Генрих Ягода. Заговор против Сталина?

Леонид Млечин: В марте 1938 года в Москве публично судили недавних руководителей партии и правительства. На скамью подсудимых посадили и бывшего наркома внутренних дел – генерального комиссара государственной безопасности Генриха Григорьевича Ягоду. Его обвиняли в подготовке государственного переворота.

Свидетели рассказывали: «Ягода намечал будущее правительство, о себе говорил, что станет во главе Совета народных комиссаров, сравнивал себя с Гитлером, увлекался его книгой «Моя борьба», неоднократно подчёркивал, что Гитлер из ефрейтора вышел в государственные вожди, важно лишь иметь таких людей, как Геббельс и Геринг, и можно управлять». «Бухарин, – говорил Ягода, – будет у меня не хуже Геббельса».

Что же произошло? Глава ведомства госбезопасности устроил заговор с целью убить Сталина и других членов политбюро и продать страну Адольфу Гитлеру?

ЗАГАДКИ И МИФЫ ИСТОРИИ. ГЕНРИХ ЯГОДА. ЗАГОВОР ПРОТИВ СТАЛИНА?

Леонид Млечин: Фильм «Путёвка в жизнь» – первый советский блокбастер. Зрители смотрят его, не отрываясь, соперничают, смеются, плачут, лица беспризорников очень реальны, звучит песня, рвущая душу: «Позабыт, позаброшен с молодых, юных лет». Особенно нравился молодой ещё Михаил Иванович Жаров, который играл главаря шайки воров-малолеток и распевал куплеты «У нас на свете два громилы: один – я, другой – Гаврила». Михаил Жаров, который получил 3 Сталинские премии, стал Народным артистом СССР, Героем Социалистического труда, любил рассказывать историю о том, как однажды в магазине у него украли кошелёк. Огорчённый он пошёл к выходу, и вдруг слышит, как один из воров говорит другому: «Ты что! Своих не узнаёшь?». И они с извинениями вернули Жарову кошелёк – волшебная сила искусства.

Фильм посвящён работе Болшевской трудовой коммуне имени Генриха Григорьевича Ягоды. Сталинский любимец, член ЦК партии большевиков, нарком внутренних дел СССР, генеральный комиссар государственной безопасности, это маршальское звание, Ягода увлекался модной тогда идеей перековки преступников и беспризорников: созидательный труд на благо общества сделает каждого из них человека.

В подмосковном Болшеве открылась трудовая коммуна – что-то среднее между пионерским лагерем и лагерем для заключённых. Руководил коммуной комиссар госбезопасности 3-го ранга, генерал-лейтенант в армейской иерархии, Матвей Соломонович Погребинский, друживший с Ягодой. Но сталинская любовь недолга, каждые несколько лет вождь менял команду на Лубянке. Генриха Ягоду лишили должности наркома внутренних дел и маршальских звёзд и арестовали. Матвей Погребинский не стал ждать, когда за ним придут, и 4 апреля 1937 застрелился. Из фильма «Путёвка в жизнь» вырезали всякое упоминание о Болшевской коммуне, коммуну распустили.

Так кто такой Генрих Ягода? Служивший Белой армии и покинувший Советскую Россию Роман Борисович Гуль нарисовал демонический образ. «Современной Россией, – писал он, – в сущности, правят два человека: диктор Сталин и его министр полиции Ягода. В этом нет преувеличения. Оба с некоторой оговоркой напоминают фигуры Наполеона и Фуше. Оговорка же та, что, как азиат, Сталин является карикатурой на Наполеона, так и Ягода – карикатура на Фуше. Но Сталину посвящаются монографии, а Ягода остаётся в полной тени. Цивилизованный мир даже не знает эту первостепенную фигуру Кремля, главную опору коммунистической диктатуры».

Ягода даже на пике своей карьеры вовсе не был соуправителем России. Едкий в оценках член политбюро и председатель реввоенсовета республики, нарком по военным и морским делам Лев Давидович Троцкий, напротив, невысоко его оценивал: «Ягода очень точен, чрезмерно почтителен и совершенно безличен. Худой, с землистым цветом лица (он страдал туберкулезом), с коротко подстриженными усиками, в военном френче, он производил впечатление усердного ничтожества».

Троцкий, как это с ним часто случалось, недооценивал других. Генрих Григорьевич Ягода точно не был ничтожеством, он многие годы руководил аппаратом госбезопасности, но он считался в ту пору, говоря современным языком, эффективным менеджером и поручали ему не только чекистские дела, хотя, конечно, оно наводил страх на многих. Тогда в ходу была такая частушка: «Ты не больно хвораться, коммунист без года, скоро спесь с тебя собьёт Геничка Ягода».

«Мужественным человеком» и «стойким революционером» назвал Ягоду склонный к пафосу Максим Горький. Выдвиженец и любимец Феликса Эдмундовича Дзержинского, прослуживший на Лубянке без малого 2 десятилетия, именно Ягода сформировал всевластный аппарат госбезопасности, существовавший все годы советской власти.

ПОДПОЛЬЩИКИ БЕРУТ ВЛАСТЬ

Леонид Млечин: Волжский город Рыбинск подарил стране двух начальников ведомства госбезопасности: Юрия Владимировича Андропова и Генриха Григорьевича Ягоду. Но будущий председатель КГБ СССР Андропов родился на Северном Кавказе, а в Рыбинск приехал учиться в речном техникуме. А Генрих Ягода появился на свет в Рыбинске в 1891 году. Здесь обосновался ещё его дед, отслуживший в царской армии.

Отец будущего наркома внутренних дел СССР Григорий Филиппович Ягода, часовых дел мастер, был двоюродным братом отца одного из вождей большевиков Якова Михайловича Свердлова – предшественника Сталина на посту секретаря ЦК партии. Иначе говоря, Генрих Ягода и Яков Свердлов были троюродными братьями, считается, что это родство и вознесло Ягоду на вершину власти.

В Нижнем Новгороде он познакомился с Алексеем Максимовичем Горьким, с которым дружил всю жизнь. Экстерном окончил 8 классов гимназии, устроился учеником аптекаря, а работал в нелегальной типографии и вступил в подпольную боевую дружину, когда вспыхнула Первая русская революция 1905-1907 годов, спровоцированная вспышкой недовольства на фоне неудачной войны с Японией. В советское время Первую революцию принято было считать незавершённой. Сегодня историки иначе её оценивают – она пошла стране на пользу, её результатом стал исторический компромисс между обществом и царским дворцом: общество отказалось от радикальных лозунгов, власть поступилась привилегиями.

После 1907 года вооружённое подполье в России было подавлено: те, кто взялся за оружие, либо оказались за решёткой, либо отправились в эмиграцию. А вот Ягода именно в то время примкнул к подполью, как человека действия, его тянуло в анархистам. Годы, проведённые среди анархистов, не прошли даром для Генриха Ягоды. Склонность к насилию получила оправдание: убийства, налёты, экспроприации совершаются во имя победы революции. Не всякий на это способен, в сознании человека должен произойти какой-то радикальный сдвиг, прежде чем он перейдёт в насилию. В 1917 году профессиональные подпольщики, боевики и террористы, организаторы экспроприаций и просто люди с уголовным складом ума, презревшие мораль и нравственность, внезапно оказались у руля огромного государства, отныне они будут определять судьбу России, революционеры и подпольщики станут безжалостно уничтожать тех, кого назовут врагами.

СВЕРДЛОВ И СТАЛИН

Леонид Млечин: Весной 1917-го из ссылки в столицу вернулся Яков Михайлович Свердлов. Его избрали в ЦК партии большевиков, и Ленин поручи ему руководить секретариатом ЦК, то есть доверил все организационные дела партии. Ни в одной другой партии пост оргсекретаря не имел такого значения, как у большевиков. Другие партии напоминали дискуссионные клубы, большевики же подчинялись строгой дисциплине и следовали за свои вождём. В хаосе 1917-го они оказались реальной силой: в октябре совершили военный переворот и взяли власть. Большую роль в превращении партии в боевой отряд сыграл Яков Свердлов, он был очень молодым, в 1917-м ему было 32 года: очень мощный голос – бас, сильная воля и, большая редкость для революционеров, умелый организатор. Родственные отношения со Свердловым, конечно же, имели значение, но только на раннем этапе, это родство как бы подтверждало надёжность Генриха Ягоды – ему можно доверять, но дальше он всего добился сам.

Большевики отчаянно нуждались в кадрах, революционеры, взявшие власть в октябре 1917-го, представляли собой группу, не имевшую никакого опыта созидательной работы, они привыкли только разрушать и ломать. Умелые организаторы были в цене, а Генрих Ягода хотел и умел работать. В апреле 1918-го энергичного Ягоду утвердили управляющим делами Высшей военной инспекции только что созданной Красной армии. Возглавивший военное ведомство Троцкий 24 апреля 1918 подписал приказ об образовании Высшей военной инспекции. Её задача состояла в том, чтобы обеспечить призыв в армию по всей стране, инспекции поручили заниматься формированием новых боевых частей и обучением новобранцев. А уже полыхала Гражданская война, и Красная армия отчаянно нуждалась в пополнении. В роли одного из руководителей Высшей военной инспекции Ягода часто приехал на Южный и Юго-Восточный фронты. С гордостью писал в автобиографии: «Был почти на всех фронтах, выполняя самые разнообразные обязанности до стрелка включительно».

В Царицине, ныне это Волгоград, Генрих Ягода познакомился со Сталиным, которого в стране тогда ещё знали немногие. Это знакомство определило его жизнь, но важно заметить ещё и другое: после окончания Гражданской войны Ягода мог пойти работать в любое ведомство, он предпочёл трудиться на Лубянке.

Судьба Ягоды решилась, когда в декабре 1917-го большевистское руководство поручило члену ЦК партии Феликсу Эдмундовичу Дзержинскому создать Всероссийскую чрезвычайною комиссию по борьбе с контрреволюцией и саботажем. Вскоре его ближайшим помощником и самым доверенным лицом на Лубянке станет Генрих Ягода.

19 декабря 1919 года ЦК партии объединил военную инспекцию с подразделениями ВЧК, которые ведали Красной армией, – так были созданы Особые отделы. Генрих Ягода был утверждён управляющим делами Особого отдела ВЧК, то есть стал вторым человеком в военной контрразведке. Особисты сыграли немаловажную роль в Гражданской войне, хотя, наверное, Гражданская война – не совсем точная формула, никакого брат пошёл на брата, потому то не братьями они были. Гражданская война – это прежде всего ликвидация чуждых для народа элементов: в погонах, в рясах, в сюртуках, в очках. И сколько же нашлось желающих поучаствовать – ликвидировать старую жизнь, поставить к стенке всех слабаков: от императора Николая II до главы Временного правительства Александра Фёдоровича Керенского?

ФАВОРИТ ДЗЕРЖИНСКОГО

Леонид Млечин: Генрих Григорьевич Ягода так быстро делал карьеру, что коллеги уверились: ему ворожит троюродный брат Яков Михайлович Свердлов. А он стал вторым после Ленина человеком в стране – секретарь ЦК партии большевиков и одновременно председатель Всероссийского центрального исполнительного комитета Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Секретарь ЦК Свердлова практически единолично руководил партией, Ленин ему полностью доверял и отдал все аппаратные дела. Свердлов был очень влиятелен, он пытался как-то помирить Троцкого и Сталина, чьё противостояние беспокоило Ленина, и оба к нему были крайне поучительны.

Свердлова командировали на Украину наводить порядок среди местных большевиков, там царил раздрай. Но поездка в Хариков оказалась для него роковой: он заразился смертельной инфекцией и скоропостижно скончался в марте 1919-го, судя по всему, от испанки, то есть от гриппа. Самая сильная эпидемия гриппа обрушилась на мир во время Первой мировой войны, она возникла словно неоткуда, как ветер, налетела на мир и убивала без разбора. И если бы Яков Михайлович не умер, то, скорее всего, стал бы наследником Ленина, он бы точно не пустил к власти Сталина, с которым вместе отбывал ссылку и которого невысоко ставил. Но Свердлов помочь дальнему родственнику и не успел, потому что умер весной 1919-го.

В реальности более значимую роль в судьбе Ягоды сыграл председатель ВЧК Дзержинский. 29 июля 1920 года по предложению Феликса Эдмундовича Ленин утвердил коллегию ВЧК из 13 человек, в которую включил и Ягоду. Из этих 13 только Дзержинский и его первый заместитель Вячеслав Рудольфович Менжинский успеют умереть своей смертью, остальных уничтожит Сталин.

Генрих Ягода оказался в центре жёстких номенклатурных схваток ещё во второй половине 20-х, надо было уцелеть, и он в этом преуспел. Здоровье Феликса Эдмундовича Дзержинского было подорвано тюрьмой и каторгой, самые близкие к нему люди, как Ягода, это видели и понимали, что век его не будет долгий. Задумались и над тем, кто его сменит на Лубянке.

Феликсу Эдмундовичу стало плохо на пленуме ЦК 20 июля 1926 года, где он выступал как всегда страстно. Он вернулся домой, ему стало плохо, он потерял сознание, упал, вызвали врача, тот сделал укол камфары, но не помогло. Дзержинский умер, как тогда говорили, от «грудной жабы» – это стенокардия, ему не было и 49 лет.

30 июля 1926 года, через 10 дней после смерти Дзержинского, его первый заместитель Вячеслов Менжинский был назначен председателем ОГПУ. Генрих Ягода стал вторым человеком на Лубянке. Назначение Менжинского казалось естественным, потому что генсек ему симпатизировал. Из всех руководителей госбезопасности Вячеслав Менжинский кажется смой незаметной фигурой, хотя он и руководил Лубянкой 8 лет – дольше, чем Ягода и Николай Иванович Ежов вместе взятые, и разработал те методы, кторыми в полной мере воспользуются его приемники. Он был гораздо умнее и придумал то, на что сами, лишь следовавшие предначертанным им путём, были бы неспособны.

Но новый хозяин Лубянки – сердечник, много болел, лечился от депрессии и переутомления, сидел на даче часто, там разводил цветы и возился в химической лаборатории, поэтому Ягода стал не просто заместителем Менжинского, а фактически главной фигурой на Лубянке, и в отсутствии председателя ОГПУ руководил всеми повседневными и аппаратом госбезопасности.

Горький очень симпатизировал Ягоде, писал ему: «Я к вам очень привык вы стали для меня своим, и я научился ценить вас. Я очень люблю людей вашего типа, их немного, кстати сказать». Ягода был польщён, отвечал: «Как здорово и я к вам привязался, вот не знал за собой оных качеств. А если они и были, то забыл о них. Как мы быстро-быстро живём и как ярко-ярко горим! Я как-то здорово сдал в смысле нервной системы и очень постарел. Ведь вы ещё напишете, правда? Крепко обнимаю вас».

СОЗДАТЕЛЬ ГУЛАГА

Леонид Млечин: Задолго до Лаврентия Павлович Берии, которого имеют «эффективным менеджером», Генрих Ягода превратил армию заключённых в опору социалистической экономики, под его руководством формировалось главное управление трудовых лагерей. За руководство строительством Беломорско-Балтийского канала имени товарища Сталина Генрих Григорьевич Ягода получил в 1933-м году высший в стране орден Ленина. Беломорско-Балтийский канал соединил Балтийское море с Белым и сделал Ягоду известным всей стране. В честь этого события на табачной фабрике имени убитого в 1918-м году руководителя питерских чекистов Моисея Соломоновича Урицкого начали выпуск папирос «Беломорканал», всего говорили просто «Беломор», – самых популярных в Советском Союзе.

Работа на одной из главных строек пятилетки шла рекордными темпами. Строителей на военными манер именовали «каналармейцами». Больше 10 тысяч каналаармейцев, узников ГУЛАГа, умерли на строительстве от непосильного труда, голода и несоблюдения правил безопасности на производстве, но об этом, разумеется, не говорилось. Советская печать восхваляла методы работы подчинённых Ягоды: «Это первый в мире метод перековки трудом самых закоренелых преступников-рецидивистов и политических врагов!».

2 августа 1933 тожественно открыли канал, его заранее показали Сталину, ради этого он совершил одну из редких поездок по стране. Потом привезли больше 100 писателей и художников, в том числе самых известных и талантливых, они участвовали в написании толстенного тома «Беломорско-Балтийский канал имени Сталина, который под редакцией Алексея Максимовича Горького издали к XVII съезду партии.

Правительство возложило на ведомство госбезопасности задачу развития хозяйственной жизни труднодоступных, но богатых естественными ресурсами окраин страны путём использования труда опасных элементов. Предлагалось строить новые лагеря в Сибири, на Севере, на Дальнем Востоке, в Средней Азии. В середине 30-х ведомство Ягоды заняло важное место в промышленной жизни: заключенные строили железные дороги, обеспечивали геологоразведку, вели лесные работы, возводили химические и целлюлозно-бумажные комбинаты, занимались лесозаготовками и разделывали рыбу. Заключённые, с которыми еще недавно не знали, что делать, превратились в важнейший источник рабочей силы, Генрих Ягода был главным энтузиастом этого дела.

Николай Константинович Байбаков, многие годы возглавлявший Госплан СССР, вспоминал, как Сталин поручил ему, тогда ещё молодому наркому нефтяной промышленности, строить комбинаты по производству синтетического моторного топлива, вождь распорядился направить на эти стройки заключённых. «Это была безотказная и мобильная сила, – вспоминал Байбаков, – люди жили в наскоро сделанных бараках и утепленных палатках, в землянках, работали в любую погоду, в снег, в дождь, в мороз и в жару, по 12 часов в сутки». Вот осуществлённая мечта руководителей советской экономики: люди трудятся там, где велено, а не там, где бы им хотелось, делают то, что приказано, а не то, что считают нужным, осваивают те специальности, которые нужны начальству, а не те, к которым есть способность и лежит душа, с предложениями не пристают, вопросов не задают, исполнив одно задание, немедленно переходят к другому.

ПОЧЕМУ ЕГО РАССТРЕЛЯЛИ?

Леонид Млечин: В середине 30-х Генрих Ягода стал хозяином Лубянки и создал огромное ведомство, которое, несмотря на постоянные сталинские реорганизации, просуществует несколько десятилетий. Председатель ОГПУ Вячеслов Рудольфович Менжинский скончался 10 мая 1934 года на даче «Шестые Горки» в Архангельском, ему было 60 лет, причина смерти – сердечный приступ. 14 мая под гром артиллеристского салюта урну в с прахом Менжинского торжественного захоронили в Кремлёвской стене. Приемника Сталин выбирал необычно долго. Ходили упорные слухи, что им станет кандидат в члены политбюро и нарком снабжения Анастас Иванович Микоян, но, несмотря на все ходившие в стране и за границей слухи, Сталин не отправил на Лубянку человека со стороны, предпочёл того, кого знал многие годы. Через 2 месяца после смерти Менжинского кресло председателя объединённого государственного политического управления занял Генрих Григорьевич Ягода. Это была последняя смена руководства органов безопасности, которая прошла спокойно и тихо. Председателем ОГПУ Ягода пробыл недолго, Сталин решил повысить статус ведомства, которое преобразовали в Народный комиссариат внутренних дел СССР.

Нарком Ягода не был служакой и не ограничивал себя лишь должностными обязанностями, он хотел получать удовольствие от жизни, интересовался тем, что происходит в театральном и литературном мире, в кинематографе, который становился всё более заметным. Принимал у себя Алексея Николаевича Толстого – автора трилогии «Хождение по мукам». Толстой очень довольный рассказывал о поездке6 «Жил у Ягоды, очаровательный человек. В имении под Москвой 35 тысяч кустов роз! Он обожает розы».

Почему Сталин расстался с Ягодой? В сентябре 36-го его убрали с Лубянки, в марте 37-го арестовали, через год расстреляли. По той же причине, по которой вождь постоянно менял все руководящие кадры: он поручал людям определённую задачу, когда они её исполняли, ставил новую и подбирал новых людей. Фавориты, в том числе на Лубянке, у него менялись быстро. В тот момент ему очень нравился на диво исполнительный и работящий секретарь ЦК Николай Иванович Ежов, а Ягода слишком долго сидел в органах госбезопасности и потерял хватку, успокоился, расслабился, новый человек на этом посту сделает больше. Так и получилось – Ежов развернулся. Ягода – первый расстрелянный Сталиным руководитель Лубянки. После него расстреляют ещё четверых: Ежова, Берию, Меркулова и Абакумова. Обвинения всякий раз предъявлялись самые безумные, но подсудимые всё покорно признавали.

Генриха Ягоду расстреляли тогда за то, чего он не совершал, но он участвовал в массовых репрессиях, поэтому в 2015 году Верховный суд Российской Федерации постановил: «Признать Ягоду Генриха Григорьевича, осуждённого военной коллегией Верховного суда, не подлежащим реабилитации».

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (1)
Товарищ
Все правильно. Сталин видел угрозу в Ягоде и поэтому убрал его.