Андрей Масалович: Если перед нами карта мира, и на ней есть «вкусные куски», глупо думать, что вокруг них не будет представителей спецслужб

Гости
Андрей Масалович
президент консорциума «Инфорус», специалист по кибербезопасности

Александр Денисов: Рубрика «Личное мнение» – неизменно трансформируется в особо секретное личное мнение, когда приходит Андрей Масалович, офицер спецслужб, ныне специалист по киберазведке.

Все помним раскрытую Андреем Игоревичем истинную подоплеку дела Скрипалей; соскучились по раскрытым заговорам против нас.

Андрей Игоревич, приветствуем вас!

Тамара Шорникова: Да, здравствуйте!

Андрей Масалович: Здравствуйте!

Александр Денисов: Продолжаем, продолжаем раскрывать тайны.

Можем оттолкнуться от недавнего интервью Владимира Путина: рассказал, что в окружении Анатолия Чубайса работали советники по приватизации Андрей Шлейфер и Джонатан Хэй. И мало того, в США их потом даже привлекли к суду за то, что незаконно принимали участие в приватизации.

Вы в те годы еще застали, работали в разведке, можете припомнить и раскрыть подробности? Потому что Владимир Путин, так телеграфной строкой, не более. Хочется знать, что на самом деле происходило тогда, как все это было.

Андрей Масалович: Я был несколько в другом ведомстве, которое занималось дешифровкой радиоперехватов, аналитической обработкой информации. То, что касалось прямой разведки, контрразведки – это были наши смежники.

Но действительно, если перед нами карта мира и на этой карте мира есть вкусные куски, глупо думать, что вокруг них не будет представителей спецслужб. Когда идет какой-то крупный проект, например, что было на моей памяти, проект Каспийского трубопровода: там было 4 консорциума, 10 участвующих фирм и 50 спецслужб вокруг этих фирм, каждая из которых как-то пыталась подкрутить в свою пользу.

Любое политическое направление сейчас делают не столько политики, сколько службы, которые привыкли работать под ковром и знают, что иногда очень экономными приемами можно добиться больших результатов без большого шума и без больших вложений.

Александр Денисов: А говорим всегда, что это были два товарища из ЦРУ и Владимир Путин говорил, что лично вычищал.

Андрей Масалович: Да, да, да. Это были два товарища из ЦРУ, т.е. это было успешное внедрение.

Но надо сказать, что Владимир Владимирович, когда впервые заступил на пост президента, вот он пошутил, что внедрение прошло успешно. Такое было.

Александр Денисов: А до этого не было известно, до Владимира Путина, откуда эти граждане к нам явились?

Андрей Масалович: Нет. Опять же, если чуть-чуть со стороны посмотреть на деятельность спецслужб, вы почти ничего не увидите. Потому что, то, что мы читаем в книжке, это такое некоторое жесткое противоборство, в котором иногда кто-то побеждает, все это видят.

На самом деле это очень много действий, где службы договариваются, они друг друга видят, они встречаются и рассуждают о том, что «давай, вот это не будем вытаскивать», соответственно, «сейчас мы попали под удар, в следующий раз вы попадете под удар».

Я думаю, что есть еще очень много ненаписанных книжек. Кстати, как это было в Штатах: самая, пожалуй, мощная и самая эффективная служба Агентства национальной безопасности, она была и самой закрытой. Про нее одна книжка – «Шпионаж дворца головоломок»; за все время одна книга.

Александр Денисов: А книга Сноудена «Личное дело»?

Андрей Масалович: Это уже на 40 лет позже.

А скажем, ФБР, который, наоборот, занимается открытой работой, оно пиарится, его много; куртки ФБР – это круче, чем у нас были куртки МЧС при Шойгу.

Те, кто работает на поверхности, их видно, они яркие, их много. Те, кто решает задачи, их не видно, мало и книжек про них не пишут.

Александр Денисов: Еще один скандал, невозможно пройти мимо.

Вы, как специалист по фабрикам лжи, можете определить авторство? Чья фабрика лжи выпустила вот эту утку, про наше якобы готовящееся нападение на Украину?

Причем, если бы выпустили мы, я б считал это блестящей работой. Потому что услышать ответы от Джозефа Байдена, его спросили журналисты: «Что вы будете делать, если Россия нападет на Украину? Будете ли вы военным образом, вступитесь ли, пришлете ли войска?» Вот эту чепуху он сказал: «Этот вариант даже не рассматривается».

Причем он это бросил так пренебрежительно и ушел. Вот, чтоб услышать эту фразу, это, может быть, даже дорогого стоит. Могли бы и мы такие утки выпускать. Расскажете про это, как отнеслись?

Андрей Масалович: Я сейчас могу рассказать просто как персонаж из интернета по имени КиберДед, который на пенсии.

Взгляд со стороны следующий: тактический раунд мы выиграли. Путин показал, что он свои интересы четко обозначил, Байден их четко услышал, показал, что услышал. Но, правда, там надо поделить на два. Он сказал, что «вариант участия Америки даже не рассматривается», но потом отошел и сказал: «Но военную помощь Украине мы увеличим».

Александр Денисов: При этом притормозили на 300 млн рублей, остановили да.

Андрей Масалович: Сам разговор прошел в нашу пользу, раунд мы выиграли. Но выиграть раунд – это не выиграть бой. Бой, к сожалению, развивается не в нашу пользу.

Сейчас у наших уважаемых партнеров заокеанских накопилось столько проблем, что война бы их очень выручила. И сейчас есть очень много сил, которым крайне удобна война между Россией и США до последнего украинца, скажем там. Чтобы сама Украина в ней не участвовала, а Россия слабела.

Тогда возникнет объяснение, зачем они двигали НАТО на восток. Потому что сейчас даже в самих Штатах появляются люди, которые говорят: «Ну вот представьте, что Китай сделал бы военные базы в Канаде и в Мексике. Вы бы как к этому отнеслись? Вы зачем провоцируете Россию?» Вот, что-то неправильно.

Наши сейчас я могу сказать, что это второй раз, когда я слышу такой некоторый металл в голосе у Владимира Владимировича. Первый раз был в 2008 году, в начале 2008, когда была такая известная мюнхенская речь, он первый раз сказал: «Так вы нас кинули? Мы все это время жили под ваши обещания, что НАТО расширяться не будет. А оно расширяется».

Сейчас это расширение стало критическим. Потому что все, Украина – она уже вот. Но, к счастью, на планете до сих пор сохраняется многополярный мир, потому что у нашего уважаемого заокеанского партнера есть правила так называемой гарантированной безнаказанности: они не лезут туда, где можно получить по морде.

А коль скоро есть, чем пугать, у нас есть гиперзвук, которого пока все боятся. И если предсказывать ближайшее будущее, мои прогнозы такие: первое, войны не будет. Успокоимся.

Александр Денисов: Это предновогоднее обещание, Андрей Игоревич?

Андрей Масалович: В смысле мое?

Александр Денисов: Да, да, ваше.

Андрей Масалович: Или Владимира Владимировича?

Александр Денисов: Да, да, да.

Андрей Масалович: Нет, нет. В ближайшее время войны не будет. Хотя попытки провокаций совершенно такие безголовые будут. Раз. Второе, есть один раунд, он прошел незамеченным, который мы почти проиграли – это турецкие беспилотники.

Александр Денисов: Байрактары.

Андрей Масалович: Да, да, да. Байрактары настолько красиво выглядят. И стало накапливаться очень много кадров, где новые байрактары атакуют устаревшую советскую технику. И начала складываться картинка, что сейчас прилетят байрактары и замочат этих русских, техника старая, она не предназначена для противодействия новым вооружениям, т.е. все кадры, где кто-то что-то атакует. Новый танк отобьется, новый наш беспилотник ударный собьет этот барактар.

Поэтому сейчас дошло вплоть до того, что народ уже обсуждает, что мир станет не трехполярным и четырехполярным, туда впишется Турция, т.е. появится четвертая супердержава. Уже вспоминают про рождение тюркского мира, который вообще-то родился на Алтае когда-то, если вспомнить.

Александр Денисов: Давно у нас полно тюркских народов?

Андрей Масалович: Да, да, да. Какое-то там сообщество тюркских народов под крылом Турции. Так что я подозреваю, что наши сейчас не будут пиарить остановку НАТО, а наши будут пиарить, что у нас появились ударные беспилотники, которые мощнее байрактара. Вот это мой второй прогноз. Сейчас ждите! Вот ждите.

Александр Денисов: Уже пиарят, уже пиарят. Видите, тренировки из телевизора?

Андрей Масалович: Да, да, да. Ждите это в телевизоре.

И по делу: прошлый год нам реально сильно повезло с тем, что вместо войны переключились на коронавирус. Потому что уже весной прошлого года у многих стран накопились уже вопросы народов к своим правительствам, типа: «А чего? Если мы такие хорошие и движемся правильным путем, у нас демократия, чего же у нас там с экономикой не лады?»

Я тут реально не шучу. Мне попалась страница из газеты завернутая, что во второй половине года будет инфляция 6,8%. Я думаю: «Ну и что? Ничего страшного». Потом открываю, а заголовок статьи «В США». То есть все, последний бастион рушится где. Все там было внешне хорошо.

Какие-то обострения международных отношений, связанные с внутренней повесткой, чтоб было на кого кивать: «Ну вы же видите, видите, что творится! Поэтому у нас так плохо», – такие обострения будут и это мой третий прогноз.

Но большая война сейчас не нужна никому. А тем более, что сейчас очень тихо, очень мощно, очень медленно зарождается настоящая супердержава – Китай. И все сейчас начинают это понимать. А Китаю воевать сейчас не надо; рано. Поэтому я думаю, какие-то стабилизирующие силы будут участвовать, и американцы их будут слушать.

Александр Денисов: Знаете, Китай воздержался – это фирменная формулировка Китая. Вчера в Совете Безопасности по климату: Индия против, Китай воздержался.

Андрей Масалович: Да, да, да. Ну, вчера это была такая совсем дешевая ловушка, потому что тоже еще один мой прогноз, что сейчас будет происходить. Сейчас в принципе, вот если на нашу тушку посмотреть, то с нас взять-то особо нечего: мясо у нас так себе.

Ну вот, был бы сейчас первобытный строй – поймал кого-нибудь, сожрал; был бы рабовладельческий – поймал, продал в рабство. Но рабовладельческий неэффективный, кроме раба надо еще платить надсмотрщику. Феодализм получше, там вместо надсмотрщика будет его жена, она бесплатная; типа иди, паши, жрать нечего.

Потом появились станки. На самом деле цифровизация пришла не с цифрой, цифровизация пришла с первыми станками, когда появился план. Можно посмотреть, сколько человек отработает и выполнил он план или нет; надсмотрщик не нужен.

Потом появилась, больше чем 20-летняя мечта о том, что все – появился новый мир, где человека можно продавать просто за его присутствие в интернете. Мы товар нашим присутствие в интернете. И казалось, что этот рынок безграничен. А сейчас он кончился. Все, 60% населения уже погружены в интернет. А их всего 80%, потому что 20% – это новорожденные, старики, какие-нибудь идейные протестующие. То есть интернет сейчас кончается.

И от нас, как от товара, остается последний ресурс – количество часов, которое мы проводим в интернете. Вот оно пока маленькое, пока на круг как ни странно, полтора часа мы проводим в интернете; в городах больше, а вот в селах, в пустынях меньше. И последняя битва, последнее понятное поле битвы – это битва за наши часы в сети.

Это мои прогнозы. Первое: датчики на ножки, на ручки, на пальчики; медицинские датчики ночью, что ночью тоже надо быть в интернете, чтобы сон был нормальный, давление было нормальное. То есть нас сейчас облепят и будут рассказывать, что надо чем-нибудь облепиться, пока спишь, чтобы хорошо спалось и здоровье укреплялось.

Второе: все устали от Zoom, если честно, за этот год. Кстати, акции Zoom вдвое упали. Нужен Zoom с картинками, соответственно, первое что получится у Цукерберга с его метавселенными – это задники. Что, «а давайте мы теперь будем собираться на корпоративные совещания у Ниагарского водопада». Или там в цифро..

Тамара Шорникова: Или на Марсе.

Андрей Масалович: Или на Марсе. Ну и, кстати, сейчас этот Марс начнут распродавать. Вот тоже мой прогноз: сейчас появится виртуальный Марс, который на дольки поделят и будут продавать. «Что вы хотите? Вы на Марсе хотите вот в этой лощине? Она уже занята». Или там в этом кратере.

То есть сейчас будет появление и распродажа виртуальных миров. Потом окажется, что, собственно, а зачем нам квартира, там 20-30 метров, если она все равно окошками смотрит на помойку? Можно же сделать квартиру 2 метра, но зато с экраном в стену, и я в этом экране могу выбирать: сегодня Ниагара, завтра Манхеттен; как в «445 по Фаренгейту» эти видеостены. То есть видеостена, диван-кровать, которая превращается в диван и выдвигается столик, там платформа под доширак, экран, очки. Все, у меня и работа.

Вот это тоже мой прогноз: следующий год мы будем наблюдать эксперименты, как можно человека упаковать в интернет, при этом так, чтобы он не очень обращал внимание на настоящий реальный мир вокруг.

Тамара Шорникова: Вот на этом прогнозе хочется поподробнее остановиться.

Я заметила у вас брошь кажется, то ли кролик... И вспомнила фразу из «Алисы»: «Следуйте за белым кроликом» в кроличью нору.

Андрей Масалович: Да, да, да. Вот это он.

Тамара Шорникова: Вот скоро нас туда, мне кажется, по крайней мере, обещают упрятать в этот цифровой мир.

Действительно неважно уже, где ты живешь и сколько метров тебя окружают, все будем в метавселенных! О них сейчас все говорят. И президент говорил, что там нужно уже сейчас разрабатывать безопасность личных данных, аватаров, в этих метавселенных. И вот компания Meta, переименованный Фейсбук...

Андрей Масалович: Да, да, да. Она, эта метавселенная будет этим владеть.

Тамара Шорникова: Сейчас активно создает, вот первую создала уже, Horizon Worlds она называется, площадка, где пользователи могут создавать свои вселенные с разными правилами игры, блоками сценария и т.д. Но правда доступно все это в VR-шлеме пока.

Я сколько ни читаю новости про эти метавселенные, ни смотрю даже вот эти презентационные ролики – это все напоминает пока, вот если кто-то помнит такую игру The Sims, ты мог там управлять игрушечными человечками.

Андрей Масалович: Ну, нет, таких игр много, да.

Тамара Шорникова: Но обещают, что там мы будем и учиться, и обмениваться какими-то, и деловые встречи проводить. Как это будет?

Андрей Масалович: Да, да, да, да, да. Так, а это последние деньги! Да, кстати...

Тамара Шорникова: Объясните на пальцах. Мне вот честно непонятно пока.

Андрей Масалович: Смотрите, вот перед нами капитализм. Если взять простую книжку по капитализму, выяснится, что на стабильном рынке он развиваться не может, это неинтересно. На стабильном рынке капитализм очень эффективен, он быстро попадает в стадию так называемого эффективного рынка, и норма прибыли падает.

То есть если вы классно делаете там, пряники печете или вагонами управляете, довольно быстро вы на этом зарабатывать станете мало. Это будет такая постоянная эксплуатация с утра до вечера, но с очень низкой нормой прибыли.

Капитализму нужны растущие рынки: либо захватывать колонии, либо придумывать новые рынки. Сейчас оказалось, что уровень доверия в некоторых местах настолько велик, что можно на этом доверии новые рынки создавать, как пузыри. Просто надо вовремя спрыгивать.

А давайте, а вот недвижимость в Дубае: кто-то в нее вкладывается, вкладывается, потом ее распродал, вышел со своими деньгами; остальные те, кто вложили сейчас сидят, лапу сосут, потому что они в это вложились, а у них уже никто не покупает.

А сейчас где-то надувается новый пузырь. И вот интернет создавал такие великолепные пузыри и казалось, что это навсегда и они огромные. Сейчас осталась последняя надежда интернета – это наше часы в интернете; соответственно, сон, учеба, еда, досуг – мы должны быть там погружены.

И предположим, нас туда погрузили. И все, наш последний ресурс уже поделен, мы товар, значит, можно нас посчитать: вот это население должно принести вот столько денег. Но при этом как созидатель мы зарабатывает-то мало. Соответственно, нужно придумать следующую идею (мы сейчас дойдем до ООН).

Следующая идея заключается в следующем. А вообще-то, если по-честному, человечество создает больше, чем может съесть. Человечество может решить проблему голода, если не будет тратиться на оружие и на дурки, и на яхты для олигархов. У нас просто очень неправильное распределение, а ресурсов-то мы можем создать так, чтоб всем хватило.

Если их чуть-чуть уравновесить, вернее, правила создать, чтобы они сами начали уравновешиваться, то надо государство заставить сделать вмененный доход, что если человек не хочет работать, а хочет саморазвиваться – вот тебе твоя трехметровая комната с видеостеной, дошираком и видеочками, работай. Подпиши только соглашение, что будешь раз в год ходить на выборы, не ходить на запрещенные митинги и тебе будет капать зарплата.

Все, корпорациям удобно; они знают, сколько с нас этой зарплаты можно собрать. Но ее же кто-то должен платить. А развитые государства платить ее не хотят. Знаете, что сделают развитые государства? Они придумают виноватых и начнут их штрафовать: «а давайте посчитаем выхлопы СО2, о, у вас выхлопы выше нормы, все, вы виноваты, платите нам штраф».

То есть сейчас ООН будут и все прочие инструменты будут использовать, чтобы придумывать (вот последнее голосование – это именно про это) какой-нибудь повод, по которому произвольно можно страну назначать виноватой. Она климат нам разрушила, она планету загадила. Причем, хотите, скоро Рождество, давайте, можем на 1 минутку в РЕН ТВ превратится.

Представьте теперь вот этого человека в трехметровой комнате, который сидит за компом. У него нет витамина D, солнышка-то нету, он зелененький, потихоньку становится зеленым. У него простецкая еда. Тем более сегодня честно реально читал про рассуждения, что мясо из сои пока не получается, а вот мясо из насекомых будет классно! Так что нас скоро ждут еще гамбургеры, чизбургеры из насекомых.

У него атрофируются челюсти, становятся меньше, жевать-то особо нечего, атрофируются челюсти и вот эти мышцы слабеют, кости мозга, которые их держали. Соответственно может разрастаться мозг. Глаза становятся большими, потому что мы все время будет что-то смотреть. Такое красивое лицо, т.е. вот так будет треугольник.

Тамара Шорникова: Вы хотите сказать, что на других планетах просто много за компьютером сидят?

Андрей Масалович: Нет.

Александр Денисов: Это про нашу, про нашу.

Андрей Масалович: Нет, нет, нет. Вот эти зелененькие, которые...

Тамара Шорникова: Нет, ну к нам, которые прилетали якобы...

Андрей Масалович: Так, а почему, я к этому и клоню. Итак, сверху мы будем вот такие; снизу мы будем вот такие, мы будем обтекать стул, соответственно, будут два такие треугольничка зеленые. Мы это видели.

Те, кто к нам прилетели, а почему они к нам прилетели? Потому что с их планетой наступил кирдык, потому что они ее не развивают, они не выходили из своих этих комнатушек и решили заняться...

Вот, поэтому то, что сейчас вырисовывается и у государств, и у крупных корпораций, мне стратегически не очень нравится. То есть, слава богу, в войну это не потянет...

Тамара Шорникова: Мне кажется, что практически это все-таки невозможно. Вся вот эта история в полную цифровизацию, мы в любом случае, кто-то должен выращивать хлеб вот банально.

Андрей Масалович: Ой! Не, не, не, не, не. Смотрите, для простых...

Тамара Шорникова: Строить ракеты и компьютеры.

Андрей Масалович: Кстати, одна из ниш, в которую Россия реально рванула и может обогнать – это беспилотные комбайны. У нас большие ровные поля и у нас появилась российская фирма Cognitive Pilot, она одна из мировых лидеров. Российские беспилотные комбайны – лучшие в мире. Россия рулит.

Александр Денисов: Вы путешествуете много. На вашем ресурсе можно посмотреть, недавно Мурманская область, Териберка. Ощущения от страны какое?

Я своим поделюсь, сверим друг с другом, Андрей Игоревич.

Был в Западной Сибири, у меня, знаете, в душе еще дымится клеймо «ЗС». Я видел в Сургутском музее, там раньше каторжан как клеймили? «КАТ», т.е. на щеках К А Т, на лбу «КАТ» и замазывали золой, такая татуировка. Политические – «ПС».

У меня ЗС дымится. На меня произвело глубокое впечатление, первое, почувствовал неистощимые силы научные; там в Когалыме институты есть, Центр исследования керна, другие тоже. Творческие, филиал Малого Академического театра, труппы туда прилетают, дают спектакли. Ирина Муравьева, народная артистка России каждый месяц прилетает – 10-12 спектаклей.

Человеческие ресурсы – люди там крепкие, здоровые, все время на морозе работают. У меня ощущения только хороших перспектив, причем над Западной Сибирью ощутимо встает только заря.

Вот мы обсуждали идею новых городов сибирских, Шойгу предложил, у нас даже в этой студии были эксперты, которые говорили: «Ну кто туда поедет? Кому это надо?» Да уже уехали, Андрей Игоревич! Уже уехали и улетели самолетом.

Я был в офисе «Газпромнефти», спрашиваю: «А кто здесь сидит?» Мне говорят: «Вот этот с Перми, тот из Санкт-Петербурга, этот из Московской области». Люди уже там, молодые, строят карьеру. Я вижу только зарю.

Вот у вас впечатление от страны, вы много где побывали за этот год, какое? Схоже с моим или нет?

Андрей Масалович: Смотрите, там, где себя вписывают в вектор, в будущее, происходит резкий рывок. На моих глазах вот так вот взлетел Екатеринбург, который был вообще-то когда-то так себе. Абсолютно идеал для меня – это Мышкин, это был городок без будущего, потому что дорога с другой стороны; вот речка, Волга, дороги нет.

Александр Денисов: И паром.

Андрей Масалович: И паром. То есть надо себе еще объяснить, зачем мне на этом пароме вот в это богом забытое место попасть. Тем не менее они не впали в депрессию, придумали этот культ мыши, сделали из себя туристский аттракцион и сейчас процветают. Сейчас это один из ярких известных туристских причалов на Волге.

Точно такое же впечатление от Териберки, двойное. Если помните фильм 2013 года, как в самой депрессивной стране есть самая депрессивная деревня.

Александр Денисов: Там побывал самый депрессивный режиссер, специализирующийся на поставках зарубежных депрессивных фильмов о России.

Андрей Масалович: Да, да, да. Хотя у местного населения, кстати, на этого режиссера зуб. Они показывали фотографии, как эти киношники насвинячили на пляже, когда снимали. Ну, потому что места-то там красивые. На самом деле там божественная красота, такая вот настоящая северная, заполярная. Там народ, который пытается что-то делать, поднимает денег больше, чем можно поднять в Подмосковье, реально видно, как развивается. Кроме туризма, там еще и местный промысел поднимается.

С другой стороны, сам Мурманск рядом, наоборот, уходит в штопор. Хотя зря. Там, где у нас правильно пальцем ткнули, куда идти, народ это понимает, рывок сейчас получается быстрый. Потому что есть огромное количество сфер, где нету лидеров, где кто сейчас это сделал, тот и обгонит.
Ну, допустим, китайцы (вот касательно, что все-таки мы нужны, чтоб поля там окучивать или грузы развозить или прочее), китайцы увидели, что у них много маленьких полей и 4 года назад придумали беспилотный трактор, который ездит и маленькие поля культивирует.

Наши придумали, что у нас большие поля и сделали беспилотные комбайны; они работают лучше человека. Даже была красивая история, как комбайн нашел пропавшего кролика, увидел его в траве (обычный бы задавил, а этот нашел), остановился; и хозяин прослезился и поверил в новые технологии.

То есть там, где есть внутренний посыл на развитие и правильно выбран вектор, происходит рывок. Там, где этого не происходит, на ровном месте начинается штопор, как в том же Мурманске.

На самом деле, если бы наши чуть-чуть сейчас поднажали, Северный морской путь объективно – это выигрыш двух недель по сравнению с Суэцким каналом по доставке из Китая в Европу; главный путь.

Александр Денисов: И пиратов нет.

Андрей Масалович: И пиратов нету. Но я озадачился, полез смотреть. Оказалось, что там за 56 недель, по-моему, 16 кораблей прошло; 16 кораблей – это 3 каравана – он пустой. На самом деле это фантастическая возможность. Там сразу поднять земли вокруг этого пути, и поднять Мурманск снова. Почему-то наши этим не озадачились.

Александр Денисов: А знаете, а Китай-то тоже видит зарю над Северным морским путем. Они же строят ледоколы.

Андрей Масалович: На Арктику?

Александр Денисов: Да. Они строят ледоколы для чего? Чтобы его использовать.

Андрей Масалович: На Арктику сейчас смотрят все там, и китайцы, и прочие. Даже был, я еще по возрасту застал период, когда был рейс, который в Штаты летал рейсом экипажа Годовикова через Северный полюс. Я как-то летал Москва – Анкоридж через полюс. Потом перестали летать, почему? Там сошлись зоны интересов разных стран; чтобы проложить маршрут надо все время разговаривать с восемью странами. Настолько это важно, хотя там вроде ничего нету, внизу.

Причем мало кто понимает, Ледовитый океан, он вообще-то большой. Ну выглядит так вот, берег и дальше лед. На самом деле от Мурманска до полюса дальше, чем Мурманска до Москвы, т.е. там много пространства, которое сейчас ничье и пустое. Это, кстати, еще будет столкновение сил, потому что там очень богатый шельф, там, как только чуть-чуть еще потеплеет, там этот путь просто откроется, т.е. Северный морской путь будет работать круглогодично.

Александр Денисов: Но сейчас-то пока замерзает. Слышали, там не смогли пройти несколько судов, потому что, вопреки убеждениям Совета Безопасности ООН, глобального потепления-то и не происходит; там, наоборот, шуба льда наросла еще больше.

Андрей Масалович: Грета перегрета отвлекалась, а то бы она там разрулила с потеплением.

Если смотреть статично, что сейчас у нас в стране творится, много депрессивных мест реально. И причем много мест где. У меня в YouTube сейчас куча всяких фанов, поклонников, которые пишут: «Что делать?» Я четко понимаю, что по-честному, половине из них надо говорить: «Вот отсюда вали, здесь у тебя не получится». Хотя с другой стороны, есть очень много задач, где неважно, где ты в данный момент сидишь. Программисты, например.

Тамара Шорникова: А что они там предлагают, что невозможно сейчас в наших условиях воплотить?

Андрей Масалович: Нет, не предлагают, а просто они себя найти не могут. Они живут в какой-нибудь депрессивной деревне, где реально заработка нет, возможности учиться нет, возможности найти пару нет. Значит, перебирайся в другое место. Ну, что делать?

Тем более, возможность поездить по миру меня научила. Вы думаете, Москва – мегаполис? Ничего подобного. Побывайте в Шанхае или в Мехико – там мегаполис!

Александр Денисов: Да я вам говорю: побывайте в Западной Сибири, Андрей Игоревич, я просто...

Андрей Масалович: Я родом из Западной Сибири!

Александр Денисов: Да, да! Вот там жизнь! Я был поражен, что ехать не в Москву нужно делать карьеру, а туда. Хотя мне объяснили: если ты не генерал (генерал – ты в Москве сидишь, условно генерал в бизнесе и прочее), а если вот ты солдат, то туда надо ехать; послужи, а потом уже генералом в Москву. Такую мне схему обрисовали, через Западную Сибирь.

Андрей Масалович: Ну, я как-то так, так длинно никогда не пробовал строить. На самом деле у меня по жизни всегда получалось больше всего модель похожа на ракету. Сначала тебе туда надо, надо выжечь топливо, попасть на орбиту, а уже на орбите разберемся. Вот, сначала выжигаешь.

Ну и, кстати, вот сейчас видел идеальный пример в Израиле. Молодой парень сделал фирму, заработал миллиард. Каким образом? Он сначала решил, это была семья отвальщиков из России, его научили, что еврейская семья в России, ты должен не просто получать пятерки, ты должен быть вдвое лучше всех, чтобы...

Александр Денисов: Отвальщики?

Андрей Масалович: Ну, те, которые...

Александр Денисов: Отвалили.

Андрей Масалович: Отвалили. Вот. Его научили, что надо действительно разбираться, стараться и вкладываться в то, что делаешь. Он выбрал направление информационной безопасности и 7 лет в него вкладывался. И при этом лепил свой образ, это тоже сейчас очень важно: победит не тот, кто может сделать, а тот, кто выглядит как человек, который может сделать.

Появился образ, что есть человек, который классно разбирается в безопасности. Он просто себя вывел на орбиту. 7 лет без идеи. Потом год ходил по рынку (его уже знали, с ним с удовольствием разговаривали), смотрел, где чего не достает, какие задачи безопасности решаются плохо. Выбрал круг задач, очертил, сделал фирму, получил первые инвестиции, сделал первый продукт – получил миллиард. Вот, 8 лет вложений. Поэтому, собственно возможности для приложения сил сейчас классные, не надо думать, от рядового до генерала, можно...

Александр Денисов: Можно сразу в генералы.

Андрей Масалович: Нет, нужно сразу смотреть, куда.

Александр Денисов: А это не пузырь, Андрей Игоревич? Вот вы про пузырь нам рассказывали вот этот цифровой. Я-то видел реальную экономику.

Андрей Масалович: Все – пузыри.

Александр Денисов: Все – пузыри?

Андрей Масалович: Все – пузыри. Еще раз. Первое – капитализм не может развиваться на остановившемся рынок; рынок должен расширяться. Если не расширяется, значит, надо придумывать. Самый удобный способ придумывать пузыри.

Со средины прошлого века, когда появились фиатные деньги, от денег осталось только надежда. Мы берем доллары, как средство сохранения просто потому, что мы знаем, что мы их потом пристроим, они не подешевеют.

Точно так же bitok – биткоин, точно так же там современное искусство. Я вас умоляю, картину никто через 100 лет и не скажет, что это был шедевр, а это просто ребенок там ногами потоптался – это просто средство вложения. Все знают, что если я вложусь в это имя, мои инвестиции не подешевеют. Соответственно, пиаря эти новые рынки, их можно создавать на ровном месте.

Когда-то, вот перед вами пострадавший. Я поскольку занимаюсь безопасностью, представляю, что там внутри у Apple, я всю жизнь был категорическим противником Apple, потому что это закрытая платформа. И что там внутри творится, т.е. я вижу насколько тотально шпионит он сам и насколько не дает там, шаг влево, шаг вправо, делать другим. Тем не менее, вот пострадавший в 2012 или в 2013 году, когда появился айпад, я сам себя убедил, что вот айпад мне нужен и его купил. Причем купил (в России его не было) в Гонконге, гордый привез. Потом 2 года пытался себе объяснить, найти задачу, для которой айпад подходит лучше, чем другие. Оказалось, что любая задача либо решается на смартфоне, либо на ноутбуке, либо на домашнем компе, либо на сервере. То есть по жизни он не нужен, в жизни для айпада места нет, тем не менее рынок огроменный, уже 10 лет живет, просто голый образ.

Александр Денисов: И для детей, детям нравится. Могли бы детям отдать, Андрей Игоревич.

Андрей Масалович: Ну, да.

Кстати, вот сама современная история вот этих вот пузырей виртуальных и цифрового мира началась еще в 1960-е годы. Появились первые книги французского философа Жана Бодрийяра. У него главная книга называется «Симулякры и симуляция». Симулякр – это образ без содержимого, древнегреческий образ.

Вот как бы скульптор взял изваял соседку – это образ, а это прообраз, можно сравнить. Потом этот же скульптор взял изваял идеальную женщину, т.е. образ есть, а прообраза нету. Он так представил. И Бодрийяр пишет, что мы (ну он ввел термин символический обмен), мы обмениваемся символами. Вот мы образ денег, в которые верим, меняем на образ товаров, в которые верим. Причем, этот товар, это не товар, это картинка. Машина. Если машина – это было бы 4 колеса, кондиционер, коробка автомат, доедет до дачи – ну вот, получилось Hyundai Solaris – дешевая рабочая лошадка.

Александр Денисов: Так может, ваш цифровой мир – это симулякр, если я правильно понимаю.

Андрей Масалович: Так симулякр! Вот. Нет, когда братьев или хрен их разберет, сестер Вачовски спросили, о чем они думали, когда снимали «Матрицу»...

Александр Денисов: Я-то думал, о чем, когда пол меняли!

Андрей Масалович: Не, когда пол меняли, там вопрос: чем они думали!

Нет. Когда их спросили, что их сподвигло на съемки «Матрицы», они сказали: «Мы вдохновлялись книгами Бодрийяра. То есть это мы живем в матрице, мы уже живем в матрице, мы уже себе напридумывали некий мир.

И, кстати, у Бодрийяра, что меня успокоило, у него есть чудесная книжка, короткая брошюрка, называется «Войны в заливе не было» о том, что для того, чтобы победить в войне, сейчас войска не надо гонять, дорогую технику подтягивать. Надо просто пиарить, что мы их победили! Мы пошли их побеждать и победили! Ну, молодцы.

Александр Денисов: Телевизор, да.

Тамара Шорникова: Ну, так мы до всего дойдем в отрицании.

Александр Денисов: Но вы агент Смит? Агент Смит, Андрей Игоревич?

Андрей Масалович: Нет.

Александр Денисов: Или нужно смотреть продолжение «Матрицы», чтобы узнать, кто вы?

Андрей Масалович: Если вы сейчас погуглите, ходит такой устойчивый сценарий продолжения «Матрицы», что типа он есть, его когда-нибудь снимут. Что это матрица матрицы, что в конце концов, когда очередное действо происходит, потом камера панорамирует и все, включая Морфиуса, на самом деле сидят в своих капсулах, как и сидели и погружены в анабиоз.

Александр Денисов: Такой вот финал. Ну, посмотрим, посмотрим.

Андрей Игоревич, спасибо большое за прогнозы! Спасибо! И историю вспомнили, что творилось у нас в стране.

Будем надеяться, что твориться будет только хорошее! И не только в Западной Сибири.

Андрей Масалович: И верить.

И благополучно этих цэрэушников забыли, потому что они этого не стоят.

Тамара Шорникова: Спасибо!

Александр Денисов: Спасибо!

Тамара Шорникова: Андрей Масалович и его личное мнение на ОТР. Спасибо!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (0)