Ошибочные прогнозы: почему у разведки случаются провалы?

Леонид Млечин: Зачем существует разведка? Разведка обещает вовремя предупредить страну о возникновении угрозы для национальной безопасности. Но способны ли спецслужбы предсказывать войны, революции, государственные перевороты, падения правительств?

Участие Соединенных Штатов во Вьетнамской войне дорого обошлось стране. Анализируя причины неудач, в ЦРУ пришли к выводу, что главной было непонимание истории, культуры, психологии вьетнамцев. Примерно 80% населения Южного Вьетнама считали себя буддистами. Это не принимали в расчет ни американские разведчики, ни братья Нго Динь Зьем и Нго Динь Ню, которые руководили южной частью расколотой страны.

Резидент ЦРУ в Сайгоне никак не мог нанять слуг в свой огромный дом. Никто не соглашался у него работать, несмотря на завидное жалование. Выяснилось, что при французах, которые управляли Вьетнамом, там находился следственный отдел; при японцах, которые оккупировали Вьетнам – разведка императорской армии; а после 1945-го – опять французские спецслужбы. Через этот дом прошли сотни тысяч арестованных. Так вьетнамцы за три версты обходили этот дом. Пришлось резиденту ЦРУ нанять бригаду буддийских монахов, которые провели обряд очищения дома. Только после этого кто-то согласился у него работать.

Голос за кадром: Первый президент Южного Вьетнама Нго Динь Зьем, поклонник конфуцианских идей, много сделал для экономического развития страны и для образования вьетнамцев. Он открывал один университет за другим. Линдон Джонсон, еще будучи вице-президентом США, пафосно назвал его «азиатским Уинстоном Черчиллем».

Президент Зьем был благочестивым католиком. Водил всю семью на мессу и хотел, чтобы его сыновья посвятили себя служению Богу. Он закрыли бордели и опиумные лавки, объявил вне закона аборты и разводы, наказывал за супружескую неверность. А противоречия между католиками и буддистами носили во Вьетнаме острый характер. Антикатолический бунт, возглавляемый буддийскими монахами, когда-то уничтожил почти всю семью будущего президента. Его родителей, братьев и сестер заживо сожгли в церкви.

При президенте-католике многое переменилось. Теперь целые буддийские деревни в массовом порядке обращались в католичество, чтобы получать правительственную помощь. Северо-вьетнамская пропаганда широко использовала недовольства буддистов для дестабилизации и демонизации правительства Южного Вьетнама, которое обвинялось в откровенном пренебрежении буддистами.

Когда буддийский монах поджег себя на оживленном сайгонском перекрестке в знак протеста против президентской политики, эти фотографии обошли весь мир. Еще несколько буддийских монахов публично принесли себя в жертву. И тогда жена младшего брата президента мадам Ню презрительно высказалась: «Если буддисты хотят устроить еще одно барбекю, я буду рада снабдить их бензином». Эти слова дорого обойдутся ее мужу и деверю.

Армия и спецслужбы, которыми руководил младший брат президента, подавляли выступления буддистов. Жертв было много. И Соединенные Штаты разочаровывались: «Зачем поддерживать непопулярного лидера?» С одобрения резидентуры ЦРУ 2 ноября 1963 года военные совершили государственный переворот. Президент Нго Динь Зьем и Нго Динь Ню были убиты.

Леонид Млечин: Говорят, что вождь Северного Вьетнама Хо Ши Мин заметил: «Не могу поверить, что американцы настолько глупы». Он оказался прав. Взявшиеся руководить Южным Вьетнамом генералы и политики оказались неудачниками. И отправленные туда американские войска и сотрудники ЦРУ безуспешно пытались им помочь.

Для начала ЦРУ пыталось вести психологическую войну против Северного Вьетнама. Изготавливались фальшивые китайские боеприпасы, которые взрывались в руках у северных вьетнамцев. Это должно было воспитать недоверие к собственному оружию. Стали создавать сеть подпольных радиостанций, которые должны были вещать на жителей Северного Вьетнама. Но оказалось, что там почти ни у кого нет радиоприемника.

Голос за кадром: Американцы перехватывали северовьетнамских рыбаков. Им завязывали глаза и переправляли на остров у побережья Южного Вьетнама, где соорудили своего рода Потемкинскую деревню. Рыбаков убеждали в том, что они попали в район Северного Вьетнама, который управляется антикоммунистическими повстанцами. Придумали целую организацию – «Священный меч Лиги Патриотов». Потом рыбакам опять завязывали глаза и отправляли назад. Делалось это в надежде, что, вернувшись домой, они станут рассказывать, что в Северном Вьетнаме есть свободные от коммунистов районы.

В 1968 году начали новую программу, в рамках которой попавших в плен солдат северо-вьетнамской армии американцы отпускали. Но им в одежду скрытно зашивали предметы, свидетельствующие о том, что они американские шпионы. Вьетнамская контрразведка это сразу выясняла. Цель состояла в том, чтобы заставить Ханой думать, будто американцы располагают в их стране огромным количеством шпионов.

Американцы напрасно старались. Северные вьетнамцы и без того были охвачены паранойей и считали, что у них в стране больше иностранных шпионов, чем американцы могли заслать. Но все это никак не повлияло на исход войны, которая была американцами проиграна.

Президент Джон Кеннеди постановил, что любая тайная операция стоимостью больше 25 000 долларов подлежит утверждению под комитетом Совета национальной безопасности по разведке. Но в администрации Кеннеди большое значение имели неформальные связи. И те, у кого были высокопоставленные покровители, не знали отказа.

Леонид Млечин: Спецоперации ЦРУ продолжались 10 лет и должны были компенсировать неудачи на фронтах. Президент Линдон Джонсон приказал прекратить тайные операции в 1968 году, когда с большим опозданием осознал, что война проиграна.

Голос за кадром: В конце мая 1967 года в Москве сотрудникам Отдела стран Ближнего Востока Министерства иностранных дел поручили в двухдневный срок представить сценарий возможной войны между Израилем и коалицией арабских стран. Аналогичные задания получили разведчики - из первого главного управления КГБ и из Главного разведуправления Генерального штаба.

Сценарий у разведчиков и дипломатов получился один и тот же: упорные кровопролитные позиционные бои в конце концов принесут победу арабским армиям. А в Вашингтоне президент Соединенных Штатов Линдон Джонсон тоже велел своим разведчикам проанализировать ситуацию на Ближнем Востоке.

«Мы получили от ЦРУ сообщение о неминуемом нападении Египта на Израиль, - вспоминал министр обороны США Роберт Макнамара. – Иордания и Сирия должны были поддержать Египет».

Директором Центрального разведывательного управления был Ричард Хелмс. Он начинал свою карьеру журналистом. Накануне Второй мировой работал в Берлине и даже присутствовал на обеде, который Адольф Гитлер (редкий случай) устроил для иностранной прессы. В разведке Хелмс начал служить во время войны.

Поднимаясь по служебной лестнице, Ричард Хелмс в конце концов возглавил политическую равзедку. По вторникам его приглашали на завтрак в Белый Дом, чтобы директор ЦРУ информировал президента о ситуации в мире.

Аналитики ЦРУ пришли к выводу, что Израиль справится с любой коалицией арабских стран. У американской разведки не было сомнений в том, что в войне победит Израиль.

Президент Линдон Джонсон, недоверчивый по природе, поручил ЦРУ, Агентству национальной безопасности и Государственному департаменту еще раз изучить вопрос и представить согласованный прогноз трех ведомств. Через день он получил сценарий будущей войны. Эксперты подтверждали, что армии обороны Израиля понадобится максимум 10 дней, и предсказывали массированные атаки израильской авиации и прорыв танковых соединений вглубь Синайского полуострова.

До войны 1967 года в Израиле находилось советское посольство – примерно 60 человек. А в арабских странах советская разведка располагала более надежными, чем американцы, оперативными возможностями. Почему же оценки советской и американской разведок так сильно разошлись?

Леонид Млечин: Разведкой руководил генерал-лейтенант Александр Сахаровский. Два раза в день он готовил разведсводки, предназначенные для генерального секретаря и членов Политбюро. По традиции их подписывал лично председатель КГБ. Доставляли их адресатам в запечатанных конвертах. Вскрывать их и читать то, что там было написано, запрещалось даже доверенным помощникам членов Политбюро, которые имели доступ ко всякой секретной информации.

Генералу Сахаровскому не хватало образования, знания иностранных языков и заграничной жизни. Он представлял себе жизнь только в социалистических странах. Лишь через 3 года он поедет в Египет и грустно скажет сопровождающему: «Да, поздновато я начал ездить по заграницам».

А военные советники лучше кого бы то ни было знали боевые возможности сирийской и египетской армии. Но разведывательные оценки часто определялись не реальностью, а установками начальства.

Голос за кадром: 5 июня 1967 года на Ближнем Востоке вспыхнула война. За 6 дней маленький Израиль сокрушил соседние арабские страны, значительно превосходившие его в живой силе и боевой технике. Такого оглушительного разгрома арабских армий не ожидали ни побежденные, ни победители.

Один из руководителей израильской политической разведки Моссад внушал подчиненным: «Израиль – бедная страна. Мы не можем позволить себе держать под ружьем большую армию. Моссад должен предупреждать военные угрозы».

Деятельность Моссада окружена множеством легенд и мифов. Израильской политической разведке приписывают победы, которые она никогда не одерживала. И упрекают за поражения, которых она не знала.

Но осенью 1973 года Моссад проморгал подготовку Египтом и Сирией новой войны. Армия обороны Израиля оказалась неготовой к одновременной атаке египетских и сирийских войск, что едва не закончилось для еврейского государства катастрофой.

Леонид Млечин: А ведь за 36 часов до начала Октябрьской войны 1973 года израильтяне получили предупреждение. В пятницу 5 октября в 2 часа дня главе Моссад Цви Замиру принесли телеграмму от его самого важного агента. В сообщении было только одно слово: «Редиска». Оно означало, что война с Египтом неминуема.

Голос за кадром: Это было именно то послание, которое и Моссад, и военная разведка Израиля ждали целых 2 недели.

Моссад, разумеется, не открыл имени своего агента. Военные историки считают, что это был египтянин Ашраф Марван, советник тогдашнего президента Египта Анвара аль-Садата и зять покойного президента Гамаля Абдель Насера. Те же историки полагают, что он был в реальности агентом-двойником. Но его предупреждение о приближающейся войне было точным.

4 десятилетия спустя, 27 июня 2007 года, Ашраф Марван погиб при невыясненных обстоятельствах в Лондоне.

Начальник Израильского генерального штаба за несколько дней до начала войны предложил нанести упреждающий удар по сирийским позициям и уничтожить ракеты противовоздушной обороны и зенитную артиллерию. Но министр обороны Моше Даян считал, что политический эффект первого удара будет настолько ужасен для Израиля, что чисто военными соображениями можно пренебречь.

Но, думая о политике и заботясь о своей репутации, Израиль едва не проиграл эту войну. 8 октября министр обороны Моше Даян, не склонный к сентиментальности, в отчаянии сказал премьер-министру Голде Меир: «Я не уверен, что мы сможем продержаться. Это конец».

Но армия обороны Израиля сражалась отчаянно. На Синайском полуострове произошло крупнейшее после Второй мировой войны танковое сражение. Танкисты генерала Ариэля Шарона остановили наступавшие части египетской армии и перешли в контрнаступление. Прорвались через боевые порядки египетских войск, форсировали Суэцкий канал и вышли на египетский берег.

Президент Египта Анвар аль-Садат умолял Советский Союз о помощи. Резолюция Совета безопасности ООН №338 о прекращении боевых действий заставила генерала Ариэля Шарона остановиться, когда его танкистам оставалось всего 100 км от Каира. Положение Сирии было еще хуже. Израильские танки стояли всего в 25 км от Дамаска.

Но Израиль потерял в 1973 году 2500 человек. А это невероятно большие потери для маленькой страны. Почему Октябрьская война оказалась неожиданностью? Израильские политики рассуждали так: арабские армии обречены на поражение, они знают об этом, следовательно, войны быть не может. Ошибались не только израильтяне, но и американцы. Развертывание сирийских и египетских войск в ЦРУ считали всего лишь маневрами.

Чарльз Аллен, аналитик ЦРУ, осенью 1973 года изучал ситуацию на Ближнем Востоке. Вечером 5 октября он закончил работу над разведывательной сводкой, которая предназначалась для президента Ричарда Никсона. Но на следующий день Египет и Сирия атаковали Израиль. Президент Никсон, который и без того недолюбливал разведку, был возмущен тем, что ЦРУ это проморгало.

«Когда я уже ушел домой, - вспоминал Чарльз Аллен, прослуживший всю жизнь в ЦРУ, - то услышал сообщение о том, что арабские армии приведены в состояние боевой готовности. Мне надо было позвонить своим начальникам. Но я этого не сделал».

Спустя 2 десятилетия, в 1991 году, когда началась операция «Буря в пустыне» и американская авиация бомбила Ирак, тот же самый старший аналитик ЦРУ Чарльз Аллен подбирал цели для авиаударов. Разведчики считали одно здание местом нахождения иракской службы безопасности. По просьбе Аллена самолет обрушил на здание бомбу с лазерным наведением. Вышла ошибка. Погибли сотни мирных граждан.

Леонид Млечин: Шах Ирана Реза Пехлеви долгие годы был важнейшим союзником и опорой Соединенных Штатов на Среднем Востоке. Вашингтон слепо верил во всемогущество шаха. Американские дипломаты и разведчики в Тегеране не интересовались настроениями оппозиции и исламского духовенства и проморгали революционные перемены, происходившие в стране. Они не спасли шаха и не спасут себя.

Голос за кадром: ЦРУ заверяло президента США Джимми Картера, что шах останется на троне, несмотря на массовые протесты по всей стране. Позднее тогдашний директор ЦРУ адмирал Стэнсфилд Тернер признал: «Мы не понимали, что представляет собой Аятолла Хомейни и какой поддержкой пользуется его движение. Мы просто все проспали».

Только израильская разведка, которая видела, что режим рушится, пыталась предупредить шаха. В Тегеран прилетел министр иностранных дел Израиля Моше Даян. Его принял шах. Но предупреждение не было услышано. Даян сказал резиденту Моссада: «Он оторвался от реальности и живет в собственном мире. Он окружен слугами, которые не говорят ему правды о положении в стране».

Леонид Млечин: В Иране вспыхнула Исламская революция, которая будет иметь огромные последствия для всего мира. Реза Пехлеви покинул Иран 16 января 1979 года. А через 2 недели, 2 февраля, в страну триумфально вернулся Аятолла Рухолла Хомейни, ненавидевший шаха за его реформы.

Но все только начиналось. 4 ноября 1979 года было воскресенье. В исламских странах отдыхают по пятницам, так что это был в американском посольстве обычный рабочий день. И тут толпа, выкрикивавшая антиамериканские лозунги, вломилась в ворота американского посольства. Исламская милиция не препятствовала. И все 66 американцев (дипломаты, остававшиеся в Тегеране, морские пехотинцы из охраны) превратились в заложников.

Голос за кадром: Толпа явно действовала по приказу свыше. И Аятолла Хомейни превратил захват посольства в символ борьбы за независимость страны.

По всему Ирану жгли американские флаги и чучела Дяди Сэма. Кричали «Смерть Америке». Иранцы призывали казнить шпионов из захваченного посольства. Аятолла Рухолла Хомейни потребовал от Америки выдать бежавшего из страны шаха Резу Пехлеви, вернуть Ирану все деньги шаха, принести народу Ирана извинения за вмешательство в его внутренние дела и обещать больше этого не делать. Для Хомейни Соединенные Штаты были главным врагом. И он готов был вести против американцев священную войну во имя ислама.

Несколько месяцев государственный секретарь США Сайрус Вэнс и руководитель президентской администрации Гамильтон Джордан тщетно пытались договориться с иранскими властями об освобождении заложников. Но иранцы решили, что президент Картер слабак и бояться его нечего. Переговоры ни к чему не привели.

Тогда президент Картер приказал министру обороны Гаролду Брауну силой освободить заложников. В Вашингтоне готовились к спасению заложников всю зиму 1980 года. Отправить в Тегеран решили отряд войск специального назначения «Дельта» под командованием полковника Чарльза Бекквита, воевавшего во Вьетнаме.

Многие офицеры считали операцию невыполнимой. Говорили, что успеха можно добиться только чудом. Тегеран находится в глубине страны на значительном расстоянии от дружественных американцам стран. К тому же иранцы ожидали нападения. Захваченное посольство охраняло множество вооруженных стражей революции.

Американцы разработали такой план.

Леонид Млечин: Транспортные вертолеты и вертолеты с десантниками входят в воздушное пространство Ирана, совершают посадку примерно в 300 км от Тегерана. После дозаправки вертолеты перебрасывают спецназ на другую площадку, уже в 80 км от Тегерана. Здесь спецназ садится в машины и движется в сторону столицы. Ночью атакует посольство и освобождает заложников. Вертолеты прикрывают спецназ с воздуха. На всю операцию отводилось 36 часов. На штурм посольства, освобождение заложников – 45 минут.

Голос за кадром: Вечером 24 апреля 1980 года 3 американских транспортных самолета, 3 самолета-заправщика и 8 вертолетов вошли в воздушное пространство Ирана. Система противовоздушной обороны страны после Исламской революции находилась в плачевном состоянии. Так что иранские военные ничего не заметили.

Пилотам приказали лететь на минимальной высоте – около 60 м. В результате вертолеты попали в пыльную бурю. У одного сразу начались технические проблемы. Пилоты еще двух машин потеряли ориентировку, то есть заблудились в условиях плохой видимости и совершили вынужденную посадку.

Леонид Млечин: До места посадки с часовым опозданием добрались только 6 вертолетов. И один из них при посадке повредил гидравлическую систему. Дозаправка происходила в полной темноте. И один из вертолетов натолкнулся на самолет-заправщик и пропорол ему брюхо. Оба вспыхнули. Сгорело все заготовленное для дозаправки топливо.

8 человек (5 пилотов самолета и 3 вертолетчиков) погибли. Обломки взорвавшихся машин повредили еще 4 вертолета. Полковник Беквитт приказал бросить оружие, технику, вертолеты, всех посадил в транспортный самолет и приказал взлетать. На следующий день иранские солдаты нашли 4 вертолета и остатки сгоревших машин. Боевая группа так торопилась, что он не уничтожил ни вертолеты, ни хранившиеся в них секретные документы, что позволило иранским спецслужбам выявить остатки американской агентуры внутри страны.

Но главное другое. Боевая операция по спасению американских заложников в Тегеране провалилась.

Президент Джимми Картер нашел в себе мужество выступить по телевидению, признаться в неудаче и принять всю ответственность на себя.

Голос за кадром: Иранцы торжествовали. Аятолла Али Хаменеи сказал: «Мы не какие-нибудь либералы вроде чилийского президента Сальвадора Альенде, которого ЦРУ смогло прикончить».

Иран тем временем втянулся в кровавую войну с соседним Ираком, которая будет продолжаться долгих 8 лет. Аятолла Хомейни с удивлением обнаружил, что решительно никто в мировом сообществе не намерен становиться на их сторону в войне с Саддамом Хусейном. И тогда Аятолла Хомейни счел, что заложники ему больше не нужны.

«Мы выжали их, как лимон. Они нам больше не нужны. Отправьте их назад».

Иранцам пришлось вступить в переговоры. Переговоры шли через посредство Алжира. Иранские исламисты жаждали только денег. К удивлению алжирцев, представители революционного Ирана отчаянно торговались за каждую копейку, как на базаре. Потребовали по 4 млрд долларов за каждого заложника. Согласились на 8 миллиардов за всех. Деньги взяли с иранских же счетов, замороженных в американских и европейских банках. Американцы вычли из этой суммы иранские долги и 3 миллиарда перевели в Иран.

Заложников вывезли из Тегерана на алжирском смотрите. Причем, в воздух одновременно взлетело 2 самолета. Иранцы не знали, в каком находятся бывшие заложники. Алжирцы не хотели, чтобы у иранцев в последний момент возник соблазн сбить самолет с американцами.

В историю эта неудачная операция по спасению заложников вошла как самый скандальный провал американских спецслужб. У американцев длинный список претензий к собственной разведке. Она не сумела предсказать нападение японцев в декабре 1941 года на американскую базу в Перл-Харборе и способность Советского Союза быстро создать собственное атомное оружие.

Леонид Млечин: Разведчики всегда преувеличивают свое значение. Знаменитый германский канцлер Отто фон Бисмарк писал в воспоминаниях, что никогда не верил своим разведчикам, потому что большую часть времени они тратили на придумывание историй, которые должны были подтвердить их незаменимость, а также доказать, что выделенные им деньги потрачены не зря.

Голос за кадром: А то, что ЦРУ не сумело предупредить свое правительство о грядущей Исламской революции в Иране, свержении шаха и приходе к власти Аятоллы Хомейни, Соединенные Штаты ощущают и по сей день. Эти события имели далеко идущие последствия.

Революция в Иране вызвала подъем в исламском мире. Иранская революционная пропаганда апеллировала к народным массам, призывала их восставать против лидеров, правящих не по законам шариата.

Пример Хомейни показал властителям исламского мира, что религия может стать мощным политическим оружием. Арабские властители стали демонстрировать свою религиозность, учли печальный опыт шахского семейства, почти открыто демонстрировавшего пренебрежение священнослужителями.

Леонид Млечин: Последствием Иранской революции стала исламизация Ливана и палестинского движения. Организация освобождения Палестины прежде считала необходимым предоставление равных прав и христианам, и мусульманам. В начале 1980-х палестинские лидеры понесли тяжелое поражение. Искали новые средства пробуждения энтузиазма и нашли их в политическом исламизме. И тогда братья мусульмане убежденно заговорили о том, что Исламская революция в Иране показала единственный путь, который ведет к победе. Не светская идеология, а ислам как знамя и джихад как метод. Вот что поможет вернуть Палестину и создать всемирный халифат.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски