Декретное переобучение

Гости
Максим Башкатов
руководитель направления «Правовое развитие» Центра стратегических разработок
Виктория Пятница
управляющий партнер профессионального сообщества «HR -эксперты»

Анастасия Сорокина: В России создадут новые возможности для трудоустройства матерей и пенсионеров. Речь идет о женщинах с детьми до трех лет и о пожилых людях, которым после выхода на пенсию или из отпуска по уходу за ребенком нужно пройти переобучение или повысить квалификацию.

Михаил Мишустин, председатель Правительства РФ: «Подписано постановление Правительства, которое даст нашим гражданам дополнительные возможности для трудоустройства. Речь идет о женщинах с детьми до трех лет и о пожилых людях, которым после выхода на пенсию или из отпуска по уходу за ребенком нужно пройти переобучение или повысить квалификацию. Организацией таких образовательных программ занимаются государственные службы занятости в регионах. Однако до сегодняшнего дня они не имели права самостоятельно заключать договоры и выделять субсидии тем, кто непосредственно осуществляет обучение. Теперь службы занятости в регионах смогут напрямую заключать соглашения о выделении субсидий организациям или индивидуальным предпринимателям, которые ведут программы обучения и переквалификации в рамках национального проекта «Демография».

Александр Денисов: Ну, сейчас приведем конкретный пример переквалификации.

Например, житель Чебоксар Борис Гаврилов – ему 55 лет, он решил освоить новую профессию. По образованию Борис Николаевич художник, в юности работал по специальности. Потом поменял род деятельности, был охранником, «челноком», и одеждой торговал, и строительными материалами, делал мебель. И вот решил заняться профессиональным дизайном интерьера. Пройти переобучение помогли в центре занятости. Для работы Борис Николаевич купил новый компьютер. Первые заказы у него уже появились.

Борис Гаврилов, житель Чебоксар: «Мне, может быть, было проще, потому что я до этого немножко опыт имел. И опять же у меня сын программист, все-таки подскажет что-то. В дипломе написано, что я дизайнер по интерьеру и флорист. То есть это у нас бонус такой. Мы изучили еще флористику, составление букетов, какие цветы что символизируют».

Анастасия Сорокина: Сменить профессию решила и коммерческий директор Оксана Погодина. Она осталась одна с двумя детьми, больше года стояла на бирже труда, но никто не хотел брать на работу мать-одиночку. Тогда Оксана пошла на курсы социального предпринимательства в Казанском федеральном университете и открыла свою швейную мастерскую. Там работают женщины с детьми.

Оксана Погодина, руководитель швейной мастерской «Чудо Мамы»: «Мои сотрудники – это в основном многодетные женщины, мамы, которые воспитывают от трех и более детей. Есть пенсионеры у нас тоже. Есть мама, которая воспитывает детей одна. Есть мама, которая воспитывает детей-инвалидов. Находим в основном сейчас через соцсети. Когда мы чувствуем, что у нас уже пошли обороты и не хватает людей, мы просто объявляем набор».

Анастасия Сорокина: Сейчас в мастерской работают одиннадцать человек, большинство из них шьют одежду на дому. Еще пять женщин ждут, когда откроются вакансии.

Александр Денисов: Молодцы! Придумали – и дело пошло.

Тему мы обсуждаем с нашим первым экспертом. Максим Башкатов, руководитель направления «Правовое развитие» Центра стратегических разработок. Максим, добрый вечер.

Анастасия Сорокина: Максим Леонидович, добрый вечер.

Максим Башкатов: Здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Как вы понимаете? Вот это изменение действительно сейчас поможет людям себя найти, повысить свой уровень профессиональный? Что конкретно будет меняться? Ведь такая возможность и до этого существовала. Станет ли помощи больше?

Максим Башкатов: Ну, совершенно верно. Эта мера была изначально озвучена еще в феврале в рамках федерального проекта Минтруда по содействию занятости женщин. Конечно, эта тема не новая, давно обсуждается, потому что и в нашей стране, и в других стран это довольно актуальная проблема – обеспечение занятости для женщин с детьми, для пенсионеров, дискриминация при приеме на работу таких лиц. И конечно, с одной стороны, это очень популярная мера. Их можно переобучить, нанять на работу. И конечно, это нельзя не приветствовать.

С другой стороны, к сожалению, надо признать, что большого эффекта эта мера не получит. Почему? Потому что у нас просто будет большое количество переобразованных, переученных пенсионеров и матерей, которые…

Анастасия Сорокина: Но ведь сейчас говорят, что это будет опять-таки инициатива, которая… скажем так, тон этой инициативе будут задавать сами индивидуальные предприниматели, то есть потенциальные работодатели. Им нужны, например (как в сюжете наша героиня), швеи – они будут обучать специалистов по этому направлению. Просто, я так понимаю, государство это будет оплачивать.

Максим Башкатов: Смотрите. В рамках данной меры будут субсидироваться образовательные организации, которые осуществляют переобучение. Нанимать таких лиц, которые переобучились, обязанности у работодателя нет.

Более того, главная проблема как раз в этом – как заставить работодателя нанять субъекта, у которого по трудовому законодательству большое количество гарантий, который может отказаться работать во внеурочное время, у которого куча отгулов по семейным обстоятельствам, с кем нельзя расторгнуть трудовой договор. Поэтому меры в мире для таких граждан более сбалансированные.

То есть на самом деле надо не только субсидировать и вкладывать деньги в переобучение таких лиц, а делать, как это делается, например, в Европе, – вкладывать деньги в работодателей, давать им возможность нанимать таких лиц. Например, создавать корпоративные детские сады, субсидировать корпоративный транспорт, создавать летние лагеря для детей, которые будут рядом с родителями, пока они работают. В этом проблема.

Я не буду ссылаться на опыт Италии, которая сильно пострадала во время пандемии. У них очень элегантная мера была, когда давался ваучер, дай бог памяти, на полторы тысячи евро… прошу прощения, 1 200 евро, на оплату нянь, которые помогают родителям, которые во время пандемии работают. И вот с этой точки зрения, мне кажется, помощь более действенная будет именно в этом направлении, когда работодатель будет стимулироваться нанимать кроме граждан, которые потратили свое время, вложили свои силы, чтобы получить новую специализацию, новую профессию.

Александр Денисов: Максим, что касается молодых мам. Мне казалось, наоборот, проблема, когда берут на работу, то спрашивают: «В декрет собираетесь или нет, рожать?» Вот это пугает. А когда уже родила, то – пожалуйста, работай ради бога. Все, уже проблем нет, человек пришел.

Максим Башкатов: Ну, надо, во-первых, помнить, что те гарантии, которые есть для матерей до трех лет, они мало чем отличаются от беременных. Ну, те гарантии, которые предоставляются беременным сотрудницам: в частности, с ними нельзя в любой момент расторгнуть трудовой договор, привлечь к внеурочной работе, к работе в ночное время.

И вообще наше трудовое законодательство не гибкое в этом плане, даже если брать любых работников, оно дает очень много гарантий для соответствующих работников. И работодателю выгоднее страховаться от этих рисков и вообще нанимать молодых (и в этом главная проблема), которые будут более ему подчинены и более зависимы от него.

Александр Денисов: Что касается переподготовки – приведу вам конкретный пример. Есть отрасли, где это важно – раз в несколько лет проходить курсы. Это влияет и на зарплату, и на твой карьерный рост.

Например, в банковском секторе знакомой девушке нужно было пройти курсы, они стоили достаточно немало. Зарплата у нее выше 100 тысяч была, а курсы – я уж не помню – то ли полторы тысячи долларов, то ли… Ну, что-то такое. В итоге дешевле для нее было перейти в другой банк, чем проходить вот эти курсы. В этом случае было бы неплохо, если бы помогали службы занятости, потому что вот тут действительно жизненно необходимо, вот в таком случае.

Максим Башкатов: Я бы даже добавил. Дело в том, что, например, если взять опыт Германии, где довольно сильная эта социальная подоплека для работников, там работники тоже пользуются большим количеством гарантий, здесь главная идея – обеспечить в том числе и заказ на такого работника, который потратил довольно большое количество денег на переквалификацию.

Во-первых, ряд программ переквалификации субсидируются напрямую из бюджетов земель. И есть гарантия трудоустройства по различным социальным программам. Это первое. Более того, если соответствующий работодатель нанимает переквалифицированного работника, то он получает большие налоговые льготы, льготы по выплатам в социальные фонды.

Мне кажется, если мы такие меры начнем вводить, то большое количество работников захотят переквалифицироваться не только за федеральные деньги, но и за свой собственный счет, потому что они будут фактически получать гарантии трудоустройства в тех областях, в которых для государства, например, это важно.

Анастасия Сорокина: Вот сейчас уже пишут зрители, много сообщений. Во-первых, вопрос: «На кого учиться?» Заинтересовались этой инициативой. Как раз то, о чем вы говорили. Пишет нам, например, из Забайкальского края женщина: «Прошла уже переобучение по этой программе. Теперь самая главная проблема – когда откроется детский сад», – потому что все равно вопросы какие-то остаются неурегулированными.

Как вы считаете, чем нужно дополнить эту меру, чтобы она смогла действительно быть эффективной?

Максим Башкатов: Ну, во-первых, как я уже сказал, нужно стимулировать работодателей, создавать для них налоговые льготы, финансовые стимулы, чтобы нанимать пенсионеров, которые прошли переквалификацию, матерей с детьми до трех лет. Прежде всего – стараться создавать условия для дистанционной работы. Об этом сейчас очень активно говорят. Безусловно, мы должны подробно регулировать дистанционную работу и не лишить гарантии таких работников. Для матерей, например, это будет просто спасение.

И во-вторых, обеспечить, по сути, да, госзаказ для таких работников, потому что наверняка в социальной сфере, в других областях, где, например, участие государства велико, могут субсидироваться просто рабочие места для таких работников.

Александр Денисов: А как оцениваете в целом работу службы занятости? Ну, безусловно, истории разные бывают, но зачастую рассказывают, что такая схема: тебе выдают список вакансий, ты по ним обязан объехать этих работодателей. Выходит товарищ из отдела кадров и говорит: «Вы знаете, в принципе, нам никто не нужен. Давайте я вам поставлю отметку, что вы были, и езжайте дальше». Ну, на этих условиях потом возвращается безработный в центр занятости – и ему продолжают платить пособие. Он всех обошел.

Это распространенная история? Или уж не будем…

Максим Башкатов: К сожалению, я не владею такой информацией, но здесь могу поделиться таким мнением. Дело в том, что по тем источникам, которыми я владею, одна из проблем здесь связана с недостатком информации и несвоевременностью ее поступления. Как ни странно, как раз в этой области, скажем так, эта пресловутая цифровизация может быть эффективной, потому что потенциальные работники будут иметь, что называется, полный доступ ко всем возможным вакансиям, к оценке их труда, их квалификации – собственно говоря, доступ к работодателю напрямую.

Мне кажется, это очень правильная история, потому что она позволит, по сути, свести службы занятости к маркетплейсу, как это ни странно, который будет сводить работников и работодателей. И мне кажется, мы в этом плане движемся в правильном направлении.

Александр Денисов: Еще хотел у вас уточнить, вопрос про пенсионеров. Мы смотрели материал, интервью пенсионера из Чебоксар. Он рассказывал, что он пришел в службу занятости и говорит: «Я хочу быть дизайнером». А не кажется ли вам, что тут можно и скептически посмотреть? Человек поменял много профессий: он был и «челноком», и художником, и еще кем-то. И вот теперь он придумал что-то еще. Вот как в этом случае поступать работнику службы занятости? Ну что, всем мы оплатим переквалификацию? А не факт, что они там вообще будут успешными. Мало ли чего кому в голову пришло. Может, я на арфе, например, хочу в оркестре играть. Но не факт же, что я заиграю. Ну согласитесь.

Максим Башкатов: Ну а почему бы нет? На самом деле это, как мы, юристы, любим говорить, вопрос факта и права. Может быть – да. Может быть – нет.

Например, если посмотреть на иностранный опыт (то, что я знаю), то, например, в той же Германии если ты хочешь пройти переквалификацию, то ты, конечно, можешь за свои деньги пойти и обучиться хоть на арфиста, хоть на художника, бога ради.

Но проходит первичное собеседование. Есть набор неких специальностей, которые важны в данной области, в данной земле федеральной. Просто-напросто твои навыки оценивают и говорят: «Мы тебе рекомендуем развиваться в области токарного мастерства. Ты будешь шикарным токарем, а вот арфистом – вряд ли». И здесь, допустим, государство готово тебе помочь в том, чтобы устроить тебя на работу и так далее.

Если такую рекомендательную модель ввести, то она, мне кажется, будет работать. С другой стороны, нельзя, конечно, ограничивать граждан в том, чтобы они себя реализовывали. Мне кажется, это правильная история. Я знаю совершенно прекрасные примеры, когда люди, например, рабочих специальностей превращались в оперных певцов. И это не шутка, так оно действительно есть.

Все должны иметь возможности реализовать свой потенциал. Мне кажется, это самая правильная гуманистическая идея. И мы должны ей помогать.

Александр Денисов: Но это же все-таки редкая история. Тем не менее ведь возникает вопрос. Человек не смог себя реализовать до старости лет, ну уж прямо скажем. Где гарантия, что получится вот сейчас? Не возникает подозрения у вас?

Максим Башкатов: У меня? Нет. Я здесь оптимист. Я считаю, что в любом возрасте любую профессию человек имеет право поменять. Например, есть люди, с которыми я учился, которые много лет учились на юристов, а они стали… Например, моя бывшая студентка стала прекрасным режиссером. Вот захотела – поменяла профессию.

Здесь неважно, когда ты пытаешься сделать новый шаг. Главное, чтобы тебе государство создавало какие-то организационные возможности, чтобы ты этот первый шаг сделал. Это было бы гениально. Мне кажется, мы здесь не должны какие-то шоры на глаза устанавливать. Я думаю, что все будет замечательно.

Александр Денисов: Понятно, верить людям.

У нас звонок есть интересный, давайте…

Анастасия Сорокина: Николай из Пензы на связи. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот я сейчас слушаю вашу передачу, что надо переучивать пенсионеров. Не надо переучивать никого! Переучите вы пенсионера, он отработает год-два, здоровья нет – и он бросит эту работу. Надо обучать молодежь, как раньше при СССР было. Были ПТУ. Вот надо там обучать молодежь, чтобы получали специальности, на которые есть спрос.

Я тоже раньше работал. Допустим, я водитель, все категории у меня открыты. Я работал. Мне исполнилось 60 лет, думаю: «Ну, поработаю еще полгодика». Поработал я полгода – все, сердце отказало, сейчас лежу на диване.

Так что не надо переучиваться, не надо зря втирать мозги людям. Если человек может работать, то он будет работать и на пенсии потихоньку. А на основные профессии надо смолоду молодых людей обучать, и бесплатно, вот на эти ведущие профессии.

Александр Денисов: Спасибо, Николай, хорошее мнение.

Анастасия Сорокина: Спасибо.

Александр Денисов: Вот видите, Максим, Николай из Пензы, можно сказать, согласен со мной. Как раз о чем я вам и говорил.

Максим Башкатов: Я думаю, главный смысл этой меры в переучивании матерей и пенсионеров в том, чтобы повысить уровень их социальной защищенности. В этом основная логика государства – чтобы максимально сохранить их в активном трудовом возрасте.

Анастасия Сорокина: Максим, простите, из Калужской области зритель написал: «Может быть, лучше тогда повысить пенсии и пособия мамам с детьми, чем отправлять их на переобучение, чтобы они чувствовали себя более защищенными?»

Максим Башкатов: Безусловно, это альтернативный вариант. Можно получить деньги и в виде пенсий, можно их заработать. Это абсолютно разные стратегии. Их, наверное, можно сочетать в каком-то виде. Однако, насколько я понимаю, никто же не заставляет идти переучиваться соответствующих граждан.

Я не буду лукавить. Я далек от мысли, что все идут переучиваться, потому что в этом их цель и самореализация. Конечно нет. В большинстве регионов, я убежден, эта программа работает, чтобы заработать на кусок хлеба. Здесь, можно сказать, этот механизм должен существовать, потому что, я так понимаю, размер субсидий на переучивание несопоставим с размером тех денег, которые должны быть направлены на то, чтобы повысить пенсию всем пенсионерам, которые сейчас есть в России.

Александр Денисов: Ну, в любом случае должны быть разные инструменты. Спасибо большое, Максим.

Анастасия Сорокина: Спасибо. Это был Максим Башкатов, руководитель направления «Правовое развитие» Центра стратегических разработок.

А сейчас поговорим с Викторией Пятницей, управляющим партнером профессионального сообщества «HR-эксперты». Виктория Григорьевна, добрый вечер.

Виктория Пятница: Добрый вечер, дорогие коллеги.

Анастасия Сорокина: Виктория Григорьевна, HR-эксперты – это же те люди, которые как раз нанимают специалистов и точно знают, кто сейчас востребован, в ком заинтересованы. Действительно такая тяжелая ситуация у молодых мам, которые находятся в декрете, потом сложно им трудоустроиться? Или все-таки здесь больше влияет история с тем, насколько человек компетентен, какая у него квалификация?

Виктория Пятница: Вы знаете, ну давайте скажем прямо и откровенно, что сейчас в зоне риска, помимо декретных мам, помимо людей предпенсионного, «серебряного» возраста, мы все находимся в зоне риска, потому что, к сожалению, такова ситуация экономическая вокруг. Но это, наверное, такие самые незащищенные слои, поэтому…

Зависит от всего. Зависит и от мотивации человека, безусловно, от его знаний, умений и навык. В чем здесь есть, с моей точки зрения, определенные плюсы и минус? Плюс безусловный в том, что это расширение возможностей для этих людей. Если до этого мы рассматривали, то это были определенные программы, не более ста, неважно, но они определенного уровня. И когда я слышала, что обучился человек 55 лет на HR-менеджера, я понимаю, что вряд ли он куда-то с этой новой квалификацией пойдет. То есть здесь нужны именно по большей части…

Александр Денисов: То есть вы имеете в виду, что его не возьмут в таком возрасте?

Виктория Пятница: Конечно, конечно, не возьмут в таком возрасте. Опять же мы говорим, что у нас сейчас очень конкурентный рынок труда. И если у меня есть, допустим, вариант – брать ли мне персонального ассистента с опытом работы до текущего места работы в течение десяти лет или замечательную, прекрасную, с высокой мотивацией, с меньшими пожеланиями по зарплате мамочку, но имеющую только образование и не имеющую опыта работы, – ну давайте не будем лукавить и скажем прямо и откровенно: работодатель в этом отношении будет склоняться все-таки к человеку с опытом работы.

Поэтому здесь (я абсолютно согласна с Максимом) нужна поддержка, в том числе со стороны работодателей, которые готовы были бы рассматривать хотя бы в каком-то объеме. Возможно, более гибкое законодательство, позволяющее все-таки на дистанционном формате подключаться к тем или иным объемам работ.

И еще немаловажная вещь, о которой я прямо точно не могу не сказать. Вы знаете, мы все-таки идем и чиним какое-то следствие, немножко про первопричину забывая. У каждого человека… Вот показывали человека, который художник, который дизайнер, который находит себя, ощущает счастье, скажем так, уже в достаточно преклонных годах и еще зарабатывает на этом деньги. Я согласна, что это решение каждого, не надо никого заставлять. Но мы же очень много упускаем из технологии самого управления карьерой.

Ну как часто человек себе задает вопрос, а чем бы он хотел заниматься? Вот когда я понимаю, что я, например, всю жизнь хотела быть… Не знаю, я люблю готовить, например. Вот тогда я иду и получаю корочку, что я повар, кондитер, например, и реализую себя там, где я хотела бы, но еще и дополнительно умения получив. Какие-то предпринимательские знания, умения, навыки.

Вот это может помочь в большей степени – работа с работодателями и сознательное управление карьерой со стороны людей. Не только профессии научить, а и научить, как ею пользоваться, как выйти на рынок, как переговоры с работодателем провести. Мы же тоже в этом очень часто провисаем, боимся, стесняемся, не знаем как, заниженная самооценка, куча всяких вещей.

Александр Денисов: Виктория, не только молодые мамы и предпенсионеры хотят пройти переквалификацию, но еще и инвалиды. Вот Руслан из Краснодарского края к нам дозвонился. Руслан, добрый вечер.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер. У меня такой вопрос. Полгода назад, ну, восемь месяцев назад получил травму на предприятии. Как обычно, работодатель тебя не замечает после этого. Да, он выплачивает положенное тебе, но не более того. Тем не менее я еще являюсь и многодетным, у меня за три месяца до этого случая третья дочка родилась.

То, о чем вы сейчас говорите, очень интересно и полезно. Но в первую очередь полезно для тех, кто стал нетрудоспособен в довольно молодом возрасте. Мне 46 лет. И вот сейчас ничто меня не освобождает от обязанности содержать своих детей. Я прямо ищу, что я могу. У меня левая рука не работает совсем. Это помимо сопутствующих травм – позвоночник, гипертония. Я не буду долго говорить. Хотелось бы, чтобы распространилось то, что вы сейчас предложили, и на таких людей, как я, к примеру.

Александр Денисов: А вы на биржу труда вставали, Руслан?

Зритель: Нет. У меня буквально в течение… Еще я инвалидность не оформил. Вот сегодня документы пришли, медико-социальная экспертиза пришла.

Александр Денисов: Понятно.

Зритель: Я не расслышал вас.

Александр Денисов: Понятно. Спасибо, Руслан, спасибо. Интересное предложение.

Виктория, инвалидам помогают пройти переквалификацию наши центры занятости? Понятно, что разная есть инвалидность, безусловно, но тем не менее.

Виктория Пятница: Вы знаете, помощь определенная оказывается, однозначно, да. Более того, очень много всевозможных инициатив, открытых для людей с ограниченными возможностями, которые можно… Даже если погуглить, посмотреть, то есть специальные правительственные программы, которые позволяют тоже пройти переобучение.

Здесь, конечно, Руслану прямо искренне можно посочувствовать. Это ужасные обстоятельства. Тем не менее жизнь продолжается. Он прав абсолютно, нужно двигаться дальше. Смотреть, какие ограничения у тебя есть, что остается все-таки из того, что остается в возможностях реализации труда: правая здоровая рука, голова, мозги, желание, возможность думать, я не знаю, принимать какие-то решения. Смотреть, что можно было бы взять из профессиональной деятельности, поискать эти организации, которые оказывают помощь, посмотреть социальные программы.

Я могу однозначно сказать, что таким людям очень серьезное внимание со стороны нашего государства. Однозначно можно найти какие-либо варианты для себя. Руслану – точно не опускать руки и смотреть просто, что это может быть.

Александр Денисов: Спасибо, Виктория.

Анастасия Сорокина: Спасибо. Это была Виктория Пятница, управляющий партнер профессионального сообщества «HR-эксперты».

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Мамы детей до трех лет смогут освоить новую профессию или повысить квалификацию