Школьная форма: может ли она быть качественной и не дорогой

Школьная форма: может ли она быть качественной и не дорогой
Что делать, если на первом этаже дома открыли магазин, бар или круглосуточный офис?
Александр Бражко: Роспотребнадзор практически самоустранился от контроля за содержимым и товарной этикеткой
Мать-одиночку из-за частых больничных перевели на работу за 130 км от дома. По её мнению, это принуждение к увольнению
«Собственность - это не только право, но и обязанности по ее содержанию». За сорняки будут отбирать землю
Безопасный загар - миф или реальность? Советы онколога. Что такое паспорт кожи и зачем он нужен
Онкология. Блокировка банковских счетов. Рынок подержанных авто. Бензин. Работа для подростков. Промышленная политика
Рак: каждый имеет право на бесплатное обследование, лечение и реабилитацию по ОМС в крупных центрах
Алексей Рощин: Ранний детский труд поможет. Потому что хорошее образование приобрести трудно, а вот навыки пойдут на пользу
Как производят вентиляционное оборудование и системы отопления на заводе в Бронницах
Бензин снова дорожает. Это несмотря на соглашение между правительством и нефтяными компаниями
Гости
Кирилл Лукьяненко
член Общественного Совета при Уполномоченном по правам ребенка
Дмитрий Гуменюк
исполнительный директор ОАО «Тверская швейная фабрика»

Рубрика «Промышленная политика». Идеальная школьная форма - в представлении родителей и педагогов. Ведущая рубрики Марина Калинина рассказывает о тверской швейной фабрике, где уже много лет выпускают форму для учеников.

Марина Калинина: Здравствуйте. Я Марина Калинина, это рубрика «Промышленная политика», в которой мы рассказываем о российских предприятиях, производящих свою продукцию на территории нашей страны и поставляющих и за рубеж, на экспорт, и по территории России. И сегодня поговорим о производстве школьной формы. Я съездила на «Тверскую швейную фабрику», соответственно находится она в Твери. Фабрика шьет помимо школьной формы еще верхнюю мужскую одежду, пиджаки, брюки, куртки и так далее. Сняли мы сюжет на этой фабрике.

У меня сегодня в гостях Дмитрий Гуменюк, исполнительный директор «Тверской швейной фабрики», – Дмитрий, здравствуйте.

Дмитрий Гуменюк: Добрый вечер.

Марина Калинина: И Кирилл Лукьяненко, член Общественного совета при Уполномоченном по правам ребенка, – Кирилл, здравствуйте.

Кирилл Лукьяненко: Здравствуйте.

Марина Калинина: Давайте посмотрим сюжет. Правда, сразу оговорюсь, мы будем смотреть сюжет о пошиве именно мужской одежды, потому что, к сожалению, пошив школьной формы – это такое дело сезонное, уже эту школьную форму всю пошили и отправили благополучно в магазины. Но тем не менее процесс такой же, так что давайте смотреть.

СЮЖЕТ

Марина Калинина: Ну вот такой получился сюжет о «Тверской швейной фабрике». А вам, уважаемые телезрители, я хочу задать вопрос: школьная форма – «за» или «против» вы школьной формы? Пишите, пожалуйста, на номер 5445 свои ответы, в конце эфира подведем итоги. Просто пишите, «за» или «против», потом все посчитаем. Ну, естественно, можете звонить в эфир, высказывать свое мнение, а мы пока начнем нашу беседу.

Дмитрий, а что сейчас такое школьная форма? Есть ли какие-то единые стандарты вообще? Что сейчас в этой истории?

Дмитрий Гуменюк: Ну смотрите, давайте начнем с небольшой истории уже российского периода. На самом деле активная дискуссия началась где-то в 2011 году, когда в Ставрополе девочки-подростки в школу начали приходить в элементах исламского дизайна, будем так это говорить. И в этот момент началась активная дискуссия, появился закон об образовании в Российской Федерации, и там появился первый термин «одежда для обучающихся». На сегодняшний день по сути дела понятия школьной формы не существует, и это отдано на откуп соответственно директорам школ и родительскому сообществу, дальше они уже «креативят» в рамках отдельной школы самостоятельно.

Есть некоторые прецеденты по отдельным регионам, где руководство региона либо муниципалитета как-то регламентирует это, но это, к сожалению, в таких очень нерегламентированных форматах происходит. То есть, например, в Брянске были, я не знаю, есть ли сейчас, но муниципалитет для малообеспеченных родителей приобретал школьную форму, пытался приобретать у местных производителей. Это такие отдельные прецеденты, массово понятие школьной формы и применение его в Российской Федерации не существует.

Марина Калинина: Если посмотреть на эту проблему с другой точки зрения, вот Общественный совет при Уполномоченном по правам ребенка что думает по поводу школьной формы? Вообще как родители к этому относятся, чего дети хотят, как школы себя ведут?

Кирилл Лукьяненко: Ну дети к этому вопросу относятся, конечно же, по-разному. Если же мы говорим о родителях, то буквально недавно проводилось крупное исследование, по результатам которого более 80% опрошенных родителей высказались, конечно же, за необходимость наличия единой школьной формы в каждой школе. Однако, как мы на сегодняшний день опять же видим, это остается на откуп и самих школ, и родителей, и зачастую взаимопонимания у них не находится, и, как правило, просто те школы, где не происходит централизованного какого-то заказа, родители либо просто стараются придерживать своих детей такого официально-делового стиля, то есть белый верх и черный низ, либо же покупают все разную форму.

Марина Калинина: Белый верх-то не напасешься с этими детьми, каждый день стирать надо.

Дмитрий Гуменюк: Обычно на самом деле формализуется до состояния «деловой стиль» и ограничиваются какие-то цвета, это вот в регионах как законодательная база аккуратненько построена.

Марина Калинина: Какая специфика вообще пошива школьной формы? Качество ткани? Есть ли какие-то здесь нормативы?

Дмитрий Гуменюк: Ну смотрите, если обращаться к российским СанПиНам, там действительно очень большие ограничения по применяемым материалам: это в основном натуральные материалы, это соответственно у нас шерсть, полушерсть и поливискоза. Понятно, на рынке, особенно если мы говорим о продукции, произведенной не на территории Российской Федерации, а привезенной извне, это не соответствует действительности, обычно это используется полиэстер. Даже в крупных российских сетях мы видим, его видно, он прямо блестит, он хорошо гладится, за что его любят родители. Но с точки зрения гигиенических норм и правил это, к сожалению, неправильная ткань, поэтому это основная особенность. Принципиально отличия между производственным процессом, между, не знаю, мужским костюмом или женской юбкой критичного нет, даже это проще в силу того, что длина строчки короче, а технологически это практически одно и то же.

Марина Калинина: У нас есть звонок из Санкт-Петербурга, Юрий нам дозвонился. Юрий, здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Марина Калинина: Да, слушаем вас.

Зритель: Я вот по поводу школьной формы. Конечно, я за школьную форму и могу объяснить, что это, во-первых, дисциплинирует человека, понимаете, какая-то ответственность… У нас у многих молодых людей, они даже не знают, что такое чувство ответственности и дисциплины. И поэтому, когда мы были маленькие, я помню, нам школьную форму принесли, ночью мама повесила на спинку стульчика, и когда я утром встал, смотрю, фуражка такая, ремень, понимаешь, гимнастерочка – ну чудо просто!

И раздельное обязательно обучение, и у девочек… Все же опираются на то, что было раньше при царе: были девочки и мальчики отдельно, а встречались они на танцах, на балу. И за армию хочу сказать: вот, понимаете, кто не служил, то не понимает тоже ни дисциплины, ни ответственности. А молодым хочется, они же надевают там форму времен Отечественной войны…

Марина Калинина: Ну понятно, так мы от формы школьной перешли к армии постепенно…

Кирилл Лукьяненко: К танцам.

Марина Калинина: Да, и к танцам.

Кирилл, а вот вы сказали такую фразу, что школа и родители не могут договориться. Почему?

Кирилл Лукьяненко: Ну понимаете, как бы школа, может быть, и согласна, но зачастую родители по-разному относятся. То есть чьи-то родители, конечно же, согласны на то, что нужна школьная форма, кто-то не согласен. Или же наоборот, все согласны, не могут сойтись в ценовом вопросе – кто-то может себе позволить, кто-то выбирает одного производителя, у него там такая стоимость, условно говоря, они говорят, либо давайте это как-то централизованно на школу закупим, либо просто все у них будем заказывать…

Марина Калинина: Ну это тоже какая-то коррупционная составляющая, ведь кто поставщик, школа выбирает.

Кирилл Лукьяненко: Ну смотрите, здесь получается, что у нас несколько есть моментов: либо родители сами между собой договариваются, что закупают действительно один вид школьной формы у конкретного производителя и каждый сам идет покупает ее, либо же это осуществляется централизованно через школы. Здесь уже конкретно вопрос коррупционной составляющей, конечно, тоже зачастую имеется, потому что надо понимать, что школа – это должностные лица, скажем так, это определенный процесс закупок. И конечно же, здесь производители некоторые действительно заинтересованы и стараются всячески стимулировать директоров школ, чтобы они рекомендовали соответственно покупать у них.

Марина Калинина: Дмитрий, смотрите, вопрос цены, естественно, потому что есть люди более обеспеченные, есть менее обеспеченные. Насколько сейчас доступна школьная форма по цене? Соответственно, чтобы она была и качественной, и недорогой, – вообще это возможно?

Дмитрий Гуменюк: Принципиально да, на самом деле для этого есть много предпосылок. Но глобально, если мы выводим из процесса маркетинг и розницу, то мы можем существенно сэкономить. То есть там, наверное, надо говорить о производственной себестоимости где-то от 1.5- до 3-кратного роста в розничной сети от производственной себестоимости. Соответственно, если мы элиминируем вот этот вот торговый кусок, то есть, например, производитель напрямую договаривается с родительской общественностью, родительская общественность каким-то способом делает прямой заказ на предприятие, то это, конечно, может существенно сэкономить для непосредственно родителей.

Но к сожалению, в силу разных обстоятельств, в первую очередь разрозненности позиций директоров и родителей, мы как производители, есть даже Национальный союз производителей школьной формы, «Союзформа» он называется, задача которого как раз консолидировать такие условия не только на уровне родительского сообщества, но и на уровне правительства Российской Федерации, потому что правительство Российской Федерации на сегодняшний день выделяет почти 600 миллионов…

Марина Калинина: Действительно, что делает правительство Российской Федерации сейчас?

Дмитрий Гуменюк: 600 миллионов ежегодно мы получаем субсидий, не мы как производители школьной формы, а камвольные комбинаты, которые производят ткань, и тем самым мы получаем сырье существенно дешевле, чем, например, импортный полиэстер. Это хорошо, например, для крупных игроков, которые могут обеспечить то качество, о котором мы говорим, потому что игроки, которые цеховики, делают в подвале, не платят налоги и так далее, они этого качества, во-первых, не могут обеспечить, во-вторых, не могут получить эту субсидию.

Марина Калинина: Но они же тем самым цену, наверное, занижают, вам же с ними, наверное, сложно конкурировать, если они налоги не платят, ничего не платят.

Дмитрий Гуменюк: Но вот эти меры поддержки, в частности, через субсидирование сырья, достаточно неплохо последние 3 года работают, и многие крупные производители достаточно активно этим пользуются.

Марина Калинина: У нас есть еще один звонок, из Московской области Любовь нам дозвонилась. Любовь, здравствуйте, слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте. У меня внук-первоклассник учится в гимназии. У них форма обязательна. Я в принципе не против того, чтобы школьная форма, я только против того, что эти формы неудобные. Представляете, ребенок в первом классе: брюки, пиджак, тройка, галстук, все это тканевое, все это вылезает, все это сползает. Форма должна быть, как бы вам сказать, более приемлемой для детей. Это, возможно, кардиганчики трикотажные, возможно, рубашки поло, которые сидят на ребенке более удобно, чем форма из ткани.

Марина Калинина: Спасибо большое. Вот такое предложение.

Кирилл Лукьяненко: Отличное предложение. Мы на самом деле…

Марина Калинина: Есть над чем работать.

Кирилл Лукьяненко: …неоднократно обращались к руководству региона именно сделать внутренний регламент по школьной форме, где с родительским сообществом определить модельный ряд, определить цветовую гамму и этот вот регламент предложить всем, ну то есть чтобы выбор был из ограниченного числа вариантов. Это обеспечит ту самую хорошую цену, потому что на сегодняшний день, как только возникает коррупционная составляющая, когда директора договариваются с конкретными предприятиями…

Марина Калинина: …с Иваном Ивановичем…

Кирилл Лукьяненко: Да, с Иваном Ивановичем, у которого есть маленький цех, то дальше родители становятся заложниками и низкого качества, и отсутствия выбора, и так далее, и тому подобное. Это, конечно, вызывает некий негатив со стороны родители.

Марина Калинина: Кирилл, а не было бы проще, если бы на уровне государства как-то разработали какое-то законодательство, как вот было в Советском Союзе, что для всех единая форма, единый стандарт и все, чтобы не морочили голову школы родителям, родителям директорам школ и прочим?

Кирилл Лукьяненко: На самом деле эту тему уже довольно много лет поднимают, на мой взгляд, она является правильной. Более того, я считаю необходимым не просто ввести единую школьную форму, необходимо также и для повышения качества и поддержки отечественного производителя законодательно закрепить то, чтобы эта форма заказывалась исключительно у отечественного производителя. Почему? Во-первых, это поддержка российского рынка, во-вторых, это повышение качества, потому что зачастую, как коллега уже сказал, зарубежные товары не подпадают под те нормы и стандарты, которые у нас установлены по качеству школьной формы. Соответственно, если бы вот данное предложение было реализовано, на мой взгляд, все были бы довольны.

Марина Калинина: Дмитрий, а с точки зрения бизнесмена, с точки зрения предпринимателя производство школьной формы – это все-таки прибыльный бизнес, или это как хобби? Вообще в каком состоянии сейчас эта отрасль находиться?

Дмитрий Гуменюк: Ну давайте так: если говорить вообще о школьной форме, школьная форма для производителей – это такая форма закрытия отсутствия заказа зачастую. То есть мы как бы понимаем, что это массовый сегмент, есть шанс, что в последние 2 месяца лета мы это продадим. Это, знаете, напоминает продажу шампанского в начале 1990-х гг., когда к Новому году все знали, на чем заработать…

Марина Калинина: И цветы на 8 марта.

Дмитрий Гуменюк: Да, это вот примерно про это. Кто-то прогорает в этот момент… И на самом деле за последние несколько лет было какое-то количество банкротств в регионах предприятий, которые специализировались на школьной форме. Поэтому на сегодняшний день сказать, что это интересный бизнес в плане рентабельности, – это неправда, поэтому… На сегодняшний день отрасль в целом себя очень плохо чувствует в силу того, что потребительский спрос сильно поджался, а цены с 2014 года, когда произошла девальвация, сильно производители поднять не могут. И вот это, конечно, нас около 0%, 5% мы балансируем по вот этой истории.

Марина Калинина: У нас есть еще один звонок, из Ростовской области Алла нам дозвонилась. Алла, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. У меня очень интересная картина. Я сама работаю учителем в школе, я уже 30 с чем-то лет проработала в школе. И я заметила, что действительно, если дети ходят в школу в форме, они все-таки более собраны как-то, знаете, более настроены на рабочий лад.

Я вот считаю, я вот училась еще в Советском Союзе, я считаю, что действительно должна быть какая-то государственная общая единая форма. Мне кажется, что когда общее что-то, это все-таки, во-первых, объединяет. Во-вторых, за рубежом, конечно, ни в коем случае покупать не надо, потому что мало ли, что они там в форму насуют кроме синтетики, знаете, сейчас опасно все в этом плане, сотрудничать с нашими «партнерами», как говорит наш президент. Я не считаю, что они наши партнеры, мы как были врагами, так врагами и остались. Они завидуют нашим землям, мы ничему не завидуем, мы их только спасаем…

Но разговор о формах. Так вот я считаю, что действительно должен быть ГОСТ, раньше был ГОСТ, так вот ГОСТ должен быть и сейчас. Экологически чистый продукт отечественного производства, чтобы форма действительно была, вы знаете, к телу, чтобы не чесались, чтобы аллергии не происходили, чтобы это приятно было одеть. Я помню, у меня была форма, ее приятно было одевать, я вообще…, когда кто-то ходил в школу без формы.

Марина Калинина: Ну понятно, Алла, понятно ваше мнение. Вот видите.

А у вас какая-то совместная работа ведется между производителями, между Общественным советом, чтобы все-таки действительно урегулировать этот вопрос со школьной формой, чтобы были какие-то единые стандарты и все перестали мучиться от этого?

Кирилл Лукьяненко: На сегодняшний день, насколько по крайней мере мне известно, совместная данная работа не ведется, но данная тематика действительно является весьма острой. Даже, как видите, те же самые учителя поддерживают, что нужен единый образец школьной формы. По факту это действительно необходимо. Почему? Потому что это также решает вопрос определенной социальной стратификации среди учеников, поэтому здесь не только экономический аспект важен.

Марина Калинина: Тем не менее, Дмитрий, что мешает создать вот этот регламент, о котором вы говорили, хотя бы для одной области как образцово показательный, может быть…

Дмитрий Гуменюк: Ну давайте парочку ремарок к тому, что было сказано зрителями. Действительно есть исследования, которые подтверждают, что школьная форма очень сильно дисциплинирует. Я лично являюсь не сторонником введения единой формы по всей стране…

Марина Калинина: А, единой не нужно?

Дмитрий Гуменюк: Просто в силу климатических поясов, потому что у нас, условно говоря, в Коми и в Краснодаре школьная форма должна быть иной, просто холод.

Что же мешает? На сегодняшний день действительно проблема – это отсутствие диалога между родительским и учительским сообществом и производителями. В моем понимании, здесь арбитром должно стать государство в виде закона какого-то или куска, части, положения в законе об образовании, где бы на откуп регионам могли бы отдавать вот эти регламенты, где регион мог бы выбирать, с одной стороны. Но зачастую, когда мы общаемся с руководителями регионов на эту тему, встает вопрос, как обеспечивать низкозащищенные слои.

Марина Калинина: Ну понятно.

Ну что же, спасибо большое. Время пролетело как всегда незаметно. Итак, за школьную форму высказались 61%, против 39%. Так что все-таки школьная форма преимущественно для всех, для большинства людей она нужна.

Дмитрий Гуменюк, исполнительный директор «Тверской швейной фабрики», Кирилл Лукьяненко, член Общественного совета при Уполномоченном по правам ребенка, были сегодня у нас в студии. Ну а прямо сейчас производственные портреты.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео