Анастасия Семенова: Как мы уже сказали, сегодня Всемирный день мониторинга качества воды. Этот день напоминает нам, насколько важно заботиться о водных ресурсах и следить за их чистотой. Вода – источник жизни, от ее качества напрямую зависит и здоровье людей, и экосистема. Какую воду можно пить, как правильно ее очищать, поговорим с нашим гостем. Петр Кузнецов: У нас в студии Георгий Самбурский, доктор технических наук, председатель технического комитета «Качество воды» Росстандарта. Доброе утро. Георгий Самбурский: Здравствуйте. Анастасия Семенова: Георгий Александрович, доброе утро. Задавайте свои вопросы, уважаемые телезрители, 8-800-222-00-14 – это чтобы мы услышали вас вопрос, а если вы не хотите, то напишите – 5445, и наш WhatsApp 8-925-762-44-48. Постараемся все успеть. Но главный вопрос, что касается качества воды. Всех, наверное, волнует, можно ли пить воду из-под крана. Георгий Самбурский: Очень хороший вопрос, и поэтому ответ на него будет такой: можно, но при соблюдении некоторых мер предосторожности. Анастасия Семенова: Каких? Георгий Самбурский: Например, для крупных городов, таких как Москва, Санкт-Петербург, Новосибирск, в общем, это практически все наши города-миллионники, можно с большой долей уверенности говорить о том, что воду из-под крана можно пить без всяких условий. Однако же, когда мы говорим про небольшие населенные пункты, до которых, скажем, не докатилась реализация федеральных проектов различного рода, типа «Вода России» или, скажем, «Чистая вода», то там надо просто для начала, чтобы пить воду из-под крана, убедиться в ее безопасности. Анастасия Семенова: То есть пойти и сдать в лабораторию? Потому что, может быть, кто-то не доверяет, что трубы, которые находятся в твоем доме, то есть люди понимают, что глобально в больших трубах идет чистая вода , а которая к твоему дому подходит, может быть, старый дом или еще чего-то. Правильно, что люди боятся этого? Георгий Самбурский: Да, действительно, такая проблема есть, и старые коммуникации, именно внутридомовые, зачастую нивелируют все усилия, которые прилагают ресурсоснабжающие предприятия, чтобы обеспечить качество воды. Петр Кузнецов: Кроме того, там же много веществ, которые жизненно необходимы человеку: фтор, всякие соли в водопроводной воде. Вот эта рекомендация, что можно пить, но дайте ей чуть постоять, час-два, она работает или это бесполезно? Георгий Самбурский: Такая рекомендация более всего основана на том, что мы перед подачей в сеть воду хлорируем, и, соответственно, там образуются различного рода хлорсодержащие соединения, которые, когда мы дали воде отстояться, просто улетучиваются. Вот в такой ситуации она работает, да. Анастасия Семенова: Можно ли по внешнему виду, не знаю, вкусу, запаху определить, что в воде что-то не так, потому что когда, например, отключают холодную воду, или какая-то авария случается, мы же все понимаем, что мы открываем кран и видим... Петр Кузнецов: По ржавой понятно, конечно, сразу. Анастасия Семенова: Ржавую воду видим, но иногда бывает какой-то резкий запах. Правильно, что не стоит этого делать? Георгий Самбурский: Да, слушайте, тут ситуация такая, если случилась какая-то авария, ее локализовали, починили, поменяли участок трубопроводной системы, а потом воду гиперхлорируют, как правило, чтобы провести санацию вот этого отремонтированного участка трубы, и некоторое время после этого эта вода не совсем будет отвечать требованиям качества питьевой воды. Она не будет, прямо-таки скажем, сильно опасна для человека, но лучше бы ее некоторое время не употреблять или давать отстояться. Петр Кузнецов: Все-таки, вокруг вот этого хлорирования много копий сломано. То есть, с одной стороны, мы понимаем, что хлор убивает очень много вредных бактерий: холеру, дизентерию, брюшной тиф, но при этом он вредит человеку. Другого ничего не придумано? Георгий Самбурский: Так, чтобы мы могли поддерживать состояние воды в течение того времени, когда она течет по трубопроводам, к сожалению, ничего хорошего, другой альтернативы, до сих пор еще не придумали. Для обработки воды непосредственно на станциях водоподготовки сейчас применяют ряд других методов, которые больше физические, нежели химические. И, соответственно, они не вызывают дополнительной химизацию воды. Но чтобы консервацию поддержать, нам надо все-таки что-то хлорсодержащее добавлять. Это самый распространенный метод во всем мире. Анастасия Семенова: То, что люди используют, не доверяют воде, и ставят фильтр-кувшин. Это правильно? Потому что много споров, и все говорят, только система осмоса может очистить до того уровня, чтобы вода была полезная, вкусная. Петр Кузнецов:: Фильтр-кувшин, ты говоришь, ставят, просто покупают в магазине. Анастасия Семенова: Нет, ну, ставят, ну, да, наливают туда… Петр Кузнецов: Сосуд просто, да? Который, как говорят многие эксперты, просто бесполезен. Вряд ли он будет вредить, он все равно хоть что-то... Анастасия Семенова: Посмотрим, что ответит Георгий Александрович. Георгий Самбурский: Вообще-то вопрос очень сложный, потому что он может навредить. Петр Кузнецов: Все-таки может? Георгий Самбурский: Давайте сначала. Фильтр-кувшин фактически предназначен для доочистки водопроводной воды. То есть ее уже сделали, а там, может быть, что-то осталось, фильтр-кувшин может эти загрязнения пассивировать. Вместе с тем, недостаточно просто поставить фильтр-кувшин, надо еще уметь правильно его обслуживать, то есть вовремя менять картридж. Анастасия Семенова: А, там же на года, поставили – и все. Георгий Самбурский: Вот об этом и речь. Люди поставили, думали, что они... Петр Кузнецов: Мигает индикатор, есть же они с индикаторами. Каким-то образом, по-моему, на движение он реагирует. Это не совсем связано с количеством. Георгий Самбурский: Совершенно разные бывают. Петр Кузнецов: Мигает и мигает, ничего страшного. Георгий Самбурский: Главное – это вовремя обслуживать, это самое главное условие. Анастасия Семенова: Телезрители спрашивают, возможно ли обеззараживать воду в колодце перекисью водорода. Но это, видимо, сейчас наше любимое, мифы и реальность. Георгий Самбурский: Я не до конца понял вопрос. Если прямо в колодец наливать перекись водорода, то этого делать точно не стоит. Петр Кузнецов: Соседей хотя бы предупредите просто. Георгий Самбурский: Да. А если мы хотим обеззаразить воду перекисью водорода, такой метод обеззараживания есть, но перекись водорода – достаточно сильный окислитель. Если в колодце содержится какая-то органика, то перекись водорода в первую очередь, грубо говоря, потратится на окисление этой самой органики, а только потом будет заниматься обеззараживанием, тут такой момент, сырой такую воду пить все равно не стоит. Петр Кузнецов: Вопрос такой, будет все-таки из юридической области, но тем не менее, я думаю, что вы тоже можете нас сориентировать. Кто отвечает за качество воды? Если человек чувствует, что что-то с ним происходит, и он подозревает, что это из-за воды, куда он может пожаловаться на качество воды сегодня? Георгий Самбурский: К счастью, у нас есть одна организация, куда точно можно пожаловаться, это Роспотребнадзор. Петр Кузнецов: Там нужно доказывать, что мне становится хуже, ухудшение самочувствия должно происходить? Анастасия Семенова: Какое-то отравление, например. Петр Кузнецов: Или просто у меня есть подозрение, и я беру пробы и отношу, да? Георгий Самбурский: Да, в случае жалобы в Роспотребнадзор надо отнести туда пробы. И коллеги на основании лабораторных анализов уже смогут сделать те или иные выводы. А так, за качество воды до границы дома отвечает ресурсоснабжающая организация, грубо говоря, водоканал. Внутри дома это уже, скорее, ответственность управляющей компании. И правила производственного контроля, которые введены с прошлого года, которые соответственно требуют проведения различного рода анализов воды, подразумевают, что на этапе от станции водопровода до, соответственно, дома – это все ресурсоснабжающая организация мониторит качество, а внутри дома – уже управляющая компания. Анастасия Семенова: Пишут телезрители: «У нас большой агрегат, чистящий фильтр воды. С одной стороны он фильтрует, с другой стороны, после фильтра вода какая-то неживая и невкусная. Сейчас он стоит на балконе, этот фильтр, просто кипятим». И многие пишут, что, когда ставят очистные системы, если мы говорим о жизни за городом, то вода какая-то мягкая, когда ты моешь посуду, тебе кажется, что как будто бы моющее средство не смывается, какие-то мягкие руки. Слишком перестарались? Георгий Самбурский: Получается, да. То есть поставили с избытком очистную установку. Но, наверное, не стоит этого лишний раз бояться, потому что слишком мягкая вода, не сказать, что она будет вредной для нашего организма. Тем более, ведь все-таки, несмотря на то что вы поставили мне стакан воды, мы в основном не воду пьем, а чай, кофе, бульоны варим различного рода, в воде готовим. В этой ситуации это не страшно. Если только питьевую воду пить все время, переочищенную, это не всегда хорошо. Анастасия Семенова: Все пишут, что делают талую воду. Как вы к этому относитесь? И пишут: «Когда я ее заготавливаю, потом видно, как много ржавчины. Видимо, как раз она из труб к нам и попадает». Георгий Самбурский: Талая вода? Анастасия Семенова: Замораживают, размораживают. Георгий Самбурский: А, замораживают, размораживают, да, такое может быть. Дело в том, что у нас в воде может содержаться соединение железа, а железо – так называемый переходной металл, то есть у него определенная степень окисления, когда оно растворимо в воде. Если она постоит, поконтактирует с кислородом, который в эту воду попадает, когда она просто-напросто стоит и дышит, тогда железо окисляется и выпадает в осадок. Оказывается, наша чистая вода может превратиться в квас, условно, квас. Анастасия Семенова: Горячая вода подается тоже очищенной или нет? Георгий Самбурский: По современным требованиям у нас проектируется в основном закрытая система водоснабжения. То есть горячую воду делают из той же холодной питьевой путем просто-напросто бесконтактного нагрева, она очищена. Петр Кузнецов: Такой тоже довольно распространенный вопрос, холодная или горячая вода более чистая? Георгий Самбурский: Нет, это по идее одна и та же вода. Если это закрытая система горячего водоснабжения. Петр Кузнецов: То есть никакой разницы, температура никак на это не влияет. Георгий Самбурский: Нет, никакой разницы нет. Петр Кузнецов: И еще, раз мы об этом заговорили, Настя вспомнила про сезонное отключение. Сезонность какая-то присутствует у качества воды? Георгий Самбурский: Да. Петр Кузнецов: Есть такое, что после лета, в осенний период или в зимний, она хуже? Георгий Самбурский: У нас получается, что есть два типа организации водоснабжения: из поверхностных водных источников и из подземных. Когда мы говорим про поверхностные водные источники – реки, озера – они уязвимы к паводковым временам, к ливневым дождям различного рода, к засухе, когда цветут водоемы. И тогда у нас есть некоторая сезонность. В рамках этой сезонности корректируют программу водоподготовки. Может, не всегда получается удачно это сделать, но, тем не менее, действительно, качество воды может быть разным. А подземные водные источники стабильны, и, соответственно, когда вода берется из-под земли, то есть она может быть и