Что изменится для автомобилистов с 1 июля? Обсуждаем с почетным адвокатом РФ Леонидом Ольшанским

Что изменится для автомобилистов с 1 июля? Обсуждаем с почетным адвокатом РФ Леонидом Ольшанским
Дмитрий Гордеев: Местные бюджеты – это «тришкин кафтан»: очень большие публичные функции, а средств катастрофически не хватает
Саркис Дарбинян: Если мы хотим иметь конкурентные IT-сервисы, надо раз и навсегда отказаться от репрессивного правового регулирования этой отрасли
Погашение кредитов: какую часть семейного бюджета это отнимает?
Год в сапогах: военкоматы теперь займутся новобранцами и без официальной прописки
Таганрог остался без воды. О ситуации в городе - наш корреспондент Дмитрий Андреянов
«Матчи Евро-2020 у нас совершенно точно не отберут!»
Сокращение чиновников: станет ли в стране меньше бюрократии?
Какие пенсии в России? Достойная зарплата. Пентагон нацелился на Калининград. Лишние уроки. Тату детям не игрушка!
В ожидании индексации: какие пенсии сегодня получают в регионах и на что их хватает?
Пенсионный фонд России: сколько он тратит на свои нужды? Наш сюжет
Гости
Леонид Ольшанский
почетный адвокат Российской Федерации

Иван Князев: В эфире вновь «Отражение», мы продолжаем наш эфир. К еще одной интересной теме мы сегодня переходим…

Тамара Шорникова: Я бы даже сказала, сразу к нескольким, и все они касаются автомобилистов.

Иван Князев: Да-да-да. С 1 июля для автомобилистов правительство подготовило сразу несколько нововведений. Во-первых, ДТП, совершенные водителями в пьяном виде, переходят в сегмент тяжких преступлений.

Тамара Шорникова: Да, и виновник такого ДТП может получить от 3-х до 7 лет лишения свободы вместо максимальных 4-х ранее, это если у пострадавшего будет тяжкий вред здоровью; если будет летальный исход, от 5 до 12 лет с одной жертвой и до 15, если жертв несколько. Ранее водитель за такие преступления мог получить от 2-х до 7 и от 4-х до 9 лет соответственно.

Иван Князев: Но это еще не все новости, касающиеся автомобилистов. Также с 1 июля, то есть с сегодняшнего дня, правительство не планирует продлевать соглашение о заморозке цен на бензин и дизель в оптовом сегменте. И также на недавно прошедшем Госсовете по безопасности дорог президент потребовал не прятать дорожные камеры в кусты.

Но это, мне кажется, еще на самом деле цветочки, Тамара, мы еще подготовили несколько моментов, которые будем обсуждать сегодня с нашим гостем. Сегодня у нас в гостях Леонид Дмитриевич Ольшанский, вице-президент Движения автомобилистов России, почетный адвокат Российской Федерации. Здравствуйте.

Леонид Ольшанский: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, действительно, новостей для автомобилистов много. Давайте начнем по порядку.

Леонид Ольшанский: По порядку. Значит, президент нащупал самый главный момент с камерами. Их превратили в элемент коммерции. В очень многих докладных записках прямо написано: «Просим поставить на этой дороге сто камер, это будет пополнять бюджет региона». А президент сказал: главная задача – не штрафы драть, не пополнять бюджет, не пополнять карманы, а содействовать безопасности дорожного движения.

И самое главное что он сказал? Под камерой должен быть знак «Камера». Вот мы в Думе чего добились? Раньше можно было просто машину эвакуировать, если она якобы что-то нарушает, а мы добились, что должен висеть знак «Эвакуатор». Если такого знака нет, брать нельзя, даже если там запрещается стоянка. Поэтому это очень важно, камеры должны быть открытыми и гласными, вот итог слов президента.

Тамара Шорникова: Ну что касается камер, которые, скажем, государство обслуживает, с ними все понятно, они стоят открыто, они, значит, с надписью…

Леонид Ольшанский: Нет, не имеет значения, кто обслуживает, они должны быть открыты, за этим должны следить дорожные службы, все. У нас по Конституции все равны, нет деления мое-твое, государственное-негосударственное, все. Кстати, я хочу сказать, что у меня в столе лежит пожелтелая бумажка 2003 года выпуска, заключение правового управления Государственной Думы, тогдашний старый законопроект о камерах за рулем. На вашу компанию записана машина, водитель был за рулем, а приходит компании. Поэтому с камерами не все так просто.

