Внутренний туризм - отсутствие альтернативы или новые возможности?

Внутренний туризм - отсутствие альтернативы или новые возможности? | Программы | ОТР

Можно ли отдохнуть в России качественно и недорого?

2020-09-29T20:52:00+03:00
Внутренний туризм - отсутствие альтернативы или новые возможности?
Счастье быть родителем
Кому выгодно получать оплату наличными, а кому нет?
Служу России: как меняется отношение к вооружённым силам?
Придержите дверь: есть ли в России социальные лифты?
Ждать ли проверок многоэтажек?
Дискриминация: в возрасте ли дело?
Долги за ЖКХ придется вернуть?
Современная музыка: эволюция или деградация?
Судебная реформа: что нового?
Как найти общий язык разным поколениям?
Гости
Юнис Теймурханлы
владелец отеля в Санкт-Петербурге
Елена Джанджугазова
профессор кафедры гостеприимства, туризма и спорта РЭУ имени Г.В. Плеханова, доктор экономических наук
Вадим Мамонтов
основатель и генеральный директор RUSSIADISCOVERY
Алексей Кожевников
вице-президент «Опоры России», руководитель комитета по туризму

Анна Астахова, Москва: «В июле мы решили поехать в Крым с мужем и его двумя детьми-подростками. Нашла номер в отеле за 5 миллионов рублей на две недели. Честно говоря, мне до сих пор очень интересно, что же там предложено на такую сумму».

Варвара Макаревич: Практически сгорев во время пандемии, внутренний туризм уверенно возрождается. Динамика во всех регионах идет вверх. Удастся ли на зимние каникулы поехать отдыхать за границу? Пока непонятно. Что из себя представляет внутренний туризм в России? Тоже непонятно. Это возможность для наших граждан хорошо отдохнуть за разумные деньги или возможность для бизнеса заработать на отсутствии альтернативы у туристов? Будем обсуждать сегодня в нашем ток-шоу «ПРАВ!ДА?».

Я – Варвара Макаревич. А это – мои гости:

Вадим Мамонтов – основатель туристического агентства. Поделится секретом комфортного отдыха.

Алексей Кожевников – вице-президент «Опоры России». Расскажет, когда отдохнуть в России станет дешевле, чем за границей.

Елена Джанджугазова – профессор экономики. Объяснит, когда цены пойдут вниз.

Юнис Теймурханлы – владелец отеля. Перечислит, из каких услуг складываются круглые суммы за проживание в отеле.

Я видела статистику, которая гласит, что для 80% наших граждан классный отдых – это именно море и пляжи. Мы видели мнение одной из телезрительниц о Крыме. Давайте посмотрим еще одно – это видео из Сочи.

Алексей Герасимов, Москва: «Мы провели порядка семи дней с семьей на пляже в Адлере. Мы остановились в гостинице. И первое, что нам понравилось – то, что здесь куча разнообразного формата жилья, начиная от дорогих пятизвездочных гостиниц и заканчивая частными домами, апартаментами. В общем, на любой вкус абсолютно.

Второе, что понравилось – это то, что дорога от аэропорта занимает 15 минут. Это удобно.

Третье, что понравилось – это огромное разнообразие различных ресторанов, кафе, баров, кулинарий. В общем, на любой вкус, на любой ценник. Вы здесь можете найти все что угодно.

Четвертое – это классная инфраструктура. Что именно? Это огромное количество пунктов проката самокатов, велобайков, велосипедов с детскими креслами. В общем, все что угодно здесь можно найти.

Что понравилось еще? Это чистое море. Я был очень приятно удивлен.

Что не понравилось? Все-таки достаточно высокий ценник в ресторанах».

Варвара Макаревич: Юнис, Алексей перечисляет много всего, что ему очень понравилось в Сочи, но отдельно отмечает высокие ценники, цены и в ресторанах, и в гостиницах, которые растут. Почему они продолжают расти? Это желание бизнеса заработать за весь тот период времени, пока он простаивал? Или какая-то другая причина?

Юнис Теймурханлы: Вы знаете, у бизнеса есть всегда желание заработать, когда складывается конъюнктура. Для того он и бизнес. Поэтому мы в индустрии гостеприимства считаем, что наша отрасль абсолютно рыночная, нас регулирует исключительно рынок. Государственного участия здесь немного, за исключением только периодов определенных, каких-то международных мероприятий, где могут быть установлены цены, государственное регулирование.

В остальном мы используем так называемый динамический тариф. А динамический тариф предполагает, естественно, мгновенную реакцию цены на спрос. Безусловно, в этом году спрос был во многом искусственный, особенно на «Российскую Ривьеру». Безусловно, там цены взлетели.

Поэтому на ваш вопрос «Пытаемся ли мы заработать?» отвечу: конечно, мы пытаемся, потому что мы – бизнес. Мы находимся в рынке.

Варвара Макаревич: Елена, вот Юнис сказал, что это абсолютно рыночная история. Или все-таки монополия внутренних курортов как-то тоже была причиной? Или исключительно рынок?

Елена Джанджугазова: Да нет, я с Юнисом абсолютно согласна. Конечно, это рыночная сфера. Просто, понимаете, есть еще и такая специфическая мотивация у самих курортов: короткий сезон. У нас пляжный сезон в России на наших черноморских курортах гораздо короче, чем на Средиземноморье, поэтому хотят заработать.

Варвара Макаревич: То есть российский турист платит фактически за то, что вот так устроен климат в нашей стране?

Елена Джанджугазова: Вы понимаете, выбор, в конце концов, если закрыты пляжные дестинации заграничные, остаются только наши ограниченные, то… Естественно, с одной стороны, это такой внутренний протекционизм нашего туристского продукта. А представители бизнеса – и отели, и рестораны, и турфирмы – они пользуются этим. Ну, в конце концов, это и задача бизнеса – зарабатывать прибыль.

Варвара Макаревич: Вот смотрите. Мы сейчас говорим про этот год, который, понятно, был уникальный. Но мы не поленились и решили узнать цены на следующий год. Вот смотрите.

Сейчас мы посмотрим на графику. Это цена за номер. Пусть вас не смущает, что здесь написана категория Deluxe. На самом деле это номер – 38 квадратных метров. Если вы хотите смотреть на море с полным пансионом, то это будет стоить 739 500 рублей. Это 15–30 июля 2021 года. Или, пожалуйста, можно подешевле. Вы можете любоваться на сад – и тогда это будет стоить «всего» 664 500 рублей. Да, это на 20% дороже получается, чем было в уходящем году.

Елена, как это объяснить?

Елена Джанджугазова: Вы понимаете, если говорить о стратегии и тактике ценообразования, то это такой как бы стратегический заход. А что будет через год – сказать очень сложно. Здесь есть некий разрыв между стратегическим подходом к ценообразованию и реальной тактикой, она вообще реальной ситуацией диктуется. И потом, понимаете, тоже нельзя пугать потребителей этими высокими ценами.

Варвара Макаревич: Я уже испугала.

Елена Джанджугазова: Это разные сегменты, разные сегменты. Обзор рынка показывает, что можно отдыхать за десятки тысяч рублей, а можно отдыхать и за миллионы.

Варвара Макаревич: Вадим, а кто вот за такие деньги готов поехать отдыхать? Это кто? Это врачи? Учителя? Бизнесмены? Кто это?

Вадим Мамонтов: Я думаю, что это, скорее всего, последняя категория. Это действительно бизнесмены, это менеджеры крупных компаний, которые ищут каких-то особых развлечений. Но что-то мне подсказывает, что редко кто из них будет выбирать вот такой просто пляжный отдых. Мне кажется, многие из них предпочтут все-таки поездку в дикую природу, где за такие деньги можно получить, наверное, существенно более сильные впечатления.

И надо сказать по этому году. В этом сегменте отдыха цены практически не изменились по сравнению с прошлым годом, они остались на том же уровне. Возможно, это потому, что здесь нет того самого динамического управления стоимостью, как это есть, например, в отельном бизнесе, но тем не менее все туристы поехали по программам – Алтай, Карелия, Чукотка – по тем же ценам, по которым они путешествовали и в прошлом году.

Варвара Макаревич: Юнис, вот вы как раз бизнесмен. Вы за такие деньги в Крыму будете отдыхать? Или это все-таки какая-то другая категория людей, которые столько платят за отдых в Крыму?

Юнис Теймурханлы: Нет, конечно нет, потому что, безусловно, я выбираю, где соотношение цены и качества выше. Безусловно, в этом году была создана некая искусственная обстановка. Но, как говорится, бизнесу все равно, как зарабатывать деньги – искусственно или нет. Протекционизм действительно был создан. Поэтому, конечно, если мы берем соотношение цены и качества, то я лично, конечно, за такие деньги в Крым не поеду.

Варвара Макаревич: Юнис, а что не так с качеством там?

Юнис Теймурханлы: Простите?

Варвара Макаревич: Что не так с качеством?

Юнис Теймурханлы: Ну, мы понимаем, что все-таки это наши новые территории, скажем так, и они еще не настолько у нас подтянуты по инфраструктуре, по уровню сервиса, как тот же Краснодарский край. Поэтому, безусловно, если вы мне задаете вопрос, поеду ли я именно в Крым за такие деньги – нет, не поеду, потому что я могу за эти деньги получить в той же Турции или в Греции, или в любимой Испании сервис существенно лучше. Ну и самое главное – я получу другое ощущение.

Давайте, друзья, не забывать, что все-таки Россия – страна особая в плане платежеспособности населения. У нас низкая платежеспособность, поэтому у нас тот процент людей, которые могут себе позволить потратить деньги, он относительно небольшой. А массовый туризм внутри страны все-таки подразумевает участие широкого слоя населения платежеспособного. Мы с вами все-таки говорим о 17–20% населения России, которые путешествуют. Вот они и стоят перед выбором, где им эти деньги потратить – эту сумму потратить в России или потратить за рубежом.

Варвара Макаревич: Юнис, вы говорите, что вы не поехали бы на пляж. А я хочу показать фотографию, на которой видно, сколько людей туда все-таки поехало. Ну, такая зарисовка, чтобы было понятно, о каком количестве народа на пляже идет речь. Вот в таких условиях, да, можно было бы отдыхать, если бы вы все-таки рискнули. Я не уверена, что все эти люди за 5 миллионов отдыхали, как было заявлено в ролике. Ну, возможно, кто-то из них.

Юнис Теймурханлы: Ну, в том-то и дело. Мы с вами немножко… Мы с вами говорим о чуть разных историях.

Елена Джанджугазова: О разных вещах.

Юнис Теймурханлы: Те, кого вы показываете – это все-таки бюджетный сегмент. А те цены, которые мы обсуждаем – это премиальный сегмент.

Варвара Макаревич: Алексей, как сделать так, чтобы цены все-таки пошли вниз, в том числе эти безумные тоже? Или не надо, чтобы они понижались?

Алексей Кожевников: Да нет, почему? Вы абсолютно правы в том, что для каждого сегмента путешествующих должен быть свой сервис и цена. У нас массовым туризмом все-таки занимаются в стране туроператоры, которые именно на это рассчитаны. Поэтому если посмотреть в пакетном туре цену у туроператора по этому году в Крыму, то, безусловно, мы таких цен с вами не найдем. Там абсолютно бюджетный отдых.

Даже коллега, который выступал и говорил по поводу Краснодарского края, он заметил, что здесь есть на каждый кошелек: и гостевой дом, и гостиница, и суперотель небольшой. Поэтому вопрос о формировании цены состоит из того, какие затраты несет бизнес.

Варвара Макаревич: Для меня как для конечного потребителя получается выгоднее купить пакет у туроператора, чем самой сидеть и выбирать гостиницу, удобные билеты? Что для меня дешевле окажется?

Алексей Кожевников: В принципе, вы говорили сейчас о такой категории, как врачи, учителя. Они с удовольствием пользуются услугами туроператоров, которые достаточно дешевле относительно того, что… Мы с вами сейчас дискуссию ведем по поводу таких больших цен. Поэтому у нас на каждый кошелек должен быть создан свой турпродукт.

Но вы задали вопрос все-таки относительно стоимости. Каждый раз предприниматели говорят вот о чем – о том, что каждый раз, каждый год мы все равно видим увеличение издержек, которые мы несем на себе. Это связано с повышением…

Варвара Макаревич: Что это за издержки?

Алексей Кожевников: Повышение цен на электроэнергию, топливный сбор. Это связано с тем, что людям нужно отдавать кредиты.

Ну и плюс ко всему, безусловно, на этот год смотреть очень сложно, потому что он был непростым для бизнеса. Вы же сами знаете, что и в Крыму, и в Сочи – на наших замечательных курортах – с 28 марта все остановилось. Все были вынуждены заниматься бизнесом только с конца июня либо с 1 июля. А до этого нужно было содержать людей. И это очень важно для бизнеса, чтобы бизнес стартанул. Часть предпринимателей вообще не открылись в этом году, потому что вот эта непонятная история…

Варвара Макаревич: Я понимаю, что у нашего бизнеса есть издержки. Но при этом есть заграница, условная Турция, которая все равно выходит дешевле. Почему?

Алексей Кожевников: Я вам могу сказать. Вот приведу пример…

Варвара Макаревич: А там, на минуточку, я плачу не в рублях.

Алексей Кожевников: Да, безусловно. Но если мы посмотрим экономику строительства туристских отелей, то мы с вами увидим следующую вещь. Кредит коллеги могут получить под 2,5% на 20–25 лет. Фонд оплаты труда в плане налогов у них 6%, а у нас с вами – 30%.

Варвара Макаревич: То есть условия для бизнеса просто неудобные?

Алексей Кожевников: Абсолютно верно. НДС там 5%, а у нас с вами – 20%. И так далее. И это все налагается на то, что предприниматель у нас в стране вынужден эти деньги включать в стоимость туристического продукта.

Варвара Макаревич: Вадим, вы же тоже возите людей на Юг, но вы не предлагаете пляжи, как я понимаю. Вы так интересно отреагировали. А что вы предлагаете? И почему пляжи не котируются?

Вадим Мамонтов: Мы занимаемся активным приключенческим отдыхом и считаем, что это, конечно, очень большой сегмент, который сейчас очень востребован. Спрос на экологический туризм растет с каждым годом. Люди хотят открыть для себя те места, о которых давно мечтали. Хотят увидеть Камчатку, хотят увидеть Кавказ, который, наверное, тоже принадлежит к таким старым брендам, которые уже рождают в голове у людей понятную картинку. И конечно же, когда они приезжают к нам на Юг, в Кавказ, они ждут приключений активных.

Варвара Макаревич: Я хочу зацепиться еще за слово «экологический». Есть ли у нас курорты, где чистое море, на ваш взгляд?

Вадим Мамонтов: Конечно, есть. Вот как сказал сегодняшний гость про море в Крыму, точнее, море в Краснодарском крае – оно прекрасное, оно чистое. Это хороший пример действительно хорошего моря. Безусловно, Крым. Очень много отзывов от наших туристов, которые отдыхали, может быть, не в самых людных местах. Везде это были прекрасные пляжи, красивое и чистое море.

Варвара Макаревич: Ну, дикие пляжи, да, я понимаю. Елена, но я встречала даже отзывы в Интернете (я посвятила некоторое время исследованию вопроса), что там просто сточные канализационные трубы, и ты плаваешь в сточных водах, практически рядом. С этим как быть? Кто здесь виноват?

Елена Джанджугазова: Во-первых, я хочу сразу на первый ваш вопрос ответить. Конечно, самые чистые пляжи у нас в России находятся в Калининградской области. Именно пляж «Голубой флаг», который находится в Янтарном, – это наш лучший…

Варвара Макаревич: Там немножечко прохладно, у меня есть опасение.

Елена Джанджугазова: Вы поставили задачу – чистые пляжи. Я вам ответила.

Если говорить, конечно, о чистоте пляжей, то я могу сказать, что за последнее время, а особенно на курортах Краснодарского края, в частности в Сочи, к Олимпиаде были сделаны очень серьезные все-таки выводы, и очистительная система была построена. Конечно, пляжи сейчас гораздо чище, чем это было раньше.

Но вообще это проблема. Мы говорим о стоимости пляжного отдыха. Он действительно у нас высокий. У нас мало пляжных дистанций. Правильно вы сказали, что можно и на Дальнем Востоке, в Приморском крае тоже есть какой-то небольшой пляжный туризм. Но какая погода? А если бы мы задействовали пляжные дестинации Каспия, например, или Азовского побережья, где все-таки гораздо лучше климат, то я думаю, что мы бы нашим потребителям больше предложили пляжного продукта.

Варвара Макаревич: Елена, хорошо, что вы об этом заговорили. Очевидно, что возможностей для разнообразного отдыха в России куча. Давайте посмотрим, что есть еще, кроме пляжей. Обсудим прямо сейчас в нашей студии.

Алтай, Камчатка, Байкал – это все те места, куда туристы мечтают поехать. И одна из причин: потому что, как говорится, эти фотографии очень котируются в социальных сетях. Я сама как инстаграм-блогер скажу, что Алтай, наверное, сегодня направление номер один.

Алексей, ну эти направления уже, в общем, развиты, люди про них знают. Они фотографируются на льду на Байкале. Они ездят на Алтай. Почему бы не развивать направления, которые невостребованные, не рассказывать людям про что-то новое?

Алексей Кожевников: Вы знаете, главное – это все-таки создать туристический продукт. Ведь не только картинкой он интересен. Человек все равно… Если особенно мы говорим о массовом туризме, то, безусловно, люди смотрят на цену. Цена – это драйвер массового туризма. И если на Алтай сегодня была бы возможность у людей поехать за приемлемые деньги, то, безусловно, поехали бы.

Ну а дальше мы с вами должны вернуться к тому, что там тогда должна появиться эта большая инфраструктура, чтобы принять туристов, разместить их, накормить, сделать экскурсионку.

Варвара Макаревич: Кто должен заниматься, чтобы эта инфраструктура там появилась? Это бизнес должен захотеть туда прийти или государство должно развивать?

Алексей Кожевников: Нет, вы знаете, это совместная история – государственно-частное партнерство. Но государство должно определить все-таки, на каких территориях оно хотело бы развивать туризм. И тогда вместе с бизнесом и с инвесторами оно должно приходить и заниматься этим. По-другому никак не получится.

Варвара Макаревич: Юнис, а бизнес заинтересован приходить в какие-то новые регионы и создавать эту инфраструктуру с нуля?

Юнис Теймурханлы: Вы знаете, дело в том, что, еще раз, для бизнеса все-таки российский потребитель (я повторю еще раз то, что я сказал вначале) пока имеет низкую платежеспособность, поэтому… А освоение каких-то новых проектов – это вопрос вложений.

Я приведу пример. Например, такая известная программа маркетинговая в Санкт-Петербурге «Белые ночи» имеет очень длительные корни – более 30 лет. Еще советский Интурист разрабатывал этот бренд «Белые ночи», на который мы сейчас фактически существуем и продаемся по высоким ценам.

Поэтому на самом деле такие в некотором смысле венчурные проекты для бизнеса во многом опасны, тем более в той ситуации, в какой мы сейчас оказались: дорогие деньги, проблемы с той же реализацией туров из-за пандемии и так далее. Поэтому, на мой взгляд, все-таки это такая спорная история, с точки зрения выгоды для бизнеса.

Варвара Макаревич: Вот Юнис сейчас привел нам пример с проектом «Белые ночи». Здесь Алексей упоминал о том, что должен создаваться какой-то продукт, чтобы турист зачем-то туда ехал.

Вадим, вот смотрите. Питер – как раз одно из направлений для москвичей, куда можно поехать, например, на выходные. Или есть еще какие-то малые города. Но при этом я опять же читаю отзывы в Интернете: поехали, не знаю, в условный Суздаль, но, кроме церквей, смотреть-то нечего. Кто должен опять-таки заниматься тем, чтобы было что-то еще, чтобы человек не просто так съездил на два дня, и оказалось, что (ну ладно, Суздаль – это был плохой пример) там одна разрушенная церковь, а больше ничего нет?

Вадим Мамонтов: Когда говорят про туризм, очень любят приводить пример, что одно рабочее место в туризме создает десять рабочих мест в смежных индустриях. Но на самом деле здесь ситуация следующая. Сейчас, когда мы хотим развивать туризм, каждый из этих десяти человек ждет, что остальные девять начнут работать.

Поэтому в глобальном видении, наверное, вообще все, что касается развития туризма – это такой большой государственный стартап. И конечно, государство должно быть тем локомотивом, который поможет и бизнесу, поможет и общественности, который будет проращивать новые идеи уже на локальных территориях, создавая те самые объекты инфраструктуры, объекты показа. Поэтому здесь без государственной помощи, какого-то государственного драйва совершенно точно не обойтись.

Варвара Макаревич: Елена, прозвучало слово «стартап». Я, например, наткнулась на какой-то совершенно потрясающий агрегатор, где как раз берутся небольшие города – и, пожалуйста, ты видишь весь набор экскурсий, которые там есть.

Вопрос следующий: почему государство не поддержит уже те стартапы, которые начинают люди, предприниматели, сами регионы? Почему бы не взять что-то, что уже развивается, и просто поддержать это? Не надо же это делать с нуля. Это же проще, казалось бы.

Елена Джанджугазова: Ну, на самом деле за последние годы, я думаю, очень многие туристские бренды – и новые молодые бренды, и старые бренды – поддерживаются. Вот сейчас Юнис вспомнил о старом, еще таком советском проекте «Белые ночи» в Санкт-Петербурге, который действует, как бы в действии сейчас.

А ведь в свое время, в 70-е годы, был создан такой бренд «Золотое кольцо России», который объединил целые города, старые исторические русские города, поддержал там развитие туризма и создал уникальный бренд, который сегодня развивается. Под этим брендом сегодня приходят туда все новые и новые дестинации. Мы, например, видим, как развивается та же самая Тульская область, Калужская область.

Варвара Макаревич: Вот я и хотела спросить. Бренду «Золотое кольцо» уже очень много лет. Я уже объехала все по кругу несколько раз. А что-то новое? Что мне могут предложить как туристу?

Елена Джанджугазова: Я на самом деле могу сказать, что каждый регион, особенно если говорить о Центральной России, они создали… ну, скажем так, туристские администрации этих территорий создали хорошие брендовые маршруты. То есть буквально в каждой области, в каждом субъекте федерации есть несколько хороших брендовых маршрутов, которые могут посещать туристы.

Буквально недавно, по-моему, в воскресенье была программа, где показали два очень успешных проекта. Это малые российские исторические туристские города – Таруса и Плес. То есть, по сути дела…

Варвара Макаревич: Ну, опять же, Плес – это очень раскрученное направление в последние несколько лет.

Елена Джанджугазова: Да. А вот сейчас раскручивается Таруса. Это город, который находится в Калужской области, на границе с Московской. Это очень интересная дестинация, которая привлекает москвичей. Почему? Потому что… Ну, есть каникулярно-отпускной туризм, а есть празднично-уикэндовый, когда можно на два дня приехать или на один день приехать.

Варвара Макаревич: Вадим, например, мы приехали в Калужскую область, приехали в Тарусу. Что там делать? Что я там делаю два дня?

Вадим Мамонтов: Можно найти… Ну, я не говорю про город. Это все-таки, наверное, немножко не наш формат, не тот сегмент, в котором мы работаем. Но совершенно точно вокруг Москвы можно найти много возможностей для активного отдыха.

Варвара Макаревич: А в других регионах?

Вадим Мамонтов: В других регионах – тем более. Их там еще больше. Чем дальше мы удаляемся от Москвы, тем таких возможностей становится больше. Это будут велосипеды. Это будут джипы. Это будут квадроциклы. Это будут собаки. Это будет обязательно сплав. И это только летний формат в Центральной России.

Если мы уедем чуть дальше, то сюда можно будет добавить еще гораздо более интересные вещи. Это могут быть воздушные шары. Это могут быть какие-то серьезные трекинги в горах. Это может быть скалолазание. Это может быть…

Варвара Макаревич: Хорошо, а что это может быть зимой? Вот если Куршевель не откроют все-таки, то что же делать зимой? Чем заняться?

Вадим Мамонтов: У меня огромный список вариантов, которые можно предложить для зимы. Ну, вы уже упоминали сегодня Байкал. Я считаю, что это обязательное место, где должен побывать каждый россиян, потому что увидеть байкальский лед зимой – ну, это невероятное удовольствие.

Это коньки, конечно же. Вы можете покататься на самом большом в мире катке, потому что Байкал замерзает, с него практически полностью сдувает снег. И вы можете осуществить большое путешествие на коньках как поперек, так и, может быть, даже вдоль Байкала. Поиграть на нем в хоккей. Вы можете попутешествовать на воздушной подушке по этому льду, увидеть красоту этих островов.

Варвара Макаревич: То есть я в любом случае вынуждена заниматься чем-то активным? На лакшери-отдых в России мне рассчитывать не приходится, чтобы просто как-то красиво, здорово?..

Вадим Мамонтов: Красиво и здорово – что?

Варвара Макаревич: Отдохнуть.

Вадим Мамонтов: Отдохнуть?

Алексей Кожевников: Ключевое слово.

Вадим Мамонтов: Просто сидеть и созерцать Байкал? Поверьте, Байкал можно просто созерцать. Вы можете остановиться на берегу в теплом отеле и смотреть на красивый лед, на красоту байкальского льда. Если мы говорим об этом, то на Байкале вы точно это найдете.

Варвара Макаревич: Юнис, ваш персональный совет хочется услышать. Если мы все-таки говорим о каком-то туризме около Москвы, то есть ли какие-то места или какие-то отели, которые однозначно подойдут туристам, которые качественные, где цена и качество соответствуют друг другу?

Юнис Теймурханлы: Вы знаете, можно я чуть-чуть разверну ваш вопрос? На мой взгляд, все-таки драйвером нашего внутреннего туризма, как бы это ни звучало, может быть, смешно и нелепо, все равно рано или поздно станут иностранцы, потому что интерес огромный, платежеспособность у иностранных туристов высокая.

В этом году у нас впервые созданы условия для действительно массового иностранного туризма. С 2021 года будет единая электронная виза. Это то, что мы просили просто десятилетиями. Для нас это некая сенсационная и революционная мера. Мы с вами должны понимать, что, безусловно, мы как северная страна… наше население, платежеспособная его часть, очень маленькая, будет тяготеть все равно на выезд.

А теперь перехожу к вашему вопросу. Что есть вокруг Москвы? Вот удивительно! В этом году Санкт-Петербург стал в некоем смысле слова таким транзитным городом для Карелии. Для меня, например, впервые открылась Карелия. Вы говорите, что Москва… А я, например, вижу это, скажем так, в пересказе наших гостей, которые живут у нас. Одни сутки в Санкт-Петербурге – дальше Карелия и так далее – и назад через Санкт-Петербург в Москву. Вот для меня открылась Карелия с очень интересной стороны.

Но еще раз подчеркну: нам помогут иностранцы поднять массовый туризм в стране опять-таки за счет массовости и за счет доступности. У нас есть два сдерживающих фактора, вернее, было два. Один – это визы, которые были сложные и дорогие. Сейчас этот фактор ушел.

И, безусловно, нам нужно работать над стимулированием лоукостеров для полетов в Россию, потому что таким образом мы, естественно, удешевляем для иностранцев эту составляющую для поездок. И поверьте, со стороны Азии мы окружены азиатскими туристами, с европейской стороны – европейцами. И если мы для них сделаем въезд в нашу страну доступным, менее бюрократичным и по цене интересным, то мы действительно сможем говорить о развитии массового туризма в России, но – вряд ли за счет россиян.

Варвара Макаревич: Юнис, а для бизнеса есть разница – иностранцы или россияне?

Юнис Теймурханлы: Абсолютно никакой, абсолютно никакой. Например, в этом году в Санкт-Петербурге как раз, я считаю, для россиян уникальная возможность. Например, сейчас мы стоим в петербуржской гостинице с загрузкой 50–55%. Это исторический момент, потому что сентябрь традиционно в Петербурге – это еще период групповых туров, именно иностранных. Как правило, забронированы все иностранными цепочками, иностранными туристами.

За счет того, что иностранцев в этом году нет, очень сильно упали цены. Пожалуйста, Санкт-Петербург сейчас доступен. Уже работают все музеи, даже открылись уже театры, то есть разрешены зрелищные мероприятия. А вот как раз туристов нет. Я считаю, что для россиян сейчас уникальный именно ценовой интерес был бы, например, при посещении Петербурга.

Еще раз говорю: Петербург как раз демонстрирует, что можно продавать бренд за счет иностранного спроса. И как раз деньги мы зарабатываем, повторю еще раз, основная масса нашей прибыли формируется летом, когда существует иностранный спрос. Поэтому, проецируя это на остальные регионы, я считаю, что если мы сделаем страну открытой и доступной для иностранцев, то мы автоматически сделаем ее более развитой, с точки зрения массового туризма.

Варвара Макаревич: Несмотря на то, что прозвучала мысль, что россияне все-таки больше будут заточены на выезд за рубеж, государство активно продвигает маршруты Крайнего Севера и Арктики. Давайте обсудим, куда ехать и что делать там, скоро в нашей студии.

Государство всячески продвигает Крайний Север, Арктики, все эти зимние, северные направления. И при этом я нашла такие данные, что к 2035 году доходы России от туризма вырастут почти в три раза. Елена, это звучит фантастически, особенно если все это скомбинировать. Почему это невозможно? Почему невозможно, чтобы доходы так выросли?

Елена Джанджугазова: Ну, я не думаю, что это невозможно. Дело в том, что сейчас, я думаю, правильный такой путь взят на прямое субсидирование и граждан, например, через туристский кешбэк, который прошел буквально недавно…

Варвара Макаревич: А на ваш взгляд, это эффективная программа? Ее предложили в конце августа, по-моему, когда уже все, в общем-то, съездили.

Елена Джанджугазова: Ну, у нас сезон начался с 1 июля. Вы понимаете, говорить об эффективности этой акции окончательно крайне сложно. Если эта программа будет продолжена, то этот кумулятивный эффект, в конце концов, можно получить.

Но я здесь вспоминаю такую вещь, возвращаясь к тому, что сказал Юнис: именно привлечение иностранных туристов. У нас буквально год назад была Правительством такая инициатива как бы представлена – о том, что необходимо субсидировать напрямую туроператоров за привлечение так называемых качественных иностранных туристов.

Варвара Макаревич: А есть качественные и есть некачественные?

Елена Джанджугазова: Да. То есть туристы… Ну, там, по-моему, около десятка стран было. Это европейские страны были, Соединенные Штаты Америки, Канада. Ну, в данном случае…

Варвара Макаревич: А в чем их качество-то? Почему они качественные?

Елена Джанджугазова: Платежеспособные туристы. Вы понимаете, сейчас вот такой самодеятельный туризм, переходящий в дауншифтинг, когда люди с очень небольшими деньгами едут в какие-то дестинации. Скажем, некоторые государства Юго-Восточной Азии просто страдают от этого, потому что огромное количество людей.

Варвара Макаревич: Я правильно понимаю, что расчет идет на качественных туристов, а в итоге больше платим сейчас мы, россияне? Вот такая логика. Нет?

Елена Джанджугазова: Нет, тут связи никакой нет. Я говорю об инициативе прямого субсидирования туроператоров, которые будут заинтересованы в привлечении иностранных туристов. Вот такая задача. То есть это как дополнительная возможность. Здесь нет связи между российским туризмом, допустим, привлечением российских туристов и…

Варвара Макаревич: Поняла. Значит, мне просто на минуту показалось.

Вадим, вот вы возите как раз в том числе в Арктику, у вас есть опять-таки разные активные маршруты. Вы сталкиваетесь с какими-нибудь проблемами? Вот вам хочется куда-то повезти, а там, например, дорог нет. И я вообще, если не воспользуюсь услугами туроператора, не знаю, водителя и джипа, вообще туда не доберусь сама.

Вадим Мамонтов: Да, к сожалению, для большинства арктических регионов это очень большая проблема – организация логистики уже на месте. Она может быть реализована разными способами, но в большинстве случаев это вертолетная или самолетная заброска на очень дальние расстояния. К сожалению, Чукотка, плато Путорана – везде каждый раз нужно практически вручную это все организовывать.

Поэтому положиться отдельному туристу на то, что он сможет сделать это сам, достаточно сложно. Поэтому они и прибегают к помощи туристических компаний, у которых эта цепочка взаимодействия уже отлажена. Но она не отлажена настолько, чтобы это было коробочным продуктом. Действительно, очень часто приходится делать именно ручную сборку.

Варвара Макаревич: Ну, дороги – это наша вечная проблема, как известно. Я бы хотела, чтобы мы посмотрели еще одно видео, в котором отзыв одной нашей известной российской певицы о дорогах.

Слава, певица: «Привет всем! Просто бесит… Сначала хочу сказать спасибо Надыму. Вообще шикарный концерт! Вам спасибо огромное. Немножко простывшая, но ничего страшного.

Страшно то, что когда мы ехали по дороге из Нового Уренгоя в Надым, а это всего лишь 260 километров по дороге… Ну, если можно сказать, что это дорога. Эта дорога – просто ад! Это бетонка, на которой у меня три раза вылетел позвоночник и прилетел обратно. Слава богу, что он влетел. Николай, мой помощник, просто тридцать пять раз ударился головой о потолок. Понимаете, мы ездили один раз туда и обратно. А люди ездят туда и обратно, я не знаю, сто тысяч раз. Туда ездят техники… то есть не техники, а техника, и вообще все-все-все, кто работает на этом пути».

Варвара Макаревич: Алексей, кто должен заниматься дорогами? То есть мы хотим развивать туризм. Мы создаем продукт. Но у нас нет дорог, чтобы доехать. Вот Вадим говорит, что только иногда где-то вертолетами это решается. Это штучный продукт получается.

Алексей Кожевников: Вы знаете, это, к сожалению, не только в Арктике. Мы сегодня поднимали вопрос по поводу Плеса. Предположим…

Варвара Макаревич: Туда тоже сложно доехать?

Алексей Кожевников: Вы знаете, от Иванова до Плеса, по-моему, 60 километров, но нет, пардон, теплого туалета. А это вроде бы такое направление, куда в том числе приезжают иностранные туристы.

Варвара Макаревич: Кто должен отвечать за создание этой инфраструктуры?

Алексей Кожевников: Еще раз, как мы сказали, без совместных усилий государства и бизнеса это невозможно. Соответственно, либо бизнесу должны выделить там земельный участок, чтобы он построил что-то на льготных условиях, либо это должно выполнить государство. Потому что у нас не только дороги, о чем сейчас говорят люди. Возьмите Урал. Возьмите даже Подмосковье, где у нас «Золотое кольцо». Требуется, чтобы были и дороги, и инфраструктура туристическая на них создавалась. А это именно теплые туалеты, места, где покушать. Вы знаете, едешь на машине в Вологду…

Варвара Макаревич: Ну, элементарно – какие-то станции отдыха.

Алексей Кожевников: Ну, коллеги, по-моему, 500 километров. Вот я сам на машине проехал. И только за 70 километров есть замечательная «Баранка», где можно остановиться, перекусить и сходить, пардон, в туалет. Все! До этого ты играешь в пятнашки по этой дороге вместе с фурами. И твоя дорога, если ты едешь один, в результате может занять шесть часов, а если ты едешь с семьей, то можно еще прибавить два часа.

Вадим Мамонтов: Вы не ездили по этой дороге раньше. Поверьте, раньше было гораздо хуже.

Алексей Кожевников: Да, я с вами согласен.

Вадим Мамонтов: Я очень рад сегодняшнему качеству дороги на Архангельск, которая идет как раз через Вологду. Поверьте, она очень сильно изменилась и, можно сказать, стала безупречной.

Варвара Макаревич: Мне кажется, что все-таки нет предела совершенству, не стоит останавливаться на достигнутом.

Вадим Мамонтов: Конечно.

Алексей Кожевников: Поэтому, безусловно, дороги – это прерогатива государства. И они должны просто понимать, что, развивая эту дорогу, к нему попадут туристы.

Мы с вами не захватили такую тему, как статистика. Я считаю, что статистика в туризме на сегодняшний момент, к сожалению, очень раздута. Регионы не имеют таких туристических потоков, о которых все говорят. Вы приводили в пример Суздаль. Так там за 2019 год 1,5 миллиона туристов. Ну нет там этих 1,5 миллиона!

Варвара Макаревич: Алексей, боюсь, что у нас сейчас не хватит просто времени проговорить все цифры. А есть еще один важный вопрос. Елена, вот он меня мучает очень давно. Смотрите.

Я смотрю на плохие дороги, на отсутствие инфраструктуры. При прочих равных я думаю: а не поехать ли мне за границу? И я смотрю цены на авиабилеты. И я понимаю, что до Горно-Алтайска мне лететь – билет стоит от 9 до 12 тысяч рублей (ну, в зависимости от того, прямой или с пересадкой). А в Лондон я могу улететь за 8 400. И у меня встает какой-то вопрос: может быть, мне все-таки лучше в Лондон, ну, как-то бюджетно и ужаться, чем дороже, но по России?

Почему так? И когда билеты станут дешевле?

Елена Джанджугазова: Вы знаете, это вообще очень сложный вопрос…

Варвара Макаревич: Но он всех беспокоит, поверьте да.

Елена Джанджугазова: Да, он беспокоит. И никогда, я думаю, не будет у нас внутренний туризм, особенно на дальнемагистральных направлениях, скажем, в восточную часть страны, доступен основной массе населения, пока мы, конечно, не решим вопрос с субсидированием именно транспортных расходов.

Я буквально, может быть, одно мгновение…

Варвара Макаревич: Прямо коротко.

Елена Джанджугазова: Я хотела бы рассказать о тех же самых дорогах. Я все-таки думаю, что подход здесь должен быть разный. Если вы говорите о туризме на особо охраняемых природных территориях… Если говорить о Камчатке, Алтае, то это особо охраняемые природные территории, где подходы вообще к строительству инфраструктуры другие. Понимаете? И всегда этот продукт будет эксклюзивный, дорогой и специфический.

Варвара Макаревич: То есть не стоит ждать, что на этих направлениях цены вдруг станут меньше?

Елена Джанджугазова: Да это просто невозможно! Ну как прокладывать дороги?

Варвара Макаревич: Я бы хотела про цены еще спросить у Юниса. Юнис, у вас не самый дешевый отель, скажем так, хорошего уровня, высокого класса. И понятно, что, как говорится, «за ваши деньги любой каприз». Какие интересные капризы гостей вы запомнили? Были ли какие-то истории, когда человек требовал ну чего-то фантастического?

Юнис Теймурханлы: Вы знаете, в этом году мы как раз столкнулись с очень интересными кейсами. Дело в том, что мы прекрасно понимаем, что российский премиальный потребитель несколько иной. Мы, например, все-таки привыкли, конечно, в сезон иметь западных потребителей. Все-таки иностранцы, в отличие от наших, независимо от социального класса, довольствуются… Ну, скажем так: у них все равно есть какое-то разумное соотношение. Зачем платить лишнее?

Все-таки наши россияне подходят немножко по-другому: «Если я гуляю, то я гуляю до последнего». Поэтому в этом году мы получили впервые… Вы знаете, мы были очень удивлены, потому что для Санкт-Петербурга традиционно Москва является огромным рынком сбыта наших услуг. И я всегда говорю, что петербургским отельерам в этом смысле очень повезло – у нас есть москвичи. Вот у московских отельеров нет москвичей. Поэтому мы можем вполне себе комфортно жить только на одних москвичах, потому что, как вы где-то заметили, действительно, москвичи не воспринимают Санкт-Петербург как дестинацию для полноценного отдыха, это такой get away.

Варвара Макаревич: Так что эти платежеспособные москвичи хотят получить?

Юнис Теймурханлы: Ну смотрите. У премиального потребителя в этом году это лимузины, это вертолетные экскурсии. В этом году небывалое количество… Я не помню, по-моему, за лето у нас было 15 или 20 только у одной гостиницы запросов на вертолетные экскурсии. Скажем, облет вокруг Алых парусов, облет вокруг города.

Например, яхты. Причем я повторю: это не катера, это не лодки, а это именно яхты с фуршетом. Прогулка по Финскому заливу, по рекам и каналам города – пожалуйста. Это, я еще раз говорю, исключительно потребности российского премиального гостя. У иностранцев все-таки все гораздо скромнее.

Варвара Макаревич: Вадим, а что-то экзотическое у вас просили в турах? Ну, что больше всего запомнилось? Это при том, что ваши туры и так достаточно экзотические.

Вадим Мамонтов: Да, многие из них действительно экзотические и дорогие. В этом году, например, у нас была программа на Сахалин, куда приехали люди, совсем не ожидающие, наверное, того формата отдыха, который мы предлагаем. Они приехали практически в туфлях на каблуке и таким образом хотели отправиться к маяку Анива и в трекинг по хребту Жданко.

Поэтому, конечно, да, нам нужно работать над ожиданиями этих людей, чтобы они понимали, какого формата путешествие их ожидает в этой поездке.

Варвара Макаревич: Алексей, ну и коротко: куда ехать в 2021 году?

Алексей Кожевников: Хороший вопрос.

Варвара Макаревич: Чтобы было качественно, чисто и не очень дорого.

Алексей Кожевников: По России?

Варвара Макаревич: Да, конечно.

Алексей Кожевников: Ну, на самом деле – в те регионы, которые смогут предложить людям туристический продукт.

Варвара Макаревич: Вот назовите мне конкретно, куда вы посоветуете лично поехать.

Алексей Кожевников: Я не знаю… Я в этом году в январе был всей семьей в Карелии. Мне очень понравилось!

Варвара Макаревич: Отлично!

Алексей Кожевников: На снегоходах.

Варвара Макаревич: Все в Карелию!

Алексей Кожевников: Ну, мне понравилось.

Варвара Макаревич: Я вам желаю в любом случае хорошего отдыха, какой бы регион вы ни выбрали. Как мы сегодня обсудили, мест у нас в России предостаточно.

Это было ток-шоу «ПРАВ!ДА?». Меня зовут Варвара Макаревич. Встретимся совсем скоро на Общественном телевидении России.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Ясень
Сначала прекратится туризм внешний, а потом и внутренний. Все ваши привычки: инвестиции, инновации, акции, облигации придётся забыть. Денег будет ноль, ростовщический капитализм рухнул. Не рассчитывайте на подъём туризма.
Можно ли отдохнуть в России качественно и недорого?