Продолжая славные традиции милосердия и благотворительности прошлого

Продолжая славные традиции милосердия и благотворительности прошлого
Церковная благотворительность. Поддержка семьи, материнства и детства
Митрополит Иларион: диалог церкви и общества
Воспитание молодежи: проблема свободы и ответственности
Межрелигиозный диалог в России: новые вызовы и новые перспективы
Какая религиозная политика нужна России?
Во что верит современная Россия?
Рождество – праздник, объединяющий христиан
Гражданское общество в России: вклад традиционных религий
Как устроено православие? Просто о сложном
«Опиум» не для народа. Как церковь борется с наркоманией
Гости
Анна Громова
глава Фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество»

Парадигма –
модель или образец.
Система представлений и
морально-этических принципов.

Александр Петров: Здравствуйте! Меня зовут Александр Петров. Это программа «Парадигма». И вот наша тема сегодня:

С каждым годом в истории отечественной благотворительности остается все меньше белых пятен. Появляются новые исследования, выходят документальные фильмы, проводятся научные конференции. Сегодня хорошо известны фамилии Демидовых, Морозовых, Елисеевых, Абрикосовых и многих других меценатов, по всей стране возводивших на свои средства приюты и богадельни, больницы и школы.

Однако до сих пор в тени незаслуженно остается благотворительная деятельность представителей Императорского дома Романовых, еще задолго до революции заложивших основы частной благотворительности в России. Именно под покровительством первых лиц государства традиции православного благотворения обрели статус гражданской обязанности.

Александр Петров: О благотворительности под покровительством Императорского дома Романовых и о том, почему сегодня так важно хранить традиции прошлого, мы поговорим сегодня с главой Фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество» Анной Витальевной Громовой. Здравствуйте, Анна Витальевна.

Анна Громова: Здравствуйте, Александр.

Александр Петров: Спасибо большое, что вы сегодня с нами. Анна Витальевна, хотел бы вас сразу попросить рассказать нашим телезрителям, почему ваш фонд, фонд, который вы возглавляете, назван в честь великой княгини Елизаветы Федоровны и великого князя Сергея Александровича. Прошу вас.

Анна Громова: Вы знаете, мы часто говорим между собой о малой родине и о том, что мы память об этих местах храним всегда в своем сердце. И тут я обнаружила, что мои дети, которые практически выросли в селе Ильинское под Москвой… Это совсем недалеко от Рублево-Успенского шоссе, которое сейчас у нас часто называется Рублевкой, а на самом деле это знаменитая царская дорога, это паломнический путь русских царей в Саввино-Сторожевский монастырь на богомолье.

Так вот, в этом замечательном месте росли мои сыновья. И я поняла, насколько они мало вообще знают об истории этих мест. И самое главное, наверное, достоинство их, кроме того, что многие художники, знаменитости жили в этих местах, все-таки самым выдающимся человеком, которому принадлежало имение «Ильинское» – это император Александр II, который купил это имение для своей любимой супруги, императрицы Марии Александровны, которая страдала туберкулезом.

И в связи со смертью старшего сына Николая Александровича – наследника, в которого, в общем-то, вкладывались все силы семьи, все надежды семьи возлагались на него… И вдруг Никса, как его звали в семье, скоропостижно умирает в течение нескольких месяцев, как мы считаем, от костного туберкулеза. Ставили разные диагнозы – и энцефалит, и все что угодно. Он просто на глазах у родителей чахнет и умирает в Ницце, потому что пытались предполагать, что это туберкулез, предполагали его вывезти и так далее.

И у Марии Александровны, которая вообще страдала туберкулезом, такой скрытой формой, так скажем, с молодости, у нее открытая форма начинает прогрессировать. И в этот момент они начинают искать место, где бы ей облегчить пребывание, где бы сделать, что ли, ее жизнь более комфортной. Одно такое место находят в Ливадии – и начинается строительство знаменитого Ливадийского дворца Крестовоздвиженской церкви. Но строительство предполагает…

Александр Петров: В Крыму.

Анна Громова: Да, в Крыму. Оно предполагает некоторое время, поэтому ищут что-то такое подходящее под Питером или под Москвой. Соответственно, находят вот эту старинную помещичью усадьбу Остермана-Толстого, героя войны 1812 года, зарубежных походов и так далее. И Мария Александровна, когда она впервые посетила это место, оно настолько напомнило ей родную землю Гессенскую, в которой она выросла (а она Гессенская принцесса по рождению), и место, замок Лигенберг, где прошло ее ранее детство. Она сказала, что именно этот изгиб реки, именно этот высокий берег реки Москвы настолько напоминает ей родную природу, ей здесь так комфортно и хорошо, что она попросила не менять ничего в этом имении и с радостью в нем поселилась.

Александр Петров: Анна Витальевна, история замечательная, но я так понимаю, что было нечто личное, что связало вас с этим фондом. Все-таки почему фонд был назван именем Елизаветы Федоровны и Сергея Александровича?

Анна Громова: Ну, именно потому, что я, поскольку являлась старостой прихода Спаса Нерукотворного образа…

Александр Петров: Вот это уже интересно.

Анна Громова: Да. Храм этот строил в компенсацию храма, который остался на территории резиденции «Ново-Огарево».

Александр Петров: В Ильинском.

Анна Громова: Да. И нам было известно, что как раз резиденция расположена на месте Зимнего дворца великого князя Сергея Александровича. Дело в том, что эта вся история об императрице Марии Александровне не случайна, потому что пятый сын у императора Александра II и императрицы Марии Александровны – это как раз был обетный младенец, первый порфирородный цесаревич, который родился, Сергий. Что имеется в виду? Имеется в виду, что Александр II вступил на престол в 1855 году. К этому времени у него уже были дети. И вот тот ребенок, который рождается после коронации, считается порфирородным.

Александр Петров: Анна Витальевна, вы упомянули своих детей. Я предлагаю продолжить нашу беседу чуть позже, а пока давайте посмотрим небольшую биографическую справку о вас.

Анна Громова – общественный деятель, историк. Родилась в Москве, закончила Московский государственный университет. С 2011 года возглавляет Фонд содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество». Фондом реализуются масштабные проекты в области просвещения и поддержки отечественной культуры и благотворительности. Изучая наследие представителей Императорского дома Романовых, фонд уделяет особое внимание социальным, благотворительным и просветительским инициативам великого князя Сергия Александровича и великой княгини Елизаветы Федоровны. Анна Громова ведет активную общественную и научную деятельность, является заместителем председателя Императорского православного палестинского общества, входит в бюро президииума Всемирного русского народного собора.

Александр Петров: Анна Витальевна, почему в среде благотворителей, меценатов судьбы Елизаветы Федоровны и Сергея Александровича до сих пор вызывают восхищение, они являются образцом для подражания? Расскажите.

Анна Громова: Ну, вы знаете, всегда Санкт-Петербург и Москва все-таки немножко разделялись, даже по направлению своей благотворительности. Если Санкт-Петербург все-таки был центром и штаб-квартирой учреждений (Ведомства учреждений императрицы Марии, например, Императорского человеколюбивого общества, Женского патриотического общества, Красного Креста, Российского общества Красного Креста), то Москва всегда была немножко иной. И как раз великому князю Сергею Александровичу и великой княгине Елизавете Федоровне, несмотря на очень многие возводимые уже после смерти Сергея Александровича неправды, как бы такие лжи и некоторые клеветы, которые распространялись про Сергея Александровича…

Александр Петров: Если я не ошибаюсь, это была мученическая смерть, он был убит эсером Каляевым в 1905 году.

Анна Громова: Да, да, да. В феврале 1905 года раздался взрыв в Кремле. И великий князь Сергей пострадал как одна из первых жертв революции 1905–1907 года, которая нам хорошо известна из учебников истории.

Александр Петров: И не только он.

Анна Громова: Вообще это интересная очень статистика, потому что во время революции, даже уже в 1907 году, когда революционный террор шел на спад, 8 тысяч человек в день погибало мирных жителей, чиновников, полицейских и людей, находящихся при исполнении служебных обязанностей. То есть революция была кровавая, революция была беспощадная.

И мы знаем, что великая княгиня Елизавета Федоровна, которая очень почитала память своего супруга, она при помощи именно московских благотворителей воздвигла так называемый Храм русской скорби. Ну, все мы знаем Боткинскую больницу. И рядышком, как мы знаем, в византийском стиле, такой немножко полосатый, возрожденный храм, он из разноцветного кирпича сложен в византийском стиле. Это Храм иконы «Отрада и утешение». И в нем был уникальный мартиролог, который содержал имена жертв революции 1905–1907 года, погибших при исполнении служебных обязанностей. Вообще это удивительный был храм.

Елизавета Федоровна была сподвижницей великого князя Сергея Александровича во всех его делах и начинаниях. А он немало сделал для Москвы. По крайней мере, формированием нашего Исторического музея мы обязаны именно Сергею Александровичу, который с 1882 года возглавлял попечительский совет, как мы бы сейчас сказали, был попечителем Исторического музея, сам принимал участие в закупке экспонатов, в формировании экспозиции. С Иваном Забелиным вместе они выполняли эту сложную работу.

Мы знаем, что Музей изящных искусств – это тоже его детище. Именно Сергей Александрович, что называется, выбил у Московской городской думы этот участок земли рядом с Храмом Христа Спасителя, потому что его вообще хотели сделать немножко на периферии как бы, а великий князь Сергей выбрал этот архитектурный образ, который нам сейчас очень близок, который мы очень любим. Именно он выбрал это место.

Мы знаем, что хозяйство Москвы усовершенствовалось и пришло в порядок благодаря тоже усилиям Сергея Александровича, который пробыл на посту московского генерал-губернатора с 1892 года до своей гибели в 1905 году.

Александр Петров: Москва многим обязана ему. И даже когда я знакомился с его биографией, я узнал, что Москва обязана ему трамваями, водопроводом. И даже студенты, которые тогда придерживались революционных взглядов, обязаны ему общежитиями. Он первый, кто поднял эту проблему. И я так понимаю, что его трагическая гибель как раз и подтолкнула великую княгиню обратиться к Богу, обратиться к благотворительности.

Анна Громова: На самом деле Елизавета Федоровна, Гессенская принцесса, дочь принцессы Алисы, Гессенская и Прирейнской… Алиса – это дочь королевы Виктории. То есть Елизавета Федоровна и наша императрица последняя Александра Федоровна – они были внучками английской королевы, причем внучками любимыми.

Александр Петров: Виктории?

Анна Громова: Да, королевы Виктории. И как раз Елизавета Федоровна была из протестантской семьи, она была лютеранка. И по сложившейся такой традиции династических браков, которая установилась еще со времен Петра I, старались брать принцесс из протестанток. В частности, у нас в нашей истории было всего четыре Гессенские принцессы: две императрицы – императрица Мария Александровна, супруга Александра II, императрица Александра Федоровна, супруга императора Николая II; и две великие княгини – Наталья Алексеевна, которая была первой супругой цесаревича, будущего императора Павла I, и Елизавета Федоровна, которая была супругой, соответственно, великого князя Сергия Александровича.

Так вот, почему брали протестанток? Потому что гораздо проще им было перейти в православие, чем католичкам. В том числе и с этой точки зрения. Но Елизавета Федоровна, поскольку ее муж был пятым сыном императора Александра II, и понятно было, что он престол никогда не займет, ну, практически шанс был равен нулю, и поэтому она могла не переходить в православие.

Но так сложилась ее судьба, такой была личность ее супруга, о котором она пишет в своих многочисленных письмах и воспоминаниях… В частности, уже после его гибели она пишет более откровенно, что это был пример жизни истинного христианина, который жил по Евангелию. И находиться рядом с ним и не быть с ним одной веры было просто невозможно. И невзирая на возражения своих родных, своего отца, герцога Гессенского Эрнста Людвига, и своего брата, она как бы все-таки принимает решение о переходе в православие. И в Лазареву субботу 1891 года она через обряд миропомазания, через таинство миропомазания присоединяется к православию.

Александр Петров: Это очень интересно! Анна Витальевна, насколько мне известно, ваш фонд реализует многие духовно-просветительские программы, посвященные великой княгине и великому князю. Одна из них, насколько мне известно, – это «На службе Москве и на службе Отечеству». Может быть, вы расскажете о тех программах духовно-просветительских вашего фонда, которые посвящены великой княгине Елизавете Федоровне?

Анна Громова: Да вы знаете, практически вся наша деятельность посвящена памяти Елизаветы Федоровны. И ее благотворительная деятельность настолько переплетается, вообще-то, с историей благотворительности страны, что невозможно в связи с этим не заниматься купеческой благотворительностью, российской благотворительностью под покровительством Императорского дома Романовых. Тем более что ее начинания в благотворительной области наряду с начинаниями нашей императрицы Александры Федоровны идут как бы практически параллельными курсами – Александра Федоровна и Елизавета Федоровна – хотя они были немножко разные и по темпераменту, и по такому образу миросозерцания, я бы сказала.

Елизавета Федоровна была экстравертом, она была абсолютно открыта для любых начинаний. И ее удивительное сердце, такое действительно чуткое и согревающее всех вокруг, оно было открыто для всех. Если Александра Федоровна, наоборот, была более открыта для своей семьи, то Елизавета Федоровна была открыта для всех.

И вы знаете, мне кажется, что так интересно, что Елизавета Федоровна и Сергей Александрович, наверное, они могли бы быть (и они, наверное, являются, просто мы этого до конца не понимаем) молитвенниками о тех семьях, у которых нет детей, потому что это такой явственный пример того, как Господь, может быть, не дает детей людям, для того чтобы они могли помочь множеству других детей и множеству других людей.

Александр Петров: Анна Витальевна, извините, родился такой вопрос. А вот как этот темперамент, это отношение к жизни, к миру сказывалось на предпочтениях в плане благотворительности?

Анна Громова: Ой, вы знаете, у нее потрясающие были проекты. Я просто хочу сказать о том, что проекты Елизаветы Федоровны отличаются, может быть, от традиционных направлений деятельности представителей Императорского дома Романовых. Дело в том, что совершенно определенной законодательницей и совершенно энциклопедической руководительницей благотворительности под покровительством Императорского дома Романовых, конечно, является императрица Мария Федоровна, супруга Павла I, потому что это совершенно уникальная личность.

И все направления благотворительности: забота о детях, забота о людях с ограниченными возможностями, забота о глухонемых, о слепых, обо всех категориях как бы социального происхождения… То есть это и Смольный институт, и одновременно институты для мещанских девочек, и одновременно институты для призрения солдатских детей, и одновременно целый ряд различных учреждений, в которых призревались воины. Она прожила такую долгую жизнь и такую эффективную жизнь благотворительницы, что она даже прошла в своей жизни много войн, и многих инвалидов…

Александр Петров: Если я не ошибаюсь, именно при Марии Федоровне благотворительность, личная благотворительность представителей императорской фамилии становится все более институциональной, она становится государственной политикой, государственной социальной политикой. Я предлагаю поговорить об этом чуть позже, а пока давайте посмотрим небольшой сюжет о выставке «Благотворительность под покровительством Императорского дома Романовых», которая недавно прошла в Царицыно.

СЮЖЕТ

«Российская благотворительность под покровительством Императорского дома Романовых» – под таким названием в музее-заповеднике «Царицыно» прошла выставка. Ее приурочили к 100-летию гибели царской семьи. В экспозиции представили более тысячи экспонатов, многие широкая публика увидела впервые.

На благотворительности и жертвенности всегда строилось наше государство. Первым на этой стезе отметился первый русский царь из династии Романовых – Михаил Федорович, при нем стали открывать сиротские дома. Его сын Алексей Михайлович навещал тюрьмы и богадельни, не отказывал в помощи богомольцам и юродивым. Добрые дела часто были личной инициативой императоров и императриц, но на государственный уровень благотворительность вывела именно Мария Федоровна.

Экспозиция охватила три века благотворительности в России. Ее расположили в 11 залах, каждый оформили тематически. Один посвятили благотворительности на Руси, другой – Российскому Красному Кресту, императорской армии и другим важным периодам. В конце выставки Голгофский крест по эскизу Васнецова «Распятие» – как напоминание того, что все отвернулись от царской семьи в конце их жизненного пути. Традиция российской благотворительности была нарушена революцией 1917 года.

Александр Петров: Анна Витальевна, выставку посетили, наверное, десятки тысяч москвичей, действительно была грандиозная и яркая выставка. Вот вы начали уже рассказывать о Марии Федоровне. Хотелось бы услышать и дальше ваш замечательный рассказ. Насколько я знаю, даже существовало Ведомство благотворительных учреждений Марии Федоровны. Расскажите, как оно формировалось.

Анна Громова: Ну, надо сказать, что в любом случае один из главных принципов благотворительности под покровительством Императорского дома Романовых – это принцип преемственности. Поэтому Мария Федоровна все-таки начала не с чистого лица, а она была преемницей уже нескольких поколений Романовых, которые трудились на ниве благотворительности.

Золотой век Екатерины II отразился самым непосредственным образом на состоянии благотворительности в России. Именно ей принадлежат первые проекты создания воспитательных домов в Москве и в Санкт-Петербурге. Кстати, Московскому воспитательному дому 21 октября этого года исполнится 255 лет. У нас есть реальная возможность еще раз обратиться к нашему славному прошлому и сделать ряд музеев или ряд просветительских учреждений в здании, которое вам всем хорошо известно – наше здание на набережной, где Академия ракетных войск находилась до недавнего времени, а сейчас предполагается реконструкция.

И все мы должны высказаться, конечно, за то, чтобы память о Московском воспитательном доме, который явился прекрасным начинанием Екатерины II, благодаря которому мы имели в императорской России не только целую систему, стройно организованную, образования всех слоев населения, но еще и акушерско-педиатрический центр, развитие которого отразилось на решении проблемы родовспоможения вообще в масштабах России… Там был первый, как мы бы сказали, многофункциональный педиатрический центр, потому что там как бы была выделена специальная больница для заразных детей. Просто из массы воспитанников-подкидышей, которых приносили в воспитательный дом, из них выделяли как раз заболевших, потому что смертность была колоссальная при Екатерине II.

Нужно сказать, что как раз благодаря императрице Марии Федоровне, которая сменила на посту руководительницу Московского и Санкт-Петербургского воспитательных домов Екатерину II, свою свекровь, она смогла навести порядок в этой системе воспитательных домов. Она установила систему финансирования через судную и казенную казну. Она увеличила сбор от клеймения карт. Ну, очень интересная система была, потому что решением на самом высоком уровне было принято – сбор от клеймения карт передавать в пользу Московского и Санкт-Петербургского воспитательных домов.

Она там организовала повивальный институт, который явился первым таким родильным госпиталем в России. Оттуда же пошла потом система как бы… Присяжные акушерки стали первыми сестрами милосердия. Там же как бы и зарождались традиции Российского Красного Креста, оттуда пошли. Ну и так далее.

Александр Петров: То есть ее заслуга – это вообще создание педиатрических институтов, создание училищ для повивальных бабок, для будущих акушерок. Анна Витальевна, насколько я знаю, эмблема у Ведомства учреждений Марии Федоровны очень интересная. Расскажите, что значит пеликан, который кормит птенцов собственной кровью, на этой эмблеме?

Анна Громова: Эта эмблема появилась при императрице Екатерине II. «Кормит детей, не желая себя», – собственно говоря, вот этот девиз, который писался под изображением пеликана, который как бы кусками собственной плоти кормит своих птенцов. И этот символ был принят в середине XVIII века. Так оно до 1917 года оставался эмблемой Ведомства учреждений императрицы Марии.

И нужно сказать, что вообще к концу долгой жизни императрицы Марии Федоровны, к 1829 году, было уже 51 учреждение этого ведомства, и 92 тысячи подопечных призревались в различных учреждениях. Это были и дома инвалидов, богадельни, гимназии, дома воспитания для различных видов нуждающихся категорий населения, в первую очередь нуждающихся детей.

Но, конечно, Мария Федоровна – это удивительный феномен, как я уже сказала. И слепые, и глухонемые… И даже такая удивительная вещь, что ей удалось практически снизить смертность вообще в воспитательных домах до 20% благодаря удивительно мудрым вещам, которые она предприняла. У нее даже была установлена специальная температура, которая должна была быть в кибитках для перевозки младенцев, потому что их собирали в различных провинциях и везли в Москву или в Санкт-Петербург, потому что только в крупных губернских городах были воспитательные дома.

И она учредила такое правило: меньшая часть детей… Ну, например, было решено в определенный момент, что не более 500 детей воспитывается в данный момент в Московском воспитательном доме, а остальные все распределяются по деревням. И чтобы казенных младенцев, за которых платили деньги, не подменяли на своих, как бы не доводили до смерти этих казенных младенцев и не заменяли их своими, Мария Федоровна придумала специальную в виде креста такую насечку, которая делалась младенцам, она была невыводимая. То есть такие какие-то совершенно особенные вещи. Она ежегодно выплачивала 9 тысяч рублей кормилицам, которые выкармливали детей в Московском воспитательном доме. Вообще беспрецедентно!

Ее доходы… Ну, мы знаем, что два ее сына – император Николай I и император Александр I – они бесконечно благожелательные были ко всем начинаниям своей матери, глубоко ее уважали и, естественно, они щедро ее финансировали, поддерживали многие ее проекты.

Александр Петров: Анна Витальевна, не могу не спросить, раз уж мы заговорили о финансировании благотворительных проектов. За счет чего? Это были личные пожертвования? Это была государственная казна? Как строилось финансирование при Марии Федоровне?

Анна Громова: Вы знаете, было очень мудрое управление, как я уже говорила, из судной и казенной казны, брали под проценты некие вложения. При Марии Федоровне колоссальный приток благотворителей был, которые жертвовали не только деньги, а они жертвовали имения, недвижимость и так далее, и она очень мудро этим распоряжалась. Потому что был опекунский совет, и этот опекунский совет нес очень высокую ответственность и эффективно распоряжался этими средствами.

Плюс личная благотворительность императрицы, потому что, например, ее годовой доход… Сыновья, а я не зря говорила об их щедрости, они сужали… Как бы ей выдавался миллион рублей в год. Из этого миллиона она 17 тысяч только тратила на себя, а остальные деньги тратились на ее благотворительные цели. Вообще считается, что только на крупные проекты она потратила миллион двести за время своей благотворительной деятельности.

Вообще-то, конечно, это уникальный опыт, потому что эта структура, которую она создала, она совершенствовалась, очень мало изменялась, но совершенствовалась неуклонно до самого 1917 года. Смотрите, например, в конце правления Николая I, когда уже Марии Федоровны не было в живых… А она умерла в 1829 году, кстати, сделав еще прекрасное благодеяние для Москвы в 1826 году. Представляете, она приехала для инспекции в Московский воспитательный дом и убедилась в том, что опять начала смертность повышаться, опять скученность огромная. Как раз была эпидемия холеры и так далее. И она решила в Лефортово отправить всех детей, которые постарше, и учредить там ремесленную школу. И из этой ремесленной школы, именно в этом здании потом и родился наш технический университет имени Баумана.

Александр Петров: Здорово!

Анна Громова: И там во дворе даже есть… Мы на выставку хотели притащить этого пеликана. Там есть пеликан такой более современной работы, он в середине двора у них стоит – как память о происхождении этого здания и о решении как раз императрицы Марии Федоровны.

Александр Петров: Анна Витальевна, насколько мне известно, при Николае I благотворительность становится таким как бы важным элементом воспитания будущих наследников. Вот расскажите. Мне кажется, это очень интересный момент.

Анна Громова: Ну да, я обязательно скажу о детях Николая I. Это такая аксиома, это многим известно. Но до этого я скажу о вещи, которая, может быть, меньше известна. Как раз Первой Отечественной войны 1812 года появляется огромное количество нуждающихся, осиротевших, беженцев и так далее, и так далее. И появляются первые учреждения Императорского человеколюбивого общества.

Так вот, это человеколюбивое общество к началу XX века имело 221 учреждение и призревало 200 тысяч человек. И Александр I, например, пожертвовал ему 600 тысяч своих личных средств, а Николай I, император Николай I пожертвовал 2 миллиона своих средств за 30 лет своего правления, то есть он постоянно поддерживал Императорское человеколюбивое общество и все его учреждения.

Александр Петров: Стоит, наверное, отметить, чтобы было понятно, что существовала как бы личная касса, личные средства императоров, наследников и государственные средства, и они различались между собой.

Александр Петров: Мы говорим… Вот те цифры, которые я называю, касаются личных средств. И конечно, видя такой благородный пример своих родителей, дети с детства впитывали вот эти идеи благотворительности. Особенно если учесть, что существовала такая традиция, и самые эффективные, что ли, благотворительные учреждения, которые окармливались лично императорами, императрицами, великими князьями, появлялись возле их дома, непосредственно в их резиденциях, возле их дворцов.

Так, например, было совершенно умилительное учреждение, которое императрица Мария Федоровна сделала возле своего дворца в Гатчине, учреждение называлось «Собственный инвалид», или «Манмартр» оно еще называлось. Там проживало небольшое количество инвалидов, которым Мария Федоровна дала работу. Не просто их кормили, помогали им, лечили их, но они еще и работали садовниками, охраняли садовые и прочие входы и выходы, дорожки и прочее, какие-то дворцовые входы. Ну, неважно. Она людям дала достойно проживать свою жизнь, несмотря на их такое ветеранское состояние, так скажем.

Александр Петров: Это важно.

Анна Громова: Да. И точно то же самое делал и Николай I. Точно то же самое делала и Елизавета Федоровна в Ильинском, у которой было две школы, мужская и женская, родильный приют для крестьян, бесплатная аптека, лазарет для воинов Русско-японской войны и так далее. И все это находилось вблизи Ильинского. Мы сейчас просто создаем в Ильинском такой туристско-паломнический кластер.

Александр Петров: Это тоже один из проектов фонда?

Анна Громова: Да-да. И на счастье, вот эти здания, которые были построены, соответственно, в 1892 году, в 1904 году, в 1906 году и так далее, они сохранялись, несмотря на то, что они деревянные. Мы сейчас продолжаем их жизнь, переоборудуя их под музеи. То есть мы приспосабливаем под музеи. В одном из них будет Музей благотворительности Красного Креста, в другом будет Музей школы и детства (это в школе императрицы Марии Александровны).

Просто я еще говорю об этих миллионах, называю вот эти большие суммы, чтобы всем было понятно. Когда императрица Мария Александровна впервые появилась в своем имении в 1867 году, она отметила ужасное состояние храма после войны 1812 года, когда французы верхом на лошадях въезжали в храм, ободраны все иконы, сняты колокола, разрушены ограды и так далее. И первое, на что она дала деньги – это на восстановление храма.

Александр Петров: Так ведь прошло же уже много лет с момента войны.

Анна Громова: Вот представьте себе, что не нашлось денег ни у крестьян, ни у помещика, ни у кого, чтобы восстановить храм, Спасский храм в селе Усово. И вторая проблема – это проблема образования местного населения.

Александр Петров: И это рядом с Москвой.

Анна Громова: Да. И она дает 200 рублей на то, чтобы построить каменную школу. И буквально за один год возводят каменную школу, которая стоит до сих пор. И мы в этом году… Эта школа еще до Нового года принимала детей. Хотя там уже немного прогнили полы, немножко стал критическим потолок, перекрытие – и именно в связи с этим санэпидстанция запретила уже детям учиться в этой школе. И отдали ее под временное пребывание людей, то есть музей, ее можно приспособить под музей. И мы открываем там Музей школы и детства.

Просто это к тому, какие благотворительные учреждения делались близ домов наших императоров и великих князей. Так вот, воспитываясь в такой обстановке, когда родители утром и вечером посещали свои благотворительные учреждения, дети не могли не проникнуться теми же принципами человеколюбия, уважения к человеку страдающему, такого сердечного тепла и отношения ко всем, кто нуждается в помощи.

Так вот, Николай I ввел для своих детей специальную такую, что ли, дотацию денежную – они получали ежегодно 5 тысяч рублей только на дела благотворительности и на раздачу милостыни. И вообще в своих книгах Мария Николаевна – это очень известная деятельница, покровитель художников, первый попечитель Академии художеств и так далее, очень известная общественная деятельница, – так вот, Мария Николаевна вспоминала о том, что их платья стоили дешевле. То есть эта сумма была по тем временам очень большая. И дети уже тогда учились распоряжаться деньгами.

Александр Петров: Анна Витальевна, насколько мне известно, это только первая часть вашего грандиозного музейного проекта. И ожидается вторая его часть – «Романовы-меценаты». Может быть, несколько слов вы могли бы добавить об этом?

Анна Громова: Да вы знаете, это вообще потрясающая и бесконечная тема.

Александр Петров: Я вижу.

Анна Громова: И она настолько красивая! Вообще «Романовы-меценаты», или как мы говорим: «Искусство, ремесла и храмоздательство под покровительством Императорского дома Романовых». Это совершенно бесконечная и очень красивая тема, которую мы непременно разовьем, потому что, собственно, все наши выдающиеся учреждения культуры…

Я уже об Историческом музее сказала, создание которого было инициативой императора Александра III, а реализовал ее уже великий князь Сергей Александрович. И Русский музей, который Николай II в память императора Александра III учредил. И Этнографический музей в Санкт-Петербурге, бессменным руководителем и создателем экспозиций которого был великий князь Георгий Михайлович, расстрелянный большевиками 25 января 1919 года. Это один из последних пострадавших из 18 представителей Императорского дома Романовых.

Мы знаем, что тогда был расстрелян выдающийся историк Николай Михайлович. Как Ленин сказал: «Историки России не нужны». Причем он был весьма либеральных взглядов, он был в оппозиции ко многим, к государю Николаю II в первую очередь, к своему племяннику, и вообще к монархическому строю, так скажем. Тем не менее этот его либерализм его не уберег от жестокой казни. Михайловичи были вообще казнены на другой стороне Невы, в Петропавловском равелине, прямо напротив своего дворца. И среди них был великий князь Дмитрий Константинович и брат великого князя Сергея Александровича великий князь Павел Александрович. Это четверо последних пострадавших из царской семьи.

Так вот, если мы говорим о меценатах, то это и Мариинский театр. И вообще совершенно потрясающе, что императрица Мария Федоровна, кроме своих великих благодеяний, она еще была совершенно выдающимся меценатом. Например, она покровительствовала Петровскому театру в Москве, на месте которого возник Большой театр.

То есть за что мы ни возьмемся… Мы не можем сказать о том, что Романовы насаждали какие-то инициативы. Просто находясь как бы, я бы сказала так, ощущая очень тонко пульс народной жизни, они могли сказать о потребностях отечественной культуры, науки, о потребностях тех людей, которые нуждались в защите. Они очень точно определяли вот эти болевые точки общества. То есть они могли оказать помощь и оказывали ее в каких-то исключительно интересных ситуациях. Например, великая княгиня Елизавета Федоровна у нас стоит у истоков создания МХАТа. И вообще это удивительно…

Александр Петров: О чем почти никто не знает, между прочим.

Анна Громова: Да, да. И дело в том, что Немирович-Данченко преподавал в Московском филармоническом училище, в том числе там были театральные классы. И ему очень хотелось иметь свою театральную площадку, он об этом мечтал. Он понимал, что когда он преподает актерское мастерство, нужно обязательно, чтобы его ученики где-то пробовали свои таланты. И Елизавета Федоровна, которая была покровительницей Московского филармонического училища, она же оказывала покровительство Московской консерватории, она предложила ему сделать спектакль «Потонувший колокол», ей очень нравился этот спектакль. И она в генерал-губернаторском дворце решила силами своих фрейлин, ну, ближайшего окружения сделать этот спектакль.

Вообще традиция ставить домашние спектакли была частью образования и воспитания в императорских семьях. Ну, мы знаем, что в Тобольске, если вы побываете в единственном пока Государственном музее семьи императора Николая II, который тоже создавал наш фонд, вы увидите… Там вообще мы создали целые подмостки, на которых в Тобольске учителя царских детей Жильяр и Гиббс…

Александр Петров: Анна Витальевна, раз уж мы заговорили о Тобольске, давайте посмотрим небольшой сюжет об открытии Музея Романовых в этом замечательном городе.

Анна Громова: Давайте.

СЮЖЕТ

В апреле прошлого года в Тобольске открыли первый в России музей, экспонаты которого полностью посвящены семье императора Николая II. Его открытие стало первым этапом национального туристического проекта «Императорский маршрут», который соединяет места пребывания и ссылки представителей династии Романовых во многих регионах России. Здесь, в бывшем Губернаторском доме, несколько месяцев жили Романовы. В экспозиции музея уникальные вещи, относящиеся к периоду нахождения здесь царской семьи: фарфор, серебряные приборы, мебель, иконы, Евангелие Александры Федоровны. В музее 12 залов, которые воссоздали по историческому принципу: в каждом можно увидеть не только быт, но и узнать, как восемь месяцев семья провела в ссылке.

Димитрий, митрополит Тобольский и Тюменский: «Открывается еще одна история, которая была закрытая, страница истории, которая станет соединяющим звеном в общей истории государства российского. Хочется, чтобы этот музей действительно стал домом прозрения, домом, в котором бы возгоралась любовь к Отечеству».

Романовых выслали из Царского Села в Тобольск – через Тюмень. Тогда Николай II писал: «Тащились невероятно медленно, чтобы прибыть в Тюмень поздно, в 11–12 часов. Там поезд подошел почти к пристани, так что пришлось только спуститься на пароход. Наш назывался «Русь».

Александр Петров: Анна Витальевна, Тобольск – это лишь один из этапов большого проекта «Императорский маршрут». Расскажите об этом проекте. Как он реализуется?

Анна Громова: Ну, когда мы задумывали «Императорский маршрут» как такой большой научно-просветительский проект, собственно, мы не задумывали его как массовый такой туристический маршрут. Мы понимали, что наш зритель и наш турист будет как бы избранным, потому что это будут люди, которым действительно по-настоящему интересна история России.

И первый этап маршрута был посвящен местам памяти царской семьи, и он в основном касался мест гибели и ссылки царской семьи. В рамках подготовки этого маршрута как опорные точки на маршруте мы создавали музеи, в частности музей в Тобольске, Музей семьи императора Николая II был создан нами на двух этажах Губернаторского дома, где в заточении девять месяцев находилась царская семья перед своей отправкой в Екатеринбург.

Нам удалось создать музей в напольной школе города Алапаевска совместно со свердловским музеем Клера. Теперь музей уже функционирует, принимает многочисленных посетителей, иностранных гостей, очень востребован и в Алапаевске, и в крае, и вообще в Сибири, и в России.

Да, в Перми был создан Музей новомученика архимандрита Андроника, который погиб практически в одни и те же дни с великим князем Михаилом Александровичем, братом государя Николая II, в пользу которого он отрекся от престола как раз. Ну, мы знаем, что великий князь Михаил Александрович и его сподвижник и друг Николай Николаевич Джонсон были расстреляны в Перми.

Мы провели несколько конференций с участием наших коллег-историков из Санкт-Петербурга, из различных городов России, москвичей. Один форум на московской площадке прошел, вторая научная конференция – в Петропавловской крепости.

Александр Петров: Анна Витальевна, этот проект больше ориентирован на паломников или на туристов? На кого он больше ориентирован? И, собственно говоря, почему он оказался в категории «национальное достояние»?

Анна Громова: Вы знаете, он оказался востребован в категории детского туризма. И мы получаем такие отклики! Ну, естественно, что мы анализируем и книги отзывов, нам интересно посмотреть, как наш труд отзывается, в правильном ли направлении мы работаем. И вы знаете, те отзывы, которые оставляют дети после посещения музеев, просто потрясают! Ну, там написано, например: «Я взглянул вообще на историю своей страны по-новому»; «Я даже не предполагал, что в семье могут быть такие отношения»; «Вообще до этого я не знал, что такое любовь», – пишут дети. Ну, вообще это удивительно, да?

Александр Петров: И очень трогательно.

Анна Громова: Да-да. И для нас сейчас на втором этапе маршрута – места высочайшего пребывания, то есть это императорские резиденции, великокняжеские усадьбы и так далее. Очень многие эти объекты сейчас находятся в запустении, например, как в нашем Ильинском. Казалось бы, это такие невзрачные, небольшие домики. Это часть, которая была вне усадьбы и предназначалась для социального и хозяйственного служения. И даже в этих небольших домиках, но в исторических стенах мы создаем музеи, посвященные теме благотворительности, на которые уже сейчас есть очень большой спрос, поэтому мы вынуждены делать просто многочисленные передвижные выставки и так далее, потому что тема благотворительности, тема милосердия, тема Красного Креста очень востребована.

Александр Петров: Анна Витальевна, ваш фонд занимается не только сохранением исторической памяти, но и занимается возрождением традиций, в том числе и традиций благотворительности великой княгини Елизаветы Федоровны. А какие традиции вам уже удалось возродить?

Анна Громова: Вы знаете, у нас есть такое движение «Елизаветинское наследие сегодня». Так получилось, что со времени прославления великой княгини (а в зарубежной церкви она была прославлена в 1981 году, а в Русской православной церкви – в 1992-м), с этого времени прошло уже довольно много лет, и появилось большое количество самых разных организаций, которые продолжают традиции Елизаветы Федоровны. Это и елизаветинские хосписы, это и елизаветинские гимназии, паломнические службы имени Елизаветы Федоровны, это огромные монастыри или просто маленькие больничные церкви. То есть у нас этих организаций более 200.

И мы стараемся хотя бы раз в год на Елизаветинский форум собрать их всех. Мы уже теперь понимаем, что направленность работы… Как бы Елизавета Федоровна настолько широко могла охватить своими инициативами, своей благотворительной деятельностью различные сферы жизни, что даже сейчас мы это ощущаем на себе. И поэтому мы разделяем Елизаветинское движение на просветительское, социальное служение и так далее, и так далее.

И для нас, конечно, очень важно, что такие вещи, которые обществу уже знакомы, типа «Белого цветка»… Ну, это тоже прекрасное начинание императрицы Александры Федоровны, которая этот праздник «Белой ромашки» учредила уже более 100 лет назад, первый из них прошел в 1911 году. Опять же с чем это было связано? Может быть, не все знают. Праздник зародился в Швеции, и была учреждена такая Всемирная лига туберкулеза, борьбы с туберкулезом. И император Николай II в 1910 году принял решение, что Россия присоединится к этой Лиге борьбы с туберкулезом. И мы были 27-й страной, которая как бы вступила в эту лигу.

Александр Петров: Это было в начале XX века.

Анна Громова: 1910 год.

Александр Петров: А сейчас?

Анна Громова: Ой, а сейчас это самое широкое движение. Ну, совсем недавно, на днях в Марфо-Мариинской обители проходил «Белый цветок», там был обязательно наш прилавок со всеми традициями: все в белых одеждах, в шляпках и, безусловно, с благотворительной продажей всего, что мы имели. Ну, поскольку мы просветительское общество, то основным нашим товаром были книги, которые наше общество издает.

Но, допустим, для императрицы Александры Федоровны, для великих княжон, которые сами торговали на Ливадийской набережной в своей собственной палатке… Остались документальные кадры очень красивые, где цесаревич и императрица Александра Федоровна раздают во множестве людям, которые их окружают, собственные работы княжон, потому что они никогда не сидели без дела. Они рисовали акварельки, закладочки, делали различные вышивки – в общем, всякую мелочь. Вот то, что они могли во множестве сделать, они всегда трудились. К рукоделию они с детства были приучены – так же, как и Елизавета Федоровна и Александра Федоровна.

Александр Петров: То есть можно сказать, что тот опыт благотворительности сегодня востребован?

Анна Громова: Да, конечно. И вы знаете, вот в чем еще красота этой традиции, в чем ее смысл? Нужно стараться лично участвовать. Потому что в свое время Елизавета Федоровна, когда они с Сергеем Александровичем приехали в Москву, это был 1892 год, собственно говоря, первое, с чем они столкнулись – был огромный неурожай в центральных губерниях, 25 губерний пострадало. И вот борьба с неурожаем, борьба с голодом стала их задачей.

И первый благотворительный базар в Москве Елизавета Федоровна провела в 1892 году, заработав полмиллиона рублей на этом базаре. Причем рассказывают невероятно интересные вещи, очень милые. По-моему, это Козлянинова пишет в своих воспоминаниях о том, как на благотворительном базаре Елизавета Федоровна старалась принести как можно больше вещичек, которые она сделала сама. Она выжигала по дереву, вышивала, рисовала и так далее. И купцы… Как пишет Сергей Александрович в своих воспоминаниях: «На стол жены сыпались целые капиталы! Купцы хотели получить именно ее вещь из ее рук».

И был еще очень интересный случай, когда крестьянин пришел тоже среди покупателей благотворительного базара, стоял старик и смотрел на Елизавету Федоровну. Кто-то из фрейлин подошел и спросил: «Дедушка, вы хотели что-то купить?» Он говорит: «Да нет, милочка, я пришел посмотреть на нее. Говорят, она – как ангел».

Александр Петров: Здорово!

Анна Громова: «И правда, и правда, – говорит, – какая она красивая, какая она милая и любезная!» Елизавета Федоровна что-то ему подарила и говорит: «А как же вы, отец, доберетесь-то до своей губернии теперь?» Он говорит: «Да я, милочка, не знаю, как доберусь». В общем, она ему еще 10 рублей в придачу дала на дорогу.

Александр Петров: Здорово, замечательно! Анна Витальевна, к сожалению, время нашей программы неумолимо истекает. Не могу не задать вопрос: а почему именно сегодня, почему для нашей современности, для XXI века опыт личной благотворительности представителей Императорского дома сегодня важен, востребован?

Анна Громова: Вы знаете, мне кажется, что мы должны осознавать, что, собственно говоря, личная благотворительность – это способ спасения нашей души. Потому что сейчас жизнь настолько захлестывает нас повседневностью, что нам некогда остаться наедине с самими собой, нам некогда задуматься о том, как складываются наши отношения с ближними, о том, что мы могли бы сделать для дальних.

И вот когда мы знаем, что в нашей стране, в России, всегда, издревле… Ну, если мы говорим о Романовых, то от Михаила Федоровича, супруга которого Евдокия Стрешнева подавала среди женщин, среди императриц… среди цариц тогда (император у нас только Петр I с 1721 года), то есть среди цариц уже подавала вот этот пример благотворительности. Издревле, вообще со времен Ярослава Мудрого, со времен Владимира Мономаха и его послания к своим детям и так далее вот этот принцип: «Помогай другому – облегчишь жизнь себе и испытаешь истинную радость от того, что ты делаешь бескорыстное добро».

Александр Петров: И мне кажется, что это один из заветов великой княгини Елизаветы Федоровны.

Анна Громова: Да, это было как раз смыслом ее жизни. Может быть, она и появилась среди нас в 1884 году – именно для того, чтобы оставить нам вот этот свой пример самоотверженного служения ближнему.

Александр Петров: Спасибо большое за столь интересную беседу, за ваш замечательный рассказ. Я благодарю вас. Тема благотворительности, личной благотворительности представителей Императорского дома Романовых – она безгранична, но, к сожалению, не как наше время.

Анна Громова: Приглашайте еще. С удовольствием! Нам есть что рассказать.

Александр Петров: Спасибо вам огромное.

Анна Громова: Спасибо.

Александр Петров: А это была программа «Парадигма». Меня зовут Александр Петров. Всего вам доброго! До свидания. Оставайтесь на Общественном телевидении России.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео