Дмитрий Лысков: Судя по новости о возобновлении выпуска машин с подушкой безопасности, рано начали хоронить наш автопром

Гости

Константин Чуриков: В прямом эфире программа «ОТРажение». Мы готовы выслушать и ваши мнения – достаточно просто снять трубку телефона и позвонить. Еще раз напомню номер: 8-800-222-00-14.

Ну а сейчас – «Темы дня» с Дмитрием Лысковым. У нас в студии обозреватель ОТР. Дима, привет!

Дмитрий Лысков: Здравствуйте, друзья. Как говорится, внутренних новостей заказывали? А их у меня… есть.

Константин Чуриков: Заказывали.

Дмитрий Лысков: Ну, мы вчера как раз обещали посвятить какое-то время именно внутренней повестке. Ну, у нас есть внутренняя повестка. Я вот прочитал новость шокирующую, ни больше ни меньше: Центробанк предложил обязать банки, которые перевели деньги клиента мошенникам, возвращать их в течение месяца. Вот я эту новость прочитал и прямо сказал: ешкин кот! Ну ешкин кот! Других слов-то нет. Лед тронулся просто, господа присяжные заседатели!

Сколько мы говорили про эти мошенничества, телефонные вымогателей. Люди приходят в банки и совершают десятки транзакций, переводя деньги на непонятные счеты. Банки сидят, операционисты на это дело смотрят и никаким образом этому не препятствуют. Ну, это миллион случаев, просто миллион. Открыть, я не знаю, блоги, открыть социальные сети, открыть телеграм-каналы – ну непрерывно идут на это жалобы! И мы в эфире десять раз, двадцать, тридцать, сорок раз об этом говорили. И вот наконец-то Центробанк предложил.

Константин Чуриков: Но дальше возникает сразу целый комплекс вопросов. Из какого бюджета банки это будут переводить? Вообще даже, знаешь, самые прекрасные законы у нас в стране могут иногда порой не исполняться. Как быть с этим?

Дмитрий Лысков: Ну, во-первых, из какого бюджета? Тут нужно понимать, а кто, собственно говоря, ответственен за это действие. Это принципиальный вопрос в борьбе с подобными банковскими мошенничествами. Понятно, что заблокировать IP-телефонию невозможно. Ну, это просто технология, которая позволяет подменять номера, которая позволяет действительно вымогать вот таким образом деньги. Ну, как минимум очень сложно найти самих этих телефонных мошенников.

Хотя, опять же, как показывает практика, которая критерий истины, не забудем, в особо резонансных случаях подчас находят. Мы помним, что ветерана, которого Владимир Владимирович наградил и у которого сняли деньги со счетов, нашли этих мерзавцев. И военнослужащего, погибшего в Донбассе, у его семьи списали тоже деньги мошенники – и их тоже нашли, этих мерзавцев. И это очень хорошо, что правоохранительные органы работают, у них получается брать, по крайней мере тех, кто прозванивает, курьеров, а иногда и тех, кто стоит за ними.

Но есть еще один момент. Подчас (и мы это прекрасно знаем) все эти «колл-центры» находятся вообще не на территории нашей страны. Это известно.

Константин Чуриков: Это только известно, что +7 495…

Дмитрий Лысков: На самом деле они находятся… Эту технологию подмены номеров, к сожалению, невозможно преодолеть. И каким образом это можно пресечь? Это можно пресечь, по крайней мере в той части, которая касается непосредственно работы банка с клиентом, на уровне банка. Очень просто пресечь на уровне банка! Достаточно минимального собеседования операциониста с клиентом.

Вот приходит бабушка и говорит: «Ой, доченька, мне бы перенести. Вот счет у меня тут записан на бумажечке, мне бы вот туда перевести все с моей пенсионной карточки». А почему операционисту не спросить: «Бабушка, а кто вам этот счет дал? А зачем вы собираетесь это переводить?» Нет, может быть, она хочет помочь своему внуку, который учится в институте, например, в столице. А может быть, это мошенники. И сразу же по ответу станет понятно, что и к чему. Правда?

И почему банки действительно не обязать следить за подобными действиями? В таком случае… Я не знаю, в чем конкретно предложение Центробанка. Я думаю, что дальше нам еще это объяснят.

Константин Чуриков: Это самое важное, да.

Дмитрий Лысков: Но если банк будет обязан возвращать деньги клиента, которые переведены мошенникам, я думаю, что речь идет именно об ответственности банка за подобного рода переводы.

Константин Чуриков: А вот такой вопрос. Если, например, человеку звонят такие мошенники, и он называет эти циферки, которые нельзя называть (ну, просто по незнанию, наверное)? В этом случае кто виноват – банк или этот человек?

Дмитрий Лысков: Я думаю, что до этого тоже дойдет. Сейчас пока речь идет, опять же, насколько я понимаю ситуацию, речь идет об одном конкретном моменте, когда человек приходит в кассовый зал и переводит деньги со своего счета. Тут, по крайней мере…

Константин Чуриков: А, ножками приходит, ногами?

Дмитрий Лысков: Да, да, да. Ну слушай, опять же, это действительно массово.

Константин Чуриков: Но мне кажется, что самые частые случаи – это как раз по телефону, когда звонят.

Дмитрий Лысков: Не согласен, не согласен. По телефону – речь идет о суммах, как правило, не очень больших. А самые резонансные мошенничества как раз относятся к ситуациям, когда человеку звонят и говорят, что проводятся какие-то следственные действия, нужно деньги перевести на какой-то защищенный счет и так далее и тому подобное. Человек идет и переводит деньги на подобный счет. Я думаю, что и при переводах, что называется, в режиме онлайн, можно это контролировать, потому что если у тебя с карточки совершаются подозрительные переводы на какие-то «левые» счета, по крайней мере, их можно приостановить и уточнить у клиента.

Константин Чуриков: А особенно в четыре часа ночи по местному времени.

Дмитрий Лысков: Ну, например. Можно уточнить у клиента эту конкретную информацию. Не думаю, что можно прямо сразу обрубить возможность, когда человек сам добровольно сообщает… Ну как добровольно? В результате определенных действий социальной инженерии, конечно, когда человека водят за нос, он сообщает реквизиты своего счета, пароль и так далее, и мошенники просто списывают со счета деньги. Ну, пока, на данный момент это действительно сложно проследить.

Константин Чуриков: Но этим социальным инженерам пока нужно все-таки поднажать, заняться русским языком, говорок убрать.

Дмитрий Лысков: Ну, это само собой, это само собой, это само собой. А вот в целом, еще раз говорю, мера просто перезревшая, мера совершенно очевидная. И если банк хотя бы будет просто интересоваться у клиента: «Скажите, пожалуйста, кому вы переводите деньги прямо сейчас? Ну просто объясните. Потому что это может быть мошенничество. Не делайте так», – это будет уже огромный плюс.

Константин Чуриков: Нам звонит Александр из Челябинской области. Александр, здравствуйте, пожалуйста.

Зритель: Добрый вечер. Я хотел сказать, что обозреватель все рассказывает логично, правильно, но мне кажется, что в нашей реальности все может быть немножко не так. Я вспоминаю активную борьбу банков с отмыванием денежных средств. Где-то лет пять назад, наверное, когда я пытался сделать простой перевод на несколько десятков тысяч в «Сбербанк» через банкомат, поскольку у меня онлайна не было, у меня это заняло полдня: хождение между банкоматами, постоянные звонки на морозе разным операторам, которые у меня спрашивали уйму данных, в том числе паспортных и данных карты. А потом в конце отключались, не завершив операцию. Причем надо было сделать перевод срочно. И в вашей же передаче говорили неоднократно о таких случаях, когда очень тяжело у людей проходили переводы, снятие со счетов денежных средств.

Константин Чуриков: Это были несколько тысяч рублей или несколько тысяч долларов или евро?

Зритель: Нет, это несколько десятков тысяч рублей.

Константин Чуриков: Несколько десятков тысяч рублей? Понятно, спасибо.

Дмитрий Лысков: Как бы там ни было, к сожалению, мы никогда не преодолеем вот этого противоречия между полной свободой, с одной стороны, и безопасностью, с другой стороны. Если мы хотим безопасности, ну да, к сожалению, это будет вызывать определенные затруднения. От этого никуда не деться.

Вот я же говорю – простейшее собеседование, два-три вопроса от операциониста. Но спорим, я даже готов сразу сказать мою позицию и заключить пари, что поднимется волна возмущения сразу: «А что это я должен объяснять? А что это я должен отвечать на лишние вопросы? А это вообще нарушение моих прав, свобод и так далее. Почему я должен какому-то операционисту в какой-то сберкассе объяснять цель и назначение моих переводов? А я не хочу. А это вообще мое дело, что я делаю. У меня есть права, свободы человека и гражданина». Наверняка, спорить готов, поднимется и такая волна в Интернете, и будет это активно обсуждаться.

Но в этой связи я хочу сказать две вещи. Во-первых, еще раз говорю: полная свобода – это и полное отсутствие какой-либо безопасности. Ну извините, вся система безопасности так или иначе построена на ограничениях. Ну не бывает… Конечно, анархия – мать порядка, но исключительно в крылатой фразе, а вовсе не в реальной жизни. Любое общественное устройство, отличающееся от анархии, – это система ограничений. И тут вот никуда не деться. Самое безопасное общество, как бы то ни было, оно очень жестко регламентировано. Это действительно так. То же самое и здесь.

К сожалению… Вот наш телезритель рассказывал о сложностях, когда проблема отмывания денежных средств, проблема обналички. Некоторое время назад, когда ввели эту систему и она еще не была достаточно хорошо отстроена, действительно возникали такие проблемы.

Сейчас-то, насколько я понимаю (я не знаю, может быть, телезрители будут это опровергать), я не вижу этих проблем, сейчас совершенно спокойно можно переводить, можно снимать. Определенный контроль присутствует все равно, он касается определенных пороговых сумм, после которых могут уже органы заинтересоваться, по крайней мере, что за средства и куда пошли, но не более того. Это первый момент.

Константин Чуриков: Переводить сейчас можно, только бы приложения работали.

Дмитрий Лысков: Кстати говоря, да.

Константин Чуриков: Но это другой разговор.

Дмитрий Лысков: Тут больше проблема с приложениями. Между прочим, я бы обратил внимание еще на один момент – это проценты за перевод, которые отдельные наши банки дерут такие, что, извините, челюсть падает на пол и потом очень долго оттуда поднимается. Не с переводами проблема, а, действительно, с приложениями и с процентами.

А что касается второго момент, который я обещал сказать в вопросе безопасности. Ну правда, да, конечно, будут возмущения про права, свободы и так далее. Но, честное слово, к моему глубокому убеждению, нет ни малейшего смысла в подобной щепетильности и конфиденциальности, если человек…

Константин Чуриков: …когда речь идет о своих кровно заработанных.

Дмитрий Лысков: Если человек не использует «серые» схемы, если человек не бегает от налогов. Я не говорю сейчас об отмывании средств и чем-то еще, а просто, если у него все «вбелую», если он не проводит никаких не слишком чистых операций, то никаких вообще проблем с подобной конфиденциальностью и ответах на пару вопросов вообще не будет. И все остальные цели переводов – в них вообще ничего предосудительного нет. Я не вижу вообще тут ни единственного мотива, в котором такое может произойти. Нет такой свободы – законы обходить. Вот я хотел бы подчеркнуть.

Константин Чуриков: Следующая тема. Что у нас есть?

Дмитрий Лысков: А следующая тема у нас, опять же, из внутренней повестки. Я хотел бы обратить внимание наших телезрителей на отечественный автопром, и обратить вот с какой точки зрения. Рано, рано его начали хоронить. Я же помню, в этой студии весной еще говорили: «Ну конечно, да, в очень плачевном состоянии отечественный автопром, «доедает» последние резервы. И вот к лету, а может быть, уже и в конце весны закончатся все заделы, закончатся запчасти, все остановится, все пропадет, упадет и провалится сквозь землю. В общем, Нил выйдет из берегов и небо упадет на землю».

Константин Чуриков: «А мы пересядем на телеги».

Дмитрий Лысков: «А мы пересядем на телеги». И вот новость буквально сегодняшнего дня: «АвтоВАЗ» возобновил выпуск автомобилей с подушкой безопасности. Ну, до этого начали выпускать без подушки безопасности, как говорили, «ободранные модели». Вот теперь – с подушкой безопасности.

Почему это важно? Это важно вот с какой точки зрения. Ну, сам «АвтоВАЗ» не уточняет, откуда эти подушки безопасности, откуда комплектующие. И правильно, наверное, делает, потому что не надо нашим иностранным давно уже не партнерам знать нынешние цепочки.

Но раньше в нашей стране два завода, две компании поставляли подушки безопасности: одна – китайская, другая – американская. Китайская вроде бы с рынка уходить не собиралась, но там были проблемы с логистикой. С американской все и так, в общем, ясно. Ну, если предположить, что эти подушки идут с тех же предприятий – значит, они возобновили работу. То есть, с одной стороны, видимо, наладили логистику, видимо, альтернативную. Потому что я посмотрел специально, откуда комплектующие поставлялись. А комплектующие поставлялись… Ну, там же много всего, там блоки контроля, управления. Там же не просто сама подушка, она же должна срабатывать при определенных действиях.

Константин Чуриков: Ну да.

Дмитрий Лысков: Поставлялись из США, Турции, Индии, Японии, Китая и Евросоюза. Вот такая глобальная, просто транснациональная система для производства одной несчастной подушки безопасности. А во-вторых, судя по всему, предприятие, которое вроде бы заявило об уходе с нашего рынка, видимо, оно не ушло. А схем неухода с нашего рынка мы тоже уже миллион видели и все их успели изучить. Это передача в управление местного менеджмента. Это выкуп. Это просто громко заявить, что компания уходит, хлопнуть дверь и… остаться втихаря. Поэтому…

Константин Чуриков: И еще платить зарплату сотрудникам.

Дмитрий Лысков: Да, еще и платить зарплату сотрудникам.

Константин Чуриков: Кстати, IKEA.

Дмитрий Лысков: Да-да-да, совершенно верно. А это тоже прекрасный ход на самом деле. Это один такой, знаешь, под названием «мы уходим, но не уходим». И поэтому правильно «АвтоВАЗ» не говорит, откуда поставки. Это все совершенно логично. Не стоит нам сейчас рассказывать, как мы выстроили новую логистику, как мы это все обходим. Может быть, мы вообще эту логистику напрямую из Китая организовала. Прекрасно! А если через Турцию – так еще лучше. Между прочим, Турция – отличный хаб, формирует просто финское экономическое чудо на восточный манер. И ради бога! Кто же против-то?

Константин Чуриков: Дима, но это достижение все-таки не исключает резонного вопроса: а как существенно поднять качество отечественных автомобилей и сделать их, скажем так, конкурентоспособными и на внутреннем рынке тоже? Я понимаю, что у LADA, скажем так, у продукции «АвтоВАЗа», если не брать линейку Renault, тоже неплохая доля. Безусловно, это действительно народный автомобиль, тем не менее мы прекрасно понимаем, о чем мы говорим, да? То есть мы с трудом себе представляем Toyota, чтобы у них там, не знаю, был слоган: «Toyota. Теперь и с подушками безопасности». Да? То есть нам нужно как-то существенно двинуться вперед.

Дмитрий Лысков: Нет, я очень люблю наш народ за целеустремленность и за желание глядеть в будущее, причем желательно в будущее двигаться прямо семимильными шагами. Но я напомню, что в конце весны в этой самой студии мы наш отечественный автопром похоронили и сказали, что он все. А сейчас мы говорим: «Нет, ну мало ли что восстановили производство, да еще и с подушками безопасности. Ну а дайте еще качество». Ну, дадут, наверное.

Я вообще хочу обратить внимание… Это важный, прямо очень и очень важный момент, на который я хотел бы обратить внимание всех. Мы, с одной стороны, склонны впадать в алармизм и говорить: «Боже, все пропало! Вот все пропало! Сейчас последние остатки «доедим», западных поставок больше не будет, все пропадет, остановится – и автопрома нашего больше существовать не будет».

Наверное, я соглашусь, ну есть определенные моменты, которые… Ну приучили наше население к такому, потому что были 90-е, было самое начало 2000-х, когда такое впечатление, что, знаешь, если какие-то проблемы возникали, то всегда все шло по нисходящей, и уж ворох проблем такой накапливался, что потом… Это как в том анекдоте про пессимиста и оптимиста, когда пессимист говорит: «Хуже быть уже не может», – а оптимист оптимистично говорит: «Может, может!» Ну действительно привыкли к такому отчасти мышлению.

Но пора, пора уже привыкать, что и ситуация изменилась, и страна изменилась, и мы изменились. Я вот действительно не вижу нерешаемых, проблем, которые не решались бы сейчас активно в нашей экономике. Может быть, подождем – и качество появится?

Константин Чуриков: Резонно еще поговорить, успеть поговорить о топливе, потому что с ценами на топливо в мире происходят разные вещи.

Дмитрий Лысков: С ценами на топливо вообще творится такое! Ну, просто вчера цена на газ в Европе была 3 100 долларов за тысячу кубометров. За сегодня… Я наблюдал просто: с утра она была 3 200, к середине дня достигла 3 300 долларов за тысячу кубометров. И в этой связи… Это только за сегодня, только за сегодня. И в связи с этим «Газпром» буквально на днях делал прогноз, что к зиме цена на газ в Европе может достичь 4 тысяч. Судя по динамике, какая там зима? Хорошо бы в сентябрь войти со стоимостью ниже 4 тысяч. А может быть, уже и такие прогнозы покажутся вполне оптимистичными.

И вот на этом фоне что мы наблюдаем в Европе? А в Европе мы наблюдаем тоже очень и очень интересные моменты. Абсолютно «зеленая» министр дел Анналена Бербок… Не по цвету зеленая, а по партийной принадлежности, она относится к партии «Зеленые», которая вроде бы партия экологическая, но такая прозападная и с такой позицией ястреба. Они же обещали Украине всю возможную помощь.

И Роберт Хабек, ее коллега по партии, ездил в Киев и обещал. И сама Бербок посещала Бучу и делала там совершенно чудовищные заявления, что Буча напоминает пригород Берлина Потсдам, вот какие-то совершенно чудовищные аналогии со Второй мировой, с Великой Отечественной войной. То есть там этого хватает, да. И тут она вдруг говорит: «Ой, оказывается, оружия для Украины у нас больше нет. Исчерпали мы возможности».

Кстати говоря, насчет Бучи у меня тоже интересное наблюдение, чуть-чуть от темы отклонюсь. Вот все вспоминают Бучу непрерывно до сих пор, а совершенно чудовищный обстрел Краматорской ракетой «Точкой-У», когда на вокзале люди собрались для эвакуации, где погибло огромное количество людей, женщин и детей, обратили внимание, вообще исчез из повестки дня, из информационного поля. Вообще! Не вспоминают в принципе. Поначалу еще пытались раздувать, что это Россия обстреляла и так далее. И быстренько этот скандал замяли, быстренько замяли.

Константин Чуриков: Дима, я сегодня зашел на сайт ООН, русскоязычная версия, кликнул «Украина», все по Украине – и там сплошь Буча, Ирпень, Буча, Ирпень. Это международная организация…

Дмитрий Лысков: А где Краматорск?

Константин Чуриков: Да-да-да.

Дмитрий Лысков: Там тоже чудовищное количество жертв, там десятки погибших в результате этого удара, десятки искалеченных. Вообще же исчезло! А кто обстрелял, в конце концов, Краматорск-то, а? Не хотим мы этот вопрос, мне интересно, поднять вот сейчас на Совбезе ООН? Еще раз спросить: «Простите, а кто Краматорск-то обстрелял?» А что это забыли о нем? Как так? Что за странная избирательность?

Так вот, Германия говорит: «Украине мы больше оружия не дадим, нет». Между прочим, такое прекрасное издание, как Forbes, пишет следующее: «Либо на Украине будет достигнуто соглашение о прекращении огня, либо Европа зимой впадет в такое отчаяние, что у нее попросту не останется выбора, кроме как ослабить санкции или убедить партнеров из стран за пределами ЕС завозить российские товары с перебитой маркировкой».

Константин Чуриков: Все наоборот, да?

Дмитрий Лысков: И это пишет, между прочим, солидное крутое деловое издание Forbes, и не российское, а тамошнее.

Константин Чуриков: Попробуют наладить параллельный импорт газа, я не знаю, сжиженного.

Дмитрий Лысков: Параллельный импорт товаров из России.

Константин Чуриков: Здорово!

Дмитрий Лысков: Но в том-то и дело, что не останется ничего, кроме как отменить санкции. Это не сработает уже.

Константин Чуриков: Дима, но нам это не нужно, я думаю.

Дмитрий Лысков: Да нет, дело в том, что…

Константин Чуриков: Нам это не нужно, иначе у нас будет все, как раньше.

Дмитрий Лысков: Нужно, чтобы Россия еще и захотела снова торговать, извините. И вот есть у меня, крепнет у меня ощущение, что Германия в данный момент именно с прицелом на это помощь так и подкручивает, и сворачивает, а то мало ли что там зимой, не придется ли, действительно, через Турцию завозить российские товары с перебитой маркировкой.

Вот такие у меня события дня и их анализ.

Константин Чуриков: Спасибо, спасибо, Дима. Дмитрий Лысков, обозреватель ОТР, был в нашем эфире.

Через две минуты продолжим, говорить будем о коммунальной инфляции. Я думаю, что не только мне вам, но и вам мне и нашему эксперту в студии будет что рассказать.