Борьба с зимой

Гости
Константин Крохин
председатель Союза жилищных организаций Москвы
Андрей Костянов
заместитель исполнительного директора некоммерческого партнёрства «ЖКХ контроль»

Виталий Млечин: Зима снова наступила неожиданно – для коммунальщиков. Каждый год с приходом холодов во многих российских городах можно наблюдать похожую картину. Ходить рядом с домами опасно из-за обилия снега на крышах и свисающих сосулек. А если их и сбивают, то нередко страдают припаркованные рядом машины.

Ксения Сакурова: В Санкт-Петербурге пошли еще дальше – там с домов порой летают лопаты. Очевидцы засняли, как дворники очищают крыши в центре города без страховки, при этом роняют инструменты, которые благополучно падают, слава богу, на землю с большой высоты, а не на голову.

Виталий Млечин: А не на голову кому-то.

Ксения Сакурова: Да.

ВИДЕО

Виталий Млечин: То когда ты знаешь, что это кончилось благополучно, что никто не пострадал, то это забавно, да?

Ксения Сакурова: Это весело, это весело, да.

Виталий Млечин: Но, вообще-то, такого быть не должно, по-хорошему. Почему это происходит? И есть ли все-таки способ делать по-другому? Давайте разбираться.

Расскажите, как работают коммунальщики в вашем регионе. 8-800-222-00-14 – бесплатный телефон прямого эфира. 5445 – бесплатный номер для ваших SMS-сообщений. Звоните нам, пишите. Потому что зима приходит, наверное, в каждый российский город, ну практически в каждый, хорошо, и с сосульками все-таки мы частенько сталкиваемся. Как это работает? И как это должно работать?

С нами на прямой связи Андрей Костянов, заместитель исполнительного директора некоммерческого партнерства «ЖКХ Контроль». Андрей Викторович, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Здравствуйте.

Андрей Костянов: Да, здравствуйте.

Виталий Млечин: Андрей Викторович, вот когда коммунальщиков выгоняют на крышу без страховки и, судя по всему, без особого опыта работы – это какой-то жест отчаяния? То есть надо что-то немедленно делать, и все равно как?

Андрей Костянов: Может быть, это жест безнаказанности? Потому что все-таки у нас работы, связанные с производством тех или иных действий на высоте, без ограждений, они должны удовлетворять определенным требованиям. Более того, человек должен проходить инструктаж, он должен иметь страховочные пояса, ну и так далее. Это Ростехнадзор и прокуратура управляющим организациям расскажут, если у них там, не дай бог, что-то случится. Или даже если не случится, но если такие видеозаписи, такое обращение попадет в органы прокуратуры.

Другой вопрос в том, что это же все равно нужно убирать, да? И необходимо предпринимать определенные действия. И здесь, как я уже, наверное, последние полгода говорю, нет черного и белого, потому что… Вот почему возникает такая ситуация, когда дворники или промышленные альпинисты… Ну, промышленный альпинист так, конечно, не полезет заниматься, они прекрасно знают, чем это может закончиться.

Почему это происходит? Ну, банально, наверное, из-за экономии денежных средств, которая возникает в том числе из-за того, что (сейчас скажу такую непопулярную штуку) мы частенько оплачиваем наши с вами жилищно-коммунальные услуги не вовремя, и у управляющих организаций порой нет необходимых финансовых средств для того, чтобы проводить уборку надлежащим образом.

Ксения Сакурова: То есть? Подождите. Мы… Ну ладно, не мы, потому что мы за себя можем сказать, что…

Андрей Костянов: Нет-нет-нет, мы платим вовремя.

Ксения Сакурова: Мы платим вовремя. Ну, условно, мы виноваты в том, что человека не привязывают должным образом?

Андрей Костянов: Нет-нет-нет, ни в коей мере мы не виноваты, ни в коей мере мы не виноваты. Просто, как всегда, это совокупность факторов. То есть нет какого-то единого фактора и нет единого какого-то тренда, что вот они выходят без страховки, потому что… Ну, скорее всего, конечно, в большинстве случаев они выходят без страховки, потому что их не обеспечили этой страховкой, не научили, как это делать, и полагаются на наш любимый русский авось.

Виталий Млечин: А если бы что-то случилось, кто был бы виноват, если бы не лопата рухнула, а человек вместе с лопатой бы рухнул?

Андрей Костянов: Конечно, тот, кто его отправил туда, должностное лицо, которое не обеспечило его ни надлежащим оборудованием, естественно, не проведя инструктаж, потому что, скорее всего, он не понадобился.

Ксения Сакурова: Вот смотрите, что нам пишут из Самарской области: «От очистки снега и сосулек с крыши страдают не только припаркованные машины, но и сами крыши – их дырявят». А я как раз хотела спросить. XXI века, 2022 год наступает, а мы до сих пор ломом и лопатой с крыш сбиваем сосульки. У нас каких-то других технологий нет?

Андрей Костянов: Сейчас опять буду говорить непопулярные вещи. Нет, безусловно, конечно, мир не стоит на месте. Да, необходимо применять какие-то средства, ну, более совершенные, чем кувалда, привязанная к веревке, как мы с вами видели. Но опять же возникает вопрос: а почему это возникает? А возникает это потому, что у нас с вами уходит тепло из дома, то есть у нас контур не закрыт.

Почему это происходит? Потому что управляющая организация своевременно не предприняла меры, соответственно, по созданию этого теплового контура. То есть опять возникает вопрос: как они получили паспорт готовности многоквартирного дома? Если у нас, допустим, дом с верхним розливом горячей воды, то почему трубы не заизолированные, почему не прикрыты вентиляционные окна и так далее? Ведь это же будет способствовать уходу тепла.

И это отражается не только на образовании сосулек, а это отражается и каждый месяц у нас, потому что мы платим с вами за отопление, мы платим с вами больше, мы фактически отапливаем улицу.

Ксения Сакурова: Я слышала, что где-то есть такая система – ну, не у нас, а в каких-то других странах. Вроде как даже можно определенным образом подогревать крышу, чтобы снег в принципе там не скапливался.

Андрей Костянов: Да, кромку крыши, чтобы снег не скапливался, не нарастали сосульки.

Ксения Сакурова: И вроде как это даже не супернанотехнология, вроде как это даже довольно просто.

Андрей Костянов: И она не супердорогая на самом деле, я вам вот что скажу. Но тут вопрос, что опять нет черного и белого. Смотрите. Управляющая организация вам может эту штуку поставить, вопросов нет. Вам надо как собственникам принять решение о том, что вам такая штука нужна.

Вы собрались на общее собрание, приняли решение о том, что заключаете договор с какой-то организацией, которая вам эту вещь поставит. Управляющей организации поручаете, чтобы они обеспечили доступ и потом приняли в эксплуатацию. Но платить-то за это должна не управляющая организация, а мы с вами как собственники, потому что крыша-то наша. То есть крышей управляющая организация не владеет.

Ксения Сакурова: Понятно. А сколько это стоит примерно, Андрей Викторович? Ну, допустим, на пятиэтажку.

Андрей Костянов: Я не знаю. Тем не менее какие-то новые технологии, они же все равно со временем дешевеют и дешевеют. То есть когда это что-то новое, инновация, то, да, возможно, это стоит дорого. А потом это дешевеет, потому что появляются различные производители и так далее. Ну, это рынок. Тут надо смотреть опять же, какая крыша, какие погодные условия, какой метраж, какие особенности и так далее. Тут нельзя сказать…

Ксения Сакурова: Я почему спрашиваю? А это не дешевле для самой управляющей компании, чем каждый год летом эту крышу латать после того, как по ней ломом и лопатой били, каждую зиму туда людей отправлять, тоже им платить? Может, дешевле самой управляющей компании эту технологию использовать.

Андрей Костянов: А вот тут уже ближе к черному. Почему управляющая организация, если она считает, что этот вариант будет дешевле… Они же тоже могут обратиться к собственникам и предложить: «А давайте сделаем вот так». Потому что управляющая организация действует в рамках договора управления многоквартирным домом, и она выполняет только те услуги, которые у нее заказаны, ну, помимо минимального перечня, который они в силу закона должны исполнять, то есть осмотр, уборка, периодичность уборки и так далее, и так далее.

То есть, да, действительно, инициатива может исходить от них, если они считают, что это действительно выгоднее, чем посылать дворников или заказывать промышленных альпинистов, которые будут ликвидировать эти сосульки. Возможно, действительно, легче поставить такую систему. Тогда надо обратиться к собственникам. Если в доме есть совет многоквартирного дома и он активный (это отлично), обратиться к нему, собрать общее собрание и принять решение: как финансируем, как обслуживаем и так далее. Тут никаких проблем нет.

Ксения Сакурова: Давайте послушаем наших зрителей.

Виталий Млечин: Да.

Ксения Сакурова: Вот как раз из Петербурга с нами на связи Александр. Александр, здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Александр.

Зритель: Добрый день. Вы знаете, в этом году нам опять не повезло – у нас громадное количество снега. И у меня такое впечатление, что Петербург – это, наверное, единственный в мире город, в котором не научились убирать снег, убирают с крыш снег и сосульки. Это ужас какой-то! Вы понимаете? Хорошо, что у нас крыша такая не стандартная, не старая, а плоская. Мы в ТСЖ договорились, что когда только снег выпадает, то ребята (а у нас добросовестные дворники) сразу счищают. Но это только в нашем доме. А вы посмотрите, что в городе творится. Это первое.

Второе. Какой-то орел придумал и дал добро, чтобы снег складировали во дворах-колодцах, так сказать, в старом историческом центре Петербурга. Теперь эти люди, которые живут в этих старых домах, во дворах навозили сотни тысяч тонн этого снега грязного из города, а не на плавильные станции, которых мало, и никто не думает их расширять, – эти дворы завалены этим грязным снегом.

Вы посмотрите наши вечерние новости. Это ужас какой-то! Понимаете? И это город-герой Ленинград, культурная столица страны. Нам стыдно! Понимаете? Я говорю, мы единственный, наверное, город, который не научился убирать снег. Никаких дворников не увидишь. Город поделили на какие-то зоны: этот кусок принадлежит городу, этот кусок принадлежит частнику, этот – муниципалитету. На одном участке тротуара пятнадцать хозяев! Двор принадлежит муниципалитету. То, что под домом, принадлежит ТСЖ. Что там нагородили? И никто ничего не делает!

Ксения Сакурова: А вот это очень интересная тема! Спасибо большое.

Виталий Млечин: Спасибо огромное за то, что позвонили и рассказали так подробно.

Ксения Сакурова: Андрей Викторович, кстати, я подобную картину наблюдаю в Ярославле, я туда часто езжу. И там какая ситуация? Вот улица. Ну, допустим, магазины на ней. Магазины, магазины, какое-нибудь учреждение. Каждый владелец магазина почему-то сам должен чистить тротуар перед своим магазином. Один более или менее почистил, второй почистил как смог, третий не почистил вообще. И в результате это такой бег с препятствиями по пересеченной местности, причем она очень разнообразная, эта местность. Причем еще владельцы магазинов, к чести их надо сказать, чистят более или менее, а вот там, где у нас муниципальные учреждения, там вообще как повезет.

Вот что это за практика такая в российских городах, что у нас нет одного дворника на всю улицу, а десять хозяев, которые сами решают, как они будут это чистить?

Андрей Костянов: Слушайте… Во-первых, скажу предыдущему позвонившему. Я сейчас тоже в Петербурге нахожусь. Действительно, снегопад очень сильный! Я сегодня был на улице. Техники немного, но она есть. Тротуары чистят, и чистят, в общем-то, с той периодичностью, с которой должны чистить. Это в защиту Санкт-Петербурга скажу.

Значит, что касается уборки территорий. Смотрите. У нас с вами земля может быть в различных видах собственности. Это может быть наша общедолевая собственность нас как собственников помещений в многоквартирном доме. Это может быть муниципальная земля. Это может быть федеральная земля. Это может быть земля, которая сдана в аренду кому-то. Это может быть даже федеральная земля, если она находится рядом с какими-то федеральными учреждениями.

Соответственно, за ее надлежащее содержание должен отвечать собственник. А каким образом? Ну, либо сам он выходит на улице и убирает, либо, соответственно, нанимает какую-то организацию, как мы с вами. Мы нанимаем управляющую организацию, чтобы наша придомовая территория была чистая. Если она не чистая, то мы обращаемся в ГЖИ, жалуемся и так далее, да?

А теперь – что касается уборки рядом с какими-то объектами розничной торговли или еще что-то, аптеками, неважно. Есть так называемые планы уборки территорий, которые разрабатываются муниципалитетом для своей муниципальной земли. Скорее всего, помещения, которые находятся, они выходят на муниципальную землю. Соответственно, муниципалитет заключает с теми собственниками договор на уборку. Либо это происходит централизованно – и тогда собственники, владельцы этих помещений, они платят организации, которая занимается уборкой; либо они сами каким-то образом ее убирают, в соответствии с договором аренды или еще что-то такое.

В результате у нас получается, что у нас во дворе может быть чисто, а на улице, с другой стороны дома, там, где крыльца выходят на муниципальную землю, может быть убрано хуже или, наоборот, лучше, чем во дворе. Понимаете, тут все зависит от собственника и, соответственно, от той организации, как она выполняет свои обязательства, то есть надлежащим образом или ненадлежащим образом.

Ксения Сакурова: Ой, да… Еще очень много вопросов, конечно.

Андрей Костянов: Просто, в моем понимании, было бы нелогично мне оплачивать работу дворника, который убирается не на моей земле. Ну, на пальцах. Почему я должен платить за уборку муниципальной земли? Я за свою землю плачу налог, плачу аренду. Ну, не важно, на каких основаниях я на этой земле нахожусь.

Ксения Сакурова: Понятно, да. Спасибо большое.

Виталий Млечин: Спасибо. Андрей Костянов, заместитель исполнительного директора НП «ЖКХ Контроль», был с нами на прямой связи.

Давайте посмотрим небольшой сюжет. Наши корреспонденты спрашивали у жителей трех российских городов, как в их населенных пунктах борются с сосульками. И вот что получилось.

ОПРОС

Ксения Сакурова: Да, вот такая ситуация в разных регионах.

Очень много еще SMS-сообщений. Ну, хорошие хочу зачитать. Белгородская область: «Живу в селе. Дороги чистят всегда хорошо и вовремя, мусор вывозят регулярно». Хочется сказать, что, к сожалению, таких примеров у нас не очень много.

Виталий Млечин: Да. Но надо сказать, что практически слово в слово из Воронежской области: «У нас в селе дороги от снега чистят регулярно и качественно. В городе так не чистят». Интересный парадокс!

Ксения Сакурова: Вот! Интересно!

Давайте продолжим обсуждать эту тему. С нами на связи Константин Викторович Крохин, председатель Союза жилищных организаций Москвы. Константин Викторович, здравствуйте.

Виталий Млечин: Константин Викторович?

Константин Крохин: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Вот, отлично! Увидели вас. Замечательно!

Константин Викторович, есть ли все-таки способ у жителей повлиять на то, как борются со снегом и сосульками на крышах управляющая организация в их доме? Понятно, кому повезло – тем повезло, тем не надо ничего делать. А если не повезло, есть ли какие-то способы?

Константин Крохин: Ну, если не повезло, то, действительно, уже не повезло. Существует административный порядок контроля. Это обращение в жилищные инспекции. Во многих городах есть электронные порталы. И в Москве, вы знаете, люди им активно пользуются, фотографируют сосульку или скользкое место и отправляют. И достаточно быстро происходит реакция. Но для этого в доме должна быть управляющая компания, у которой есть дворники.

Если же дворников на месте нет физически, дефицит, то, куда бы вы ни отправляли жалобы… Ну, выпишут штраф, выпишут предписание, которое нужно исполнить, но это никак не повлияет на скорость. Я вот по прошлой зиме могу сказать, что у «Жилищника» был очень сильный дефицит дворников. И вся Москва писала, и много было сюжетов в СМИ, в социальных сетях, но на скорость работ это никак не влияло, потому что когда нет людей, то, как говорится, ничего нет. Здесь именно повезло/не повезло.

Ксения Сакурова: Константин Викторович, а стандарты какие-то существуют? Я не знаю… Как быстро после снегопада должны убирать крышу? Или какой слой снега должен там накопиться, чтобы его убрали? Вот есть ли какой-то стандарт, сверившись с которым, человек, живущий в доме, может, ну не знаю, пойти уже куда-то жаловаться?

Константин Крохин: Стандарт существует, безусловно. В каждом регионе местные органы власти утверждают, потому что климатическая ситуация везде разная. Но я на примере Москвы могу сказать, что на третьи сутки мы должны иметь уже очищенную придомовую территорию практически всю.

А если говорить о первых четырех часах, то мы должны очистить основные дорожки и тротуары там, где ходят люди, чтобы никто не испытывал сложностей с проходом в жилые помещения. То есть существуют приоритеты: сначала – дорожки, потом – остальная территория. И на третьи сутки вся территория должна быть защищена от снега. Ну, допускаются 2 сантиметра. Высота снежного покрова в 2 сантиметра считается в пределах норматива.

Что касается сосулек, то, учитывая опасность, особенно в многоэтажных, высотных домах, учитывая опасность этого образования, они должны ликвидировать по мере обнаружения. Как только путем наблюдения и осмотра управляющая организация или граждане видят, что есть такие образования на крышах… А это, кстати, не только крыши, это могут быть отливы балконов, это могут быть такие конструкции, не только крыши.

И в этом случае необходимо тут же сообщить в управляющую компанию, чтобы управляющая компания, ее персонал сделали, оградили… Во-первых, знаки выставили, обеспечили отсутствие доступа туда населения. И специальные бригады перед каждой зимой… Управляющая организация подписывает договор, формируются бригады, которые занимаются уборкой этих сосулек. И они должны запустить этот механизм, то есть пригласить альпинистов. Ну, если это не такой высотный дом, то это могут быть не альпинисты, но тем не менее люди с опытом работы на высоте, для того чтобы бороться с сосульками.

Ксения Сакурова: Ну а что мы видим? Мы видим, как лопаты с крыш летят. И в Москве была история про то, как почему-то скидывали ледяные глыбы на припаркованные машины. Вот эти люди, которые занимаются этой работой – ну понятно, что они должны быть профессионалами. А в реальности они хоть какое-то обучение проходят перед этим? Их вообще хотя бы на здравый смысл проверяют? Ну, посмотреть вниз – не скинешь ли ты на кого-то ничего. Это же удивляет!

Константин Крохин: Видите ли, вот сегодня мы с вами видим результат десятилетней работы системы ГБУ «Жилищник». Потому что все сюжеты, о которых вы говорите, то, что мы видим в социальных сетях – это мигранты, которые приехали работать в ГБУ «Жилищник» города Москвы или в «Жилкомхоз» Санкт-Петербурга. Конечно же, должен быть, по законодательству, и инструктаж, и они должны иметь допуск к работе на высоте, их оборудование (карабины и пояса) должно проверяться.

Но мы сталкиваемся очень часто, что эти люди, именно мигранты, они приходят с фальшивыми документами. То есть существует рынок фальшивых документов. Это не смущает «Жилищник», это не смущает местные власти. И слава богу, что никто не свалился и не погиб при этой работе. Если такое, не дай бог, произойдет, то будет уголовное дело и будут приняты какие-то меры.

На сегодняшний день, я считаю, мозгов нет не у работников вот этих, которые… Ну, условно, есть какое-то образование, он приехал из чужой страны в Россию и зарабатывает свои деньги. Я считаю, что нет совести и достаточного понимания (проще говоря – мозгов) у руководителей, которые допускают такую работу. Потому что на каждом участке, у каждого дома есть начальник участка, есть директор и заместитель по эксплуатации ГБУ «Жилищник», есть глава управы и заместитель главы управы по ЖКХ. Когда они такое безобразие допускают, то это претензии к ним, потому что у них есть достаточно финансовых средств. Сегодня московское ЖКХ обеспечено достаточным количеством финансов, чтобы нормально эксплуатировать наши дома. И есть технологии, и есть инструменты. Все есть! Мозгов нет.

Ксения Сакурова: Вы знаете, у меня еще вопрос очень личный. Можно?

Виталий Млечин: Очень личный?

Ксения Сакурова: Очень личный.

Виталий Млечин: Хорошо.

Ксения Сакурова: Я десять лет живу в Москве. И десять лет назад тротуары чистили до асфальта зимой. И вот десять лет назад не было такого количества этой ужасной жижи на дорогах. Это были другие стандарты? Это была другая система управления? Что было другим? Или мне просто уже по старости лет кажется, что раньше деревья были больше?

Виталий Млечин: А ступеньки – ниже.

Константин Крохин: Десять лет назад у нас был другой мэр и был другой режим работы в городском хозяйстве. Там очень много было хорошего. Я могу сказать, потому что я в этот период тоже в ЖКХ уже работал.

Второй момент. Я объясню, почему сегодня жижи больше. Когда у вас мало людей… Ведь реагент должен рассыпаться в определенном технологическом режиме, с точки зрения количества реагента на квадратный метр площади, и соответствующие инструменты. Это не лопата. То есть должен быть дозатор. Когда у вас мало людей, но вам надо очень быстро обеспечить, чтобы не было скользко, чтобы не было травм, то что делают вот эти люди, исходя из обстановки? Это могут быть бригадиры, это может быть рабочий-мигрант и это может быть руководитель «Жилищника». Они просто…

Ксения Сакурова: Эх, у нас зависла связь.

Виталий Млечин: Мы можем предположить, что они делают.

Ксения Сакурова: Да.

Виталий Млечин: Константин Викторович, скажите еще раз, пожалуйста. На самом интересном месте…

Константин Крохин: Они больше сыплют.

Ксения Сакурова: Ну да, понятно, что они загребают. Это мы видим даже. Просто берут лопаты и рассыпаются.

Давайте мы еще примем звонок как раз из Московской области, Юлия с нами на связи.

Виталий Млечин: Юлия, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Юлия, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, добрый день.

Виталий Млечин: Вы в эфире. Говорите, пожалуйста.

Ксения Сакурова: Да, слушаем.

Зритель: Я хочу насчет сосулек тоже. Тут я много слышала, конечно, об этих сосульках. У нас тоже сосульки. Я живу в четырехэтажном доме, в хрущевке, старенький такой дом, понятно. Сбивают у нас периодически, конечно. Накапливается, естественно, но сбивают. Но сбивают так, что у многих квартир, которые на верхнем этаже находятся, течет крыша. У меня, например, течет крыша уже два года, и никто чинить не хочет эту крышу. Никак дыру они закрыть не могут – денег нет. И у меня на кухне постоянно течет. Течет по стене, течет даже до третьего этажа. Вот так вот.

Виталий Млечин: Ничего себе! Спасибо большое.

Ксения Сакурова: Спасибо.

Виталий Млечин: Константин Викторович, есть ли возможность все-таки что-то с этим сделать?

Константин Крохин: Ну, во-первых, текущий ремонт крыши входит в обязательные работы при подготовке к сезонной эксплуатации. Судя по всему, у уважаемой телезрительницы управляющая компания фиктивно осуществляет подготовку к зиме, а жилищная инспекция по месту жительства просто не обращает внимания на явные нарушения. То есть крыша должна быть закрыта, кровля. Это первый момент. И именно в рамках подготовки к зимней эксплуатации. То, что это не делается из года в год, говорит о том, что кто-то экономит, а кто-то плохо проверяет.

И второй момент. Когда на крышу постоянно ходят неподготовленные люди, в данном случае с лопатами и прочее, они нарушают этот слой, изоляцию – и она рано или поздно трескается и протекает. Поэтому для того, чтобы крыша не текла, чтобы она была безопасна, нужно, чтобы меньше людей и меньше раз туда кто-то приходил… Это такая взаимная связь существует.

Ксения Сакурова: Да, понятно. Спасибо большое.

Виталий Млечин: Спасибо. Константин Крохин, председатель Союза жилищных организаций Москвы, был на прямой связи.

Ксения Сакурова: Не можем не прочитать… Огромное количество сообщений! Вот только некоторые из них. Самарская область: «На улице Победы в городе Самаре почистили крыши. До сих пор на тротуаре валяются кирпичи, шифер. Все замерзло».

Виталий Млечин: Ничего себе!

Ксения Сакурова: Вот такие у нас технологии.

Виталий Млечин: От чего они почистили крыши – интересно! А знаешь, тоже из Самары: «Мы платим за вывоз снега, поэтому снег у нас убирают». То есть в рамках одного города абсолютно разный опыт.

Ксения Сакурова: Татарстан: «Раньше сосульки с крыш сбивали с машинной вышки, оформляли наряд особой опасности, проводили инструктаж, выдавали средства защиты. И стоял внизу мастер, место было огорожено спецлентой. А сейчас только ломами колотят по краю крыши, разрушая ее», – это из Казани сообщение.

Так, Вологодская область: «Ехал на машине, рядом с дорогой сшибали сосульки с жилого дома. Попала в машину сосулька. Управляющая компания оплатила», – Череповец.

Виталий Млечин: Ну, хотя бы так.

Ксения Сакурова: Но тоже не хотелось такого. И Кировская область: «Сегодня по счастливой случайности не под летящую глыбу с крыши дома на улице Профсоюзной попал. Никаких знаков, ограждений. Никого внизу. Повезло, успел проехать на велосипеде».

Виталий Млечин: Повезло.

Сейчас прервемся буквально на несколько секунд и будем обсуждать, что мы подарим нашим детям и что делать, если не получается им подарить то, чего они хотят. Оставайтесь с нами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (0)