• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Алексей Каневский: Регулирование алкогольного рынка похоже на беготню в темноте. Меры принимаются «до кучи», а анализа их эффективности нет

Алексей Каневский: Регулирование алкогольного рынка похоже на беготню в темноте. Меры принимаются «до кучи», а анализа их эффективности нет

Гости
Алексей Каневский
председатель Комитета по экономике и науке московского отделения «ОПОРА России»

Виталий Млечин: Мы в ближайшие полчаса будем говорить о трезвости, точнее о радиусах трезвости – это то расстояние до образовательных или медицинских учреждений, где нельзя продавать спиртное. Минпромторг предлагает эти радиусы существенно уменьшить, до 20-50 метров; сейчас максимальное расстояние 300 метров. Это, по мнению ведомства, мешает торговле, сокращает количество магазинов и обороты сетей.

Оксана Галькевич: Давайте попробуем разобраться, это вообще эффективная мера или не очень. По статистике Министерства внутренних дел, в последние годы снизилось число подростков, которые были задержаны в общественных местах за распитие алкоголя, и снизилось довольно заметно, с 61 тысячи в 2015 году до 55 тысяч в 2016-м. Более свежих данных мы не нашли, но даже в эти годы статистика выглядит впечатляюще. Снизилось и число несовершеннолетних подростков, которые состоят на учете в наркодиспансерах.

Виталий Млечин: Так что же, получается, если реализовать предложение Минпромторга и снова начать торговать алкоголем вблизи школ и больниц, станет больше алкоголиков? Попробуем разобраться в этой теме. У нас в гостях руководитель Комитета по экономике московского отделения «ОПОРА России» Алексей Каневский. Алексей, здравствуйте.

Алексей Каневский: Добрый день.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Алексей. Вы сами-то как относитесь к этой инициативе, к этому предложению?

Алексей Каневский: Я отношусь к этому как к пустой инициативе, потому что она никак не контролируется до сих пор и, по-моему, действенной мерой не являлось и не будет являться. Дело в том, что четко вот эти 300 метров, о которых коллега сказал, вообще в законодательстве не прописаны, всегда это на усмотрение местных властей, то есть до километра.

Оксана Галькевич: А что тогда является более действенной мерой? Потому что мы вот посмотрели на статистику, мы понимаем, что она может трактоваться как-то по-разному, может быть, она лукава, мы не знаем, как она собиралась, составлялась, по каким критериям, но тем не менее мы видим так или иначе снижение чисто математически. Какой тогда критерий действенный?

Алексей Каневский: Ну у нас же с точки зрения регулирования алкогольного рынка действует комплекс мер, и честно говоря, за последнее время ничего послабляющего, какие-то такие меры не принимались, – наоборот, каждый месяц возникает та или иная новая инициатива, связанная с ужесточением. Весь этот комплекс мер, если иметь в виду просто их такой фискальный характер, конечно, в целом работает. Другое дело, что это просто бегание в темноте, в темной комнате, огромное количество мер: какая на ум придет, она принимается быстро до кучи, а серьезного анализа, на мой взгляд, какие меры действительно рабочие, на самом деле не происходит. На мой взгляд, их вообще-то говоря немного и они во всем мире дают такой положительный эффект. В первую очередь это акцизная политика, ценовая политика.

Оксана Галькевич: Акцизы, ага.

Алексей Каневский: Потому что, конечно, если это дело сбалансировать с покупательной способностью населения, то выглядит так, что алкогольная продукция сильно дорожает и способность приобретать ее снижается. С другой стороны, параллельно этому возникает сильное увеличение черного рынка, который не поддается статистике, как раз он очень опасен, там происходят разного рода отравления и так далее, поэтому здесь нужен очень-очень разумный, аналитический, экспертный баланс, которого у нас по-прежнему нет.

Что касается 10 или 300 метров от заведения, это абсолютный абсурд. Более того, как это вообще работает и работало раньше? Мы все знаем об инициативах по увеличению, интенсификации программы «Магазин у дома», в шаговой доступности, это с одной стороны. Поэтому жители района всегда голосуют за то, чтобы магазин, удобный для них, был рядом с домом в шаговой доступности.

Оксана Галькевич: А удобный магазин – это в том числе магазин, простите…

Алексей Каневский: Да. И такая программа началась, отдельные магазины ее подхватили. Потом возникает инициатива по этому метражу: уже созданные магазины, стоящие, в которые вложены средства инвестиционные немалые, часть из них находится не в аренде, а в собственности, подверглись вот такому запрету. То есть это что значит? Они должны закрыться, потерять все деньги и уйти.

Оксана Галькевич: А почему все деньги?

Виталий Млечин: Может быть, просто алкоголем перестать торговать?

Алексей Каневский: Невозможно. Алкоголь, любим мы это слово или не любим, является товарообразующим, то есть это абсолютно главный товар в чеке в целом.

Оксана Галькевич: Серьезно? В обороте такого магазина у дома это…

Алексей Каневский: Да-да, по деньгам везде, в любом чеке табак и алкоголь являются основными, ключевыми вещами. Помните, была ситуация, когда запретили торговать в том числе пивом в ларьках? Тысячи палаток закрылись единомоментно только по этой самой причине.

Виталий Млечин: Ну в палатках-то точно покупали в основном алкоголь, может быть, чипсы какие-то или еще что-то, но в магазине-то?

Алексей Каневский: Я не агитирую за распитие спиртных напитков массово, это абсурд.

Оксана Галькевич: Да, мы понимаем, мы разбираемся.

Алексей Каневский: Но просто еще раз повторяю: каждая инициатива должна продумываться, быть разумной и действенной в конечном итоге.

Оксана Галькевич: Алексей, давайте обратимся к нашим телезрителям. Друзья, активнее подключайтесь к обсуждению нашей темы, ответьте нам, пожалуйста, на вопрос: вы как считаете, нужно ли приближать магазины со спиртным к школам? Сейчас это 300 метров некоторые условные, а предлагается сократить это расстояние до 20-50 метров. Вы считаете это правильным? Ответы «да» или «нет» присылайте на наш SMS-портал 5445, а также звоните нам в прямой эфир, высказывайтесь, телефоны указаны у вас на экранах, все это совершенно бесплатно.

Виталий Млечин: А вот пришла нам SMS из Ярославской области: «У нас в Рыбинске на каждом шагу открывают винные магазины – зачем?» Раз открывают, значит, наверное, спрос есть, иначе не открывали бы?

Алексей Каневский: Я возвращаю вас к моей идее о том, что, в общем, наличие алкоголя в ассортименте магазина – это, может быть, чуть-чуть цинично звучит, единственная способность, возможность выжить торговой точке. Когда торговая точка лишается, например, лицензии, в 90% случаев она сразу закрывается именно по этой самой причине, это с одной стороны. С другой стороны, алкогольная отрасль, как мы знаем, очень-очень зарегулирована. Сейчас есть система ЕГАИС, по которой каждая единица алкогольной продукции (любой) движется и доступна к анализу от производителя прямо до потребителя; в этом смысле все магазины, которые обязаны тоже подтверждать ее в системе ЕГАИС, твоего абсолютно легальным товаром с понятным прошлым, назовем это так.

Оксана Галькевич: Где сделан, откуда привезен.

Алексей Каневский: Это так. Есть постоянные электронные попадания в базу налоговых органов сведений о продаже алкоголя от оптовика, дистрибутора, импортера до конечного потребителя. То есть я бы сказал, что сейчас практически этот рынок стал прозрачным. Исключение составляет, что если фискальные, такие драконовские меры будут превалировать, будет расти черный рынок, который как раз ни в одну такую систему не попадает, вот это самое страшное. Поэтому я ратую за то, чтобы ограничительных мер… Это все равно что бороться с армией, которая значительно сильнее тебя изначально, ее лучше нужно регулировать.

Оксана Галькевич: Для меня, честно говоря, абсолютно непонятно, почему алкоголь, как вы говорите, товарообразующий или как вы назвали, формулировку какую использовали, – у нас ведь даже кафе и кофейни без этого не выживают, удивительно. Сколько раз я была в кофейне, я все время пью кофе – кто эти люди, кто пьют алкоголь?

Давайте выслушаем нашего телезрителя…

Виталий Млечин: …из Тульской области. Здравствуйте, Семен.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, говорите.

Виталий Млечин: Говорите, пожалуйста, вы в эфире.

Зритель: Хочу поприветствовать ведущих, поприветствовать гостя передачи. Я хотел бы сказать, что у нас просто статистика в стране, мы как бы слишком ударяемся в эту статистику, понимаете? Потому что получается, что черный рынок алкоголя процветает в стране очень сильно, понимаете, а те, кто занимаются легально чем-либо, у нас постоянно какие-то чиновники создают препоны.

И по поводу вообще трезвого образа жизни – нужно в школах проводить побольше каких-либо занятий с детьми, делать побольше секций (футбольных, еще каких-то), детей чем-то занимать, понимаете? У нас дети сейчас, к сожалению, предоставлены сами себе, вот в чем смысл. А то, что… Я просто вспоминаю, когда мы были маленькими, в подростковом возрасте, это были 1990-е гг. жесткие – мы могли найти все что угодно, поверьте мне, и магазины были приближены к школам, в 20 метрах продавалось спиртное. То есть кто-то занимался спортом, кто-то, соответственно, вы понимаете, какие это года были.

Поэтому вот эти ограничительные какие-то меры… У нас и так бизнес уже задохнулся, мне кажется, по крайней мере у нас в области уже маленьких предпринимателей, магазинчиков не осталось вообще. То есть с девяти забрали все, нас уже нет в принципе. Я сам как бы предприниматель…

Оксана Галькевич: А, вы предприниматель, что же вы скрывали-молчали? Понятно.

Зритель: Я предприниматель, у меня другая сфера деятельности, у меня сервис. Я вспоминаю 2013 год, ну какая разница, столкнулись все с этим. Нет вообще заработка абсолютно, вот в чем дело…

Оксана Галькевич: Люди просто не зарабатывают, вот и вам деньги не приносят.

Зритель: И те же магазины… Должна быть культура, понимаете? Я вот был за границей, неважно где, в той же Англии паб расположен везде, то есть выходишь из подъезда и 10 пабов на тебя смотрят, – не вопрос, англичане могут себя вести кто-то действительно не очень хорошо, кто-то хорошо.

Оксана Галькевич: Семен, я вам расскажу, где у нас есть такие места: поезжайте в Петербург, там, знаете, есть такая целая миля. Спасибо вам большое.

Виталий Млечин: Спасибо, Семен, что позвонили.

Оксана Галькевич: Вот по поводу культуры: на самом деле если говорить о каких-то там 1990-х гг., вспоминается, что пивные бочки как-то не слишком были удалены от тех школ, где мы учились.

Скажите, у нас же еще если магазин продает, особенно если это, простите, небольшой какой-то магазин, а не сетевой маркет, у нас там часто складывается какая-то нехорошая компания вокруг этого. Люди, которые любят потреблять, периодически там кучкуются: они туда приходят, они там встречаются, они там же и употребляют. Может быть, собственно говоря, это и есть одна из причин прежнего решения по удалению вот этих магазинов от школ, от детских учреждений? Ну негоже детям смотреть на вот этих вот людей, которые в нетрезвом состоянии пришли за еще…

Алексей Каневский: Понимаете в чем дело? Здесь такое некое смешение понятий. Я вот слушал предыдущего выступающего и мысленно во всем ему аплодировал. Он очень точно расставил акценты. Дело в том, что здесь, безусловно, все зависит и от культуры потребления напитка, и вообще от внутренней культуры. При чем здесь магазин, который на законных основаниях продал товар? Другое дело, пошел ли с этим товаром человек потом пить его домой или позвал своих коллег и начал это все громко распивать рядом с магазином. Дальше он нарушает закон о тишине, например, это дело МВД.

Оксана Галькевич: Полиции, да.

Алексей Каневский: Конечно.

Оксана Галькевич: То есть вы хотите сказать, что такие меры, собственно говоря, из-за некой беспомощности, не работают институты, например, правоохранительные? Мы не можем справиться с помощью этих инструментов, придумываем какие-то административные?

Алексей Каневский: Я боюсь вызвать шквал негатива…

Оксана Галькевич: Не бойтесь, мы прикроем.

Алексей Каневский: …от ваших слушателей или зрителей, но считаю, что случаи такого шумного поведения возле магазинов единичные, точечные. Они есть, они дико раздражают, мы много о них знаем, потому что каждый раз какая-то скандальная ситуация, но это не повсеместная история. Более того, если на окраинах, где это в основном происходит, будет какая-то альтернатива, о чем тоже ваш предыдущий оратор сказал, и люди могут иметь возможность вообще не выпивать в этот момент, а выпить, когда это удобно, дома и по какому-то случаю, то они будут этим пользоваться. Это все от безысходности: есть свободный вечер, который некуда потратить.

Виталий Млечин: Вы знаете, я с вами должен согласиться и не согласиться одновременно. Дело в том, что в моем доме есть двор, детская площадка, и недалеко есть магазин, который открыт круглосуточно. Естественно, ночью там алкоголь не продают, по крайней мере мне об этом не известно. И вокруг него действительно кучкуются, собираются какие-то люди, но по ночам они не распивают алкоголь, это точно. Время от времени они как-то шумят, но не очень, а вот кто шумит, так это люди, которые собираются на детской площадке, причем они собираются там с детьми часто, они там курят и выпивают.

Алексей Каневский: Так.

Виталий Млечин: И вот неважно, магазин немножко в стороне, неважно, есть он или нет, они собираются на детской площадке несмотря на то, что, в общем, у нас в районе есть и парк рядом, и фитнес-клуб, все что хочешь, то есть можно себя занять, хоть это и на окраине.

Алексей Каневский: Да.

Виталий Млечин: Вот почему это происходит? Какая тут связь?

Алексей Каневский: К сожалению, надо сказать, что, конечно, это опять связано с внутренней культурой каждого отдельного человека. Как вы думаете, если у людей план выпить с друзьями на детской площадке…

Виталий Млечин: А почему вообще… Знаете чего я не понимаю? – почему бы им не собраться у себя в квартире и не выпить спокойно? Почему надо выходить на улицу, ночью включать музыку и всех оповещать таким образом, что они хорошо проводят время? Вот что мне непонятно.

Алексей Каневский: Ну потому что они дебилы.

Оксана Галькевич: Вот так вот, ты хотел прямого ответа, ты его получил.

Еще один звонок у нас, Виктор из Екатеринбурга. Виктор, здравствуйте, мы вас слушаем.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Виктор.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Говорите, пожалуйста, если можно, коротко.

Зритель: Мне 70 лет, у меня трое детей, пятеро внуков. Вот здесь уже идет разговор о сантиметрах, сколько до магазина, до табачного киоска. Что творит молодежь, подростки, никто на это не обращает внимания, нет милиции, не привлекают к этому родителей. Это же глупо просто вообще.

Оксана Галькевич: Понятно, спасибо большое.

Виталий Млечин: Ваша мысль ясна, спасибо.

Оксана Галькевич: Давайте посмотрим небольшой опрос, который провели наши корреспонденты на улицах нескольких городов (Тамбов, Владивосток и Екатеринбург), как раз спрашивали, нужен ли радиус трезвости как антиалкогольная мера в районе, где есть школы, детские сады, прочие учреждения. Давайте посмотрим, что нам люди рассказали.

ОПРОС

Виталий Млечин: «Убирайте все» – уже другая крайность.

Оксана Галькевич: «Убирайте все».

Виталий Млечин: Почему-то все время крайности какие-то: либо все можно, все разрешить, либо все запретить. А как-то вот разумно организовать, чтобы можно было купить алкоголь все-таки, но действительно как-то не привлекать детей к этому, не показывать, не демонстрировать, чтобы не провоцировать таким образом?

Алексей Каневский: Да. Собственно, магазин, торгующий внутри, это не провоцирует, он торгует в том числе и колбасой, мы понимаем. И наша проблема, что люди колбасе предпочитают потерю сознания, ну что поделаешь.

Оксана Галькевич: А если магазин, как вы говорите, одно дело, если это порядочная торговая точка, которая действует строго в соответствии с законом, требует паспортные данные, подтвердить свой возраст, все четко, а если нарушает где-то, где-то что-то там недособлюдает кое-где у нас порой – это тоже вы считаете не проблемой сообщества, не проблемой приближенности магазина, а правоохранительных органов?

Алексей Каневский: В основном правоохранительных, но до них должна доходить информация. Мы возвращаемся к практике, например, западных государств, там не стыдно, например, об этом заявить. Жители, зная о таких фактах, моментально, просто звонком… С одной стороны, у нас в России просто ментально это не принято, но с другой стороны, если речь идет о такого рода нарушениях, связанных со здоровьем, мне кажется, значит, информировать нужно правоохранительные органы. Другое дело, что у них ресурса нет на это реагировать так массово, это другой вопрос.

Оксана Галькевич: Нам пора уже подводить итоги нашего голосования, давайте посмотрим на результаты. Выглядят они следующим образом: 14% считают, что приближать магазины со спиртным к школам нужно, оставшиеся 86% убеждены, что делать этого не нужно. Даже сейчас поменялось, 15% и 85%, мгновенно все меняется. Ваших сторонников не большинство, но стало больше в последние минуты.

Алексей Каневский: Понятно.

Оксана Галькевич: Спасибо большое. В студии программы «Отражение» сегодня был Алексей Каневский, руководитель Комитета по экономике московского отделения «ОПОРА России».

Виталий Млечин: А мы вернемся через пару минут. Спасибо большое.

Алексей Каневский: Спасибо.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты