В долгах по самые ЖКУ

В долгах по самые ЖКУ | Программа: ОТРажение | ОТР

Как не допустить коллапса в коммунальном хозяйстве?

2021-03-01T13:57:00+03:00
В долгах по самые ЖКУ
Новая холодная война. Кто заменит мигрантов на стройке. Отдыхаем в России. Перспективы Союзного государства. Как бороться с раздражительностью
Весеннее обострение
Белоруссия. Перспективы сотрудничества
Сергей Лесков: Есть основания полагать, что в новой жизни, дверь в которую нам открыла пандемия, привычный нам спорт отмирает и на его место приходит киберспорт
США и Россия. «Плюшевые» санкции и реальные намерения
Выбить деньги с бывшего
Что вас раздражает?
ТЕМА ДНЯ: Отдохнём в России. Дорого
Некому строить?
Новая холодная война?
Гости
Павел Склянчук
эксперт тематической площадки ОНФ «Жилье и городская среда»
Евгений Шлеменков
вице-президент Ассоциации «НП «ОПОРА»», руководитель направления «Строительство и ЖКХ»

Оксана Галькевич: «Страна в долгах по самые ЖКУ». Ну просто, знаете, иначе и не скажешь. Вот судите сами.

В прошлом году сумма задолженности выросла на 55… не сотен тысяч, не миллионов, а на 55 миллиардов рублей! И это при том, что наши люди прекрасно знают, что с этим огнем играть в принципе не стоит: могут и в суд подать, могут и выселить по суду за долги. Поэтому не ешь, не спи, но, будь добр, квитанции оплачивай вовремя.

Иван Князев: И вдруг тут что-то пошло не так. Собираемость платежей в прошлом году стала падать буквально на глазах. В отдельных регионах выплаты снизились до 26%. То есть подавляющее большинство там просто перестало платить.

Оксана Галькевич: А эта палка, как всегда, о двух концах. Кроме того, что у людей в 2020 году серьезно упали доходы, доходы упали, получается, и у наших ресурсников, у наших компаний, которые нас и обеспечивают этими жилищно-коммунальными услугами. Можно сказать – выросли их убытки, если по-другому. Потому что за содержание жилого фонда было недоплачено 150 миллиардов рублей, за горячую воду – 24 миллиарда. Приличные суммы недополучены за водоотведение, электроснабжение. А это все тоже надо…

Иван Князев: Ну да, это уже не копеечка, которая набежала. А требовать тепла и света мы, конечно же, не перестаем.

Оксана Галькевич: Мы просто не можем же без этого обходиться, поэтому и требуем.

Поэтому получается, знаете, какой-то замкнутый круг. И как из этого положения выходить? Уважаемые друзья, давайте вместе это обсудим. Что можно и что нужно сделать? Мы сейчас будем спрашивать об этом наших экспертов, но в том числе ждем и ваших вопросов. Звоните, пишите. Телефоны для связи с нами у вас на экранах указаны.

Иван Князев: Ну а сейчас с нами на связи Павел Склянчук, эксперт тематической площадки ОНФ «Жилье и городская среда». Павел Дмитриевич, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Павел Склянчук: Здравствуйте.

Иван Князев: Павел Дмитриевич, вы знаете, с одной стороны, перед тем как обсуждать эту тему, когда готовился к этой теме, ну, немножко хотел укоротить управляющие компании и вообще ресурсоснабжающие компании, которые в очередной раз грозят: «Мы закроемся из-за таких неплатежей нам». А с другой стороны, подумал: Господи, а как же они еще наплаву-то остаются, если полтриллиона только граждане должны, не считая организации?

Павел Склянчук: Ну, действительно, цифры такие впечатляющие, но при этом они не новые. Вот этот пузырь долговой, который существует, он уже, наверное, лет десять в сфере ЖКХ висит таким мертвым грузом. Каждый год ежегодно часть долгов все-таки покрывается, но образуются новые. И это такой бесконечный процесс.

На самом деле финансовая устойчивость управляющих организаций, действительно, кое-где вызывает опасения. Мы в Общественном народном фронте проводили исследование. По данным ГИС «ЖКХ», примерно 800 домов обслуживают управляющие компании – банкроты, которые уже через суд находятся в предбанкротном либо банкротном состоянии. То есть мы понимаем, что никаких работ не проводится, пока что у этих управляющих компаний лицензии не отозваны.

И здесь важно еще разделить по видам коммунальных услуг. То есть в электроэнергии уровень собираемости платежей среди населения – порядка 98%. Почему? Потому что везде есть электроприборы, и есть возможность отключения электроэнергии в случае наличия задолженности. Если мы возьмем с вами водоканалы, то здесь, конечно, тоже уровень приборности высокий, но здесь нет возможности отключить от потребления коммунальных ресурсов.

Иван Князев: Ну да. Если без света еще можно – ладно, рубильник дернут, выключат, то без воды уже, конечно, не оставить. А не получится ли…

Павел Склянчук: Портрет неплательщика не такой, как мы себе представляем. Да, действительно, в пандемию снизились платежи из-за того, что в экономике такая ситуация. Плюс еще мораторий на пени, который восприняли вообще на оплату ЖКХ. Но подавляющее большинство должников – это люди обеспеченные, которые просто в силу каких-то своих представлений о мире и устройстве экономики отказываются платить.

Мер воздействия очень мало. Ну, среди них, например, ограничение выезда за рубеж либо через судебных приставов лишать имущества (автомобиль дорогостоящий). Но мы понимаем, что это все очень сложно реализуется. А коммунальщикам нужно каждый год готовиться к зиме, готовить дом, чтобы не было аварий.

Оксана Галькевич: Слушайте, вот это парадоксальная история. Мы каждый раз ее от наших экспертов слышим – о том, что в основном, так скажем, состоятельные люди почему-то не платят за жилищно-коммунальные услуги.

Иван Князев: И упорно не платят.

Оксана Галькевич: А давайте попробуем, кстати, выяснить, среди нашей аудитории растет ли эта часть, долговая нагрузка у наших зрителей. Друзья, ответьте нам, пожалуйста, на вопрос: у вас есть долги за жилищно-коммунальные услуги? «Да» или «нет» – присылайте ответы. Мы в конце беседы подведем итоги.

А сейчас у нас звонок из Тулы. Людмила на связи. Здравствуйте, Людмила.

Зритель: Алло. Меня слышно?

Оксана Галькевич: Слышно прекрасно. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Вы знаете, дом заселился в 68-м году. И вот с тех пор по ноябрь прошлого года у нас никогда задолженности не было. Много лет уже я плачу за квартиру с дочерью. Ну, тут была другая семья. Пока бабуля была жива, она платила за себя и за своего сына. Потом она умерла. В общем, квартира повисла на нас, потому что из запойного алкаша деньги не выбьешь.

У меня пенсия, но пенсия по инвалидности не такая большая. А вот дочь – октябрь, ноябрь, декабрь – три месяца она болела ковидом, ее выписали на работу 30 декабря. Естественно, только в середине декабря ей закрыли первый больничный. Все это время поступления денег не было, и платить было нечем. То есть за это время у нас набежал должок. Я не могу сказать, что он большой. Ну, сейчас он где-то в пределах 15 тысяч.

Но разгребаться мы будем еще месяца три, потому что ну не с чего платить. Ковид обошелся почти в 70 тысяч. А этих денег не было, эти деньги заняли. И еще неизвестно, сколько времени придется их отдавать. Сначала занимали на лекарства, потом занимали на еду.

Оксана Галькевич: Ну да. Людмила, спасибо. Вот такие внезапно возникшие долги, конечно, сложнее всего их выплачивать.

Иван Князев: Когда вроде и была возможность, но какие-то обстоятельства…

Оксана Галькевич: Павел Дмитриевич, вы сказали, что сложно выбивать, нет каких-то рычагов воздействия на таких должников. Простите, а что, у этих серьезных компаний, которые обеспечивают нас этими жилищно-коммунальными услугами, у них нет своих юридических отделов, нет своих юридических служб, которые могли бы, да, в потоковом режиме, да, в долговременном, долгосрочном режиме, но заниматься?

Павел Склянчук: Вы знаете, претензионно-исковые отделы, конечно же, существуют. Это 5–10 человек, которые штампуют однотипные иски в суды и пытаются что-то взыскать. Но вынести судебное решение, что долг судебно доказан – это не означает еще покрыть эту образовавшуюся задолженность. Конечно, звонок Людмилы… Когда она так рассказывает, кровью сердце обливается.

Действительно, граждане в большинстве случаев последние средства накапливают, где-то экономят на других расходах, но за ЖКХ платят. А вот остальные, конечно… Откуда тогда возникает задолженность? Ну, портрет типичного неплательщика – он другой. И конечно, здесь, наверное, стоит говорить не только об ужесточении такой ответственности, но надо подходить с современными цифровыми способами. У нас, знаете, очень часто пытаются людей поймать где-то, когда они за границу едут, еще где-то. Но можно пробовать, если у них есть задолженность, а уровень их дохода…

Иван Князев: Ну, зарплатные карты арестовывать. Вы на это намекаете, да? Потому что получается…

Павел Склянчук: Нет, списывать, вычитать, как алименты.

Иван Князев: Списывать?

Павел Склянчук: Если зарплата, не знаю, 100 тысяч рублей, а он за коммуналку не может 5 тысяч оплатить в месяц, то просто высчитывать.

Иван Князев: Ну да.

Павел Склянчук: Ну, это как принудительная мера взыскания.

И еще важно, что популистский посыл звучит: «Давайте мы ограничим потолок по ЖКХ». Слушайте, и так у нас сети еле дышат на ладан и не рвутся. Нужно повышать уровень доходов, повышать адресную поддержку граждан.

Оксана Галькевич: Да, это нужно.

Павел Склянчук: А тарифы ЖКХ замораживать нельзя.

Оксана Галькевич: Конечно, повышать уровень доходов нужно, но это такая долгосрочная работа, длительная работа. Это гораздо сложнее, чем здесь и сейчас, допустим, поднять тарифы и попытаться где-то на чем-то заработать.

Спасибо. Павел Дмитриевич Склянчук у нас был на связи, эксперт тематической площадки ОНФ «Жилье и городская среда».

Сейчас у нас есть звонок.

Иван Князев: Тамбовская область на связи, Надежда дозвонилась. Слушаем вас, Надежда. Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я передачу вашу постоянно смотрю. Ну, сегодня такой вопрос: «У вас есть долги по ЖКУ или нет?» Есть, да. Газ – 6 рублей 35 копеек. А пенсия составляет 11 200 у меня. За свет, за электроснабжение – 4 рубля 15 копеек. Вот как? Вывоз мусора – тоже немало, 65 рублей с человека.

Оксана Галькевич: Ну а как быть? То есть получается, что вы сознательно копите эти долги? Вы говорите: «Да, есть». Или что? Вам кто-то помогает рассчитываться по этим квитанциям?

Иван Князев: Алло. Надежда?

Оксана Галькевич: Так, пропала у нас связь. Давайте тогда побеседуем с нашим следующим экспертом. У нас сейчас Евгений Шлеменков на связи, вице-президент «Опоры России», руководитель направления «Строительство и ЖКХ». Здравствуйте, Евгений Иванович.

Иван Князев: Здравствуйте, Евгений Иванович.

Евгений Шлеменков: Здравствуйте.

Иван Князев: Вот что еще пишут нам наши телезрители: «Есть долги, и немалые». Из Волгоградской пишут, что нет. Кто-то говорит, что услуги ЖКХ стоят очень дорого, а, как наш телезритель говорил, зарплаты и пенсии очень маленькие.

Оксана Галькевич: Евгений Иванович, вы знаете, мы очень любим пересчитывать наши зарплаты на какие-то, допустим, европейские или, я не знаю, американские, еще какие-нибудь, на западные, где люди неплохо себя чувствуют и хорошо живут. А как у нас с услугами ЖКХ? Действительно ли они у нас очень дорогие? Или недооценены?

Евгений Шлеменков: Да нет конечно. По сравнению с любой из развитых экономик у нас в доле затрат семьи затраты по ЖКХ ниже практически всех. Проблема в том, что у нас очень большая разница в доходах. У нас есть люди, которые действительно имеют очень маленькие доходы. Вот как предыдущий звонок у вас был. Она, в общем, говорила не о долгах. Она говорила о тарифах, скорее всего.

Оксана Галькевич: Да.

Евгений Шлеменков: Поэтому для этих людей, да, даже наши небольшие, в общем-то, цены за услуги ЖКХ (небольшие по сравнению с общемировыми, так скажем, с европейскими) кажутся очень большими. Поэтому мне кажется, что как раз о поддержке таких людей, доходы которых слишком невелики, нам и нужно говорить, когда мы говорим об адресной помощи в оплате ЖКХ.

Иван Князев: То есть все-таки субсидии, да?

Евгений Шлеменков: Субсидии. И они должны быть достаточно, так скажем… Ну, если 10–12% от доходов уходит на содержание… на оплату ЖКХ, то это уже достойно субсидии. Это мы пенсионерам будем помогать прежде всего.

Иван Князев: Ну да. А вот то, что наш предыдущий эксперт говорил – что неплохо бы выработать какие-то механизмы, когда долги нужно выбивать у тех людей, кто все-таки может платить. Я не знаю, как это назвать. Прогрессивная шкала уплаты долгов по ЖКХ?

Оксана Галькевич: Ну, это пени, наверное.

Евгений Шлеменков: Вы знаете, мне кажется, да, здесь могут быть и экономические и способы. Скажем, пени за первые два месяца могут быть не слишком велики, а затем они просто могут удваиваться, утраиваться и так далее. Потому что у нас на самом деле недоплаты по ЖКХ традиционно составляют порядка 5%, а где-то и 7%. Это было всегда. И это как раз именно из-за задолженности людей состоятельных прежде всего, поверьте мне.

Оксана Галькевич: Слушайте, вообще в это невозможно поверить даже, правда, Евгений Иванович. Об этом многие эксперты говорят, и вы в том числе, но у меня никак не укладывается в голове. Ну, если у тебя есть деньги, то в чем проблема?

Евгений Шлеменков: Вы знаете, заплатить, скажем, за классную прическу 200 баксов – это чепуха. А заплатить 50 долларов за электричество и водоснабжение – это, видите ли…

Оксана Галькевич: А что у них в голове? Как они себе объясняют это? «Я не пойду платить, потому что…» Что?!

Иван Князев: «Потому что это государственное, а государству я ничего не должен»?

Евгений Шлеменков: Нет. Они говорят чаще всего так: «Ну что я буду с этими копейками ходить? Вот когда у меня там будет тысяч сто – я пойду и заплачу».

Оксана Галькевич: А, вот так даже?

Евгений Шлеменков: Чаще всего так говорят, да.

Оксана Галькевич: Какая интересная история!

У нас Удмуртия на связи. Мунзия, здравствуйте.

Иван Князев: Мунзия на связи. Да, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Мунзия. Слушайте нас, пожалуйста, в трубку телефонную.

Зритель: Спасибо. Я все слышу.

Оксана Галькевич: Говорите, пожалуйста.

Зритель: Я что хочу сказать? Меня выбрали старшим по дому. У меня есть свидетельство грамотного потребителя, я прослушала. И что я хочу сказать? Управляющая компания «Кедр» нам столько начисляет, столько и списывает, не предоставляет акты выполненных работ. Вот я об этом хочу сказать. Я неоднократно говорила: «Дайте мне акты выполненных работ». Например, за 2019 год – на 825 тысяч. И они мне не дают акты выполненных работ. А сколько начисляют, столько и списывают. За 2020 год они должны были предоставить нам отчет в первом квартале 2021 года. По своей инициативе я получила эти акты выполненных работ только в конце октября. Я бы хотела сказать: сколько они нам начисляют, столько они и списывают. И нет актов выполненных работ.

Оксана Галькевич: Понятно.

Евгений Иванович, какой-то замкнутый круг.

Евгений Шлеменков: Это же легко проверяется. Дело в том, что на самом деле управляющая компания тратит ровно столько, сколько она с вас собирает, ну, за исключением небольшой прибыли. В акте выполненных работ совершенно четко указаны и сами работы, и объемы, выполненные в рамках этих работ. Их легко проверить. Проверяете. Если вас обманывают, с точки зрения того, что эти работы просто не выполняют, то это один случай. Если выполняют, но не все, то это второй случай. Но это все легко проверяется. Надо просто аккуратно это делать. Мне кажется, здесь нет проблем.

Иван Князев: Евгений Иванович…

Евгений Шлеменков: Да?

Иван Князев: Евгений Иванович, мы уже говорили сегодня… Ну, коллапс как таковой, наверное, пока не предвидится, но все-таки вот этот снежный ком долгов растет. Что мы получим? Мы получим, что компании будут закрываться у нас и рано или поздно просто во дворе мусор перестанут вывозить? Или компании будут пытаться барахтаться и лавировать за счет того, что они качество услуг будут снижать по всем параметрам там, где возможно? И вообще…

Евгений Шлеменков: Ну, во-первых, мы все понимаем, что другой ситуации не будет. Поэтому задача предприятий, работающих в системе ЖКХ, точно такая же, как и у всех остальных: выжить, выстоять, сохранить свою работу и продолжить ее, насколько это будет возможно, и в будущем. Редко кто махнет рукой и скажет: «Работать не буду, уйду». Все же понимают, что такая ситуация. Это первое.

Второе. Ну да, понимаете…

Оксана Галькевич: Это даже не ситуация. Это сложные условия ведения бизнеса, а не просто ситуация, да?

Евгений Шлеменков: Да, сложные условия ведения бизнеса в этот исторический период.

Второй момент. Понимаете, мы оказываем поддержку населению. Мы говорим, что не будем начислять пени, можно немножко с долгами… Но люди-то тоже должны понимать, что эти долги все равно накапливаются, их все равно нужно будет платить.

Иван Князев: Рано или поздно.

Евгений Шлеменков: Более того, понимаете, это замкнутый круг. Если кто-то кому-то недоплатил – значит, этих денег кто-то не получил; значит, не вложил во что-то. То есть ситуация, знаете, как домино – действие друг на друга.

Иван Князев: То есть у нас получится следующая история. Компании, не получая деньги, услуги будут оказывать все хуже. Народ будет видеть, что услуги оказываются все хуже – и еще меньше будет платить. Примерно так?

Евгений Шлеменков: Ну, не хотелось бы, чтобы вот прямо так. Но на самом деле работать сложнее, намного сложнее. Вы это понимаете, наверное, тоже. Потому что когда у тебя бюджет на 12–15% недофинансируется, то понятно…

Оксана Галькевич: Понятно. Сводить дебет с кредитом, как говорят в народе, гораздо сложнее.

Евгений Шлеменков: Конечно.

Оксана Галькевич: Андрей из Саратова у нас на связи. Андрей, здравствуйте. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Добрый день. Я что хочу сказать? У нас в стране зарплаты не растут, пенсии не растут, а вот почему-то ЖКХ мы должны все оплачивать, что они нам скажут. Ну нереально! Как получается? Они все несчастные, а мы все счастливые. Ну посмотрите на руководство. И что, они все бедные и несчастные, что ли? Прокуратура пускай работает. Ну?

Иван Князев: Да, спасибо.

Евгений Шлеменков: Прокуратура на самом деле работает, и работает хорошо. Но дело-то в чем? Дело в том, что… Вы посмотрите сами. Да, конечно, я тоже говорил не один раз, что в условиях пандемии повышать тарифы – в общем-то, не самый лучший путь. Но дело-то в том, что неплатежи растут, и растут серьезно. Ведь 55 миллиардов – это не копейки. Поэтому для того, чтобы обеспечивать и теплом, и водой, и электричеством, ну, откуда-то средства тоже надо брать.

И потом, это вопрос не только к ЖКХ. Это вопрос ко всей экономике, потому что ЖКХ получает, так скажем, топливо от нефтянки. Ну и пошло-поехало. Поэтому мы все должны понимать…

Оксана Галькевич: Евгений Иванович, а как в этой ситуации вам нужно делать? Я имею в виду – вашим коллегам, которые в этой сфере, в этих непростых условиях, как мы с вами договорились, как нужно действовать? Может, вам напрямую к государству пойти и сказать: «Вот доходы населения падают. Дайте денег, субсидируйте, помогите, выделите, не допустите коллапса».

Иван Князев: «Давайте кредиты нам».

Оксана Галькевич: Вот как-то так. Или нужно обращаться к депутатам и говорить: «Друзья, надо нам каких-нибудь рычагов, надо каких-нибудь инструментов, чтобы уже прижать к ногтю этих негодяев, которые по 200 баксов на стрижку тратят, а 50 долларов за коммуналку не хотят отдавать». По какому пути вы бы пошли? Или, может быть, есть третий путь?

Евгений Шлеменков: На самом деле надо использовать все способы, потому что и взыскивать задолженности надо. У управляющих компаний есть рычаги для взыскания задолженностей. Приходят они за всякими справками, приходят они за прописками, выписками и так далее. Я работал в этой системе и отправлял всех должников прежде всего погасить задолженность. Я думаю, это тоже повод… вернее, таких поводов может быть много.

Идти к государству и просить субсидии и дотации – это прямой путь к повышению инфляции. И вы же это тоже прекрасно понимаете. Поэтому, да, в каких-то случаях безвыходных придется и на это идти, наверное. Но сейчас, наверное, еще не тот случай, чтобы именно по этому пути идти.

Просить граждан, чтобы они аккуратнее относились к платежам. Мы всегда просим об этом. И большая часть отзывается, поверьте мне.

Иван Князев: А может быть, компании не идут к государству просить помощи, просить кредитов и тому подобное, потому что отчет придется предоставлять? «Ну а сколько вы потратили на инвестирование, на снижение теплопотерь, на качество услуг?»

Евгений Шлеменков: Вы знаете, отчитаться всегда есть чем, потому что в любой домохозяйстве, у любой компании есть масса проблем, которые нужно решить еще вчера, позавчера, а не то что сегодня. Поэтому если деньги появляются, то, как правило, тратятся они все-таки по назначению большей частью. Я не хочу сказать, что в ЖКХ работают такие люди, которые хитрят, которые…

Иван Князев: Ну, я думаю, сейчас многие телезрители с вами не совсем согласятся, потому что…

Евгений Шлеменков: Это не так.

Иван Князев: Ну, с одной стороны, ты заработал…

Евгений Шлеменков: Потому что нам с вами приходится иметь дело с теми случаями, когда как раз есть негатив. А о позитиве просто никто не говорит.

Оксана Галькевич: Это правда.

Иван Князев: Ну, это само собой. Но, с другой стороны, ты 100 тысяч прибыли получил и из них 50% вложил в развитие собственных услуг, в качество этих услуг, либо все 100 тысяч себе забрал на свою прибыль. Ну не знаю…

Оксана Галькевич: Ну какая там прибыль? Там еще долги какие-то надо покрывать, гасить.

Евгений Шлеменков: Вы знаете, на самом деле на все у нас есть нормы, на все у нас есть тарифы. И в нормальной управляющей компании все просчитано от и до. И если заказчик – то есть, скажем, старший по дому или ТСЖ – захочет это проверить, то он всегда имеет такую возможность. Это достаточно просто.

Более того, тарифы, как правило, еще ко всему и утверждаются на общих собраниях жильцов, они там рассматриваются.

Оксана Галькевич: Евгений Иванович, у нас две минуты осталось. Давайте выслушаем за это время Лидию из Астрахани. Вы еще прокомментируете ее звонок.

Лидия, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу такой вопрос задать. Мне 72 года. Я плачу все. Но главное – газ. Приходит газ очень плохой. У меня колонка, но я моюсь холодной водой. Не нагревается вода вообще! Понимаете? А я плачу полностью.

Оксана Галькевич: Понятно. Качество услуг не устраивает. Спасибо.

Евгений Шлеменков: Скорее всего, дело не в газе, а в самой колонке. Дело в том, что там есть топливный… вернее, нагревательный элемент, который очень чувствительный к качеству воды, и время от времени е го просто нужно менять. Скорее всего, дело в этом. Вам нужно просто вызвать мастера и попросить проверить именно состояние самой колонки, потому что газ нормальный.

Оксана Галькевич: Евгений Иванович, вы знаете, какая интересная вещь сейчас наблюдается у нас в эфире? Мы запустили опрос: «Есть ли у вас долги за ЖКУ?» И там 28% в этот раз ответили: «Да, долги есть». А 72% сказали, что нет. Большинство по-прежнему платит. Но какую динамику вижу я? Так как это не первый наш опрос такого рода с такой формулировкой. Я вижу, что число людей, которые не платят, у которых есть долги, оно выросло, причем выросло существенно. Почти треть уже. Это сурово!

Евгений Шлеменков: Так вот, отсюда и эти 55 миллиардов долгов у нас с вами и появились.

Оксана Галькевич: То есть все подтверждается, в том числе и нашими такими опросами.

Спасибо большое. У нас на связи был Евгений Шлеменков, вице-президент «Опоры России», руководитель направления «Строительство и ЖКХ».

Ну действительно, почти… Вот 29% уже. Да, 29%. В финале было 29%, практически треть.

Иван Князев: Говорили мы о том, сколько мы должны за коммунальные услуги в нашей стране. Счет уже на миллиарды пошел.

Это были темы дневного блока программы «ОТРажение». А прямо сейчас мы расскажем, о чем речь пойдет вечером.

С момента тотального закрытия границ прошел почти год. Многие страны до сих пор под замком. Даты туров пересматривают или вообще отменяют. Где и как россияне будут отдыхать в этом году? Об этом – в начале вечернего «ОТРажения», в 20:00.

Оксана Галькевич: «Без спроса и денег». Каждый десятый российский бизнес готовится к закрытию. Проблем в новом году меньше не стало – они те же, что и на пике пандемии. Почему господдержка не помогла? И какие льготы спасут наши компании? Выясним в 20:30.

Иван Князев: «Инвестпортфель на старость». К концу года Минфин планирует доработать новую систему пенсионных накоплений – добровольную. Но есть ли у россиян лишние деньги сейчас, чтобы жить безбедно потом? Как инвестировать, чтобы накопить на пенсию самостоятельно? Ответы – в 9 вечера.

Оксана Галькевич: «Курс на минус». Гольфстрим стал пассивнее. Такой медленной скорости у течения не было как минимум тысячу лет. Эксперты предупреждают: если тенденция продолжится, европейский климат может стать гораздо холоднее. А как же глобальное потепление?

Иван Князев: А вот в этом, кстати, и весь парадокс. Помните, был такой фильм, назывался «Послезавтра»? Как раз таки из-за глобального потепления Гольфстрим как-то меняет свои позиции, течет медленнее – и потом наступает глобальное похолодание.

Оксана Галькевич: Ивану очень хочется остаться на вечерний эфир, друзья, но его место в этой студии займет Петр Кузнецов, а мое место – Тамара Шорникова.

Спасибо, что были с нами. До свидания!

Иван Князев: До встречи, до встречи, друзья!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (2)
Геннадий Мартынов
...недопустимо когда в эфире ТВ тиражируется недостоверная информация, а чаще умышленная ложь. Скажите на милость, жилищное самоуправление в отношении какого имущества вы предлагаете настойчиво тиражируя домыслы участников передач? И вообще, что это за зверь такой- жилищные отношения? Насколько я помню- гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, основания возникновения и порядок осуществления права собственности и других вещных прав, прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальных прав), регулирует отношения, связанные с участием в корпоративных организациях или с управлением ими (корпоративные отношения), договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников (ст.2 ГК РФ). Самоуправлять "жилищно" чем предлагаете? Что это за правопорядок уникальный- поясните пожалуйста участникам. Только прежде чем рассуждать о порядке вашем, бандитском по сути.., настоятельно советую изучить требования ст.131 ГК РФ и выкатить собственникам законным выписку из ЕГРН о регистрации полномочий правления корпоративной или коммерческой организации под кодовым названием "УО" или "ТСЖ" или "ТСН" и даже "ЖСК", и уникального председателя или генерального директора коммерческой "ООО"- по праву владения имуществом в праве общей собственности собственников помещений. И если активно- уникальные таковыми сведениями из реестра государственного не обладают, то остаются лишь признаки мошенничества в особо крупном размере. Таков правопорядок реальный. Я ничего не изобретаю. И убедительно прошу уважать государственные законы Российской Федерации.
Непутин
Долгов нет. Нельзя принуждать к решению собрания собственников в которое я не вступал. Какой у него юридический статус и передача от меня полномочий? Это противоречит 30 статье Конституции, пункт 2. Где моё согласие на обработку персональных данных? С 1 марта внесены поправки и все должны получать согласие и раньше были должны. Без договора ответственность не наступает. Это бандитская схема вымогательства в сговоре с гос. органами.
Как не допустить коллапса в коммунальном хозяйстве?