• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Сергей Смирнов: Если бы цены жестко регулировались, то вопрос индексации всех социальных выплат у нас просто бы не стоял

Сергей Смирнов: Если бы цены жестко регулировались, то вопрос индексации всех социальных выплат у нас просто бы не стоял

Гости
Сергей Смирнов
доктор экономических наук

Константин Чуриков: Ну а сейчас поговорим о том, что же будет с родиной и с нами в наступившем 2018 году. Как вы помните, незадолго до Нового года министры, разного рода правительственные чиновники говорили наперебой о том, как резко или не очень, но все-таки хотя бы плавно будут расти разные составляющие нашей жизни: у кого-то зарплаты, у кого-то пенсии. Ради того, чтобы просто разобраться в этом и понять, кому что и насколько прибавят, мы решили сегодня, сейчас обсудить эту тему отдельно. Вот смотрите, перед вами те прибавки, которые ждут разные группы граждан.

Оксана Галькевич: Давайте посмотрим. Например, с 1 января этого года пенсии по старости у неработающих пенсионеров проиндексированы на 3.7%, что выше уровня инфляции в прошлом году, между прочим. Также проиндексированы пенсии по инвалидности, по потере кормильца. Для работавших в 2017 году пенсионеров прибавка может составить до 3-х пенсионных баллов, то есть около 245 рублей.

Константин Чуриков: Также в 2018 году ожидается индексация зарплат бюджетников, которые не были до сих пор охвачены майскими указами. Кстати, было сказано, что вот эта прибавка вплоть до 20% случится в ноябре уже наступившего года. Коснется это многих категорий – военнослужащих, многих бюджетников, скажем так.

Оксана Галькевич: Минимальный размер оплаты труда в этом году составит уже 9 489 рублей, что составляет 85% от прожиточного минимума. Я напомню, что в декабре он был на уровне 7 800, то есть прибавка весьма существенная, ощутимая, заметная.

Константин Чуриков: И еще одна составляющая: с 1 января родители при рождении или усыновлении первого ребенка и до достижения им 1.5 лет будут получать ежемесячные выплаты. Средний размер этого пособия по стране составит 10 500 рублей. Об этом говорил, как вы знаете, президент незадолго до Нового года. Получать эти деньги будут семьи, доход которых не превышает полутора прожиточных минимумов на ребенка в регионе.

Уважаемые зрители, нам хочется понять, вам какая прибавка – к вашей пенсии, к вашей зарплате – по факту нужна, для того чтобы, скажем так, свести концы с концами и еще что-то себе, что вы считаете для себя важным, позволить? – наш телефон в студию 8-800-222-00-14.

Оксана Галькевич: Я представлю нашего гостя: в студии программы "Отражение" Сергей Николаевич Смирнов, доктор экономических наук. Сергей Николаевич, здравствуйте.

Сергей Смирнов: Доброго вечера всем.

Константин Чуриков: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Сергей Николаевич, вы знаете, такой вопрос. Мы сначала-то обратили внимание на другую цифру о том, что расходы на социальную политику в этом году снизятся на 350 миллиардов рублей, да? То есть расходы снижаются на социальную политику, при этом мы такой внушительный список сейчас с Костей перечислили, прямо как из рога изобилия.

Сергей Смирнов: Из рога изобилия – вполне понятно: год выборный. И кстати, это общее… Вот если говорить о какой-то вертикали власти (вы прекрасно понимаете), это происходит не только на федеральном уровне. Ведь на самом деле Москву ждут выборы мэра, и мы прекрасно знаем, что в этом году очень сильно, реально очень сильно повысились социальные выплаты в Москве, причем гораздо больше, чем в Российской Федерации в целом. Я не говорю про детское пособие бедным, относительно бедным семьям на ребенка – это действительно серьезная прибавка. Но вот минимальный уровень оплаты труда, который вырастет на 600 рублей – согласитесь, это не так уж и много. Я понимаю, подписан сейчас указ, закон о повышении минимальной заработной платы поэтапно до прожиточного минимума, я не сомневаюсь, что он будет на самом деле реализован рано или поздно. Но это не очень большая прибавка.

По Москве прибавки действительно большие: скажем, тот же самый социальный стандарт в Москве действительно вырос очень серьезно, на 3 тысячи рублей – это не 600 к 9 тысячам, это 3 тысячи к 14 500, все-таки процент повышения гораздо больший и действительно выше инфляции. Потому что когда мы говорим про повышение, про индексацию пенсий неработающим пенсионерам на 3.7%, вы знаете, я думаю, что тут будут определенного рода обсуждения, а вот какой реально был уровень инфляции. Я не сомневаюсь, что наши уважаемые зрители и пишут, и будут звонить о том, что реально вы посмотрите, что происходит, что молоко у нас подорожало на столько-то, ну рис подешевел и так далее, были какие-то вещи. И поэтому я думаю, что большая часть пенсионеров, как мне кажется, не очень согласится, что им проиндексируют пенсию выше, чем была инфляция в 2017 году.

Оксана Галькевич: Сергей Николаевич, я-то хотела спросить вас: вот это вот снижение весьма существенное – 350 миллиардов рублей расходов на социальную политику – и в то же время повышение какой-то социальной поддержки населения, за счет чего это происходит? С одной стороны снижают… Это по каким сусекам, простите, поскребли, или это грамотное управление?

Сергей Смирнов: Вы знаете, я бы сказал… Может быть, я ошибаюсь, но есть один очень большой сусек прошлогодний. Вспомните, что в январе всем пенсионерам (не только нашим замечательным неработающим пенсионерам, но и работающим) было к пенсии добавлено 5 тысяч рублей – помните, да?

Константин Чуриков: Разовая выплата.

Сергей Смирнов: Разовая выплата, да.

Оксана Галькевич: Была, да, в январе прошлого года, по-моему.

Сергей Смирнов: Да, это было именно в январе, тогда пенсии резко скакнули вверх. А сейчас мы на самом деле, когда говорят, что у нас средняя пенсия по России в этом году, средний размер назначенной месячной пенсии больше 13 тысяч рублей – нет. На самом деле если смотреть помесячную динамику… Скажем, по ноябрю последние цифры обнародовал Росстат, до 13 тысяч мы еще не добрались. И я думаю, что помимо чисто предвыборных вещей индексация – а действительно… она пойдет не с 1 февраля, а с 1 января – это чтобы сгладить вот этот резкий провал, который безусловно произойдет в январе.

Константин Чуриков: По поводу индексаций как раз министр труда и соцзащиты Максим Топилин заявил, что, например, если пенсионер получал до Нового года 15 тысяч рублей в месяц, то после январского увеличения его пенсия станет больше всего на 555 рублей.

Сергей Смирнов: Ну вот это да.

Константин Чуриков: Тут, кстати, вопрос, что лучше – 5 тысяч сразу или 555 рублей.

Сергей Смирнов: Да-да. На самом деле лучше 500, потому что они входят в размер той пенсии, которая подлежит индексации, а 5 тысяч – это разовая выплата, она не была учтена при индексации, которая произошла с 1 января. Кстати, мне очень интересно было бы узнать: январская же пенсия у нас выплачивалась в конце декабря, как вы знаете, учитывая эти самые новогодние праздники, и мне страшно интересно, если будут звонки от неработающих пенсионеров, узнать, произведен ли им перерасчет, или он был настолько незначителен (вот эти 500, у кого-то 200 рублей, у кого-то 150), или это было абсолютно незаметно? Действительно очень интересно было бы узнать.

Оксана Галькевич: Если будут нам звонить такие люди, давайте будем задавать им этот вопрос, вы напрямую с ними тоже можете общаться.

А сейчас давайте послушаем нашего телезрителя из Ставропольского края – Сергей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Слушаем вас.

Зритель: У меня такое положение: у меня инвалидность, мне 45 лет, I группа, у меня пенсия 12 тысяч, 5 тысяч я плачу за квартиру, у меня семья, это весь наш доход, по уходу жена получает 1 200, больше у нас нет доходов.

Константин Чуриков: То есть из суммы в 13 200 на семью мы вычитаем 5 тысяч на коммуналку, получаем в остатке...

Зритель: Да.

Константин Чуриков: …6 с небольшим у вас остается. И как вы живете, простите?

Зритель: А вот так мы и живем уже 18 лет. Я травму позвоночника получил. Мы хотим хотя бы как москвичи минимальную 17 500 получать. Меня самое знаете что удивляет? Что мы живем, как будто государство в государстве: москвичи, как говорится, как будто вообще другие люди, как будто в другом государстве живут, а мы вообще как третий… Как вам сказать… Мы не люди как будто, вот меня что удивляет.

Константин Чуриков: Сергей, да нет, вы люди. Мы вот сейчас у вашего тезки Сергея Николаевича поинтересуемся, почему у нас такая "москвацентричная" политика? Почему никого не волнует…

Сергей Смирнов: Вы знаете, она не "москвацентричная"… Я никоим образом как москвич…

Оксана Галькевич: Нам об этом пишут тоже, чем москвичи лучше.

Сергей Смирнов: …не отделяю себя от других жителей страны. Но тут есть некоторые моменты. Значит, доплату к пенсии в Москве платит не федеральный бюджет, а платит бюджет города Москвы, это первый сюжет. Во-вторых, цены Москвы и прожиточный минимум все-таки выше, чем в Ставропольском крае.

Оксана Галькевич: В Ханты-Мансийском автономном округе.

Сергей Смирнов: По-моему, из Ставропольского края был звонок?

Оксана Галькевич: Да.

Сергей Смирнов: Но ниже, по-моему, чем в Ханты-Мансийском… В общем, наш мир сопоставим.

Оксана Галькевич: А пенсия в ХМАО?

Сергей Смирнов: Но в Ставрополье он все-таки несколько ниже. И кроме того, еще есть, наверное, такой момент, что в Москве тоже есть бедные, между прочим. Безусловно, правительство Москвы… Никоим образом не хочу, как говорится, расстилаться и все такое, но нужно сказать, что Москва, располагая большими ресурсами, которые формируются отнюдь не за счет того, что из регионов это уходит, отнюдь нет, но так вот устроено, что Москва является финансовым центром, что Москва является сосредоточением хозяйственной деятельности, именно управления хозяйственной деятельностью, здесь просто большие ресурсы, безусловно. Другое дело, что, как говорил Петр Аркадьевич Столыпин в свое время, все части государства должны прийти на помощь слабейшей. В этом оправдание существования государства как единого целого. Вот мне кажется, что здесь действительно есть определенного рода резервы. В конце концов… Это, наверное, моя замечательная коллега Наталья Зубаревич лучше скажет – о том, как формировать бюджет регионов, каким образом их поддерживать за счет федерального бюджета.

Константин Чуриков: Выровнять каким-то образом.

Сергей Смирнов: В том числе и с социальной…, чтобы не было таких проблем. И еще меня немножко поразило, что если это первая группа инвалидности, почему всего 12 тысяч? Вот это меня немножко удивило – по-моему, там сейчас большая сумма.

Оксана Галькевич: Может быть, там есть какая-то региональная составляющая.

Константин Чуриков: Извините, пожалуйста, а вот эта пенсия, о которой зритель говорил, индексации какой-то подлежит?

Сергей Смирнов: Да, в начале нашего получаса шел вот этот сюжет, что и пенсии по инвалидности будут проиндексированы. Но это федеральный бюджет индексирует, это не бюджет Пенсионного фонда, как мы с вами понимаем, не региональный бюджет.

Оксана Галькевич: Сергей Николаевич, такая буря сразу эмоций, столько сразу вопросов…

Сергей Смирнов: Ну я же провоцировал все-таки.

Оксана Галькевич: …после фразы, что Москва ничего не получает от регионов.

Сергей Смирнов: А, в этом смысле.

Оксана Галькевич: Полетели веселые вопросы на наш SMS-портал.

Константин Чуриков: "У нас не Российская Федерация, а Московская империя", – пишет нам Нижегородская область.

Оксана Галькевич: "А чем москвичи лучше нас?" – пишет нам Свердловская область.

Сергей Смирнов: Ничем не лучше, ничем не лучше.

Оксана Галькевич: Сергей Николаевич, скажите, пожалуйста, а вот государственная задача в рамках нашей пенсионной системы… Можно обеспечить, скажем так… Я не знаю, конечно, цены разные в регионах, не то чтобы равный уровень пенсионного обеспечения во всех регионах, но какой-то сопоставимый с нуждами и тратами этих людей?

Сергей Смирнов: Мы уже говорили о прожиточном минимуме, не раз в этой студии об этом говорили: пенсия неработающего пенсионера не может быть ниже прожиточного минимума в соответствующем субъекте Российской Федерации. Вот это социальные гарантии действительно, и государство, именно федеральный центр принял на себя ответственность за то, чтобы она не была ниже прожиточного минимума.

Оксана Галькевич: А может она быть в 2 раза выше, чем прожиточный минимум?

Сергей Смирнов: Легко.

Оксана Галькевич: Государство себе такую задачу может поставить? Потому что прожиточный минимум – это вот что-то такое ущербное в самой формулировке, чтобы хватило, чтобы не умереть.

Сергей Смирнов: Вы знаете, да, я с вами, наверное, согласен.

Оксана Галькевич: Простите, я тоже провоцирую?

Сергей Смирнов: Нет, вы не провоцируете, все абсолютно замечательно.

Константин Чуриков: Ты разжигаешь, Оксана.

Оксана Галькевич: Подкидываю дровишек.

Сергей Смирнов: На самом деле те решения по поддержке семей с детьми, у которых меньше определенной величины, там уже используется величина в 1.5 прожиточных минимума на ребенка – это тоже вы говорили здесь, писали и так далее. Это, в общем, определенный шажок, и я думаю, что рано или поздно… Я говорил, что при 2% экономического роста обеспечить 1.5 прожиточных минимума вряд ли возможно, но если создадутся такие возможности, то я понимаю, что в интересах государства постепенно повышать. Посмотрите, то же самое, это то, что происходит с минимальной заработной платой. Ведь с середины 1990-х гг. говорили, почему у нас заработная плата... Откуда у нас работающие бедные? У нас заработная плата минимальная ниже прожиточного минимума. Ну слава богу, вроде приняли решение повышать. Я понимаю, что это очень мало, что это 9 489 рублей на этот год – это очень и очень мало. Но главное, на мой взгляд, просто не отступать с этого пути, но революционных прорывов… Я опять же рискую навлечь на себя гнев наших телезрителей: революционных прорывов здесь в ближайшее время… Просто нет ресурсов, нет денег.

Константин Чуриков: Обратимся к нашему SMS-порталу – Костромская область пишет: "Надбавка издевательская. Лучше бы не повышали пенсии и не поднимали цены". Москва пишет, как ни странно: "Скорее всего, денежный дождь прольется на состоятельных чиновников, а населению придется разгребать последствия". Кстати, по этому поводу, уважаемый зритель, вы не подписались – открываю "Аргументы и факты": "Самая большая прибавка в 2018 году к пенсии ждет бывших прокуроров и следователей – их пенсии должны увеличиться сразу на 30%. Если сейчас районный прокурор в отставке получает примерно 20-22 тысячи, то со следующего года доход должен увеличиться до 26-29 тысяч рублей". Как так у нас получается?

Оксана Галькевич: Да, что это за категории такие?

Сергей Смирнов: А это отдельные сюжеты, связанные не с индексацией, а с увеличением пенсии отдельным категориям работников, в том числе работникам прокуратуры, о которых вы говорили, и так далее. Но и страховые пенсии (это мы с вами тоже не раз говорили) те, кто не обличен, скажем так, прокурорскими полномочиями, могут сейчас и получают пенсии абсолютно нормальные люди и 29, и 30 тысяч рублей. Я понимаю, что это не массово при 13 тысячах средней, но тем не менее такого рода вещи есть: просто люди много работали, много зарабатывали и никоим образом не зависели от подачи… Не были депутатами Госдумы, скажем, не были депутатами областных Дум, не были членами правительства, а просто честно работали и выполняли свой долг.

Оксана Галькевич: Переехали в Москву на пенсии, нет? И получили здесь регистрацию.

Давайте послушаем Светлану из Кургана, у нас просто уже очередь из звонков. Светлана, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер. С Новым годом вас.

Оксана Галькевич: И вас так же.

Зритель: Вот сижу и… охота сказать пару ласковых. Почему повышают вот это все – пенсию, минимальную… Я работаю в больнице, поднимают МРОТ. А сколько мы получать, интересно, будем? Мы 6 400 получали до этого, а сейчас 7 800, что ли, будем получать с вычетами или как? Мы никак понять не можем, с нашей бухгалтерией у нас идет скандал не знаю как. На МРОТ начисляются вредность, уральские, или наоборот с них снимается это все?

Константин Чуриков: Светлана, у вас там должен быть не скандал, а может быть, даже уголовное дело. Подождите секундочку, вы говорите, что получаете 6 500 – это почему?

Зритель: 6 400.

Константин Чуриков: 6 400. У вас с этой суммы еще снимают отдельно подоходный налог?

Сергей Смирнов: Это чистыми.

Зритель: Нет, мы получаем… грязными 6 400.

Оксана Галькевич: На руки, да.

Зритель: А МРОТ у нас 7 600 или сколько?

Константин Чуриков: Было 7 800, стало теперь 9 500.

Сергей Смирнов: 13% у нас подоходный налог, как известно, и плюс есть некие вычеты, я не напомню сейчас точно, какие они, пока вы не достигли определенной величины.

Зритель: Это какая определенная величина?

Сергей Смирнов: Но если 7 800 минус 13% – чуть побольше, наверное, должно быть.

Константин Чуриков: Условно говоря, около 1 тысячи снимают.

Сергей Смирнов: Да, около 1 тысячи снимают. Умножим 7 800 на 13, увидим, сколько снимают. Социальные взносы – это отдельная статья, это сюда не входит и не отражается на минимальной заработной плате. Те цифры, которые озвучены, включают только подоходный налог.

Константин Чуриков: Нет, ну извините, не повод ли еще раз вспомнить о прогрессивной шкале налогов: извините, с МРОТ снимать тысячу у человека, когда у него всего в кармане 6 тысяч в месяц остается…

Сергей Смирнов: Вы знаете, я еще раз говорю, что есть определенного рода льготы. На самом деле псевдопрогрессивная шкала: пока вы не вышли на определенный уровень – я еще раз говорю, не помню, какой – у вас снимается не 13%, а несколько меньшая величина. А вот с того месяца, когда вы переваливаете за этот порог, с вас начинают брать 13%. Вот такой сюжет у нас есть.

Оксана Галькевич: Но я правильно понимаю, что этот порог все равно ниже 10 тысяч?

Сергей Смирнов: Он не очень большой, конечно.

Константин Чуриков: Давайте послушаем звонок – это Дмитрий, Камчатка у нас на проводе. Доброй ночи, Камчатка, здравствуйте, Дмитрий.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Добрый день, уважаемые ведущие и страна. У меня такое предложение, что ли. Смотрите, такая ситуация. 3 года я работал в сфере ЖКХ, я работаю кочегаром в коммерческой организации. Точнее она как, то ли полукоммерческая и полубюджетная, то ли… Ну сфера ЖКХ, я работаю в селе на побережье. И вот что я вижу: нам повышают каждый год зарплату на 3-5%, но вместе с этим повышением зарплаты автоматически каждый год я наблюдаю повышение цен в магазинах, я наблюдаю повышение услуг ЖКХ…

Константин Чуриков: На бензин – мы знаем, что у вас бензин дорогой очень на Камчатке.

Зритель: Да, бензин сейчас у нас в селе, я слышал, до 110 рублей за литр, хотя в Петропавловске-Камчатском бензин стоит около 50 рублей, то есть у нас в 2 раза дороже на западном побережье, где я живу. То есть вот эти все повышения нивелируются повышением услуг ЖКХ, цен на продукты, на бензин. И получается, что это все ширма. А вот это повышение по поводу пенсий на 3-4% – это тоже смешно. Я не могу сказать, что я бедствую, но ни о каком реальном повышении качества жизни речь идти не может.

Константин Чуриков: Дмитрий, а скажите, пожалуйста, вот кочегар на западном побережье Камчатки сколько зарабатывает в месяц с учетом всех повышений, о которых вы говорили? Зарплата какая у вас?

Зритель: Сейчас у нас зарплата 52-53 тысячи рублей, вот такие деньги.

Оксана Галькевич: При таких расходах, при 110 за бензин и все прочее, я так понимаю, там и расходы какие-то громадные совершенно.

Константин Чуриков: Сергей Николаевич, вернемся к МРОТ. Его как-то ни шатко ни валко, по чуть-чуть повышали, понемножку, на несколько сотен рублей, а тут бух! – и сразу на 1 700 примерно, нет? Смотрите, у нас было 7 800, стало почти 9 500, то есть можно сказать, что на 1 700 единовременно с 1 января. Первый вопрос: это за счет чего? И второй вопрос: как повлияет вот это повышение на рынок труда? Помнится, госпожа Голодец говорила, что как только мы повысим МРОТ, у нас изменится ситуация с занятостью, у нас сами придут в негодность низкоквалифицированные рабочие места, или я не прав и ослышался?

Сергей Смирнов: Нет, я думаю, вы не ослышались, но, по-моему, у госпожи Голодец немножко упрощенное представление. Потому что да, повышение МРОТ, но на самом деле источники в бюджетном секторе. Да, кто-то получает, но там с этим решают просто, мы с вами об этом не раз говорили: людей переводят на неполный рабочий день. Как, кстати, вы будете сегодня обсуждать вопрос с Российской академией наук, там действительно…

Константин Чуриков: Это следующий номер нашей программы.

Сергей Смирнов: …сюжет, связанный с тем, что людей переводят на неполный рабочий день. Те же самые работники сферы услуг, те же самые почтовики в регионах России очень многие работают неполный рабочий день. Вот эта проблема решается экономией бюджетных средств.

Константин Чуриков: Секундочку, но это же президент подписал этот указ.

Сергей Смирнов: Нет, он подписал, но он не подписал, что все они должны работать полный рабочий день.

Константин Чуриков: Это слово президента. А каким образом тогда, извините?

Сергей Смирнов: А они будут получать минимальный размер оплаты труда: вот вам на полную рабочую неделю эти самые 9 500 почти, а если вы работаете половину рабочей недели, половину рабочего времени, вы будете получать свои 4 750.

Константин Чуриков: Интересно.

Сергей Смирнов: Это легко решается. А что касается второго вопроса, откуда – это уже дальше действительно выполнение указов президента, это ответственность негосударственного работодателя. Это небюджетные средства государства, а это средства конкретной фирмы, конкретного предпринимателя и так далее.

Оксана Галькевич: Сергей Николаевич, вы обратили внимание, наверное, что Дмитрий из Камчатского края сказал, что повышают у нас все время пенсии, еще что-то (здесь прибавили, там прибавили), но при этом тут же как-то, по сговору какому-то поднимаются цены, и нам об этом многие телезрители постоянно пишут. Вот скажите, в экономике на самом деле есть какие-то такие механизмы, что это так, или это действительно злая, недобрая воля вот этих розничных торговцев, поставщиков услуг?

Сергей Смирнов: Никакой недоброй воли, кроме транспорта и ЖКХ, тут нет, потому что предприниматель заинтересован в том, чтобы продать нам с вами, конечному потребителю, свой товар.

Оксана Галькевич: А как они там умудряются под этот указ президента подстроиться? Президент подписал, они тут же бац! – и цены поднимают.

Сергей Смирнов: А никак, это не синхронизировано. Мы четко знаем, что с 1 июля у нас подорожают жилищно-коммунальные услуги, это ежегодно.

Оксана Галькевич: Можно накинуть, стало быть, да?

Сергей Смирнов: Нет, на самом деле там есть ограничения, это все согласуется, процент повышения по регионам и так далее, где-то происходят корректировки, как вы знаете. Но отрегулировать свободный рынок… Если бы у нас цены жестко регулировались, то вопрос индексации всех социальных выплат у нас бы просто не стоял.

Константин Чуриков: У нас сейчас на экране написано "Денежный дождь – 2018", Краснодарский край по этому поводу пишет: "Дождь чиновникам, град людям". Архангельская область: "Мы же лишние люди, прибавка 370 рублей", – очевидно, к пенсии. И ответьте, пожалуйста, на вопрос из Брянской области: "А чем Москва лучше Брянска?"

Сергей Смирнов: А я не говорю, что Москва лучше Брянска. Она богаче? – да, безусловно, но не лучше.

Константин Чуриков: Но с ней богаче вся Россия.

Сергей Смирнов: Вы знаете, опять же, это отдельная песня, будем обсуждать вопросы региональной политики, почему у нас экономическая деятельность стягивается в Москву, а не распространяется по территории Российской Федерации.

Константин Чуриков: Хорошо. У нас нововведений много, так что мы вас еще помучаем в ближайшее время.

Сергей Смирнов: Спасибо большое. Всегда рад общению.

Оксана Галькевич: Не зли нашего любимого эксперта. Сергей Николаевич Смирнов был у нас сегодня в студии, доктор экономических наук – спасибо, Сергей Николаевич.

Сергей Смирнов: Спасибо вам.

Оксана Галькевич: Увидимся с вами в будущих наших эфирах.

Константин Чуриков: И через пару минут увидимся.

Оксана Галькевич: Программа "Отражение" не прощается с вами, увидимся еще.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты