Что нового? Иркутск, Уфа, Курск

Что нового? Иркутск, Уфа, Курск | Программы | ОТР

Региональные новости узнаем от наших корреспондентов

2020-12-22T12:47:00+03:00
Что нового? Иркутск, Уфа, Курск
На пенсию досрочно
Пенсионеры, на выход! Минтруд предлагает изменить расчёт стажа
За зарплатой – на край света
ТЕМА ЧАСА: Нуждаемость станет объективнее?
Не наотдыхались?
Северный отток партнёров
Тепло и свет подорожают?
Что нового? Как прошли праздничные выходные в Иркутске, Челябинске, Чебоксарах
Настоящий военный. Подарок к 23 февраля. «Главные документы войны». Пенсионеров попросили уйти. Медицинский туризм. «Дорогая передача». Темы недели с Сергеем Лесковым
Как выбрать подарок на 23 февраля
Гости
Татьяна Симоненкова
корреспондент ОТР (г. Курск)
Максим Окунев
корреспондент ОТР (г. Уфа)
Галина Сотникова
корреспондент ОТР (Иркутск)

Иван Князев: Ну а прямо сейчас предлагаем вам пробежаться по основным событиям в разных регионах. Помогут нам в этом наши корреспонденты. Ну и вы, друзья, конечно же, рассказывайте, что нового происходит у вас, что все обсуждают. Звоните нам в прямой эфир, поделитесь со всей страной.

Дарья Шулик: И сегодня у нас на связи Галина Сотникова из Иркутска, Максим Окунев работает в Уфе, и Татьяна Симоненкова – Курск.

Начнем с Иркутска. Галина, здравствуйте.

Галина Сотникова: Здравствуйте.

Дарья Шулик: Какие новости у вас? Рассказывайте.

Галина Сотникова: У нас перед зданием правительства областного установили виселицу.

Дарья Шулик: Однако.

Иван Князев: Ничего себе!

Галина Сотникова: Да, прямо виселицу настоящую. На ней подвесили чучело с надписью «Бизнес». И также были таблички: «Налоги», «Электроэнергия», «Кредиты». И подпись ниже: «Нет бизнес – нет налогов, нет бюджета». Таким образом…

Иван Князев: Галина, еще раз: «Бизнес» сам повесился или «Бизнес» хотят повесить?

Галина Сотникова: Это такая акция от местных предпринимателей, которые хотят показать, что те ограничительные меры, которые приняты в регионе в связи с пандемией, они просто убивают бизнес. И вот так символично наши местные предприниматели решили это показать. Также были одиночные пикеты проведены, стояли люди с табличками с надписью «Бизнес умирает».

У нас сейчас введены в основном ограничительные меры в развлекательной сфере, то есть кафе, рестораны работают до 23 часов. Например, корпоративы вообще проводить нельзя, даже днем. И ведущие, фотографы, организаторы праздников и сами сети общепита, конечно же, терпят убытки. Люди без работы сидят. Ходили и разговаривали с правительством, но пока их принесли в жертву, скажем так.

Иван Князев: Галина, такая ситуация по всей стране. А вот что с данными по коронавирусу у вас? Ну, для полноты картины.

Галина Сотникова: Для полноты картины? За сегодня выявлено еще 269 случаев. А всего с марта месяца, с начала пандемии, у нас были заражены 38 385 человек. Ну, я не знаю, как в сравнении с другими городами. Ситуация считается достаточно серьезной в нашем регионе.

Дарья Шулик: Галина, а насколько активно и с каким желанием граждане вообще соблюдают, например, масочный режим?

Галина Сотникова: Маски носят практически все. То есть люди уже начинают привыкать. Другой вопрос, что, может быть, некоторые их носят несколько символично. Тем не менее все люди ходят в масках, кто-то в очень добротных масках. Уже начинают привыкать к такому режиму.

Иван Князев: Галина, если возвращаться к бизнесу, то что сами предприниматели говорят? Есть же различные пути поддержки, в том числе от государства, которые были анонсированы еще весной, и некоторые действуют до сих пор.

Галина Сотникова: По словам предпринимателей этой сферы, они не получают никакой помощи. То есть они на полной самовыживаемости. И те, кто как раз зарабатывали в новогодние праздники, они сейчас остались без основного куска хлеба. Поэтому для них это прямо трагедия.

Иван Князев: Просто мы много раз обсуждали эту тему в прямом эфире «ОТРажения». Кстати, многие бизнесмены все-таки, как бы тяжело ни было, пытались искать какие-то возможные варианты, чтобы бизнес поддержать, искали какие-то новые ходы, новые пути.

Галина Сотникова: Ну, я думаю, наверное, что-то придумают, какие-то онлайн-мероприятия. Пока они просто просили сделать поблажки по ограничительным мерам (это было пару недель назад, но не пошли им навстречу. Ну, я думаю, как-то им придется, видимо, либо перепрофилироваться, либо решать этот вопрос.

Иван Князев: Галина, расскажите тогда, с какими ограничениями вы Новый год будете встречать и новогодние праздники.

Галина Сотникова: Ну, Новый год нам рекомендуют встречать дома, в маленьком компании. То есть рестораны работать после 23 часов не будут. И никаких крупных, обычных для нас мероприятий тоже не будет проводиться. Например, некоторые отели на Байкале даже решили просто не работать с 31-го по 3-е число, чтобы не давать повода к проверкам. Запускаются уже с 3-го числа, принимают гостей из других регионов, из городов, но опять же в ограниченном режиме – там половину номеров только можно сдавать. То есть Новый год – домашний праздник в этом году.

Иван Князев: А 1-е и 2-е?

Галина Сотникова: 1-е и 2-е? Там продолжаются еще ограничительные меры. Ну, я думаю, каждое заведение по-своему решает, как они будут работать – до 23 часов или далее. Ряд отелей продолжают работать. Просто я знаю, что по-разному подходят. Ну, стараются соблюдать меры – кто-то в силу своей осознанности, а кто-то в силу боязни штрафов достаточно высоких.

Иван Князев: Понятно, да. Галина, спасибо вам большое.

Дарья Шулик: Спасибо.

Иван Князев: Ситуация более чем серьезная, конечно же, как мы понимаем. Какие-то еще события у вас происходят? Какие еще новости? Чем поделитесь?

Галина Сотникова: Чем поделюсь? Ну, тем не менее у нас к Новому году каждый по-своему готовится, какими-то маленькими компаниями. Вот дайверы, например, тоже думают все же поставить елочку, на дне планируют ее установить. То есть все равно людям хочется праздника, так или иначе стараются что-то делать.

Иван Князев: Понятно.

Дарья Шулик: Новогодняя елочка на дне. Спасибо, Галина.

Иван Князев: Спасибо.

Дарья Шулик: Это была Галина Сотникова из Иркутска.

А мы переходим в Уфу, на связи у нас Максим Окунев. Максим, вам слово.

Максим Окунев: Здравствуйте, Иван, Дарья.

Хотелось бы начать свой обзор с оперативной информации. Сегодня республиканская станция переливания крови вновь начала свою работу после пожара. Накануне там произошло возгорание на верхних этажах – как раз там, где находится одна из бактериологических лабораторий. Эвакуировали тогда порядка 40 человека – это сотрудники станции и те доноры, первые доноры, которые с утра пришли. Тушили пожар примерно три часа. Спустя некоторое время сообщили, что запасы крови и плазмы, в том числе антиковидной плазмы, которой запасаются, не были повреждены, однако часть инструментов в лаборатории все-таки была уничтожена огнем. Тем не менее работа возобновлена, потому что помимо той лаборатории, которая была повреждена, еще есть несколько, и это позволяет также принимать доноров в том же количество.

Предварительной причиной пожара источники называют короткое замыкание электропроводки из-за мороза. Вчера, когда этот пожар случился, как раз в этот момент на улице в Уфе было минус 30 градусов. Прокуратура сейчас ведет проверку, почему так случилось, почему из-за мороза у нас «летит» электропроводка.

Также хотелось бы о текущих новостях вокруг коронавируса в нашем регионе рассказать. Ситуация с пандемией остается достаточно напряженной. Ежедневный прирост составляет порядка 150 человек. Каждый день умирает около… вернее, каждый день умирает не меньше двух человек. При этом власти, судя по их заявлениям, которые они делают, достаточно спокойно относятся ко всей этой ситуации.

Например, вчера заявление было, что пандемия идет в нормальном ключе, так скажем. Например, обязательная самоизоляция для пожилых и тех, кто имеет хронические заболевания, сократила количество заболевших среди этих категорий граждан. Для них сейчас введен запрет вообще на выход из дома, в том числе за продуктами, продукты им возят волонтеры.

По официальным данным, коек в стационарах тоже хватает. Сегодня новый ковид-госпиталь в Стерлитамаке начал принимать пациентов. Его построили чуть больше чем за два месяца. Центр вмещает порядка 400 пациентов. В Минздраве заявили, что уже давно укомплектовали новый штат этого инфекционного госпиталя. При этом сообщают, что в целом в городе Стерлитамаке (а это второй по величине город республики) фиксируется большой отток медицинских кадров. За этот год из первичного звена ушли порядка 57 специалистов: терапевты, педиатры, фельдшеры. Это те медики, с которыми прежде всего, приходя в поликлинику, в больницу, встречаемся.

Также в лидерах этого антирейтинга среди наших городов и районов города Салават и Учалы. Причинами такого отток медиков называют низкие зарплаты, конечно же, стремление работать в частных клиниках, где сейчас спрос на специалистов большой. И все та же пандемия виновата. Дело в том, что многие молодые специалисты переезжают в большие города и переквалифицируются для работы в тех же самых ковид-госпиталях. Например, если в Стерлитамаке минус 57 специалистов, то в той же Уфе, в большом городе, плюс 200 за этот год. Там, как известно, и зарплаты выше, и дополнительные выплаты при работе с инфицированными пациентами.

Еще одной причиной, так скажем, оттока кадров называется отсутствие жилищных условий. Не секрет, что после окончания университета многие молодые медики на стартовую зарплату не могут позволить себе не то что купить, а даже снять жилье в том же Стерлитамаке. Коллеги?

Иван Князев: Максим, а расскажите о разнице зарплат у медицинских работников в Уфе, например, и в Стерлитамаке. Сколько там получают, а сколько там?

Максим Окунев: Безусловно, многое зависит от стажа. Молодые специалисты стремятся, может быть, в Уфу устроиться, потому что стаж в тех же республиканских крупных клиниках рассчитывается несколько по-другому. То есть через год повышение возможно уже на 50–70% от той стартовой зарплаты. В клиниках муниципальных в том же самом Стерлитамаке скорость такого повышения более медленная, то есть возможен рост через три года, через пять лет. Поэтому вот так и происходит.

Иван Князев: Максим, ну а «ковидные» платят хоть? Вовремя все?

Максим Окунев: У нас в начале месяца были проблемы с выплатами тех самых ковидных денег, которые предоставляются из федерального центра. Буквально вчера на оперативном совещании в правительстве заявили, что все «ковидные» выплаты, в том числе в тех муниципалитетах, которые называли проблемными, то есть там врачи больше всего возмущались, они выплачены.

Иван Князев: Максим, спасибо вам большое. Максим Окунев из Уфы был. Галина, прошу прощения, вы бы не могли сейчас печатать?

Дарья Шулик: Мы слышим, как вы печатаете.

Иван Князев: Потому что мы в прямом эфире, и наши телезрители все это дело слышат. Это немножко отвлекает и мешает.

Галина Сотникова: Простите, извините.

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам большое.

Ну а сейчас дадим слово Татьяне Симоненковой. Татьяна, здравствуйте.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Татьяна Симоненкова: Здравствуйте, коллеги.

У нас пока, к сожалению, сохраняется динамике по COVID. Сегодня новых случаев – 179. Я сегодня хочу вам рассказать такие резонансные истории о нашей курской медицине, актуальные.

У нас Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту смерти 14 пациентов курского роддома, перепрофилированного под ковидарий. Там в начале ноября еще сломался газификатор, из-за чего в срочном порядке почти 40 человек переводили в другие медучреждения. Курскздрав сразу по горячим следам провел внутреннюю проверку. И она показала, что подача кислорода не прекращалась, что перевозили только тяжелых пациентов, и это не сказалось на их состоянии.

Я общалась с родственниками умерших. У них своя версия и хронология событий. Например, вдова, сейчас признанная потерпевшей, она говорит о том, что это не единственный факт поломки, о котором она слышала. И также она негативно отзывается о методах лечения и ухода. Она показала заключение, где в причинах смерти фигурируют виды шока. То есть, по ее словам, муж именно задохнулся. После этого публичного эмоционального выступления родственников появилась информация, что в Курске пройдет уже проверка Росздравнадзора. Ну и объективности ради скажу, что причинно-следственная связь между поломкой газификатора и смертями будет доказана или опровергнута правоохранителями. А пока продолжается следствие.

Иван Князев: Ну да, здесь, конечно же, сложно что-либо комментировать, нужно дождаться официальных итогов расследования. Татьяна, какие еще новости у вас?

Татьяна Симоненкова: Ну, я немножко еще про один инцидент из ковидария. Пока обсуждали эту новость, внезапно появилось видео в Сети из другого ковидария – это больница скорой медицинской помощи. Там пациенты с коронавирусом лежали в теплой одежде и в шапках, потому что было холодно. Эти жалобы потом подтвердились. Оказалось, что некоторые окна не меняли около 30 лет, и вот до такой степени в них задувало. Сейчас говорят о том, что в палатах поддерживают температуру на уровне 22–23 градуса. Всем пациентам выдали теплые одеяла. Ну и сейчас в «красной» зоне проблематично что-либо сделать, но обещают, что именно завтра приедут строители, и они утеплят окна, поменяют уплотнитель.

Иван Князев: Спасибо большое.

Дарья Шулик: Спасибо.

Иван Князев: Ну, видим, что люди, пациенты лежат в шапках, в теплой одежде. Это как раз тема…

Дарья Шулик: …тема, о которой мы будем говорить в 13:20. Как раз мы будем обсуждать тепло в наших квартирах, в домах, в том числе в муниципальных учреждениях.

Иван Князев: Тема дня у нас это сегодня.

Дарья Шулик: Спасибо, коллеги. У нас были на связи Максим Окунев, Татьяна Симоненкова и Галина Сотникова.

Иван Князев: Послушаем наших телезрителей.

Дарья Шулик: Анна из Рязани. Анна, слушаем вас.

Иван Князев: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я из Рязани. У нас все хуже и хуже. Пенсионерам ничего не делает хорошего Любимов. В Москве хоть что-то делают. У нас капремонт – пять месяцев горячей воды нет. С меня лично взяли 10 тысяч. Отрезали трубы горячей и холодной воды. И сказали: «Не заплатишь – не будет воды». С соседки 25 тысяч взял. Выиграли тендер чеченцы. В общем, ничего он нам не сделали, наворотил, все поломал. И воды горячей нет пять месяцев.

Иван Князев: Прошу прощения, давайте еще раз уточним. Вам сделали капремонт, а после этого пять месяцев нет воды, но требуют, чтобы вы все это оплачивали?

Зритель: Прежде чем мне сделать, я уже оплатила. Он пришел, отрезал трубы и сказал: «Плати деньги, иначе без воды будешь». А я женщина, 66 лет, я испугалась и ему все заплатила. Он ничего не стал доделывать. Мало денег ему дала. Соседке все поотрезал и сказал: «Весь пол тебе нарушу», – и 25 тысяч взял, она без мужа.

Дарья Шулик: Ну, тут, наверное, только в правоохранительные органы, судя по всему, обращаться. Ситуация такая нехорошая.

Ну что же, а мы пока переходим…

Иван Князев: Я просто хотел еще в завершение несколько SMS, для того чтобы понимать картину, которая есть сейчас в наших регионах. Вот из Смоленской области нам пишут: «Вторые сутки жду врача на дом. У меня гипертонический кризис. Как думаете, дождусь или нет?» – спрашивает наш телезритель.

Дарья Шулик: Надеемся, что дождетесь.

Иван Князев: Из Московской области: «Готовимся к Новому году. Все более или менее спокойно. Масочный режим соблюдается. Ожидаем мороза». Из Коми: «Со страхом жду первых дней следующего года». Ну, необходимо, может быть, со страхом. С надеждой все-таки нужно ждать Новый год.

Дарья Шулик: С надеждой, да.

Иван Князев: И из Тюменской области SMS: «У подъезда повесили кормушку для птиц. Слетелись синички. Так интересно на них смотреть, как они играются, кушают».

Дарья Шулик: Переходим к нашей первой теме.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Региональные новости узнаем от наших корреспондентов