Ольга Аржанцева: Вынашивание ребенка – это время, когда женский организм работает на пределе возможностей. Все системы перестраиваются, и одна из самых важных – это эндокринная. Щитовидная железа матери становится главным поставщиков гормонов для развивающегося плода, особенно в первом триместре, когда у малыша еще нет своей щитовидки. Каждый год тысячи женщин узнают о проблемах щитовидной железы уже во время беременности. Ведь многие осложнения можно было предотвратить еще на этапе планирования. Антон Липовский: Все, что нужно знать будущей маме о своей щитовидной железе, обсудим с Екатериной Анатольевной Трошиной, заместителем директора Национального медицинского исследовательского центра эндокринологии Минздрава России, директором Института клинической эндокринологии, членом-корреспондентом РАН. Екатерина Анатольевна, здравствуйте! Ольга Аржанцева: Здравствуйте, Екатерина Анатольевна! Екатерина Трошина: Доброе утро! Ольга Аржанцева: И все же, почему гормоны щитовидной железы матери так важны для плода? Екатерина Трошина: Очень важны. И мы сегодня говорим про щитовидную железу и беременность. И вообще, когда мы говорим про нормальную, желанную беременность, что мы имеем в виду? Мы хотим, чтобы она наступила. Да? Антон Липовский: Ну, как минимум. Екатерина Трошина: Мы хотим, чтобы женщина выносила и успешно родила ребенка – здорового ребенка. И мы очень хотим, чтобы женщина сохранила собственное здоровье. И во всех этих аспектах щитовидная железа играет колоссальное значение. Ее гормоны, ее функция напрямую связаны с тем, наступит ли беременность. Потому что если есть нарушения функции щитовидной железы, то это может быть чревато проблемами с нормальным наступлением беременности. Дальше, щитовидная железа, работающая адекватно, будет обеспечивать хорошее, правильное течение беременности и не будет провоцировать прерывание беременности, не будет провоцировать множество осложнений беременности, которые наступают у той женщины, у которой функция щитовидной железы не в порядке. Нормально работающая щитовидная железа – это залог адекватного, правильного развития плода. И вообще, нужно понимать, что гормоны щитовидной железы матери играют совершенно принципиальное, ключевое значение в формировании и закладке центральной нервной системы, тех жизненно важных органов, которые закладываются на самых ранних сроках беременности. И действительно, эта пора – первый триместр беременности, о котором вы уже упомянули, – это тот период, когда щитовидная железа у ребенка еще не сформировалась. Это тот период, когда собственных гормонов у малыша еще нет, и он полностью зависит от мамы. В организме матери во время беременности формируется такой специфический, в том числе эндокринный орган. Это фетоплацентарный комплекс – плацента. Ребенок соединен с матерью таким образом. И в плаценте действуют специальные вещества – ферменты, дейодиназы, главная задача которых ориентирована на то, чтобы обеспечить ребенка адекватным количеством гормонов щитовидной железы, пока нет собственных. Эти ферменты расщепляют гормоны щитовидной железы, отщепляют от них йод и обеспечивают гормонами ребенка. Это очень важный момент, потому что через плаценту йод проникает очень легко, некоторые препараты лекарственные проникают очень легко. И это объясняет тот факт, что во время беременности женщина в принципе испытывает большую потребность в гормонах щитовидной железы. И организм начинает вырабатывать их чуть больше, в расчете на себя и на того парня или девчушку, которые ожидаются. То есть природа таким образом устроила этот очень тонкий процесс беременности, что женщина, получая извне йод в достаточном количестве, получая йодную профилактику во время беременности, которую она должна получать, будет обеспечивать своего ребенка необходимым количеством гормонов щитовидной железы. Если мы представим, что существует дефицит йода и женщина не получает йодную профилактику во время беременности, что будет происходить в ее организме? Как любая мать, ее биологическое существо все лучшее будет стараться отдать, кому? Ребенку. И все те запасы йода, гормонов щитовидной железы, которые есть у нее, будут уходить на развитие плода. А женщина? Женщина получит заболевание щитовидной железы после того, как она выносит и родит ребенка. Потому что ее собственной щитовидной железе будет не хватать йода, и сформируется зоб – увеличенная щитовидная железа. Именно поэтому мы чаще видим заболевания щитовидной железы у женщин, а не у мужчин. Потому что женщины в своей жизни претерпевают эти периоды, которые могут сопровождаться недостаточной йодной профилактикой. И у женщин чаще в итоге мы видим зоб – сначала диффузный, потом узловой и многоузловой, чем у мужчин. Это тоже очень важно. Здоровье женщины напрямую будет зависеть от того, как она подготовилась к беременности, как она эту беременность прожила. Не только здоровье ребенка, но и ее собственное здоровье щитовидной железы напрямую с этим связаны. Вы уже сказали о том, что, к сожалению, множество женщин узнают о том, что у них есть заболевания щитовидной железы, уже после того как они забеременели. Во-первых, принципиальное значение имеет тот момент, что женщина должна как можно раньше встать на учет в женскую консультацию. Это важно. Потому что как только женщина приходит к гинекологу, она тут же попадает в определенный скрининг, и ей определяется функция щитовидной железы обязательно. Это входит в гарантию ОМС. Определяется уровень антител к тиреопероксидазе на практически первых, самых ранних сроках. И врач тут же понимает: нет ли нарушения функции щитовидной железы и нет ли рисков того, что какие-то проблемы со щитовидной железой будут во время беременности. Поэтому, дорогие женщины, ответственно относитесь и не затягивайте с визитом к гинекологу и посещением женской консультации. Это важно. Вас проверят. В том числе функцию щитовидной железы. Ольга Аржанцева: Это нужно делать на каком сроке? Екатерина Трошина: Первые недели беременности. Первые недели. Как только женщина понимает, что она забеременела, ей надо сразу прийти, встать на учет. И тут же у нее возьмут все ключевые маркеры. Ольга Аржанцева: А тот самый анализ на ТТГ, он же сдается, если все нормально, один раз во время беременности? Екатерина Трошина: Он сдается в первым триместре и во втором триместре. Почему важно? Потому что, если анализ крови на тиреотропный гормон показывает, что функция щитовидной железы не в норме, нужно срочно предпринимать меры. Если ТТГ оказывается выше нормы, то это свидетельствует о сниженной функции щитовидной железы, как правило. И это дает основания врачу быстро назначить заместительную терапию препаратами левотироксина натрия. Это принципиально важно, потому что мы помним, что мозг ребенка, центральная нервная система плода формируются именно под влиянием тироксина. Если у мамы его недостаточно, будет страдать ребенок и его способности, в том числе умственные, когнитивные и так далее, будут скомпрометированы. Если уровень тиреотропного гормона вдруг окажется ниже нормы в первом триместре беременности, пугаться не нужно. Врач будет разбираться, почему так произошло. Мы помним о том, что во время беременности потребность в тироксине повышена, и организм вырабатывает тироксина чуть больше, чем это происходит вне беременности. И, следовательно, уровень ТТГ (тиреотропного гормона) может снижаться. Здесь тонкая грань между физиологическим снижением ТТГ. Потому что первый триместр беременности – это еще и тот триместр, когда повышается уровень хронического гонадотропина – гормона, который вырабатывается плацентой. И вот эти ножницы между ХГЧ и ТТГ приводят к тому, что ТТГ снижается. Врач разберется. Если это физиологическая ситуация, лечить не надо, ничего делать не надо. Но! Сниженный ТТГ в ряде случаев может быть признаком заболевания, которое сопровождается тиреотоксикозом. И тогда надо лечить. И тогда надо назначать препараты, которые будут снижать выработку собственных гормонов щитовидной железы, которые вырабатываются в избытке и могут стать причиной невынашивания беременности, преждевременного ее прерывания. Ольга Аржанцева: Екатерина Анатольевна! Есть вопрос от зрителей: «А что делать, если у девушки удалена щитовидная железа? Причина – онкология этой железы в 2015 году». Она принимает определенную терапию и спрашивает: возможна ли беременность тогда? Екатерина Трошина: Да. Если удалена щитовидная железа (неважно по какой причине она удалена), то человек получает заместительную терапию гормонами щитовидной железы – левотироксином натрия. И во время беременности врач-эндокринолог – такую беременность будут совместно вести и гинеколог, и эндокринолог обязательно – эндокринолог повысит дозу левотироксина натрия в среднем на 30–50% от той дозы, на которой была достигнута компенсация гипотиреоза до беременности. То есть беременность возможна, но она должна сопровождаться наблюдением эндокринолога, гинеколога и коррекцией терапии. Антон Липовский: Екатерина Анатольевна! Такое сообщение из Саратовской области: «В начале восьмидесятых годов XX века никакие скрининги по щитовидке не делали и анализы тоже не сдавали». Ну, я так понимаю, что мы как раз таки здесь и не имеем такой зато статистики, которая есть сейчас. Просто не было таких возможностей. Иначе бы она была резко отрицательная, наверное, по отношению к тому, что мы видим сегодня. Екатерина Трошина: Да. Вы знаете, те годы, о которых спрашивают нас, они ознаменовались тем, что в нашей стране проводились такие масштабные исследования состояния функции щитовидной железы и оценивались умственные способности детей, которые рождались в регионах с йодным дефицитом. И исследования тех лет, к сожалению, свидетельствуют убедительно о том, что рождались дети с синдромом врожденной йодной недостаточности как раз из-за того, что мамы недополучали йода либо не проводились скрининги на патологию щитовидной железы. И в те годы этот синдром врожденной йодной недостаточности назывался гораздо жестче. Он назывался словом «кретинизм». Это была официальная медицинская терминология. Антон Липовский: Было. Было. Екатерина Трошина: Сейчас чуть-чуть смягчили это название. И на сегодняшний день на фоне этих скринингов, на фоне профилактики, на фоне своевременного лечения мы практически не регистрируем в Российской Федерации детей новорожденных с синдромов врожденной йодной недостаточности. Антон Липовский: А вот результат. Екатерина Трошина: Вот это вот результат. Да. Это тот самый результат, который дорогого стоит. Антон Липовский: Екатерина Анатольевна! Еще у нас (буквально минута остается) из Дагестана сообщение: «У меня со щитовидной железой все нормально, – пишет, видимо, родитель. – А у детей нет. Отчего это бывает?» Екатерина Трошина: Сложно сказать. Надо понимать, что у детей не так со щитовидной железой. Заболеваний щитовидной железы великое множество. Поэтому какие-то патологии наследуются, какие-то напрямую связаны с хроническим дефицитом йода, какие-то – с поломками в иммунной системе, какие-то – с генетическими аномалиями. Нужно приходить к врачу и разбираться в каждом конкретном случае. Антон Липовский: Да. Мы всегда говорим с вами про профилактику, как мантра такая. Это обязательная история, друзья. Ну и мы видим, что статистика улучшается только благодаря тому, что прикладываются определенные усилия. Вот и с вашей стороны тоже необходимо это сделать. Екатерина Анатольевна, мы вас благодарим. Спасибо за эту важную тему! Спасибо большое! Екатерина Анатольевна Трошина – заместитель директора Национального медицинского исследовательского центра эндокринологии Минздрава России, директор Института клинической эндокринологии, член-корреспондент РАН. Ну и благодарят, конечно, за вашу консультацию, Екатерина Анатольевна. Мы вас ждем вновь на следующей неделе, чтобы поднять еще много важных тем. Спасибо большое! Сейчас новости. Мы вернемся.