Что сказал Лукашенко. Как правильно трактовать громкие заявления белорусского президента?

Гости
Владимир Жарихин
заместитель директора Института стран СНГ
Богдан Безпалько
член Президиума Совета при Президенте РФ по межнациональным отношениям

Ольга Арсланова: «Скоро уйду. А в состав России не войдем – ей не нужна такая головная боль». Белорусский президент в честь годовщины переизбрания дал большое интервью и сделал несколько довольно громких и эксцентричных заявлений.

Александр Денисов: Да, Александр Григорьевич провел большую пресс-конференцию – ну, по аналогии с той, которая у нас традиционно проходит. Лукашенко был в своей манере – темпераментный, выступал с напором, точнее, с отпором. Про интеграцию с Россией, про уход с поста и про свое загадочное молчание Крыма.

Ольга Арсланова: Ну и прокомментировал, конечно, Лукашенко минувшие президентские выборы в Белоруссии, вызвавшие волну протестов в разных городах, преимущественно в Минске. «Эти выборы были демократичными, честными и справедливыми, но определенные силы готовились к государственному перевороту», – заявил Лукашенко.

Он отметил, что готов передать часть полномочий парламенту, но это произойдет после референдума по поправкам в Конституции, и он тоже будет открытым, честным и демократичным. По словам Лукашенко, для развития экономической интеграции с Россией нет необходимости политического объединения двух стран. Это к вопросу об опасении многих белорусов, что Белоруссию поглотит Россия.

Также Лукашенко отметил: власти Украины сами проложили ему дорогу в Крым, при желании он сможет сесть на самолет и полететь. Но для признания Крыма частью России Минску нужно еще одно условие.

Александр Лукашенко, президент Белоруссии: Когда последний олигарх в России признает Крым и начнет поставлять туда продукцию, за мной дело не заржавеет. Украина на это видите что творит? У меня руки развязаны – и Крым, и все остальное. Они взвыли: «Лукашенко полетит в Крым!» Так вы же закрыли пространство через Украину. Через Россию полетит? Так я же через Украину не могу полететь.

Александр Денисов: В ходе пресс-конференции Лукашенко обратил внимание, что события прошлого года многое показали в отношениях с Россией, подтолкнули друг друга к активному сотрудничеству. Да никто и не отталкивал, честно говоря. Не было бы счастья, да несчастье помогло, мол. Белоруссия никогда не была против тесного союза с Россией, но без потери государственности и суверенитета – вот такое непременное условие.

Александр Лукашенко: Мы суверенное и независимое государство. Наши люди очень ценят то, что спустя много веков мы стали суверенными и независимыми. И когда я слышу вот эти намеки «в состав России» и прочее, я всегда думаю, головой Путина думаю: «Слушай, что, еще одна головная боль нужна России? Нет». Именно президент России так это понимает. Может, мы и будем одним государством. Может, мы и будем в составе России. Может, Россия будет в составе Белоруссии. Кто его знает, как повернется дело? Говоря об интеграции, мы должны четко понимать: любая интеграция без потери государственности и суверенитета.

Александр Денисов: Вот сейчас как раз показывали корреспондента Антона Подковенко, он и задал вопрос про интеграцию – на что получил, честно говоря, такой не ответ, а тоже вопрос: «Что вы под этим подразумеваете, под этой интеграцией?» Интересный, конечно, поворот.

Все повороты обсудим с Богданом Безпалько, членом президиума Совета при президенте Российской Федерации по межнациональным отношениям. Богдан, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Богдан, здравствуйте.

Богдан Безпалько: Здравствуйте.

Александр Денисов: Богдан, сходу… Когда Лукашенко в ответ на вопрос про интеграцию спросил: «А что вы под этим подразумеваете?» – мне хотелось тут же опять перебросить, как мяч: «А вы что под этим подразумеваете?» Вот как вы думаете, что Лукашенко в принципе подразумевает под интеграцией? Государственность сохранить. При санкциях подстраховать. Экономическое сотрудничество сохранить одностороннее, субсидировать по-прежнему белорусские предприятия. То есть вот это интеграция? Или что?

Богдан Безпалько: Лукашенко под интеграцией понимает исключительно паразитирование на России. То есть нужно получать из России дешевые энергоносители, кредиты, деньги, поддержку – политическую, военную, любую другую; получать рынок сбыта для своих товаров на территории Российской Федерации. А в обмен не давать ничего, кроме слов, кроме обещаний, кроме деклараций. Эту политику давно уже окрестили «нефть в обмен на поцелуи». В его понимании это интеграция – полноценная, полновесная, экономическая. Никакой другой интеграции…

Ольга Арсланова: Ой, Богдан, вы знаете, поцелуи поцелуям – рознь. Иногда это очень ценно бывает, но в случае с Лукашенко есть вопросы. Использую его же формулировку – «головой Путина думаю». Возникло ощущение, что он головой же Путина пытается Путину же постоянно внушить ощущение угрозы, исходящей от Запада, и предложить свой поцелуй, как защиту от этой угрозы. Причем зачастую и то, и другой оказывается фикцией. Вам не показалось, что обращался Лукашенко к Путину, его головой думал и на его же реакцию рассчитывал?

Богдан Безпалько: Нет, что вы? Я не думаю, что он обращался к Путину, потому что в столь привычной хамской манере он обычно выступает исключительно перед своей аудиторией, с которой он может творить все, что хочет. Лукашенко – абсолютно распустившийся человек.

А что касается поцелуев, то, вы знаете, он же поцелуи дарит не только России, условно говоря, Путину. Он же и на Запад свои поцелуи обращает. И много чего другого он тоже Западу обещал, лишь бы сохраниться у власти. Все, что требует для себя Лукашенко – это сохранить свою практически квазимонархическую власть в Белоруссии. Он считает республику своей собственностью, людей считает своей собственностью. Он спортсменам угрожал: «Можете не возвращаться без медалей». Ты что, крепостной хозяин этих людей, что ли? С какой стати? Или пытался вывозить эту спортсменку из Токио.

Александр Денисов: Тимановскую, да.

Богдан Безпалько: В данной ситуации…

Александр Денисов: Богдан…

Богдан Безпалько: Да-да?

Александр Денисов: Насчет Олимпиады еще вернемся. Там был интересный момент.

Вы сказали про поцелуи в сторону Запада. Вы знаете, стоит ли уж так критиковать Лукашенко? Достаточно посмотреть на информационную картину в Белоруссии, что идет у них по каналам. По каналу «Беларусь 24» я регулярно смотрю новости. И в одном выпуске у них один сюжет идет за другим. Премьера «Дяди Вани». Ну, казалось бы, это пьеса нашего драматурга Антона Павловича Чехова. Так что говорит корреспондентка в стендапе, в заходе в сюжет? Она говорит: «Эта пьеса с успехом шла на сценах Чикаго, Нью-Йорка…» То есть про Москву им и в голову не приходит сказать.

Вот насчет Олимпиады. Когда пошла Олимпиада, началась Олимпиада, все спортивные новости начинались с этого. Ну, неважно – проигрываете вы, выигрываете, все равно люди рассказывали. Как вы думаете, с чего начался спортивны выпуск на канале «Беларусь 24»? С того, что два белорусских хоккеиста были призваны в НХЛ. Это подавалось как победа белорусского спорта, что вот сейчас парни будут играть в НХЛ. Богдан, я ушам своим не поверил! Что случилось с этим обществом, которое все привязывает к Западу? Если постановка, то успех на Западе. Если спортивные достижения, то это игра в НХЛ. Что случилось? Какая трансформация с белорусами произошла?

Богдан Безпалько: Вы знаете, сами по себе белорусы – люди очень хорошие и, кстати, настроенные по-прежнему и на интеграцию, и на русскую культуру, на русский язык. Но, к сожалению, их постоянно пытаются, скажем так, индоктринировать, говоря научным языком, а обывательским языком – поменять им сознание, промыть мозги. Постоянно тот же Лукашенко жаловался на то, что, дескать: «Вот смотрите – Фонд Фридриха Эберта здесь работает против нас, против меня».

А кто же ему разрешил работать в Белоруссии десятилетиями? Кто же разрешил внедрять там разного рода западные ценности, внедрять в сознание молодежи, что Европа – это хорошо, а интеграция с Россией – это плохо; что действительно все нужно мерить исключительно Западом; что постановка в Чикаго – это большой успех; что если тебя взяли гастарбайтером в НХЛ – это прекрасно, а если какие-то достижения здесь, в России, собственно говоря, получил, то это ничего не значит? Об этом даже не сообщается.

Ольга Арсланова: Но при этом российские ресурсы по низкой цене никого не оскорбляют.

Богдан Безпалько: Да, конечно. Тем более что он и сейчас опять же сказал, что, дескать, опять нужен газ, как в Смоленской области. Ну, не говоря уже о том, что Смоленская область – это наша суверенная территория, и мы можем делать там, что хотим: размещать войска, ракеты, строить заводы или, наоборот, военный полигон устроить. Здесь ведь речь еще идет и о том, что сейчас в Европе спотовые цены на газ высочайшие – они уже, по-моему, больше 500 долларов за тысячу кубометров.

И если бы Александр Григорьевич вспомнил, какие цены для Белоруссии, в общем-то, на газ, а какие цены сейчас на спотовом европейском рынке, то он бы, наверное, все-таки должен был бы задуматься о том, что у него газ очень дешевый, чрезвычайно дешевый. И благодаря этому газу неэффективная модель экономики, которую он выстроил в Белоруссии – без модернизации, соответственно, без замены энергоемких производств на менее энергоемкие и так далее, – она бы уже давным-давно рухнула, собственно говоря, в пропасть без российского рынка сбыта, куда уходит значительная часть сельскохозяйственной продукции, и прочее, и прочее.

Конечно, конечно. Да, он так и хочет. Он хочет, чтобы мы по-прежнему предоставляли все экономические преференции и льготы, но при этом, чтобы он был суверенный, независимый и делал, что хотел.

Зачем нам такая страна в качестве союзника? Ведь ничего союзнического от этого нет. Ну и хорошо. Вы хотите жить суверенно, независимо, самостоятельно? Давайте тогда торговать. Давайте общаться на равноправных, равноуважительных принципах. Но вы же не союзник. Почему мы вас должны субсидировать за счет наших налогоплательщиков?

С 2005-го по 2015 год вложили в Белоруссию только по нефтегазовым поставкам 110 миллиардов долларов. Давайте лучше в свои регионы вложим: в Тульскую область, Вологодскую, на Урал или еще куда-нибудь. Если вы не союзник нам, то тогда мы не обязаны вас субсидировать. Пожалуйста, будьте суверенны и независимы, конечно.

Александр Денисов: Богдан, тем не менее наш президент и вообще Россия не ведет в такой жесткой манере диалог с Белоруссией. Как вы думаете, почему? И как себе представляют развитие отношений в Кремле? В таком же ключе: «Ну, вот так пусть оно и будет, но все-таки…»?

Богдан Безпалько: Нет, я думаю, что на самом деле диалог, который ведется между Кремлем и Минском, он все-таки достаточно жесткий, просто он никогда не выносится на публику. Вы знаете, в отличие от Лукашенко, российское руководство – оно очень дипломатичное, и оно всегда ведет себя в рамках приличий.

Но что касается содержания Белоруссии, субсидирования, то это субсидирование явно все меньше и меньше. Мы не можем себе позволить как государство резкого обрушения российско-белорусских связей. Мы не можем себе позволить резкого превращения Белоруссии во вторую Украину, превращения в какую-то националистическую страну, где будут бегать с бело-красно-белыми флагами, сжигать, не знаю, чучела Путина или еще что-нибудь такое. Это нам не выгодно.

Поэтому, да, сейчас пока еще наше государство вынуждено поддерживать Лукашенко, но эта поддержка все меньше и меньше. Мы не субсидируем его уже на такие гигантские суммы, как раньше. Мы вынуждены это делать просто для того, чтобы там произошли какие-то позитивные трансформации, чтобы наконец-то этого человека во власти сменил кто-то другой – что пока, к сожалению, не просматривается. Он десятилетиями обещает уйти от власти. Он сколько раз уже говорил: «Я устал».

Ольга Арсланова: Богдан, подождите, я правильно вас понимаю, что российская власть заинтересована в другом белорусском президенте, по вашему мнению?

Богдан Безпалько: Я бы сказал проще: все, абсолютно все заинтересованы в другом белорусском президенте. Просто для России важно, чтобы этот человек у власти был достаточно пророссийским, чтобы он учитывал хотя бы интересы России и тех интеграционных союзов, которые она выстроила на постсоветском пространстве: Союзного государства, ЕАЭС, СНГ, ОДКБ и так далее. Если там придет к власти человек с неприемлемыми взглядами, конечно, со стороны России могут последовать какие-то действия.

Александр Денисов: Богдан…

Богдан Безпалько: Для Европы тоже было бы желательно, чтобы там был человек, ну, хотя бы просто договороспособный, не нарушающий договоренностей и принципов общепринятых.

Александр Денисов: Вы знаете, пресс-конференция Александра Лукашенко длилась 8 часов 15 минут, буквально недавно закончилась. Человек, который проводит такие большие пресс-конференции, собирается ли в скором времени уходить, как вы думаете?

Богдан Безпалько: Абсолютно нет. Господь с вами! Там, по-моему, у него из всех пор уже проросли щупальца, и они уже впились куда только возможно. Это риторика. Он десятилетиями обещал уходить. Вот можно взять его эти высказывания (кто-то составлял даже таблицу) на протяжении 10–15 лет. Он говорил: «Я уже напрезидентствовался. Мне уже хватит. Я уже устал», – и так далее. Но это ничего не значит.

Александр Денисов: Богдан, вы рассказывали у нас в эфире, что Лукашенко же, так сказать, при его покровительстве были созданы эти националистические ячейки, которые сейчас побежали с БЧБ-флагами, развернули уже против него. Но ему это было выгодно в какой-то момент, потому что они выступали против России, когда это требовалось. Разобрался он с этими националистическими группировками? Или все, они уже вышли из-под контроля? Вот сейчас Европа кусает. И как они себя поведут?

Богдан Безпалько: Он разобрался с теми ячейками, политиками, активистами, даже простыми гражданами, которые оказались ему не лояльны. Лукашенко действует по простому принципу. Он не выступает за интеграцию с Россией или даже за интеграцию с Западом. Он выступает по принципу: «Кто ко мне лично лоялен и кто не лоялен».

Вот всех, кто не лоялен по отношению к Лукашенко, постигла тяжелая судьба. Эти люди брошены в тюрьмы, подвергаются арестам, разного рода репрессиям и так далее. Ну, мы все были свидетелями того, как несколько человек просто оказались убитыми в результате воздействия неизвестных людей. Как я подозреваю, это все-таки люди, аффилированные с силовыми структурами.

То есть здесь, когда эти БЧБ-структуры вошли в противоречие с Лукашенко, да, он их разгромил. Он запретил сейчас деятельность ряда фондов западных. Но дело в том, что перед этим все эти люди чувствовали себя прекрасно. Еще в декабре 2019 года, когда планировалось обсуждение и подписание «дорожных карт» (кстати, без политической интеграции), но не на очень выгодных условиях для Белоруссии, не на тех, на которых хотел Лукашенко, он вполне допустил манифестации с крайне оскорбительными лозунгами для России, Путина и русских от националистов в Минске. И никто их тогда не бросал в автозаки, они спокойно прошлись, промаршировали, полторы-две тысячи человек. Соответственно, он говорит: «Вот смотрите – народ против интеграции, народ против «дорожных карт». Нас это не устраивает».

Ольга Арсланова: Богдан, тем не менее все, что вы говорите о Лукашенко, не влияет на мнение очень многих белорусов. Ведь согласитесь, даже если признать, что что-то подкрутили на выборах, но большинство-то за батьку. И если бы вы видели сейчас наш SMS-портал. Россияне пишут: «Отличный президент! Лукашенко прав. У них сохранена промышленность. Батька за простой рабочий народ. Пенсии в Белоруссии больше, чем в России». А как вы это объясните?

Богдан Безпалько: Эти россияне абсолютно не знают, как в реальности живут в Белоруссии. Они даже не знают, что в Белоруссии, например, прежде чем в России, повысили пенсионный возраст. Никакое производство там не сохранено. Белорусское производство сейчас находится в тяжелейшем кризисе, в кредитах, в долгах, и оно держится только благодаря российской поддержке, то есть благодаря тому, что с этих самих россиян собирают налоги и направляют их на поддержку Лукашенко и предприятий. Лукашенко торгует своими предприятиями, он их продает совершенно открыто, да тем же китайцам, например. Он сотрудничает с олигархами, с Михаилом Гуцериевым, но при этом упрекает Россию в том, что, дескать, это такая олигархическая, антисоциальная страна и так далее.

Это миф. Это образ Лукашенко, который создали его пропагандисты и который внедрили, к сожалению, в умы многих граждан России. Очень хочется верить, что где-то, за пределами нашей страны, где не просто существует справедливое государство, а где есть народный президент и так далее, и так далее. Но этого нет. Он никакой не народный президент.

Он сыну взял и купил автомобиль Tesla, да еще и соврал, что Илон Маск ему подарил. У него пять или шесть шикарных самолетов в своем личном авиапарке. У него собственный дворец есть, в котором он живет и в который он приглашает, как к себе домой. Так что это не народный президент. Это человек, который имитирует народность, который постоянно себя вот так подает, как простого рубаху-парня, колхозника, правда, в основном за счет хамства, но который абсолютно таким не является по сути.

Александр Денисов: Спасибо огромное.

Ольга Арсланова: Спасибо. Богдан Безпалько, был с нами на связи, член президиума Совета при президенте России по межнациональным отношениям.

Александр Денисов: И наш следующий собеседник – Владимир Леонидович Жарихин, заместитель директора Института стран СНГ. Владимир Леонидович?

Ольга Арсланова: Добрый вечер.

Владимир Жарихин: Да, добрый вечер.

Александр Денисов: Здравствуйте. Владимир Леонидович, хватило ли у вас терпения посмотреть всю большую пресс-конференцию, очень большую пресс-конференцию Александра Григорьевича Лукашенко?

Владимир Жарихин: Да я прочитал тезисы. Необязательно смотреть всю пресс-конференцию. Александр Григорьевич, видимо, увлекся Олимпиадой, поэтому решил тоже поставить рекорд. И он его поставил. 8 часов и 15 минут еще, по-моему, никто пресс-конференции не проводил.

Ольга Арсланова: Столько энергии!

Владимир Жарихин: Честно говоря, значительно труднее, чем читать тезисы выступления Лукашенко, было слушать вашего предыдущего гостя.

Ольга Арсланова: Что не так?

Владимир Жарихин: Все-таки, входя в такую уважаемую организацию, как Совет по национальным вопросам при президенте, так вести себя безответственно, как вел… Я не нахожу слов. В конце концов, да, про Лукашенко я тоже могу много всяких слов сказать, но сейчас Беларусь в беде, на Беларусь идет атака, откровенная атака со стороны наших врагов. И когда такая атака идет, не до того, чтобы выяснять отношения с нашим партнером. Надо его поддерживать. И я считаю, что вот такие безответственные выступления, ну, используя старую лексику, льют воду на мельницу, что называется. Вот и все.

Ольга Арсланова: Владимир Леонидович, тем не менее именно этим сейчас Россия, в общем-то, и занимается – Белоруссию поддерживают, Лукашенко поддерживают.

Владимир Жарихин: Да, Россия этим занимается. Она ведет себя ответственно. И зачастую, что называется, пропускает не всегда, в общем-то, тактичные высказывания Александра Григорьевича, зная просто его, так сказать, свойство и характер. А вот…

Александр Денисов: Владимир Леонидович, с другой стороны, что такого обидного сказал Богдан Безпалько?

Владимир Жарихин: …практически смыкаться с теми людьми, которые сейчас сидят в Польше и Литве, и пытаются снова замутить воду в Белоруссию. Вот это я вижу.

Александр Денисов: Владимир Леонидович, знаете, мы в первую очередь… Конечно, Александр Григорьевич – человек в своей манере, тут уж не поспоришь, ни прибавить ни убавить. Мы удивлялись, почему так мало (в частности, мы говорили) белорусы думают о России. Вот я приводил пример с выпуском новостей.

Хотите я вам расскажу тот контекст, в котором обычно подается Россия? У них все про Запад да про Запад. Знаете, когда всплывает Россия? Опять же «Беларусь 24», прекрасный канал, его можно смотреть. Идет уборочная в Белоруссии, рекордный урожай. И следующим же встык идет сюжет: «А в Москве пообещали, что цены на хлеб и хлебобулочные изделия не вырастут из-за того, что была жара, засуха», – и прочее.

Ольга Арсланова: Благодаря белорусам.

Александр Денисов: То есть «у соседа корова сдохла» – вот такой принцип у нас подачи новостей. Мы их не ругаем, Владимир Леонидович, а мы просто хотим понять, почему они такие и так на нас смотрят.

Владимир Жарихин: Ну почему они такие и так на нас смотрят? Потому что они такие. Потому что других, как говорил великий вождь, у нас нет ни писателей, ни союзников. И с такими союзниками надо иметь дело. Да, иногда этим союзникам прямо говорить: «Вот не туда вас занесло».

Александр Денисов: Владимир Леонидович, а союзники ли это? Вот в том-то и дело, что это тревожит.

Владимир Жарихин: Но при этом, когда союзника бьют, и бьют откровенно, уж по крайней мере не начинать, так сказать, вытаскивать всякие истории десятилетней давности, как это делал Богдан передо мной.

Ольга Арсланова: Владимир Леонидович, все-таки политики политиками, а давайте на простой народ посмотрим. Ведь молодежь белорусская редко едет в Россию на заработки. Если есть возможность – куда-нибудь в Прибалтику, в Польшу. Уезжают, понимаете? Вот что этому мы можем противопоставить?

Владимир Жарихин: Поровну ездят. И в Европу ездят. И молодцы, что ездят и зарабатывают. И к нам ездят, потому что у нас тоже неплохие зарплаты.

Ольга Арсланова: Люди жить хотят хорошо. Тут, конечно, не упрекнешь.

Владимир Жарихин: Высококвалифицированные люди, какими являются многие белорусы.

Александр Денисов: Владимир Леонидович, а меня все никак не отпускает, мне обидно за Богдана. Вы говорите, что его бьют. Да, действительно, его бьют. И сегодня же, после этой пресс-конференции, его стали кусать очередными санкциями и прочим. А не приходит ли в голову Александру Григорьевичу, что… Вот он был недоволен, спортсмены у них мало медалей завоевали. Он даже запретил показывать новости про Олимпиаду вообще напрочь! У них уехала большущая делегация журналистов, технику, деньги потратили, а они вообще ничего не показывали в эфире, потому что там одна золотая, одна серебряная и две бронзовых, по-моему.

Не приходило ему в голову, что если бы интегрированное государство, мы бы поехали одной командой – Россия и Белоруссия? А что плохого? И не было бы стыдно, мы бы гордились! Если бы у нас было интегрированное государство, никто бы не посмел сунуться, и эти БЧБ даже флаги бы не подняли на улицах. Вот это в голову не приходило союзнику?

Владимир Жарихин: Я отвечу на ваш вопрос так.

Первое. Хорошо бы, чтобы такие же претензии, принципиальные и правильные, вы высказывали бы к тому, как у нас здесь освещают иногда с каким-то барабанным боем и звоном Олимпиаду. Это первое.

Второе. А почему обязательно, действительно, нам отдельно… то есть вместе? Почему нельзя отдельно? Вот говорили, я слушал: «Ай-ай-ай, уехали ребята белорусские в НХЛ играть!» А скольких наших в НХЛ играет, не помните?

Александр Денисов: Их бессчетное количество, бессчетное, Владимир Леонидович.

Владимир Жарихин: Так а что же тогда Лукашенко-то претензии предъявлять?

Александр Денисов: Мы не гордимся этим. Это недоработка наша.

Владимир Жарихин: Мы не гордимся этим?

Александр Денисов: Я лично – нет.

Владимир Жарихин: Вы лично – нет, а все остальные – да, на других каналах. Так ведь?

Александр Денисов: Да они приезжают, когда играют за сборную, они плохо играют, Владимир Леонидович.

Владимир Жарихин: Давайте, что называется, не устраивать гамбургский счет нашим партнерам, особенно тогда, когда ну не очень любим говорить о тех же явлениях, только у нас здесь.

Ольга Арсланова: Владимир Леонидович, хорошо. Ну конечно, если претензии предъявлять и делать какие-то выводы, то только себе и о себе. Хорошо. А что Россия должна сделать для того, чтобы интеграция была настоящей, а не как сейчас?

Владимир Жарихин: Делать то, что делается сейчас. Сейчас, с моей точки зрения, делаются, в общем-то, правильные движения. Другое дело – да, Союзное государство, название оставили. Но в реальности все эти договора, которые заключаются, в том числе тот самый, который еще до сих пор не согласован, по нефтегазовым вопросам, – это, по сути, заключение соглашений между двумя тесно союзными государствами. Не в Союзном государстве, в котором государства такого соотношения, размеров, населения, ВВП ну не смогут создать наднациональные структуры (это невозможно, так сказать, практически), а именно тесный союз двух государств. И постепенно он вызревает.

И постепенно, да, со спорами, с такими попытками Лукашенко что-то у нас прихватить, да, но тем не менее мы находим общий язык. Да, Лукашенко снова попросил где-то около миллиарда долларов кредита через Евразийский банк развития, который, в общем, контролирует Россия. Это не секрет, да? Ну, наверное, надо будет дать, потому что…

Ольга Арсланова: То есть ответ на вопрос «Как усилить интеграцию?»: дать еще больше денег Белоруссии?

Владимир Жарихин: Ну что значит «еще больше»? Хорошо, я немецким товарищам однажды сказал, когда они так же, как вы, сказали, «Немецкая волна»: «А вот вы опять даете Лукашенко кредит». Я сказал: «Вы знаете, дорогие друзья, нам Лукашенко, в отличие от вас, обходится очень дешево, потому что Лукашенко попросил полмиллиарда, – тогда, – и должен нам 8 миллиардов, а Греция попросила у вас 20 миллиардов и должна 50. А страны, между прочим, по населению примерно одинаковые. Поэтому вам ваш союзник – Греция – обходится на два порядка больше, чем нам».

Александр Денисов: Спасибо, Владимир Леонидович, спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Александр Денисов: Вот такие разные точки зрения. Владимир Жарихин был у нас на связи, заместитель директора Института стран СНГ.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)