Бизнес больше не кошмарят?

Бизнес больше не кошмарят? | Программы | ОТР

Как ослабление контроля сказалось на безопасности в организациях

2020-08-10T17:01:00+03:00
Бизнес больше не кошмарят?
Траты на 8 марта. Чего хотят женщины. Как укрепить семью. Вакцинация шагает по стране. Гостевой бизнес
Поздравляем с 8 марта. Дорого
Женщины должны/хотят работать?
Сергей Лесков: Русская женщина всегда обладала таким набором добродетелей и качеств, который делал её самой желанной на свете
Чтобы семьи были больше, нужно...
Что делать, если с вас пытаются получить чужие долги?
Вы к нам из тени, а мы вам - кредиты!
ТЕМА ДНЯ: Цветы и подарки к 8 марта
Посчитают доходы и помогут
Уколоться - и забыть о COVID-19
Гости
Сергей Елин
эксперт по финансово-правовой безопасности бизнеса Московского отделения «Опоры России»
Денис Шульженко
президент Судебно-экспертной палаты РФ

Ольга Арсланова: Добрый вечер! Это программа «ОТРажение», мы снова вернулись. Через полчаса наша большая тема.

Давайте сейчас поговорим о российском бизнесе. Если вы бизнесмен, мы очень ждем вашего звонка в прямом эфире: расскажите, как часто вас проверяют, вот сколько проверок в год у вас проходит и во сколько вам все это обходится нервов, денег, чего угодно. Ждем вас буквально через несколько секунд.

Петр Кузнецов: Ну а пока мы узнаем о том, что бизнес кошмарить у нас перестали по крайней мере в первом полугодии. Минэконом отчитался по этому поводу – контрольные органы проверяли частников в 2 раза реже. Давайте посмотрим: за первые полгода в сумме было 332 тысячи проверок, а вот годом ранее, соответственно, за этот же период было 612 тысяч проверок, вот такая разница.

Ольга Арсланова: Правда, сами предприниматели уточняют, что ни о каком смягчении надзорной политики сейчас речи не идет, все связано с карантином и мораторием на различные инспекции.

Петр Кузнецов: И в Минэке также признали, что ослабление контроля не сказалось на безопасности, то есть роста количества инцидентов в организациях не отмечено.

Ольга Арсланова: Все-таки официальные власти российские говорят о том, что мы постепенно будем меньше проверять наш бизнес, будем больше ему доверять, давать больше возможности зарабатывать. Но так ли это на самом деле? Будем выяснять прямо сейчас. Именно для этого хотим поговорить в первую очередь с самими бизнесменами, ваш звонок для нас очень важен, позвоните и расскажите.

Сейчас приветствуем в эфире эксперта по финансово-правовой безопасности бизнеса Московского отделения «Опоры России» Сергея Елина. Сергей Викторович, здравствуйте.

Сергей Елин: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Ну вот смотрите, вроде бы говорят о том, что проверок было меньше, а вот у меня сейчас интервью Игоря Юргенса из РСПП, который заявил буквально следующее: «Как только сняли маски, возобновились проверки бизнеса, и все сейчас так же, как было раньше». Вот по вашим наблюдениям, какая обстановка с проверками сейчас, если по-честному?

Сергей Елин: Абсолютно согласен, что проверка кардинально не изменилась, ситуация с проверками кардинально не изменилась. Снижение объема проверок объясняется очень просто – половина бизнеса стояла, самоизоляция, многие находились на удаленной работе, кто-то вообще не мог вести деятельность, соответственно, действовал мораторий на проверки. И действительно, как только был снят мораторий, с июня месяца проверки возобновились в полном объеме, и бизнес, в общем-то, представители бизнеса подтверждают, что каких-то изменений в этом вопросе не замечается.

Ольга Арсланова: Но мораторий на проверки позволил бизнесу совсем не протянуть ноги? Эта мера действительно помогла?

Сергей Елин: Эта мера была важна, и, действительно, в период... Если бы в период самоизоляции, в период сложной финансовой ситуации для большинства предпринимателей еще бы наложились проверки, ситуация бы действительно усложнилась еще больше. Другое дело, что во многих ситуациях просто физически не было возможности осуществлять эти проверки, потому что большинство объектов были закрыты, проверяющие просто физически не могли осуществлять контроль, некуда было приходить, объекты были закрыты. Поэтому, безусловно, это плюс.

