Алексей Кыласов: Рекорды только дополняют общую картину привлекательности спорта, но не меняют или отменяют её

Алексей Кыласов: Рекорды только дополняют общую картину привлекательности спорта, но не меняют или отменяют её
Владимир Пирожков: В современном мире в людях всё больше развивается цифровой аутизм
Иван Родионов: Перевести средства в негосударственный пенсионный фонд – всё равно что пойти в казино и поставить на «красное». Может выиграть, а может и нет
Наталья Агре: Долгие годы подготовка в автошколах была направлена не на безопасность движения, а на знание ПДД. А это очень разные вещи
Владимир Собкин: Не надо относиться к молодым, как к недоумкам, ждать, когда они вырастут - они уже выросли!
Борьба с курением превращается в борьбу с курильщиками?
Реальные цифры: борьба с курением
На больничный! Представители каких профессий в нашей стране болеют чаще всего?
Россия управляет соцсетями? Американские спецслужбы уже ждут российского вмешательства в выборы
У среднего класса дела средне. Россияне со средним доходом чаще других теряют работу. И ищут дольше
Родителей, чьи дети оскорбляют учителей, накажут рублем, а самим хулиганам может грозить тюрьма
Гости
Алексей Кыласов
руководитель Центра традиционных игр и спорта Института наследия

Ольга Арсланова: Ну что ж, поговорим о гендерном равенстве (или неравенстве, это как посмотреть) в спорте. Насколько гендер вообще там важен. Потому что происходят удивительные вещи в современном спорте. Например, 16-летняя российская фигуристка Александра Трусова попросилась в мужское катание. Казалось бы, такая жесткая конкуренция в женском, можно биться и становиться лучшей в нем. Но двукратная чемпионка мира среди юниоров поясняет: «Только в мужском фигурном катании разрешается включать в короткую программу четверные прыжки». А Трусова как раз сейчас единственная, кто стабильно умеет их крутить. И в качестве козыря применяет в женском катании и может с некоторыми ограничениями. Хотя вот на последнем старте, на Гран-при в Москве, как раз четверные не все удачно исполнены. Но все-таки именно четверные принесли ей победу. Засчитали, прибавили баллов.

Петр Кузнецов: При этом в фигурном катании буквально плюс один год – и она уже, меняясь физически, она уже не сможет.

Ольга Арсланова: Все может быть. Ты же в курсе, что Трусова не первая, кто прыгает четверные. Японка первая прыгала, но потом перестала. Т. е. нестабильная история.

Петр Кузнецов: Да. Но считается, что вот сейчас Трусова. Это рубрика «Личное мнение». И у нас сейчас еще будут истории. А мы приветствуем Алексея Кыласова, руководителя Центра традиционных игр и спорта Института наследия. Здравствуйте, Алексей.

Ольга Арсланова: Здравствуйте. Посмотрим вместе.

Петр Кузнецов: Просто чтобы в подтверждение, что история с Трусовой далеко не первая и, я думаю, не последняя. В 1992 году хоккейный вратарь Манон Реом (естественно, это она) подписала контракт с клубом НХЛ «Тампа Бэй Лайтнинг». Потом ее отправили, правда, в фарм-клуб «Тампы», т. е. в дубль-резервную команду. Неважно, это все равно считается при клубе. И она за 5 лет провела 24 матча и таким образом стала первой и единственной женщиной в Национальной хоккейной лиге. В этом же 1992 году выдающаяся теннисистка Мартина Навратилова решила сразиться с Джимми Коннорсом. К тому времени Коннорсу, бывшей первой ракетке мира, было уже 40 лет, но он продолжал выступать. Навратиловой пошли навстречу, ослабили правила. (Если вы разбираетесь в теннисе.) В общем, позволили быть в так называемом коридоре, тогда как для Коннорса это считалось аутом – коридоры.

Ольга Арсланова: Мне даже показалось, что ему пришлось юбку надеть, чтобы… Но нет.

Петр Кузнецов: Да, кстати, да. Не сразу, обратите внимание, и поймешь, кто из них кто. Навратилова все равно проиграла. Далее. Американская горнолыжница Линдси Вонн. Это уже ближе к нам, к современности. Олимпийская чемпионка, многократная победительница Кубка мира. После золота Ванкувера в 2010 году как раз Вонн начала проситься очень активно на склон к мужчинам. Вот что она говорит: «Если я могу тренироваться с ними (а она с ними тренировалась все это время), я хочу перейти на следующий уровень. Почему я не могу с ними соревноваться, если я могу с ними тренироваться? Я выиграла множество гонок, мне сейчас неинтересно, я хочу соревноваться там, где нужно выкладываться по максимуму». Вонн несколько раз обращалась в спортивные федерации с соответствующей просьбой, но каждый раз конгрессы ей отказывали. А в прошлом сезоне Вонн завершила карьеру. (У нее что-то серьезное с коленом). И, наконец, особый случай – это Кастер Семеня. Я думаю, что все об этом слышали. «Об этом» – оговорочка. О ней. То ли мужчина, то ли женщина, то ли что-то среднее, очень долго это выясняли…

Ольга Арсланова: А это неважно. Главное – результат.

Петр Кузнецов: …Очень долго это выясняли и выяснили. Обо всем по порядку. Бегунья из ЮАР в 2009 году, вот один из ее феноменальных забегов, особенно ей удавались 800 м. Она выиграла очень спокойно на чемпионате мира 800 м, дальше спокойно не совсем в Лондоне 800 м, там просто дисквалифицировали ту, которая получила золото, Семеня пришла второй и ей досталось золото. И в итоге она чисто выиграла уже 800 м в Рио-де-Жанейро. Исключительность всех этих достижений побудила легкоатлетическую федерацию провести расследование. Возник вопрос: а не мужчина ли она, часом? Семеню очень открыто, долго тестировали на гендерную принадлежность. В итоге решили, что – да, это женщина, просто с очень высоким уровнем тестостерона. Такова природа. Этот уровень и позволял Семене каждый раз выигрывать. Т. е. не ее вина, она ничего не колола. Потом появились уже новые правила, как раз под ее историю, по которым Семеня и все другие спортсменки с похожей особенностью должны снижать уровень тестостерона до приемлемого, его обозначили. Сейчас Семеня не может из-за этого порога выступать на больших соревнованиях. Кстати, 5 лет назад она заключила однополый брак со своей возлюбленной. Но вопрос не в этом. Вопрос в другом. Вопрос, которым мы задаемся в рубрике «Личное мнение», – зачем женщинам эта гонка с мужчинами? Зачем они пытаются играть по одинаковым правилам? Ведь все мы разные, как ни крути. Просто еще один факт. Пример. Елена Исинбаева, как бы высоко она ни прыгала, какие бы рекорды ни била, в мировой истории она отстает от Сергея Бубки больше чем на метр.

Ольга Арсланова: Но, может быть, это только пока? Алексей…

Петр Кузнецов: Может быть, это только в прыжках.

Ольга Арсланова: …может быть, это устаревшая какая-то схема? Мужское и женское, не знаю, фигурное катание, мужское и женское… хотела сказать «синхронное плавание», да? Кто знает, кто знает.

Петр Кузнецов: А ведь это уже не смешно. Это уже случилось.

Ольга Арсланова: Мир меняется, и это нормально? Нам нужно это разделение сохранять?

Алексей Кыласов: С одной стороны, меняется. А с другой стороны, ведь мы понимаем, что если это могут делать мужчины, то это могут делать и женщины. И в этом же случае мы должны посмотреть просто, как это воспринимают в обществе. С одной стороны, да, прыгает Исинбаева чуть ниже Бубки. Но и прозвище у нее есть: «Бубка в юбке». И не кажется это обидным, в отличие от Семени, у которой, так сказать, напрочь отсутствует интерес к мужчинам. И живет она с женщиной.

Ольга Арсланова: Но это ее личное дело, да.