не идеального качества, но она стабильно этого качества. Петр Кузнецов: Кстати, вы вспомнили сейчас, я помню, что мы обсуждали, наверное, года три назад даже, в этой студии, что обещали создание каких-то специальных зон санитарной охраны у каждого водохранилища, это тоже должно в целом произвести, если не революцию, конечно, но улучшить качество воды точно. Как с этим обстоят дела? Может быть, какие-то до этого времени еще законодательные изменения произошли? Георгий Самбурский: Знаете, я вам сказал бы так, что лучше не стало, становится чуть-чуточку хуже даже. Дело в том, что из года в год Роспотребнадзор публикует государственный доклад о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения. Там пишут, что основная проблема, связанная с водой, основана на том, что отсутствуют или не соблюдаются режимы зон санитарной охраны, это из года в год одно и то же, прямо основная проблема. И получается, примерно, в Москве, условно говоря, когда мы говорим про какие-то станции водоподготовки, а Москва вся на поверхностной воде, идет массовая застройка в зоне второго пояса санитарной охраны. Раньше это было запрещено, а сейчас это как-то так разрешили. Получается, что мы опять оказываемся в ситуации, когда тот же самый Мосводоканал вынужден применять более защищенные технологии, чтобы нам давать безопасную воду. Анастасия Семенова: Многие спрашивают, кто, видимо, живет за городом, и все мы помним, как мы в детстве ходили на родник, нам всем показывали, где есть та самая точка. И вода, действительно, я прямо вспоминаю, что она действительно была очень вкусной. Но потом родники часто исчезают, новые ищут. Как вы относитесь, можно ли пить такую воду? И я помню, в деревне у нас говорили даже, что эта вода лучше, чем из колодца, она более чистая. Конечно, никто тогда, в девяностые, на экспертизы не возил воду. Георгий Самбурский: По сути, если абстрагироваться от различного рода метафизики, любой родник, в том числе святой источник – это выход подземных вод на поверхность. Эти подземные воды бывают различные. Бывает так называемая верховодка, то есть та самая вода, которая у нас колодцах находится, а бывает вода из-под водоупорных слоев, она более защищенная. Поэтому такой родник, который выходит из-под водоупорных слоев, он, как правило, более защищенный. Не важно, какое там качество, но оно неизменное. А если говорить про верховодку, то невесть что, натекло сверху, попало в этот родник. Тут уж, я не знаю, надо опять очень с головой относиться к тому, что там за вода. Анастасия Семенова: А как понять? Георгий Самбурский: Только анализ, больше никаких нет вариантов. Петр Кузнецов: Вот о таком народном средстве пишет наш телезритель из Кемеровской области, видимо, в банку... Анастасия Семенова: Серебряная ложка? Петр Кузнецов: Почти. Натуркамни и активированный уголь в банке. То есть из-под крана в банки, и потом уже с ней работают, в трехлитровой. Георгий Самбурский: Знаете, когда-то была такая шутка, когда девочка сидит, пьет кофе, а мама кладет ей в этот кофе серебряную ложку: «Мама, зачем ты мне положила серебряную ложку?». «Чтобы всех микробов убить». Она говорит: «Кофе с дохлыми микробами пить не хочу». В этой ситуации могу сказать только одно: да, это все может работать, но только надо, опять же, тот же самый уголь-то менять периодически, а это не все делают. Петр Кузнецов: На раз-два хватит, а потом, конечно, менять. Георгий Самбурский: Да. Петр Кузнецов: Это так же, как с талой водой, на самом деле. Георгий Самбурский: Так точно. Анастасия Семенова: Валерий из Бурятии нам дозвонился, у него есть вопрос. Здравствуйте, слушаем вас. Зритель: Алло, алло, здравствуйте. Анастасия Семенова: Здравствуйте, вы в прямом эфире. Петр Кузнецов: Доброе утро. Зритель: Да, по поводу хорошей воды, хорошего качества питьевой воды из крана, я хотел бы вам об этом сказать, да. Анастасия Семенова: Говорите. Петр Кузнецов: Вы уже в студии у нас, вы звучите в прямом эфире. Зритель: Хорошо, я понял, спасибо. Город Улан-Удэ, Бурятия, у нас водопроводная вода, вы знаете, я уже живу немало лет, никаких претензий к воде не было, прекрасная вода. Хранится она очень долго, как крестьянская. Никогда ничем не пахла. Иногда бывает, что добавляют хлорку чуть-чуть, отстоится – и нормально. Петр Кузнецов: Но что-то произошло. Зритель: Спасибо за эту воду, да. Петр Кузнецов: А, все? Я думал, что сейчас как раз будет, все то, что было до – хорошо, а дальше уже... Анастасия Семенова: Я тоже думала, что все было хорошо. Зритель: И сейчас то же самое. Анастасия Семенова: Это прекрасно, спасибо. Вы поделились, что все в Бурятию за водой едем. У нас есть еще один эксперт, давайте выслушаем. Дмитрий Архипов с нами на связи, руководитель лаборатории центра экологического просвещения. Здравствуйте. Дмитрий Архипов: Здравствуйте. Анастасия Семенова: Нижний Новгород с нами на связи. Петр Кузнецов: Дмитрий, да, очень коротко, просто чтобы и мы понимали, и телезрители, лаборатория центра экологического просвещения, что это такое? Чем вы занимаетесь? Дмитрий Архипов: Мы занимаемся не просто исследованиями, а именно просвещением для людей, чтобы каждый человек сам мог провести свой химический анализ воды, провести свое исследование чтобы дальше люди также могли влиять на экосистему рек, могли проверить состояние своих водоемов рядом с домом, могли проверить качество воды. Анастасия Семенова: Дмитрий, а какие советы вы даете? Дмитрий Архипов: Да, слушаю вас. Анастасия Семенова: Дмитрий, какие вы советы даете? Как могут сами люди это проверить? Что за рекомендации? Петр Кузнецов: Что сегодня может сделать человек? Дмитрий Архипов: Тут двумя словами не скажешь, но на самом деле сложного ничего нет. Самое главное – это желание на сегодняшний момент, потому что в открытом доступе в интернете есть огромное количество информации. Я как специалист, только помогаю людям, что-то подсказать, обратить внимание. И приходят часто люди с семьями, чтобы научиться. Кто-то, ребята после этого начинают заниматься как раз-таки исследованиями воды, кто-то пишет курсовые работы, дипломные. Чем больше людей знают о водных ресурсах, о сбережении водных ресурсов, о качестве воды, как ее проверить, тем, конечно же, лучше. Петр Кузнецов: Да, тема, безусловно, всеобъемлющая. Тогда, наверное, финальный вопрос, чтобы мы поняли, с вашей стороны просто, что с качеством нашей водопроводной воды на сегодняшний день? В какую сторону меняется? Какие сложности появляются? Какие мы уже решили? Анастасия Семенова: Да, и что говорят жители Нижнего Новгорода? Дмитрий Архипов: Если коротко, как раз-таки в том числе с региональными структурами Министерства экологии часто занимаемся совместным мониторингом, и не всегда все хорошо у нас, особенно на малых реках, как ни странно, то есть последние пробы брали, например, как раз по Нижегородской области, то состояние малых рек оказалось хуже, чем, например, реки Ока или реки Волга, как ни странно. Хотя есть где-то и сдвиги, да, то есть все больше предприятий у нас занимаются системами очистки, выделяются средства на оздоровление Волги, но, тем не менее, очень много еще работы предстоит, есть еще куда стремиться, мы видим и проблемы. Хотя за прошлую неделю два раза только участвовал на зарыблении на реке Волга, на реке Ока. То есть и частный бизнес в том числе в этом участвует, помогают. Анастасия Семенова: Спасибо. Петр Кузнецов: Спасибо за ваш комментарий. Дмитрий Архипов, руководитель лаборатории центра экологического просвещения, нас просвещал. Анастасия Семенова: Георгий Александрович, очень много вопросов. Стоит пить кипяченую воду? Или микро- и макроэлементы там уже не остаются? И что касается кипяченой воды, сколько ее можно хранить в классическом кувшине? Георгий Самбурский: Кипяченую воду пить лучше, чем некипяченую, потому что, как минимум, мы избавляемся от микробиологических загрязнений, что самое важное, то есть мы будем здоровы с позиции всяких эпидемий и прочего. На микроэлементный состав кипячение воды фактически никак не влияет. Хранить кипяченую воду долго нет никакого смысла, потому что она насыщается тем, что есть в окружающем воздухе. Воздух содержит не только кислород и азот, но и другие микроэлементы, может быть, даже загрязнения, они все могут впитаться обратно в воду, если эти загрязнения в воде присутствуют, поэтому долго хранить кипяченую воду смысла нет никакого. Анастасия Семенова: То есть утром вскипятил, налил, вечером вылил? Георгий Самбурский: Максимум, да. Петр Кузнецов: Знаешь, о какой еще проблеме пишут? Извини. Анастасия Семенова: Давай. Петр Кузнецов: Я сейчас просто перескажу. Анастасия Семенова: Коротко. Петр Кузнецов: К сожалению, как-то не сохранилось, да. Что на самом деле со станции вода поступает уже очищенная, продезинфицированная, в общем, безопасная, но течет по старым ржавым трубам. Анастасия Семенова: Да. Петр Кузнецов: Собственно, я добью этот вопрос. Летом, когда у нас отключают на неделю, хотя бы ради этого мы терпим, эти трубы проверяют или как? Или что нам с трубами делать? Так ли это? Георгий Самбурский: Мы говорим о чем? О том, что отключают все-таки горячую воду. Тогда о чем мы беспокоимся? Мы же горячую воду-то не пьем с вами, хотя вроде бы можно. Петр Кузнецов: Все так. Георгий Самбурский: Нет, не проверяют эти трубы. Есть только какие-то аварийные участки, а так проводят профилактические мероприятия, более связанные с тем, что теплообменники моют и так далее, которыми холодную воду в горячую приводят. А трубы – нет, ничего с ними не делают, как правило. Анастасия Семенова: У нас буквально минутка, о бутилированной воде все спрашивают. Пить или не пить, потому что вокруг нее тоже много мифов, что какая-то вкуснее. Георгий Самбурский: У нас сейчас довольно-таки жестко зарегулировали производство бутилированной воды, и слава богу. И поэтому, в общем-то, к ней претензий все меньше и меньше становится. Поэтому я считаю, что вполне можно пить, если она вас устраивает. Просто она дорогая относительно обычной питьевой. Анастасия Семенова: Да, а правда, что детская питьевая вода проходит больше проверок, чем обычная? Петр Кузнецов: И если уж покупать, то тогда детскую воду? Георгий Самбурский: Детская питьевая вода бывает, например, насыщенная кремнием, взрослым людям необязательны такие вещи. Она действительно требует более жесткие технические регламенты на изготовление, поэтому, да, она более качественная. Анастасия Семенова: Более качественная? Георгий Самбурский: Да, более качественная. Анастасия Семенова: Отлично. Так что, в принципе, понимаем, что нужно пить бутилированную воду. Георгий Самбурский: Можно, но и водопроводную пить тоже можно. Не надо прям совсем от этого убегать и прятаться. Ничего страшного не случится, если мы будем пить. Петр Кузнецов: В каком бы регионе не находились? Георгий Самбурский: Повторяюсь, в городах-миллионниках почти без сомнения, в более маленьких городах зависит от. Анастасия Семенова: Поэтому скважины, колодцы вас спасут. Петр Кузнецов: Спасибо большое. Георгий Самбурский, доктор технических наук, председатель технического комитета «Качество воды» Росстандарта. Друзья, мы через 5-7 минут во втором часе. Очень активный будет, финал особенно, потому что ваши вопросы по спортивным активностям тоже сейчас продолжаем принимать, 5445. Оставайтесь с нами, скоро вернемся.