Вакансий миллион, а где соискатели?

Вакансий миллион, а где соискатели?
Кого и как учить? Китайцам въезд запрещён. Хакеры атакуют банки. Опасен ли 5G? Передел рыбного рынка. Индексация для работающих пенсионеров
Сергей Лесков: У нас очень неравномерное распределение ресурсов по стране. Где-то не хватает рабочих, а где-то работы. Это беда!
Сергей Обухов: С тех пор, как отменили индексацию работающим пенсионерам, их количество резко сократилось. Стало меньше налогов и отчислений в ПФ
Герман Зверев: В стоимости рыбы - 35% отпускная цена рыбака. Остальное - это перевозка и ритейл
Татьяна Овчаренко: У сбытовых компаний манера обсчитывать и начислять долги просто фантастическая!
Как оплачивают счета в глубинке, где нет почты и денег на интернет?
Валентина Иванова: Норматив школьного питания вырос вдвое – до 75,6 рублей. Но есть проблема ежедневного контроля качества и разнообразия рациона
Почему наши мегаполисы превращаются в гетто?
5G убьёт абонента? Действительно ли высокочастотные сети провоцируют онкологию?
Пассажир, выключи музыку! Надо ли запретить использовать в транспорте гаджеты без наушников?
Гости
Любовь Адамская
доцент кафедры «Государственное и муниципальное управление» Финансового университета при Правительстве РФ
Екатерина Аверкиева
руководитель программы образовательно-кадрового Форума «Траектория развития»

Константин Чуриков: Ну что, куча вакансий в России, во всяком случае Росстат нам сообщает, что это просто рекорд, насчитал он 1 миллион 100 тысяч свободных рабочих мест, и это те вакансии, которые не могут закрыть месяцами, иногда годами. В особом дефиците сейчас, вот смотрите на экран, консультанты, рабочие, страховщики, врачи, и специалисты говорят, что вот конкурс на эти самые дефицитные позиции не более 3 человек на место. Особенно туго у нас с рабочими людьми.

Оксана Галькевич: Мне как-то не нравится, Костя, «куча вакансий». Мне больше нравится «море вакансий».

Константин Чуриков: «Море», хорошо, «океан».

Оксана Галькевич: «Океан», да.

И почему, в общем, нас интересует вопрос? Люди неохотно идут на эти многочисленные открытые вакансии прекрасные, иногда с хорошими зарплатами, мы смотрели на сайте, токари, сантехники, маляры нужны стране. Может быть, зарплата все-таки как-то не всегда соответствует действительности, тому, что написано? Может быть, нужны с какими-то возможностями и умениями эти специалисты? Мы не знаем, уважаемые друзья, хотим разобраться с вашим участием: звоните нам, мы в прямом эфире, или пишите нам на SMS-портал.

Константин Чуриков: А в студии у нас сегодня Любовь Адамская, доцент кафедры «Государственное и муниципальное управление» Финансового университета при Правительстве, и Екатерина Аверкиева, руководитель программы образовательно-кадрового форума «Траектория развития». Добрый вечер, уважаемые гости.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Уважаемые гости, вы знаете, мы днем обсуждали эту тему с другими экспертами, и вот они говорили, что цифра вполне себе правдоподобная, 1 миллион 100 тысяч, хотя нам казалось, что это как-то очень много. Как вы считаете, ваша позиция какая? Любовь Владимировна, давайте с вас начнем.

Любовь Адамская: Я сразу к коллеге, потому что мы оба педагоги, мы в теме.

Оксана Галькевич: Отлично.

Константин Чуриков: Ну пожалуйста, как хотите.

Любовь Адамская: Значит, на сегодняшний момент можно констатировать факт следующий, что есть у молодежи ожидание, что если будет диплом о высшем образовании, то обязательно будет работа. Но по факту получается следующее: статистика вакансий рабочих несколько больше и нужна специальность другая, не только высшее образование, чтобы входить в топ чиновников класса «А» и только руководить. Нужно учиться работать руками, и карьеру нужно делать начиная с первой ступени, со ступени образовательной под названием колледж, специальность должна быть.

А у нас в большинстве своем молодежь сейчас считает так, что… Вот в мое время не было такого, чтобы из 30 человек в группе 30 обучались в университете, и все получили дипломы. Но сегодня диплом о высшем образовании – это не факт, что ты являешься востребованным на рынке труда.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Екатерина Владимировна, что делать в ситуации, когда слишком много ребят с этими дипломами, с этими «корочками, в некоторых случаях можно так сказать? Как, как говорится, выделиться из толпы и заняться той работой, которая не требует высшего образования и приносит, может быть, неплохой доход?

Екатерина Аверкиева: Ну, на самом деле это совсем не трудно. Считается, что у тебя должно быть образование, у тебя должны быть какие-то связи, чтобы ты получил хорошую работу. На самом деле это не так. И если ты умеешь работать, у тебя есть большое желание и у тебя есть мотивация, ты всегда будешь востребован.

Я могу привести несколько примеров. Например, у меня есть одна знакомая, она простой учитель рисования. Ну кажется, сколько может зарабатывать учитель? Да, есть какой-то потолок, но она такой учитель рисования, что она смогла и купить себе квартиру в Москве, она приехала из другой страны, оплачивать все дорогие хобби, потому что она просто замечательный учитель рисования.

Оксана Галькевич: Ну и она, наверное, на хорошем рынке, да, продает свои услуги?

Екатерина Аверкиева: Она работает где-то вообще в каком-то центре муниципальном за копейки, занимается с детьми, а где-то у нее есть частные клиенты.

Оксана Галькевич: Налоги платит?

Екатерина Аверкиева: Да, налоги, ИП, конечно же.

Любовь Адамская: Вот это частный случай. Мы в основном все-таки, наверное, должны будем делать акцент на системный подход реализации той проблемы, которая сейчас высвечивается, что у нас нет людей работающих специальностей. Почему? – нет госзаказа на эти специальности.

Константин Чуриков: Так, это очень важно.

Любовь Адамская: Госзаказ должен быть. Соответственно, мы должны понимать…

Оксана Галькевич: Ну или какое-то планирование по крайней мере.

Любовь Адамская: Конечно. Мы должны понимать, под «мы» имеются в виду те, кто планируют рынок труда. Значит, нужно понимать, сколько нужно сегодня маляров, столяров и прочих других специальностей, которые в принципе, по-хорошему как раз ВВП наше и делают. А у нас этой статистики нет, это первое.

Второе. Мы понимаем, что сантехник получает очень маленькую зарплату. Да, можно, Екатерина Владимировна может сказать «я опровергну», может сказать, что «вот мой знакомый», – да, это, может быть, единичные случаи.

Константин Чуриков: А мы сейчас покажем, сколько получает сантехник, можно вывести мой компьютер на экран, вот сайт Роструда…

Любовь Адамская: А системы…

Оксана Галькевич: А где, в каком городе ты будешь показывать?

Константин Чуриков: Сантехник, Санкт-Петербург, от 40 до 60 тысяч, Бухарестская улица, Санкт-Петербург, Благодатная, но там благодать вот такая, от 58 тысяч рублей, то есть побольше все-таки. Смотрите, но есть и кадровые агентства, от 60 тысяч, до 100 тысяч Москва, Рябиновая улица, надо срочно бежать.

Оксана Галькевич: Но подождите. Костя, ты так говоришь, как будто… А вдруг это не соответствует действительности? Написать можно все что угодно, а приходишь на собеседование…

Константин Чуриков: Так.

Любовь Адамская: Если это рекламный посыл «приходите к нам, мы вам заплатим 60 тысяч рублей, вы будете работать сантехником», правильно вы сказали, это может быть 35 тысяч.

Константин Чуриков: Подождите, государственный сайт Роструда trudvsem.ru, как лозунг.

Любовь Адамская: Да, ну вот у нас очень много лозунгов…

Константин Чуриков: Врут там, что ли?

Любовь Адамская: Вот по жизни я уже поняла через практическую, прикладную: очень много деклараций, декларативный характер у нас просто преобладает сейчас, он везде преобладает почему-то, и у политиков, и у практиков, и у кого угодно. Но факт есть факт, у нас только-только, с посылом первого лица государства, начали говорить о том, что нужно колледжи развивать, что нужно поднимать колледжи, чтобы первое профессиональное образование шло именно от колледжа. И только пройдя ступень получения специалитета, уже выйти на ступень высшего образования, и дальше хочешь, специализируйся, пожалуйста, развивайся, но первая ступень – это получить специальность.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Нам звонит сейчас Александр из Подмосковья. Александр, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я как раз хотел поддержать. То, что пишут зарплаты с такой ценой, – это явное преувеличение. У нас средние зарплаты по рабочим специальностям – это от 15 до 25 тысяч, выше вряд ли вы когда добьетесь даже со всеми внеурочными, со всеми надбавками и так далее.

Константин Чуриков: Даже в Подмосковье, то есть зарплата, там выше 25 не прыгнешь, да?

Оксана Галькевич: Александр, а у вас какая профессия? Чем зарабатываете?

Зритель: На данный момент я работаю пожарным, зарплата моя 30 тысяч рублей, двое детей, попробуйте, как вот – никак. Хотел просто поддержать, вот молодежь, конечно, ей и работать-то особо не хочется, так еще и мотивации никакой. Зачем им это? Конечно, они не будут, они все будут стремиться вот этими, «кнопкотыков» из себя корчить, вот и все.

Константин Чуриков: Спасибо, Александр, за ваш звонок.

Я предлагаю сейчас посмотреть сюжет. Наш корреспондент Мереке Ульманов расскажет две показательные истории, как банкир работает, в общем, кофепроизводителем, баристой это называется, да?

Оксана Галькевич: Да, сложное слово.

Константин Чуриков: То есть производителем кофе, да, а менеджер помидоры продает.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: Ну вот две картины маслом. Видите, людям не пригодилось их высшее образование, и неплохо себя чувствуют.

Оксана Галькевич: Тратили время, может быть, даже получали это образование, взяв кредит. Представляете, какие ресурсы были задействованы, и все фактически впустую.

Любовь Адамская: А время – невозвратный ресурс.

Оксана Галькевич: Ага.

Любовь Адамская: Это очень важно, особенно сейчас, когда время настолько сильно спрессовано, что вот как раз нужно… Вот им мето́да нужна была получить сначала специалитет, то есть чему-то научиться базовому и не бежать в университет, а они побежали в университет.

Константин Чуриков: Я хочу спросить сейчас Екатерину Владимировну, как правильно настроить эту смычку работодателя и учебных заведений, образование? Как сделать так, чтобы они работали в связке и понимали, какие специалисты нужны, что реально нужно рынку труда?

Екатерина Аверкиева: Нет, конечно же, должен быть просто контакт, то есть работодатели должны не только даже с высшим учебным заведением, а с органами управления образованием, которые формируют образовательную программу.

Константин Чуриков: Кто-нибудь сказал бы: «Ребят, юристы и экономисты, ну все, больше не надо, вы не найдете работу».

Екатерина Аверкиева: Нет, это на самом деле делается, то есть есть определенное количество мест бюджетных, которые выделяются, на какие-то специальности увеличиваются, на какие-то уменьшаются, это планирование присутствует.

Константин Чуриков: Секунду, у нас уменьшился за последние годы спрос на юристов и экономистов, я имею в виду среди поступающих?

Екатерина Аверкиева: Да.

Константин Чуриков: Конкурс уменьшился в ВУЗы?

Екатерина Аверкиева: Конкурс, я думаю, уменьшился, если сравнить то, что было 15–20 лет назад.

Константин Чуриков: Да ладно?

Любовь Адамская: Ну это, наверное, по разным университетам.

Екатерина Аверкиева: А что выросло, что выросло? Сейчас выросло, например, количество бюджетных мест на специальности, связанные с программированием, с информатикой, потому что это действительно то, что нужно. И вот вы сейчас, мы говорили очень много о рабочих специальностях, но я хочу на другой конец пойти, что сейчас очень часто бывает следующее. Оптимизация производства, цифровизация. Раньше, например, сидели операторы звонили, сейчас поставили чат-бот и на 50% сократили количество людей, которые звонят, люди оказываются на улице. А тех, кого хотят нанять, – это уже более высококвалифицированные специалисты, которые могут работать с информационными системами.

И поэтому сейчас из-за цифровизации, оптимизации, из-за того, что бизнесы, во-первых, пытаются сократить свои расходы, пережить кризис, ну и потом, вообще это движение вперед, требуются люди, например, с теми навыками, не просто рабочие специалисты, не просто юристы и экономисты, а с более широким набором навыков, которым надо учиться.

Константин Чуриков: Екатерина Владимировна, секундочку. Вот вы сказали ключевую фразу…

Оксана Галькевич: Уникальные специалисты.

Константин Чуриков: «Бизнес стремится сократить расходы».

Оксана Галькевич: «Сократить расходы», я тоже за это зацепилась.

Константин Чуриков: Вы сказали, что сейчас, – по-моему, всегда.

Екатерина Аверкиева: Конечно, всегда, просто сейчас, когда такой кризисное состояние, которое на самом деле ощущается на рынке, то есть это становится еще более важным, то есть еще больше внимания этому уделяется, потому что иначе ты просто закроешься.

Оксана Галькевич: Екатерина Владимировна, просто бизнес тоже бизнесу рознь, тут мне хотелось бы понять, какого бизнеса у нас в стране больше. Есть бизнес, который оптимизирует свои затраты, расходы на работу за счет каких-то новых технологий, новых знаний, вот как вы говорите, цифровизации и всего прочего, а есть бизнес, который оптимизирует свою работу за счет того, что на одну ставку берет двух мигрантов, например, а эту вакансию выставляют в Интернете как реально существующую якобы для отчета перед Росстатом или как-то там, как это все происходит. Вот ведь такой тоже есть бизнес.

Екатерина Аверкиева: На самом деле вы тоже правы. Я как член «Деловой России» специально перед эфиром позвонила нескольким своим друзьям, предпринимателям, бизнесменам из разных округов, разного рода бизнес и просто тоже задала тот вопрос, который мы сегодня поднимаем. И вот мне по-разному люди отвечали. Вот есть фирма, например, в Подмосковье, это металлообработка, то есть это действительно производство, это не просто торговля. Они не могут платить ту зарплату, которая средняя по Подмосковью, просто не могут позволить.

Константин Чуриков: Так.

Екатерина Аверкиева: Что они делают?

Оксана Галькевич: Что?

Екатерина Аверкиева: Они развивают вахтовый метод, ведь им легче привезти людей из регионов, чтобы они здесь отработали, нежели чем брать людей.

Константин Чуриков: Мы заговорили сейчас о зарплате, о средней зарплате. Смотрите, вот Москва сейчас, я опять на сайте Роструда, средняя заработная плата 96 030 рублей в месяц, это официальные данные.

Оксана Галькевич: Разжигать сейчас хочешь?

Константин Чуриков: Да. Средняя заработная плата по России у нас, по-моему, 44 тысячи рублей, да?

Давайте мы сейчас вот так поставим вопрос, посмотрите сейчас в нижнюю часть экрана: в вашем городе можно зарабатывать 100 тысяч рублей? «Да» или «нет» на номер 5445, просто сравним. Вот в Москве, судя по официальным данным, есть такая возможность, а как вообще в целом по стране? Мы потом отдельно посмотрим по регионам.

Оксана Галькевич: «Заработать» – ты имеешь в виду что, Костя? Чистая зарплата на одном месте? Или, может быть, человек там вторую какую-то, подработку, что-то еще?

Константин Чуриков: Вторая, третья, суммарно.

Оксана Галькевич: Просто суммарно.

Константин Чуриков: Теоретическая такая возможность есть или нет?

Оксана Галькевич: По итогам этого месяца. Ну что, посмотрим.

Любовь Адамская: Пока все думают, я могу как социолог сказать следующее, что мы не знаем репрезентативность данных цифр, насколько и как были проведены опросы. Поэтому по факту, наверное, все-таки это завышенные цифры, завышенные. О, уже есть звонок.

Константин Чуриков: Нам просто, понимаете… В Москве же есть примерно такая зарплата, а чем Челябинск хуже, Чита, Магадан, Краснодар?

Любовь Адамская: Абсолютно, наверное, ничем, за исключением того, что все финансы в принципе из регионов приходят в город Москву и вся система финансовая приходит сюда и развивается здесь, только потом уходит в регионы. Это проблема…

Константин Чуриков: Извините, Любовь Владимировна, тут и к вам есть вопросы, вы же учите…

Любовь Адамская: Конечно, да. Почему так?

Константин Чуриков: Да.

Любовь Адамская: Это вопрос к депутатам всех уровней, но в основном к федеральному уровню. Их продукт какой? Законодательство. Так что это не ко мне, я пока еще не депутат.

Константин Чуриков: Все впереди.

Оксана Галькевич: У нас тут пишут, что москвичей, к сожалению, на вахту не берут, но им, собственно, и уезжать на вахту особо никуда не нужно, они всегда могут найти что-то достойное по месту жительства.

Александр из Орла хочет высказаться. Александр, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Добрый вечер.

Зритель: У меня такой вопрос: о каком рекордном росте вакансий может идти речь, если у нас в городе, город заводов был, все заводы закрылись? Зарплата реальная 12–15 тысяч. Такое чувство, что мы живем в параллельных вселенных каких-то, у нас люди за 15 тысяч работают по 12 часов в сутки. Какие 100 тысяч? Это смешно, довели страну, кхе, наши руководители.

Оксана Галькевич: Александр, а это вот какая работа в основном? Вы имеете в виду какие-то рабочие специалисты, или это в том числе и врач, и учитель, и какие-то другие профессии?

Зритель: Все! Да у нас работа осталась в такси да «Магнит и «Пятерочка», все, более работы у нас нет.

Константин Чуриков: Ну еще, может быть, органы госвласти, кому туда, в общем, удалось попасть.

Оксана Галькевич: Социальная какая-то сфера все-таки осталась.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок.

Давайте сразу Александра из Петербурга. У нас сегодня, кстати, в течение эфира очень активен Петербург. Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Значит, не мог такую тему пропустить, очень актуальная для меня. Дело в том, что я являюсь, скажем так, самозанятым, хочу уже давно найти постоянную работу стабильную. И такое, казалось бы, разногласие, что такое количество вакансий и такое количество безработных.

Константин Чуриков: Да.

Зритель: С моей точки зрения, почему такая проблема? Значит, имеются в виду рабочие специалисты, монтажники, не знаю, штукатуры, плотники, сантехники, вот что этого касается. Во-первых, вот эти зарплаты, которые предлагают, – это все миф. В основном все переводится на сдельную оплату, трудовых книжек и прочего, естественно, не предлагается, ты устраиваешься на работу… Даже там, допустим, договариваешься через неделю получить какой-то аванс, через неделю аванса нет, через день нет, через три нет, то есть идет на выживание. Права наши вообще никак не защищены просто, нет какого-то профсоюза, чего-то такого, чтобы я мог найти какого-то посредника между мной и работодателем, понимаете?

Константин Чуриков: Александр, вопрос: а профсоюз государство должно создать, сама компания, руководство или все-таки сотрудники?

Зритель: Мне кажется, что лучше всего это была бы какая-то независимая организация, которая представляла бы, вот именно была посредником между человеком и работодателем.

Константин Чуриков: Ну вот у нас есть такая Федерация независимых профсоюзов России, они себя называют независимыми.

Оксана Галькевич: И кстати, это совершенно несложно организовать профсоюз.

Зритель: Она абсолютно не раскручена, видимо. Я не знаю, кто у нас в профсоюзе состоит. Вы знаете хоть одного человека? Я, честно говоря, не знаю. Такая проблема сплошь и рядом, у меня очень много знакомых, которые точно так же, как я, определяются.

И что касается особенно вот этих зарплат, которые там предлагают: в итоге выясняется, что эти деньги платят за 12 часов в день и еще 6 дней в неделю, а то и 7, то есть… В итоге ты вообще этих денег не видишь, особенно в Петербурге, ну правда, кидалово сплошь и рядом. Неважно, как ты работаешь, хорошо, плохо, тут уже дело не в этом. Есть, конечно, нормальные конторы, но поверьте, их в Интернете нет, они, как правило, находятся…

Константин Чуриков: Александр, скажите, в какой области вы сейчас самозанятый? И в какой сфере до этого работали как наемный сотрудник?

Зритель: Я монтажник. У меня большой, широкий профиль: остекление, собственно говоря, витражи, алюминиевые конструкции, пластик, ПВХ, также что касается вентилируемых фасадов, быстро возводимые здания, металлокаркасы, панели, ну не знаю…

Константин Чуриков: Подождите, Александр, дело-то важное, прибыльное.

Оксана Галькевич: Александр, слушайте, это такая востребованная работа. У вас сейчас Петербург так застраивается активно.

Зритель: А денег-то не платят. Работа-то есть, денег нет, понимаете? Вы приходите, а там…

Оксана Галькевич: Катастрофа.

Зритель: …сплошь и рядом просто кидалово. Особенно вот те люди, которые ищут в Интернете. Если вы посмотрите, я очень часто ищу вакансии, так или иначе анализирую, что происходит…

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Одни и те же ищут, и там сплошь и рядом кидалово. Я уже смотрю: ага, с этими я уже связывался, все понятно, с этими у меня друзья связывались, все понятно, то есть целый список. Они ищут… Да, они висят, им пофиг, они эту текучку набирают. Люди пришли, поработали, им денег не дали, ну все, они дошли пошли и так далее.

Оксана Галькевич: Слушайте, Александр, а вы все-таки не пытались как-то вот по итогам своих неудачных трудоустройств сообщить от этих кидалах куда надо?

Зритель: А куда надо? В полицию?

Оксана Галькевич: Ну не знаю, в Роструд, в прокуратуру, да, в правоохранительные органы, ну если люди такие…

Зритель: В прокуратуру? Без трудовой книжки меня не будут слушать там, понимаете?

Любовь Адамская: Конечно.

Зритель: Договоры какие-то заключать, то, что мне там на бумажке напишут, – это ерунда. У меня на самом деле была попытка в свое время, это еще, наверное, года полтора назад, я отработал, причем с бригадой, еще людей подтянул, нас всех дружно кинули, там порядка 150 тысяч была сумма. В милиции мне так и сказали: «Вы знаете, таких, как вы, очередь, и заниматься…» В общем, не помню, такой был очень непростой, нелегкий процесс. Я как человек, знаете, и так сижу, денег нет, надо, во-первых, юридическую какую-то поддержку, адвокатов, а где я их возьму, денег на адвоката, если меня и так на 150 тысяч кинули?

Любовь Адамская: Значит, у Александра есть путь. Александр, можно я включусь? Александр, у вас есть путь.

Оксана Галькевич: Подключайтесь.

Любовь Адамская: Видя, что вы самодостаточно вот так рассуждаете, что вы самостоятельно работаете и какие-то деньги вы все равно зарабатываете, а не организовать ли вам себе подобных с энергетикой...?

Зритель: Очень хотелось бы.

Любовь Адамская: Да, создать профсоюз на территории, потому что Санкт-Петербург – это хороший мегаполис, где в принципе это создать можно.

Зритель: Ну…

Любовь Адамская: Попробуйте, и может быть, вы как раз и организуете как модель на будущее для всех остальных?

Зритель: Я думал об этом много на самом деле…

Оксана Галькевич: Александр, кстати, надумаете, вы на связь сразу выходите, мы последим за этой историей.

Зритель: Но как организовать, какие шаги сделать, я не знаю.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Екатерина Аверкиева: Да, и я тоже хотела бы сказать как работодатель, что на самом деле хороших сотрудников, которые могут работать, хотят работать, их просто нет, вернее есть, но их очень мало. И поэтому мне странно слышать, что хороший человек, сотрудник действительно добросовестный, что он не может постоянно работать на какой-то работе.

Константин Чуриков: Минуточку, подождите. Вы хотите сказать, что (мы сейчас даже не о зарплате) просто работать не хотят люди?

Екатерина Аверкиева: Да. Я хочу вам сказать, что это большая боль вот моя и других работодателей, что некому работать. Я специально даже попросила свой отдел кадров, у меня языковая школа, подготовить, сколько было проведено собеседований, сколько стало работать людей. Вот в этом году за несколько месяцев 3,5 тысячи откликов на вакансию преподавателя иностранного языка, и нам подошло только 650 резюме.

Константин Чуриков: Из 3 тысяч с лишним, да?

Екатерина Аверкиева: Да. В прошлом году 2,5 тысячи за тот же самый период, подошло 800. То есть соотношение…

Константин Чуриков: Качество падает.

Оксана Галькевич: Падает.

Екатерина Аверкиева: Нам приходится перелопачивать огромное, большее количество, понимаете, в несколько раз больше сейчас, чтобы найти те… И я бы еще такую…

Оксана Галькевич: Екатерина Владимировна…

Константин Чуриков: Секунду-секунду, можно?

Любовь Адамская: А теперь скажите, сколько стоит этот преподаватель.

Константин Чуриков: Стоп, да.

Екатерина Аверкиева: Да, вот, и цифру еще одну, что вот среднее соотношение между количеством собеседований и сколько мы взяли на работу – это 2,5%, 761 собеседование за полгода и 20 человек нанято, понимаете?

Константин Чуриков: Хорошо, согласен, понимаю. Вам не кажется, что это по другой причине? По причине, что люди, как Александр, может быть, даже обладая достойным опытом, просто не могут найти работу, может быть, в каких-то смежных сферах, и они, в общем-то, бросаются, видят вакансии, они туда кидают резюме. Может быть, там не во всем и навыки соответствующие, и уровень английского не С2, как хотелось бы, а в лучшем случае В1, понимаете? Может быть, от этого все?

Екатерина Аверкиева: Это тоже правда, потому что я разговаривала с руководителем в одной крупной компании отдела кадров тоже сегодня, и она говорит, что если раньше люди вникали в вакансию, разбирались и слали свое резюме на нее, то сейчас просто как мусор, то есть это тоже такой момент есть.

Любовь Адамская: Поспорю, Екатерина Владимировна.

Екатерина Аверкиева: Но здесь я говорю... Ну да, может быть, и в этом. Но вот этот процент, 2,5% нанятых людей, – это очень мало. Почему? Потому что трудно найти…

Любовь Адамская: Екатерина Владимировна, «мусор» – это люди, это налогоплательщики.

Екатерина Аверкиева: Нет, «мусор» – это резюме.

Любовь Адамская: Это люди, у которых есть… Почему? Это не мое слово, это слово ваше по поводу мусора. Это люди, у которых есть…

Екатерина Аверкиева: Нет, «мусор» не люди, резюме «мусор».

Константин Чуриков: Резюме «мусор», бумажка «мусор» имеется в виду.

Екатерина Аверкиева: Резюме просто накидывают, не задумываясь.

Любовь Адамская: Так, послушайте, они накидывают, знаете, о чем они думают? Думают о зарплате, как содержать семью. Вот сколько вы преподавателю английского языка обещаете зарплату?

Константин Чуриков: Да.

Екатерина Аверкиева: В зависимости от того, как он… Вначале она будет небольшая, может быть, 30–40 тысяч при неполной занятости.

Любовь Адамская: Вот-вот, я задала вопрос, сколько, – вот, 30–40. Ведь почему люди «кидают», рассылают рассылку? – потому что на сегодняшний момент нет работы той, на которой в принципе готовы платить от 60 и выше, поэтому и «кидают». Там он пришел английский попреподавал, а вечером он пошел в ночную смену посидел консьержем и еще где-нибудь и хоть как-нибудь набрать.

Екатерина Аверкиева: Значит, не хватает квалификации, потому что, например, маркетолога мы берем на другую сумму.

Любовь Адамская: А квалификации у нас не хватает, потому что у нас нет госзаказа на эти квалификации.

Екатерина Аверкиева: И нет маркетологов.

Константин Чуриков: Минуточку…

Оксана Галькевич: Подождите, маркетолог – это, во-первых, другая работа. Здесь еще такая проблема…

Екатерина Аверкиева: Да, я просто к тому, говоря о том, где заработать.

Оксана Галькевич: Екатерина Владимировна, тут еще же такой вопрос, что мы часто не знаем, как себя продавать, как себя презентовать. Вы знаете, я думаю, что часть тех резюме, которые вы получаете…

Любовь Адамская: Да, да.

Оксана Галькевич: …и отправляете в корзину, люди просто не знают, как оценить свои услуги, как вообще назначить себе цену.

Константин Чуриков: Оксана…

Оксана Галькевич: Они думают одно, приходят к вам, вы говорите: «Нет, друзья».

Екатерина Аверкиева: Тогда у нас не было бы 2,5% из всех собеседований.

Любовь Адамская: Нас не учат тому, как правильно нужно себя преподносить.

Константин Чуриков: Мы сейчас об этом поговорим.

Одна ремарка, секунду. Вы говорите, значит, преподаватель иностранного языка сначала будет получать 30 тысяч, хорошо.

Екатерина Аверкиева: Неполный рабочий день.

Константин Чуриков: Неполный рабочий день, хорошо. Вот у меня преподаватель одного иностранного языка, 1 200 я плачу, ребенок платит, ну и остальные ученики тоже. Ну у него, допустим, 5 учеников в день, то есть он в день ну 100% 6 тысяч зарабатывает, 5 дней в неделю (кстати, он 6 дней в неделю работает), то есть минимум те же 30 тысяч ваши он получит за одну неделю, 120 он получит уже в месяц.

Екатерина Аверкиева: Да, правильно, это первый момент. Да, действительно, люди такие не приходят даже, они регистрируются на «Профи.ру», это первое.

Константин Чуриков: Да, поэтому будет В1–В2 уровень.

Екатерина Аверкиева: Второе, что к нам приходят люди, которые еще без опыта, нам даже именно такие и нужны, потому что мы их потом всему научим, но с хорошим английским, с хорошими качествами общения и так далее. Поэтому люди, которые к нам приходят, – это не профессионалы, которые 30 лет отработали, а мы ему говорим: «Нет, ты знаешь, ты у нас будешь 30 тысяч», – это просто даже неприлично, если человек со знаниями и так далее.

Любовь Адамская: С хорошим языком к вам не пойдут на 30 тысяч.

Константин Чуриков: Да, вот мне кажется, что да.

Екатерина Аверкиева: Смотря на какую занятость.

Любовь Адамская: Не пойдут, все равно не пойдут. Тридцать тысяч – это прикладная наука, понимаете?

Оксана Галькевич: То есть вы, получается, выбираете людей, которые должны соответствовать вашим критериям.

Екатерина Аверкиева: Да, конечно.

Оксана Галькевич: Не супер, а именно конкретно вашим.

Екатерина Аверкиева: Конечно.

Любовь Адамская: Да.

Оксана Галькевич: То есть это должен быть учитель иностранного языка с определенным опытом…

Любовь Адамская: С методикой преподавания, со знанием языка…

Оксана Галькевич: …согласный на эту сумму, условно говоря, с одним зеленым глазом, другим голубым глазом, блондин и наполовину брюнет, ну, в общем…

Любовь Адамская: Конечно, то есть работодатель завышает потенциал того, кто приходит к нему.

Оксана Галькевич: Ага.

Екатерина Аверкиева: Но смотрите, если бы это была одна я, то да. Но вот даже в той же самой компании, про которую я уже говорила, нанимают менеджера-управленца среднего звена – 400 резюме, они еще никого не нашли, понимаете?

Оксана Галькевич: Вы знаете, с другой стороны, Екатерина Владимировна, вот мне кажется, что у вас особых таких проблем нет, вам есть из кого выбирать, понимаете?

Любовь Адамская: Конечно.

Екатерина Аверкиева: Вы подумайте, сколько стоит мне разместить резюме и столько собеседований провести.

Константин Чуриков: Ой, ой, секунду…

Екатерина Аверкиева: Ну правда, 700…

Константин Чуриков: Секунду…

Любовь Адамская: А сколько стоит готовить управленца?

Константин Чуриков: Минуточку, минуточку можно?

Любовь Адамская: Звонок.

Оксана Галькевич: Еще Владимир Владимирович Маяковский говорил: «Тысячи тонн словесной руды ради единого слова».

Константин Чуриков: Екатерина Владимировна, мы тоже постоянно ищем ведущих, проводим кастинги, мы размещаем бесплатно объявления, и все прекрасно.

Екатерина Аверкиева: А ваше время не стоит, в которое вы проводите кастинг?

Оксана Галькевич: Ох…

Константин Чуриков: Слушайте, мы тоже многих, многих отсматриваем, тоже много не тех, безусловно.

Екатерина Аверкиева: А вот вы как считаете, уровень понизился или повысился? Вам надо большее количество людей отсмотреть, чтобы найти того одного-единственного?

Оксана Галькевич: Да, больше, определенно больше.

Екатерина Аверкиева: Ну вот, я про это и говорю, вот, одно и то же, та же самая ситуация.

Оксана Галькевич: Нет, нам приходится… Больше или меньше, понимаете, мы ищем тоже людей, подходящих под наши определенные требования, и мы готовы просто к этой работе.

Екатерина Аверкиева: Да. Я просто к чему говорю? Вот моя идея заключалась только в следующем, что, во-первых, если человек хочет и может работать, он всегда найдет работу, я просто это миллион раз видела. Он очень быстро вырастет. Он может начать с уборщицы и вырасти до руководителя, это правда, просто если человек действительно хорошо работает и хочет работать.

А то, что сейчас уровень вообще даже студентов… Я же еще преподаватель ВУЗа, у меня I курс сейчас – уровень студентов, I курс, вообще кто выпускается, он снизился, общий образовательный уровень.

Оксана Галькевич: Ой, это любимая песня всех преподавателей.

Любовь Адамская: Общеобразовательный уровень, который пришел в Финансовый университет, с каждым годом последние 3 года, я просто мониторю, анализирую, мне это очень интересно, потому что мой сегмент, государственное и муниципальное управление, дети приходят хорошие, хорошие!

Оксана Галькевич: Ой, спасибо вам, Любовь Владимировна, спасибо вам.

Константин Чуриков: Секунду. Я хочу сейчас процитировать сообщение из Курской области, чтобы мы так опустились на землю: «Вы с какой планеты, люди? В армии офицеры 30 тысяч получают. Вы что там, с ума сошли с такими вопросами?» Слушайте, вот есть Москва, которая, в общем, декларирует вот такой зарплатный уровень…

Любовь Адамская: Москва не показатель, в Москве все финансы с Российской Федерации работают.

Константин Чуриков: А есть остальная жизнь, остальная Россия, сферы вот эти, понимаете, бюджетного финансирования, назовем это так. Как здесь быть?

Любовь Адамская: Открывать колледжи по специальностям.

Константин Чуриков: Подождите…

Любовь Адамская: Во-первых, нужно проанализировать сегодня на будущее не одношагово, что вот сегодня и сейчас нужно, а нужно все-таки проецировать на будущее. У нас идет строительство, у нас идет развитие какое-либо в космосе, космические технологии, IT-технологии. Значит, нужно будет посмотреть, сколько на перспективу, многошаговость перспективы, сколько нам нужно специалистов, и под этих специалистов делать госзаказ в колледжах, университетах.

Константин Чуриков: Одна реплика. Я просто про то, что есть такая профессия Родину защищать важная.

Любовь Адамская: Да, есть такая профессия.

Константин Чуриков: Тридцать тысяч.

Давайте сейчас звонок послушаем.

Оксана Галькевич: Костя, на самом деле у военнослужащих по крайней мере есть жилье, они обеспечены, в том числе у них форма выдается, это одежда, то есть какие-то такие моменты социальной защищенности, обеспеченности плюс медицина…

Константин Чуриков: По поводу жилья сейчас, я уверен, позвонят.

Оксана Галькевич: Это все несколько иначе, чем у людей, которые работают учителями, врачами. Мы не говорим, что прямо фейерверк, супер-пупер…

Константин Чуриков: Но по контракту сколько платят, отдельный разговор.

Оксана Галькевич: Проблемы есть, но…

Любовь Адамская: В военном сегменте сейчас жаловаться особо нельзя по одной простой причине, что…

Константин Чуриков: …потому что нельзя.

Любовь Адамская: Нет, министр сейчас в последнее время социальную сферу очень-очень хорошо поднимает, и отдать должное Шойгу, что он придает этому очень значимое внимание в своей деятельности. Поэтому как бы этот сегмент еще ничего, а вот сегмент жилищно-коммунального хозяйства…

Константин Чуриков: Ой…

Любовь Адамская: …сегмент воспитателей в детских садах, на территории – вот это проблема, проблема номер раз, которую еще…

Оксана Галькевич: Вы не поверите, но у нас четвертый Александр с начала этого часа.

Константин Чуриков: Оксана, ты Александров считаешь сегодня весь день? Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Да, вот на этот раз из Ростовской области, меняются только регионы. Здравствуйте, Александр.

Зритель: Добрый вечер. Наверное, все Александры прямо смотрят телевизор…

Оксана Галькевич: …и подпрыгивают прямо, да, Александр? Не могут, надо позвонить.

Зритель: Наверное, все-таки душа неспокойна по этому вопросу.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Да.

Зритель: Ответить, можно ли в Ростовской области честным трудом зарабатывать 100 тысяч, я имею в виду устроившись на работу, я не смогу. Но я работодатель малого предприятия, мы производим мягкую мебель. Вот, к сожалению, подключился очень поздно, но девушку в белой кофте…

Оксана Галькевич: Так.

Зритель: …я готов расцеловать в уста, настолько она правду говорит.

Константин Чуриков: Покажите девушку в белой кофте, да.

Зритель: То же самое творится у нас. Значит, люди приходят… Допустим, мы даем объявление, что берем ученика, готовы научить, я говорю, что я буду платить 40… Спасибо вам большое. Я говорю: «Буду платить тебе 40 тысяч, научись, что ты можешь?» – «Ничего». – «Тогда ученик, я возьму тебя учеником, давай начнем со ставки 20». – «Ой, нет, это мало». Они не рассматривают это как обучение…

Константин Чуриков: Как стипендию некую, да.

Зритель: Да, они смотрят уже как работу. Так вот можно долго рассказывать, занимать эфирное время. Самое смешное: значит, за 4 года производство поменяло с десяток… Приходили хорошие люди, были пьянчуги, но руки золотые, образно говоря…

Константин Чуриков: Так часто бывает.

Зритель: Самое удивительное, что месяц назад ко мне привели глухонемого парня, мне его привели через переводчика, говорят: «Возьмите». Я говорю: «Как я с ним буду работать? Я вообще не понимаю». Говорят: «Ну возьмите на 3 дня, на 4 дня, на сколько-то, просто возьмите». Месяц с ним работаю – вот человек действительно старается научиться. Да, за месяц этому не научишься, но он старается научиться, у него цель не зарплата сегодня большая, а стать действительно мастером, а потом он может…

Оксана Галькевич: Александр, простите, вы просто уточните, а какая у вас работа, сфера деятельности?

Константин Чуриков: Специальность, да.

Зритель: Мягкая мебель, диваны, кресла собирать…

Константин Чуриков: А, мебель.

Александр, можно вопрос? Вот по поводу глухонемого парня. Значит, он сейчас у вас там в подмастерьях учится, 20 тысяч, вы говорите, для разбега?

Зритель: Да.

Константин Чуриков: Вопрос к вам: когда и как вы ему повысите зарплату?

Оксана Галькевич: Вот я тоже хотела спросить. Вы же ищете сырой материал, начало, из которого лепить, – а дальше?

Зритель: Вот. А здесь уже тоже это прозвучало, причем прозвучало из уст Александра, который из Санкт-Петербурга звонил, они все переводят на объемы. Все правильно: для того чтобы зарабатывать 40 тысяч, надо выпускать энное количество, скажем так, диванов в день. Причем я могу показать реального мастера, который это в день может производить.

Любовь Адамская: И сколько этот мастер получает? Вот мастер высокой квалификации у вас получает сколько?

Зритель: Сорок-шестьдесят может зарабатывать, сорок-шестьдесят тысяч.

Екатерина Аверкиева: Для Ростова нормально.

Зритель: Да, это надо пахать, да, от рассвета до заката, да, извините, у нас тоже зарплата средняя тысяч 17, наверное. Поэтому если мы говорим именно про такую сумму, это… По-другому скажу. Значит, меня немножко мучает бессонница, производство у меня на территории, назовем, моего частного дома, я встаю в 3–4, начинаю работать в 5, работаем мы до 8–9 вечера, вот так я пашу. Я зарабатываю больше 100 тысяч, но извините, вот так вот я зарабатываю.

Константин Чуриков: И вы проголосовали сейчас, ответили «да»?

Зритель: Нет, я не ответил ни «да», ни «нет», я говорю о том… Еще раз хочу сказать: у нас бо́льшая часть не хотят стать кем-то, научиться, все... Есть правда в том, что сразу хочется денег, надо сегодняшним днем дышать.

Константин Чуриков: Да.

Оксана Галькевич: Понятно. Но вам же тоже хочется денег, вы же делаете свои 100 тысяч. Понятно, вы работаете, но дело в том, что вы хозяин этого предприятия. Вы вообще как считаете, вы можете требовать от людей вот таких же сверхусилий, как вот от себя, и говорить: «Ну я же работаю с 3 часов утра до 8 часов вечера»?

Зритель: Нет, нет. А как я от него буду требовать? Он упадет, он просто упадет через 4 дня. Нет, они приходят к 8, нормально приходят к 8, уходят в 8, у нас 12 часов, с 8 до 8 мы работаем…

Оксана Галькевич: Пятидневка с 8 до 8?

Зритель: Да. Но за этот промежуток времени можно выпускать энное количество, а приходят, работают по полгода…

Оксана Галькевич: Понятно.

Константин Чуриков: Да, спасибо, Александр, за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Спасибо, Александр, это очень интересно на самом деле.

Константин Чуриков: Знаете, что хочется еще затронуть в этом сюжете как раз, пока недалеко от этого ушли? Вот, значит, люди не хотят, не готовы, не хотят учиться, не хотят с малых денег начинать. А может быть еще, если говорить о молодежи, сейчас проблема такая, что просто не могут определиться, чего они хотят? Ведь надо же, извините, профессию, свою работу надо любить.

Екатерина Аверкиева: Не могут.

Любовь Адамская: Не могут они определиться. Но для этого есть семья, взрослые, которые, в общем-то, наверное, понимают, насколько рынок труда сегодня заполнен. Статистика, которая открытая в принципе, в доступе, мы видим, что в молодежном сегменте сегодня мы перегнали по безработице и Европа, и уже даже США. То есть родитель, который рекомендует своему ребенку идти в ту или иную специальность, обучаться той или иной специальности, конечно, должен задумываться над тем, чтобы начинать не с академической составляющей, с университета, а все-таки начинать с получения навыка, навыка. Это колледж: сначала получить специальность, а дальше уже, после этой специальности, конечно, можно идти в академическую составляющую.

К сожалению, родители на сегодняшний момент все из добрых побуждений желают хорошего будущего своему ребенку и говорят: «Пойдешь в финансисты, пойдешь в управленцы, пойдешь в юристы, самое главное иди и управляй другими».

Оксана Галькевич: А вы знаете, Любовь Владимировна, что должен ребенок сказать родителям? А ребенок должен иметь силы в себе моральные и физические отстоять свою позицию, как это сделал в свое время президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин. Вот он советы недавно молодежи давал, давайте послушаем…

Любовь Адамская: Давайте.

Оксана Галькевич: На форуме «ПроеКТОриЯ» он выступал в Ярославле перед ребятами, вот что он сказал.

Владимир Путин: Куда пойти? Кем стать? У меня были очень сложные дискуссии с родителями, которые хотели, чтобы я занимался, вот как вот в вашем ролике, чтобы я занимался одним делом, с тренером. У меня лично вначале были желания самые разные, как у всех молодых людей, я хотел и моряком, и летчиком. Я внимательно все это смотрел, изучал и, вот еще раз хочу к этому вернуться, примерял на себя все эти профессии. Знаете как? Я приходил, не приходил, да, даже приходил в какие-то учреждения, приходил, садился, смотрел, что люди делают, куда идут, как разговаривают между собой, просто со стороны. Я не преувеличиваю, ничего не придумываю, ходил прямо в учебные заведения, приходил, садился, ходил по коридорам, смотрел, что происходит вокруг, вы понимаете? Вот это и есть «примерочная».

Константин Чуриков: С одной стороны, для этого нужен интерес и пытливый ум ребенка, с другой стороны, нужны «примерочные». А вот сейчас молодой человек так может прямо прийти на завод, сказать: «Ребята, я хочу посмотреть»?

Любовь Адамская: Да нет, конечно. Это дело школы, где профориентационные классы сейчас создаются, и, конечно, дело университетов. Мы по университетам сейчас проводим очень большую профориентационную работу. Но ребенка все равно нужно активировать на ту или иную специальность со стороны взрослого и со стороны мотивации, а что будет дальше. А чтобы вот эта перспектива «а что будет дальше?», каждый университет говорит: «Пойдемте на нашу специальность». И, к сожалению, особого, такого большого акцента сейчас не ставится на то, чтобы научились специальности, научились навыку и только потом… Прошу прощения…

Константин Чуриков: Полюбите свою работу.

Екатерина Аверкиева: Можно мне сказать?

Оксана Галькевич: Да, Екатерина Владимировна.

Любовь Адамская: Прошу прощения, Болонская система образования, в которую мы сейчас вовлеклись, об этом сказал президент Российской Федерации, по подготовке учителей русского и литературы: какая Болонская система? А почему нам бакалавриата на сегодняшний момент не хватает? Почему мы должны еще идти в магистратуру? А оказывается, мы взять-то взяли эту систему на вооружение, и мы 4 года начитываем студенту лекционные материалы. Да, семинары и лекционные материалы, и только на IV курсе мы даем 4–5 недель практики, затем выдаем ему диплом. Это неверно. Нужно вернуться к этой теме внедрения в практику, чтобы как раз ориентировать молодого человека на ту или иную специальность, тогда будет понятно.

Оксана Галькевич: Вы знаете, я обратила внимание, что вот в течение нашего разговора и по звонкам наших телезрителей, особенно вот как последний представитель бизнеса из Ростова, жизнь-то наших детей еще готовит к тому, чтобы как-то свои запросы немножко опускать, а готовиться к тому, что сверхнагрузки все-таки нам предстоят в этой жизни.

Любовь Адамская: Дети не поймут этого, не поймут. Они еще дети, они не понимают. Тут должны понять родители…

Оксана Галькевич: А должны они понимать на самом деле?

Любовь Адамская: Должны, но, к сожалению, это дети, они до старости все наши дети.

Оксана Галькевич: Это к вам в том числе вопрос, Екатерина Владимировна.

Любовь Адамская: Должен быть государственный заказ, и все должно, вся профориентация, должна идти по госзаказу, тогда и студент поймет, что да, эта специальность ему принесет доход, он сможет содержать семью и сможет дальше развиваться, не проблема.

Оксана Галькевич: Сил чтобы хватило.

Екатерина Аверкиева: Ну, я что хотела бы сказать? Я считаю это жизненно важным и на самом деле основой успеха в жизни человека является, конечно, правильная профориентация.

Оксана Галькевич: Ага.

Екатерина Аверкиева: Это работа в первую очередь родителей, во вторую очередь школы. Это не университет должен делать, это должно делаться намного раньше.

Константин Чуриков: Подождите, а ребенок-то?

Екатерина Аверкиева: Так вот, ребенок, конечно, с ребенка, с кого же еще?

Константин Чуриков: Да, прежде всего он должен.

Екатерина Аверкиева: Да-да, но сначала ему надо помочь. Он должен знать, человек, о себе три ключевые вещи. Первая – это какие у него способности, потому что только на способностях можно добиться успеха, стать действительно гением.

Константин Чуриков: Буквально 20 секунд, да.

Екатерина Аверкиева: Да. Второе – какие у него свойства личности, любит он работать в команде или один, и какие у него цели. Объединив эти три вещи, на пересечении этого он находит свою идеальную работу. Если он ее нашел, я говорю, неважно, он может быть садовником, но, если он это любит и это его, он будет самым высокооплачиваемым садовником.

Константин Чуриков: Итоги опроса. «В вашем городе можно заработать 100 тысяч рублей?» – дружно 97% нашей аудитории говорят, что нет, проголосовала тысяча человек, ну почти, 946. В основном отвечали «нет» откуда? – из Москвы, как ни странно, из Санкт-Петербурга, из Краснодара, из Иванова, из Нижнего Новгорода. Понятно, нас в основном сейчас смотрит Центральная Россия. Таковы результаты.

Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Спасибо. В студии были Любовь Адамская, доцент кафедры «Государственное и муниципальное управление» Финансового университета при Правительстве России, и Екатерина Аверкиева, руководитель программы образовательно-кадрового форума «Траектория развития». Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
сергей
Если мы живём в рыночной экономике, то у нас есть рынок труда. Если бы на рынке труда не хватало рабочих рук, то по закону рынка зарплаты работников должны только расти, но этого не происходит! У этого парадокса есть только одно объяснение, дефицит трудовых кадров - это просто миф, который поддерживают искуствено, чтобы уронить стоимость рабочей силы и создать видимость благополучия с безработицей и обвинить во всех бедах сам народ!

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски