Болеть не время? Какие операции отложены и что происходит с плановым лечением больных

Болеть не время? Какие операции отложены и что происходит с плановым лечением больных
Высшее образование – 2020. Закон об удалёнке. Вакцина: когда и кому? Надбавка к пенсии. На нефти не проживём? Россиян потянуло на дачи
Бесплатное высшее образование
Куда возьмут работать после школы? Сюжет из Саратова
Леонид Григорьев: Кризис-2020 много тяжелее всех предыдущих, но после него легче восстанавливаться
Когда начнётся массовое производство вакцины от коронавируса?
Удалёнка: всё по закону
Эксперты заявляют об успешном неофициальном испытании вакцины от коронавируса
Конец нефтяной эпохи близок?
Куда после школы?
Компенсация расходов сотрудникам на удалёнке
Гости
Лариса Попович
директор Института экономики здравоохранения НИУ ВШЭ
Андрей Каприн
генеральный директор ФГБУ «НМИРЦ» Минздрава России, д. м. н., профессор, академик РАН, заслуженный врач РФ

Ольга Арсланова: Главное – не болеть. Актуальнее сейчас и не придумаешь. Но что делать тем, кто заболел не коронавирусом или болеет уже давно, и у кого на время карантина запланированы операции?

Петр Кузнецов: Многие из них, особенно несрочные, будут отложены, чтобы не перегружать систему здравоохранения. Именно такое заявление на днях сделал министр здравоохранения Михаил Мурашко.

Ольга Арсланова: Система, по его словам, не обладает безграничными ресурсами, и от многих плановых вещей стоит на время отказаться. Ну, он привел в пример пластические операции. Но, естественно, нам важно, не попадут ли в эту категорию все плановые операции и плановое лечение в целом. Давайте об этом говорить прямо сейчас.

Петр Кузнецов: С нами на связи Андрей Каприн, главный онколог Минздрава Российской Федерации. Андрей Дмитриевич, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Андрей Каприн: Здравствуйте. Здравствуйте, Петр и Ольга. Здравствуйте, телезрители.

Ольга Арсланова: Расскажите, пожалуйста, как у вас с плановым лечением? Что изменилось с началом эпидемии?

Петр Кузнецов: Потому что мы по лентам тоже видим: «Изменился режим работы онкологической службы в Клине»; «Отделение онкодиспансера там-то закрыто на карантин», – и прочее, прочее, прочее.

Как вы функционируете в этот период?

Андрей Каприн: Ну, мы…

Петр Кузнецов: Андрей Дмитриевич…

Ольга Арсланова: Мы восстанавливаем связь. Выясняем, как работают онкологические отделения в России.

Петр Кузнецов: Уважаемые телезрители, если у вас есть какие-то проблемы с обслуживанием, вы заболели, болеете чем-то не тем, не коронавирусом, у вас хроническое заболевание, а вы не можете куда-то попасть…

Ольга Арсланова: А вот это именно «не тем» сейчас.

Петр Кузнецов: Да. Потому что сейчас нам продолжают писать многие: «Да, такое ощущение, что сейчас разделяют на тех, кто болеет коронавирусом, и на всех остальных». Все остальные чуть-чуть в сторонке. Жалобы из разных регионов. Поэтому хочется тоже послушать, сталкивались ли вы с трудностями, с закрытием отделений, куда вам нужно срочно попасть. Или есть уже оформленное направление, вы ждали, но получается, что переносят, не знаю, на осень или неопределенное время. Это так же, как с турпутевками. Не знаю, уместное ли это сравнение, но тем не менее.

Андрей Каприн к нам вернулся. Андрей Дмитриевич… Господи, видимо, я тоже чем-то заболел. Проверюсь, ладно. Андрей Дмитриевич, здравствуйте еще раз.

Андрей Каприн: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Добрый день.

Петр Кузнецов: Как же вы функционируете в этот период?

Андрей Каприн: Я должен сказать, что онкологическая служба… Конечно, рак не может уйти на карантин, это понятно. Онкологи имеют определенную ответственность перед пациентами, перед вновь выявленными пациентами. Вот я сейчас спустился из операционной. Мы продолжаем оперировать в том же объеме.

В то же время готовим два отделения под COVID для пациентов, у которых есть онкологические заболевания. Думаем, что могут быть и такие пациенты. Тем не менее, конечно, перестраиваемся на ходу, уплотняем график, увеличиваем количество смен для пациентов, которые нуждаются в лучевой или химиотерапии, усиливаем эпидемиологический режим.

В настоящее время у нас есть план. И мы докладывали министру здравоохранения Михаилу Альбертовичу Мурашко о том, что будет увеличено количество телеконсультаций, в том числе с регионами. Также мы сейчас готовим достаточно интересную такую программу по обследованию у нас же в клинике пациентов, которые будут приходить на лечение, для исключения COVID-инфекции.

Конечно, это, наверное, не даст стопроцентного результата, потому что многие будут инфицированы, но еще не покажут по данным анализов, тем не менее я думаю, что мы точно отсечем 30–40% пациентов, которые могут идти с предполагаемой COVID-инфекцией.

Ольга Арсланова: Андрей Дмитриевич, а насколько опасно человеку с онкологией заразиться коронавирусом сейчас?

Андрей Каприн: Ну, онкопациенты – это, конечно, не обычные пациенты. Многие пациенты со сниженной иммунной системой. К сожалению, многие способы лечения не являются щадящими, потому что у нас достаточно агрессивная терапия и хирургия. Да еще и комплекс мер.

Поэтому мы сейчас уже вырабатываем, в том числе и с нашими дружественными учреждениями (и с онкоцентром Российской Федерации, и с другими федеральными учреждениями), некоторые особенности ведения и некоторые особенности протоколов. Честно говоря, онкологи наши имеют большой международный авторитет. Мы сейчас связываемся с нашими итальянскими партнерами, с американскими партнерами. Все, закончились все наши, знаете ли, кокетливые, что называется, санкции. Мы сейчас действительно на прямой связи. У меня есть даже открытое письмо от наших онкопартнеров из Италии, которые нас благодарили за наши консультации.

Я вам должен сказать, что мы сейчас вырабатываем те курсы лечения, которые будут щадящие, но эффективные, чтобы, не нарушая онкологических законов, проводить это все в клинике. Но отказов онкологическим пациентам не будет, это точно.

Ольга Арсланова: Это самое главное.

Петр Кузнецов: Наши продюсеры перед эфиром подсказали нам, что у вас недавно был прямой эфир в Instagram, вели вы, отвечали на вопросы. Что сейчас особенно интересует пациентов? Какой самый часто задаваемый вопрос?

Андрей Каприн: Мы решили со старшими нашими коллегами два раза в неделю вести, чтобы не бросать наших пациентов, и включили горячую линию. Горячая линия у нас работает с большой нагрузкой. В том числе наши старшие врачи, которые сейчас находятся в вынужденной изоляции, они тем не менее работают удаленно – ответы на вопросы пациентов. Главное, чтобы пациенты не чувствовали себя брошенными.

Как раз самый главный вопрос: что будет с пациентами, у которых намечены определенные курсы лечения? Мы выясняем практически в каждом случае или обобщаем и говорим о том, что нужно делать для того, чтобы продлить нормальный курс лечения в том объеме, который необходим для онкологических пациентов. Будем с онкологическими пациентами до конца, это точно.

Ольга Арсланова: Давайте вместе послушаем нашу зрительницу Галину, у нее есть вопрос. Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Галина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте. Это вас беспокоит мама, я из Омской области. Я буквально сегодня утром созвонилась с сыном. У него проблема – опухоль он обнаружил. Ну, откладывал, откладывал. Она то исчезала у него, то появлялась. В итоге он пошел все-таки, я заставила его пойти в больницу. Он пошел, сходил к хирургу. Ему сказали, что надо делать уже срочно операцию, удалять эту опухоль. Но говорят: «Приходите после 25 апреля».

Ну как это так? Значит, с коронавирусом носимся тут, непонятно что, а опухоль же растет. Это же не то что…

Ольга Арсланова: Галина, простите…

Зритель: Это не зрение, что может подождать, или еще что-то.

Ольга Арсланова: Я прошу прощения, что я вас перебиваю, Галина. Злокачественная или доброкачественная опухоль?

Зритель: Он еще не знает. Это же надо анализы взять. Он точно не знает.

Ольга Арсланова: Понятно.

Зритель: И я теперь переживаю. Какая она? Что там происходит?

Ольга Арсланова: Спасибо. Давайте специалисту как раз ваш вопрос адресуем.

Петр Кузнецов: После 25 апреля.

Андрей Каприн: При панике бывают некоторые такие недоговоренности. Вот для этого и существует горячая линия. Тут три способа.

Первый понятный способ. Мы знаем, что онкологи в онкодиспансере не откажут. Нужно просто направление, чтобы хирурги написали направление в онкологический диспансер. Онкологи работают.

Второй вариант – выйти на нашу горячую линию, сказать фамилию. И я как главный онколог свяжусь с главным онкологом, отвечающим за эту часть и за регион. За эту часть, кстати, отвечает Иван Сократович Стилиди, директор Института имени Блохина. Он очень хороший и вменяемый врач, академик. Он на них выйдет. Вот для этого, наверное, горячая линия и существует.

Петр Кузнецов: А телефон как раз на ваших экранах, как раз под Андреем Дмитриевичем.

Ольга Арсланова: Спасибо вам.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Андрей Каприн был с нами на связи, главный онколог Минздрава России.

Петр Кузнецов: С нами сейчас на связи жительница Астрахани, Мария. У нее перенесена плановая операция, но уже не связанная с онкологией. Мария, здравствуйте.

Ольга Арсланова: У дочки. Здравствуйте, Мария. Расскажите, пожалуйста, вашу историю подробнее, чтобы мы ничего не перепутали. Все детали важны.

Петр Кузнецов: Из первых уст.

Зритель: У ребенка диагноз – задняя агрессивная ретинопатия недоношенных, четвертая стадия. Операция была запланирована на конец марта. В связи с ситуацией, которая сейчас сложилась в стране, перенесена пока до 30 апреля. Ну а там не знаем. Пока карантин закончится…

Петр Кузнецов: Это офтальмологическая история, да?

Зритель: Да, это офтальмологическая история. И вопрос просто… Ну, акцент на то, что форма заболевания – прогрессирующая. То есть время на данный момент зачастую с таким диагнозом работает в худшую сторону.

Петр Кузнецов: И вы ждали давно уже поездку в Санкт-Петербург, да?

Зритель: Да.

Петр Кузнецов: Сколько вы ждали оформления, направления? Как это называется?

Зритель: Нет, оформление нам быстро сделали при таком диагнозе. Но пациентов, скажем так, много, поэтому не просто так планируется. У нас была назначена она, и мы ее ждали очень долго, конечно. Но, к сожалению, она сейчас отменена.

Ольга Арсланова: Мария, а что вы собираетесь делать? Просто вы ждете сейчас, в ожидании? Или попробуете что-то еще?

Зритель: Ну конечно, мы в ожидании, потому что ничего невозможно сделать. Здесь вопрос не во врачах, не в клиниках, а просто из-за того, что в связи со сложившейся ситуацией все плановые операции отменены.

Петр Кузнецов: А счет, как это ни страшно звучит, на дни идет в вашем случае? Сколько можно еще продержаться? Ну, если уж об этом речь.

Зритель: Никто не может ничего сказать, потому что это такое заболевание, которое как бомба замедленного действия, что ли, скажем так. Оно очень быстро прогрессирует.

Ольга Арсланова: Спасибо вам.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Давайте вашу ситуацию и похожие ситуации обсудим прямо сейчас.

Петр Кузнецов: Держитесь! Мы очень надеемся, что вариант найдется обязательно.

Ольга Арсланова: Директор Института экономики здравоохранения Высшей школы экономики Лариса Попович с нами в эфире. Здравствуйте.

Лариса Попович: Здравствуйте, коллеги.

Ольга Арсланова: Вот смотрите, как министр здравоохранения сказал, есть не очень обязательные вещи, как пластические операции, можно и подождать. А есть операции срочные все-таки, плановые, но срочные, как в случае с нашей зрительницей. Вот что людям сейчас делать? Есть ли какой-то протокол?

Лариса Попович: Коллеги, прежде всего давайте не нагнетать эмоциональную ситуацию, потому что тревожность и страх на самом деле убивают ничуть не меньше, чем инфекция.

Ольга Арсланова: Мы не нагнетаем, а задаем вопрос конкретно. Вот у Марии дочка…

Петр Кузнецов: Даже если мы будем спокойны, дочка Марии от этого…

Лариса Попович: Послушайте меня внимательно! На самом деле никакой полной отмены плановых операций нет. Если внимательно читать приказ Министерства здравоохранения, то там сказано о том, что региональные министры, федеральные министры и руководители медицинских учреждений в каждом конкретном случае рассматривают медицинскую возможность отложить плановую операцию. Если такой возможности нет, то вы прекрасно должны отдавать себе отчет, что никаких ограничений, в том числе по поездке к месту проведения экстренной жизнеспасающей операции, не будет.

Просто в данном конкретном случае нужно разбираться с лечащим врачом и руководителем медицинской организации. Уверена, что все будет решено в интересах пациента. Вы должны понимать, что в условиях повышенной эпидемиологической опасности любой дополнительный риск во время операции подхватить еще и эту инфекцию очень опасен. Очень!

Поэтому, конечно же, если необходима жизнеспасающая операция (вы только что слушали Андрея Дмитриевича), если необходима действительно очень экстренная операция, которая действительно может приводить к необратимым последствиям для здоровья, то она будет проводиться, независимо от повышенного риска инфекционного заболевания.

Не надо, пожалуйста, говорить о том, что все остановлено до конца карантина. Нет. Приостановлено то, что может быть немножко оттянуто во времени, и то, что не представляет угрозы жизни пациента.

Петр Кузнецов: Лариса Дмитриевна, нас смотрят очень много пожилых людей, они интересуются. Вот сейчас они должны сидеть дома, никуда не выходить. Диспансеризация приостановлена, но нужны какие-нибудь регулярные обследования. Как им быть?

Лариса Попович: Смотря о каких обследованиях идет речь. Если речь идет о хронических заболеваниях, и пациент наблюдался у своего лечащего врача, то сейчас активно в России действительно развиваются телемедицинские консультации, и сейчас их можно сделать даже независимо от того, что они будут немножко противоречить схеме организации, которая раньше была прописана. Экстренная ситуация предполагает экстренные меры.

Звоните, пожалуйста, в поликлинику и просите организовать вам дистанционную консультацию. Либо терапевт выходит на дом.

Ольга Арсланова: Спасибо вам.

Лариса Попович: Главная задача – уберечь себя от инфекции.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо. Если у кого-то уже такой опыт есть, вы позвонили в поликлинику, и что из этого вышло, – тоже, пожалуйста, звоните, мы ждем ваш опыт в прямом эфире. А мы говорили с Ларисой Попович.

Петр Кузнецов: Телемост был налажен сразу же после вашего звонка.

Еще успеем поговорить о том, как дома у нас граждане лечатся от коронавируса.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
валентина
когда будут делать плановые операции жду 5 месяцев киста яичника