Алексей Кыласов: Но это ее личное дело, с одной стороны. А с другой стороны, уровень тестостерона все-таки влияет. И, кстати говоря, там очень интересно в заключении написано (я читал это заключение). Там написано, что она по всем признакам мужчина, но первичные половые признаки сохраняются женские. И это, в общем, тоже настораживает. Хотя, с другой стороны, понятно, что те виды соревнований, которые есть сегодня в большом спорте, в Олимпийской программе, понятно, что они доступны как мужчинам, так и женщинам. И все больше и больше выстраивается система, при которой МОК заявил, что Игры в 2024 году в Париже должны стать первыми в истории Играми, где все виды спорта в равной степени представлены и мужскими, и женскими соревнованиями. Мы ждем с нетерпением.

Ольга Арсланова: Вопрос да, нормативов. Вот вы говорите: как будут относиться к этому в обществе? Но тут же речь о разных видах, да? По-разному будут относиться. Одно дело бегунья, у которой пол не определен, тестостерон повышен, и это, безусловно, дает ей преимущество перед другими женщинами в этом виде. А есть Трусова, на четверные которой смотрят и понимают, что это не тестостерон, это феноменальная координация, удивительные природные данные и техника. Все смотрят и говорят: «Вау! Здорово! Девчонка крутит четверной так, как парни!»

Алексей Кыласов: Да. Здесь-то я бы как раз не удивлялся. Потому что, например, мы все знаем, что фигурное катание больше опиралось на классическую хореографию. Так вот, это может показаться вам немножко странным и диким в этом контексте, но тем не менее: мужчины в балете воспринимаются как подставка. Потому что женщины, очевидно, делают это лучше. И в данном случае нет ничего удивительного, что женщина делает это лучше и чувствует эти возможности в себе и хочет их продемонстрировать. С другой стороны, есть обратная сторона. Тяжелая атлетика. В нормальном обществе, если женщина поднимает тяжести, это нормально. И мужчина должен броситься пойти на помощь ей. А если мужчина…

Петр Кузнецов: Я вот не представляю, кто бы придумал…

Алексей Кыласов: …с секундомером ждет, а как много она сможет поднять, – это, знаете, что-то пошло не так в этом обществе. То же самое, что и с боксом, с женским. Понятно, что женщины умеют и могут драться. Но всерьез рассчитывать на то, что они это будут делать хорошо и лучше мужчин, – опять же что-то пошло не так. Но все-таки надо понимать, что спорт – это развлечение. Это разновидность того, что мы видим в цирке.

Ольга Арсланова: Т. е. людям нравиться должно.

Алексей Кыласов: Конечно. И пожалуйста, если спортсмен хочет это делать, – это же entertainment, это развлечение, ну пусть он это делает. Может быть, надо спокойнее к этому относиться.

Петр Кузнецов: «Спорт давно шоу, и задача удержать народ у экрана – почему бы и нет?» Народ-то, собственно, не против.

Алексей Кыласов: Конечно.

Петр Кузнецов: У меня вот еще раз про женщин с тяжестями. Вот это просто какая-то природная сила, которую девать некуда? Или это что-то в голове, чтобы идти и заниматься этим? Это же не желание мужчины увидеть здесь…

Алексей Кыласов: Конечно, да. Не желание. Но, с другой стороны, все-таки спорт – это состязание. Когда человек желает продемонстрировать. Он чувствует возможности, он говорит: «А я могу еще вот так». Вспомните, как дети. Может вот так сделать, а может эдак сделать. И на самом деле, если это развлечение, если к этому относиться соответствующим образом, потому что спорт ведь конкурирует на рынке зрелищ, он пытается отнять у шоу-биза внимание. Во время Олимпийских игр, смотрите, не проходит конкурсов музыкальных каких-то контестов или хореографических.

Петр Кузнецов: Но открытия, закрытия проходят.

Алексей Кыласов: Но это другое. Это все-таки обрамление в некоторые черты, придание ему черты более статусного, масштабного культурного явления. Но тем не менее, это все развлечение. И если это развлечение, то и относиться к этому надо соответствующим образом.

Ольга Арсланова: Слушайте, но это серьезное все-таки развлечение. Серьезные деньги. Серьезная наука. И честь страны.

Алексей Кыласов: Я, кстати, по серьезности могу тут добавить еще один нюанс. Начиная с 2001, кажется, года существует еще один вызов. Если умственные способности наши равны, то Юдит Полгар бросила вызов. Шахматистка. Она сказала: «Я больше не буду играть с женщинами, я буду играть с мужчинами».

Петр Кузнецов: Шахматы – понятно.

Алексей Кыласов: Потому что… И, кстати, этот вопрос решен только в бридже. Там есть пары, микс, мужчины и женщины, и там нет разницы. Это единственный вид, где нет гендерного деления на мужчин и женщин. Только в бридже этот вопрос решен. А в шахматах, в шашках, в го и в других интеллектуальных играх он остается. Хотя, казалось бы, это абсурд.

Ольга Арсланова: Вот как раз с этого стоило бы начать, да?

Петр Кузнецов: Если мы говорим все-таки о физухе, то тестостерон решает, да?

Алексей Кыласов: В атлетических – да, в особенности.

Петр Кузнецов: Т. е. во многом благодаря тестостерону мужчины и выше, и быстрее, и т. д., правильно?

Ольга Арсланова: Т. е. с этим ничего не поделаешь, это природная данность, надо смириться. Будут выше единицы которые… Как пишут наши зрители, «это будет результат нарушения»…

Алексей Кыласов: Все-таки да, ключевая наша характеристика биологическая – у женщин это фертильность, способность к продолжению рода, а у мужчин это все-таки сила.

Петр Кузнецов: Непонятно, почему тогда Семеню, если это ключевой показатель, к мужчинам не отправили?

Алексей Кыласов: Ну, всякие исключения бывают. Но с другой стороны, она же целенаправленно к этому шла. И если задаться целью, то понятно, что в общем, наверное, можно подготовить свой организм, адаптировать его. Все-таки мы существа адаптируемые.

Петр Кузнецов: А в этом нет дискриминации, что ее заставили тестостерон понижать? Я правильно понимаю, что это каким-то уже оперативным вмешательством решается? Или употреблением препаратов, которые потом просто засчитают ей за допинг?

Алексей Кыласов: Где-то полгода назад были даже слушания в ООН, Организации Объединенных Наций, посвященные этому вопросу. Потому что всерьез многие ученые, которые занимаются вопросами биоэтики, озадачились этим вопросом. Потому что здесь не все так гладко. Ведь те предписания, которые есть сегодня у IAAF (Международной федерации легкой атлетики), есть претензии к этим параметрам. Потому что с точки зрения доказательной медицины здесь не все чисто. Исходя из какого количества были взяты эти данные и рекомендованы в качестве нормы? И вот здесь, с этой соционормативной базой, не все в порядке. И сегодня с точки зрения биоэтики есть вопросы. Казалось бы, да, развлечение. А с другой стороны, это серьезный вызов всем нам. И вряд ли мы можем в рамках телевизионной передачи суметь разобраться во всех аспектах. Потому что, с одной стороны, есть развлечение, а с другой стороны, есть биоэтика.

Ольга Арсланова: Мы просто говорим о каких-то новых вещах, которые еще непонятно, как регулировать.

Алексей Кыласов: Конечно.

Ольга Арсланова: Нам пишут зрители: «Можно сменить пол, например». Это же не запрещено. И за кого потом человек будет выступать? У него будет преимущество, например, у мужчины, который сменил пол, перед женщиной.

Петр Кузнецов: А сейчас, я извиняюсь, таких все больше и больше.

Алексей Кыласов: Но есть паспорт спортсмена, в котором он изначально указывает свой пол. Причем там не написано «гендер». Там написано четко «sex» – «пол».

Ольга Арсланова: Т. е. каким родился.

Алексей Кыласов: Да, конечно.

Ольга Арсланова: Соответственно, это будет уже жульничеством, если такой переделанный мужчина будет вместо женщины…

Алексей Кыласов: Почему? Там есть определенный период. Т. е. такая возможность предусмотрена. И она может быть предоставлена атлету в случае смены пола. Но должен пройти определенный период. И он должен сдать соответствующие анализы, тесты в доказательство, что он теперь сменил пол. Т. е. эта процедура уже предусмотрена.

Петр Кузнецов: У нас звонки. Давайте как раз 50 на 50, мужчина и женщина. С Юрия начнем. Юрий, Пермский край.

Ольга Арсланова: Два звонка, один мужчины.

Зритель: Здравствуйте. Я сам занимаюсь спортом. Я могу сказать, что женщины-то пусть занимаются, но этот вот бокс, вот этот кикбоксинг, вот эта штанга, вот эта борьба – это вообще не женские виды спорта. Потому что вот эти все удары не проходят же бесследно для женщины, а им же еще надо рожать детей. Вот эти все удары в грудь – они же потом могут и на здоровье сказаться. Вот это надо запретить.

Ольга Арсланова: Как запретить?

Зритель: А так – пусть женщины занимаются.

Петр Кузнецов: А вы думаете, они это не понимают, Юрий? Вы правда о них так вот искренне заботитесь?

Ольга Арсланова: Делают вид…

Зритель: Они потом поймут это. Они потом это поймут, когда они будут матерями и когда на здоровье скажется это все, а потом у них не будет…

Ольга Арсланова: А может, они не собираются, Юрий? Хотят спортом заниматься, и все.

Зритель: Ну, это не для них, понимаете. Да, можно сходить…

Ольга Арсланова: Надо запретить, вы считаете?

Зритель: Можно сходить, но чтобы вот так, профессионально, – это не женские виды спорта, я говорю вам.

Ольга Арсланова: Хорошо. Спасибо, Юрий. Давайте видео послушаем из Москвы. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я тоже так считаю. С предыдущим выступающим. Когда смотришь телевизор, такие как бокс, смешанные единоборства, типа кикбоксинги, это даже интересно. Смотришь, это даже захватывает. Но когда это делают женщины – извините, прямо занимаются вот этим мордобоем, – этого просто нельзя. Они же женщины. Они же будущие матери, хранительницы очага. Это даже эстетически. Мало того что, правильно он сказал, они здоровье свое убивают. И это даже эстетически некрасиво. И я считаю, что наша молодежь, вот эти молодые девушки, даже этого смотреть не должны. И даже этим увлекаться.

Ольга Арсланова: Спасибо. Давайте обсудим. Эстетические предпочтения зрителей. У нас есть мужчины, которые похожи на девушек. Даже в фигурном катании. Нет, не россияне, сразу скажу. Есть, по-моему, в синхронном плавании, да, парень?

Петр Кузнецов: Да. Нам пишет как раз Хакассия: «Мужчины почему-то не лезут соревноваться с женщинами».

Ольга Арсланова: Вот.

Петр Кузнецов: Здрасьте. 2015 год, Казань, чемпионат мира, синхронное плавание. Впервые представлен на этом уровне смешанный дуэт. Александр Мальцев, самый наш, единственный, по-моему, да? Мужчина-синхронист, пожалуйста.

Ольга Арсланова: А есть женщины-штангистки, которые, правда, не очень женственно выглядят, но это существует. И кто-то это смотрит.

Алексей Кыласов: Я бы здесь просто параллель провел немножко издалека. Если спорт это все-таки шоу, это зрелище, то это элемент культуры. А вы знаете, успех фильмов таких, как «Ее зовут Никита», успех вот этой «Легенды о Жанне д’Арк»…

Ольга Арсланова: «Малышка…»

Алексей Кыласов: …«Легенда об амазонках». Их никто не отменял. И соответственно наши проекции на то, сможет ли женщина защитить себя или выступить предводительницей такой вот, проявить свои маскулинные качества, – этот вопрос уже решен. Т. е. мы имеем немало успешных примеров.

Ольга Арсланова: Т. е. наши зрители просто более традиционный взгляд представляют.

Алексей Кыласов: А с другой стороны, да, т. е. к мужчине мы необязательно в общем предъявляем требования именно маскулинные. Иногда в нем проявляются и какие-то феминные черты. Например, мы совершенно спокойно и с большим одобрением смотрим, как мужчина может гладить котенка, как мужчина может нянчиться с детьми. Согласитесь, это явно не маскулинные признаки. И в данном случае тоже – почему нет? Почему не может быть в артистических видах мужчин? В конце концов, есть балет, есть танцы, есть, в конце концов, мужские пляски. Да, они немножко отличаются от женских, но тем не менее. И есть, например, в Африке праздник геревол такой, традиционные игры. Там в течение суток женщины сидят и выбирают себе жениха из мужчин, которые лучше танцуют. Ну почему нет?

Ольга Арсланова: И давайте напомним, что…

Петр Кузнецов: Да, Денис Чижов так попал к нам на ОТР.

Ольга Арсланова: …Я хотела как раз пошутить о том, сказать, что танец живота же тоже изначально считался мужским делом.

Алексей Кыласов: Ну конечно. Вот эти гендерные инверсии допустимы на рынке зрелищ. И соответственно, еще раз: если мы спорт считаем зрелищем, если мы спорт считаем развлечением, то это допустимо, это возможно.

Ольга Арсланова: А мы считаем спорт проявлением предельных человеческих возможностей? Которые абсолютно не зависят от пола. Т. е. в этом смысле спорт беспол.

Алексей Кыласов: В этом смысле да, он зрелище, он развлекает нас, он демонстрирует возможности человека. Т. е. возможности мужчины, возможности женщины. И соответственно те требования, которые мы предъявляем к этому виду развлечений, они вполне вписываются в современную программу…

Петр Кузнецов: Вот. К тому, что вы начали и с д’Арк… Т. е. это было всегда. Но именно что эти изменения, эти смешанные виды спорта сравнительно недавно начали появляться. Т. е. все-таки спорт прогибается под перемены в обществе?

Алексей Кыласов: Я бы не сказал…

Петр Кузнецов: Мы даже не успеваем иногда за ними.

Алексей Кыласов: В традиционном обществе, конечно, это более жестко все регулировалось. Но мы все-таки живем сейчас в более подвижную эпоху, когда место для эксперимента есть везде, всегда, во всем. И другое дело, что общество вырабатывает какие-то новые подходы к нормам: что является нормой, что является отклонением о нормы. И соответственно эти вызовы проявляются во всем. Они проявляются и в шоу, и в науке проявляются. Сейчас очень сильное движение женщин-ученых. Вот ЮНЕСКО, например, поощряет всяческие специальные премии для женщин-ученых. И это опять тот же самый вызов. Т. е. могут ли женщины заниматься наукой? Почему мало женщин-ученых? Ну, потому, что общество не было готово к этому. А сейчас, когда есть возможность этим заниматься, то почему нет?

Петр Кузнецов: У нас Дагестан на связи.

Ольга Арсланова: Давайте узнаем мнение.

Петр Кузнецов: Спортивный Дагестан. Марат, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Алло, здравствуйте. Вот у меня такой, знаете…

Ольга Арсланова: Да, вы не стесняйтесь.

Зритель: Да-да. У нас в Дагестане, вы сами, наверное, слышите, знаете, у нас вид спорта – ну, молодежь там, девушки. Ну, если они занимаются (вот я как думаю, мое мнение), если они занимаются видом спорта, но если они как бы не было, они стараются для себя, там, постоять как бы, они женский пол есть женский пол, правильно ведь? Ну вот, женский пол. Но я вот, мое мнение, как бы оно не было, но я считаю, это нормальное явление.

Ольга Арсланова: О! Дагестан нам.

Петр Кузнецов: Обратите внимание: это Дагестан.

