Андрей Андреев: Большинство деятелей, поднявшихся на волне трансформации нашего общества, быстро исчерпали ресурс. Вот среднее поколение и осталось без авторитетов

Гости
Андрей Андреев
главный научный сотрудник Института социологии РАН, доктор философских наук

Мария Карпова: У нас эксперт на связи. Андрей Андреев, главный научный сотрудник Института социологии РАН, доктор философских наук.

Петр Кузнецов: У нас вопрос: «У вас есть авторитеты?», «Да», «Нет», 5445, продолжайте голосовать.

Приветствуем Андрея Леонидовича. Андрей Леонидович, здравствуйте!

Мария Карпова: Андрей Леонидович, здравствуйте!

Андрей Андреев: Доброе утро!

Петр Кузнецов: Главный вопрос, которым мы задавались в самом начале, и эту волну подхватили наши телезрители: так чем же отличается кумир от авторитета? Важно ли это различать? Скажите, пожалуйста. Кто тот, кто другой?

Андрей Андреев: Важно, конечно, различать. И не только кумиры и авторитеты, модель жизненная... Перед этим телезрительница нам рассказывала про мастера из своего цеха, с которого она брала пример. Но это не всегда авторитет. Я, например, под углом зрения нашей темы вспоминаю, как я формировался как ученый, как человек, как руководитель. Я подмечал у людей какие-то подходящие для меня приемы общения, даже интонации какие-то, но это не значит, что человек является авторитетом, это совсем другое.

Вот кумир – это тоже некая такая идеальная фигура, которая вызывает чувство экзальтации, скорее, а авторитет – это все-таки более рациональное, как мне кажется. Человек понимает, почему кто-то другой для него авторитетен.

Мария Карпова: А авторитет может быть каким-то далеким? Персонажем из кино, персонажем из литературы? Авторитет может быть человеком, которого мы лично не знаем?

Петр Кузнецов: Вымышленным.

Мария Карпова: Да, вымышленным даже персонажем, актером.

Андрей Андреев: Сомневаюсь, потому что персонаж художественного произведения задан. Он что-то совершил по сюжету, какие-то действия, например, князь Андрей Болконский, он выбежал со знаменем, и сцена у дуба, когда он размышляет о жизни, увидев, как зеленеет дуб, который, казалось бы, уже погиб.

Но все эти действия уже есть, они уже сделаны, они уже совершены. Что-то, да, может нам подсказать и в нашей жизни, но жизнь наша многообразна, ситуации постоянно меняются, на них надо реагировать, и конечно, художественный персонаж не может на нашу жизнь реагировать и доставлять нам образцы на все случаи жизни.

Мария Карпова: Разные поколения – разные авторитеты. Мы спрашивали в начале часа детей, кто у них в авторитете, теперь давайте спросим среднее поколение: «Кто для вас авторитет?»

ОПРОС

Петр Кузнецов: Возвращаемся в студию, возвращаемся к нашему эксперту - это Андрей Андреев. Андрей Леонидович, ни одного выдающегося деятеля современности не назвали люди, которых принято называть средним поколением. Все такое проверенное, знаете.

Мария Карпова: Ну да, с Екатериной не ошибешься.

Петр Кузнецов: Все те же герои многочисленных опросов. Такой набор присутствует в «Назовите кумира», «На кого нужно равняться?» В принципе, эти все имена из поколения в поколение передаются.

Андрей Андреев: Делать жизнь с кого, да?

Петр Кузнецов: Да.

Андрей Андреев: Но не всегда это получается, потому что условия жизни той модели, на которую ты ориентируешься, совершенно другие. Я думаю, что это нормально, что люди обращаются к историческим примерам, потому что историческая память играет особую роль в нашей идентичности, она нас формирует. А что касается современных деятелей... Понимаете, есть такой момент: надо еще посмотреть, что из их деятельности, что из их взглядов получится.

Петр Кузнецов: История покажет – про это?

Андрей Андреев: Да, история покажет. Я помню период перестройки, у нас появились кумиры, в нашем обществе, причем удивительно, что это кумиры, которые никогда не были кумирами. Это, как правило, были - я не хотел бы употреблять слово «маргинальные» - как бы не вполне официальные философы, историки, историки культуры особенно. Люди прямо жадно ловили каждое их слово, ходили на встречи, на выступления.

Но, вы знаете, Солженицын, кстати говоря, был для многих моральным авторитетом, но время прошло, и мы видим, что из этого получалось и что из этого получилось. Здесь было много утопического, много чисто исторических реминисценций. В общем, эти авторитеты оказались временны.

Мария Карпова: Давайте послушаем теперь людей более старшего поколения.

Петр Кузнецов: Те, которые застали много времен, раз мы об этом начали.

Мария Карпова: Есть ли в этом списке, например, тот же Солженицын?

ОПРОС

Мария Карпова: Андрей Леонидович, почему так получилось, что не было какого-то перехода? Вот раньше: Королев, Гагарин, тот же Жуков, допустим, а теперь вдруг Инстасамка. Где этот переход, где эти авторитеты среднего поколения? Почему их нет?

Андрей Андреев: Вообще, вопрос, конечно, интересный и сложный.

Мария Карпова: Ну если коротко попробовать.

Андрей Андреев: Я думаю, что это связано с историческим провалом. Кто такие люди среднего поколения? Если это 40-50 лет, то, стало быть, это где-то 1970 год рождения. Ну представьте себе их молодость, их время, как говорят социологи, социализации, оно приходится на 1990-е годы. А в 1990-е годы у кого можно было учиться, кто был авторитетом в 1990-е годы?

Первый момент, когда начинались эти моменты, казалось, - и мне казалось тоже, кстати говоря, я тут должен искренне сказать – казалось, что таким авторитетом может стать Ельцин. Но вы же знаете, что очень быстро этот авторитет сдулся, и оказалось, что в реальности это совсем не то, что нужно было нашей стране в то время, и большинство деятелей того времени, которые поднялись на гребне трансформации нашего общества, они свой ресурс очень быстро исчерпали...

Петр Кузнецов: Ну это правда большая тема, Андрей Леонидович, да, можно поговорить и о том, что для кого-то и Мавроди тогда авторитетом был. Андрей Андреев...

Мария Карпова: Доктор философских наук.

Петр Кузнецов: ...спасибо вам большое за ваш комментарий, за этот разбор. Давайте подведем итоги нашего голосования «Есть ли у вас авторитеты?» Мы спрашивали почти весь этот час вас.

Мария Карпова: 36% ответили «да, есть», «нет» - 67%.

Петр Кузнецов: Я бы даже сказал только 36%. Удивили, 33% даже уже.

Мария Карпова: 33, прошу прощения.

Петр Кузнецов: Ладно, есть над чем задуматься.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (0)