Мария Карпова: Среда! А это значит, пришло время... Ну, не шурши! Значит, пришло время поговорить о нашем здоровье. Наши постоянные телезрители знают: есть такая хорошая еженедельная традиция в нашей программе. Сегодня продолжаем разговор об очень важном органе эндокринной системы – щитовидной железе. Конкретнее – об узловом токсическом зобе. В нашей студии Екатерина Трошина, заместитель директора Национального медицинского исследовательского центра эндокринологии Минздрава России, директор Института клинической эндокринологии, член-корреспондент РАН.  Екатерина Анатольевна, здравствуйте! Петр Кузнецов: Доброе утро! Екатерина Трошина: Здравствуйте! Доброе утро! Мария Карпова: Екатерина Анатольевна! Узловой токсический зоб. Что это такое? Я так понимаю, что это... Вы на прошлой неделе эту тему... Петр Кузнецов: На меня не надо показывать. У меня его нет. Мы выяснили это с Екатериной Анатольевной. Мария Карпова: На прошлой неделе вы эту тему затронули немного. Петр Кузнецов: Угу. Это правда. Мы начали. Мария Карпова: Да. Екатерина Трошина: Да, это правда. Мы уже говорили про диффузный нетоксический зоб. Мы говорили про узловой коллоидный нетоксический зоб. А сегодня мы будем говорить про узловой и многоузловой токсический зоб. И это заболевание, оно является продолжением следующей фазы тех патологий, о которых мы упоминали ранее. В основе развития этого заболевания лежит хронический дефицит йода в питании. Сначала формируется диффузный зоб, увеличение щитовидной железы. Потом в щитовидной железе начинают образовываться узлы, которые не меняют ее функцию. Но! С течением времени внутри этих узлов начинают происходить определенные процессы, вырабатываться определенные вещества, которые делают эти узелки автономными – независимыми от всех тех регулирующих влияний, которые оказывает организм на щитовидную железу. Развивается узловой токсический зоб. И в этом слове «токсический» – вся суть. Слово «токсикоз» – тиреотоксикоз (тирео – это щитовидная железа) – токсикоз, обусловленный повышенной функцией щитовидной железы. Тиреотоксикоз. Эта ситуация сопровождается тем, что в крови у человека много тироксина, много того гормона, который вырабатывается щитовидной железой. В данном случае именно вот этими узлами, которые и начали работать автономно. Тиреотоксикоз – это синдром, это комплекс разных-разных проявлений и ощущений, которые испытывает человек. В первую очередь тиреотоксикоз проявляется сердцебиениями. Учащение частоты сердечных сокращений, тахикардия – это признак тиреотоксикоза. Поскольку узловой токсический зоб развивается чаще у лиц более старших возрастных групп, то на существование этой болезни накладываются и другие патологии, которые с возрастом у человека имеют место быть. И чаще всего – это атеросклеротические поражения сосудов, сердца и так далее, и так далее, которые сами по себе тоже могут быть причиной нарушения сердечного ритма. И здесь и влияние тиреотоксикоза, и влияния других патологий может привести к таким ситуациям, как фибрилляция предсердий. Раньше это называлось словами «мерцательная аритмия». Это когда сердечный ритм нарушается. Когда он очень и очень неправильный. А это нарушение сердечного ритма чревато тромбоэмболическими осложнениями. И вот тиреотоксикоз сам по себе может стать причиной не только нарушений ритма, но и в последующем тромбоэмболических осложнений. Это серьезно! При многоузловом или узловом токсическом зобе выраженность тиреотоксикоза, как правило, несильная. Как правило, это мягкий тиреотоксикоз. Очень часто он протекает в так называемой субклинической форме, и его проявления смазаны. Помимо нарушений сердечного ритма, это может быть снижение массы тела. Это может быть утомляемость, раздражительность, плаксивость, какие-то вот такие изменения настроения. Мария Карпова: Такие признаки, что не подумаешь в первую очередь... Екатерина Трошина: Да. Которые, в общем-то, иногда можно соотнести с чем-то другим совершенно. Но тем не менее все это вкупе – проявления тиреотоксикоза. Может быть повышенная потливость, например. Может усилиться аппетит, и человек испытывает чувство голода более активно. Вообще тиреотоксикоз – это усиление обмена веществ в организме. То есть тиреотоксикоз запускает, усиливает обмен веществ. Все процессы в разных органах и системах человека начинают происходить гораздо быстрее, гораздо активнее. И если в норме, когда гормоны щитовидной железы нормальные, это обеспечивает организм нужным количеством энергии, то если есть избыток гормонов щитовидной железы, организм как бы работает на износ; его органы работают на износ. Это тиреотоксикоз. И могу сказать, что узловой токсический зоб – это самая частая причина тиреотоксикоза. Мы будем говорить о разных заболеваниях щитовидной железы. Мы будем говорить о тех патологиях, при которых тиреотоксикоз выражен очень сильно. Это все впереди. Но вот самое частая причина – это узловой и многоузловой токсический зоб. Потому что все мы живем в условиях хронического дефицита йода в питании. Все мы имеем риск развития банального узлового коллоидного зоба. А если он развился, он неизбежно в течение жизни превратится в токсический зоб. Это надо иметь в виду. Мария Карпова: Вы уже сказали, да, что люди более старшего поколения в группе риска? А какие еще факторы на это влияют? Наследственность? Екатерина Трошина: Здесь наследственность играет, конечно, роль. Более старшие возрастные группы почему? Потому что, как я уже сказала, процесс растянут во времени. Человек заболел в молодые годы, а когда он подошел к возрасту – 50–60 лет и так далее, и так далее, вот те самые процессы внутри этих узелков, они уже состоялись, реализовались. И все это трансформировалось в тиреотоксикоз. Конечно, есть и другие факторы риска. И, наверное, нужно назвать их. Потому что наши граждане нередко любят заниматься какими-то манипуляциями со своим здоровьем. Заниматься самолечением. Мария Карпова: Самолечением. Давайте называть вещи своими именами. Екатерина Трошина: Безусловно. И большие сверхфизиологические дозы йода в данном контексте, они могут вызывать ускорение формирования этих автономных процессов в щитовидной железе. Люди принимают массу биологически активных добавок. Люди делают себе йодные сеточки. Иногда люди занимаются тем, что берут пузыречек с йодом, капают себе на кусочек сахара или в молоко и употребляют это. Потому что они где-то слышали, что йод полезен для щитовидной железы. Мария Карпова: Мы где-то слышали, что в нашей стране патологически всем не хватает йода, так как не у всех есть доступ к морскому воздуху, так скажем. Екатерина Трошина: Да. Петр Кузнецов: И вроде бы сейчас все наладится. Екатерина Трошина: Да. Но! Надо понимать, что когда мы употребляем йодированную соль в питании – а мы должны это делать обязательно, это профилактика заболеваний щитовидной железы, – то с этой солью мы получаем йод в микрограммах. 1 мкг – это миллионная часть грамма. Это очень и очень маленькая дозировка. Это физиологическая дозировка. Когда же мы капаем куда-то йод, либо делаем йодные сетки, либо принимаем неведомые, несертифицированные и непрошедшие клинических испытаний биологически активные добавки с йодом, то мы получаем миллиграммы. А это уже опасная дозировка йода. То есть вот очень и очень осторожно нужно с этим себя вести. Понимаете, существуют какие-то рекламные подходы к этому. Мы все живем в условиях рыночной экономики. Мы все живем в условиях, когда происходят некоторые спекуляции на здоровье людей. Не нужно поддаваться этому. Если есть какие-то вопросы, надо всегда обратиться к врачу, получить профессиональное мнение. Но самолечением и какими-то неведомыми средствами лечиться не нужно. Это чревато нарушением функции щитовидной железы. Мария Карпова: Тогда в таком случае, как лечится токсический зоб? Екатерина Трошина: Токсический зоб лечится несколькими способами. Первое. Нужно компенсировать тиреотоксикоз. Это самое главное. Его надо устранить. Если тиреотоксикоз выражен, в первую очередь человеку назначаются препараты, таблетки, которые блокируют выработку гормонов щитовидной железы. Но это начальный этап лечения. Потому что это вынужденная мера. Надо организм защитить от тиреотоксикоза. А дальше нужно устранить его радикально. Поэтому это либо терапия радиоактивным йодом – радиойодтерапия: когда человек выпивает, либо капсулу, либо раствор специальный, содержащий радиоактивный йод, который блокирует этот узел, вырабатывающий гормоны щитовидной железы. Либо это хирургическое лечение. Потому что узловой зоб (токсический узловой зоб) может достигать больших размеров, может давить на близлежащие органы. И тогда приходится его удалять хирургическим путем, решая две проблемы одновременно: и устранять тиреотоксикоз, но и устранять этот эффект давления узлов и собственно объема щитовидной железы на окружающие органы и ткани. Петр Кузнецов: От наших телезрителей вопросы. Мария Карпова: Да-да-да! Петр Кузнецов: «При аутоиммунном тиреоидите (АИТ) можно ли принимать йод?» Хотелось бы услышать мнение ваше. Екатерина Трошина: При аутоиммунном тиреоидите специально препараты йода принимать не нужно. Это совершенно другое заболевание. Использовать в питании йодированную соль нужно, как и всем живущим в нашей стране. Хронический аутоиммунный тиреоидит. Мы будем обязательно этот диагноз обсуждать. Эта болезнь очень часто встречается. Лечится она совершенно по своим правилам. Но лекарственные препараты йода не являются препаратами, которые назначаются при этом заболевании. Петр Кузнецов: Еще вопрос от Игоря из Новосибирской области: «Является ли гипергидроз признаком тиреотоксикоза?» Екатерина Трошина: Да. Гипергидроз может быть одним из признаков тиреотоксикоза. Но для гипергидроза существует масса и других причин. Поэтому тиреотоксикоз – да. Петр Кузнецов: Как один из сигналов. Поэтому стоит задуматься. Екатерина Трошина: Да. Как один из сигналов, да, может быть. Нужно сдать анализ крови на тиреотропный гормон гипофиза (ТТГ). Мария Карпова: А вот хороший вопрос тоже: «Как понять, что достаточно йода в организме?» Екатерина Трошина: Если вы регулярно употребляете йодированную соль в питании, вам йода достаточно. Жителям Российской Федерации всем йода недостаточно. Мы живем на территории, где доказан хронический дефицит йода в природе. И мы все питаемся таким образом, что испытываем йодный дефицит. Среднестатистический россиянин употребляет не более чем 80 мкг йода в сутки – с питанием, со всем. Это доказано. И нижний порог, который необходим, – это 150 мкг йода в сутки. Индивидуально сказать, что человек обеспечен йодом или не обеспечен, нельзя. Мария Карпова: То есть нет никакого анализа? Екатерина Трошина: Потому что человек каждый день ест разные продукты. Вот сегодня вы поели морепродукты, сдали анализ мочи на йод. У вас все будет хорошо. А завтра вы поели другую еду. Йод невозможно запасти. Организм не накапливает его. Йод должен поступать каждый день примерно в одном и том же количестве. И, как я уже сказала, системное использование йодированной соли в питании обеспечивает эту необходимость. Мария Карпова: Ну, тут тоже главное – не пересаливать. А то это уже к другим, тоже нехорошим последствиям приведет. Екатерина Трошина: Это другая... Петр Кузнецов: На меня показываешь опять? Мария Карпова: Да нет. Это у меня просто активная жестикуляция. Екатерина Трошина: Не более пяти грамм соли в сутки. Но эта соль должна быть йодированная. Петр Кузнецов: Да. Я тоже стараюсь не пересаливать. Это правда. Екатерина Трошина: Да. Да-да-да. Конечно. Петр Кузнецов: Как часто? Есть общие вопросы. Безусловно, те, кто, может быть, пропустил нас. 30 секунд как раз остается. «Как часто нужно щитовидку проверять?» То есть основной вопрос тоже, вот сейчас у нас. Екатерина Трошина: В ходе диспансеризации врач-терапевт должен пропальпировать щитовидную железу, осмотреть человека. И если есть какая-то необходимость дальнейшего обследования, она будет проведена и выполнена. Так, достаточно определять функцию щитовидной железы, тиреотропный гормон (ТТГ) ну, где-то один раз в два-три года. Этого вполне достаточно. Но есть категории людей, где это делается регулярно: это беременные женщины, это люди, которые перенесли какие-то вмешательства. И так далее, и так далее. Петр Кузнецов: Угу. По показаниям, да. Спасибо! Мария Карпова: Спасибо большое, Екатерина Анатольевна! Продолжим эту важную тему на следующей неделе. Екатерина Трошина была сегодня с нами в студии, эндокринолог, директор Института клинической эндокринологии, доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАН. Спасибо большое! Петр Кузнецов: Спасибо!