Сергей Радько: С введением видеофиксации презумпция невиновности для водителей фактически была отменена

Гости
Сергей Радько
адвокат, эксперт партии «Автомобильная Россия»

Ольга Арсланова: А мы продолжим тему денег и штрафов. Больше денег – лучше дороги: российские регионы смогут тратить доходы от штрафов на свою дорожную сеть. По сути ремонт и строительство софинансируют нарушители. Такой законопроект сейчас обсуждают депутаты, этот документ могут принять уже на этой неделе.

Юрий Коваленко: При этом многие эксперты уверены: новый источник доходов крайне нестабилен. Основную долю штрафов обеспечивают камеры; водители к ним привыкают, перестают нарушать, и поступления в бюджеты снижаются. Получается, чем дисциплинированнее в регионе водители, тем дороги будут становиться все хуже и хуже, а правительство хочет наоборот, как лучше.

Ольга Арсланова: Но у автомобилистов, естественно, свои опасения: они боятся, что теперь у регионов появится финансовая заинтересованность, прямо и совершенно очевидная, и камер в итоге может стать больше, а ремонтировать и строить в регионах всегда есть что.

Давайте посмотрим на данные Росстата о протяженности дорог, это последние данные, которые у нас есть, 2016 год, в общем-то, мало что за это время изменилось, тогда в стране насчитывалось около 1.5 миллионов километров, из них треть не имели твердого покрытия. Средняя плотность дорог по России составляет всего 62 километра на 1 000 квадратных километров, наиболее высока она в столичных регионах и в промышленных центрах, а вот в Заполярье, очевидно, дорог почти нет, как вы видите сейчас на экране.

Юрий Коваленко: Ну и по данным портала Минтранса, в 2017 году объем региональных фондов составил 601 миллиард рублей без учета Москвы и Санкт-Петербурга. По данным ассоциации "РАДОР", финансовая потребность в ремонте и содержании региональной дорожной сети покрывается всего лишь на 15%.

Ольга Арсланова: В послании Федеральному собранию президент Путин обещал увеличить финансирование строительства дорог до 11 триллионов рублей. При этом он не указал источник финансирования. В новом майском указе президента есть раздел, посвященный созданию безопасных и качественных автодорог, он предусматривает, что не менее половины дорог регионального значения должны соответствовать нормативам к 2024 году. Учитывая вот такие объемы работы, пока есть вопросы, как это сделать. Еще планируется снизить количество дорог, работающих с перегрузками, на 10%, ну и конечно, снизить аварийность на дорогах.

Юрий Коваленко: Здесь самые интересные цифры. Смертность на дорогах в России и так сокращается, но темпами ГИБДД недовольны, поставлена задача свести смертность до минимума. То есть если в прошлом году это было 13 человек с лишним, в 2024 году должно быть 4 человека, а к 2030 году на дорогах люди просто не должны будут умирать, поставлена задача в 0 человек.

Ольга Арсланова: Сами водители говорят, что чаще всего в авариях виноваты плохие дороги. В прошлом году в стране произошло почти 68 тысяч аварий из-за неудовлетворительного состояния дорог, что на 5% меньше, чем в 2016 году, но по-прежнему много. Плохие дороги стали причиной 2 ДТП из 5; чаще всего автомобилисты попадали в аварии из-за плохой видимости разметки, отсутствия дорожных знаков в необходимых местах и проблем с зимней уборкой дорог. Наверное, никого не нужно убеждать в том, что хорошие, отремонтированные, ровные, чистые, хорошо освещенные дороги – это правильно. Вопрос в том, откуда взять денег и готовы ли вы софинансировать улучшение этих дорог. Об этом мы и поговорим.

У нас в студии адвокат, эксперт партии "Автомобильная Россия" Сергей Радько. Сергей Александрович, здравствуйте.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Сергей Радько: Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Давайте сразу поговорим о страхах автомобилистов, потому что в разных регионах на автомобильных форумах тут же стали появляться абсолютно нерадостные возгласы: вроде бы деньги приходят в региональный бюджет, но автомобилисты боятся, что теперь-то камеры поставят везде, работать они будут, может быть, даже не всегда честно, потому что есть задача заработать побольше денег. Что вы можете этим автомобилистам сказать?

Сергей Радько: Наверное, я их никак не успокою, потому что проблема эта давно известна, поскольку, как мы знаем, поступления от штрафов идут в региональный бюджет, то региональные власти даже без этой идеи улучшения дорог, конечно, всегда были заинтересованы в том, чтобы поступления от штрафов увеличивались. Естественно, когда они получили право ставить камеры, получилась такая ситуация, что на каком-то участке ставится камера, где раньше не было, она ловит нарушителя, приходит штраф, все потом узнают, что есть камера, перестают нарушать, камеры появляются в навигаторах, мы все притормаживаем, объезжаем, доходы падают. Бюджет думает, что делать дальше, вроде бы камера стоит, доходов не приносит, это ненормально.

Ольга Арсланова: А камера тоже, между прочим, чего-то да стоит, ее надо обслуживать.

Юрий Коваленко: Камеру тоже купили.

Сергей Радько: Более того, в Московской области мы знаем, что та фирма, которая камеры обслуживает, получает с каждого штрафа что-то около 200 с чем-то рублей за каждое постановление, то есть мы видим, что бюджет и те структуры, которые от него получают деньги, прямо заинтересованы не в снижении количества нарушений, а в их увеличении. И в этом заключается какая-то, прямо скажем, двойная мораль, потому что, с одной стороны, государство всегда говорит, что давайте снижать смертность в идеале до нуля, с другой стороны получается, что чем этого мы нарушаем, тем больше мы этим государству помогаем. Тем более как раз сейчас вот эта идея, о которой говорят, улучшения дорог. Тем более если вдуматься в цифры, о которых вы сказали, 2 ДТП из 5 происходят по причине плохих дорог, это почти половина, и это дикость. То, что у нас треть дорог не имеет твердого покрытия, то есть является грунтовками, по которым проехать 7-8 месяцев в году после дождя просто нереально.

Юрий Коваленко: Но на этих дорогах камеры никогда и не появятся. Все же государство заинтересовано в увеличении количества камер, потому что обслуживание их с каждого штрафа идет, как вы говорите, 200 рублей. То есть чем больше камер, тем больше за это будут получать деньги. Но не лучше от этого будет развиваться культура вождения.

Ольга Арсланова: Есть такая цель, как культура вождения?

Сергей Радько: Камеры по своей сути – это хорошая мера профилактики, особенно если эта камера стоит и есть хороший знак, обозначение и так далее.

Юрий Коваленко: Если.

Сергей Радько: Мы видим на навигаторе, мы сбрасываем скорость. Но если эта камера стоит без всяких обозначений, она незаметна, но по факту присылает нам штрафы, особенно в тех местах, где скорость разрешенная снижена, допустим, с 60 до 40 километров в час, она институт деньги в бюджет, и разумеется, у тех, кто отвечает за их установку, настройку, сбор денег и так далее появляется соблазн, а не поставить ли камер еще больше. И вот уже многие люди жалуются неоднократно, ко мне такие жалобы доходили, что на многих дорогах не только ставятся камеры с интервалом в 100-200 метров, что стало недавно, кстати, предметом обсуждения в Госдуме, где задумались о том, чтобы законом ограничить количество камер на определенном участке. Уже стали появляться случаи, когда одна и та же камера в городе Москве (на Ленинградском проспекте, например) выписывает за одну секунду 2 или 3 штрафа одному и тому же автомобилю, который совершил нарушение в один момент.

Юрий Коваленко: Это антиконституционально, за одно нарушение дважды наказывать.

Сергей Радько: Согласен.

Юрий Коваленко: По суду возможно это оспорить?

Сергей Радько: Но если вам пришло 2 или 3 штрафа, пока вы второй-третий отмените, с вас уже пристав спишет с вашей карточки, вы можете даже об этом не узнать, пока вам SMS не придет. То есть здесь есть другая проблема, насколько корректно работает система фиксации штрафов, чтобы избежать не только увеличения их количества, но и несправедливого привлечения к ответственности. Ведь если будет больше камер, власти получают именно соблазн и стимул под хорошим предлогом борьбы за качество дорог поставить как можно больше камер, а дальше нам расскажут о том, что у нас много ДТП, у нас много пьяных, у нас много неисправных автомобилистов, давайте мы штрафы еще раз поднимем, поставим больше камер, увеличим штрафы, и вроде бы бюджет пополняется.

Ольга Арсланова: Кстати, о камерах. Иногда вот эти самые камеры, которые должны фиксировать нарушения и делать дороги безопаснее, сами превращаются в ловушки для водителей. Подробности узнаем у нашей коллеги Маргариты Твердовой.

СЮЖЕТ

Юрий Коваленко: Представители правозащитников-автомобилистов утверждают, что водитель является фактически дойной коровой: какие бы меры к нему ни применялись, он в любом случае обязан будет их платить. По суду очень сложно отстоять свои права. Почему водители оказываются в таком незащищенном состоянии? Я не говорю про лихих водителей, которые гоняют со скоростью 120 и выше и нарушают все законы физики и правила дорожного движения, а почему должны платить остальные водители? Почему нет такого понятия, как честный водитель?

Сергей Радько: Проблема, наверное, в том, что когда вводилась автоматическая видеофиксация, фактически в отношении водителей презумпция невиновности была почти полностью отменена, в законе прямо так и написано, что при фиксации правонарушения камерой к ответственности привлекается собственник. А по факту получилось так, что когда привлекается собственник к ответственности, для того чтобы все свои штрафы оспорить, ему приходится пройти все круги судебного ада. То есть, например, по закону, если ваш автомобиль был продан и уехал в другой регион, пока он едет и собирает штрафы по трассе "Москва – Хабаровск", все штрафы приходят вам как бывшему собственнику, и для того чтобы их оспорить, нужно подавать жалобы или в ГИБДД, или в суды по месту вменяемых нарушений. Понятно, что даже из-за 1-5 тысяч рублей по всем судам от Москвы до Хабаровска никто не будет ездить.

Вот сейчас, кстати, в связи с этим рассматривается вопрос о том, чтобы, возможно, ввести в судах систему рассмотрения этих жалоб через видеоконференции, что здорово поможет нам разобраться, с тем чтобы не ездить и не оспаривать свои штрафы в другие регионы. Но в принципе такая проблема есть, проблема эта очень комплексная, потому что, как мы выяснили, штрафы действительно есть многие незаконны, есть многие необоснованные и несправедливые, ставятся камеры не там, где необходимо, а там, где можно собрать побольше штрафов, и самое главное, все это упирается, все стоит на одном твердом фундаменте невозможности их обжалования. Многие суды и в ГИБДД очень часто отказывают в удовлетворении жалоб, ссылаясь на то, что вы не доказали, что камера неисправна, а формально она исправна, поскольку есть сертификат, она прошла проверку, оснований не доверять ей нет, даже если у вас есть видеорегистратор, который показывает скорость, он не является…

Ольга Арсланова: Больше оснований не доверять вам, автомобилистам.

Сергей Радько: Да. Поэтому, к сожалению, все упирается в то, что свои права защитить в случае фиксации нарушения камерой невозможно. Есть случаи, когда камеры явно превышают скорость, приписывают нереальную скорость, 300 километров в час, "Жигулю", понятно, что это нереально; но если она приписывает не 300, а 20 километров в час, кто его знает, сколько таких случаев, тем более что сейчас штрафы можно оплачивать со скидкой, и если вам выписали штраф 500 рублей, то мы скорее заплатим 250 и за остальную сумму бороться не будем.

Юрий Коваленко: …чем пойдем разбираться.

Сергей Радько: Эта проблема пока нерешаема, к сожалению.

Ольга Арсланова: Так с каждого по 250, тоже неплохо получается.

Сергей Радько: Да.

Ольга Арсланова: Послушаем наших зрителей. У нас Барнаул на связи – Александр, добрый вечер.

Зритель: Здравствуйте. Я вот смотрю, Сергей сидит и говорит. Например, я еду, впереди меня яма, я тормознул, мне въехали в зад. Кто виноват, вот вы мне объясните? Я ему что хочу сказать? От моего центра, село Первомайское есть у нас такое, до моей деревни я не могу проехать спокойно. У нас вся дорога разбитая, вся от и до, заплатка на заплатке. Кто за это отвечает? А если на этой трассе авария произошла, кто отвечает…, или дорожники? Пожалуйста, пускай он объяснит это.

Ольга Арсланова: Понятен ваш вопрос.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Сергей Радько: Что касается первого вопроса, если вы приняли меры к торможению и в вас въехали сзади, то виноват тот, кто ехал сзади, потому что он обязан…

Ольга Арсланова: …держать дистанцию.

Сергей Радько: …соблюдать безопасную дистанцию, обеспечивать возможность полного контроля за транспортным средством. Что касается второго случаи повреждения автомобиля при ДТП, ситуация тоже довольно распространенная. На содержание дорог есть определенного рода ГОСТ, который устанавливает максимальный размер ямок, которые должны быть на дороге; если они больше, чем эти нормы, которые установлены – если не ошибаюсь, не глубже 5 сантиметров, не шире 60 и не длиннее 15 – то в этом случае ямка, если она эти параметры превышает, является не соответствующей ГОСТ, и за вред, который автомобилю причинен при попадании в эту неровность, отвечает та служба, которая должна обеспечивать состояние дороги…

Юрий Коваленко: Это крайне редкий случай, я по пальцам одной руки могу перечислить.

Сергей Радько: Это случаи редкие по той причине, что как правило повреждения автомобилей при попадании в ямку не столь дорогие, стоимость диска, колеса, резины 10-15 тысяч рублей. Конечно, бегать по судам 1.5-2 года из-за этой суммы нереально, но, к сожалению, пока таковы реалии наши.

Ольга Арсланова: Послушаем Елену из Москвы. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Если можно, я бы хотела уточнить информацию о камерах. Я правильно поняла, что собственники камеры – это совсем не дорожные службы, не регионы, а это могут быть частные лица, правильно?

Сергей Радько: Да, иногда ими являются не частные лица, а частные юридические лица, может быть, даже предприниматели…

Зритель: Юридические лица, которые могут быть частным лицом, собственником.

Сергей Радько: Да.

Зритель: Тогда у меня вопрос. Значит, если мы платим больше… Самый частый штраф – это превышение скорости небольшое, 500 рублей.

Сергей Радько: Да.

Зритель: Как вы сказали, 250 рублей мы в течение 20 дней должны заплатить, 200 рублей, вы сказали, уходят собственникам камер. Что, извините, остается в регионах? То есть получается, что живую за счет штрафов автолюбителей, автомобилистов собственники камер, я правильно понимаю?

Сергей Радько: Что касается названной цифры, она, по-моему, даже не 200 рублей, а 230 или 233 рубля, это в отношении камер, которые находятся в Московской области, в других регионах могут быть другие цифры, может быть, они вообще ничего не получают от штрафов, хотя я в этом, конечно, сомневаюсь, но штрафы есть не 500 рублей, а 1 000 рублей, есть штрафы и выше, поэтому нельзя говорить о том, что эти штрафы невыгодны. Понятно, что чем больше превышений скорости, чем выше тот лимит, который мы превысили, тем больше штраф и тем больше получают и бюджет, и та служба, которая занимается администрированием работы камеры, ее установкой.

Юрий Коваленко: То есть если штраф 500 рублей, а человек заплатил его в ускоренном порядке, получается 250 рублей он заплатил, из них 230 уходит человеку, а 20 рублей в бюджет, так?

Сергей Радько: Соответственно, так, да.

Ольга Арсланова: В Московской области, именно в Московской области.

Сергей Радько: Да.

Ольга Арсланова: А почему отдали коммерческим структурам?

Сергей Радько: Связано это, видимо, с тем, что государство не в состоянии финансировать разработку и установку, проверку этих камер, соответственно, возможно, эти организации не исключено, что за счет бюджетных кредитов покупают, разрабатывают, устанавливают камеры, а потом на паритетных началах эксплуатируют и собирают денежные средства.

Юрий Коваленко: Окупаются они быстро, мы узнали, 100 тысяч в день.

Сергей Радько: 100 тысяч в день – это в Новосибирске, а в Москве с нашими штрафами она может приносить, мне кажется, и в 5, и в 10 раз больше, никто об этом статистике нам, к сожалению, не расскажет.

Ольга Арсланова: В общем, дело выгодное, это совершенно точно.

Сергей Радько: Да.

Ольга Арсланова: "Как часто вы попадаете на штрафы?" – такой вопрос наши корреспонденты задавали жителям разных городов. Давайте посмотрим.

ОПРОС

Ольга Арсланова: Ну что же, продолжаем общаться с нашими зрителями. Александр из Ульяновска, давайте Александру сразу тот же вопрос зададим. Александр, вам часто штрафы приходится платить?

Зритель: Здравствуйте. Да нет, не особо штрафы приходится платить, пытаемся ездить аккуратно.  Но вопросик у меня к вам тогда, раз я на ваш ответил.

Ольга Арсланова: Давайте.

Зритель: Понимаете, у нас в стране есть поборы с автолюбителей, такие как транспортный налог, в стоимость топлива включен акциз, у нас еще есть система "Платон". И мы сейчас опять обсуждаем, где бы нам взять деньги на улучшение качества наших дорог. Может, нам стоить спросить у Игоря Ротенберга, как он стал долларовым миллионером, куда все эти деньги пошли, которые за "Платон" собираются?

Ольга Арсланова: Правда, он до этого стал, но неважно. Спасибо большое. Я перефразирую: есть ли другие источники финансирования дорожной сети, ремонта и строительства, кроме автомобилистов?

Сергей Радько: Наверное, есть. Вообще по закону, по Бюджетному кодексу дорожные фонды формируются в первую очередь за счет акцизов на топливо, то есть опять же за счет автомобилистов. Также закон допускает формирование за счет других источников, будь то бюджетные ассигнования, бюджетные трансферты и так далее, то есть в принципе, теоретически это возможно и за счет других источников. Но мы все понимаем, что есть наиболее стабильные источники – это бензин, который мы покупаем, без которого мы не можем ездить, это штрафы, которые мы, к сожалению, не можем не платить и не можем не нарушать – поэтому это, наверное, те источники, которые будут вечными, они рождают, я бы сказал, большой соблазн, для того чтобы увеличить сборы именно от этих поступлений.

Юрий Коваленко: А вот говорят, что хорошие дороги – это не то место, где живут хорошие водители, то есть чем лучше дорога в России, скажем так, и чаще по ней любят погонять, скажем так, не всегда оплачивая штрафы и так далее. Может быть, действительно из-за этого у нас не делают хорошие дороги?

Сергей Радько: Мне кажется, их не делают совершенно из других соображений: или делать просто не умеют, или делают очень плохо. Потому что в Европе, где хорошие дороги, где тоже люди любят погонять, там аварийность, скажем мягко, намного ниже, количество погибших в ДТП тоже намного ниже.

Юрий Коваленко: Там штрафы намного выше.

Сергей Радько: Штрафы намного выше, но я сам неоднократно путешествовал в Европе, допустим, превысить на 20-25 километров в час вполне реально почти во всех странах, никого это, собственно говоря, что называется, особо не напрягает. То есть, к сожалению, там тоже есть некая вилка, которая позволяет безнаказанно… Может быть, это и хорошо.

Ольга Арсланова: Давайте вернемся к законодательной инициативе. В Госдуме предложили ввести закрепленные требования к установкам камер: новый стандарт самих камер, новый стандарт, как часто они должны быть установлены. На какой стадии сейчас? Что вам известно?

Сергей Радько: Пока это обсуждается, пока есть только стандарты, которые носят чисто технический характер, то есть как камера должна быть расположена, под углом, какая высота и так далее.

Ольга Арсланова: А сейчас, я правильно понимаю, таких стандартов нет?

Сергей Радько: Таких стандартов сейчас нет, то есть юридических стандартов, как часто камера должна быть расположена – на каждом столбе, по 2 на столбе или через один столбик…

Ольга Арсланова: То есть в принципе можно сразу 10 на одном столбе, и ничего, пусть работают?

Сергей Радько: Нарушения в этом никакого не будет. Более того, фактически ведь мы знаем, что это может быть реализовано даже и не камерами, которые стоят на столбах. Например, в Москве есть приложение "Помощник Москвы", при помощи которого можно фиксировать, допустим, парковку в неположенном месте. Может пройти один активный гражданин сфотографировать, второй, третий, собственнику придет столько штрафов, сколько раз сфотографируют. По сути это незаконно, потому что нарушение одно…

Ольга Арсланова: …а наказание не одно.

Сергей Радько: Да, но тем не менее придется все остальные штрафы оспаривать. А между тем, например, за парковку на газоне для юридического лица штраф предусмотрен в размере аж 300 тысяч рублей. Представьте, если есть такой соблазн штрафы такие выписывать, то можно каждые 5 минут подходить к автомобилю, каждые 5 минут фотографировать, и юрлицо будет очень долго доказывать, что оно этого не совершало и автомобиль не его. Такая ситуация тоже имеет место.

Ольга Арсланова: А из вашей практики работы адвокатом как часто действительно несправедливо приходят штрафы автомобилистам? Насколько это масштабное явление сейчас? Несправедливые, нечеткие показания, неправильная камера, дважды или трижды за одно нарушение – как часто автомобилисты сталкиваются с этой несправедливостью?

Сергей Радько: Наиболее частое нарушение, наверное, сейчас, вернее нарекание к работе камер – это, конечно, то, что она выписывает штраф не тому лицу, которое является собственником. Сейчас машины продаются без снятия с учета, и машина, которая продана, даже за полдня езды по Москве может принести очень много штрафов. Это наиболее частое явление, к сожалению, далеко не всегда удается оспорить такой штраф, потому что если новый собственник машину на учет не поставил и свой договор, свой экземпляр не предъявил, то иногда суды и ГИБДД уверяют, что поскольку вы договор представили, но они не могут проверить его подлинность, они оставляют штраф в силе. К сожалению, это наиболее распространенная проблема.

Вторая по частоте проблема – это то, что многие говорят, что та скорость, которую камера вменяет, реально была гораздо меньше. Но здесь проблема, к сожалению, пока нерешаема, потому что, как мы уже выяснили, наши бытовые приборы, навигаторы и видеорегистраторы измерительными приборами не являются, поэтому их показателями оспорить данные камеры невозможно.

Юрий Коваленко: И туда же идут те случаи, когда тень от автомобиля попадает на двойную сплошную и человек лишается прав, это тоже невозможно решить.

Сергей Радько: Это возможно решить, если на камере действительно видно, что машина находится на своей полосе, а тень падает на соседнюю полосу, на выделенную, на обочину или на "встречку", это решить можно, потому что здесь в принципе на фотографии все явно видно. Но когда вопрос касается именно достоверности измерений, например, скорости, то любой судья или сотрудник ГИБДД скажет, что камера является официальным средством, есть сертификат, поэтому то, что вы ехали не 85, а 75, мы вам не можем поверить, потому что против вас есть объективное средство контроля.

Ольга Арсланова: Спасибо вам большое. У нас в гостях был адвокат, эксперт партии "Автомобильная Россия" Сергей Радько. Мы обсуждали новые законодательные инициативы, штрафы могут оставить в регионах, и эти деньги регионы смогут направлять на ремонт и строительство дорог.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

О передаче автоштрафов регионам

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты