Петр Кузнецов: Так: «Боюсь мошеннических онлайн-займов», – это сообщение из Москвы. Вы сейчас делитесь, мы призывали к этому, вы пишете об этом, о главных киберстрахах мы продолжаем говорить и продолжим это делать с нашим экспертом. Григорий Пащенко, руководитель проекта «КиберМосква», с нами на связи. Григорий, доброе утро. Григорий Пащенко: Доброе утро. Петр Кузнецов: Мы выяснили, что новый вид страха – это киберстрах. Понятно, что не вчера и даже не позавчера он появился. В данном случае знаете, о чем, над чем хочется поразмышлять? Это позитивный сигнал? Потому что киберстрах рождает... Мария Карпова: ...желание себя обезопасить. Петр Кузнецов: ...прицел и бдительность. Мы перестали относиться как к чему-то из области «это не про меня, все равно у меня кнопочный телефон» и повысили бдительность, да? Это хорошо, что они появились, киберстрахи и виды киберстрахов? Григорий Пащенко: Конечно, хорошо, потому что когда люди начинают действительно бояться, начинаются переживания, начинают понимать, что все-таки цифровой след и цифровая жизнь на самом деле ближе, чем многие думали. Потому что люди сейчас боятся не только же каких-то мошенников, которые возьмут кредит, но вообще первое место занимает слив личной информации. Потому что многие люди поняли, что за долгие годы в мессенджерах они передали столько личной и даже интимной информации, и если эту информацию кто-то получит, соответственно, человеком можно легко манипулировать. Второе место занимают как раз-таки тоже не кредиты, а то, что кто-то узнает какие-то «серые», скажем так, моменты жизни человека. И только третье место занимают уже кредиты и все остальное. Мы проводили опрос, при опросе у нас фокус-группа была из студентов, молодые специалисты и люди среднего возраста, и получился вот такой вот результат. Мария Карпова: Григорий, ну вот мне кажется, что вот все вот эти страхи, что страх... Понятно, если взломают банковский аккаунт, понятно, что это связано с деньгами, с финансами... Петр Кузнецов: Утечки данных... А, ты искала сейчас в бумажке, чтобы посмотреть страхи главные. Мария Карпова: Данные паспорта... Мне кажется, это тоже связано с тем, что россияне боятся, что на них возьмут, не знаю, кредит или еще какие-то долговые обязательства... То есть так или иначе все связано все-таки с финансами, да. Действительно ли утечка данных ради того, чтобы мошенническим способом завладеть финансами россиян, является главной причиной того, чтобы бояться? Григорий Пащенко: Не совсем. Утечка данных, все привыкли, что обычно данные если утекают, то, соответственно, люди заинтересованы этими данными воспользоваться, чтобы взять какие-то кредиты и деньги. Мы же забываем абсолютно, что у людей есть имущество, и очень многие мошенники нацелены на угон вашего имущества. У нас же есть специальные организации, которые занимаются контролем за цифровым оборотом имущества (тех же самых автомобилей, каких-то ваших домов, квартир), и есть очень большая группа мошенников, которые с удовольствием, скажем так, помогут в «цифре» переоформить на других вот эти ваши все вещи. Петр Кузнецов: Поздравляю, россияне, плюс один киберстрах у вас сейчас. Мария Карпова: Нет, а помимо имущества и денег что еще может быть связано с утечкой данных? Например, какие-то личных данных. Григорий Пащенко: Личные данные – это все понятно... Мария Карпова: Как это может быть использовано еще против нас помимо того, что могут отнять машину или... ? Григорий Пащенко: Шантаж, шантаж и шантаж. Потому что есть такое понятие «вырастить утку», когда за человеком наблюдают больше 2–3-х лет, и наблюдает не какой-то живой человек – наблюдает просто готовая нейросеть. Она смотрит за его движениями и затем уже дает досье живому оператору, который понимает, что, ага, вот у нас есть человек, который, например, занимает какой-то пост, скажем, но у человека есть движения в определенных направлениях, которые с его постом никак не вяжутся, – значит, надо на этого человека надавить и предложить ему выкупить компромат. Это сейчас прямо очень активно используется, потому что нейросети позволяют это все автоматически [собирать], оформить на вас какую-то фирму, которая будет заниматься обналичкой, оформить индивидуального предпринимателя, который будет заниматься розыгрышами, финансовой пирамидой, либо оформить какие-то сайты, ресурсы, которые будут продавать что-то запрещенное. Пожалуйста, это все можно сделать с вашими цифровыми данными. Петр Кузнецов: Так, другая сторона киберстраха. Мы рассмотрели сейчас бдительность как больше позитивный сигнал – можно ли сказать, что наше общество из-за этого недоверия, из-за непонимания, опять же из-за страхов все еще не готово к внедрению того самого искусственного интеллекта и это тоже мешает, соответственно, ему развиваться? Григорий Пащенко: Все верно. Потому что у нас люди не могут никак принять, что есть такое понятие, как цифровая грамотность, цифровая гигиена. Пока мы не начнем с уважением относиться к цифровому отпечатку, какие-либо внедрения... Простите, это все равно что человека посадить за очень быструю спортивную машину, но до этого он водил велосипед. К чему это приведет в итоге? Это будет авария. То же самое и сейчас. Люди действительно не готовы правильно и грамотно обращаться со своим цифровым отпечатком. Петр Кузнецов: У нас совсем немного времени. Я бы хотел сейчас вместе с вами, раз у нас тема все-таки называется «Главные киберстрахи», туда уйти, в будущее, и поговорить о таких масштабных киберстрахах, если можно, в формате блиц. Я просто зачитываю какое-то мнение, а вы просто говорите «да» или «нет», близки мы к этому или нет. «Нейросеть захватит творчество. Художники, поэты, писатели будут не нужны». Мария Карпова: Ну сейчас. Григорий Пащенко: Да, все верно. Мария Карпова: Как это?! А телеведущие? Григорий Пащенко: Тоже заменят. Зачем? Петр Кузнецов: Телеведущие – это и художник, и поэт, поэтому я думаю, что мы первые пойдем... Второе: «Машины восстанут и захватят мир». Григорий Пащенко: Нет. Петр Кузнецов: «Кибержизнь станет новым социальным неравенством». Есть такая теория прекрасная, интересная очень, что бедные будут умирать, а богатые будут апгрейдиться, т. е. переносить сознание в «цифру» и жить вечно в аватарах. Григорий Пащенко: Мы это уже наблюдаем. Петр Кузнецов: У меня аж мурашки... «Живое общение исчезнет вообще, мы перестанем общаться друг с другом». Григорий Пащенко: Нет. Петр Кузнецов: И пятое: «Если дипфейки победят (а они уже побеждают, я думаю, что вы тоже с этим согласитесь), сможем ли мы вообще доверять своим глазам в будущем?» Григорий Пащенко: Не победят. Будут разработаны механизмы, которые позволят нам идентифицировать, что видео записано, создано нейросетью. Петр Кузнецов: Пока не так все плохо. Мария Карпова: Да, очень позитивный взгляд. Петр Кузнецов: Мне кажется, что 3:2, все-таки мы пока побеждаем. Мария Карпова: Спасибо! Петр Кузнецов: Спасибо вам огромное! Григорий Пащенко, руководитель проекта «КиберМосква».