Дмитрий Гусев: Пока у владельцев АЗС решения правительства оптимизма не вызывают

Гости
Дмитрий Гусев
вице-президент «Независимого топливного союза»

Рост цен на топливо. В январе на заправках крупных нефтекомпаний начали расти цены на бензин и дизель. Разрешенный рост составит 1,7% от декабрьского уровня. Рост цен на АЗС обусловлен тем, что с 1 января выросла базовая ставка НДС. Ситуацию на топливном рынке обсуждаем с вице-президентом Независимого топливного союза Дмитрием Гусевым.

Оксана Галькевич: Ну вот, как я уже сказала, второй рабочий день сегодня после зимних каникул, а мы снова в прямом эфире говорим о том, как изменились цены, – ну что поделаешь, так этот год начался. Мы в принципе были предупреждены, конечно, но все равно, увидев новые цены в магазине или на АЗС, например, находимся в некотором изумлении. Вот по бензину, по топливу после такого бешеного ралли в прошлом году я думаю, что многие рассчитывали, что хотя бы по достижении договоренности правительства с нефтекомпаниями минимум до марта мы забудем об изменении ценников. Но с первых минут нового года все равно последовала смена ценности, то есть смена ценников.

Александр Денисов: В соглашении, о котором ты упомянула, Оксана, есть специальный пункт о допустимом росте цен на 1.7% от декабрьского уровня. Не забываем о росте НДС, что влияет на стоимость. Таким образом, литр 92-го в среднем может сейчас подорожать уже на 71 копейку, 95-й на 76 копеек, дизель на 79. Есть и дополнительные повышающие факторы – рост акцизов и снижение экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты в рамках завершения большого налогового маневра.

Оксана Галькевич: Все эти факторы производители и продавцы, если я правильно или, может быть, неправильно понимаю, сейчас будем выяснять, перекладывают, получается, на плечи конечных потребителей, то есть на наши карманы, на наши кошельки. Каких вообще «подснежников», сюрпризов по весне нам ждать, мы сейчас попробуем выяснить у нашего гостя: в студии программы «Отражение» сегодня вице-президент «Независимого топливного союза» Дмитрий Гусев. Дмитрий, здравствуйте.

Александр Денисов: Дмитрий, здравствуйте.

Дмитрий Гусев: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Я правильно понимаю, что все равно так или иначе все перекладывается, вот эти все НДС, налоговые маневры, на плечи потребителей?

Дмитрий Гусев: Кто покупает, тот и платит, кто основной интересант, тот в итоге и будет платить за это топливо. За все налоги, за все изменения, все то, что государство внедряет, все равно в конечном итоге платят люди, потребители.

Александр Денисов: Дмитрий, вот мы еще забыли упомянуть один фактор, к которому все-таки приходится привыкать независимо от того, о чем идет речь, о зерне, о бензине, – это цены за рубежом. Как ни странно, цены за рубежом обязательно там растут и у нас подтягиваются, вот такая взаимосвязь нашей экономики и зарубежья все время влечет…

Дмитрий Гусев: Если вы хотите избавиться от этого фактора, вам стоит переехать в Северную Корею, обособленное государство от соседних экономик, там ничего не влияет. Так как мы все-таки с 1991 года внедрились в общую экономическую систему, мировую экономическую систему, потому что условно мы зависимы. То есть если, как я уже говорил, выгоднее продать соседу, то, наверное, либо будем продавать соседу, у нас будет дефицит, либо цены будут выравниваться.

Александр Денисов: Либо заградительные какие-то меры принимать.

Дмитрий Гусев: Либо принимать какие-то заградительные меры, которые в конечном итоге никогда положительного, кроме как некоего дисбаланса цен, не несут.

Александр Денисов: И тут же ударят по бюджету, естественно, по всем доходам и прочему?

Дмитрий Гусев: Ну по бюджету сложно ударить, потому что бюджет на внутреннем рынке получит в качестве акцизов, либо на внешнем рынке получит в качестве на текущий момент пошлин, то есть так или иначе бюджет в накладе не останется.

Александр Денисов: Вот я сейчас на вашем сайте нахожусь «Независимого топливного союза», тут у вас сразу пишется: «Катастрофа на топливном рынке: что ждет россиян после разморозки цен в 2019 году». То есть вот нынешнее повышение цен, можно сказать, рост, а весной нас может ждать скачок, я правильно понимаю?

Дмитрий Гусев: Мы этого не знаем, потому что по большому счету мы не знаем, как будет действовать та система компенсации акциза, которая создана правительством. То есть будем надеяться на то, что все сработает, все будет замечательно, так, как моделирования в данной ситуации не было, широкого обсуждения этой ситуации не было, мы будем надеяться на то, что демпфирующий механизм окажет свое влияние и в какой-то мере смягчит движение цен. Но мы все равно все прекрасно понимаем, что каждую весну начинается рост цен в связи с ростом потребления топлива как у нас в стране, так и за рубежом. Рост цен в силу того, что люди начинают больше ездить, появляется большая активность в сельском хозяйстве, поэтому основная задача на сегодня – это каким-то образом смягчить этот рост цен.

Александр Денисов: Еще про ремонт НПЗ весной говорят, – это тоже?

Дмитрий Гусев: Ремонт НПЗ на самом деле не очень сильно влияет, кроме как фактор на самом деле некий информационный, потому что все ремонты нефтеперерабатывающих заводов согласовываются с Минэнерго, делаются запасы. Мне кажется, по сути…

Александр Денисов: Не должны влиять?

Дмитрий Гусев: Кроме как «а, у нас встает на ремонт московский НПЗ» – ну хорошо, ну езжайте, ну 2 канистры закупите, ну 5 канистр. Не влияет это, не делает это… Да, внеплановые какие-то вещи, которые могут краткосрочно оказать влияние, потому что люди, боясь того, что будет дефицит приложения, увеличится спрос на других заводах, соответственно, увеличится цена, а так несерьезно.

Оксана Галькевич: Очень далеко уже зашли, не разобравшись с той ситуацией, которая у нас сейчас. Вы знаете, я сейчас хочу обратиться к телезрителям нашим уважаемым: друзья, у нас программа интерактивная, мы в прямом эфире, вы можете нам звонить и писать, SMS-сообщения мы принимаем, как и звонки, бесплатно совершенно.

У нас есть первый звонок, а потом я предлагаю сюжет небольшой посмотреть, но прежде Петр из Якутии. Петр, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, алло.

Александр Денисов: Да, добрый вечер.

Оксана Галькевич: Да, говорите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте.

Александр Денисов: Слушаем вас.

Оксана Галькевич: Вы в прямом эфире, Петр.

Зритель: Слышу вас. Добрый день, во-первых, с Новым годом всех хочу я поздравить. У нас в городе еще задолго до Нового года с бензином 92-м было очень проблемно, сейчас ценники подскочили, все растет. Вообще немножко непонятно, с какой целью это все делается, цены поднялись и все, в таком ожидании… Сейчас ОСАГО поднимется, штрафы поднялись, вообще все делается, в общем, для того чтобы человек просто выживал.

Оксана Галькевич: Петр, а по вашим наблюдениям, насколько подорожал у вас бензин? На те самые 2% увеличения ставки НДС, налога на добавленную стоимость, или выше?

Зритель: Ну где-то рубля на 2 подорожало. Сейчас вот 92-го не было, у нас заправлялись по 46 рублей, это был…, а сейчас 54-56 где-то стоит литр, вот так.

Оксана Галькевич: Ничего себе.

Зритель: Ну это еще… Все растет, вообще ничего не понятно, что будет дальше, это просто страшно. По-моему, о нас никто не думает.

Оксана Галькевич: Да, спасибо, это Петр из Якутии.

Вы знаете, я предлагаю сейчас посмотреть небольшой сюжет тоже как раз из двух регионов, Иркутска и Владивостока. Наши корреспонденты посмотрели, какой была цена на автозаправочных станциях в этих регионах до Нового года и что произошло сразу после боя курантов. Потом сразу вернемся в студию.

СЮЖЕТ

Александр Денисов: Ну вот звонивший перед этим зритель сказал, что непонятно, что будет дальше. Вот дальше продление моратория снова будет или нет?

Дмитрий Гусев: А никто не знает.

Оксана Галькевич: А работа какая-то сейчас ведется?

Дмитрий Гусев: Нет, работа ведется, но все рабочие группы начиная с конца января начнут продвигаться, я думаю, что мы что-то узнаем, что-то уже сможем конкретное сказать, но пока никто не знает, то есть ситуация зафиксирована до 31 марта, дальше включение демпфирующего акциза, будем смотреть, будем надеяться на то, что все будет хорошо.

Александр Денисов: Для вас «хорошо» – это что? Для нас-то понятно, это низкая цена, а для вас?

Дмитрий Гусев: Еще раз говорю: для нас хорошо – это рынок, понимаете? Я всегда говорю, что да, может быть, всегда хороша низкая цена, но как ситуация Венесуэлы показывает, совсем низкая цена не совсем хорошо. Если рыночные…

Александр Денисов: Помните, Сечин сказал, его спросили, какая цена для нас приемлемая на бензин, он сказал: «Любая». Вот для вас как независимых тоже любая?

Дмитрий Гусев: А вы поймите, что, конечно, любая. Если бы не сдерживали цену на АЗС, если бы не фиксировали… Мы же все время находимся в очень сложной ситуации, то есть, с одной стороны, рынок в виде биржи оптовой, который скачет на 30%...

Александр Денисов: На нем, кстати, еще серьезнее подросли, чем на заправках, цены.

Дмитрий Гусев: Конечно.

Оксана Галькевич: Вот, кстати, о торгах на нефтяной бирже хотели спросить.

Дмитрий Гусев: Есть фикс на стелле, то есть если этого крупный монополист, даже если его нет, мы не можем просто взять и поднять на 10 рублей цену, к нам сразу придут и скажут ай-яй-яй, с чего вы. Поэтому находясь между рынком и не рынком, дайте нам либо… Извините меня, зафиксируйте и здесь, и здесь, давайте не будем играть в рынок, либо уже сделайте рынок как нужно, и рынок сделает…

Александр Денисов: То есть на бирже и на заправках?

Дмитрий Гусев: Конечно. И то, что наше предложение о том, чтобы сделать некую максимально предельную цену от биржевой (плюс 30% максимальная наценка на стелле АЗС), соответственно с определенным месячным или полуторамесячным лагом. Соответственно, у вас цена может быть, да, и 60, она может быть и 30 в зависимости от того, как торгуется биржа.

Оксана Галькевич: То есть сейчас, согласно вашей логике, у нас в сфере продаж на АЗС рынка особого нет, потому что пытаются фиксировать…

Дмитрий Гусев: Не то что особого нет, его нет.

Оксана Галькевич: А вот на бирже, от которой, собственно, зависеть должна цена, там как раз есть рынок, и продавец определяет?

Дмитрий Гусев: Там есть баланс спроса и предложения, не продавец, а продавец и покупатель.

Оксана Галькевич: Продавец и покупатель.

Дмитрий Гусев: Потому что если продавец определяет, это не рынок, это монополизм.

Оксана Галькевич: А у нас как?

Дмитрий Гусев: У нас все-таки есть биржа, у нас не монополизм, у нас…

Оксана Галькевич: Все-таки есть биржа, хорошо. А почему тогда цены в первый день торгов выросли именно в том, что касается продажи нефтепродуктов?

Дмитрий Гусев: Ну вы не забывайте кучу психологических факторов, начиная с того, что люди 10 дней не покупали, у кого-то повышенный спрос, кто-то боится, цена просела, давайте купим, вдруг она будет расти, от этого никто не застрахован.

Александр Денисов: Может, это и не показатель?

Оксана Галькевич: Просто, знаете, разные бывают психологические факторы, кому-то чисто психологически хочется больше денег, вот он цены и поднимает, поэтому я и спрашиваю.

Дмитрий Гусев: Хорошо, кому тогда психологически больше хочется денег, если у нас курс доллара за год вырос на 20%? У нас же не обсуждается фиксация курса доллара. Почему у нас один рынок может быть свободным, и мы понимаем, кто интересанты в плавающем курсе доллара, а другой рынок должен быть фиксированным? Почему у нас нет фиксированной социальной цены на продажу долларов населению?

Александр Денисов: Но не забывайте про дедолларизацию все-таки.

Дмитрий Гусев: Ну хорошо, евро, юани, я не спорю. То есть мы…

Оксана Галькевич: У нас, вы знаете, очень много сообщений на нашем SMS-портале. Люди пишут, что подорожало, кто-то пишет, что подорожало больше, чем на 1.7%. Но вот есть один регион, Карелия пишет, что «Роснефть», цены действительно там тоже поднялись, но уложились как раз в эти допустимые рамки. И у нас есть звонок из этого региона, возможность побеседовать с потребителем. Юрий на связи с нами, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер, дорогая студия, добрый вечер, эксперт. Я не потребитель, у меня двоюродный брат работает в рыбной торговле, возит по нашим поселкам рыбу.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: Вот он мне сегодня сказал, приехал торговать к нам в поселок, что до Нового года дизель был 47.20, а с нового года на 50 копеек подняли, теперь 47 рублей 70 копеек стоит литр. И с каждого литра ему надо хотя бы… В один конец 20 литров, чтобы до нас доехать, и туда 20 литров, вот считайте арифметику.

И у меня еще другой вопрос к вашему эксперту. Почему у нас такая политика? Надо же сначала вроде как внутренний рынок наполнить, а потом внешний, а у нас как в Королевстве кривых зеркал, все внешнее, а внутреннее подождет. Прошу прощения, у меня такое мнение и впечатление.

Оксана Галькевич: Да, спасибо, Юрий. Действительно вопрос.

Дмитрий Гусев: Еще раз давайте все-таки: 1.7% – это не злобный Винки, не плохие АЗСники, а это НДС. Фактически налог поднялся, мы должны либо все компании из своей наценки платить государству, либо переложить это на потребителя, что априори делается. Поэтому тут больше или меньше, каждый определяет для себя, сколько он готов компенсировать самостоятельно, из своих доходов, если они есть, либо перекладывать уже на сторону.

По поводу насыщения рынка, по поводу своих или не своих. Все-таки при всех прочих равных мы живем же в равных экономических условиях…

Александр Денисов: С чего мы и начали.

Дмитрий Гусев: И да, я еще раз говорю, продажа на экспорт не означает того, что мы кому-то плохому что-то отдаем. Мы им все-таки продаем, на этом зарабатываем, государство в качестве налогов тоже на этом зарабатывает. Поэтому говорить о том, что мы хорошие и нам не дают, а они плохие и им дают, – на этих плохих мы зарабатываем, условно говоря, и государство в том числе.

Александр Денисов: Дмитрий, а мне вот интересно, когда с вами переговоры шли, с нефтяниками в том числе, о вот этих ценах, мораторий, заморозка, как угодно можно называть, там какой коридор называли? 1.7%, 2%? Если человек перешагнул, если компания действительно перешагнула, чем это ей грозит?

Оксана Галькевич: Нарушила договоренность.

Александр Денисов: Да. За какой порог нельзя перешагивать.

Дмитрий Гусев: Если вы помните…

Александр Денисов: Президент называл 1.5%, уже сейчас 1.7%.

Дмитрий Гусев: Нет, 1.7% – это НДС, дальше у нас рост не больше темпов инфляции поквартально, если вы помните. И, собственно, то, что в правительстве было озвучено о том, что все, кто преодолеет… Если вертикально интегрированные нефтяные компании превысят рекомендованные цены, то будет включен режим пошлин на экспорт нефтепродуктов. Ну и, соответственно, как всем остальным сказали, добро пожаловать, налоговая и антимонопольная службы будут тщательно разбираться, чем вы там занимаетесь в вашем бизнесе.

Александр Денисов: То есть есть ценовая граница, за которую перешагивать нельзя?

Дмитрий Гусев: Да, есть рекомендованные цены, за которые нельзя перешагивать.

Александр Денисов: Никто не перешагивает?

Дмитрий Гусев: Пока никто не перешагивает.

Оксана Галькевич: Александр из Сочи, давайте с ним тоже побеседуем. Александр, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер, ведущие и эксперт. Я из Сочи звоню, хотел сказать то же самое, что у нас на 70 копеек подорожало, «Роснефтью» я заправляю бензин. И еще такая новость прошла после Нового года, что в 1.5 раза упала пошлина на экспорт нефти, – это почему? Чтобы больше нефти отправляли за рубеж?

Оксана Галькевич: Да, Александр, спасибо. Ну еще раз.

Дмитрий Гусев: Нет, пошлина-то понятно, она рассчитывается исходя из среднемесячной цены. Соответственно, если у нас с 81, по-моему, до 50 почти скатилась стоимость нефти, соответственно, пошлина упала. То есть пошлина – это не какой-то фиксированный механизм, это живой механизм, рассчитывающийся за предыдущий месяц: какая средняя цена установилась, такая и пошлина, поэтому она и ушла вниз. Сейчас цена на нефть пошла, соответственно… Если среднемесячная цена будет выше, соответственно, пошлина поднимется.

Оксана Галькевич: Дмитрий, перед Новым годом, когда мы с вами встречались, там инфоповод был в общем в общем и целом тот же самый, но там еще был такой момент, что вы говорили, представитель «Независимого топливного союза», о том, что это больно ударит, вот эти вся сейсмичность на рынке, именно по независимым продавцам на топливном рынке нашей страны, по независимым автозаправочным станциям на нашем рынке. Что-то с тех пор, как появились договоренности с правительством, изменилось именно в вашем профессиональном секторе? Я не беру большие, крупные компании, которые сами добывают, сами продают, а именно вас.

Дмитрий Гусев: У нас системно нет механизма работы. Понимаете, очень сложно работать в режиме, когда вам запланировали до 31 марта, а потом что-то еще будет. Как выстраивать бизнес, когда горизонт планирования 3 месяца? Это несерьезно. Когда у нас системный подход, когда у нас будет понимание на несколько лет вперед, как это можно делать, как мы будем жить, в каких условиях, как для независимых, так и для крупных нефтяных компаний, потому что ведь не только для нас меняются условия.

Оксана Галькевич: Но крупные нефтяные компании все-таки, я так понимаю, у них запас прочности посерьезнее, они могут себе позволить что-то переждать, где-то пересидеть и проще пережить.

Дмитрий Гусев: Рано или поздно запас прочности может и у них закончиться.

Оксана Галькевич: Да, но я сейчас спрашиваю о том, как у вас обстоят дела, у ваших коллег в независимом секторе.

Дмитрий Гусев: Пока, еще раз говорю, скажем так, из зоны минуса мы вышли в зону нуля и плюса, но это не те плюсы, которые говорят о том, что можно на заработанную прибыль расширяться и развиваться, то есть это закрытие убытков предыдущего года, попытки вылавировать в минусах, закрывать за счет появившихся плюсов. И то по большому счету очень сложно говорить о том, что это произошло в рамках решений партии правительства, потому что это всегда так было: летом маржа снижалась за счет роста оптовых цен, зимой она вырастала, то есть прибыль любой сети считалась по году. То есть, скажем так, пока что-то там выравниваемся, как дальше будет, не знаю. Пока у представителей, владельцев АЗС особого оптимизма решения не вызывают.

Оксана Галькевич: Но и банкротств массовых нет, да?

Александр Денисов: То есть для вас договоренности с правительством – это не убытки?

Дмитрий Гусев: Вы понимаете, для нас договоренности с правительством в первую очередь не наша договоренность, потому что с нами не договаривались.

Александр Денисов: Договаривались крупные игроки, а вам пришлось встать вместе со всеми.

Дмитрий Гусев: Второй момент. Как показала практика многих лет, у нас любят фиксировать на пике цены. То есть, собственно, когда они должны были пойти вниз по уму и компенсироваться, мы их на пике зафиксировали.

Александр Денисов: Это был пик?

Дмитрий Гусев: Ну конечно.

Александр Денисов: И они могли пойти вниз?

Дмитрий Гусев: Ну идеально в рынке да, они могли пойти вниз. Просто если бы были рыночные цены на заправках, если бы мы могли летом поднять цену, зимой опустить цену, все было бы хорошо, но этого же никто не дает. Поэтому существует все время некая цена, от которой оптовая цена то выше, то ниже.

Александр Денисов: Так пожалуйста, опускайте, вам же никто не запрещает, поднимать нельзя.

Дмитрий Гусев: Нет, вы не забывайте еще о том, что есть понятие монопольно низкой цены: если все независимые пойдут и начнут резко опускать, там еще могут подать в антимонопольную службу за счет того, с чего вы такую низкую цену делаете. И налоговая может просчитать: если вы одна заправка, если они посчитали, что все продают, условно говоря, по цене 40 рублей, вы должны заплатить столько-то рублей налогов, вас спросят, почему вы так сильно ниже продаете. Вы недополучили прибыль, вы ушли от уплаты налогов, вам еще досчитают налог.

Оксана Галькевич: Как все сложно. Мы-то думали, понижать можно, повышать нельзя.

Ну хорошо, давайте выслушаем, успеем, у нас мало времени остается, Красноярский край, Валентин. Валентин, здравствуйте, если можно, очень-очень коротко.

Зритель: Здравствуйте. Солярка у нас стоит 50 рублей, 92-й 42-43 рубля, 95-й 45-46 рублей. До каких пор цены-то будут расти?

Оксана Галькевич: Да, спасибо. Это, видимо, даже не вопрос, это такой крик души был на самом деле.

Дмитрий Гусев: До 31-го не будут.

Оксана Галькевич: До 31-го марта подниматься больше не будут.

Я так понимаю, что мы с вами еще не раз встретимся и будем говорить, может быть, и до 31-го марта на эту тему. Спасибо. Дмитрий Гусев был в студии программы «Отражение», вице-президент «Независимого топливного союза». Спасибо.

Дмитрий Гусев: Спасибо.

Оксана Галькевич: Ну а мы не прощаемся, программа «Отражение» продолжается.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

О росте цен на топливо

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты