Коммунальные сети в дачных посёлках: будет ли государство финансировать их строительство?

Коммунальные сети в дачных посёлках: будет ли государство финансировать их строительство?
Честный чиновник: так бывает? Бюджетные места в вузах. Лжебанкиры. Россия и ПАСЕ. Производство мёда и чая
Александр Михайлов и Алексей Бинецкий. Коррупция в России: каков её реальный объем и возможна ли продуктивная борьба с ней?
Евгений Гонтмахер: Освободив от подоходного налога тех, кто получает меньше двух прожиточных минимумов, мы хотя бы чуть-чуть приблизимся к социальной справедливости
«Мы – деревнеобразующее предприятие, и этим гордимся!». Основатель компании «Медовый дом» Антон Георгиев
«Мы в значительной степени сами недорабатываем в ПАСЕ». Эксперт Александр Гусев – о необходимости активного членства России в Ассамблее
Лжебанкиры: как их вычислить по телефонному звонку? Рекомендации эксперта Дмитрия Ибрагимова
Сокращение бюджетных мест идет за счёт заочного образования. И это вполне правильно, потому что оно во многом было некачественным
Могут ли люди во власти работать честно?
Реальные цифры: траты на еду. Экономика и новые налоги. Аграрная политика: развитие села. Перелёт как роскошь. Ситуация в Грузии
Сергей Лесков: Компании вкладывают огромные деньги в социальную сферу не из гуманитарных соображений. Просто так оказалось выгодно
Гости
Федор Мезенцев
исполнительный директор Союза дачников

Туалет, вода и свет. Блага цивилизации в дачных посёлках. Правительство за то, чтобы государство финансировало строительство коммунальных сетей на загородных участках. Неужели решится вечная проблема уличных туалетов и выгребных ям? И самое главное, найдутся ли деньги у властей?

Оксана Галькевич: Ой, раз уже посмеялись, поулыбались, продолжим. Хорошая у нас новость для вас есть, уважаемые телезрители: в преддверии нового теплого сезона правительство поддержало поправки к закону, который дают местным властям возможность финансировать и строить коммунальные сети, например, на землях садоводств. Россияне довольно активно занимаются строительством на дачах в последнее время: по данным Росстата, например, больше 11% домохозяйств у нас в стране имеют загородный дом на своей даче, на своих 10 или 6 сотках, и это больше, чем было, например, 6 лет назад. Кстати, половина этих домов пригодна для постоянного проживания, но не всегда это возможно, потому что то света нет, то воды, то дороги просто…

Константин Чуриков: То зимой холодно сходить, в общем, а надо. И вот теперь в садоводства придет, точнее может прийти цивилизация. Это касается и коттеджных поселков, у них тоже есть подобные проблемы. Вот теперь людям по идее будет проще добиваться благоустройства у местных властей.

Ну а властям, очевидно, предстоит большая работа, потому что по данным Росстата, у нас 20% малых населенных пунктов (они так называются) не оборудованы водопроводом, 30% испытывают проблемы с подачей электричества, а у 38% вот этих домохозяйств на селе туалет на улице. Многим некомфортно; кто-то говорит, что сойдет, а многим некомфортно.

Оксана Галькевич: Да. Но вот, как ты сказал, по идее теперь будет проще требовать от властей проведения этих коммунальных благ цивилизации. Будет ли это работать и как это будет выглядеть на деле, мы спросим у нашего гостя. В студии сегодня Федор Мезенцев, исполнительный директор Союза дачников. Здравствуйте, Федор Николаевич.

Федор Мезенцев: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Давайте сразу телезрителей пригласим к разговору, потому что тема действительно касается большого числа людей в нашей стране, у нас дачников, огородников сколько там, 60 с лишним миллионов, по-моему, в стране? Большая армия.

Константин Чуриков: 60 миллионов, да. Если проблема есть со светом, с водой, извините, с туалетом, то вот обращайтесь, звоните, расскажите, как пытаетесь решить эту проблему.

Оксана Галькевич: Сейчас к тебе обратятся, Костя, и ты будешь заниматься этими проблемами.

Константин Чуриков: Я думаю, что и к нашему гостю.

Федор, скажите, пожалуйста, а вот я правильно понимаю, что это не вменяет в обязанность властям этим заниматься? То есть могут помогать, могут не помогать?

Оксана Галькевич: Как в том анекдоте: «Право-то вы имеете, а можете… А вот…»

Федор Мезенцев: Совершенно верно. Есть у властей такое право помогать дачникам и садоводам, в прошлом году эта программа уже была начата с подъездных дорог к садоводческим объединениям, которые проходят по муниципальным землям. Но выявилась еще одна проблема, когда мы стали анализировать проблему, поступающую от дачников, выяснилось, что государство и органы муниципального управления, органы государственной власти не могут использовать бюджетные деньги на внутреннюю инфраструктуру СНТ, поскольку дороги и земли общего пользования принадлежат СНТ либо на праве юрлица, либо на праве коллективной совместной собственности. Получается, что в законе не было предусмотрено возможности финансировать государством эти инфраструктурные проекты, поскольку это было бы нецелевым использованием средств.

Константин Чуриков: Ну хорошо, давайте представим, что развязали мы новым законопроектом, он уже принят, муниципалитетам руки, хорошо. А бюджеты-то у них позволяют это все делать?

Федор Мезенцев: Следует вспомнить, что бюджет формируется в том числе за счет наших дачников и садоводов: они платят земельный налог в местные бюджеты и платят налог на имущество физических лиц, это наши постройки, жилые или садовые дома. Кроме того, сегодня закон позволяет изменять вид дома, поменять садовый дом на жилой дом, соответственно вырастает кадастровая стоимость и увеличивается налог. Поэтому люди, которые становятся постоянными жителями не только в населенных пунктах, но и на территории садоводческих объединений, должны быть обеспечены такой же инфраструктурой, как и наши жители в деревнях и селах.

Оксана Галькевич: Вы знаете, это сразу наталкивает на вопрос: если все это делается за наш счет, а бюджет пока не позволяет, не означает ли, что в будущем вот это вот финансовое обременение вырастет для жителей садоводств, владельцев этих садовых домиков и так далее, жителей коттеджных поселков? Подорожает удовольствие?

Федор Мезенцев: Это маловероятно, поскольку СНТ и коттеджные поселки делают инфраструктуру за свой счет, получается, что дачники платят и налоги в местный бюджет, и дополнительно тратят свои средства на содержание этой инфраструктуры. Могут быть предусмотрены совершенно различные варианты: например, подъездной дорогой пользуются и жители деревни, и жители коттеджного поселка, и садоводческого объединения. Может быть предусмотрен проект софинансирования, могут быть предусмотрены долгосрочные проекты, когда эта инфраструктура будет делаться по этапам. Поэтому предложение есть, в зависимости от бюджета муниципального образования это возможно к реализации.

Константин Чуриков: А мне хочется поговорить об этом законодательном креативе. Потому что смотрите, удивительно: только 1 января, всего 3 месяца назад, вступил в силу закон как раз, который ограничивал возможность поддержки органами власти как раз-таки этих инфраструктурных проектов. Так вот сейчас он уже вступил в силу и мы начинаем опять менять. Скажите, у вас есть ощущение как у человека, который в теме, что власть серьезно хочет заняться этим вопросом, а не играет с нами просто в кошки-мышки? Потому что, знаете, депутаты соревнуются, кто там внес законопроект, кто вынес, у них какое-то внутреннее соревнование постоянное.

Федор Мезенцев: Мы это видим по обращениям в Союз дачников, более 50% обращений было связано с инфраструктурой, в том числе с электричеством. Поэтому жизнь не стоит на месте, законы меняются. Разрешили прописку на дачных и садовых участках, раньше в половине случаев это можно было только по решению суда. То есть государство сделало шаг к тому, чтобы уравнять в правах дачников и местных жителей, которые очень часто тоже бывают дачниками, покупают дом в деревне. Поэтому здесь не должно быть уже разницы, жилой дом в деревне, жилой дом в СНТ. А закон – это тоже незыблемая, так сказать, позиция.

Если мы вспомним, 66-й федеральный закон за 18 лет корректировался 18 лет, каждый год практически вносились поправки, поскольку менялся Градостроительный кодекс, менялся Земельный кодекс, и когда принимался 217-й федеральный закон, он был принят в 2017 году, была наша инициатива, Московской области, сделать отсрочку о его вступлении в силу, чтобы дачники могли подготовиться, в том числе и органы местного самоуправления, и органы власти. И уже на этапе подготовки к вступлению в силу этого нового закона с 1 января 2019 года были выявлены противоречия, несостыковки с действующим законодательством. У нас поменялся Градостроительный кодекс, и поправки в 217-й ФЗ уже были внесены в части жилых домов, поэтому вполне понятно, что поправки будут вноситься, для того чтобы мы могли реально привлечь бюджетные деньги, для того чтобы обеспечить наших дачников инфраструктурой.

Оксана Галькевич: Давайте выслушаем Московскую область, Нина нам звонит, там очень много москвичей проживает в летний период. Нина, здравствуйте, слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте. У нас в деревне нет в колодце воды уже 3 года, новый колодец сделали, а воды в нем нет, совершенно пустая глина. Мы обращаемся к нашим местным руководителям, никакого ответа. Вот что нам делать? 30 километр от Москвы, мы не имеем воды, не то что водопровода, туалета и что-то, нет в колодце воды.

Константин Чуриков: Сколько километров от Москвы, Нина?

Оксана Галькевич: 30.

Зритель: 30.

Константин Чуриков: Здорово. Слушайте, это если считать от Кремля, да?

Зритель: Ну я не знаю…

Константин Чуриков: Красногорск какой-нибудь. А где это находится, вот это место силы, где вы живете?

Зритель: Это Дмитровский район, деревня Зараменье.

Константин Чуриков: Нина, ну и как вы выходите из положения? Вода-то нужна, извините, и для всяких санитарных нужд.

Зритель: Нужна. У нас у кого-то есть артскважины, кто-то дает, кто-то не дает, едем на родник, когда приезжают на машине родственники.

Константин Чуриков: Да, здорово.

Зритель: А сейчас и в своих скважинах вода уходит. Так вот и живем.

Константин Чуриков: Нина, но зато жить нескучно, правда?

Зритель: Нескучно, нет-нет, замечательно живем.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Федор Николаевич, спасайте – что посоветуете нашей телезрительнице?

Федор Мезенцев: Это полномочия органов местного самоуправления, Дмитровского городского округа. Это как раз не связано с законом 217-м ФЗ, насколько мы понимаем, это находится в населенном пункте, поэтому мы рекомендуем еще раз написать обращение к главе от всех жителей, которые прописаны в этой деревне. Если это будет вовремя направлено, то к новому сезону наверняка решат вопрос реконструкции.

Константин Чуриков: Можно несколько сообщений?

Оксана Галькевич: Я просто хочу… Давай сообщения, а потом я вопрос задам тоже.

Константин Чуриков: Иркутская область: «Живу в деревне без удобств, мне 50 лет. Унитаз видела только по телевизору». Москва пишет: «Вы надеетесь, что власти вам будут строить теплые сортиры? Ха-ха!» И Бурятия: «Идея очень хорошая, но экономика страны не позволит». Какой-то социальный пессимизм.

Оксана Галькевич: Вот вы знаете, Тюменская область нам пишет, что часто отсутствует свет, узкие улицы в дачных поселках, дачи стали неподъемные, «лучше бы не трогали дачников, все это очередной обман, все равно все придется самим делать». Люди уже боятся каких-то попыток на законодательном уровне им помочь, считают, что все равно это обернется, так скажем, залезанием в их карман.

Константин Чуриков: А давайте немножко пофантазируем. Ну представим, что все сложилось, представим, что где-то, в общем, кто-то нашел клад, нашлись в бюджете муниципальном деньги. А кто будет, вот если мне там протянут или Нине канализацию, кто собственник канализации? Это же по ее участку в том числе будет проходить, или еще что-то. То есть вопрос собственности как будет решен?

Федор Мезенцев: Магистральные трубопроводы и канализации, естественно, относятся к муниципальному образованию, обслуживать будет местная управляющая компания. Все отводы, которые будут идти по участкам, – это уже собственность жителей, здесь никто ничего нового не предлагает, так же как по электричеству: магистральная линия – это сети, а отвод в дом – это принадлежит частному…

Константин Чуриков: Унитаз гражданина, а труба государства?

Федор Мезенцев: Все как в городе, конечно.

Оксана Галькевич: Давайте еще один звонок примем. Москва звонит, Москва, видимо, дачника Людмила. Людмила, здравствуйте.

Зритель: Да, я слушаю, здравствуйте.

Константин Чуриков: Ну говорите.

Зритель: Мы живем в Барсуках, Можайский район. У нас ни воды, ни газа, ничего нет. Свет у нас есть, туалет уже, как обычно деревенский. Но нас беспокоят вода и газ. Нашей деревне очень много лет, мы все пенсионеры без газа и без воды, привозной газ.

Константин Чуриков: Ой да, часто мы эту тему в эфире поднимаем. Зато какие названия у наших деревень – Барсуки, Бурундуки, прямо хочется туда поехать.

Ну рассказывайте, что делать людям, когда у них газа нет, не было…

Оксана Галькевич: В старой деревне.

Федор Мезенцев: Что касается газа, в Московской области принята программа газификации, в нее включаются прежде всего населенные пункты с количеством прописанных жителей от 100 человек. Мы понимаем, что не все деревни этому соответствуют, но первый этап был принят, чтобы огазифицировать те деревни, в которых проживает большое количество жителей. Рано или поздно по этой программе будет газифицировано максимальное количество населенных пунктов. Когда это будет выполнено, сказать трудно, потому что здесь еще зависит очень от газовых мощностей. Если это будет связано с серьезной реконструкцией газопровода, то сроки могут сдвигаться.

Оксана Галькевич: Вы знаете, нас телезрители еще очень многие спрашивают, почему не говорим о мусоре, потому что есть проблема не только со светом, водопроводом и дорогами, но есть еще и проблема с вывозом мусора.

Федор Мезенцев: Вывоз мусора в этом году поставлен на новый порядок. С 1 января 2019 года у нас работают региональные операторы, они являются единственным поставщиком услуг, то есть в силу закона каждый владелец участка, каждый житель должен заключать договор и оплачивать услуги по вывозу мусора региональному оператору. Поставлена задача, чтобы мусор разделялся, чтобы у нас как минимум 50% мусора уходило в переработку, поскольку так, как мы до этого выбрасывали мусор, жить уже невозможно. Понятно, что в этом году порядок новый, могут быть определенные накладки, но в каждом регионе есть горячая линия при Министерстве жилищно-коммунального хозяйства, поэтому порядок в этой части наводится.

Константин Чуриков: «Ваш звонок очень важен для нас».

Оксана Галькевич: СНТ должны сами заключить, соответственно, договор с региональным оператором, получается так?

Федор Мезенцев: С регоператором. Все юридические лица заключают договор с региональным оператором, а жители частного сектора и жители многоквартирных домов получают счет за мусор в своих платежках.

Константин Чуриков: Вы извините, что я все, в общем-то, в одну тему сваливаюсь, но это не я, это Краснодарский край, Псебай нам пишет: «У нас в основном частный сектор, у многих туалет в доме, а выгребная яма – кто как придумает». Я хочу поговорить об экологических стандартах, как это вообще все должно делаться. Там же есть какие-то правила, извините, это же все может потечь в речи, еще куда-то.

Федор Мезенцев: Это как раз в продолжение вопроса, что в колодце нет воды. Если она будет, а рядом будут такие туалеты с негерметичными выгребными ямами, то можно считать, что воды нет, ее пить будет невозможно. Поэтому по современным нормам, если туалет сделан с выгребной ямой, по старинке, то он обязательно должен быть герметичным.

Константин Чуриков: Хотелось бы.

Федор Мезенцев: Либо это септик, который полностью утилизирует все жидкости, либо это герметичная яма, которая потом вызывается ассенизатор и убирается, потому что просто так, что называется, портить землю там, где ты живешь, наверное, неправильно.

Константин Чуриков: Удобрять, по-разному можно относиться.

Оксана Галькевич: Илдар, Новокузнецк у нас на связи. Илдар, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. У меня такой вопрос. Значит, вот я живу на своей улице Ферганская уже 14 лет. У нас никогда нет техники, чтобы чистить нашу улицу не только летом, но и зимой. Люди ее чистят либо своими руками, если маленький снег, то у нас чуть ли не в каждом доме машины, мы чистим, прогоняем по колее и потом колеей пользуемся. Но это не самая большая проблема, есть руки, мы можем сделать. Но у нас никогда не было на улице освещения, у нас идут дальше улицы Валдайская, Карпатская, там очень-очень много домов, очень много улиц на нашей горе, пригород Куйбышевского района, город Новокузнецк.

Константин Чуриков: Господи, вы на горе там без света? Это же мрак вообще во всех смыслах.

Зритель: Вы представляете? Особенно когда грязь, вода, дети в школу, со школы зимой, они ничего не видят, лед…

Константин Чуриков: С фонариками ходите, с фонариками приходится?

Зритель: Да хорошо если у кого-то есть фонарики, люди держатся за заборы, чтобы не упасть, понимаете? И никакого освещения нет, и никого это не интересует. Сколько мы делали заявок, для того чтобы нам хотя бы одну лампочку поставили через 3-4 столба, чтобы хотя бы какие-то были отсветы от чего-нибудь.

Константин Чуриков: Илдар, можно вопрос? А в Новокузнецке власть какая-то есть вообще?

Зритель: Есть, у нас есть Кузнецов мэр города.

Константин Чуриков: Так. И что мэр города?

Зритель: У нас… улица, а толку нет. В городе у нас освещают, город у нас красивый, вы понимаете, он весь заливается светом, мы живем на горе, мы видим свой город. А вот у нас темень, у нас темно…

Константин Чуриков: Илдар, вы скажите, вы мэру писали какие-то обращения, то есть письменные следы какие-то оставляли, что вы вот этой проблемой занимались?

Зритель: Вы знаете, у нас были коллективные обращения, чтобы было освещение, некоторые люди на своих улицах самовольно подключали такие, тогда приезжали электрики и отключали эти светильники, понимаете?

Константин Чуриков: Да, Ильдар…

Зритель: А за свой счет кто будет освещать улицу? Никто не будет платить.

Константин Чуриков: Единственное, чем можно утешить, с 21 марта прибавляется световой день, пока, видимо, утешить нечем.

Оксана Галькевич: У нас каждый год примерно так и происходит: то зима, то лето.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок. Что посоветуете?

Федор Мезенцев: Вот следует отметить… Проблем много, ЖКХ вообще тема живая, но мы помним, что СНТ – это тоже ЖКХ в большей своей части, и в садоводческих объединениях и коттеджных поселках власть намного ближе: там есть председатель, есть правление, которые обязаны обеспечивать всю эту инфраструктуру. Новые поправки в закон, с одной стороны, дают возможность это финансировать, с другой стороны, не запрещают, например, нашим дачникам вешать светильники. В частном секторе с этим уже проблемы, там надо писать официальную заявку местной администрации, для того чтобы они сделали освещение на улицах или почистили зимой дорогу. В коттеджных поселках и в СНТ земли являются территориями закрытого типа, поскольку они могут вообще не пускать туда чужих людей, но они сами, за свой счет обеспечивают и чистку дорог, и светильники, поэтому…

Константин Чуриков: Подождите, а кто должен? У меня ребенок, например, живет на этой страшной горе под Новокузнецком, ему нужно идти в школу – я что, должен вот эту всю гирлянду сам повесить, что ли?

Федор Мезенцев: В частном секторе это делают местные власти, спрашивать нужно с местных органов самоуправления. В СНТ проще в этой части, за свой счет, но проще, можно сделать это, спросить с правления.

Оксана Галькевич: Так видите, проблема в том, что люди просили-просили местные власти, обращались-обращались, уже от бессилия сами эти лампочки вкрутили, а тут же приехали структуры, которые следят за этими лампочками, и выкрутили их, видимо, по каким-то опять же своим нормам, правилам, требованиям безопасности, я не знаю, еще что-то.

Федор Мезенцев: Ну действительно, чем надо думать, чтобы залезать на столб, не имея специальных документов и опыта работы? Конечно, нужно делать. Но надо сказать, что все-таки жизнь не стоит на месте, мы видим, что в регионах и в Московской области все-таки лампочки на улицах появляются.

Константин Чуриков: Слушайте, а как вам нравится подпрыгивать на месте, чтобы просто хотя бы сеть поймать? Это тоже, кстати, 30 километров от Москвы у тестя на даче.

Давайте еще звонок послушаем. Валентина, Ленинградская область, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Кто не скачет, тот…

Константин Чуриков: …не пьет шампанское.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Мы живем рядом с Питером, полчаса на электричке. И у нас такая станция Кобралово называется, большой поселок. И отключили все колонки, представляете? Женщины 85 лет ходят по домам, у кого свои колодца сделаны, те ходят просят, бедные, с фляжками. Мне сын возит из Павловска в Кобралово, это здесь недалеко, но все равно ехать, во флягах воду, потому что пить нечего, негде взять воды. Представьте себе, отключили все колонки, рядом колонка есть, а воды не взять. Говорят, железная дорога виновата, ну я не знаю. Просила депутата, чтобы, но ничего, говорит: «Собирайте все подписи». А кто пойдет? Все старье.

