Иосиф Сталин и Иосип Броз Тито. Ссора с последствиями

Иосиф Сталин и Иосип Броз Тито. Ссора с последствиями
Белый дом - Кремль. Переговоры особого назначения
Американская деловитость и русский размах
Пентагон. Солдаты или торговцы?
Белый дом. Миссия первой леди
Белый дом. Каждое государство несчастно по-своему
Белый дом. Справка о состоянии здоровья
Белый дом. Свои и чужие
Доброволец
Белый дом. Звёздно-полосатый флаг в огне
Какую роль в США играет вице-президент?

Леонид Млечин: Шесть десятилетий назад генерального секретаря ЦК коммунистической партии Югославии, председателя правительства Федеративной Народной Республики Югославия, министра народной обороны маршала Иосипа Броз Тито в нашей стране именовали не иначе, как «кровавая собака Тито».

Голос за кадром: «Мальчиком в 48-м, когда родители купили радиоприемник «Урал», – вспоминал известный литературный критик Игорь Дедков, – я подолгу крутил ручку настройки и на тетрадочном листке в клеточку отмечал, на какой волне, в какой точке работает та или иная радиостанция. Тито и Ранковича уже рисовали в газетах с топорами в руках: с топоров капала кровь, рукава палачей югославского народа были засучены, как у мясников. Меня поражало и странно волновало несоответствие, они – враги, а белградская передача на русском языке начиналась звуками интернационала, и мужественный мужской голос произносил: «Говорит Белград, говорит Белград. Смерть фашизму, свобода народу!».

Леонид Млечин: Это казалось чем-то невероятным, еще недавно поэт-фронтовик Сергей Наровчатов, вспоминая своего талантливого друга Михаила Кульчицкого, выпущенного из минометного училища младшим лейтенантом и погибшего под Сталинградом, написал строки, ставшие знаменитыми: «Я верю, невозможное случится, я чарку подниму еще за то, что объявился лейтенант Кульчицкий в поручиках у маршала Тито». Тогда еще точно не знали, где ставить ударение в фамилии вождя югославских партизан, но все знали: Иосип Броз Тито – герой и соратник в борьбе против фашисткой Германии. Что же случилось в 1948?

ИОСИФ СТАЛИН И ИОСИП БРОЗ ТИТО. ССОРА С ПОСЛЕДСТВИЯМИ

Голос за кадром: Югославия появилась на политической карте мира после Первой мировой войны: младший сын сербского короля Петра I Александр Карагеоргиевич, который провел юность в Санкт-Петербурге, 1 декабря 1918 года объявил о создании Государства сербов, хорватов и словенцев. В 1929 году он переименовал свою страну в Югославию.

Смелый шаг, южные славяне раньше не жили вместе, территорию будущей Югославии до Первой мировой делили две империи: Османская и Австро-Венгерская, а хорваты и сербы были еще и разъединены когда-то расколом церкви. Находившиеся под влиянием Византии, сербы стали греко-православными: они использовали кириллицу и ориентировались на Восток. Хорваты сохранили верность римско-католической церкви: использовали латинский шрифт и ориентировались на Западную Европу.

Леонид Млечин: Но до создания первой Югославии между сербами и хорватами не было никаких столкновений, ничто не мешало объединению южных славян после Первой мировой войны в одно государство, в которое вошли 15 этнических групп, принадлежащих к трём конфессиям: католицизму, православию и исламу.

Голос за кадром: Большинство в Королевстве составили сербы, они заняли ключевые должности, но словенцы, особенно хорваты, не желали довольствоваться вторыми ролями, конфликт приобрёл национально-религиозную окраску: хорватские националисты требовали создания собственного государства, как оплота римского христианства против сербско-греческого православия и турок-мусульман, возможность представилась весной 41-го.

Третий рейх подчинял себе восточноевропейские государства одно за другим: Болгария, Венгрия, Румыния стали союзниками нацисткой Германии, того же немцы потребовали от Югославии. Глава британского правительства Уинстон Черчилль пытался предостеречь премьер-министра Драгиша Цветковича, телеграфировал ему: «Полный разгром Гитлера и Муссолини в окончательном счете неизбежен, я надеюсь, Ваше Превосходительство, что Вы учтете ход исторических событий и окажетесь на высоте».

Нацистские дипломаты всё же убедили Цветковича вступить в союз с Германией и Италией, но через 2 дня в ночь на 27-е марта югославские военные во главе с недавним начальником Генерального штаба генералом Душаном Симовичем свергли правительство и возвели на престол юного Петра II, сына короля Александра.

Белград попросил Советский Союз о помощи: 5 апреля 1941 года в Москве был подписан договор о дружбе и ненападении, югославы просили включить в текст пункт о военной взаимопомощи – Сталин не захотел.

Узнав о перевороте в Белграде, Гитлер пришел в бешенство, он отложил нападение на Советский Союз, чтобы наказать непокорных: 6-го апреля самолеты люфтваффе обрушили бомбовый груз на Югославию через несколько часов после подписания в Москве советско-югославского договора.

Когда в 1999 году натовская авиация бомбила сербские позиции, требуя от Белграда остановить военно-полицейскую операцию в Косово, некоторые российские политики и генералы требовали разорвать отношения с государствами НАТО и оказать Сербии военную помощь, Сталин бы этих политиков не понял. Когда Гитлер напал на Югославию Сталин не стал протестовать, он не отозвал советского посла из Берлина, не сократил сотрудничество с нацисткой Германией и не думал о том, чтобы отправить Красную армию на помощь братьям-сербам.

«Россия держится в стороне, – довольно записал в дневнике имперский министр народного просвещения и пропаганды Йозеф Геббельс, – никто не хочет попасть на линию нашего огня. Так-то лучше! Как хорошо обладать силой! Сталин явно не хочет знакомиться с германскими танками, я провел весь день в лихорадочном ощущении счастья. Какое воскресение из долгой зимней ночи!».

Некоторые балканские политики пренебрежительно утверждали, что в 41-м Югославия развалилась значительно быстрее, чем отчаянно защищавшаяся Польша, потому что никто, собственно, и не хотел защищать Югославию: хорваты, словенцы, босняки и македонцы не считали страну своей, для них это было государство сербов, остальные народы ощущали себя пасынками.

Леонид Млечин: Но это несправедливо: югославская армия в любом случае не могла долго противостоять вермахту, она сопротивлялась 11 дней, поле чего страна была расчленена. Соседи разграбили Югославию: Венгрия присоединила к себе Воеводину, Болгария прихватила Македонию и часть Южной Сербии, Словению поделили Италия и Германия, Италия же получила и большую часть Адриатического побережья Хорватии.

УСТАШИ И ДРУГИЕ

Леонид Млечин: Хорватские националисты создали собственное государство, к которому присоединили часть Боснии и Герцеговины. Главой Хорватии стал Анте Павелич, который основал повстанческую хорватскую революционную организацию, Ustaša – Hrvatski revolucionarni organizacija. Усташи называли Павелича вождем – поглавником.

Голос за кадром: Когда немецкие войска вступили в Загреб заместитель поглавника половник Славко Кватерник провозгласил самостоятельную Хорватию. Божественное проведение и воля нашего великого союзника, а также многовековая борьба хорватского народа, готовность нашего вождя Анте Павелича идти на большие жертвы привели к тому, чтобы сегодня, в канун воскресения Сына Божьего, воскресло и наше независимое государство Хорватия.

Хорватия стала союзницей нацисткой Германии, но даже немецким фашистам претила необузданная жестокость хорватских националистов, расправлявшихся с сербами. Немцы убивали строго по инструкции, усташи убивали с особой жестокостью: они перерезали горло своим жертвам.

Среди жертв хорватских усташей был и отец будущего сербского генерала Ратко Младича – одного из главных участников гражданской войны в 90-е годы. Старший Младич партизанил, он погиб в бою, когда его отряд атаковал родную деревню Анте Павелича. Что же удивляться, если для его сына генерала Радко Младича Хорватия была и осталась врагом. Многие сербские военные, которые после распада Югославии, сначала пытались удержать Хорватию, а затем Боснию, происходили из семей, которые когда-то пострадали от усташей.

Леонид Млечин: Немцы ввели в Сербии оккупационное управление: разместили там несколько дивизий, но уже летом 41-го началось партизанское движение под руководством Иосипа Броз Тито, за несколько недель оно распространилось по всей стране.

Голос за кадром: «Пространства слишком велики, используемые войска слишком слабы» – жаловалось немецкое оккупационное командование. Шеф оккупационной администрации в Сербии группенфюрер СС Харольд Турнер докладывал в Берлин, что войска совершенно неподготовлены в борьбе против восставших элементов.

Служба безопасности вместе с полицией тоже не справлялась с партизанами, карательный меры в ответ на диверсии против германского вермахта, когда расстреляли или публично повесили тысячу коммунистов и евреев, сожгли дома бандитов, даже целые деревни, не смогли сдержать нарастающее вооруженное восстание.

Командующим частями вермахта был назначен генерал пехоты Франц Бёме, перед ним поставили задачу – восстановить порядок любыми средствами. Генерал Бёме подписал приказ, в котором напомнил о «реках германской крови, пролитой в 1914 году из-за коварства сербов». Он призвал своих солдат «отомстить за наших убитых». 2 октября 1941 года Бёме приказал за 21 убитого солдата вермахта расстрелять 2100 заключенных из концлагерей Шабаца и Белграда.

Через неделю он распорядился арестовывать подозрительных мужчин из числа местного населения, а также всех евреев и цыган и расстреливать их в соотношении: 100 за каждого убитого солдата вермахта и 50 за раненого, таким образом, генерал пытался лишить партизан поддержки местного населения, которое должно было расплачиваться за каждую успешную партизанскую акцию.

За 2 недели армейские части расстреляли 9000 заложников, количество казней и число жертв стало сложно подсчитывать, оккупационная администрация не поспевала за расстрельными командами. Генерал пехоты Франц Бёме наводил порядок в Сербии 4 месяца, за это время расстреляли около 30000 сербов. После войны дело бывшего генерала Бёме рассматривал американский военный трибунал, не дожидаясь приговора, он покончил с собой в камере.

На борьбу с сербскими партизанами бросили и казачьи формирования: в апреле 1943 года полковник Гельмут Вильгельм фон Паннвиц получил приказ начальника генштаба сухопутных войск генерал-лейтенанта Курта Цейтцлера сформировать из бывших военнослужащих Красной армии первую казачью дивизию, она охотилась на партизан Тито. Казаки Паннвица жгли деревни, вешали крестьян, насиловали женщин. Дивизию развернули в 15-й казачий кавалерийский корпус, Паннвиц получил звание группенфюрера СС.

На территории оккупированной Сербии немцы сформировали из числа эмигрантов русский корпус генерал-лейтенанта Бориса Штейфона, кадровый офицер царской армии, в гражданскую он служил в Белой армии, покинув Россию, Штейфон обосновался в Югославии. Во время Второй мировой предложил свои услуги немцам, оккупировавшим и расчленившим Югославию, солдаты его корпуса принесли присягу. Корпус генерала Штейфона участвовал в боях с партизанами Иосипа Броз Тито и понес большие потери. Гитлеровцам в Сербии противостояли две силы: партизаны Тито – коммунисты, образовавшие народно-освободительную армию Югославии, и четники – сторонники монархии.

Леонид Млечин: Четников, от слова «чета» – отряд, возглавил полковник генерального штаба югославской армии Драголюб Дража Михайлович, его поддерживало правительство югославского короля Петра II, бежавшего в Англию. В январе 42-го генерал Михайлович был назначен военным министром эмигрантского правительства. В отрядах четников сражался Караджич старший, отец Радована Караджича, который в 90-е годы станет президентом непризнанной республики боснийских сербов.

Голос за кадром: Что касается Тито, его настоящее имя Иосип Броз, то он попал в русский плен еще во время Первой мировой войны и вернулся домой в Хорватию только в 1920 году убежденным коммунистом.

Четники Михайловича и партизаны Тито не только не сумели образовать единый фронт простив общего противника, но, напротив, убивали друг друга. Иногда четники не трогали немцев, зато охотились за партизанами, в конце концов, премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль, приютивший югославское правительство в изгнании, отказался поддерживать четников и стал помогать Тито.

Во время войны в Югославии погиб миллион человек, большинство было убито не немцами, а своими недавними соседями и согражданами. В ноябре 1943 года Тито присвоили маршальское звание за гениальное командование народно-освободительной армией и партизанскими отрядами Югославии.

ТАЙНО СОЗДАННЫЙ КОМИНФОРМ

Леонид Млечин: Первоначально Сталин поддержал партизанское движение во главе с Иосипом Броз Тито, наградил его в 45-м году орденом Победа, хотя к югославскому вождю относился с некоторым внутренним сомнением.

Голос за кадром: Это подметил один из послевоенных руководителей Югославии Милован Джилас, в отношениях между Сталиным и Тито было что-то особое недосказанное, как будто между ними существовали какие-то взаимные обиды, но ни один, ни другой по каким-то своим причинам их не высказывал.

Тито храбро сражался во время Второй мировой и стал хозяином Югославии по праву победителя, он был единственным коммунистическим руководителем в Восточной Европе, который получил власть не из рук Сталина и это создавало ему особое положение: на территории Югославии не было советских войск и советских наместников, он не боялся Сталина и вел себя с советскими руководителями на равных, в то время, как другие восточноевропейские страны спрашивали разрешение по каждому мелкому вопросу у Москвы и московского наместника, Иосип Броз Тито сам руководил страной.

Все остальные прекрасно понимали, кому они обязаны своим положением. «Народная демократия, – говорил польский президент Болеслав Берут, – не результат вооруженного восстания, она не родилась, как власть советов, в октябре 17-го в России, а является плодом победы Советского Союза над немецким фашизмом».

В руководстве восточно-европейских компартий, как правило, враждовали две группировки: сторонники национального пути, которые во время войны находились в подполье или сидели в тюрьме, и промосковские вожди, те, кто провел войну в Советском Союзе. Обе группировки искали поддержки у Сталина, в принципе он был склонен поддерживать тех, кого знал по Москве, в Югославии москвичей было мало.

Иосип Броз Тито, щеголявший в военном мундире, чувствовал себя уверенно и действовал самостоятельно, Москва была недовольна: Сталин вознамерился заставить югославов подчиниться.

В сентябрьские дни 1947 года в польском курортном городке Шклярска-Поремба закончилось секретное совещание представителей 9-ти коммунистических партий, сама поездка советской делегации проходила в абсолютной тайне: она отправилась в Польшу на военном самолете, разумеется, без загранпаспортов и без виз.

Делегации разместились в одном из санаториев, откуда каждую ночь радисты отправляли шифр-телеграммы Сталину. В тайной встрече участвовали представители 9-ти компартий: Болгарии, Венгрии, Италии, Польши, Румынии, Советского Союза, Франции, Чехословакии и Югославии. Договорились создать информационное бюро для координации деятельности компартии, Коминформ – это был наследник коммунистического интернационала, Коминтерна, распущенного в 1943 году.

Леонид Млечин: Считается, что Коминтерн был распущен потому, что Сталин во время войны, разочаровавшись в идее интернационализма, сделал ставку на русскую патриотическую идею, но из дневников Георгия Димитрова, генерального секретаря Коминтерна, следует, что Сталин задумал это еще до войны. Коминтерн создавался как инструмент мировой революции – она не получилась, и Коминтерн превратился в пугало, стал мешать Сталину. Зачем же ему в таком случае понадобилось после войны создавать новую международную организацию компартий? Сталин хотел контролировать европейские компартии, которые либо уже взяли власть, либо могли прийти к власти. Французов и итальянцев пригласили, потому что после войны эти компартии входили в правительства своих стран, и у них был шанс стать правящими партиями.

Голос за кадром: Всей своей пропагандисткой мощью Коминформ обрушился на Югославию и Иосипа Броз Тито, который позволил себе не во всем слушаться Москвы. Повода для столкновения долго искать не пришлось, Сталин сам желал объединения Югославии и Албании, но возмутился, когда Тито начал действовать, не спросясь у Москвы, а тут еще советский посол в Белграде доложил, что югославские власти отказываются предоставлять сведения о своей экономике.

Министр иностранных дел Молотов 18 марта 1948 года отправил телеграмму Тито, назвав действия югославского руководства «актом недоверия к советским работникам в Югославии и проявлением недружелюбия в отношении СССР». Тито все обвинения отвергал как надуманные, югославский руководитель не только проявил своеволие, но и не изъявил желания каяться и просить прощения.

Отказ югославов знакомить советских представителей с самой секретной информацией рассматривался, как «недостойная политика, шельмование советских военных специалистов и дискредитация». Югославов обвиняли в том, что они исповедуют «оппортунистическую бухаринскую теорию мирного врастания капитализма в социализм» – это привело к полному разрыву отношений между двумя странами.

Леонид Млечин: На заседании Коминформа в ноябре 49-го года приняли резолюцию: «Югославская компартия во власти шпионов и убийц». Тито пользовался особым авторитетом, поэтому расправа над ни должна была стать показательной, послужить уроком для менее влиятельных фигур.

Голос за кадром: «Сталин готовил чуть ли не нападение на Югославию, – рассказывал Хрущев, – помню однажды мне доложил министра госбезопасности Украины, что производится секретная отправка большого количества людей на Балканы из Одессы, мне сообщили, что готовится удар по Югославии, почему он не состоялся, не могу сказать».

Министр госбезопасности Семён Игнатьев приказал разработать план устранения Тито, предлагалось поручить это советскому нелегалу Иосифу Ромуальдовичу Григулевичу, который настолько надежно обосновался в Латинской Америке, что Коста-Рика отправила его послом в Италию и по совместительству в Югославию: он должен был либо застрелить Тито, либо заразить его легочной чумой. Но план был отвергнут, это спасло жизнь самому Григулевичу, он вернулся в Москву, написал несколько книг и стал членом-корреспондентом Академии наук.

Одновременно Сталин потребовал от всех компартий осудить поведение югославов, что и было сделано.

Тогда же у Сталина возникла идея массовой чистки в восточноевропейских компартиях от сторонников собственного национального пути к социализму и им предъявляли стандартные обвинения: национализм, недооценка роли Советского Союза, связь с Тито.

Леонид Млечин: За этим последовали мрачные политические процессы в восточноевропейских государствах. В Чехословакии 11 подсудимых, начиная с генерального секретаря ЦК компартии Чехословакии Рудольфа Сланского, приговорили к смертной казне и повесили, трупы казненных сожгли, советники, офицеры из советского министерства госбезопасности, собрали пепел в мешок из-под картофеля, выехали из Праги и высыпали его на дорогу.

Конфликт Сталина с Тито был нацелен на то, чтобы подчинить себе маршала, но у Сталина ничего не получилось, более того, Советский Союз утратил свое влияние на стратегически важных Балканах – большой просчет.

ДРУЖБА НЕ ПОЛУЧИЛАСЬ

Голос за кадром: На Олимпиаде 1952 года советская футбольная команда проиграла югославской. Будущий председатель КГБ, а в ту пору секретарь ЦК комсомола Владимир Ефимович Семичастный, вспоминал:

«Мы были в Хельсинки на Олимпийских играх, когда вернулись, нас сразу повезли в Кремль: там сидят хмурые Маленков, Берия, Каганович и Суслов, и прорабатывали они нас с десяти вечера до шести утра за проигрыш югославам, мы с югославами были тогда на ножах, так что эта игра была не спортивная, а политическая, команду ЦСКА за проигрыш разогнали, и нам Берия так зловеще говорит: «Вас, наверное, не туда доставили».

После смерти Сталина стало ясно, что надо как-то восстанавливать отношения: 31 июля 1953 года советский посол вручил Иосипу Броз Тито верительные грамоты – Хрущев решил помириться с Югославией. Сопротивлялся Молотов, который после смерти Сталина вновь стал министром иностранных дел.

Он по-прежнему считал Иосипа Броз Тито и его людей предателями, антимарксистами, перерожденцами, скатившимися в лагерь социал-демократии. Молотов называл Югославию фашистским государством и требовал не посылать туда делегацию, хотя в ноябре 1940-го года преспокойно ездил в нацистскую Германию, пожимал там руку Адольфу Гитлеру и вел с ним переговоры.

Югославскую делегацию во главе с Иосипом Броз Тито пригласили в Москву мириться. Накануне его приезда на заседании президиума ЦК 25 мая 1956 года члены президиума потребовали освободить Молотова от должности министра иностранных дел, потому что невозможно было представить, как он станет пожимать руки руководителям югославской делегации.

Когда Молотов перестал быть министром, даже его любимец Андрей Андреевич Громыко сказал: «Теперь работать будет легче».

Впрочем, дружба с Югославией всё равно уже не получилась. На рабочем завтраке в Кремле глава правительства Николай Александрович Булганин провозгласил тост в честь Тито: «За друга, за ленинца, за нашего боевого товарища!».

Товарищи решили, что глава правительства погорячился, после переговоров с югославской делегацией в местные партийные органы разослали информационную записку, в которой говорилось: «ЦК КПСС считает, что данная товарищем Булганиным в его речи на завтраке в Москве характеристика товарища Тито как ленинца, является преждевременной».

Леонид Млечин: В апреле 56-го года Коминформ ликвидировали, но семена, посеянные Коминформом оказались живучими, привычка делить мир на два лагеря, на них и на нас, где они – плохие, а мы хорошие, осталась.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)