Но на мой взгляд, нужно все равно пересматривать систему контроля и менять ситуацию прежде всего с внеплановыми проверками. Потому что на сегодняшний день у нас есть два вида проверок, плановые и внеплановые. Когда мы говорим о моратории, речь идет о плановых проверках, а нужно не забывать, что этот мораторий достаточно легко обходится через внеплановые проверки, объем которых, если мы посмотрим на статистику 2019 года, возрос. И период пандемии в этом плане не показателен, к сожалению.

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, я правильно понимаю, что основная трудность при ведении именно нашего бизнеса, что касается всей этой бюрократии в бизнесе, в том, что предприниматель, который открывает свой новый бизнес, хочет открыть свой новый бизнес, он вроде бы как (в любой сфере) должен видеть все требования, с которыми ему предстоит столкнуться во время работы, процесса всего, но на деле этого не происходит, и он узнает об этом уже по факту, когда к нему приходят, или за день до?

Сергей Елин: На самом деле многие сферы у нас избыточно зарегулированы. К примеру, требования по охране труда: если посмотреть в отдельности на каждое из требований, вроде бы оно выглядит логично, но если посмотреть в совокупности на весь этот массив требований, инструкций, многие из которых писались еще в советские времена, то объем информации, объем документов колоссален, и просто соблюсти очень часто вот в сфере потребительских услуг, просто физически бывает невозможно соблюсти все требования. Как правило, всегда какие-то есть нарушения, соответственно, это становится зацепкой для проверяющих, становится источником коррупционных рисков и источником недобросовестной конкуренции. Поэтому здесь вопрос более глубокий, нужно пересматривать и систему отбора кандидатов на проверки, и систему регулирования в разных отраслях, упрощать, убирать какие-то старые требования, тем самым снижать административную нагрузку на бизнес.

Ольга Арсланова: Но смотрите, вот в Минэкономразвития предположили, что целью проверяющих должна стать профилактика, это вот по итогам этого исследования сказали, а контроль нужно проводить бесконтактным методом. Если мы контроль будем проводить бесконтактным методом, не пострадает ли потребитель? Я просто не очень понимаю, как можно общепит бесконтактно проверять, а если там кто-то отравится, бесконтактно все в порядке.

Сергей Елин: Я думаю, что здесь все-таки, действительно, есть и должен быть разный подход для разных сфер бизнеса, и на сегодняшний день действует в принципе принцип, риск-ориентированный подход, то есть проверять и направлять усилия там, где максимальный риск. Вопрос в том, как определить, где риск максимален.

Ольга Арсланова: Да.

Сергей Елин: Для этого все сферы деятельности поделены на 6 классов. То есть I класс – это максимальный уровень опасности, ну и VI класс – это минимальный. Соответственно, подразумевается, что для VI класса объем плановых проверок должен быть минимальным, то есть логика сама по себе в этом есть и она правильная. Но другое дело, что на сегодняшний день все равно есть большой перекос между плановыми и внеплановыми проверками, потому что возможность открыть внеплановую проверку всегда есть, и слишком велик риск, слишком велико искушение избежать эту ситуацию для чиновника, к сожалению.

Петр Кузнецов: Ну скажите, государство лет 20, наверное, последних регулярно ставит задачу развивать малый и средний бизнес, на деле все получается, и в основном именно из-за бюрократии, что малого и среднего бизнеса становится все меньше и меньше и государство свою долю в экономике только увеличивает. А к чему это вообще может привести? Это может привести к тому, что у нас останутся бюджетники и самозанятые, или невозможно существовать государству без бизнеса, так или иначе он в какой-то доле будет присутствовать?

Сергей Елин: Бизнес... Я думаю, что если мы говорим про рыночную экономику, то в любом случае в том или ином объеме малый и средний бизнес будет присутствовать. Другое дело, что объявлено приоритетным направлением рост доли малого и среднего бизнеса в ВВП, а наличие высокой административной нагрузки просто идет в противоречие с этим тезисом.

Петр Кузнецов: Ага.

Сергей Елин: Соответственно, это одно другое взаимоисключает. И если мы посмотрим на европейские страны, на Соединенные Штаты Америки, там удельный вес малого и среднего бизнеса значительно выше. Поэтому если мы хотим все-таки, чтобы эта доля была выше, то нужно пересматривать и упрощать контроль...

Ольга Арсланова: А скажите, пожалуйста, а мы этого хотим? Ну то есть мы как государство, представители власти хотят этого?

Сергей Елин: Если бы такая задача не стояла, то не декларировалась бы цель увеличить долю в ВВП больше чем в 2 раза.

Ольга Арсланова: Ага.

Сергей Елин: Просто, с одной стороны, предпринимаются большие меры, тратятся деньги из бюджета на поддержку малого бизнеса, но есть определенная неслаженность этих действий, есть определенная противоречивость, и тем самым и денежные средства расходуются, и достаточные результаты не достигаются. То, что намерение такое есть, безусловно, оно есть, оно выражается и в государственных программах, и в тех мерах, которые открыто и активно декларируются.

Ольга Арсланова: Раз вы уже заговорили о ВВП, вот есть исследование Центра стратегических разработок, и, по данным экспертов, проверки тормозят экономическое развитие России. Если вот эту систему настроить, говорят там, то это может прибавить до 2,5% прироста ВВП в год, то есть увеличить наш экономический рост чуть ли не вдвое. Согласны ли вы с этими примерными расчетами? И объясните, пожалуйста, простым людям, не экономистам...

Петр Кузнецов: ...как это заработает.

Ольга Арсланова: ...на чем конкретно можно эти 2,5% заработать. Не очень понятно.

Сергей Елин: Ну, бизнес – это не предприниматель, не только предприниматель-учредитель, даже скорее это прежде всего рабочие места, это налоги, которые платит каждая бизнес-единица в бюджет, а налоги – это поддержка и социальных слоев населения, пенсионеров, бюджетников. То есть увеличение количества налогоплательщиков, увеличение выручки, увеличение ВВП, здесь прямая связь с экономическим ростом. Соответственно, в этом заинтересованы не только... Не стоит задача увеличить доход именно предпринимателя, а стоит задача увеличить количество рабочих мест, увеличить поступления в бюджет, тем самым увеличить благосостояние каждого гражданина.

Ольга Арсланова: То есть чем больше проверок, тем меньше у бизнеса возможностей для развития, в том числе для того, чтобы нанимать новых сотрудников?

Сергей Елин: Безусловно, безусловно. Чем выше административные... Здесь должен быть баланс. Без проверок нельзя обойтись ни в одном государстве, проверки должны быть, но если проверки являются избыточными, если административная нагрузка слишком высока, если слишком велико количество лазеек для коррупционных рисков, для добросовестной конкуренции, то в этом случае страдает экономика и страдает каждый гражданин в итоге, потому что больше дырок в бюджете, меньше благосостояние каждого гражданина в отдельности.

И очень важный момент, что, когда мы говорим, например, даже о моратории на проверки, мы говорим о федеральном законе 294-м о защите прав юридических лиц, индивидуальных предпринимателей при государственном и муниципальном контроле. Нужно отметить, что под этот закон попадают лишь порядка 30 контролирующих структур, проверки которых регламентируются этим законом, но есть целый ряд проверяющих структур, которые находятся вне рамок этого закона, которые регламентируются отдельным законодательством, к примеру налоговые проверки, проверки правоохранительных органов, проверки Центрального банка. То есть еще есть целый ряд блоков, по которым отдельно нужно выстраивать тоже систему и контроля, и как-то оптимизировать административную нагрузку на бизнес.

Петр Кузнецов: Да.

Вернемся к бизнесу на карантине. Есть данные Росстата, которые говорят о том, что доходы россиян от предпринимательской деятельности во II квартале рухнули на 37%. Дальше: доля предпринимательских доходов в общем объеме доходов россиян снизилась до 3,5%. Все это преподносится именно как вообще впервые за долгое время, а то и чуть ли не впервые. При этом доходы бюджетников, а это прежде всего зарплаты и пенсии, на карантине практически не изменились и даже показали крошечный рост, 0,3%.

Правильно ли мы понимаем, что, судя по вот этим цифрам, логично предположить, что за всех нас, за многое на карантине заплатил как раз малый и средний бизнес? И в таком случае вряд ли уменьшение количества проверок как-то ему помогло. Вот как вытягивать малый и средний бизнес после карантина, если, судя по всему, основной удар пришелся по нему, основная нагрузка, чуть ли не единственная нагрузка? Что в силах сделать государство помимо регуляторной гильотины?

Сергей Елин: Я бы не сказал, что те расходы были за счет малого и среднего бизнеса.

Петр Кузнецов: Ну а как, больше никого не остается, бюджетники...

Сергей Елин: Были определенные накопления в бюджете. Другое дело, что да, на мой взгляд, пострадал больше всего в этой ситуации действительно малый и средний бизнес, который был вынужден остановить свою деятельность. И многие предприниматели оказались в той ситуации, что нужно было как-то изыскивать средства, для того чтобы заплатить заработную плату, фактически бизнес стоял, а нужно было найти средства, да, может быть, взять их в кредит по более какой-то льготной ставке, но все равно деньги нужно возвращать. Соответственно, действительно, оправиться после всей этой ситуации не так просто, потребуется какое-то время. Но в совокупности я думаю, что затраты были из бюджета, из разных статей, в том числе за счет малого и среднего бизнеса тоже.

Ольга Арсланова: Давайте наших бизнесменов послушаем, которые нам дозвонились. На связи Роза из Москвы. Здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Да. Чем вы занимаетесь?

Зритель: У нас розничная торговля непродовольственными товарами. Два месяца...

Ольга Арсланова: Да?

Петр Кузнецов: Мы вас слушаем, да. Два месяца... ?

Зритель: Да. Мы 2 месяца были на карантине и не могли вообще выходить, ну то есть не могли выйти, иначе у нас был бы штраф 5 тысяч. И Пенсионный фонд нам начислил штрафы за несвоевременную подачу декларации, хотя господин Мишустин сказал, что мы можем в конце квартала подать СЗВ-М, то бишь отчет. Но Пенсионный фонд сказали: «Мы ничего не знаем, вот вам штраф», – за каждого человека по 500 рублей. Помимо того что мы понесли так убытки, то есть чтобы люди, которые сидели у нас, мы им заплатили, и плюс еще наложили на нас штрафные санкции.

Петр Кузнецов: Штрафные санкции – это по итогам проверки какой-то, получается?

Зритель: То есть они нам сказали: «Вы не вовремя подали декларацию».

Петр Кузнецов: Ага.

Ольга Арсланова: Роза, а скажите, сколько вы потеряли за это время простоя дохода, ну прибыли вашей?

Зритель: Нашей прибыли? – около 70%.

Ольга Арсланова: Ага. А сколько проверок примерно у вас в год бывает в вашей... ? Я так понимаю, это непродовольственная розница.

Зритель: По-разному, по-разному. У нас...

Ольга Арсланова: Ну примерно, чтобы мы понимали, как живет бизнес.

Зритель: Да. Ну, знаете, я вам хочу сказать, у нас камеральные проверки ежемесячно, это идет около 5 точно...

Ольга Арсланова: Ага.

Зритель: ...и плюс еще дополнительные нагрузки у нас идут и пожарные, и рабочее место мы должны сделать, за все мы платим.

Ольга Арсланова: Что значит, вы за все платите? Вы платите штрафы за то, что у вас что-то... ? Вы платите... ?

Зритель: Нет, за... Вы понимаете, вот, значит, мы должны сделать категорирование, за это мы должны оплатить...

Петр Кузнецов: А что это такое, категорирование?

Зритель: Это значит, как он, безопасность рабочего места, хотя мы маленький ИП, у нас один человек, но нас все равно заставляют, это стоит 10 тысяч. Естественно, это неподъемно для нас...

Петр Кузнецов: Каждый раз, что ли, это надо делать? Ну вот мы сделали, место безопасно...

Зритель: Нет, это делается... Но все равно это расход, понимаете, хотя бы раз в год, но это опять финансовая нагрузка, хотя мы находимся на патенте.

Ольга Арсланова: Ага.

Зритель: Мы оплачиваем патент, и помимо патента мы еще обязаны вот остальное все платить.

Ольга Арсланова: Ну вот по вашим ощущениям, это нужные вещи? Для вашей работы это необходимо? Это про безопасность, про пользу... ?

Зритель: Нет, это совершенно бесполезно, это совершенно бесполезно.

Петр Кузнецов: Извините, а почему вы, или мне показалось, сумму в 10 тысяч назвали неподъемной суммой?

Ольга Арсланова: Так это одна, наверное.

Зритель: Ну, потому что, вы понимаете, постоянно... Это не только вот эти 10 тысяч. Мы же платим, если в полном брать, выходит очень хорошая сумма.

Ольга Арсланова: Понятно...

Петр Кузнецов: Ну какая сумма выходит?

Ольга Арсланова: Сколько вы в год тратите на проверяющих?

Петр Кузнецов: Да.

Зритель: На проверяющих... Знаете, мы как-то ни разу так вот не подходили, мы как-то стараемся, чтобы у нас не было нарушений, но они все равно есть. Проблемы бывают, но мы ИП, мы не юридически грамотные люди, для этого и создается, наверное, ИП. Если человек имеет рабочие места, он оплачивает людям, платит налоги, покупает патент, значит, он должен работать.

Ольга Арсланова: Ага.

Зритель: Но помимо этого мы еще должны финансы, значит, онлайн, у нас кассы, которые мы тоже оплачиваем, хотя нам сказали, что мы ни за что не будем платить, мы платим за онлайн-кассы.

Петр Кузнецов: Да-да, с онлайн-кассами отдельная тема.

Зритель: У нас должен быть интернет, ежемесячно мы оплачиваем по 3 тысячи, потому что нас приравняли, мы были физические, теперь мы юридические лица.

Петр Кузнецов: Смотрите, вы сказали, что вы потеряли за это время, у вас -70%, но вы по-прежнему на плаву. Как вы собираетесь добирать и существовать в дальнейшем, за счет чего?

Зритель: Ну вы знаете, уже ущемляем себя. Мы пока что держим своих сотрудников...

Петр Кузнецов: Оптимизируетесь?

Зритель: ...потому что мы очень много лет с ними работаем. Ущемляем пока что себя, но до конца года, если еще будет вторая волна, мы уже не выдержим.

Ольга Арсланова: Спасибо за ваш рассказ. Держитесь, удачи вам!

Давайте послушаем еще одного бизнесмена, это Анатолий из Нижнего Новгорода, здесь уже другая форма, это не ИП, у Анатолия фитнес-центр, все верно?

Зритель: Ага, да-да.

Ольга Арсланова: Да, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Который не работал больше 2 месяцев.

Ольга Арсланова: Анатолий, как это все оформлено юридически? И как вас проверяют?

Зритель: Не больше 2 месяцев, мы не работаем вообще 4,5 месяца, сидели 100%...

Ольга Арсланова: Ага.

Петр Кузнецов: Ну, 4,5 – это же больше 2 месяцев...

Зритель: ...прибыли никакой, прибыли никакой.

Ольга Арсланова: Да, Анатолий, давайте поговорим о вашей работе.

Зритель: Значит, да, о нашей работе. Вот я хотел бы просто пожелать, как говорится, не кошмарят, вот у вас написано здесь «Бизнес больше не кошмарят?», хотелось бы про проверки...

Петр Кузнецов: Нет, мы задаемся вопросом как раз, обратите внимание, мы не утверждаем.

Зритель: Да-да, вот этот вопрос у нас очень такой злободневный.

Петр Кузнецов: Как раз вы отвечаете на этот вопрос. Ага.

Зритель: Вы знаете, вот как бы хотелось бы просто пожелать, чтобы у нас как бы вот к бизнесу относились немножко все, допустим, и Роспотребнадзор, и трудовая инспекция, и пожарники... Вы понимаете, вот как бы это все нужно делать, с проверками это надо делать как..., понимаете? Вот мы не в курсе, не в теме, вот приходит пожарник, у него каждые полгода новые какие-то инструкции, какие-то дополнения, мы за этим вообще не следим.

Ольга Арсланова: А почему вы не следите, Анатолий?

Петр Кузнецов: Анатолий, пожарные очень не любят, когда их называют пожарниками, так что аккуратнее.

Зритель: МЧС, ладно.

Ольга Арсланова: Анатолий, а почему вы за этим не следите? Я так понимаю, что это входит в ваши обязанности соответствовать вашим вот этим всем проверкам.

Зритель: Нет, мы следим, мы как бы следим, но, вы знаете, они сами там говорят, что они не успевают за теми дополнениями, которые вносятся в их инструкции.

Ольга Арсланова: Ясно.

Зритель: Или, допустим, та же трудовая инспекция, те тоже, допустим, вот Роспотребнадзор. Хотелось бы сказать так, чтобы вот люди приходили, не то что это карающий меч, допустим, нас, вот он пришел сразу нас оштрафовать, или прокурорская проверка какая-то, оштрафовать всех на столько-то и столько-то. Вот у меня сколько было проверок, приходят: «Так, ну что у вас здесь? Давайте посмотрим... Вот это вот, давайте что-то напишем, на что нужно оштрафовать», – понимаете?

Ольга Арсланова: Понятно.

Зритель: Мне сделали предписание, я это предписание взял, и я его выполнил. Вот если я его не выполнил, вы пришли и меня можете наказать по полной программе.

Ольга Арсланова: То есть вам нужно хотя бы время, не то что выполнить все предписания проверяющих?

Зритель: Конечно-конечно! Мы не успеваем, понимаете, за этим всем, потому что там бизнес, аренда и все прочее, прочее, прочее, там столько вопросов...

Петр Кузнецов: Анатолий, вот у меня как раз параллельно еще короткий вопрос. Очень много говорилось о том, что, если государственной помощи не хватает, тогда бизнес должен вот как-то, ну не знаю, должен или нет, остается надеяться только на старших братьев, то есть малому бизнесу должен помогать крупный бизнес. Он пошел навстречу, например, арендодатели снижали цены?

Зритель: ...насколько крупный бизнес, понимаете, существует, он есть. Как бы вот все-таки крупный бизнес есть крупный бизнес, там большие финансовые, как говорится, бицепсы, и малому бизнесу очень тяжело выживать.

Ольга Арсланова: Сразу заметен руководитель фитнес-центра, аналогии с бицепсами. Спасибо вам, Анатолий, ну качайтесь дальше, что тут еще скажешь? Удачи вам.

Возвращаемся к беседе с Сергеем Елиным. Смотрите, Сергей, у нас тут зрители, которые не представляют бизнес, обычные потребители пишут: а почему, если вы честные люди, бизнесмены, вы так боитесь проверок? Неужели так сложно изучить все предписания МЧС, подготовить свое рабочее место, купить эту онлайн-кассу (ну она действительно нужна для работы, ну что тут говорить)? Почему нельзя?

Сергей Елин: Такой вопрос может задавать тот, кто никогда не занимался бизнесом. Потому что абсолютно правильно сказал руководитель фитнес-клуба, многие инструкции не прозрачны. Как пример открытие детского садика. Мы сами юристы и хотели получить информацию, какие требования предъявляются со стороны МЧС для нового объекта. Мы не смогли найти в правовых базах, пришлось специально ехать, и не один раз, для того чтобы выяснить, какие же все-таки требования, то есть определенный допрос провести, для того чтобы получить эти инструкции. И нет черным по белому написанных требований, чтобы взял и их выполнил, и это только один из примеров, а таких сфер много.

Вот до этого приводился пример в сфере охраны труда, раньше называлось аттестацией рабочих мест, сейчас это немного по-другому называется, но смысл тот же, – это тоже один из примеров. Инструкции по журналам, которые нужно заводить, и нет какого-то одного источника, где можно было бы взять, получить информацию и выполнить эти требования.

В каждой структуре, в каждой инстанции есть свои инструкции, и просто если ты будешь заниматься изучением всего этого, то, как правило, у предпринимателя просто банально нет ресурсов ни временны́х, ни финансовых, для того чтобы нанять юристов, финансистов и изучать все эти сложные нормативные требования, отсюда проблема.

Ольга Арсланова: Спасибо за беседу. Сергей Елин, эксперт по финансово-правовой безопасности бизнеса Московского отделения «Опоры России», был у нас в эфире. А мы по-прежнему ждем звонков от бизнесменов: расскажите, как часто вас проверяют, звоните в прямой эфир.

Петр Кузнецов: У нас на связи еще один эксперт – Денис Шульженко, президент Судебно-экспертной палаты Российской Федерации. Здравствуйте, Денис Владимирович.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Денис Шульженко: Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Смотрите, нам тут зрители пишут, что крупные сетевые магазины не проверяют даже по жалобам на тухлые куры без заводских упаковок и так далее, прокуратура не разрешает проверки, налоги они тоже не платят и так далее. Ну, мысль такова, что больше всего проверяют самых маленьких. Правда ли это?

Денис Шульженко: Ну, на самом деле проверяют всех, и маленьких, и больших. Могу сказать, что в результате пандемии, которая случилась, ну это беспрецедентный случай в принципе в истории современного цивилизованного общества, проверки вот сейчас, в данный момент со стороны надзорных органов, и прокуратуры, и следствия, и трудовой инспекции сейчас имеют очень большое место. Во-первых, проверяется цена закупки, которая была, тех же медицинских препаратов, тех же масок, ИВЛ и прочего.

Ольга Арсланова: Ага.

Денис Шульженко: В первую очередь нужно понимать, что формирование цены в тот момент происходило исходя из условий рынка, то есть это не завышенная цена была, а сам рынок диктовал такие условия, то есть производитель, заграничный производитель, они на международном уровне, эти цены, были подняты. А в текущий момент, когда уже эта волна спала и уже можно анализировать ситуацию, сейчас происходит некий резонанс. И как приводилось определение начальной максимальной цены контракта у государственных закупщиков, вот сейчас идут на эту тему большие разговоры, большие споры, и начинается волна, большая волна проверок.

Так вот в принципе по тем же надзорным органам и следствию нужно понимать то, что в момент, когда в течение дня, а то и минуты и часа нужно было срочно находить, потому что люди нуждались в этих препаратах, или срочно спасать жизни, а теперь получается, что этих бизнесменов и госчиновников сейчас могут просто жестко казнить. И на самом деле это такая очень филигранная работа именно надзорных органов внимательно и качественно подходить к этому вопросу, как это происходило.

Такие же примеры, очень необычные, нестандартные примеры, относительно трудовой инспекции. Представляете, вот у вас бизнес, малый бизнес, вы не можете производить работу, вам запретили работать, ну и в принципе перемещаться по стране и вести бизнес тоже нельзя. А как платить зарплату, откуда? Некоторые говорят: что это за бизнес, если нет стабфонда? Нет, это, конечно, замечательно так рассуждать, что это за бизнес. Вот только что коллега говорил, что надо просто немножко попробовать повести бизнес, чтобы понимать, что такое бизнес.

Ольга Арсланова: Но, Денис, все-таки, как показывает практика, это бизнес нежизнеспособный в таком случае.

Денис Шульженко: По сути у нас очень много нежизнеспособного бизнеса. А вот не выплачивать зарплату нельзя, это нарушение, если больше 3 месяцев, то уже уголовное нарушение, уволить сотрудника, ну это и морально-этически неправильно, с одной стороны, а с другой стороны, платить нельзя. То есть в любом случае бизнесмен, предприниматель нарушает закон. В чем он нарушает? В том, что случилась пандемия? Здесь вот очень сложная на самом деле в этом плане ситуация.

Относительно проверки МЧС, именно проверки пожарных, вот только что задавали вопрос, что не успевают следить. Да, действительно, обновления, регламенты и СНиПы выходят постоянно новые. Мы говорили, почему нельзя следить и обновлять. Предположим, система пожаротушения...

Петр Кузнецов: Не следить, извините, обновлять – в чем сложность выпустить... ? Ну то есть предприниматель узнает, что с 1 января следующего года в течение года будут такие-то и такие-то проверки, то есть график проверок, вот и все. Все, он будет готов к ним.

Денис Шульженко: Не график проверок, а именно то, что выходят новые требования.

Петр Кузнецов: Да-да, ну обновления то есть, неважно.

Денис Шульженко: Прекрасно. Ну вот один фитнес-клуб, замена системы пожаротушения, ну я примерно скажу, образно говоря, 7 миллионов рублей. Вот представляете, новый год приходит, вам нужно 7 миллионов достать и положить. Вопрос возникает: когда предыдущие СНиПы, значит, действовали, они были в регламенте, сейчас выходят новые ввиду каких-то новых там обстоятельств либо выхода новых средних...

Ольга Арсланова: Но подождите, потому что действительно мы часто слышим о том, что горит какой-нибудь торговый центр, гибнут люди...

Денис Шульженко: Я хотел дать рекомендацию: как раз в этом случае есть абсолютно... мера, это расчет пожарных рисков. Есть специальные компании, которые аккредитованы в МЧС, приходят, делают расчет пожарных рисков соответственно. То есть смысл следующий: за сколько могут эвакуироваться люди из здания, чтобы не погибнуть. Приходят специалисты, делают расчет, выводят цифру; после этого они ставят, сдают этот расчет пожарных рисков в МЧС. МЧС проверяет, все соответствует, и в течение 3 лет по этому адресу ни один пожарный из МЧС не имеет права прийти и проверить объект.

Ольга Арсланова: Ага.

Очень многие наши бизнесмены-зрители жалуются на налоговую. Давайте вот как раз один из таких случаев сейчас послушаем, это история Владимира из Московской области. Здравствуйте, Владимир.

Зритель: Да, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Да, вы в эфире.

Зритель: Да. Вот хотел бы рассказать о своей ситуации. У нас строительная организация не такая уж большая, и вот в период пандемии, соответственно, как и у всего бизнеса, работы не было, соответственно, все стояли. Нагрузки практически остались те же, потому что, как вы знаете, сотрудников увольнять нельзя было, соответственно, старались оплачивать полностью зарплату.

Ну и вот получилась такая ситуация: как только закончился запрет президента на налоговые проверки, налоговые органы довольно таким хаотичным образом возобновили свою работу и нагрузка на организации, на малый бизнес увеличилась в разы. Я это скажу на своем примере, потому что нам за 2 недели пришло около 4 запросов, запросы, как минимум это отвезти, тем более компании...

Петр Кузнецов: Это вот типа после карантина... ?

Зритель: Да-да-да.

Петр Кузнецов: Слушайте, а его до конца года разве не продлили, мораторий на инспекции?

Зритель: Нет, насколько я помню, до 30 июня этот срок был.

Петр Кузнецов: А, и все, и сразу же, да, посыпалось?

Зритель: Да, посыпались.

Еще там новая такая у налоговых органов фишка, можно назвать ее. Они находят компании, те, которые уже давно прекратили свою деятельность, но вы с ней работали в предыдущие года. Так как она прекратила свою деятельность, опровергнуть или подтвердить сделку она не может, соответственно, они предъявляют нам уплату, допустим, того же НДС. Так как та организация ликвидирована, соответственно, там с какими-то задолженностями исчезла, соответственно, все ихние сделки они преподносят как недействительные...

Петр Кузнецов: ...и вы с этим поделать ничего не можете?

Зритель: Ничего поделать не можем. Мы показываем полностью пакет документов, предоставляем все отчетности, в которых мы их отображали, они нас отображали. По логике получается, что, если компания аннулирована, налоговая имеет право аннулировать всю ее отчетность; соответственно, все, кто с этой компанией работали, попадают в ситуацию, что прав не прав, здесь уже не важно, получается, ты должен за это отчитываться.

Петр Кузнецов: Ага. Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Владимир, Московская область.

Мы возвращаемся к нашему эксперту. У меня знаете какой вопрос, Денис? Особенно сильно пострадал малый бизнес в регионах. Давайте поговорим о взаимодействии, точнее заинтересованности регионов в малом бизнесе. Понятно, что каждый регион у нас пытается привлечь крупных инвесторов, а вот что касается тех, кто меньше, – есть ли какие-то регионы, у которых стоит чему-то поучиться в этом плане?

Денис Шульженко: Ну, есть, да, регионы, есть рейтинг регионов, есть рейтинг губернаторов, конечно, можно его посмотреть, там наглядно будет доступна информация, какие регионы у нас в топе, какие нет. Но в практике могу сказать, что есть регионы, допустим, Краснодарский край очень замечательный регион, там для бизнеса довольно-таки много настроено, довольно позитивно для малого бизнеса в том числе. В Крыму, по-моему, если не ошибаюсь, у него какой-то был переходный период еще плюс ко всему. Есть регионы, где да, можно чему-то поучиться.

Ольга Арсланова: Спасибо за комментарий. Денис Шульженко, президент Судебно-экспертной палаты России, был у нас в эфире. Мы говорили о проверках бизнеса. По официальным данным, этих проверок стало меньше, что не привело ни к каким особым проблемам, но, как говорят сами бизнесмены, проверки продолжаются. Продолжается и наша программа.

Петр Кузнецов: Продолжается и «ОТРажение», вечерняя часть. Совсем скоро вернемся, у нас впереди большая тема, будем говорить об отдыхе в этом сезоне.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Вадим Путилин
Меня удивило, что большинство зрителей не имеют представления, что Роспотребнадзор проверяет не только магазины, торгующие продуктами, но и промышленные предприятия. Что касается временного моратория на проверки, то он погоды для бизнеса не сделает, поскольку кроме плановых проверок существуют внеочередные. Кроме того, главная проблема бизнеса со стороны государственного контроля-это размер штрафов применяемых за нарушение законодательства.
Как ослабление контроля сказалось на безопасности в организациях