Олег Лебедев: При неблагоприятных метеоусловиях предприятиям запрещено делать выбросы в атмосферу. И за этим должен следить Росприроднадзор

Олег Лебедев: При неблагоприятных метеоусловиях предприятиям запрещено делать выбросы в атмосферу. И за этим должен следить Росприроднадзор
Как сократить разрывы зарплат руководства и персонала в социальной сфере?
Европа отказывается от системы распознавания лиц. А мы?
Иностранцы в России: чем наши города привлекают туристов?
Больше никаких тестов! Московскую антидопинговую лабораторию во второй раз лишили лицензии
Студенты станут богаче? Депутаты предлагают ввести для учащихся потребкорзину, развивающую интеллект
Что делать новому министру здравоохранения? Досрочная пенсия для многодетных. Кто нас минировал? Что добавят в потребительскую корзину? Что год грядущий нам готовит - прогноз Павла Глобы
Тевтонский замок на продажу
Медицина. Всё сложно
Александр Шлычков: Самое главное - дать ребёнку модель поведения в экстремальной ситуации
Роман Ромачёв: Существует кибер-суверенитет. В этой зоне страны не хотят взаимодействовать
Гости
Олег Лебедев
депутат Государственной Думы, председатель подкомитета по агроэкологии

Оксана Галькевич: Друзья, общероссийская общественная организация "Зеленый патруль" выпустила не так давно новый экологический рейтинг наших регионов. И картина, надо сказать, Костя, прелюбопытная.

Константин Чуриков: Кто там лидирует – это фактический рейтинг качества жизни с точки зрения чистоты воздуха, водоемов и прочего.

Оксана Галькевич: Первые места на пьедестале – попрошу наших режиссеров показать этот экологический рейтинг – занимает Тамбовская область, Алтай и Чувашия. Что интересно, в лидеры по частоте окружающей среды выбились также наши мегаполисы, между прочим, Москва, Петербург.

Константин Чуриков: Странно, почему не Сибирь, поскольку все-таки там тайга, реки, просторы.

Оксана Галькевич: Да. И какой-нибудь такой большой металлургический завод где-нибудь стоит посреди этой тайги и чадит, как в Красноярске, например. Между прочим, Красноярск – это город-миллионник, и жители этого города постоянно сообщают, что из-за промышленного и автомобильного смога там просто нечем дышать, особенно в утренние и вечерние часы. В прошлом году в течение 58 дней – в общей сложности, конечно же – там действовал так называемый режим черного неба. С начала этого года уже в течение 20 дней, если все вместе посчитать. Последний раз буквально накануне в праздник 8 марта. Хороший подарочек такой, да?

Константин Чуриков: Этот режим вводят, когда в городе складываются особые метеоусловия, практически нет ветра. И, в итоге над домами висит дымка. Экологические службы фиксируют в воздухе пары этилбензола, формальдегид. Даже все это, в общем-то, страшно звучит. И другие опасные для здоровья человека вещества. Хуже всего себя чувствуют дети, старики, понятное дело, больные астмой. Местные власти в такие дни традиционно рекомендуют автомобилистам пересесть на общественный транспорт, а предприятиям – основным источникам дыма – сократить выбросы.

(СЮЖЕТ.)

Константин Чуриков: Сейчас проверкой красноярских предприятий занялась природоохранная прокуратура. За последние 3 дня проверено 15 предприятий, на некоторых уже выявлены нарушения.

Оксана Галькевич: Кстати, красноярцы уже под какими только петициями подписи ни собирали. И к мэру города обращались, и к губернатору, и даже, говорят, что к генеральному секретарю ООН.

Константин Чуриков: На всякий случай.

Оксана Галькевич: Интересно, в чем основная проблема в этом городе-миллионнике сибирском. Если это, например, устаревшее оснащение заводов – Красноярского алюминиевого (между прочим, это второй по величине алюминиевый завод в мире), – то почему тогда оно там такое устаревшее, почему его не поменяют на более современное? Если это технологии выработки… В общем, вопросов много, как вы понимаете.

Константин Чуриков: Обо всем об этом, и не только, поговорим с нашим гостем. У нас в студии Олег Лебедев, депутат Государственной Думы, председатель подкомитета по агроэкологии. Олег Александрович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Олег Лебедев: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Видите, и люди обычные жалуются. Одно дело, когда кто-то фиксирует какие-то выбросы, превышение предельно допустимых норм вредных веществ в воздухе, а другое дело, когда это касается уже непосредственно людей. И как здесь быть, как заставить предприятия соблюдать, наверное, действующее законодательство?

Олег Лебедев: В скором времени будет введена и будет действовать централизованная система учета объемов выбросов и сброса. Контролировать ее будет Росприроднадзор как надзорный орган, и это касается предприятий первой степени опасности. Но их не очень но по России, их порядка 300. Поэтому я думаю, что с учетом не такого большого количества удастся проконтролировать, удастся отмониторить. Причем хочу подчеркнуть, что эта система, она очень персонифицирована, то есть датчики, они будут показывать не просто какое предприятие делает выбросы, а именно из какой трубы этого предприятия. То есть все это будет на компьютере видно, и, соответственно, будет понятно, кто должен уплатить штраф.

Константин Чуриков: В режиме реального времени?

Олег Лебедев: Да. Эта система введена благодаря тому, что еще в том созыве мы приняли Закон о нормировании, о переходе на наилучшие доступные технологии. Этот прорывной революционный закон дал возможность в том числе введению этой системы. В скором времени она будет введена.

Константин Чуриков: У меня вопрос к зрителям. Мы решили запустить нечто вроде СМС-голосования. В вашем городе, где вы живете, есть ли проблемы с воздухом? Ваши ответы "да" или "нет" принимаются по номеру 3443, вначале буквы "ОТР", и далее отвечайте. Интересно, что у вас с экологией.

Олег Александрович, вы говорите, что все это заработает в будущем, что это будет мониториться. Но ведь, наверное, мы сегодня говорим также о не тех технологиях, которые используют эти промышленники, крупные предприятия. Здесь-то как быть? Потому что можно поставить датчики, а все равно выбросы, так или иначе, будут.

Оксана Галькевич: Например, одна из претензий красноярцев к "Красноярскому алюминиевому заводу" в том, что они используют технологии выработки, которые, в принципе, уже даже в Китае не используются. Почему даже в Китае, потому что, мы знаем, там было много в свое время грязных в экологическом смысле предприятий. Но они тоже постепенно как-то от них отходят, от этих старых технологий.

Константин Чуриков: Хотя в Пекине по-прежнему нечем дышать.

Оксана Галькевич: Они тоже над этим работают. По-прежнему нечем дышать. Вопрос такой: почему наше большое предприятие "Красноярский алюминиевый завод", довольно успешное, не занимается модернизацией своего производства? Нет стимулов, нет денег? Вряд ли, наверное.

Олег Лебедев: Видите, в чем дело: это проблема не столько даже этого предприятия, сколько вообще в целом нашей промышленности. Она действительно нуждается в серьезной модернизации. К сожалению, сегодня собственникам предприятий проще заплатить штрафы, чем вкладывать инвестиции в модернизацию своего производства. Но, опять же хочу сказать, что 219-ФЗ, который был принят, Закон "Об НДТ (наилучших доступных технологиях)" все-таки не просто настраивает, а конкретно стимулирует предприятия переходить на нормальные технологии (наилучшие доступные), потому что иначе в 100 раз повышаются штрафы, или предприятие просто закрывается.

НДТ – это новая система нормирования. Она такая, как и во всем мире. Но был введен определенный период, за который предприятия должны были адаптироваться. Потому что сегодня, вы знаете, в среднем год 19 млн. тонн только выбросов от промышленности. А плюс прибавьте сюда еще 13 млн. тонн от автотранспорта, и получается огромная нагрузка на каждого живущего гражданина нашей страны.

Оксана Галькевич: В некоторых городах есть ведь еще и ошибки при проектировании, которые в свое время были допущены, как в том же Красноярске. Там, например, ТЭЦ построена в таком месте, которое не позволяет реке замерзать, Енисей не встает на зиму, соответственно, он парит постоянно.

Скажите, а эта модернизация, которая обсуждается, вы сказали, что будет стимул у предприятий, это все только на плечи собственников, государство участвовать в этом не будет? Просто ставится задача – перейти на более чистое, экологичное?

Олег Лебедев: Например, мы активно поддерживаем, чтобы те предприятия, которые переходят в своей работе на принципы зеленой экономики, они получали налоговые льготы, потому что это окупается именно в плане поддержки в целом всей государственной политики, людей, народа, в плане их здоровья. Потому что сегодня, к сожалению, катастрофически идет увеличение онкологических заболеваний, легочных и разных других оттого, что крайне неблагоприятная экологическая ситуация в ряде регионов. Вы сегодня называли Красноярск, опять же, город Норильск, Челябинск и так далее.

Константин Чуриков: Городов много. Как раз по другому рейтингу Министерство природных ресурсов и экологии: "17% городского населения нашей страны живут в городах с высоким и очень высоким загрязнением воздуха. Половина из них находится в Сибири и на Урале". Самая тяжёлая ситуация сейчас, вы видите, где – это Норильск, Иркутск, Чита, Красноярск, Челябинск, Екатеринбург, Магнитогорск.

Олег Лебедев: Дзержинск.

Константин Чуриков: Список может быть очень длинным. Кстати, мы заговорили о Челябинске. Там есть свои проблемы. И не так давно местные власти так и сказали, придется подождать еще лет 10, подышать тем, что есть. Давайте посмотрим репортаж.

Оксана Галькевич: Кстати говоря, в том рейтинге "Зеленого патруля" Челябинск занял последнее место, не почетное совсем. Давайте посмотрим.

(СЮЖЕТ.)

Константин Чуриков: Такая ситуация на Южном Урале. У нас уже много звонков. Первым пускай будет Николай из Новороссийска. Николай, здравствуйте.

- Добрый день.

Константин Чуриков: У вас портовый город. Что можете сказать о качестве воздуха?

- Мы рядом с городом в 10 км, поселок Верхнебаканский. У нас два крупнейших цементных завода. Мы думали, что новые заводы не будут пылить, а новые заводы пылят не хуже. И сделали из нашего поселка промзону. Тут и АБЗ, и все, что только возможно.

Константин Чуриков: АБЗ – это что такое?

- Асфальтобетонные заводики. С весной уплывает асфальт, эти заводики и делают этот асфальт. В общем, дымит со всех сторон. И что делать?

Константин Чуриков: Вы обращались во всякие надзорные ведомства, чтобы был проведен мониторинг?

- Кто там нас слушает? Все нормально. Один раз как-то были здесь люди: "А что? Это как градообразующее производство. Они нам платят налоги, а вы, мол…"

Оксана Галькевич: Рабочие места, да. Понятно.

Константин Чуриков: Что выбираете: быть здоровыми и бедными, либо условно богатыми и больными.

- Да.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо, Николай. Олег Александрович, мы говорим сейчас о предприятиях, которые, так или иначе, создавались достаточно давно. Если мы вспоминали, Красноярск, Челябинск. Красноярск, например, в 1960-е годы, в 1964 году как раз строился. Но сейчас ведь строятся и новые предприятия, которые добавляют, так скажем. Например, часто обсуждаемая тема переработки мусора, люди периодически очень недовольны тем, что мусоросжигающие технологии там будут использоваться, как уже кто-то говорит, морально устаревшие во всем остальном мире. У нас есть такой звонок из Тольятти. Давайте поговорим с нашей телезрительницей Ириной, она хочет высказаться по этому поводу. Ирина, здравствуйте.

- Здравствуйте. Я живу в Тольятти, у нас город обширный, разделен на три района. Недалеко от одного района собираются строить огромный мусорный, как говорится, мусорку огромнейшую, потому что те, которые у нас в городе есть, они не справляются.

Константин Чуриков: Подождите. Свалку строить или мусоросжигательный завод?

Оксана Галькевич: Полигон для мусора?

- Да, полигон для мусора.

Оксана Галькевич: Понятно. Это не завод.

- Там мусор будет до 40 метров в высоту. Вы можете представить? 40 метров в высоту. Там, естественно, будет дымить, гореть и все прочее. Его строят рядом с водозабором на землях сельхозугодий.

Константин Чуриков: Ничего себе.

- И все жители Тольятти сейчас собирают подписи, а также жители ближайших поселков. Их там шесть штук. Как можно рядом с водозабором на землях сельхозугодий строить? Тем более, что, конечно, он изрядно будет дымить, как и другие наши мусорные полигоны. А у нас в Тольятти очень много химических предприятий, вы, наверное, знаете. У нас воздух загрязнен, самый загрязненный, наверное, в стране, так же, как в Челябинске и в Свердловске, потому что предприятий у нас огромное количество.

Константин Чуриков: Ирина, ваши возмущения совершенно логичны и понятны. Давайте, сейчас у нас Олег Александрович ответит, насколько это вообще все законно, если, действительно, это вблизи земель сельхозназначения, это рядом с водоемами, и так далее?

Олег Лебедев: Во-первых, по Челябинску. Дело в том, что закон запрещает во время неблагоприятных метеорологических условий предприятиям делать выбросы в атмосферу загрязняющих веществ. Почему? Потому что в таких условиях эти вещества не рассеиваются, и они накапливаются в нижних слоях атмосферы. Это дает большой негатив, опасность здоровью жителей. Поэтому это вопрос по Челябинску конкретно к Росприроднадзору, который по Уральскому федеральному округу. Они должны обратить серьёзневшее внимание на этот вопрос. Это они обязаны четко смотреть.

Что касается строительства. Буквально недавно был во Владимирской области.

Константин Чуриков: Это по поводу Тольятти вы сейчас отвечаете?

Олег Лебедев: Такая же ситуация. Там строится битумный завод, непонятно, с какими разрешениями или не разрешениями, прямо буквально рядом через дорогу от большого поселка, там живет 10 тыс. человек. Огромное обращение было. Я туда выехал, направил и правительственную телеграмму генеральному прокурору, и с Следственный комитет, и так далее. Сейчас разбираемся. Действительно, нельзя в непосредственной близости строить объекты, которые опасны. С каждым таким случаем надо разбираться и принимать меры.

Я приведу вам еще пример, где удалось в целом решить проблему.

2 года назад еще в том созыве я выезжал в Мурманск, где мы проводили слушание по нефтеразливам. И там журналисты пришли и говорят: "Пойдемте, вам покажем, как перегружается открытым способом уголь". Там порт, идет перегрузка угля, и все это было открытым способом. Полгорода снег был черный. Я выступал дважды на Думе, обращался в правоохранительные и прочие органы. В результате там были приняты меры, эта компания порта устранили эти вопросы, и сегодня используются определенные технологии, и этих проблем нет. А так, вообще эта угольная пыль в машинах внутри была. Они исправились. Поэтому необходимо по каждому пункту, по каждому случаю настойчиво действовать и принимать меры.

Константин Чуриков: У нас масса сообщений. Просто для достоверности: "Красноярск, центральный район. Ежедневно в вечернее и ночное время сильно пахнет углем. Утром на светлых машинах черная пыль, в том числе крупные частицы. Временами просто сделать глубокий вдох невозможно. Сильно дымит труба котельной".

Юрга, Кемеровская область: "Отравляет воздух завод "Технониколь". Областная онкология заполнена нашими местными жителями".

"Братск задыхается. Белгородский онкоцентр забит пациентами" (Белгород, Владимир).

И из Красноярска просто сигналы SOS: "Помогите!"

Вы говорите о том, что, да, удается точечно разобраться с какими-то случаями, но это же не системно. Мы же с вами понимаем, что к каждой свалке, к каждому предприятию не приставишь контроллера.

Оксана Галькевич: Просто в ручном режиме разбираться с каждой такой ситуацией. В чем проблема? Это отсутствие какой-то культуры? Есть такое понятие "производственная культурна".

Константин Чуриков: Как заставить это работать системно?

Оксана Галькевич: В данных всех этих ситуациях…

Олег Лебедев: Культура, лоббизм, интересы и прочее. Я вам приведу пример. В том созыве я сражался против химических реагентов на детских площадках. Я вносил законопроект, я требовал, чтобы химические реагенты не разбрасывали на детских площадках, потому что они испаряются, и дети все это вдыхают. Чтобы это было только на проезжей части, а во дворах использовалось что-то физического свойства. Внес. 200 СМИ от самых первых осветили. Поставили потом в повестку дня через полгода, опять осветили еще 200 СМИ. Потом отклонили, потому что правительство было против. Но все-таки в результате за счет того, что было такое огромное к этому внимание привлечено, Санкт-Петербург отказался от химических реагентов. Там сегодня и мраморная крошка, и что-то еще, Москва существенно снизила использование этих реагентов. Помните, как везде их разбрасывали, эти гастарбайтеры и так далее. Поэтому необходимо привлекать внимание к этим вопросам. Я лично, как депутат Государственной Думы, всегда выступают по этим вопросам и с трибуны, и везде, и направляю свои обращения ко всем органам, и стараюсь эту ситуацию не пускать на самотек и держать под контролем.

Оксана Галькевич: Ирина (Забайкальский край) до нас дозвонилась. Давайте с ней тоже пообщаемся. Ирина, здравствуйте.

- Здравствуйте. Олег Лебедев, я вам звоню. Я ветеран атомной промышленности, город Краснокаменск, Читинская область. Нам никто в городе не доводит о том, какая у нас стоит радиация. У вас даже вопрос: "В вашем городе есть проблемы с воздухом?". Мы даже не знаем, до нас никто не доводит, нам ничего не предъявляют. Во-первых, у нас еще и питьевой воды фактически нет, она у нас заражена. Даже питьевая вода идет по городу, заражена, и в 2-3 раза превышает все нормы.

Константин Чуриков: Ирина, а как выходите из положения в плане питьевой воды?

Олег Лебедев: Покупают.

Константин Чуриков: Покупаете, и все? Все время тратитесь?

- Почему? В городские квартиры нам поступает питьевая вода, но она заражена. 2-3 года назад нас удостоверили, сказали, что вода заражена радиацией. А воздух? У нас один рудник, вернее предприятие урановой промышленности, которое добывает окись урана.

Константин Чуриков: Урановую руду, да.

- Я 30 лет отработала, 30 лет попила эту воду, и нам даже никто не говорит, как у нас в городе. Всего лишь 50 тыс. жителей, и кто нам даже по воздуху скажет, заражен у нас воздух или нет? Мы воду пьем зараженную. Кто за это будет отвечать?

Константин Чуриков: Ирина, спасибо за ваш звонок. Люди вправе знать, что они пьют, чем они дышат. Я понимаю, что Забайкалье, как сейчас говорят, депрессивный регион, но так ли дорого организовать элементарную экспертизу?

Оксана Галькевич: Мониторинг должен проводиться в любом случае.

Олег Лебедев: Недорого, это реально, это обязанность Росприроднадзора этого региона. Поэтому необходимо направить туда обращение, и региональный Росприроднадзор обязаны принять меры. Это их прямая обязанность. Проконтролировать это может областная или краевая прокуратура.

Оксана Галькевич: Олег Александрович, возвращаясь к вопросу создания новых предприятий. Мусоросжигающие заводы, есть такое мнение, что технологии уже совсем современные во многом. В тех странах, где заинтересованы в чистом воздухе, чистой воде, чистой экологии, строят несколько иные предприятия, по-другому относятся к этому вопросу. У нас нет возможностей сразу строить какие-то действительно суперсовременные? Как нам пишут телезрители, в Вене в центре города стоит мусороперерабатывающий завод, о нахождении которого так просто и не догадаешься. У нас возможностей нет, или как-то мы создаем какие-то времяночки, а потом, глядишь, лет через дцать перейдем к более современным и чистым? А потом и боремся с этим всем.

Олег Лебедев: Здесь все, здесь комплекс проблем. Во-первых, хозяева этих предприятий, конечно, экономят, не хотят вкладываться. Здесь и санкции, они все-таки тоже играют роль, именно в том плане, что непредоставление технологий в Россию. Например, в сельском хозяйстве – чуть отклонюсь – на 80% все это иностранное, начиная от семян, техники, технологий и так далее. То есть это очень серьезная зависимость, она существует. Но все равно 458-ФЗ, который упорядочивает обращение с отходами, все-таки он нацелен на то, чтобы делать упор на переработку, на то, чтобы увеличивать вторичное использование этих отходов. Это правильно.

Константин Чуриков: *Олег Александрович, санкции у нас надолго, и, кажется, вообще навсегда. Нас к этому готовят. Кроме того, не мы с вами объявили год экологии. В любом случае, надо с этим как-то жить и бороться.

Оксана Галькевич: Заниматься этим надо, да.

Константин Чуриков: Мы проводили опрос, сейчас подведем итоги. Спрашивали зрителей, есть ли проблемы с воздухом в их городе. "Да" ответили подавляющее большинство – 96%, и только 4% сказали "нет". Наверное, это, может быть, были какие-то маленькие поселки, или экологичные города.

Оксана Галькевич: Люди, которые в городах не живут, живут где-то за городом. Вот такие результаты.

Спасибо всем, кто принимал участие в этом опросе, и спасибо нашему гостю. В студии программы "ОТРажение" был Олег Лебедев, депутат Государственной Думы, председатель подкомитета по агроэкологии. Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски