились, создали семью и могли прийти в гости к невесте, то есть к молодой жене, она могла вернуться к своим родителям, прийти в гости, как раз исключительно в масленичный период. То есть, если у них свадьба была на Красную горку, то есть весной, в Масленицу, практически спустя год, она могла прийти к себе домой. Поэтому это связано вот с этим, то, что мама встречала вообще свою дочку, выдала ее замуж и ждала уже в гости к себе вместе с зятем. До этого времени, как правило, молодая жена домой не приходила. Руслан Арсланов: Вообще? Валерия Петрушина: Вообще не приходила, да. Не плакаться, не радоваться. Руслан Арсланов:То есть даже забрать какие-то вещи? Валерия Петрушина: Все делали еще во время свадьбы. Анастасия Семенова: Сундук отдавали сразу. Валерия Петрушина: Там был большой свадебный обряд. Руслан Арсланов: Вдруг что-то забыла: «Ой, забыла». Анастасия Семенова: Позвонить было нельзя. Валерия Петрушина: Могли, конечно, с какими-то такими шуточками, наверное, сбегать домой, но, как правило, была такая традиция. Руслан Арсланов: А с чем это связано? Валерия Петрушина: Связано с тем, чтобы молодая семья устоялась. Руслан Арсланов: Просто чтобы привыкла? Валерия Петрушина: Да. Потому что, конечно, это всегда такой переходный период, девушка становится женой, она переходит в дом мужа, там, возможно, какие-то немножечко другие традиции, поэтому старались далеко не отдавать, в соседние деревни, и потому что совсем далеко было тяжело перейти, там неизвестно, как что устроено, уклад домашний, поэтому старались где-то поближе отдать, чтобы невесте было попроще, молодой жене. И, соответственно, какие бы она ни встретила там условия, ей нужно как жене состояться, как-то претерпеть что-то, не жаловаться, не бегать, не плакать. А вот уже в пятницу, на Масленичной неделе, да и не только в пятницу, уже приехать домой. Анастасия Семенова: А жена должна была приходить в дом, точнее, зять, и что-то приносить он должен был? Валерия Петрушина: Я думаю, что это в зависимости от регионов. Вообще, обычно дома встречали все, всегда, в каждом доме в масленичный период были накрыты столы. Анастасия Семенова: Или жена все готовит? Валерия Петрушина: Конечно, преимущественно кухня – это все-таки женская история. Анастасия Семенова: И как раз вы начали говорить, что существовали различия в проведении «Тещиных вечерок» в разных регионах России. Валерия Петрушина: Конечно. Нет, на самом деле просто где-то праздновали Масленицу неделю, где-то – начиная с четверга Масленичной недели, то есть там буквально три-четыре дня, где-то, наоборот, еще больше, полторы недели. То есть, в зависимости от того, как эта традиция жила в этом регионе, как она потом уходила, не уходила, потому что сейчас мы с вами понимаем, что на самом деле эти праздники сейчас поддерживаются на государственном уровне. Потому что, если бы, например, не говорили, что Масленица идет, скорее всего, об этом бы знали только люди, которые ходят в храм, потому что богослужебный круг Масленицы там имеется, так сказать. Она уже идет как подготовительная неделя к Великому посту, поэтому там уже читаются такие покаянные молитвы, Прощеное воскресенье, об этом люди знают. А те, кто, может быть, больше такой светский человек, он может про Масленицу и не знать, если ему не напомнят, что, ребята, пора. Анастасия Семенова: Или кто-то из коллег не принесет блины на работу и не угостит. Руслан Арсланов: Да, такое бывает, что кто-то в последний момент вспоминает: «Ой, Масленица на этой неделе?». Валерия Петрушина: Да-да-да. Руслан Арсланов: Даже когда про это говорят везде, мы всю неделю говорим. Валерия Петрушина: Да, конечно, поэтому, вот видите, традиции, они где-то бытуют, где-то остаются, укореняются, а где-то они уходят. Анастасия Семенова: А что должно традиционно быть на столе, помимо блинов? Валерия Петрушина: Помимо блинов – творог, сыр, масло, вся вот такая пища. Анастасия Семенова: Такая жирная достаточно. Валерия Петрушина: Да-да-да, уже без мяса, потому что эта неделя уже считается сыропустной, то есть без мяса. Были такие продукты: яйца, творог, сыр, то есть много, рыба, у кого есть возможность. Анастасия Семенова: Регионов, да. Руслан Арсланов: Мы знаем, что блин – это такой символ солнца, символ весны, поэтому он стал главным блюдом. Есть еще какие-то значения у него? Валерия Петрушина: Вы знаете, вообще-то нет, блин – не символ солнца. Руслан Арсланов: Хорошо, что вы нам это рассказали, потому что эту информацию часто можно найти. Валерия Петрушина: Это такое заблуждение, да. Анастасия Семенова: Потому что все же рисуют солнышко, даже мы сегодня показывали, на блинчике. Валерия Петрушина: Да, это такое заблуждение, которое сформировалось, которое такое, наверное, активное, устойчивое оно стало. Но на самом деле блины – это в первую очередь поминальная пища, и используется она в Масленичной неделе, потому что как раз суббота накануне Масленицы, Родительская суббота, это прямо такое большое событие, когда люди поминают своих усопших родственников, поэтому, собственно, потом мы всю неделю и ходим друг к другу в гости, если прямо так в глубину уйти, ходим друг к другу в гости, навещаем, вспоминаем своих почивших предков, поминаем их, общаемся друг с другом, просим прощения, готовимся уже все-таки к Великому посту, основная задача такая. И, конечно, погулять, повеселиться, целая неделя нерабочая была, то есть освобождалась от всех. Руслан Арсланов: О, класс. Валерия Петрушина: Мы себе такой роскоши сейчас позволить не можем. Руслан Арсланов: Да. Анастасия Семенова: Это да. Руслан Арсланов: Если кто-то может, помните про это, не на эту Масленицу, а на следующую можно взять отпуск и действительно повеселиться, хорошо провести время. Какие веселья самые распространенные? Мы обсуждали в начале недели, горка, строили горки, хороводы. Валерия Петрушина: Да-да-да, конечно, катание с горок. Анастасия Семенова: А столб остался? Взбираться надо было за подарками, валенками. Валерия Петрушина: Столбы – нет, столбы – это вообще такая придумка уже конца XX столетия. А так, из забав – катание на лошадях, на санях, катание с горок, просто гуляния, пение по улице, вождение хороводов, что еще, кулачные бои где-то, стенка на стенку. Руслан Арсланов: На реке замерзшей чаще всего. Или это тоже может? Валерия Петрушина: По-разному, по-разному, были места для этого отведенные. Руслан Арсланов: В специально отведенных местах. Валерия Петрушина: Да-да-да. То есть были вот такие массовые гуляния. Руслан Арсланов: Классика. По поводу песен, шуток, танцев: что было популярно? Или опять же, в каждом регионе, в каждом городе, в каждой деревне были какие-то свои песни? Или были какие-то универсальные, которые все пели? Анастасия Семенова: Да, то, что вы в начале исполнили, это к какому-то региону относится? Валерия Петрушина: Да, это масленичная песня, да-да-да, это к определенному региону. Но в целом, по тексту обычно Масленицу встречаем, что она обманула, что она провела, и что ждали ее на семь недель, а осталась она всего-то на семь дней. И что ее встречают, сыром горушку катали, в общем, вот такой преимущественно текст. Конечно, есть песни, которые уже такого весеннего периода, которые рассказывают о том, что уже разливается вода. В общем, на самом деле разные песни в разных регионах, которые универсальные, они звучали, может быть, не только в масленичный период, но и в летний. А так, если в масленичный, то вот такие сюжеты. Анастасия Семенова: С понедельника начинали петь, если отмечали? Валерия Петрушина: Могли и чуть-чуть заранее, да, могли чуть-чуть заранее, могли и с понедельника. Но уже потом, когда Великий пост, уже в любом случае не пели. Анастасия Семенова: Мы все знаем, что в воскресенье сейчас принято сжигать чучело, чуть раньше это было сделано в субботу, понятно, что это было связано с Прощеным воскресеньем. Многие телезрители у нас сами и наряжают, и создают эту прекрасную бабу, Масленичную бабу, как нам написали. Руслан Арсланов: Зиму, сжигают же зиму. Анастасия Семенова: Да. Как она должна выглядеть? Потому что много споров. Нужно ли рисовать лицо? На ней должна быть старая одежда или можно что-то новое использовать? Веревка, не веревка, она должна быть очень большой или, наоборот, маленькой, от чего это зависит? Валерия Петрушина: Вообще, мне кажется, что сейчас сжигать что-либо уже неактуально, это не наша история. Поэтому к вопросу о бытовании традиций, о том, что стоит сейчас, в наше время, перенимать, а что не стоит, это, на мой взгляд, уже такая вещь. Раньше почему это было? Это как символ сжигания ветхого человека. То есть это вот сжигание ветоши преимущественно, никто никогда новую одежду у вас в деревне не сожжет, это будет просто какая-то совершенно ненужная вещь. Анастасия Семенова: Нет, в деревне понятно, сейчас я имею в виду. Валерия Петрушина: Потом, не всегда сжигали, где-то пускали по воде, в общем, по-разному, где-то вообще не делали чучело, то есть это кто как к этому относится. Я считаю, что на данный момент в жизни, ну, что это, ради шоу? Но у нас и так, мне кажется, шоу в жизни хватает. Руслан Арсланов: А может быть, есть смысл туда что-то вложить: какие-то свои тревоги, расстройства, зимние скучные вечера. Валерия Петрушина: Тревоги, расстройства, это можно принести, наверное, на исповедь, и уже спокойно, радостно идти. Руслан Арсланов: Есть другие инструменты. Валерия Петрушина: Да, есть другие способы, помимо сжигания, но это просто такая обрядовость. Руслан Арсланов: Опять же, может быть, традиция, люди в своих семьях жгли чучело на протяжении многих лет и продолжают это делать? Валерия Петрушина: Может быть, но я думаю, что на самом деле в ваших семьях вряд ли уже жгли, даже те регионы, куда мы ездили, например, там не жгли чучело никогда. Анастасия Семенова: У меня Масленица как раз только и ассоциируется с сжиганием чучела. Валерия Петрушина: Только с этим, да? Анастасия Семенова: Да. Валерия Петрушина: Вот видите, интересно, какое-то уже устойчивое представление. Руслан Арсланов: Да, у меня тоже, наверное: блины, кулачные бои, да, вы рассказали, какие-то веселья, столб, тоже как новая история, и сжигание чучела. Анастасия Семенова: Мне кажется, у нас это было в школе как раз. Валерия Петрушина: Да-да-да, тут нужно понимать, что это такое. Анастасия Семенова: Прыжки в мешках на улице. Руслан Арсланов: О, точно. Анастасия Семенова: Хотя, мне кажется, тогда этого не было, да? Или было? Валерия Петрушина: Нет, я думаю, что были какие-то забавы, но не в таком формате, в который, конечно, они трансформировались, и были сделаны специально для искажения действительности. В XX веке на это работали целые структуры, чтобы нам немножечко представление о традиционных праздниках, которые бытовали, видоизменить, к сожалению, это во многих случаях получилось. Но в наше время, сейчас, мы можем с вами смотреть, как было до этого, анализировать, понимать смысловую нагрузку, понимать, что нам сейчас с вами нужно, не нужно, актуально, неактуально, что мы можем передать детям, что мы хотим передать нашим детям, какими смыслами мы хотим наполнить этот праздник. Потому что языческим праздником это никогда не было, это тоже такой миф, который сложился и, к сожалению, достаточно устойчивый, вот даже чучело, понимаете, и сейчас можно это использовать в совершенно разных целях. Но, я думаю, что не стоит нам к этому возвращаться. Руслан Арсланов: На ваш взгляд, Масленица на сегодняшний день – это актуальный праздник? Валерия Петрушина: Вы знаете, мы с детьми, я как руководитель фольклорного ансамбля, мы с детьми любим эту неделю, мы обязательно об этом говорим, рассказываем, готовимся в контексте как раз вообще годового круга праздников. Но, безусловно, самый главный праздник – это Пасха, и мы к нему идем, и без Пасхи невозможна Масленица, поэтому все это проговариваем. Анастасия Семенова: Без Масленицы невозможна Пасха? Валерия Петрушина: Да. Анастасия Семенова: Как посмотреть. Валерия Петрушина: Нет, наверное, все-таки нет, без Пасхи, наверное, невозможна Масленица. Поэтому тут, конечно, мы это обсуждаем, конечно, мы кушаем блины и, конечно, мы всячески играем и веселимся, и какие-то игры в снежки, и со снежком, и взятие крепости, и просто какие-то массовые гуляния, конечно, здорово, это всегда такое радостное событие, дети его всегда ждут. Анастасия Семенова: Для них это самый яркий праздник, потому что всю неделю вы можете об этом говорить, много петь, играть? Или есть другие праздники? Валерия Петрушина: Есть другие праздники. То есть, например, Святки, Рождество для нас тоже очень веселые, радостные. Анастасия Семенова: А что вы видите, интересно, вы работаете с детьми, что закладывают в семьях? Валерия Петрушина: Вы знаете, по-разному. Кто-то если приходит, например, в коллектив обучаться, кто-то вообще до этого, может быть, не знал чего-то о праздниках. И они узнают и вместе, и родители тоже подключаются, и родители тоже пекут. Мы говорим: «Дорогие родители, надо принести что-то к столу», в общем, они тоже готовятся. Если у нас удается организовать какие-то массовые гуляния, то они тоже подключаются, узнают. То есть в семьях на самом деле у всех по-разному. Руслан Арсланов: Традиции разные. Валерия Петрушина: Да, у всех традиции разные. Руслан Арсланов: Но это мы и из наших сообщений, зрители нам присылают, разные регионы, разные свои традиции. Кто-то вот ее завел, и она на протяжении многих лет. Валерия Петрушина: Да. Руслан Арсланов: Интересно получается, что через детей и родители тоже воспитываются, они тоже что-то узнают. Анастасия Семенова: Да, как будто бы наше поколение забыло. Валерия Петрушина: Сейчас, получается, идет обратный эффект. Я тоже долго об этом думала, анализировала как педагог. Поэтому, да, это интересно, что наоборот, у нас сейчас дети узнают, и потом уже как-то мы несем обратно в семьи эти традиции. Анастасия Семенова: Как раз много телезрителей пишут о том, что как раз для меня сжигание чучела – это наиболее интересно, и как раз залезть на столб и снять приз. Руслан Арсланов: Это физически крепкий человек писал. Анастасия Семенова: Видимо. Валерия Петрушина: Да. Анастасия Семенова: У которого и столб есть. Руслан Арсланов: Потому что залезть на столб – это очень непросто. Валерия Петрушина: Это очень непросто. Анастасия Семенова: Да. На данный момент Масленица – повод для кулинарных рекордов, а сам смысл праздника потихоньку забывается. Как раз вы тоже об этом сказали. Валерия Петрушина: Да. Анастасия Семенова: А как вы думаете, через 50-100 лет мы вернемся к тому, что было раньше? Валерия Петрушина: Я думаю, нет. Просто нам нужно понимать, что, если мы вернемся к тому, что у нас первоочередное – это семья, и мы будем складывать традиции вокруг семьи, всячески это популяризировать, говорить о том, как важно создание семьи, готовить к этому молодых людей, детей уже с этого, показывать им пример, если у нас это получится, то, возможно, этот праздник заиграет новыми красками. Сейчас он действительно трансформируется в кулинарные изыски, какие-то кулинарные конкурсы. Анастасия Семенова: У кого начинка богаче. Валерия Петрушина: Да. Это просто трансформация временна́я, она неизбежна, она в любом случае будет идти. Руслан Арсланов: Да. Валерия Петрушина: А памятуя то, что у нас были такие исторические события, через которые проходила наша страна, и они достаточно серьезные, даже не только наша страна, которые в XX веке, а сейчас какие, прямо даже глобальные идут смены смысловых наполнений. Поэтому, мне кажется, что может быть, что будет – не знаю. Руслан Арсланов: Посмотрим. Валерия Петрушина: Посмотрим. Руслан Арсланов: Поживем – увидим. Валерия Петрушина: Да. Анастасия Семенова: Поживем – увидим. Руслан Арсланов: Звонок. Анастасия Семенова: Ольга из Костромы нам дозвонилась. Здравствуйте, Ольга, слушаем вас. Руслан Арсланов: Доброе утро. Зритель: Здравствуйте. Всех с Масленицей. Руслан Арсланов: Взаимно. Зритель: А у нас, я хочу просто сказать, что у нас в Костроме не большое внимание уделяют, но очень ярко проходит эта праздничная неделя. В воскресенье в Ипатьевской слободе у нас будет такое массовое гуляние, это ежегодное гуляние, люди туда приходят, потому что очень интересно, колоритно, потому что там Ипатьевский монастырь, музей деревянного зодчества, и обязательно будет вот это сжигание Масленицы. Что я хочу сказать? Что это не просто такое вот шоу, нет, это не шоу, это такой древний ритуал. То есть сжиганием куклы-масленицы все плохое от себя, надо, чтобы ушло, чтобы осталось, и в новый год уже только с хорошими мыслями, с счастьем, с добром и здоровьем. И каждый, кто хочет, делает свою маленькую масленицу. Это две лучины, ее обязательно веревка, которую не надо резать ни ножом, ни ножницами, а обрывать, скрепляет этот крестик, делают маленькую масленицу-куклу. И этой большой масленице куда-то втыкают, например, у нее фартук, в карманы, и все это сжигается и уходит. Люди радуются, потому что все плохое остается, и в новый год, в настоящий новый год, с хорошим, светлым и добрым. Руслан Арсланов: Спасибо большое, Ольга, за вашу историю. Вот такая традиция из Костромы. Валерия Петрушина: Да, есть такие традиции, интересно. Руслан Арсланов: Если говорить про будущее, ты спросила про 50-100 лет, какая будет Масленица, а если учесть, что сейчас вы детям про это рассказываете, как вы думаете, будут ли они во взрослом возрасте ее как-то праздновать? Анастасия Семенова: Передавать своим детям. Руслан Арсланов: Передавать своим детям. Эти песни, которые, мы часто, какие-то даже на уровне, я не знаю, детских воспоминаний, какие-то песни, какие-то короткие стишки, они у нас остаются всегда. И порой неожиданно даже вот так всплывают, ты вспомнил какое-то стихотворение. Даже если дети не будут сильно погружены в фольклорную деятельность, если они не свяжут свою жизнь с творчеством, ведь это все равно у них останется где-то внутри? Валерия Петрушина: Конечно. Руслан Арсланов: Как вы думаете, будут они передавать это дальше? Валерия Петрушина: Тут сложно предугадать, как оно отразится в тебе. Я могу вспомнить свой период, потому что я сама пришла в возрасте пяти лет, и вспоминаю, как я все это переживала, вспоминаю, как я ребенком, какие у меня были эмоции. Руслан Арсланов: Просто это яркие эмоции. Валерия Петрушина: Конечно, это яркие эмоции. Сейчас я уже как взрослый человек анализирую, что бы я хотела дальше передать детям, может быть, что я бы уже не стала. Поэтому тут такой момент, что внутри каждого человека зародится какое-то зерно, мне бы хотелось как педагогу, как родителю, главное – это посадить добрый плод. И если почва хорошая, понимаете, чтобы этот плод потом вызрел и принес еще много плодов, вот это, наверное, самое главное, чтобы этот плод был добрый и нужный для нашей страны, для наших людей, для общества. Анастасия Семенова: Для общества, для мира. Руслан Арсланов: И для самих ребят, наверное. Валерия Петрушина: Я думаю, наверное, это самое главное и самое ценное. А как они это будут праздновать? Может быть, они придумают, может быть, устоятся какие-то формы, чуть-чуть другие, может быть, что-то уйдет, сложно предугадать. Анастасия Семенова: Увидим хотя бы лет через 15. Валерия Петрушина: Даст бог, да. Анастасия Семенова: У нас буквально 40 секунд, и мы, и телезрители просим, чтобы вы напоследок сыграли нам, спели. Валерия Петрушина: Хорошо. Анастасия Семенова: Спасибо. Руслан Арсланов: Валерия Петрушина, руководитель детского фольклорного ансамбля «Веретенце» сегодня у нас в гостях, и масленичная песня. Валерия Петрушина: Масленая погорела, Всему миру надоела, Обманула, провела, До поста довела. Шла сторонкою к нам, По улочкам, закоулочкам, Несла блинов чугуны, Надорвала животы. Блинов напекла, Сама все пожрала, А нам редьки хвост Дала на Великий пост. Весело гуляли, Весело песни играли. Обманула, провела, Ты гори-гори дотла. Масленая, прощай На тот год приезжай.