Доходы алиментщиков проверят

Гости

Оксана Галькевич: Алиметщикам не спрятаться, не скрыться. Минюст предлагает объединить должников по этим родительским выплатам, чтобы после развода они регулярно отчитывались о своих активах, сдавали судебным приставам декларации о доходах и используемом имуществе: квартира, машина, ну там прочее, что может какой-то доход приносить. В прошлом году, давайте посмотрим, долги по алиментам побили у нас в стране все рекорды, достигли 150 миллиардов рублей. Средняя сумма задолженности - 189 тысяч на человека.

И вот на фоне такой нерадостной картины за этих должников по алиментным выплатам решили в государстве взяться, тем более, что и президент, если помните, не так давно говорил, что такого безобразия быть не должно. Ну и вот что еще в связи с этим предложил Минюст, ряд каких ограничений для тех, кому судом назначены элементы в пользу их детей. В ведомстве хотят, чтобы родитель заранее еще и предупреждал о своих предстоящих поездках, например, чтобы не исчез бесследно внезапно.

Поможет ли, вот как вы считаете, уважаемые зрители, это наладить ситуацию с поддержкой семей после развода их родителей, с выплатой этих элементов? Высказывайтесь по этому поводу, мы ждем ваших звонков и сообщений на нашем смс-портале. Телефоны на экранах, все это бесплатно.

Александр Денисов: Ну и на связи с нами Виктория Борисовна Данильченко, адвокат. Занимается, в том числе, и семейными проблемами, разводами. Виктория Борисовна?

Виктория Данильченко: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Виктория Борисовна.

Александр Денисов: По-разному, разные идеи перебираем. То алиментный фонд создать, чтобы государство выплачивало, а потом взыскивать с должников. Теперь вот реестр, чтобы они отчитывались. Действительно ли так сложно поймать должника?

Виктория Данильченко: Поймать должника действительно сложно. От того, что мы придумываем реестры, которые уже до нас с вами, до этой задумки, были придуманы, есть эти реестры, и у судебных приставов-исполнителей они есть. Вопрос в другом, что от того, что мы изобретаем велосипед бесконечный, должники как не платили, так, собственно, и продолжают не платить. Хорошо это или плохо, мы понимаем, что это очень плохо. Найти этих людей...

Ведь, понимаете, при реестре очень любопытно, что начали говорить о том, что, вы знаете, вот приносятся, например, исполнительные листы на работу должникам, слушайте, ну это здорово. Но у нас те, которые работают должники, с ними-то не особо сильные проблемы возникают. Ну да, может быть, они не платят те деньги, может быть, они скрывают там, условно, всю заработную плату и оставляют какую они хотят показать по поддельным справкам или по неподдельным справкам, а выписанным с разрешения какого-то руководства организации. Да, могу понять.

Но у нас-то, на самом деле, невыплата идет совершенно от других людей, которые нигде не устроены. Как мы с вами знаем, ответственности за тунеядство в Российской Федерации не предусмотрено, как было, например, в Советском союзе. Поэтому вот он не работает, с него нечего взять, у него нет никакого имущества.

Оксана Галькевич: Нет, ну с другой стороны...

Александр Денисов: Но есть же вмененные алименты. Виктория Борисовна, есть же такое понятие как вмененные алименты, то есть будь любезен, есть у тебя, нет работы, но раз в месяц определенную сумму заплатить. Какая эта сумма, назовите?

Виктория Данильченко: А, вы понимаете, здесь сложно сказать. Мы, конечно, можем с вами говорить по поводу того, что да, есть определенная сумма - это 1 мрот как минимум они должны заплатить. Но проблема-то не в этом. Кто им устанавливает ту самую определенную сумму? Суд? Это в том случае, если суд сочтет возможным ему установить твердую денежную сумму. У нас суды сейчас, на сегодняшний момент не идут по этому пути, все назначают долевое соотношение, как прописано в законе. И чтобы доказать сумму твердую денежную, нужно сильно поработать, вы понимаете, чтобы доказать, что у этого человека нет постоянного заработка и что с него суд должен взыскать не там одну четверть на одного ребенка, а, предположим там, я не знаю, 15 тысяч рублей, понимаете? Вот, о чем речь.

Оксана Галькевич: Виктория Борисовна, ну вы сказали, что с теми, кто работает, с ними проблем нет, потому что есть место трудоустройства, условно говоря, приходит туда исполнительный лист и вперед, решать вопросы. Но ведь у нас, кроме того, что у нас есть трудовая книжка и записи там где-то в реестр трудоустройства, у нас есть еще, там я не знаю, личные налоговые кабинеты, да? У нас есть там государственные услуги и все прочее.

Вот эта цифровизация, так скажем, жителей страны и многочисленных государственных услуг, она разве не помогает? Вот смотрите, продаешь автомобиль, например, да, тут же у тебя вся эта история отображается в твоем личном кабинете налоговом. Вот здесь каким-то образом с помощью новых технологий решить вопрос обеспечения детей разводов нельзя?

Виктория Данильченко: Вы понимаете, нет, наверное, все можно. Я как раз не считаю, что нельзя, но, с моей точки зрения, люди, которые сознательно не содержат своих детей, которые сознательно не платят им деньги, уж поверьте мне, у них нет машин, дорогих часов там или еще чего-то. То есть оно все есть, но оно все не на них оформлено. Вот, в чем беда.

А так, слушайте, я вообще придерживалась бы абсолютно другого принципа. Вы поставьте автоматы на вылете из Российской Федерации. Я там сейчас пандемийное время не беру, но в целом. Он захотел вылететь, мил человек, у тебя там задолженность, там я не знаю, 200 тысяч рублей. Вот тебе автомат, погаси ее. Нам говорят: «Нет, ты не вылетишь, пока ты не пойдешь приставу, пока ты там у этого пристава не положишь денежные средства на депозит, предположим и т.д.» Слушайте, но это же тоже не решение проблемы. Нам деньги забрать или нам его тут...

Оксана Галькевич: Скажите, это алгоритм определенный, государственная машина таким образом действует? Все равно какой-то отчетности должно поддаваться.

Виктория Данильченко: Все понятно. Слушайте, мы когда у вас машину там, так сказать, куда-то транспортировали из-за того, что человек ее не там поставил, штраф-то на месте оплачивается.

Александр Денисов: Виктория Борисовна, честно говоря, за долги по алиментам и сейчас могут тормознуть сотрудники ГИБДД.

Виктория Данильченко: Да, и забрать машину.

Александр Денисов: Увидеть, что на машину наложено обременение. Ее тут же заберут, отправят на штраф-стоянку, реализуют. Это уже сейчас все есть.

Виктория Данильченко: Да.

Александр Денисов: Виктория Борисовна, а у вас наверняка богатый опыт. Есть ощущение, что вот эти невыплаты алиментов, они объясняются психологической несовместимостью разведенных супругов? Все это из вредности, может быть, их прежде, чем отправлять там в суд и к исполнителям, судебным приставам, отправлять на курсы управления гневом, потому что это люди друг другу свинячат. Дети вот уже второе, они не думают об этом. Пусть между собой договорятся, уладят все конфликты, тогда и будут платить. Я знаю массу примеров среди своих друзей. Жена ведет себя, не хочет договариваться, вот до крайности будет доводить, муж соответственно тоже в свою очередь. Вот поэтому и не платят. Просто из вредности.

Виктория Данильченко: 100%. Не столько из вредности, сколько из мести. Да, назовем это так. Ты мне - я тебе, конечно, безусловно. Ты вот мне ребенка не даешь - я тебе платить не буду. Только у нас все время каждая из сторон забывает, что они все время действуют в ущерб психике детской. Это первое.

И второе, что я хочу сказать, что нужно тому родителю, который должен платить ребенку, он все-таки должен понимать, что он платит ребенку, а не бывшему супругу. Вот это очень важный момент, который, к сожалению, да, вот родители забывают.

Александр Денисов: А посоветуйте, вот что еще можно? Допустим, отец, она так рассуждает: «Вот я не хочу этой козе платить деньги, чтобы она ездила куда-то там, покупала себе сапоги и прочее». Как можно, может быть, завести счет на имя ребенка, чтобы они там лежали до совершеннолетия? Расскажите, какой выход есть?

Виктория Данильченко: Во-первых, выходы есть, и выходов несколько. Начнем с того, что правильно то, что вы говорите, что можно завести счет ребенку и перечислять денежные средства на счет ребенка. Более того, можно обратиться в орган опеки и попечительства и попросить, чтобы контроль над расходами алиментов вели органы опеки и попечительства. Такое тоже, пожалуйста, разрешено, это и в соответствии с законом разрешено. С тем, что когда перечисляются денежные средства на ребенка там определенные, да, чтобы орган опеки и попечительства...

Да, я хочу сказать, что это, безусловно, крайне неудобно с точки зрения того родителя, который содержит ребенка, то есть с которым ребенок проживает. То есть, например, ребенку нужно купить новые сапоги. Перед тем, как их купить, вот этот родитель должен пойти в орган опеки и попечительства, отчитаться, что ему нужно, каким образом ему нужно получить определенную денежную сумму на покупку там сапог для ребенка. Но между тем, вы понимаете, что тогда будут сапоги куплены ребенку, а не второму родителю.

Оксана Галькевич: Виктория Борисовна, а если его кормить просто надо? Каждые там, раз в неделю, допустим, ходишь в магазин, делаешь закупку на неделю, или там кто-то чаще ходит. Это тоже надо идти в эти органы опеки и говорить: «Так, слушайте, мне там ребенку надо три литра молока, там, не знаю, творог, сметана, хлеб вот в таком-то объеме». Сапоги - это понятно, сапоги - это раз в год, раз в полгода, там как ребенок растет. С питанием как быть?

Виктория Данильченко: Смотрите, во-первых, история, которую я вам рассказала с участием органов опеки и попечительства, крайне редко вообще к ней кто-то прибегает. Это первое. Второе, на что я хочу обратить внимание, отвечая на ваш сейчас вопрос, - это то, что ребенка содержать должен не только тот родитель, который проживает отдельно. И вот об этом у нас тоже почему-то забывает тот родитель, который проживает с ребенком. И все время любые хотелки или любое содержание детей, оно все время должно идти почему-то из кармана того отдельно живущего.

Александр Денисов: Виктория Борисовна, остается воскликнуть как Калугина, помните, в фильме: «Она же мать, как она могла?» Да, поэтому надо помнить, что ты тоже мать. Спасибо, спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо. Виктория Данильченко, адвокат у нас была на связи. Много сообщений на самом деле, не успели еще вот эту историю с обязательством перед выездом, ставить приставов в известность. Люди говорят, что люди вообще перестанут тогда жениться и семьи заводить.

Друзья, мы прощаемся с вами коротко на выпуск новостей. После этого вернемся и поговорим об электросамокатах и прочих средствах индивидуальной мобильности. Очень много их стало, они становятся все опаснее.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)