Зритель: Но женщина, если она… Мы мужской пол, мы можем как-то повлиять на них, да? Но зачем? Если они…

Ольга Арсланова: Тут поподробнее: как вы собираетесь влиять на них?

Зритель: …Вот я как думаю. Это нормальное явление, я считаю.

Ольга Арсланова: Спасибо. Будут ли у нас примеры, когда женщинам, превосходящим большинство женщин по физическим показателям и способным соревноваться на уровне с мужчинами, будут разрешать переходить туда? Потому что правда нечестно. Ей скучно, она и так все время побеждает.

Петр Кузнецов: Ну, и опять-таки к этому все идет.

Алексей Кыласов: Я думаю, ничего в этом страшного-то нет. Наоборот, это…

Ольга Арсланова: Вопрос же в спорте, а не в…

Алексей Кыласов: Конечно. Если она готова к этому, ну, надо дать возможность человеку проявиться. И еще раз, я напомню все-таки: в самом начале я сказал, что, например, тот же балет, мужчина все-таки грубо воспринимается как подставка.

Ольга Арсланова: Нет-нет, подождите, балет это все-таки не спорт, правда?

Алексей Кыласов: Ну, а в данном случае если фигурное катание, если на танцевальном поле встречаются мужчины и женщины, то почему нет? Почему мы не можем допустить, что женщина будет это делать лучше, чем мужчина? Пожалуйста.

Ольга Арсланова: Так если к ним будут предъявляться одни и те же требования, да?

Алексей Кыласов: Конечно.

Ольга Арсланова: Мужчины сейчас прыгают все четверные прыжки. Все.

Алексей Кыласов: Но если женщины превзойдут себя и сделают это лучше, чем мужчины, – ну что мы от этого потеряем? Что плохого будет? Я не вижу ничего плохого. И я считаю, что это надо разрешить, открыть. И пусть это будет вид спорта, в котором женщины успешнее, чем мужчины. Единственный вид спорта, первый пусть будет этот вид спорта.

Ольга Арсланова: Вот. Но давайте только договоримся, чтобы не помогали. Т. е. пришла, честно проиграла. Потому что прыгаешь только 2 четверных, а мужчины там все. Только потом без вот этого: «Меня зажимают, потому что я девочка».

Петр Кузнецов: «На меня не так посмотрели».

Ольга Арсланова: Да нет, все, с мальчиками – значит, мальчик.

Петр Кузнецов: Это правда. Но, Алексей, все-таки границы же какие-то должны быть? Или здесь, вы считаете, что не может быть каких-то границ?

Алексей Кыласов: Но они есть.

Петр Кузнецов: Где бы вы черту провели?

Алексей Кыласов: Я бы провел знаете где черту… Исходя из того, вот появилась женщина, которая бросает вызов, – надо дать ей возможность этот вызов реализовать. Появился мужчина, который хочет заняться тоже каким-то видом, который больше с женщинами связан был, – ну…

Петр Кузнецов: Вот художественная гимнастика осталась у мужчин… Еще нет, не дают, пока не разрешают.

Алексей Кыласов: Наверное. Но хотя, знаете, есть… Вот спорят об этом, но на самом деле мне кажется, это не совсем корректно. Потому что есть такой вид спорта, он тоже в составе FIG (Международной федерации гимнастики): это спортивная акробатика. Там есть мужские пары, мужские тройки. Под музыку танцуют. И делают это великолепно. Кстати говоря, Россия лидирует в этом виде соревнований. И Резо Гургенидзе (кстати, мой друг и сосед, живем недалеко друг от друга) – он это делает великолепно. И это смотрится ничуть не хуже. И когда говорят, что, вот, художественная гимнастика. – Ребята, подождите, посмотрите на спортивную акробатику. Это уже давно сделано, и даже лучше, чем это можно представить себе именно в рамках только художественной гимнастики. В акробатике это реализовано в полной мере. Вот, это просто недостаточность информирования, может быть, среды. Но здесь нет никакого исключения. Это давно уже реализовано.

Петр Кузнецов: Олег, Ставрополье. Здравствуйте, Олег. Вы с нами на связи.

Зритель: Добрый день. Я хотел бы пообщаться на эту тему с вами. И я думаю, что гораздо глубже все происходит. Женщина ведь изначально существо нежное. И всегда она нуждалась в поддержке, в защите. А благодаря тому, что мужчины перестали быть защитниками и, так сказать, опорой, я думаю, женщины вынужденно стали учиться обороняться, учиться становиться сильнее, крепче. У меня у самого трое детей, 3 девочки. И я тоже вынужден их учить обороняться. Потому что, видя их окружение, какие у них одноклассники, я понимаю, что в жизни это пригодится. Потому что надеяться на мужчин очень сложно. Поэтому – мужчины сами виноваты в этом. Они сами начали это делать. Поэтому женщины вынуждены как бы занимать места, которые раньше занимали мужчины. Мне кажется, это так происходит. А не так, что, там, какая-то конкуренция между мужчиной и женщиной. Нет, мы виноваты в этом.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо, Олег. Мы с рекордов начали, хочется рекордами закончить. Скажите, пожалуйста, когда-то в спорте наступит предел? Мы сейчас не о мужчинах и женщинах, а вообще в целом о рекорде. Когда рекорды перестанут биться? Просто потому, что организм, возможности тела ограничены. Это хорошо или плохо? Или, так или иначе, человек будет совершенствоваться? Например, мы же сейчас быстрее и сильнее, да, тех, кто были даже 50 лет назад? Хотя там некоторые рекорды так и остались в прошлом веке…

Ольга Арсланова: Может быть, какие-то конечности роботизированные, ну, что-то будет?

Петр Кузнецов: Да, просто для многих, и для мужчин, и для женщин, рекорд – это такое вот…

Алексей Кыласов: Это, знаете, я бы сказал, что это такой парадокс массового сознания. На самом деле спорт – мы же в нем ждем не рекордов. А самая привлекательная и самая зрелищная часть спорта – это соревнования. И вот сам процесс соревнований доставляет нам удовольствие и доставляет удовольствие спортсменам этим заниматься. Т. е. смогу ли я? Смогу ли я сделать лучше, чем кто-либо другой? А уже чего я достигаю – это не такое большое значение имеет. В результате получается, что, например, матч, в котором забито 20 голов, он гораздо интереснее, чем матч, в котором ничья. Да не всегда так. И в большинстве случаев не так. Да наплевать нам на эти 20 голов. Потому что иногда бывает матч вничью, который вызывает огромное количество эмоций, восторга и приводит и к потасовкам фанатов, и к чему угодно может привести. Потому что, еще раз, спорт – это не рекорд. Спорт – это соревнования. И вот за эти соревнования мы и любим спорт. Потому что он дает нам ту драматургию, которую мы больше просто не увидим нигде. Ни в театре, ни в кино.

Петр Кузнецов: Ну как же, я хочу стать первым в истории…

Алексей Кыласов: Ну, так мы и увидим, как он становится первым. Но при этом нам неважно, он…

Петр Кузнецов: Для этого нужно побить рекорд предыдущий.

Ольга Арсланова: Но а прогресс-то…

Алексей Кыласов: Не всегда. Не всегда победа на Олимпийских играх это рекорд. Олимпийский рекорд – это редкость. Потому что на самом деле гораздо больше рекордов устанавливается на чемпионатах мира. А не на Олимпийских играх.

Ольга Арсланова: …прогресс, который мы видим в разных видах: он когда-то закончится?

Алексей Кыласов: Он не закончится. Потому что все-таки нам интересны соревнования. И рекорды, если и есть, то они лишь дополняют общую картину привлекательности спорта. Но не отменяют и не изменяют ее.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо. Это Алексей Кыласов, руководитель Центра традиционных игр и спорта Института наследия. И его личное мнение. Никуда не уходите, мы продолжим через минуту.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски