Председатель КГБ на пенсии

Председатель КГБ на пенсии
Фюрер сидел на таблетках
Повелитель дронов
Без белых перчаток. Что делать с террористами: уничтожать или допрашивать?
Настоящего профессионала отличает любовь к тому, что он делает, и понимание, что надо дорожить репутацией. Других ценностей у нас нет
Великие полководцы на Красной площади
Агенты и террористы
Разведка и цены на нефть. Почему американская разведка не смогла предсказать распад СССР?
Ошибочные прогнозы: почему у разведки случаются провалы?
Какая польза от разведки
Объединение Германии и судьба НАТО

Леонид Млечин: В знаменитом романе «Из России с любовью британского писателя и разведчика Яна Флеминга, того самого, который придумал Джеймса Бонда, герой, советский генерал, рассуждает о выдающейся роли председателя КГБ Ивана Александровича Серова в жизни страны.

Голос за кадром: «Серов – герой Советского Союза и талантливый ученик создателей ЧК, ОГПУ, НКВД и МВД, во всех отношениях более крупная фигура, чем Берия. Генерал армии Серов вместе с Булганиным и Хрущевым правит страной. Возможно, наступит день, когда Серов будет стоять выше всех на сверкающей вершине власти».

Леонид Млечин: Нарисованный Яном Флемингом портрет Серова страшно далек от жизни. Да и будущее Ивана Александровича он предсказал неудачно. Но это не единственный миф, который возник вокруг имени первого председателя комитета государственной безопасности СССР, генерала армии Ивана Александровича Серова, чья карьера началась 80 лет назад.

Эдуард Хруцкий: Он никогда ничего не рассказывал. Всегда отшучивался. «Иван Александрович, вы видели Сталина?» - «Конечно, видел Сталина». – «Вы с ним разговаривали?» - «Было дело». – «А о чем?» - «Не помню».

Леонид Млечин: Он столько видел и стольких знал. И ничего не рассказывал семье?

Эдуард Хруцкий: Никогда ничего. Единственное, он рассказывал мне историю, как угнали машину у председателя КГБ. Это знаменитая история. Они жили тогда на улице Грановского. Тогда с охраной никто не ездил. Трое ездило. Он приехал на «Линкольне». А это была специально подготовленная машина. Там были все телефоны, все оборудование. Работница позвала поесть. Шофер считает: «Кто может тронуть вашу душу?» Два пацана ее угнали. И когда он выскочил, спецсвязь, все… Связь со всеми пограничными округами. Дали, конечно, команду. И в течение 2 часов машину задержали. Эти пацаны сами поняли, что они не туда… Они бросили где-то у Киевского вокзала в переулке.

Леонид Млечин: Неужели он не вспоминал тех, с кем служил на Лубянке?

Эдуард Хруцкий: Он никогда ни о чем не рассказывал. Только иногда вдруг у него возникали анекдотические случаи. Например, как после освобождения Крыма они ехали на машине, Кобулов с ним ехал. Было известно, что Кобулов был весьма толстый человек. Они вышли. А он попросил своего адъютанта выстрелить из автомата. Тот выстрелил из автомата. И Кобулов в страхе упал за какой-то забор. Ввиду того, что у него был огромный живот, то он лег, а все остальное все равно из-за этого выглядывало. Вот такие случаи он рассказывал.

Голос за кадром: Генерал-полковник Богдан Захарович Кобулов был ближайшим соратником Берии. Они вместе пришли на Лубянку. И расстреляют их вместе в декабре 1953 года. А будущий первый председатель КГБ попал в госбезопасность случайно.

Иван Александрович Серов родился в крестьянской семье в Вологодской губернии. Его призвали в армию и отправили учиться в Ленинградскую пехотную школу. Служил в артиллерии. В 1939 году окончил военную академию имени Фрунзе. На фотографиях того времени запечатлен молодой бравый офицер. Но из академии его распределили не в войска, а в народный комиссариат внутренних дел.

Эдуард Хруцкий: Он должен был ехать на Дальний Восток в разведотдел. Там была какая-то должность – старший инструктор разведотдела. Какие там должности были… Им сказали: «Все, приходите завтра оформляться». И он пришел. И в это время здесь Мехлис появился. Их всех, кого успели собрать, собрали и сказали: «Вы все отправляетесь в распоряжение НКВД». И он приехал к Берии. Берия его спросил: «Ты кто такой?» - «Майор» - «Будешь старшим майором». Его назначили начальником милиции. Теща страшно переживала.

Голос за кадром: Решивший его судьбу сталинский любимец, армейский комиссар первого ранга Лев Захарович Мехлис был в ту пору заместителем наркома обороны и начальником главного политического управления Красной Армии.

2 сентября 1939 года на следующий день после начала Второй мировой войны Серова назначили наркомом внутренних дел Украинской ССР. И тут же произвели в комиссары госбезопасности третьего ранга. В армейской иерархии это спецзвание приравнивалось к генерал-лейтенанту.

Леонид Млечин: В Киеве жизнь связала Серова с первым секретарем ЦК Компартии Украины Никитой Сергеевичем Хрущевым. И с Георгием Константиновичем Жуковым, только что произведенным в генералы армии и назначенным командующим войсками Киевского особого военного округа. Эти два человека сыграют в его жизни ключевую роль.

Голос за кадром: Серов прослужил на Украине 1.5 года. В феврале 1941 года его отозвали в Москву и утвердили первым заместителем наркома госбезопасности. А руководил наркоматом будущий генерал армии Всеволод Меркулов. Через полгода НКВД и НКГБ слили. Серова утвердили заместителем наркома внутренних дел.

Вместе с другими заместителями Берии он занимался крупномасштабными операциями по депортации целых народов. 12 августа 1941 года Сталин приказал ликвидировать автономную советскую социалистическую республику немцев Поволжья и вывезти всех немцев подальше от линии фронта – в Сибирь, на Алтай, в Киргизию и Казахстан.

В 1944 году Серов участвовал в депортации чеченцев, ингушей, калмыков, крымских татар. За эту работу Сталин всех щедро наградил. Серов удостоился полководческого ордена Суворова I степени.

В 1945-ом после разгрома Третьего Рейха Серов стал заместителем главноначальствующего советской военной администрации в Германии по делам гражданской администрации. Руководил оперативной работой органов НКВД на территории оккупированной Германии.

Леонид Млечин: В начале 1941-го Сталин неожиданно для многих поделил Лубянку на два вида: госбезопасности и внутренних дел. Когда началась война – объединил. А уже в 1943 году, когда исход войны стал ясен, вновь разделил. Что это означало?

Сталин никому не доверял. Не хотел, чтобы слишком много власти оказывалось в одних руках. Его устраивало, что между двумя ведомствами (министерством внутренних дел и министерством госбезопасности) шла борьба не на жизнь, а на смерть.

Голос за кадром: В 1946 году НКГБ был переименован в Министерство государственной безопасности СССР.

Министр госбезопасности генерал-полковник Виктор Абакумов забрал у Министерства внутренних дел все, что мог. Но хотел еще и избавиться от конкурентов.

Абакумов писал Сталину, что Серов вывозит из оккупированной Германии барахло целыми вагонами, что звезду Героя Советского Союза маршал Жуков дал ему по дружбе. Обычно такие доносы ломали карьеры. Но Серов проявил бойцовский характер. Он не оставался в долгу и писал на Абакумова.

«Под руководством Абакумова созданы невыносимые условия совместной работы органов МГБ и МВД. Абакумов презрительно заявляет, что теперь мы очистились от этой милиции. МВД больше не болтается под ногами. Между МГБ и МВД никаких служебных отношений, необходимых для пользы дела, не существует. Такого враждебного периода в истории органов никогда не было».

Сталин ценил откровенность. Серов и Абакумов честно выкладывал друг про друга все плохое. Сталин мог быть доволен. Благодаря этому соперничеству он узнал, у кого какие слабые места.

Леонид Млечин: Абакумова Сталин снял с должности и посадил. А Серова не тронул. Почти для всех руководителей Лубянки служба при Сталине окончилась неудачно. Что же позволило Серову избежать худшего?

Эдуард Хруцкий: Видимо, потому, что он не был на первой позиции. При Сталине он все-таки был вторым. Первым был Абакумов, к примеру, Игнатов, Круглов. Все министры. Даже Меркулов, когда ушел из МГБ, он стал, по-моему, министром госконтроля. Это тоже первое лицо в государстве. Это был большой пост. А он всегда был вторым. А, потом, он не был интриганом. Чего ему совершенно не свойственно. Он не строил никаких интриг. Он выполнял свой… Вот сказано – он выполнил. Он был инициативный, безусловно, человек. Но работал только по своей линии. Никуда не лез.

Голос за кадром: В январе 1954 года во исполнение постановления ЦК КПСС о серьезных недостатках в работе партийного и государственного аппарата был создан Комитет госбезопасности при Совете министров СССР. Председателем КГБ в тот же день Хрущев сделал генерал-полковника Ивана Серова, которого знал с предвоенных времен и которому доверял.

Леонид Млечин: Никита Сергеевич имел все основания считать Ивана Александровича своим человеком. После ареста Берии и его подручных Хрущеву нужно было на кого-то опереться в госбезопасности. Через год Серову присвоили звание генерала армии.

За два года Серов уволил из КГБ 16 000 злостных нарушителей социалистической законности, карьеристов, морально неустойчивых, а также малограмотных и отсталых работников. 2000 убрал из центрального аппарата, 40 чекистов лишил генеральских званий.

Возможность опереться на КГБ была очень важной для Хрущева. Поэтому он держал на этой должности лично преданного ему человека. Хрущев однажды заметил: «Я прочел бумаг Серова больше, чем произведений Маркса, Энгельса и Ленина».

Леонид Млечин: Зять Хрущева, известный журналист Алексей Иванович Аджубей вспоминал, как летом 1957-го на отдыхе в Крыму во время дружеского застолья министр обороны Жуков провозгласил здравицу в честь председателя КГБ Серова, добавив: «Иван Александрович, не забывай, что КГБ – это глаза и уши армии». Хрущев вскочил и громко демонстративно произнес: «Товарищ Серов, не забывайте, что КГБ – это глаза и уши партии».

Голос за кадром: Смысл этой реплики стал ясен позднее, когда Хрущев расстался сначала с министром обороны Жуковым, а потом и председателем КГБ Серовым. Жукова как более сильную фигуру убрал с поля первым.

Хрущев не желал держать рядом популярного, решительного и амбициозного военачальника: «А ну как маршал с его всенародной славой захочет сам возглавить государство».

Леонид Млечин: Но были и другие причины, предопределившие падение Серова. Должность у него была такая, что не предполагала друзей.

Голос за кадром: Председатель КГБ совершил непростительную ошибку. Он сблизился с секретарем ЦК Николаем Григорьевичем Игнатовым. Ныне забытая фигура, он в свое время играл заметную роль, а претендовал на большее. Поэтому обзаводился сторонниками и жаждал дружбы с председателем КГБ.

Но тем самым Игнатов настроил против себя других секретарей ЦК, которые бдительно оберегали свои владения. Они обратили внимание Хрущева на то, что Серов постоянно приезжает к Игнатову на Старую площадь, хотя по работе ему это не нужно, потому что председатель КГБ выходит непосредственно на главу партии. То есть заходить к кому бы то ни было, кроме Хрущева, ему просто незачем.

Леонид Млечин: Никите Сергеевичу совсем не понравилось, что председатель КГБ за его спиной ищет поддержки у кого-то из секретарей ЦК. 8 декабря 1958 года Серов был освобожден от обязанности председателя КГБ и через день назначен начальником главного разведывательного управления генерального штаба Вооруженных Сил СССР и одновременно заместителем начальника Генштаба по разведке.

В военной разведке Серов прослужил 4 с небольшим года. 22 октября 1962-го арестовали одного из его подчиненных – полковника Олега Пеньковского, оказавшегося одновременно американским и английским агентом. Серов что-то рассказывал о Пеньковском?

Эдуард Хруцкий: Он его никогда не видел в жизни и не знал, что вполне естественно. Начальник такой службы не может знать каждого полковника, тем более полковника, работавшего под крышей, числящегося начальником отдела в комитете по науке и технике. Он даже не видел его никогда. Вот это он говорил, что он в глаза не видел.

И тут началось. Чуть ли не лучшие друзья. Дома, бог знает что. Он не видел этого никогда.

Голос за кадром: Пеньковский работал в резидентуре ГРУ в Турции. Поссорился с резидентом, счел себя обиженным, жаловался в Москву. Понимания не нашел. Его отозвали и убрали из аппарата разведки.

Но во время войны Пеньковский служил порученцем Сергея Сергеевича Варенцова, главного маршала артиллерии, героя Советского Союза, командующего ракетными войсками и артиллерией сухопутных войск. Маршал Варенцов привечал Пеньковского. И когда тому пришлось туго, замолвил за него словечко перед Серовым.

Леонид Млечин: Пеньковского включили в действующий резерв ГРУ и отправили на работу в управление внешних сношений госкомитета по науке и технике Совета министров СССР. В ноябре 1960-го он тайно предложил свои услуги ЦРУ. А в апреле 1961-го – еще и английской разведке MI6.

Голос за кадром: В начале мая 1963 года после открытого судебного процесса военная коллегия Верховного Суда СССР приговорила его к расстрелу. Приговор привели в исполнение 16 мая.

После ареста Пеньковского Хрущев не пожалел своих любимцев. Маршала Варенцова лишили всех наград, разжаловали в генерал-майоры и уволили из вооруженных сил. Вывели из состава кандидатов в члены ЦК и лишили полномочий депутата Верховного Совета СССР.

А генерала армии Серова обвинили в том, что он помог английскому агенту Пеньковскому вторично устроиться на работу в ГРУ. А жена и дочь Серова во время поездки в Лондон находились под опекой Пеньковского и пользовались его услугами.

Эдуард Хруцкий: То, что мне рассказывали мои домашние, меня очень насторожило. Смотрите такую вещь. Моя жена уже кончила институт тогда, 21 год, вполне взрослая дама. Моя жена и теща едут в Лондон по туристской путевке. Тургруппа вылетает рейсом в 11-30 на Лондон, предположим. Они приезжают… проходят все положенные формальности. Там их провожают. И вдруг, когда они уже вошли в зону, которая у нас почему-то считается уже за рубежом, вдруг к ней подходит человек и говорит: «Ради бога, извините. Вот такая накладка. Вы полетите другим рейсом». Но когда они сели на следующий рейс, то рядом с ними образовался человек. Он сказал: «Здравствуйте, здравствуйте. А вы знаете, что я работаю у вашего папы? Как приятно, что мы вместе летим. Я возьму над вами шефство в Лондоне». Прилетели они в Лондон. Привез Пеньковский, который сразу начал их уговаривать пойти посидеть где-то в ресторане. Они уже собрались и вышли. Моя жена сказала: «Нет, не пойду никуда. Пойду в номер». И он сразу как-то заволновался: «Почему вы не пойдете? Надо идти». Заволновался. Не просто «ну, не пойдете и не пойдете, давайте у вас в отеле выпьем кофе в баре». Нет, он страшно был взволнован, что они отказались.

Леонид Млечин: Некоторые историки полагают, что арест Пеньковского был лишь желанным поводом убрать Серова из разведки.

Эдуард Хруцкий: Да. Это не связано, это просто было. Я как раз этим вопросом достаточно с большим интересом занимался. Было интересно. Смотрите, Огородник был. Никто не погорел. Сбежал Резун (который Суворов) – … Петра Ивашутина не сняли. Гордиевский сбежал – все остались на своих местах.

Леонид Млечин: А кому же тогда так мешал генерал Серов?

Эдуард Хруцкий: Надо было убрать Серова любыми путями, потому что они готовили смену Хрущева. А Хрущев очень часто (это мне говорила жена) говорил: «Ой, надо обратно Серова на КГБ вернуть». Поэтому для Брежнева, для остальных это был не очень приятный момент.

Леонид Млечин: Сам Серов говорил, почему с ним так жестоко обошлись?

Эдуард Хруцкий: Один раз он только сказал, что это потому, что хотели избавиться от Хрущева. Говорит: «Мы бы с Жуковым не дали тронуть Хрущева». Сначала Жукова, а потом сразу его.

Леонид Млечин: Если бы маршал Жуков осенью 1964-го оставался министром обороны, а генерал армии Серов – председателем комитета госбезопасности, у противников Хрущева не было бы ни единого шанса отправить его на пенсию.

Голос за кадром: Никогда еще начальника разведки не наказывали так сурово за предательство одного из его подчиненных. 2 февраля 1963 года Серов был освобожден от своих должностей, военную разведку возглавил Петр Иванович Ивашутин, первый заместитель председателя КГБ. Увольнением от должности Серов не отделался.

За потерю политической бдительности и недостойные поступки генерала армии разжаловали в генерал-майора, лишили звание героя Советского Союза. Как только ему исполнилось 60 лет, уволили по болезни на пенсию. Это не помешало Серову после отставки прожить четверть века, наслаждаясь жизнью военного пенсионера, счастливого обладателя генеральской пенсии, дачи в Архангельском и квартиры в доме на набережной.

Эдуард Хруцкий: Я приехал представляться как будущий муж. И увидел, что во дворе дачи такой очень красиво одетый пожилой человек. Тогда он мне казался пожилым. Мне был 41 год.

Когда я узнал, что это тот Серов, мне было просто интересно посмотреть, как человек сам это выдерживает. Я увидел совершенно не сломленного, совершенно веселого, я бы даже сказал – лукавого, человека, который был занят массой дел. В нашем поселке жило много его друзей, с которыми он кончал военную академию когда-то. У них были какие-то свои дела, они ходили друг к другу в гости. Он продолжал дружить с Жуковым. Он продолжал дружить с маршалом Василевским, который жил у нас в дачном поселке. Он был в дружеских отношениях со всеми, кто у нас жил: и с Белобородовым Афанасием Павлантьевичем, и с новым поколением маршалов. Он был в чудесных отношениях. Он всегда находил какую-то работу. Например, в поселке маршалы собрались и избрали его главнокомандующим поселка и председателем… И он как председатель куда-то ездил, какие-то там… Свет горел, какие-то магазины, лавки приезжали. Все это было.

Леонид Млечин: За ним присматривали бывшие коллеги?

Эдуард Хруцкий: Это он не рассказывал. Сначала за ним было очень плотное наружное наблюдение. Причем, они просто внаглую ходили за ним. И он идет с тещей, гуляет. Потом идет на Арбат. Поворачивается, говорит: «Ну, куда пойдем?» Тот говорит: «Домой, товарищ генерал, пойдем». Когда он уже ушел совсем в отставку (по возрасту в 60 лет генерал уходит), он уехал на дачу, уже наружку сняли. А прослушивали долго – до самой смерти.

Леонид Млечин: И после отставки Хрущева в его судьбе ничего не изменилось? Он не просил его реабилитировать?

Эдуард Хруцкий: Никогда ничего. Более того, он обращался в правительство только с одной просьбой: восстановить его звание героя. И Жуков обращался к Брежневу. Брежнев так сказал Жуков, что если уж восстанавливать, то восстанавливать все, а это надо решение Политбюро. Только звание героя. Все остальное совершенно спокойно все переносил.

Леонид Млечин: Иначе говоря, Леонид Ильич Брежнев не смилостивился?

Эдуард Хруцкий: У него были плохие отношения с Брежневым. Когда Иван Александрович был начальником военной разведки, ему позвонил Брежнев и попросил за сына, за Юрия Леонидовича, как вы знаете – впоследствии замминистра внешней торговли и генерал-лейтенант, чтоб он числился в действующем резерве военной разведки. Иван Александрович сказал: «Хорошо». И он навел о нем справки. И выяснилось, что Юра… А надо сказать, что Серов не очень любил пьющих людей. Он сам никогда не пил. Он мог выпить рюмку вина. Но он не пил и не любил пьющих людей. И выяснилось, что Юрий Леонидович – хорошо выпивающий человек. И он отказал председателю президиума Верховного Совета.

Если бы я был, наверное, я бы взял все-таки. А он сказал «Нет» и все.

Голос за кадром: Первый председатель КГБ прожил 85 лет и умер, когда наступила новая эпоха – в 1990 году.

Эдуард Хруцкий: Ни от кого не было… Венки были только от меня и моих друзей. И провожали его только я и мои друзья. Семья – естественно.

Во-первых, это было, когда начиналась вся эта широкая гласность. И тут же начались какие-то звонки – где, что. Телевидение… Мы не стали никому сообщать, где похоронили. Потому что пляска на костях начиналась уже.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск
Полный выпуск