Тамара Шорникова: Но подождите, сейчас несмотря на то, что все должно быть по Конституции, по закону и так далее, миллион камер в кустах. Вот ты получаешь штраф – не оплачивать его? Или оплачивать и судиться, если ты не увидел камеры, не увидел надписи?

Леонид Ольшанский: Значит так, не имеет значения, в тюрьму вас посадили незаконно или штраф прислали. Если не оспаривать, будет считаться, что там все правильно. Поэтому если человек по любому вопросу с чем-то не согласен, надо оспаривать. Как? Это тема отдельной передачи: 10 суток с момента, расписался командиру батальона, если нет – суд, это отдельная у нас песня.

Иван Князев: В общем, в суд. А вот как раз-таки по поводу судов: еще одно из нововведений сейчас предлагается, Тамара, мне кажется оно действительно достаточно странным и жестким, – сейчас лишить права управления автомобилем предлагается, пока еще, слава богу, через суд, сейчас предлагают фактически лишать на месте, решение будет принимать сотрудник Государственной инспекции безопасного дорожного движения.

Леонид Ольшанский: Да.

Иван Князев: Как вы это прокомментируете? Это, по-моему, не очень хорошо.

Леонид Ольшанский: Значит, эта новация, предположение прозвучало из уст начальника одного из управлений МВД. И уже у нас есть пресс-релиз, что это его точка зрения, а не всего министерства.

Теперь мы должны что сказать? Значит, я был в рабочей группе по подготовке Кодекса об административных правонарушениях, нынешний кодекс принят в 2000 году, Владимир Владимирович Путин его подписал тогда. Одна из важнейших новаций кодекса – лишение специального права (водителя, охотника, рыболова, летчика, капитана теплохода) только через суд, а сотрудник может только направить бумаги и написать, что не так проехал, не так катер проплыл. А МВД, один из сотрудников опять-таки предложил, что инспектор на дороге будет лишать, что никуда не годится.

Иван Князев: Но мне кажется, слава богу, что они быстро спохватились и поняли, что, наверное, это противоречит нашей Конституции…

Леонид Ольшанский: Я думаю, что они прозондировали наше с вами общественное мнение, и когда они услышали от всех каналов, от всех газет и журналов, от лица авторов, экспертов негативное мнение, они включили заднюю передачу.

Иван Князев: Давайте еще одно мнение такое послушаем. Нам звонит Илья из Барнаула, автомобилист. Илья, здравствуйте. Вы нас слышите?

Зритель: Да, здравствуйте.

Иван Князев: Я так понимаю, что вы по поводу камер в кустах хотите поговорить.

Зритель: Да. Вот у нас…

Тамара Шорникова: Алло?

Зритель: Да.

Иван Князев: Да, говорите-говорите.

Тамара Шорникова: Слушаем вас, говорите.

Зритель: Да. Вот у нас в городе Барнауле камеры уже запретили, я так полагаю, потому что их нигде нет.

Тамара Шорникова: Вы их не видите физически на каком-то приложении, я не знаю, в Яндексе?

Иван Князев: Или их просто убрали?

Зритель: Их просто убрали сейчас, сейчас просто фиксированные стоят камеры, которые непосредственно снимают скорость и заблаговременно предупредительные знаки стоят.

Тамара Шорникова: Так. Вы хотите как-то уточнить это или просто порадоваться вместе с нами?

Леонид Ольшанский: Нет, я понял нашего гостя.

Иван Князев: Вы попадались или что?

Леонид Ольшанский: Я нашего гостя понял. Мысли президента у них реализованы: стоят камеры, а под ней знак, что камера. У них камер анонимных, камер спрятанных, камер, о которых человек не знает, что его снимают, нет, что они впереди всей планеты. Я понял их мысль, что у них как бы хорошие камеры, я мысль уловил вашу.

Тамара Шорникова: А как вам мысль депутатов, которые уже, собственно, оперативно предложили заменить частное владение этими камерами?

Леонид Ольшанский: Это очень правильная мысль. Значит, с детства нас учат, что не может быть частной прокуратуры, суда, уголовного розыска, ОБХССа, ФСБ, СВР, чего угодно, от участкового до генерала. Государственные органы должны быть только государственными, их функции должны осуществлять… Я даже противник того, что какие-то частные компании осуществляют эвакуацию, лепят штрафы за парковку. Все должно быть, во-первых, через российский кодекс.

Значит, классик что нам говорил много лет назад, на заре советской власти, во все учебники попало? Не может быть законности ни курской, ни рязанской, должна быть единая российская законность. Это учат на исторических факультетах, на юридических, на философских и так далее, и так далее. Поэтому никаких частных элементов быть в госслужбе не может.

Тамара Шорникова: Еще один телефонный звонок, Валентина на этот раз из Свердловской области к нам дозвонилась. Здравствуйте.

Зритель: Добрый день. Мне часто приходится ездить из Верхней Пышмы (Верхняя Пышма Свердловской области) в город Среднеуральск. Здесь небольшое расстояние, порядка 6–8 километров. И вот на этой трассе, эта дорога одна, прямая, ее никак не объедешь, других нет дорог из Верхней Пышмы в Среднеуральск. Там постоянно, не то что недели, месяцы, а там годами стоит эта камера возле заправки, после заправки, только периодически меняется местоположение этой камеры, кусты меняются. Никаких знаков, водитель, шторка, окно завесил. Закона, указа для нашего ГИБДД не существует. Единое ГИБДД, Верхняя Пышма и Среднеуральск относятся к этому ГИБДД.

Леонид Ольшанский: Я понял вопрос, вопрос понял.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Леонид Ольшанский: ГИБДД, которое бывшее ГАИ, здесь не виновато, какими бы они оппонентами ни были. ГАИ не ставил камеры. Камеры ставят городские службы, если это область, то областные службы, по коммерческому соглашению, извините за тавтологию, с коммерсантами, чтобы делить эти денежки. Поэтому нужно обратиться, понять, это территория какого города, что немедленно просим эту камеру ликвидировать, а потом, если они не ликвидируют, тогда просим поставить знак. Вы против линии президента.

Иван Князев: Мне кажется, это хорошее действие возымеет.

Леонид Дмитриевич, давайте все-таки перейдем к еще одному аспекту, к еще одному нововведению, которое с сегодняшнего дня у нас начало работать. ДТП по вине нетрезвого водителя перевели в состав тяжких преступлений, серьезные сроки там получаются в зависимости от того, какой ущерб был нанесен: если будет летальный исход, как мы говорили, от 5 до 12 лет…

Леонид Ольшанский: Да, таблица же горела для наших зрителей. Я хочу сказать, что очень много…

Иван Князев: С юридической точки зрения это…

Леонид Ольшанский: Во-первых, эта новация не прошла пару лет в Государственной Думе, был отрицательный отзыв ни много ни мало Верховного суда России.

Иван Князев: Почему?

Леонид Ольшанский: Почему? Девяносто процентов деяний в Уголовном кодексе отнесено к умышленным: купил винтовку, лег на чердак, дождался Иванов, когда Петров появится на улице, выстрелил – вот самый яркий пример умышленного убийства. Самый яркий пример неосторожного убийства: охотник в охотничьем домике чистил винтовку охотничью, перезаряжал…

Иван Князев: …застрелил соседа.

Леонид Ольшанский: …вошел другой охотник, бах! А должен был в стенку в тупую держать. Не думал, не хотел. Значит, все, что связано с ДТП, – это деяния по неосторожности. Да, проявил преступную небрежность, не имел права садиться за руль, не имел права пьянствовать…

Иван Князев: Вот, вот об этом как раз-таки и хотелось бы спросить. Такое понятие, как ответственность, у нас предусмотрено в уголовном праве?

Леонид Ольшанский: За что?

Иван Князев: Ну вот ты сел, вот ты садишься в нетрезвом виде за руль. Ты фактически должен понимать, что ты сейчас рискуешь не только своей жизнью, но и жизнью других людей.

Леонид Ольшанский: Минуточку… Правильно. Так вот у нас за то, что… Нет, если ты просто… Надо поделить вопрос.

Иван Князев: Я бы приравнял, наверное, ответственность к умышленному действию – такое возможно?

Леонид Ольшанский: Нет-нет, всегда нужно ответить на вопрос, нас учит Верховный суд, на что направлен умысел. Иванов трезвый сел за руль и поехал на красный свет – его умысел направлен побыстрее проехать, нарушить вот этот пункт, проехать на красный свет. Но неожиданно появился пешеход, и он его сбил. Или вариант №2, приведу пример: умышленное убийство, вместо оружия автомобиль. Мы с вами сели во дворе, как в одном кинофильме, человек идет, мы за ним едем, он от нас уворачивается, мы сбиваем его, назад, снова едем по нему – это умышленное убийство, просто мы избрали орудием не пистолет, не пулемет, а автомобиль. Умысел был направлен на то, чтобы нарушить правила дорожного движения, сесть пьяным за руль. Дальше. А вот если человек просто…

Иван Князев: Мы сейчас будем выяснять, кто из них больше злодей, получается?

Леонид Ольшанский: Да, а если человек… Как нас усилить наказание?

Иван Князев: Тот, кто пьяный сел за руль, или тот, кто хотел убить человека?

Леонид Ольшанский: У нас теперь, если дважды тебя поймали пьяным за рулем в течение года, но ты никого не сбил, никого не поцарапал, уже открывается уголовное дело теперь за сам факт управления в течение года дважды пьяным. Следующий вопрос: у нас за трупы на дороге в состоянии опьянения постоянно Дума ответственность усиливала. Она была до 4-х, потом до 5, в последний раз сделали за 2 трупа от 4-х до 9. Мало.

Тогда получается, что мне говорят водители? За умышленное убийство (застрелил, зарезал, взорвал) до 15, и на машине не думал, не хотел, так получилось, до 15. Так я тогда буду удирать, я буду уезжать тогда, так уже точно я здесь, а так то ли найдут, то ли нет. Вот это приведет к тому, что у нас очень много людей…

Иван Князев: …скрываться, вы считаете?

Леонид Ольшанский: Да.

Тамара Шорникова: Много SMS у нас. Я напомню нашим телезрителям, что вы можете нам так же и звонить, мы ждем ваших мнений, во-первых, по поводу всех нововведений для автовладельцев, автолюбители, профессионалы, звоните нам, рассказывайте, как к ним относитесь. И в частности, то, что сейчас обсуждаем, ответственность за вождение в нетрезвом виде, серьезно ужесточили эту ответственность, вы согласны с этим или считаете, что и этого тоже недостаточно и нужны другие методы? Потому что нам уже приходят SMS, в которых пишут, что раз поймал пьяного за рулем, неважно, сбил не сбил, просто навсегда права отобрал, человек такой не дисциплинирован, не имеет права вообще садиться за руль.

Леонид Ольшанский: Ну это такая у нас точка зрения. А у нас есть уже еще экстремистская точка зрения: траву не косишь на участке – участок отбирать.

Иван Князев: Ну понятно. А наше общество вообще готово к такому ужесточению?

Тамара Шорникова: Это дисциплинирует или это больше действительно подтолкнет скрываться?

Леонид Ольшанский: Во-первых, надо не забывать, что в Российской Федеральной от 40 до 50 миллионов частных машин, я о государственных не говорю. Средняя российская семья, опять-таки по социологии, 3 человека. Сорок на три – это сто двадцать. Значит, почти все население России втянуто в тематику автомобилистов. Фермеры не все, есть рабочие, есть врачи, есть учителя. Учителя опять-таки не все, есть другие. А вот автомобилисты почти что все. Если мать не водит машину, значит, сын водит машину; если жена не водит, муж водит или наоборот. Значит, война с автомобилистами – это дело не совсем правильное.

Иван Князев: Хорошо, но мне кажется, здесь нужно поправки определенные вносить. Если брать количество машин на семью…

Тамара Шорникова: Ты сейчас баллотируешься?

Иван Князев: Нет. Если брать количество машин на семью в больших городах или, к примеру…

Леонид Ольшанский: …в целом по России.

Иван Князев: Да, в целом по России, то там, конечно, немножко другие цифры будут. Ладно.

У нас очередной звонок, Андрей из Марий Эл нам звонит. Андрей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас.

Зритель: Я, например, за большое количество камер везде.

Иван Князев: Опять мы возвращаемся к камерам.

Зритель: Потому что наши люди недисциплинированы, как вы правильно сказали. Что творится на дорогах у нас? Тридцать-сорок тысяч человек в год в России…

Тамара Шорникова: А что у вас творится на дорогах в Марий Эл, расскажите?

Зритель: Я про Россию-матушку говорю, не про Марий Эл: 30–40 тысяч человек погибают на дорогах у нас сейчас. Я думаю, чем будет больше камер, больше штрафы, тем у нас будут люди дисциплинированнее, порядок на дорогах и все прочее.

Тамара Шорникова: Такое мнение.

Иван Князев: В общем, я так понимаю, вы выступаете за ужесточение наказаний.

Тамара Шорникова: За увеличение количества камер как минимум.

Леонид Ольшанский: Я могу ответить что? Студентам на 1 курсе опять-таки по истории просто, по истории государства и права рассказывают общеизвестный факт, что царь-батюшка в Средние века распорядился ворам отрубать руку, но чтобы неповадно было, делать это на Красной площади на Лобном месте. Так царю-батюшке подали записку на бересте, как тогда это было, что больше всего краж из карманов доверчивых россиян совершалось именно в ту секунду, когда палач отрубал руку. Когда воришку спросили: «Ты же видишь! На что ты надеялся?» А он говорит: «А я надеялся, что все смотрят туда, расслабились, и я в это время мог стырить кошелек».

Поэтому усиление наказания даже путем отрубания руки не приведет к искомому результату. Когда после Великой Отечественной войны нечего было есть, появились «черные кошки» и прочие банды, а когда наладили и в 1946 году в конце карточки отменили, постепенно и банды эти ушли. Поэтому без ликвидации истинных причин дело не взять.

Теперь я хочу…

Иван Князев: Хотелось бы еще знать, что это за причины, вот эти вот истинные.

Тамара Шорникова: Да, сейчас, секундочку.

Леонид Ольшанский: А президент нашей страны 10 лет назад сказал: «В деле безопасности дорожного движения на первом месте – строительство новых дорог, туннелей, эстакад». Мой любимый пример: я хочу нарушить, я плохой, я хочу ехать на красный свет – мы сделали развязку, и я полетел в туннель, а надо мной в перпендикулярном направлении полетели другие машины, хотел бы нарушить, да не могу. Поэтому там, где есть развязки, там нет ДТП.

Иван Князев: Успеем мы еще один звонок принять, да, Тамара?

Тамара Шорникова: Да, Евгений из Калуги. Здравствуйте.

Иван Князев: Евгений?

Зритель: Я вот что хотел сказать? Значит, у нас сейчас принят закон про 0 промилле. Человек выпил бутылку кваса или выпил даже кефира, и через 10 минут он совершил аварию. Его уже оценивают как пьяного. Есть же разница, выпил бутылку кефира или бутылку водки! Даже часто бывает так, за бутылку кефира или таблетку валидола человека лишают прав. Во-первых, это неправильно, человек выпил лекарство, там у него 0,1 или 0,5, а уже его лишают за это.

Леонид Ольшанский: Я понял.

Тамара Шорникова: Да, поняли, спасибо.

Леонид Ольшанский: Очень, очень важный аспект поднял наш зритель.

Иван Князев: С юридической точки зрения, видимо, одинаково будет, оказывается?

Леонид Ольшанский: Значит, у нас в кодексе существуют две строчки, которые только крупный специалист может понять. Одна строчка называется «Освидетельствование на состояние опьянения», а вторая строчка «Медицинское освидетельствование». Наказывается отказ от медицинского. Многие этого не знают, поэтому многим шьют отказ от медицинского.

Второе. Вот этот вот медицинский приборчик, который, к сожалению, разрешено предлагать (подчеркиваю слово «предлагать») сотрудниками ГАИ водителю, меняет свой цвет, правильно сказали нам, и валидол, и валокордин, и у кого сахарный диабет, пародонтоз, я не медик, там тысячи диагнозов. Поэтому мой совет, пользуйтесь: во-первых, никогда не дуть в трубочку из рук инспектора, я обязан ехать в больнице, едем в больницу, но в вашу трубочку я дуть не буду, выходить из машины не буду, в вашу будку-пикет не пойду, в больницу. Если дают протокол, надо писать: «Хочу в больницу». Это очень важно, у нас большинство людей… Это не кадр комедийного фильма «Самогонщики», выпал под ноги инспектора пьяный так, что идти не может. Очень много скользких ситуаций.

Иван Князев: Спасибо за совет. Это был совет от Леонида Дмитриевича Ольшанского, вице-президента Движения автомобилистов России, почетного адвоката Российской Федерации.

Тамара Шорникова: И это были темы дневного выпуска программы «Отражение». Сейчас расскажем, о чем наши коллеги будут говорить вечером.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
андрей
Ага, много там насудишься, мне прислали три штрафа за знак 3.2.7. от МАДИ, однако машина стояла на бесплатной муниципальной стоянке, я обжаловал и толку ноль! Суд сказал что нет основания не доверять гос компании,а я просто хочу избежать наказания! Вот и вся правда!!!

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски