Алексей Коренев: Треть зарплаты в среднем россияне тратят на питание. А, например, голландцы - 8%. И мы еще не говорим о качестве продуктов

Гости
Алексей Коренев
аналитик Группы компаний «ФИНАМ»

Ольга Арсланова: Ну а мы продолжаем. Давайте поговорим о том, насколько наша страна экономически благополучна. 59-е место из 152: Россия сохранила свои позиции в международном рейтинге благополучия, который составляет консалтинговая компания «The Boston Consulting Group».

Петр Кузнецов: Давайте начнем с лидеров. Лидерами этого списка стали Норвегия, Швейцария и Исландия. Также в его первой четверти другие страны Западной Европы, а также США, Австралия и Япония. Ближайшими соседями России в этом году стали Грузия и Аргентина, здесь изменения все-таки произошли, по соседям.

Ольга Арсланова: Рейтинг составляется по 10 параметрам: 3 в группе «экономика» (доход, валовый внутренний продукт, инфляция, занятость и безработица); 3 отражают доступность, результаты здравоохранения и образования, инвестиции в инфраструктуру; остальные параметры характеризуют устойчивость развития, в частности, качество окружающей среды, эффективность управления, гражданскую активность и равенство в распределении доходов, в образовании и ожидаемой продолжительности жизни.

Петр Кузнецов: Ну и остается добавить, что на своей позиции Россия остается 5-й год подряд, а лучший результат – это 56-я строчка, это было в 2010 году.

Ольга Арсланова: Также аналитики отмечают, что в целом результаты России за последние 10 лет улучшились. Заметили ли это вы? Заметили ли вы, что наша страна стала более экономически благополучной? Звоните, рассказывайте, делитесь своими впечатлениями.

А мы приветствуем нашего гостя, аналитика ГК «Финам» Алексея Коренева, – Алексей, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте, Алексей.

Алексей Коренев: Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Давайте сначала разберемся с этим рейтингом. Кто конкретно участвует в составлении, насколько можно доверять критериям отбора?

Алексей Коренев: Вы знаете, рейтингов составляется много, все они отличаются друг от друга некоторые деталями, некоторые существенно. Поэтому говорить о том, что тот или иной рейтинг является истиной в последней инстанции, конечно, нельзя, это все очень условно. И если мы посмотрим другие рейтинги, то мы увидим совершенно иной расклад, Россия там может оказаться на 61-м месте, на 63-м месте, где-то, может быть, на 45-м, но приблизительно, в общем-то, по всем рейтингам мы действительно находимся в пятом-шестом десятке.

Соседи наши, в общем-то, примерно те же; они чуть-чуть могут меняться, где-то мы рядом с Индией, где-то мы, как ни странно, в этом рейтинге вот оказались рядом с Аргентиной, у которой очень высокий уровень инфляции, проблемы были с национальной валютой похуже, чем у нас. Но тем не менее вопрос упирается в то, собственно, кто составляет рейтинги, насколько они корректны, какие параметры там отображаются, потому что…

Петр Кузнецов: Ну вот как раз 10 параметров, и эксперты говорят, что ВВП далеко не ключевой в этом плане показатель. Согласны с этим?

Алексей Коренев: Не ключевой совершенно, согласен абсолютно. Во-первых, существует множество способов подсчета ВВП: есть абсолютный ВВП, ВВП на душу населения, по паритету покупательной способности. Мы там очень хорошо, кстати, выглядим, поэтому наша власть очень любит сравнивать Россию с другими странами именно по ВВП по паритету покупательной способности, здесь мы отлично выглядим, а по общему ВВП мы совсем маленькие, ну и по ВВП на душу населения тоже выглядим скромно.

Но опять же эти рейтинги очень условны, потому что, собственно, составляются они наиболее богатыми странами мира исходя из тех критериев, которые эти страны считают для себя наиболее важными, из-за чего потом возникают, скажем, странные вещи, когда государство из пятого, шестого, седьмого десятка совершенно недовольно тем, где они оказались. Простейший пример – Коста-Рика, которая, по-моему, на 63-м месте по качеству жизни и на 13-м месте по уровню счастья. Почему так получилось? Потому что по европейским меркам костариканцы недостаточно обеспечены библиотеками. Костариканцы говорят: «Ребята, посмотрите, какие у нас пляжи, зачем нам библиотеки?» Поэтому спорить с этими рейтингами бывает очень непросто.

Ольга Арсланова: Но все-таки они пользуются открытыми данными, я правильно понимаю?

Алексей Коренев: Безусловно, да. Конечно, есть объективные цифры, просто вопрос, какие из этих цифр использовать и какой приоритет отдавать тем или иным цифрам, то есть какой вес тому или иному показателю.

Ольга Арсланова: Ну вот 59-е место, главный вопрос наших зрителей, – это хорошо или плохо? Это позор для страны или это адекватно?

Петр Кузнецов: И самый главный все-таки: если отбросить вот эти условности, зависание на 59-м месте в течение последних 5 лет о чем может говорить?

Алексей Коренев: Экономика не развивается.

Петр Кузнецов: Фаза застоя?

Алексей Коренев: Да, она у нас так и есть. Более того, начиная с 2015 года мы в общем-то действительно пребываем в состоянии стагнации, когда у нас рост ВВП очень незначительный, мы существенно отстаем по росту ВВП от мировых показателей и уж тем более от государств, скажем так, соизмеримых по масштабам экономики и находящихся рядом с нами в одной упряжке с точки зрения развивающихся государств. Потому что понятно, что ВВП Европы растет медленными темпами, Японии тоже медленными темпами, огромные государства, богатые, им тяжело уже развиваться быстро, высокая база, то же самое США. А вот, например, всевозможные Индии, еще какие-то страны могут показывать очень высокие показатели, Китай у нас сколько лет подряд показывает 5-6% и выше темпы роста ВВП за счет низкой базы, они низко стартовали, а сейчас догоняют.

Ольга Арсланова: Давайте послушаем нашего зрителя, Юрий из Костромской области хочет поделиться своим мнением. Здравствуйте, Юрий.

Петр Кузнецов: Юрий, здравствуйте.

Зритель: Так вот у меня такое мнение, что у нас… Ой, как сказать вам…

Ольга Арсланова: Прямо говорите.

Зритель: Прямо? Так вот я ходил в магазин, цены выросли, допустим, песок вырос сразу на 6 рублей за 2 дня. Все, о какой стабильности? Если у нас производство все упало, все, нет ничего… Мы живем в поселке, нет ничего совершенно. Какая будет стабильность дальше?

Петр Кузнецов: Спасибо большое.

Ольга Арсланова: Спасибо большое.

А вот, кстати, если выделить главный критерий – удовлетворенность жителей той или иной страны…

Алексей Коренев: Он разный, да.

Ольга Арсланова: …своей среднеэкономической ситуацией, социальной сферой и так далее, мы бы на каком месте, как вам кажется, были?

Алексей Коренев: Если брать только экономику, мы были бы еще хуже. Дело в том, что те рейтинги, которые вот в большинстве случаев обсуждаются, там Россия очень хорошо выглядит, например, по части образования, мы действительно выглядим неплохо, мы во второй десятке, как правило, то есть мы действительно находимся в числе лучших государств. Россия занимает хорошее место по политическому весу. Плохо у нас с экологией: если, скажем так, в больших городах еще что-то, то мы прекрасно знаем, что есть такие города, как Дзержинск Нижегородской области, ряд городов на Урале, где совершенно ужасающая экология. И совсем плохо у нас будет, если мы будем смотреть социальную сферу, экономику и доходы на душу населения, потому что простейшая цифра: россияне в среднем по последним данным тратят на еду более 30% своего дохода. Это, скажем так, не ужасающе большая цифра, конечно, в Африке дела еще хуже, в большинстве стран…

Ольга Арсланова: В целом это бедность.

Алексей Коренев: Это бедность, потому что в Нидерландах 8%, остальная Европа 10-15%, а мы треть зарплаты отдаем на то, чтобы прожить, и в общем-то качество продуктов у нас, скажем так, не все могут позволить себе… Опять же в рейтингах учитывается питание, там есть два параметра, отдельно учитывается обеспеченность питанием и отдельно собственно ассортимент, качество питания. Потому что одно дело, когда человек питается полноценно, с фруктами, овощами, мясом, рыбой, другое дело, когда, как вот человек жалуется, он приходит, у него нет денег на сахарный песок, люди сидят на крупах, на хлебе, молоко-то не всегда себе могут позволить. Естественно, если сравнивать по этим параметрам, мы бы выглядели совсем плохо. Спасает нас образование, политический вес, поставки вооружений (мы на 2-м месте в мире), где-то в результате в среднем мы получаемся не так плохо, как могли бы.

Петр Кузнецов: Здесь еще сказано, что страны из топ-30 Россия превосходит по уровню занятости, скажем так, только по уровню занятости. Насколько это важный параметр? Преимущества? И можем ли мы, не знаю, плясать от него в плане улучшения других показателей? Потому что все-таки улучшение в одной области должно стимулировать по крайней мере прогресс в другой.

Алексей Коренев: Давайте начнем с того, насколько… Это крайне важный параметр, достаточно сказать, что когда президент Трамп, например, избирался, одним из основных его предвыборных лозунгов было увеличение занятости, и сейчас он таки добился своими реформами. Несмотря на то, что им там многие недовольны и непонятно, чем закончатся реформы Трампа, но у него есть действительно серьезное достижение: уровень безработицы в США находится на рекордно низких уровнях (простите за тавтологию) за очень много лет. И это важный момент, у них нет проблем с работой.

В России уровень безработицы официальный 4.7%. Вы верите? Я нет, потому что эти 4.7% – это те, кто обращаются в службу занятости, туда обращается очень мало людей. Конечно, независимые рейтинговые агентства пытаются вычислять уровень безработицы по своей методике за счет опросов, за счет анкетирования и так далее, и вот тут цифры получаются совершенно другие. На самом деле уровень безработицы в России на очень плохом уровне, у нас колоссальное количество населения занято в сфере самозанятости…

Ольга Арсланова: Ну безработными их уже нельзя считать.

Алексей Коренев: Ну куда им деваться? Более того, это люди, которые в принципе уже как бы выпали из системы отношений государство-человек, они обеспечивают себя сами, они не хотят иметь ничего общего с этим государством, платить налоги, потому что он сам на себя зарабатывает, он не получает взамен ничего, медицинское обслуживание плохое, продукты не пойми какие, он не хочет платить налоги, он обеспечивает себя сам. Как с ними быть, непонятно. В многих регионах России уровень самозанятости достигает 50% и больше. Что касается безработицы, то красивые цифры по Москве (у нас она ниже 1%), область, Петербург с областью тоже неплохо и некоторые другие крупные города регионов (Краснодар, Казань и так далее). Если брать республики Северного Кавказа, там почти 90% по некоторым областям уровень безработицы, люди не могут, действительно там деваться некуда.

Плюс тяжелая ситуация с моногородами, те города, которые в советские времена строились под какие-то крупные производства, эти производства сейчас закрылись или существуют, скажем так, очень тяжело и мучительно, людям деваться некуда. У нас очень низкая трудовая миграция, у нас люди в основном живут по принципу «где родился, так и пригодился», то есть он не будет, это не Штаты, где человек из-за 10%-й прибавки к зарплате согласен переехать на другой конец страны. У нас обычно люди всю жизнь живут в родном городке; если там работы не стало, то все, и поэтому беда с работой. На самом деле официальные цифры, которые озвучиваются, ничего общего не имеют, а это один из важнейших показателей.

Ольга Арсланова: То есть правильно ли я понимаю, что из-за этой равномерности мы получаем очень усредненный результат в этих рейтингах?

Алексей Коренев: Да.

Ольга Арсланова: Если, например, взять отдельно Москву, она была бы отдельным государством, возможно, мы бы оказались где-то ближе к европейским странам, а если взять самые сложные регионы, мы были бы еще ниже?

Алексей Коренев: Ну если брать Москву…

Ольга Арсланова: Россию разделить нельзя.

Алексей Коренев: Ни для кого не секрет, что Москва и по уровню жизни, и по качеству жизни, и по тому же самому уровню безработицы и так далее находится на уровне многих европейских столиц, по крайней мере не хуже восточноевропейских столиц. То есть Москва очень неплохо выглядит, но это государство в государстве, ее тяжело сравнивать с остальными.

Петр Кузнецов: Вот у стран-лидеров нет такого разброса центра с остальными?

Алексей Коренев: Нет, конечно. Вы знаете, кто в Европе был, тот прекрасно знает, в любой точке (да и не только в Европе, даже в Штатах), вы можете жить в городке с населением в 500 человек, у вас будет нормальный магазин, у вас будут хорошие дороги, у вас будет хорошая поликлиника или больница, даже в крохотном городке. Попробуйте приехать у нас где-нибудь в глубинке в городок, где живет даже не 500 человек, а 5 тысяч: там будет маленькое отделение «Сбербанка», чахлая больница с туалетом на улице и так далее. Я просто знаю, у меня дача в 500 километрах от Москвы, я вижу все это. Плохо у нас, в общем: чуть-чуть отъехал от Москвы, и беда начинается.

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, Алексей, а как у нас идет экономический рост и благополучие граждан? То есть можно ли найти именно положительную связь? Потому что бывает так, что государство как раз достигает экономического роста как раз-таки ценой благополучия граждан.

Алексей Коренев: Ну на самом деле я не знаю, как сделать, потому что здесь такая достаточно важная вещь: чем больше зарабатывают граждане, тем охотнее они тратят, соответственно, выше уровень потребления, а потребление провоцирует производство, вот это замкнутый цикл. Чем больше люди потребляют, тем больше растет производство, потому что их нужно обеспечивать этими товарами и услугами. Именно поэтому, в общем-то, все ведущие экономики мира одним из основных параметров для себя ставят хороший уровень потребления, они стремятся к тому, чтобы их граждане могли покупать качественные товары и услуги, легко кредитоваться под невысокие проценты.

Интересный момент: у нас сейчас ипотека занимает 6% от уровня ВВП, для сравнения в Европе и в США это от 40% до 80%, а в странах, соизмеримых с нами по уровню развития (вроде Польши и Бразилии), это от 12% до 30% от ВВП, а у нас всего 6%, и это рекордный показатель, мы вышли на него всего за последние 2 года. А ведь это то самое, что, в общем-то, обеспечивает рост экономики: люди берут кредит, если он доступный, естественно, покупают квартиры, обеспечивая тем самым работой строителей, а строители обеспечивают работой поставщиков, не знаю, стройматериалов, логистику и так далее. То есть чем больше потребляют граждане, тем больше производится в экономике. Поэтому не получится так, чтобы страна росла, а граждане беднели; вернее, это возможно в условиях, скажем так, очень тоталитарной какой-то экономики, мы в свое время это проходили, некоторые страны в мире сейчас еще этим отличаются. Мы вроде бы все-таки сейчас относительно в экономическом плане государство такое, развивающееся хотя бы условно по рамкам нормального экономического рынка. Поэтому, соответственно, чем больше граждане будут потреблять, тем больше они будут требовать.

Так вот потребление у нас снижается, начиная с конца 2014-го и с 2015-го годов, когда против нас были введены санкции, когда резко упали цены на нефть и когда накопились серьезные проблемы в самой экономике страны, структурные перекосы колоссальные, мы ориентированы на экспорт природных ископаемых и мало производим сами, у нас начал снижаться уровень доходов населения, имеются в виду реальные располагаемые доходы, не номинальные зарплаты (они растут). Реально располагаемые доходы – это доходы с учетом всех обязательных выплат и индексированные на величину инфляции. Так вот они снижались 3.5 года, росли короткий период в этом году (с февраля по август) в основном за счет того, что под президентские выборы были повышены зарплаты бюджетникам, были существенные прибавки, были разовые выплаты, поэтому у нас 6 месяцев наблюдался рост доходов населения. Сейчас он опять перешел в уровень стагнирования такой, что по результатам годам…

Ольга Арсланова: Обнадеживаться не время.

Алексей Коренев: По итогам года я не знаю, что будет…

Петр Кузнецов: А 2019-й налоговый такой еще год будет.

Алексей Коренев: У нас такой достаточно яркий показатель: темпы роста доходов на недвижимость, землю и транспорт в 2 раза обгоняли зарплаты, все. Раз у нас налоги растут в 2 раза быстрее, чем зарплата, о каких доходах может идти речь? Вроде бы зарплаты увеличиваются, но посмотрите, у нас ЖКХ растет, инфляция растет, цены в магазинах растут, теперь еще НДС. В результате, в общем-то, я думаю, что 2019 год не будет для нас радостным.

Петр Кузнецов: Это мы еще не все назвали по поводу нововведений в 2019-м.

Алексей Коренев: Да.

Петр Кузнецов: Слово народу еще дадим. У нас есть результаты опроса на улицах разных городов: «Наша страна с экономической точки зрения благополучна?» – задавали им один вопрос. И вот какие ответы мы получили.

ОПРОС

Петр Кузнецов: И еще один комментарий: по телефону с нами на прямой связи Татьяна из Саратовской области. Здравствуйте, Татьяна, слушаем вас. Ваша реплика?

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Наконец-то дозвонилась до вас. У меня вот такие вопросы: какое может быть у нас улучшение жизни при таких низких пенсиях и заработных платах? У нас все предприятия в Марксе (город маленький) загнулись, ничего у нас не работает. Я говорю, хлеб буквально с 1 декабря, уже батон 200-граммовый, вместо 13 рублей 15 стал. В магазин не сунешься. Это просто кошмар.

Пенсии получаем, таблетки и квартплата, все. Все у нас только выше, выше. В те времена, при коммунистах, плохо жили, с минимальной заработной платы подоходный налог не брался, была стабильная у нас по ЖЭУ оплата, можно было даже с работы по заявлению платить, а сейчас это невозможно: бегаешь по всему городу, больному человеку чтобы заплатить свои деньги… Монетизацию льгот произвели, раньше 50% было от ЖЭУ, а сейчас копейки.

Ольга Арсланова: Да, понятно.

Петр Кузнецов: Да, Татьяна, и мы можем перечислять… Спасибо вам огромное.

Ольга Арсланова: Спасибо, у нас просто времени немного, а надо подводить итоги.

Петр Кузнецов: Алексей, мы просто зафиксировали это как фазу застоя. Как долго мы будем находиться в таком состоянии, учитывая, что все-таки каких-то внешних, сильных факторов не ожидается?

Ольга Арсланова: Хороших, позитивных факторов.

Алексей Коренев: Как показывает…

Петр Кузнецов: Циклический какой-нибудь экономический кризис должен грянуть где-нибудь когда-нибудь.

Алексей Коренев: Вы знаете, циклический кризис грянет абсолютно точно, вопрос, явится ли он для нас очистительным…

Петр Кузнецов: Как-то им воспользоваться?

Алексей Коренев: В принципе большинство экономических кризисов все-таки носит очистительный характер, они избавляют экономику от неэффективных предприятий, грубо говоря, вымывается пена. Вопрос, получится ли это у нас, вы вот спрашиваете, насколько долго может существовать подобная система. Вы знаете, Аргентина 100 лет прожила в достаточно тяжелых условиях, прежде чем там наметились какие-то улучшения и в части экономики, и в части демократии, да и то они, в общем, сейчас опять показывают не лучшие времена.

Петр Кузнецов: Тем не менее они наши соседи вот в этом рейтинге.

Алексей Коренев: Соседи, уже неплохо. На самом деле быстро выйти из этой ситуации не получится абсолютно точно по одной простой причине: у нас большая экономика, большая экономика быстро не реформируется, а проблемы накопились действительно серьезные, решить их только экономическим образом не получится, потому что нужно решать в комплексе. Требуются реформы правовой системы, судебной системы, нужна реформа, в общем-то, выборной системы, должна быть реальная сменяемость власти, иначе о каком инвестиционном климате может идти речь в стране, если во многих регионах, собственно, власть уже давно дружит с местным бизнесом, войти туда невозможно и так далее.

Поэтому если брать чисто экономические беды, то да, у нас основная проблема в том, что наша экономика за то время, что мы сидели на нефтяной игле, мы растеряли очень многое из тех производств, которые были действительно сильные, – приборостроение, авиастроение, судостроение, машиностроение. Все это сейчас пребывает в основном в достаточно плохом состоянии, а там, где развивается, это действительно пришли новые люди, новые деньги, они пытаются это дело развивать.

Быстро не получится, нам нужно слезать с нефтяной иглы, а для того чтобы нам с нее слезть, нам нужно сделать благоприятный бизнес-климат, а для того чтобы был благоприятный бизнес-климат, нужно менять все. Должна быть защищенность частного капитала, бизнес должен знать, что его не будут кошмарить проверками, кредиты должны быть доступными и выгодными для бизнесменов…

Ольга Арсланова: В общем, работы…

Алексей Коренев: …непочатый край, да.

Ольга Арсланова: Спасибо вам большое.

Петр Кузнецов: Спасибо, Алексей. Алексей Коренев, аналитик компании «Финам».


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Что тормозит благополучие страны?

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты