Больше половины россиян хотят стать предпринимателями

Гости
Павел Медведев
финансовый омбудсмен Ассоциации российских банков
Андрей Плотников
экономист

Александр Денисов: Конкретно на нашей земле, на российской, Тамара.

Тамара Шорникова: А есть примеры каких-то других, да, вот жизней на других планетах?

Александр Денисов: Ну в целом Лена сказала, ха-ха-ха.

Тамара Шорникова: В общем, да, нашу изучаем. Более половины россиян, 51%, если быть точными, хотят открыть свое дело, чтобы улучшить финансовое положение и стать увереннее в завтрашнем дне. Это результаты совместного исследования сервисов «Работа.ру» и «Сбербанк Страхование». В общем, полстраны мечтает, но пока свой бизнес есть лишь у 3% населения.

Александр Денисов: Да, 3% и 50% – большая разница. А вот на что делают ставки потенциальные предприниматели? «Яндекс» проанализировал самые популярные запросы в интернете с формулировкой «как открыть». Судя по ним, потенциальные предприниматели мечтают открыть собственное кафе, магазин одежды и таксопарк. Ну, уже «Яндекс.Такси» есть, поэтому, наверное, с таксопарком не стоит, не стоит связываться.

Тамара Шорникова: Да, очень конкурентный бизнес. Это, так сказать, в среднем, в целом по стране, но есть и региональные предпочтения. В Москве, к примеру, чаще всего хотят открыть салон маникюра, в Санкт-Петербурге – ларек с шаурмой, в Новосибирске рассчитывают на хорошую прибыль от пивного магазина, в Сочи, ну тут предсказуемо, от гостиничного бизнеса. И вот любопытно, единственный город в России, где чаще всего ищут, как открыть книжный магазин, это как бы вы думали кто? – Махачкала.

Итак, собственно, чем руководствуются? Действительно ли сейчас то самое время для дела? Или нет, или все-таки нет столько денег у нас, чтобы покупать, нет столько клиентов, для того чтобы обслуживать такое количество бизнесов? Будем все это обсуждать. Вы позвоните и расскажите, хотите открыть свое дело? Что вас останавливает, если хотите?

Александр Денисов: Да. А мы проконсультируем с Андреем Плотниковым, предпринимателем, молодым предпринимателем. Андрей, добрый вечер.

Андрей Плотников: Добрый вечер.

Александр Денисов: Андрей, вот мы начали эфир с цитаты из учебника по экономике, там черным по белому написано, для любого начинающего предпринимателя совет, нужно ответить на вопрос, каково твое конкурентное преимущество перед другими игроками на рынке. Если такое есть, то стоит ввязываться; если нет, то все-таки нужно поостеречься. Вот вы когда начинали бизнес, отвечали на этот вопрос или нет? Или это бог с ним, можно забыть и перевернуть эту страницу?

Андрей Плотников: Да, в простонародии это звучит немножко проще, то есть чем ты лучше других, чем твой продукт лучше конкурентов. Когда я открывал свой первый бизнес, естественно, я задавался таким вопросом. Но я полез, наверное, в ту сферу, где конкуренция очень высока и огромные риски, но я верил в себя и свой продукт. И здесь второе правило: если у тебя хороший продукт, то ты на 95% должен быть в нем уверен и уверен в самом себе, тогда все получится.

Александр Денисов: Ну, это из области аутотренинга. А вот все-таки по первому пункту, конкурентные преимущества все-таки у вас были, или вы не обольщались, или, наоборот, обольщались?

Андрей Плотников: Да нет, конечно, конечно были. Мне приходилось конкурировать с крупными банками, причем сразу со старта с топ-10, с крупными инвестиционными домами. Но спустя 3 года удалось закрепиться на каком-то интересном, хорошем уровне в топ-15 даже и войти в топ-15 по миру даже своим инвестиционным фондом.

Александр Денисов: А на каком рынке вы участвовали? На рынке инвестиционных фондов, да?

Андрей Плотников: Да-да, инвестиционный рынок.

Тамара Шорникова: Ну вот сейчас о других рынках, далеких от инвестиционного. Салон маникюра, пивной магазин, гостиница и так далее – это популярно, очевидно, по запросам, но насколько это сейчас действительно выгодный бизнес? Просто ли в него зайти? Можно ли в нем заработать? Или это иллюзии?

Андрей Плотников: Тут все зависит от вопроса вашего капитала. То есть реально ли зайти, вопрос, сколько денег вы готовы сразу вливать в свой бизнес и какая у вас есть профессиональная команда. Бизнес строят люди в первую очередь, это очень важно, это стоит помнить. Сколько бы денег у вас ни было, даже миллионы и миллиарды, если у вас нет хорошей и толковой команды, профессионалов своего дела, бизнес вряд ли удастся. И зайти можно ли на этот рынок? Любой бизнес, любой рынок всегда интересен. Еще раз говорю, что здесь очень важно, как вы себя преподносите на рынке. Вы можете открыть маникюрный салон, скажем, и делать маникюр чуточку иначе, чем другие, с какими-то дополнительными услугами, и к вам будут ходить люди.

Тамара Шорникова: Просто мне кажется, что есть определенная квота все-таки в рынке, сколько в конкретном городе может быть прибыльных, успешных маникюрных салонов, сколько там может быть магазинов и так далее, и так далее.

Андрей Плотников: Нет, квоты нет на самом деле, это немножко ошибочное мнение, потому что, если вы открываете свой бизнес, допустим, он очень узкий, даже в рамках одного небольшого регионального города, но вы произвели фурор на рынке, тогда вы выиграли эту конкуренцию, ваши конкуренты просто-напросто закроются со временем и вся эта клиентская база перетечет к вам. Да, она будет ограничена, но вы ее получите, и вам этого вполне может быть достаточно.

Александр Денисов: Андрей, а как решить, вот стоит ли рисковать деньгами или нет? У нас рубрика долгое время была в рамках «ОТРажения» «Дело на миллион». На самом деле в бизнесе дело даже не на миллион, не на два и не на три, и эти деньги вложишь, и долго, долго придется ждать отдачи, а то и не дождешься, с командой проблемы, с кадрами будут. Вот все-таки стоит ли выбрать для начала бизнес, который возможен, грубо говоря, в гараже? Вот маникюрный салон, его, наверное, стоит открыть на дому и попробовать в принципе, потянутся ли к тебе хотя бы в хату люди, пойдет ли дело, будет ли спрос, а потом уже что-то арендовывать и нанимать других сотрудников. Может быть, именно так, не рискуя особенно, не кидаясь в омут с головой?

Андрей Плотников: Ну, так скажу: в нашей стране бизнес существует до тех пор, пока ему дают существовать, и это уже давно не секрет. Бизнес и риск – это всегда очень два связанных таких события. И здесь, если касается маникюрного салона, да, вы абсолютно правы, стоит диверсифицировать свои риски и попробовать начать с чего-то менее затратного действительно. Самое важное – это клиенты, это продажи. Если у вас есть хорошая клиентская база, то вы можете не переживать о дальнейшем расширении офиса, допустим, или наборе новых сотрудников, зарплатных ожиданиях и так далее. А так, конечно, стоит все начинать потихоньку-помаленьку, особенно в нашей стране.

Александр Денисов: Как Стив Джобс в гараже начал... Андрей, ну вот видите, вы сразу испугали при этом многих желающих, говорите «пока ему позволяют существовать». Вы что имеете в виду? У нас прямо тут бизнес давят и душат, только и ждут, лишь бы подрубить под корешок его?

Андрей Плотников: Не то что ждут. Понимаете, у нас все контролирующие органы, госструктуры, вообще госорганы устроены таким образом, складывается такое ощущение... Вот у меня три бизнеса сейчас, и есть какое-то желание, наоборот, задавить, не дать развиваться, наоборот, ограничить как-то и так далее. Помощи здесь абсолютно никакой нет. Поэтому русский бизнес – это бизнес, основанный на свои силы и на свои знания, на свои возможности, то есть только на себя, по-другому никак.

Александр Денисов: Ну как нет? Вот те же самые салоны и прочее, их же поддерживали в прошлом году, если сохранят 90% своих сотрудников, если зарплата не ниже МРОТ, налоговые были льготы, для самозанятых много льгот... Да, вы смотрите в потолок, я понимаю, может быть, вас это не коснулось, понятно, жизнь у всех по-разному складывается, но тем не менее нельзя сказать, что... Может быть, и столько желающих, потому что люди увидели, что в теории поддержка возможна.

Андрей Плотников: Ну, у меня это коснулось в пандемию, я как раз выполнил все условия и мне не дали ни кредитов, мне никак не помогли, то есть все своими силами, все сам. А так то-то я смотрю, даже по Москве и крупным городам куча салонов маникюрных позакрывалось, ресторанов тем более позакрывалось. То есть 85–90% не получили никакой помощи, о какой помощи вы говорите? Я в это не верю по крайней мере, не в нашей стране уж точно.

Тамара Шорникова: Тоже непопулярное, наверное, и, может быть, неприятное даже для вас мнение, но пишут нам телезрители, что закрылись во многих случаях те предприятия, которые открывались с кондачка, что называется, то есть люди просто решили: работает маникюрный салон, это приносит прибыль, я тоже открою – без какого-либо финансового плана, без стратегий, не понимая ничего в бизнесе. Такие предприятия и в обычный год условно через год закрываются, потому что люди не вовремя зашли, неподготовленными в этот бизнес. Как вы считаете?

Андрей Плотников: Да, конечно, должен быть абсолютно четкий план действий, понимание, куда ты идешь, с кем идешь и с чем идешь. Если ты открываешься наобум, прокатит не прокатит, ну тогда и капитал так же по сути решит, что прокатит не прокатит, получится не получится. Это 50 на 50. А здесь мы с вами говорим о продуманном бизнес-плане: если он есть, если есть, еще раз говорю, понимание, как и за счет чего дальше масштабироваться, то успех можно повысить практически до 80%, а это уже не 50%.

Александр Денисов: Андрей, вы знаете, да, хочу с вами поспорить. Вот, может быть, в этом и есть определенная логика и разумный расчет, что вы говорите, вот вы, например, не получили поддержки. Ну вот в глазах населения инвестрынок, инвестбанкиры – это такие паразиты на рынке, вот потому что люди видят со стороны, люди сидят в офисах, они что-то реальное произвели? – не произвели.

Точно так же, возможно, рассчитывают и в органах господдержки, когда решают, кому дать. Ну вот салон маникюра, ну что-то там произвели кроме красоты? – ну тоже не пощупаешь. А вот у нас Савелов из «ОПОРА РОССИИ», он там жилетки шьет, еще какую-то продукцию для строительной сферы, для военных, конкретные вещи, который выпуск, он получил 6 миллионов, причем безвозвратных, сходил коллектив и так далее, за конкретные вещи.

Может быть, и предпринимателям начинающим стоит это иметь в виду: если ты производишь что-то конкретное, свое, хорошее, а не какую-то просто услугу, знаете... Салон, да, можно открыть, не вопрос. Вот за что-то конкретное и будет поддержка, и будет эффект, и будет спрос?

Андрей Плотников: Ой, мы сейчас с вами можем уйти в долгую полемику. Если так рассуждать, то откуда взялась, ну защищая инвестиционных банкиров и банкиров в целом, у нас во время пандемии и после инвестиционный рынок вырос на 80%, 80% жителей нашей страны начали инвестировать, и у каждого второго в крупных городах сейчас есть инвестиционный счет, это официальные данные Мосбиржи, там просто +800% у них результативность за прошлый год.

В плане производства что-то реальное... Рынок услуг в нашей стране самый перспективный рынок, самая перспективная отрасль, и если открывать бизнес, то в рамках рынка услуг как раз-таки, там очень много денег сейчас, им можно за что зацепиться. В плане реальности, что-то производить ощутимое, материальное, здесь, я думаю, нашим людям мешает уровень грамотности, финансовой грамотности. Люди не понимают просто-напросто, что сфера услуг на самом деле делает экономику очень стабильной. Допустим, в Америке сфера услуг, кстати говоря, является после финансовой сферы на втором месте, именно сфера услуг держит весь американский ВВП.

Александр Денисов: Андрей, ну вы же не можете не знать, что это первая сфера услуг и накрылась в Америке в прошлом году в этих обстоятельствах сложных. Они первые вынуждены были закрыться, и падение было колоссальное, там 70% экономики – это сфера услуг, это подкосило экономику.

Андрей Плотников: Да, подкосило, падение было на 37% в сфере услуг. Но за 8 месяцев эта же сфера отросла на 58% дальше, это самое быстрое восстановление отдельной отрасли за всю историю американской, да и мировой экономики в целом. Поэтому здесь вопрос больше в цифрах и в том, что действительно сфера услуг в нашей стране должна быть востребована. У нас вообще проблема со сферой услуг, у нас некачественный сервис абсолютно везде, начиная от кафе до, не знаю, ресторанов и отелей в том числе.

Александр Денисов: Вот насчет инвестрынка мы еще, конечно, поговорим с нашим следующим экспертом и с вами тоже поспорим. Вот ЦБ приводил статистику, что как раз неквалифицированные эксперты и теряют там серьезные деньги, ЦБ даже разъяснял с банками, с компаниями, чтобы они все-таки не втюхивали эти товары, говоря по-русски, чайникам, людям, которые не понимают. Они скачали приложение, решили, что вот они будут теперь инвестировать, это, как говорится, «я теперь инвестор», как, помните, Леня Голубков, кто он там был, партнер, вот не халявщик, «теперь я не халявщик, я инвестор», и прогорают. По-моему, за пару месяцев потеряли чуть ли не 265 миллионов рублей, я видел такую отчетность у ЦБ, и ЦБ это тревожит, а вы говорите про рост – вот он какими побочными эффектами-то…

Андрей Плотников: Но это проблема-то не в людях, наверное, а проблема в банках, и эта проблема заложена в далеком прошлом, что еще с 2015 года я сам как профучастник рынка, кстати говоря, подотчетный ЦБ, могу так же констатировать, что вот эти все продукты-заманухи банковские типа НСЖ, ИСЖ, ПИФов в том числе, еще были придуманы в 2014–2015-х гг., продавались массово всем, потому что у банков, у менеджеров обычных стоял KPI на продажу этих продуктов. То есть обычный менеджер за продажу именно вот этих вот сложных, непонятных продуктов получал больше всего денег. Естественно, у него мотивация продавать. А людей нужно обучать, людей нужно учить, и ЦБ... Я бы на месте ЦБ лучше задумался, как обучить людей, а не как их контролировать, ограничивать им доступ. Ограничение доступа всегда приводит к развитию черного рынка; поверьте мне, через пару лет в России так и будет.

Александр Денисов: Вот их научат и они перестанут к вам ходить и инвестировать, станут умнее потому что.

Андрей Плотников: Ну, вы знаете, я недавно открыл финшколу и закрытый инвестиционный клуб, и люди идут, люди хотят учиться, там за буквально 1,5–2 месяца больше 100 человек пришло в закрытый клуб, люди готовы обучаться, и это очень здорово на самом деле.

Тамара Шорникова: Андрей Плотников, предприниматель, был с нами на связи, спасибо за комментарий.

Послушаем телезрителей. Светлана, Оренбург, телефонный звонок.

Зритель: Добрый день. Алло?

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас, говорите.

Зритель: Ага. Я бы хотела поделиться своей историей. Значит, в марте месяце я открываю банк, клиент, и вдруг вижу, что у меня заблокирован счет. Я дозвониться в банк не смогла, в налоговую тоже. Съездила в налоговую, мне сказали, что неоплаченные налоги за прошлый год. Бухгалтер мне сказала, что в связи с пандемией будет списание, но его не произошло.

Но дело в том, что я не могла в течение двух недель разблокировать счет, все передали приставам, приставы списали все со всех счетов, где даже копейки какие-то были, с депозитов, с карт, все посписали, и пришлось ждать 3 недели, пока все это разблокируют, потому что оплачен было в тот же самый день этот долг. Я хочу сказать, что у нас очень большая проблема – это помощь налоговой предпринимателям. То есть никакой консультации, все упиралось в то, чтобы налоговый инспектор позвонил и сказал: «У вас долг, вам 3 дня или день на оплату».

Александр Денисов: Светлана, то есть ваша компания задолжала по налогам там что-то, были какие-то неувязки, из-за этого заблокировали все счета?

Зритель: Да, да. Но закрутилось все так, что банк заблокировал, приставы заблокировали все...

Александр Денисов: Светлана, а почему вы со своим бухгалтером не разобрались? Все-таки нужно держать под контролем ситуацию всегда.

Зритель: Я понимаю ваш вопрос. Поскольку предприниматель, лично я не могу иметь, это очень дорого, своего бухгалтера, я обслуживаюсь в фирме, в которой очень много предпринимателей, ну я там не знаю сколько, но я не одна. До каждого дойти, наверное, тоже рук не хватает, потому что они тоже набирают себе клиентскую базу, им тоже нужно зарабатывать. Но вот с налоговой, конечно...

Александр Денисов: Светлана, мы поняли вас. Да, это хороший, как говорится, лучшее экономическое образование, ну оно же и худшее одновременно, – это за свой счет, такие уроки самостоятельно проходить, да.

И у нас на связи Павел Медведев, экономист, финансист. Павел Алексеевич, вот говорим про бизнес, как начать свое дело. Вот Светлана привела пример, из экономии, как это называется, аутсорсинг, обращаются к компании, которая будет держать твою бухгалтерию, но выясняется, что она ничего не держит, только деньги забирает...

Тамара Шорникова: ...а налоговой и приставам побыстрее бы что-то заблокировать, не вошли в ситуацию.

Александр Денисов: Ну, налоговая делает свое дело, налоговая делает свое дело. То есть вот так вот придется учиться на таких кочках.

Павел Медведев: Придется учиться, да. А вот вы Андрею говорили, что услугу предоставлять не очень важно, надо предоставлять что-то такое материальное, – вот вам, пожалуйста, пример: услугу хорошую не предоставили, из-за этого беда произошла. Надо хорошие услуги предоставлять.

Тамара Шорникова: Павел, об этом никто не спорит, но вот наши телезрители многие пишут о том, что вот сейчас пооткрывают те же самые салоны красоты и так далее, что мы будем есть, что мы будем производить, как будем обеспечивать страну своими товарами. Да, многие экономисты говорят о том, что бизнес, большой его процент в экономике страны – это здорово, это ведет к развитию и так далее. Но любой ли бизнес государство должно поддерживать? В любой ли бизнес должно вкладываться? Любому ли бизнесу должны давать преференции? Иначе, мне кажется, мы скоро будем делать одни ноготочки, а вот свои ноутбуки, автомобили, все это когда мы будем делать?

Павел Медведев: Нужен такой бизнес, на который есть спрос. Если есть спрос на маникюр, надо предоставлять услугу маникюрную. Если мы будем предоставлять только маникюрную услугу, а хлеб не будем производить, то пропадет спрос на маникюр. Это некоторый такой автоматизм, о котором Адам Смит, бывалоча, говорил, который решает вопрос о том, нужен данный бизнес или нет. Это определяется спросом.

Александр Денисов: Павел Алексеевич, а вам не пугает эта статистика, 51% заявляет, что хочет открыть свой бизнес? Вот людям, пережившим начало девяностых и наблюдавшим на примере своих семей и так далее, тогда тоже жили мечтой открыть свой бизнес, чем это заканчивалось, все известно. Тут, видимо, подросло какое-то новое, необстрелянное поколение, ну я уж не в буквальном смысле не обстрелянное, слава богу, времена другие, но тем не менее, у которых нет такого, знаете, чувства осторожности. Все-таки вложить деньги, взять кредит и так далее, пролететь вообще легко.

Вот приведу пример, удачный был такой Ресторатор, ну у него прозвище Ресторатор, рэп-батлы он проводил в интернете, невероятное количество рекламных кампаний и прочее, платили деньги, зарабатывали большие деньги. Просто решили открыть пиццерию одновременно с этими рэп-батлами и все деньги профукали в этой пиццерии. То есть, понимаете, можно десятки миллионов рублей просадить вот просто на неудачной идее. Вот стоит ли все-таки людям быть поосторожнее? Меня пугает цифра 51%.

Павел Медведев: Не пугайтесь! Вы попались на плохую услугу. 51% – это фейк. Если вы внимательно изучите интернет, вы получите ответы, от 20 до 68% желающих открыть свой бизнес. А если квалифицированно опросить людей, то получается, что только 5% населения хочет заниматься всерьез бизнесом, то есть отвечает вам на ваш вопрос, хотите вы заниматься бизнесом или нет. А остальные опросы неквалифицированными работниками делаются. Нужно, чтобы услуга предоставлялась квалифицированными специалистами.

Тамара Шорникова: То есть сформулировали неправильно, да? Или обещать не значит жениться?

Павел Медведев: Не умеют опрашивать. Это очень большая наивность думать, что если вы задаете вопрос, то вам на вопрос отвечают. Чтобы получить ответ на тот вопрос, который вас интересует, вы не должны напрямую этот вопрос задавать. Это искусство, очень большое искусство.

Александр Денисов: Павел Алексеевич, а вот результаты опроса как, считаете, характеризуют наше общество? То есть мы часто говорим про справедливость про социальную, про перераспределение доходов, а на деле выходит, что общество в чистом виде либерально-буржуазное, то есть мечта у всех одна – разбогатеть. Ну понятно, первая дорога короткая – это, наверное, бизнес. То есть наше общество окончательно сложившееся либерально-буржуазное, как бы мы ни говорили, не писали свою Конституцию на первых страницах.

Павел Медведев: Вас обманули те люди, которые предоставили вам результаты опроса. Это фейк. Повторяю, что, если культурно опросить, если квалифицированно опросить людей, результат будет 5%.

Тамара Шорникова: Вы не поверите, но вот буквально сейчас же пришла SMS из Краснодарского края: «Способных к ведению бизнеса всего 5%», – считает наш телезритель.

Павел Медведев: О.

Тамара Шорникова: Вот так совпало.

Павел Медведев: Среди ваших телезрителей есть квалифицированные люди, я вас поздравляю, у вас замечательный телевизионный канал.

Александр Денисов: А может быть, вот как раз Армен про 5% и написал, он из Краснодарского края, занимается производством мебели. Армен, добрый вечер.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем.

Зритель: Добрый вечер, добрый вечер.

Тамара Шорникова: Да, Армен, расскажите, как вы... Вот можно для начала такую маленькую справку, как вы пришли в бизнес? Почему производство мебели?

Зритель: Ну, в бизнес мы пришли по той причине, что больше нечем заниматься в городе с населением 80 тысяч человек, у которого позакрывались все предприятия, которые были, и жизнь заставила прийти в бизнес. И почему мебель? Ну мебель в свое время была популярным направлением, потому что был дефицит в постсоветские времена определенный, поэтому мебель была популярной. Она и сейчас популярна.

Просто хотелось бы сказать о том, что в последнее время происходит с мебельным, допустим, рынком, с изготовлением мебели на заказ. Материалы дорожают, вот, грубо говоря, с лета прошлого года, дорожают в разы, но доходы населения не поспевают за ростом цен на комплектующие. То есть изделия у нас дорожают, а люди не в силах их приобрести и купить.

Александр Денисов: Армен, мы так поняли, что вы запустили свой бизнес еще на закате СССР, правильно?

Зритель: Ну, было в 1990-е гг., скажем так.

Александр Денисов: Да. Конкурентное преимущество у вас было какое-то? Работали на производстве мебели или нет, вот вы выбрали, хотите табуретки, и погнали?

Зритель: Нет, чуточку не так. Мы занимаемся производством корпусной мебели, то есть кроме мягкой, всего остального, поэтому определенной какой-то узкой направленности у нас не было.

Александр Денисов: Конкурентное преимущество было?

Зритель: «Мы все учились понемногу Чему-нибудь и как-нибудь», как говорится, то есть нас жизнь заставила уйти в бизнес, мы в бизнес ушли не от хорошей жизни.

Александр Денисов: Но до этого мебелью занимались, или это был... ?

Зритель: До этого нет, до этого нет, конечно.

Тамара Шорникова: Прыжок в неизвестность.

Зритель: Мы все к этому приходили, да. От безысходности, грубо говоря. Но сейчас ситуация складывается так, что население не в силах ну как бы, как вам объяснить, позволить себе приобрести что-то, то есть в основной массе своей.

Александр Денисов: Ну хорошо, сколько у вас диван стоит, Армен, чтобы конкретно понимать, сколько диван стоит хороший у вас?

Зритель: Ну, скажем так, я вам объяснил насчет корпусной мебели, мы занимаемся корпусной мебелью. Грубо говоря, шкаф-купе если стоил прошлым летом 20 тысяч рублей, то в этом году он стоит 47.

Александр Денисов: Ну, 47 тоже неплохая цена. А диван? Или вы только шкафы делаете?

Зритель: Грубо говоря, чтобы вы ориентировались, с диванами такая же ситуация происходит, потому что материалы подорожали в разы. Но люди не в силах это все приобрести. Люди когда слышат эти суммы, они делают квадратные глаза. Из-за того, что заказов становится меньше, соответственно, падает работа, как говорится, и в кармане меньше становится. Но на волне этого всего повышается аренда, повышается оплата за свет, все эти расходы. Тут вот недавно оказалось, что нам, оказывается, всем, кто чем-либо не занимается, нужны в обязательном порядке кассовые аппараты, которые тоже стоят немалых денег...

Александр Денисов: Армен, но тем не менее, несмотря на все «но», вы продолжаете заниматься своим бизнесом. Понятно, да, трудностей много.

Зритель: Пока продолжаем, да, но уже как бы начинаем задумываться о том, что будет дальше, потому что в завтрашнем дне мы не уверены.

Александр Денисов: Спасибо, Армен.

Еще у нас звонок один, Константин из Бурятии. Да, сейчас...

Тамара Шорникова: «Бизнес не поможет, нужно реальные места рабочие развивать», – это SMS из Улан-Удэ.

Александр Денисов: Да, еще один звонок.

Тамара Шорникова: И звонок тоже из Бурятии, давайте послушаем.

Зритель: Добрый вечер.

У меня вот какой вопрос. Вы же ведь говорите о бизнесе, который может себе позволить простой гражданин. Но мне кажется, что сейчас уже время сетей, потому что, если откроешь шиномонтаж как хозяин, ты будешь зарабатывать столько же, сколько шиномонтажник. Если ты откроешь один магазин, ты будешь зарабатывать столько же, сколько продавец. Если ты откроешь, я не знаю, парикмахерский салон или маникюрный, ты будешь зарабатывать столько же, сколько парикмахер, но только при этом у тебя будет немножко больше обязанностей и всего остального. А для того чтобы открыть сеть, это нужны уже миллионы, миллионы и миллионы. Сейчас вообще время для одиночного бизнеса или нет? Или об этом можно забыть, сейчас все уже по-другому? Спасибо.

Александр Денисов: Да, спасибо.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Александр Денисов: Павел Алексеевич, как прокомментируете?

Павел Медведев: Ну, в других странах время для одиночного бизнеса не проходит. Мелкие предприятия служат действительно крупным предприятиям. Для того чтобы можно было Boeing выпустить, нужно, чтобы много-много мелких предприятий гаечки, шайбочки производили, и мелкое предприятие это может сделать. Более того, когда нужно другую шайбочку вместо прежней изготавливать, мелкое предприятие очень быстро перестраивается, а крупное медленно.

Александр Денисов: Но в целом...

Тамара Шорникова: Но это в других странах, а у нас-то сейчас то самое время или нет?

Павел Медведев: А у нас ситуацию Армен описал. Жалобы похожие на то, что говорил Армен, я получаю с 2015 года: предприниматели жалуются на то, что спрос, платежеспособный спрос падает, доходы людей уменьшаются, и, естественно, им труднее покупать то, что они еще вчера с удовольствием и относительно легко бы приобрели. И так как это продолжается уже почти 10 лет, то, конечно, Армену и Константину не позавидуешь.

Александр Денисов: Павел Алексеевич, вот в этом же опросе, который подвергли мы сомнению, 51% заявил, что хочет заняться бизнесом, чтобы улучшить свою жизнь, можем сразу сказать, что жизнь не улучшится, а усложнится, и во сто крат, и к этому нужно быть готовыми.

Спасибо большое. Павел Медведев у нас был на связи, экономист, финансист.

Тамара Шорникова: Скоро продолжим, будем говорить о том, как и чем мерить качество жизни и что происходит в международных отношениях, что у нас с другими странами, обсудим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Какой малый бизнес сегодня самый популярный, если судить по запросам в интернете?