Константин Чуриков: Слушайте, а как железная дорога связана с водоснабжением?

Зритель: Она рядом у нас проходит, как бы сказали, что колонки относятся к железной дороге. Вот как, мы сами не знаем, да.

Константин Чуриков: Так это надо сюда в Москву тогда на Красные ворота писать, уже с «РЖД» согласовывать, что ли… Слушайте, а что делать в этой ситуации?

Федор Мезенцев: Надо разбираться, кому принадлежат коммуникации, это действительно застарелая проблема. У нас на территории очень много и военных городков, когда коммуникации принадлежали Министерству обороны, есть коммуникации, принадлежащие «РЖД» и структурам, которые по сути вынуждены обслуживать свои непрофильные активы. Поэтому рано или поздно начинают проверять, каждую же инфраструктуру содержит коммерческое предприятие, конечно, эти вещи должны быть переданы на баланс местных администраций.

Оксана Галькевич: Пошли у нас звонки, пошли SMS-сообщения, у нас всегда так, когда мы говорим о ЖКХ, о садоводстве. Елена из Смоленска, давайте с ней тоже поговорим. Елена, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Это Смоленская область, город Рославль, не совсем Смоленск.

Оксана Галькевич: Ну хорошо. Что у вас?

Зритель: Мы живем в частном секторе в районе улицы Большая Смоленская и Малая Смоленская на одном из переулков.

Константин Чуриков: Заинтриговали. Так.

Зритель: У нас в доме водопровод и по улице вода в колонках течет тухлая, осадок сумасшедший.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Вот такая вот у нас проблема.

Константин Чуриков: Так, Елена, подождите, об этой проблеме кроме нас, кроме нашей аудитории, которая сейчас об этом проблеме услышала, кто до этого слышал из ваших опять-таки властей?

Зритель: Мы звонили у себя дома в администрацию, но пока ничего не слышно не видно.

Оксана Галькевич: Понятно. Позвонить, я правильно понимаю, Федор Николаевич, позвонить спросить, в общем…

Константин Чуриков: «Позвонить и «написать» – это разные вещи.

Оксана Галькевич: Ни о чем.

Федор Мезенцев: Во-первых, надо написать, во-вторых, есть еще один действенный метод: можно сделать анализ воды, понятно, что, может быть, одному жителю это дорого, можно объединиться с соседями. Если вода не соответствует качеству, то можно предъявить претензию управляющей компании и написать встречное требование о перерасчете коммунальных платежей. Это может быть даже более действенным методом, чем обращение в администрацию.

Оксана Галькевич: А вот меня все время поражает, что можно, конечно, за свой счет сделать экспертизу качества воды, а, простите, сигнал в администрацию, местным властям или каким-то надзорным органам, что у нас вот такая проблема с водой, нам кажется, что ее качество не соответствует нормам, – это не руководство к действию тем структурам, которые в принципе на наши налоги существуют? «Люди жалуются, у них грязная, черная вода с осадком, побежали проверим», нет? Они для чего там сидят?

Федор Мезенцев: У администрации есть официально 30 дней по закону об обращении граждан, чтобы написать ответ. Но одно дело написать ответ, другое дело реально решить проблему, потому что иногда изношенное оборудование не позволяет быстро это поменять.

Оксана Галькевич: да ну хотя бы экспертизу сделать не за наш счет, а за свой.

Константин Чуриков: Оксана, отразим разные сообщения.

Оксана Галькевич: Да, Костя, давай.

Константин Чуриков: Александр Кузнецов пишет: «Капец! Вот это сверхдержава с ядерной бомбой». Но Оренбургская область пишет: «Живу круглый год, СНТ «Радуга», все хорошо, с председателем повезло». Так что ситуация разная.

Оксана Галькевич: Разная.

Константин Чуриков: У нас в студии был Федор Мезенцев, исполнительный директор Союза дачников. Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Да, спасибо большое.

Ну а мы не прощаемся с вами: впереди большие новости с Тимуром Уразбахтиным о событиях в стране, а мы вернемся сразу после этого, будет рубрика «Личное мнение».

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Виктория
Мы купили дом в СНТ города Кемерова. Они без моего ведома сплотить потери. Потери не маленькие 20% .Что нам делать куда обратиться? Они хотят обрубить свет

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео