Пока одни изучают пространство через искусство, другие - через технологии. В Камском саду на Васильевском острове непривычная суета. Вместо классических прогулок - люди с лазерными сканерами и квадрокоптерами. Это специалисты из Намибии. Они приехали в Петербург, чтобы освоить цифровую археологию - технологии, которые помогут им сохранить древние памятники, наскальные рисунки, метеориты и даже затопленную технику времен Первой мировой. Давайте посмотрим, как российские ученые передают опыт, и зачем это нужно Африке. В Санкт-Петербурге в тени деревьев Камского сада специалисты из Намибии осваивают российские изобретения. Один держит лазерный сканер, другой запускает квадрокоптер, третий колдует над настройками фотограмметрии. Объект для практики - памятник армянскому композитору Комитасу. Это не случайно: на нем можно отработать все - от наземного сканирования до аэрофотосъемки. Уже скоро они будут применять эти навыки в Намибии. Глава национальной службы охраны памятников Намибии Эрика Ндаликокуле: «Для нашей организации этот проект очень важен. Нам нужно научиться быстро сохранять достопримечательности с помощью современных технологий. Из-за разрушений, которые происходят, мы должны уметь отслеживать результаты и анализировать их. Наше национальное достояние нуждается в спасении. Мы рады сотрудничать с петербургской школой, у которой есть огромный опыт в сохранении и реставрации». Семинар в Петербурге - часть огромного международного проекта. Официальные договоры уже подписаны с Эфиопией, Намибией, Сейшелами, Алжиром и Палестинской автономией. В планах - Ливия, Ангола, Того, Мозамбик. Но впереди самое сложное. В Намибии их ждет ущелье Твифелфонтейн с тремя тысячами наскальных рисунков, а еще метеорит Гоба и загадочное озеро Очикото, куда во время Первой мировой войны немцы сбрасывали технику. И все это нужно оцифровать, чтобы сохранить для будущих поколений. Директор ЦСА, руководитель проекта Наталья Соловьева: - Ну, на самом деле, если говорить, зачем вообще мы это придумали, у нас ведь весь проект - это идея создания такого комплекса документов, которые нельзя ни уничтожить (я уже много раз об этом говорила), ни заменить, ни переписать. Но наша команда, хоть она, в общем, включает в себя достаточно большое количество профессиональных специалистов, все-таки не настолько велика, чтобы мы могли этот архив создавать сами бесконечно. Мы работаем в каждой стране с тремя-четырьмя памятниками, которые вместе выбираем с представителями страны. Делаем их примерно там в течение года-двух, смотря какой сложности памятник. И после этого мы бы не хотели, чтобы, когда проект закончится, остановилось вся эта работа. И именно поэтому мы придумали, что нам надо научить местных специалистов работать в этой системе. Всего за два дня африканские специалисты осваивают то, что обычно занимает годы. Уже скоро они выйдут в поля в Намибии, чтобы сохранить след прошлого. А затем проект продолжит работать сам, потому что суть его не в количестве оцифрованных памятников, а в том, чтобы каждый мог сохранить свою историю. И тогда даже за тысячи километров от России дело петербургской школы археологии будет жить.