Абстрактные обещания никому не нужны

Абстрактные обещания никому не нужны | Программы | ОТР

Почему у граждан и бизнеса столько проблем с получением льготных кредитов и прав на каникулы?

2020-04-24T12:31:00+03:00
Абстрактные обещания никому не нужны
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Михаил Алексеев
эксперт проекта ОНФ «За права заемщиков»
Гарегин Тосунян
президент Ассоциации российских банков

Петр Кузнецов: К следующей теме переходим. «Абстрактные обещания никому не нужны». Президент обратился к банкам. Владимир Путин призвал их помогать людям и экономике на деле.

Владимир Путин, президент РФ: «Есть очевидные проблемы и сложности, когда граждане не могут получить кредитные каникулы, а предприниматели – льготные кредиты. Им либо сразу отказывают, либо тянут время, либо предъявляют явно невыполнимые требования. И это далеко не единичные случаи.

Что считаю принципиально важным подчеркнуть? О принятых решениях мало объявить, уважаемые коллеги. Нужно так отработать все этапы их реализации, чтобы помощь пришла вовремя, чтобы ею могли воспользоваться те, кто в ней действительно нуждается».

Ольга Арсланова: Ну что же, а теперь узнаем мнение самих банкиров и, кстати, мнение самих россиян, бизнесменов. Звоните в прямой эфир до середины часа.

А сейчас с нами на связи президент Ассоциации российских банков Гарегин Тосунян. Гарегин Ашотович, приветствуем вас.

Петр Кузнецов: Добрый день.

Ольга Арсланова: Считаете ли вы оправданной критику президента в адрес банкиров?

Гарегин Тосунян: Абсолютно оправданная. Конечно, этого нужно было ожидать, потому что помощь оказывается через ограниченный круг банков. А когда ограничивается круг банков, которые могут использовать поддержку государства для своих клиентов, то это всегда приводит к тому, что они это делают не в полном объеме и делают с рядом обременений.

Но, с другой стороны, наших коллег тоже можно понять, потому что этот механизм поддержки запускается, в общем-то, с колес. Конечно, нужно и себя обезопасить, потому что если у самих банков возникнут проблемы, то это тоже будет не самый лучший вариант развития событий.

Поэтому критика справедливая, но вместе с тем для того, чтобы эта критика была минимальной, нужно… И сам механизм, я считаю, был бы более эффективным, если бы конкретно адресатам помощь была бы направлена – не опосредованно через узкий круг банков, которые допущены к реализации этой программы, а через широкий круг банков. Любой клиент любого банка должен иметь поддержку государства, если государство собирается поддерживать клиентов, а не вообще, так скажем, целую прослойку выкладывать по пути к этой поддержке. Так что это, с одной стороны, издержки самого механизма. С другой стороны, конечно, и наша в какой-то степени недоработка.

Петр Кузнецов: Гарегин Ашотович, скажите, пожалуйста, а кредитные каникулы разве не выгодны банку? Чем больше по времени обслуживается кредит, получается, тем больше денег в виде процентов.

Гарегин Тосунян: Нет. Извините, но это очень наивное представление. Кредитные каникулы наносят прямой ущерб банкам, потому что вы-то не можете позволить себе кредитные каникулы по выплате вкладов гражданам, вы не можете позволить себе каникулы по платежам своих клиентов. Вы должны из имеющихся средств выплачивать и проценты по вкладам, и осуществлять все операции. При этом когда платежи в вашу сторону откладываются на шесть месяцев, то это серьезная проблема для банка. И для этого резервные средства приходится использовать, и тот «жирок», который накоплен, который бывает у каждой кредитной организации.

Но то, что, несмотря на это, банки обязаны выполнять в этой ситуации и требования закона, и постановку вопроса со стороны президента по части поддержки – безусловно, это нормально. Потому что если сейчас не поддержать своих клиентов, если государство не поддержит малый и средний бизнес, в том числе заемщиков широкого круга, то, естественно, мы потом окажемся все в гораздо худшей ситуации. Так что здесь разумный баланс интересов одних и других.

Ольга Арсланова: Раз мы заговорили о кредитных каникулах, как вы можете сейчас оценить объем вот таких льгот? Как много сейчас заемщиков смогли получить реально эти каникулы?

Гарегин Тосунян: Вы знаете, наверное, сегодня это 10–20% тех, кто нуждается, и тех, кто обращается. Потому что, во-первых, есть соответствующий срок. За кредитными каникулами люди могут обратиться в течение 90 дней.

С другой стороны, есть определенная градация по кредитным каникулам, кто может на них рассчитывать, исходя из потери дохода больше чем на 30%, исходя из отнесения этого вида бизнеса к особо пострадавшим категориям бизнеса. Это все регламентируется множеством нормативных документов и соответствующими лимитами, ограничениями и процентами компенсации. Там есть ряд программ, которые дают возможность беспроцентный кредит под зарплату получить предприятиям, чтобы выплачивать зарплату. Есть, соответственно, ряд программ, которые подразумевают 6,5-процентные кредиты с определенным субсидированием со стороны государства и с разбивкой по процентам: треть государство гасит, треть процентов банк гасит, а треть – сам заемщик.

То есть очень много программ, но они все, безусловно, ложатся нагрузкой, частичной нагрузкой на сами банки, а частично – на бюджет. Но, безусловно, эта поддержка оправдана.

Петр Кузнецов: Гарегин Ашотович, через час (может быть, даже меньше) Центробанк примет решение по ключевой ставке. Как вам кажется, каким будет решение? Многие говорят, что снижение будет. Вот насколько? И как это, соответственно, может помочь бизнесу в моменте?

Гарегин Тосунян: Мне кажется, что снижение будет. Хотя не все сторонники снижения, в том числе и в банковской среде, не все сторонники снижения ключевой ставки. Но мы и Мексика – две страны, у которых самая высокая из таких крупных стран ключевая ставка, если оценивать ее за вычетом, соответственно, инфляции. Недавно в этой тройке была еще и Южная Африка из стран соответствующего масштаба. Но они несколько дней назад снизили и фактически за вычетом инфляции перешли в отрицательную зону ключевой ставки, если брать ключевую ставку минус инфляцию. Мы и Мексика остались единственными такими странами с высокой ключевой ставкой.

Думаю, что с учетом этого все-таки наш Центральный банк на какое-то снижение пойдет. Это такое непростое решение, в общем. Оно имеет ряд своих плюсов, безусловно, потому что нужна доступная ставка сегодня, когда дотации делает государство. Но, с другой стороны, это имеет и свою оборотную сторону, связанную с возможностями спекуляций на эту тему на этом рынке (я имею в виду валюту). Ну посмотрим. Я гадать не могу. Я полагаю, что высока вероятность, что Центральный банк сегодня пойдет все-таки на снижение, следуя общемировой практике.

Петр Кузнецов: Но – небольшое.

Гарегин Тосунян: Да, небольшое.

Ольга Арсланова: Спасибо. Гарегин Тосунян был с нами на связи.

Петр Кузнецов: Спасибо. Гарегин Тосунян.

Валерий, наш телезритель, и его комментарий. Здравствуйте, Валерий.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Или вопрос. Если что, мы его адресуем следующему эксперту. Да, слушаем.

Зритель: Я взял ипотеку на квартиру в городе Королеве, «Альфа Банк». Хотел взять каникулы. Пришел к ним, они говорят: «Хорошо, мы вам дадим». Сначала я отсрочку просил – мне не дали эту отсрочку. Я попросил каникулы на три месяца. На что они ответили: «Мы вам дадим, но после каникул вы будете платить двойные проценты». То есть получается, что они загонят меня в долги и заберут квартиру.

Ольга Арсланова: Это они вам устно сказали, да? Или у вас документы какие-то есть?

Зритель: Нет, устно.

Ольга Арсланова: Хорошо, давайте разбираться.

У нас на связи Михаил Алексеев, эксперт проекта ОНФ «За права заемщиков». Михаил Александрович, здравствуйте.

Михаил Алексеев: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Слышали историю, да? Речь идет о грубом нарушении всех правил, хоть и в устной форме. То есть банк хочет взять проценты в двойном размере на период каникул.

Михаил Алексеев: Смысл в том, что сам вопрос из Королева, который сейчас нам поступил, и предыдущее выступление, комментарий – они очень друг с другом схожи. Мы сидим, смотрим. Вот уже 23 апреля. У всех число одинаковое. И в этой стране миллионы людей, которые слушают. Сначала им обещают, что им государство поможет. Потом начинают разные эксперты, представители банков рассказывать все что угодно, но не как выживать. Где брать деньги на еду? Как справляться? Мы сейчас поговорим, господин Тосунян рассказал про то, что 10–20%, банкам сложно, всем сложно. А о людях кто-нибудь подумал?

Что касается вопроса, связанного с ипотекой, по поводу Королева. Классическая история. Человеку рассказали много всего, много всяких страстей, но не подумали о нем. В первую очередь я рекомендую: а) письменно обращаться; б) обращаться содержательно, исходя из буквы закона. Что касается ипотеки…

Ольга Арсланова: То есть это незаконно?

Михаил Алексеев: Незаконно. Ну и обращаться нужно письменно, по крайней мере электронным письмом.

Ольга Арсланова: Понятно.

Михаил Алексеев: Есть кредитные каникулы, а есть еще ипотечные каникулы. Закон прошлого года – там, в принципе, есть меры. И можно добиваться. Если отказывают, то в суд, жалоба в ЦБ и так далее. Поэтому здесь не стоит сдаваться, и нужно добиваться своего. Никакие двойные, тройные проценты – их быть не должно.

Ольга Арсланова: Михаил Александрович, вы сказали интересную вещь: «Кто думает о человеке?» А у меня знаете вопрос: а кто о нем вообще, честно говоря, должен думать? То есть человек берет кредит, он на себя берет риски определенные. Ситуация эпидемии – непредвиденная. Это чрезвычайная ситуация, от которой реально страдают все. Почему тут должны быть какие-то приоритеты у заемщика перед теми же банками, которые также серьезная экономикообразующая отрасль? То есть вот этот патернализм иногда, честно, удивляет. Ну а почему должны о человеке постоянно заботиться? Почему он сам о себе не позаботится?

Михаил Алексеев: Это очень правильный вопрос. Я с вами на тысячу процентов согласен. Но человек не собака, которую ты сегодня взял домой, а завтра выкинул. Если мы заявляем о том, что у нас есть поддержка населения, то нужно этому следовать. Если людям объявляют: «Вам дадут кредитные каникулы», – то люди на это рассчитывают. Не говорите, скажите: «Ничего не будет. Идите сами в лес, можжевельник выращивайте, справляйтесь как хотите». Скажите тогда. Этого не говорится.

И очень важный вопрос. Ну, нам же сказали, что есть кредитные каникулы. А сейчас получается, что в каждом случае человек вынужден добиваться, даже когда он объективно подходит к этим каникулам. Я согласен, что мы все в одной лодке. Я согласен, что банки под ударом. Но у нас банкиры ходят на закрытую встречу с президентом. А закрытая она почему? Потому что там просят денег. У нас же есть стратегические предприятия. Почему-то никто не сказал, пока скандалы эти не начались, никто не сказал: «Что это патернализм? Почему эти стратегические?»

Мы все в одной лодке. Мы должны друг другу помогать, безусловно. Просто я вижу тенденцию, когда человек сходил в банк, обратился, получил отказы отовсюду, и он говорит: «Ну хорошо. Я живой человек, я буду справляться сам. Я иду на банкротство». Это выгоднее банкам? У нас должно быть какое-то единое понимание друг друга. А получается, что все в разных лодках. Банки гребут в одну сторону, а заемщики и должники – в другую. У каждого как будто бы своя правда. А на самом деле мы зависим полностью друг от друга – и банки от заемщиков, и заемщики от банков.

Петр Кузнецов: Понятно. Михаил, о понятности и доступности вчера и президент говорил, призывал банки это делать. Как вам кажется, изменится что-то в отношении банков к клиентам и бизнесу?

Ольга Арсланова: Ну, по большому счету, президент так немножечко пнул банки, даже существенно.

Михаил Алексеев: Поживем – увидим. Я думаю, что… Мы не знаем, что было за закрытыми дверями. Я думаю, что нужно все-таки банкирам доносить, что называется, что мы все в одной лодке. Мы согласны с тем, что если сейчас всем прощать, всем давать отсрочки, то это… В принципе, они же тоже бизнесом занимаются. Абсолютно с этим согласен. Но нельзя там, где человек подходит, нельзя обеспечивать его тем, что: «Иди отсюда! У тебя будут двойные проценты». Зачем это пугание? Зачем? Человек может получить и претендовать на каникулы, зачем его отшивать?

Петр Кузнецов: Ну, банки, видимо, в этой связи еще ждут…

Михаил Алексеев: Если будет инструкция, что закон работает…

Петр Кузнецов: Кто им объяснит и кто поможет, как собрать несобранное, дособрать несобранное? То, что будет связано с каникулами. Видимо, банки еще ждут с этой стороны какой-то помощи.

Давайте послушаем вместе с вами, Михаил, еще одного нашего телезрителя, у Игоря будет вопрос. Будет возможность прокомментировать.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте, Игорь.

Ольга Арсланова: Что у вас случилось?

Зритель: Добрый день. Я хотел бы конкретный случай рассказать, который со мной случился. Я как бы заемщик как частное лицо у одного из коммерческих банков, очень известного. Ну, я еще плюс бизнесмен, у меня малый бизнес. И в связи с этой ситуацией я малый бизнес потерял, поэтому не мог платить по кредиту.

Когда обратился в этот банк, они мне сказали: «Вы знаете, нас эта ситуация не касается, мы коммерческий банк. Платите. Плюс вы не заплатили вовремя – платите еще и штраф». Я сказал: «Ну как я заплачу, если у меня бизнес стоит, я без денег? Ну как я вам заплачу?» Они мне говорят: «Идите к друзьям, к знакомым, к соседям. Возьмите у них в долг и заплатите». Я говорю: «Люди все сидят без денег. Вы о чем говорите?» И когда я сказал: «Вы, наверное, президента не слышали, ситуацией не обладаете?» – они говорят: «Нас это не касается, мы коммерческий банк».

Тогда я сказал, что я буду… По телевизору я тоже видел сюжет, где сказали, что жаловаться в Центробанк. И когда я сказал: «Я сейчас буду писать жалобу в Центробанк», – вот тогда оператор, в общем-то, как-то начал меня слушать. И я так понял, что операторам банков дано указание руководства – максимально не давать каникулы. Вот я такое почувствовал. И когда они мне начали уже говорить: «Ну ладно, мы пойдем вам на уступку, давайте вместо двадцати тысяч заплатите хотя бы десять», – я говорю: «Ну, у меня нет десяти тысяч». Они говорят: «Ну, семь». Я говорю: «И семи нет».

Ольга Арсланова: И начался торг.

Зритель: Они говорят: «А сколько можете заплатить?»

Ольга Арсланова: Да, понятно.

Петр Кузнецов: Какая классная политика – «сходите к знакомым и займите». Прямо по-коллекторски. Спасибо вам, Игорь.

Ольга Арсланова: Ну, это вообще удивительная история.

Михаил Алексеев. Михаил Александрович, смотрите. Может быть, проблема в том, что все эти постановления… Вообще это больше на пожелание похоже: «Давайте банки будут открыты к проблемам своих клиентов. Давайте банки будут давать заем под ноль процентов на зарплату. Давайте будут давать каникулы». Но четко не прописано, как это должно быть, в каком объеме, на каких основаниях. По большому счету, банк сам решает, выгодно ли ему сейчас это, то есть потянет ли он такую нагрузку или нет.

Петр Кузнецов: Тем более если банк коммерческий.

Ольга Арсланова: Отсюда вот этот торг. Все очень неконкретно, похоже на благие пожелания.

Михаил Алексеев: Я могу здесь отчасти согласиться с вами. Любая коммерческая организация стремится минимизировать убытки, свои риски и каким-то образом в любом случае фиксировать прибыль. Это не остановить, это все логично. И здесь на примере закона с кредитными каникулами мы должны видеть, что кто-то сначала оставил окошко или дверку в законе, позволив Правительству определять лимит по кредиту, по которому предоставляются кредитные каникулы. Это с одной стороны. А с другой стороны, потом кто-то (я имею в виду председателя Правительства) подписался под тем, чтобы эти лимиты сделать практически нереальными для бизнеса.

Я еще приведу очень важный пример такого отношения, когда мы слышим одно, а в реальности немножечко не соответствует. Давайте вспомним, что при получении кредита для любого из нас у нас практически всегда на выбор есть либо 2-НДФЛ, либо справка по форме банке. Что такое справка по форме банка? Это, в принципе, вера на слово заемщику. Почему сейчас получается так, что когда я брал кредит, мне верили на слово и заполняли справку по форме банка, а когда снижение дохода, то я почему-то должен ссылаться на 2-НДФЛ. Если бы здесь была честность в рынке и в правовых отношениях, вот тогда бы… Если банк выдавал без 2-НДФЛ, то тогда и кредитные каникулы рассматривай по форме банка. Это было логично? Это было бы логично.

Ольга Арсланова: Это резонно, да.

Михаил Алексеев: Я согласен с тем, что не хватает какой-то жесткости, четкости и так далее. Но почему упускаются эти моменты? Очевидно, что есть какие-то требования банкиров либо нерешительность, может быть, со стороны исполнительной власти, не знаю.

Ольга Арсланова: А возможно, что и то, и другое.

Михаил Алексеев: Согласен, что это актуально. Иногда не всегда понятно. А бизнес будет подстраиваться и от себя убытки убирать.

Ольга Арсланова: Спасибо вам. Эксперт проекта ОНФ «За права заемщиков» Михаил Алексеев был у нас в эфире. Мы продолжаем.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Почему у граждан и бизнеса столько проблем с получением льготных кредитов и прав на каникулы?