Довольны ли россияне своей жизнью? Кому щи пусты, а кому жемчуг мелок

Довольны ли россияне своей жизнью? Кому щи пусты, а кому жемчуг мелок
Онкология. Блокировка банковских счетов. Рынок подержанных авто. Бензин. Работа для подростков. Промышленная политика
Рак: каждый имеет право на бесплатное обследование, лечение и реабилитацию по ОМС в крупных центрах
Алексей Рощин: Ранний детский труд поможет. Потому что хорошее образование приобрести трудно, а вот навыки пойдут на пользу
Как производят вентиляционное оборудование и системы отопления на заводе в Бронницах
Бензин снова дорожает. Это несмотря на соглашение между правительством и нефтяными компаниями
Покупка автомобиля на вторичном рынке. Пошаговая инструкция от специалиста по автоподбору
«Переводы между физлицами - самые подозрительные платежи на свете!» Что делать, если счет заблокирован? Советы специалиста по консалтингу
Почему канцерофобия страшнее самого рака? Главврач Центра им. Димы Рогачева - о ситуации с диагностикой и лечением онкологии
Обманутые дольщики. Мужчины 50+ без работы. Драка в Чемодановке. Проблемы ЕГЭ. Конфискация денег у госслужащих. Рубрика «Аграрная политика»
Как мужчинам после пятидесяти лет найти хорошую работу: почему служба занятости не может помочь?
Гости
Иван Родионов
профессор департамента финансов НИУ ВШЭ
Елена Назарова
профессор кафедры общественных связей и медиаполитики ИГСУ РАНХиГС, доктор социологических наук

Довольны ли россияне уровнем своей жизни? Тему дня продолжаем обсуждать с профессором кафедры общественных связей и медиаполитики ИГСУ РАНХиГС , доктором социологических наук Еленой Назаровой и профессором департамента финансов НИУ ВШЭ Иваном Родионовым.

Анастасия Сорокина: «Жизнь на уровне»: сегодня поговорим о данных ВЦИОМ, что половина страны удовлетворена уровнем своей жизни. Социологи опросили 1 600 человек, половина из них заявила, что жизнь их в целом устраивает; 28% отметили, что их устраивает отчасти; недовольны жизнью 22%.

Александр Денисов: Примерно такой же процентный расклад при опросе о материальном положении семьи: половина назвала материальное положение семьи средним, 14% выше среднего, 25% ниже среднего.

Анастасия Сорокина: Ну и как оценивают экономическое положение страны опрошенные, 54% участников опять же считают ситуацию в стране средней, 13% полагают, что ситуация прекрасная, а 28%, что плохая.

Александр Денисов: Эту тему мы начали обсуждать в дневном выпуске «Отражения», в студии у нас была Светлана Юрьевна Барсукова, профессор факультета социальных наук Высшей школы экономики. Светлана Юрьевна сделала вывод, что мы привыкли к жизни относиться в целом позитивно: да, есть проблемы, но они у всех есть, с этим нужно мириться.

Светлана Барсукова: Люди не говорят, что у них достаточно денег. На вопрос об оценке собственного материального положения 61% ответили, выбрали ответ «среднее», живем как бы средне, то есть не хуже и не лучше окружающих. Это говорит о том, что вот этот вот запрос на социальную справедливость относительно удовлетворяется, если люди видят вокруг себя себе подобных. И другой был вопрос, насколько вы удовлетворены жизнью.

Александр Денисов: Вот, удовлетворены, да.

Светлана Барсукова: Удовлетворены жизнью. И здесь действительно оказывается, что люди проявляют мудрость, понимая, что жизни другой не будет и нужно уметь искать источники удовлетворенности в семье, в детях и так далее. Вот семья, дети, здоровье и работа – вот это четырехугольник, который задает контуры, позволяющие нам чувствовать себя счастливыми.

Александр Денисов: Обсуждаем вместе с вами, подключайтесь, звоните, пишите.

В студии у нас сегодня Елена Александровна Назарова, профессор кафедры общественных связей и медиаполитики РАНХиГС, доктор социологических наук, – Елена Александровна, добрый вечер.

Елена Назарова: Добрый вечер.

Анастасия Сорокина: И Иван Иванович Родионов, профессор Департамента финансов Высшей школы экономики, доктор экономических наук, – Иван Иванович, добрый вечер.

Иван Родионов: Добрый вечер.

Александр Денисов: Вот вопрос к вам, уважаемые эксперты. Вот эти данные, что в целом жизнью удовлетворены, о чем свидетельствуют? Что люди, в общем, отрефлексировали свои взаимоотношения с деньгами? Ну да, не хватает, будем ужиматься, что-то там не купим, на что-то отложим, будем, так сказать, разумно жить, ну что же, трудности существуют всегда, то есть так философски отнеслись. Или действительно уровень жизни поднялся?

Елена Назарова: Насчет того, насколько поднялся уровень жизни или он не поднялся, я думаю, мы слово дадим нашим экономистам, потому что это статистика, это объективные данные. Социологи чаще апеллируют к мнению людей. Опросы, которые проводятся ВЦИОМ, в принципе чисто методологически не подлежат каким бы то ни было сомнениям, потому что это репрезентативная выборка, это организация, которая на протяжении десятилетий занимается опросом общественного мнения. Вот здесь как раз-таки ремарка по поводу общественного мнения, потому что…

Александр Денисов: Мы не подвергаем, но вот вывод чтобы сделать?

Елена Назарова: Вывод чтобы сделать? Я полагаю, что предыдущий эксперт был прав, на самом деле люди чаще всего, понимая, что это долгосрочная перспектива, скажем так, выживания в условиях внешних санкций, в условиях внутреннего не слишком интенсивного роста экономики. Поэтому, довольствуясь тем, что на сегодняшний день у нас есть, мы строим свою стратегию жизни дальше. Если будет лучше – замечательно, воспримем это как позитив…

Александр Денисов: Мы скажем, что прекрасная ситуация.

Елена Назарова: Да. Если будет ухудшение, то тогда, в общем-то, уже будут предприниматься какие-то определенные меры и со стороны в том числе населения, меняться стратегии выживания.

Александр Денисов: Иван Иванович, приспособились мы, да, к трудной жизни?

Иван Родионов: Ну вы знаете, на самом деле половина населения Земли живет на 5,5 долларов в день, это в принципе похоже на нас, похоже. С этой точки зрения, раз половина живет, наша-то доля…

Александр Денисов: Пять с половиной долларов – это 300 с чем-то рублей.

Иван Родионов: Да, а у нас поменьше, у нас меньше 200.

Александр Денисов: Ну это мало, Иван Иванович.

Иван Родионов: Без коммуналки, поэтому около 400 соответствует нашему, это как бы раз.

Второе: есть те опросы, которые говорят, что уровень людей, чувствующих себя счастливыми, 85%. Да, бедно, но опять а что расстраиваться, лучше-то, все понимают, то ли будет, то ли не будет, скорее не будет. И в этих условиях жить, как бы сетовать и расстраиваться – жизнь-то одна, другой-то не будет.

Александр Денисов: Вы прямо дословно повторяете…

Анастасия Сорокина: …слова предыдущего эксперта.

Александр Денисов: Барсукову, вашу коллегу.

Анастасия Сорокина: Мы хотим провести свой опрос, пока мы в прямом эфире. Присылайте, пожалуйста, свои ответы на короткий номер 5445: вы довольны своей жизнью? Коротко «да» или «нет», в конце беседы мы подведем итоги. Такой размытый у нас вопрос, но просто хочется в целом понять вообще про отношение. Вроде бы экономическая ситуация у нас, скажем так, не самая простая, но при этом люди почему-то воспринимают все… Как сказал Козьма Прутков, «хочешь быть счастливым – будь им».

Иван Родионов: Я бы даже сказал наоборот, что экономическая… Вот в этом году, в мае, например, Счетная палата сказала, что до конца года ничего, и опять пресс-секретарь президента озаботился, что вот президент заботится об уровне. И на самом деле явно, что если бы был хотя бы малейший какой-то тренд позитивный, ну точно бы это было отмечено. Но тем не менее опять, да и по-христиански тоже, в общем, не надо сетовать, это ни к чему не приводит. Поэтому… Уныние – это грех, вот мы и не унываем.

Александр Денисов: Вас это развеселило.

Елена Назарова: Есть международный опыт измерения, есть такое понятие, как международный индекс счастья. Ученые пытались измерить счастье людей. В принципе это количественно очень сложно отметить. И удивительно, что самыми счастливыми людьми оказались жители Доминиканы, Ямайки, а самые несчастные люди живут в Танзании и в африканских странах. Понимаете, там, где солнце, там, где все созревает, где нет никаких причин в принципе тосковать, хотя экономика этих стран, что Доминиканы, что Ямайки, зависит в основном от потока туристов… Понимаете, это просто настрой людей.

Александр Денисов: С другой стороны, вы сказали…

Анастасия Сорокина: То есть вы хотите сказать, что там одни…

Елена Назарова: Мы не будем, как Ямайка, счастливыми на 85%.

Александр Денисов: А в Африке тоже счастливые живут?

Анастасия Сорокина: Там солнца везде много.

Иван Родионов: Да, в Африке… Вьетнамцы где-то на 10–12-м месте, то есть нормально, нормально.

Елена Назарова: Оптимизм людей зависит от обстановки и от, может быть, социокультурных факторов определенных, традиций.

Александр Денисов: Может быть, они опрашивали тех европейцев, которые полюбили переселяться на пенсию, они там счастливые?

Иван Родионов: Там на самом деле есть два показателя: вот есть индекс, о котором сказали, а есть другой, уровень, его уже считают, то есть не по мнению, а по счету. И вот все-таки по уровню на первом месте Финляндия…

Елена Назарова: А уровень – это на самом деле экономический показатель.

Иван Родионов: …а Коста-Рика где-то там.

Елена Назарова: А Коста-Рика счастлива.

Александр Денисов: Это вы к чему? Что мы ближе к вот этим бедолагам в теплых странах, что уровень для нас необязательно залог счастья?

Иван Родионов: Нет-нет, мы и там, и там, ближе ко второй половине, то есть и по уровню, и по индексу.

Анастасия Сорокина: В среднем опять-таки у нас получается показатель?

Елена Назарова: Будем смотреть, как дальше будет развиваться экономика. Если в сторону ухудшения, мы будем тогда искать счастья как жители Доминиканы, Ямайки, в каких-то таких аспектах жизни позитивных: в своих детях, в хорошем окружении, в том, что на сегодняшний день у нас все хорошо, а что будет завтра, не так важно. Понимаете, очень трудно человеку в условиях кризиса, – а мы сейчас живем в этих условиях кризисных, – планировать на перспективу стратегии. Мы становимся спокойны более-менее тогда, когда мы знаем на какой-то период вперед, неделя, месяц, год, мы знаем, что в них может произойти. Сейчас мы с вами, откровенно говоря, не знаем точно, что будет через месяц, какая будет обстановка через год. Мы можем ориентироваться на какие-то планы определенные, но события могут произойти различного характера, плана. Поэтому это защитная реакция человека искать позитив в сегодняшнем дне.

Александр Денисов: Вот в чем находим утешение, Настя?

Анастасия Сорокина: Давайте посмотрим, в чем находят позитив наши зрители, жители Уфы, Екатеринбурга и Рязани. Мы задавали им вопрос: «Довольны ли вы своей жизнью и чем именно?»

ОПРОС

Александр Денисов: Вы знаете, у нас сейчас такая противоречивая тенденция: в опросе все довольны, а идет голосование, довольны ли вы жизнью, и там вот на экранах уже 98% недовольны. Посмотрим, как будет в конце эфира.

Что, по улицам ходят счастливые, а дома перед телевизором несчастные сидят?

Анастасия Сорокина: Или, как комментируют наши зрители, в камеру они просто не могут признаться, что у них все плохо, это было бы неловко…

Иван Родионов: Ну а чего сетовать-то? Что, вставать в положение такого несчастного? Зачем?

Елена Назарова: Обратите внимание, чем счастливы люди. Они счастливы прежде всего своей семьей, своими детьми, той работой, которую они выбрали, той профессией, в которой могут самореализоваться. Это все четко совпадает с ценностными ориентациями людей. Сейчас больше человек ориентирован на семью, на внутренний свой маленький такой мир, и из вот этих маленьких счастливых миров у нас складывается в принципе более-менее позитивная территория, общность.

Александр Денисов: Это у нас такая защитная реакция, что все плохо, это понятно, зарплата маленькая, а давайте найдем, что хорошо в жизни?

Елена Назарова: Смотрите, Маленькому принцу, помните, «приведи в порядок свою планету», «вокруг себя наведи порядок». Люди сейчас ориентированы больше на свой внутренний мир, потому что внешнее они вряд ли могут что-то изменить кардинально. А если наведут порядок в семье, обустроят детей своих, родителям здоровье обеспечат более-менее стабильное, то у них уже складывается впечатление какой-то своей возможности и стабильности, что они в этой жизни могут что-то сделать. В этом случае уже… Я говорю о жизненной стратегии людей, они меняются постепенно.

Иван Родионов: Тем более нам сегодня премьер пообещал 4-дневную рабочую неделю – что же унывать-то?

Александр Денисов: Праздничную вы имеете в виду, что ли?

Иван Родионов: Нет.

Александр Денисов: В принципе, да?

Иван Родионов: Да.

Анастасия Сорокина: Юлия из Волгограда до нас дозвонилась, давайте дадим ей слово. Юлия, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу сказать, откуда берутся сведения, что люди живут нормально и хорошо? У всех пенсия… Отработала 38 лет, пенсия 12 тысяч. Как на эти 12 тысяч прожить, чтобы хорошо? Продукты берем самые низкие, которые по акции, у которых уже скоро срок годности пройдет, а мы их берем. И чтобы воспитать детей, надо обуть, одеть, накормить, а все… По телевизору пестрят рекламы, что помогите детям на лечение. Зато у нас олигархи жируют, у них миллионы получают, и я слышала по телевизору, чтобы он не воровал, ему надо больше платить. Так что же мне, идти воровать, чтобы мне пенсию больше прибавили, да?

Александр Денисов: Нет, там логика другая: надо прибавить, чтобы не воровал, поэтому… Если начать раньше воровать, то уже ничего не прибавят, только срок дадут.

Елена Назарова: Только аппетиты растут.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо, Юлия, вам за звонок.

Очень много таких сообщений, что действительно сводят концы с концами. В общем-то, этот уровень, те данные, которые приводят ВЦИОМ, они очень, скажем так, возмущают, потому что реальная жизнь говорит о том, что приходится выживать, ни о какой радости жизни, в общем-то, речи идти не может.

Иван Родионов: Нет, вот Администрация президента расстроилась в апреле-мае, что люди говорят, что им трудно купить одежду необходимую, обувь, ремонт. Но с другой стороны, смотрите, недавно было исследование в Америке, оказалось, что в Америке для 40% семей найти 400 долларов внезапно, чтобы потратить на ремонт машины, на водопровод, на какой-нибудь ремонт, еще на что-то, является проблемой. То есть на самом деле не надо думать, что все живут отлично, а мы хуже всех, это другое.

Плюс к тому, вот очень интересно, что было исследование про уровень достойной зарплаты на семью из 3-х человек: пришли к выводу, что это 38 тысяч, то есть 38 тысяч – это нормально. Но никто не подумал, что семья – это двое работающих и ребенок, а средняя зарплата у нас формально 42. То есть у них мечта 38, а формально они получают 84. Вот как так получилось?

Анастасия Сорокина: Я что-то, вы знаете, не могу понять, откуда.

Иван Родионов: Вот и я не могу понять. Вспомните, опять были данные, что у 3% есть 90% богатства; одновременно появились данные, что…

Александр Денисов: Владеют 90% всех активов и накоплений в России.

Иван Родионов: Да, что у бедных, у 20% бедных 6%. И вопрос: а у остальных 70% что, всего 2%? И с этой точки зрения вот такого рода данные ничего не говорят, понимаете.

А то, что люди живут плохо, – да, действительно, живут плохо, да, действительно, хочется жить лучше. Да, жили лучше опять-таки в середине первого десятилетия 2000-х гг. И понятно, что народ на самом деле ждет этого возврата, и в общем-то никаких причин для того, чтобы его не было, быть не может быть. Почему? Потому что цены на нефть те же самые, экспорт у нас как бы достаточно большой, восстановился. И народ на самом деле внутренне недоумевает: за что, за что сейчас хуже? Вот да, понимаю, в 2014 году, но 5 лет прошло, цены на нефть восстановились, а опять в первом квартале на 2,3% реальные доходы упали.

Александр Денисов: Иван Иванович, цены на нефть восстановились, но не будем забывать про курс, который не вернулся к прежнему, исходному, а во всех товарах импортная составляющая…

Иван Родионов: Если они восстановились, кто мешает вернуть-то? Ведь смотрите, опять нам все время говорит правительство, что курс будет, рубль будет падать.

Александр Денисов: Да он только растет.

Иван Родионов: А он раз и!

Александр Денисов: Конечно.

Иван Родионов: Ну вот.

Елена Назарова: Растет.

Иван Родионов: Правительству-то это не нравится. Плюс к тому опять, смотрите, мы взяли деньги из Америки, из ценных бумаг правительства.

Александр Денисов: Вытащили, да.

Иван Родионов: Да. Вложили частично в Китай.

Александр Денисов: В юани, да.

Иван Родионов: И 10% так чуть-чуть потеряли. Извините, это почти 40 миллиардов долларов, это фактически по тысяче долларов на каждого пенсионера. Вот кто за это решение ответил? Кто был таким как бы «решальщиком» по этому вопросу?

Александр Денисов: Центробанк, судя по всему.

Иван Родионов: Да нет, нет.

Александр Денисов: Нет?

Иван Родионов: Так мы на этот вопрос ответа не получили.

Александр Денисов: Ну они объясняли, что, мол, боялись потерять, в случае сложных отношений с Америкой был риск потерять вообще все.

Иван Родионов: Да. Вот я ехал на машине, боялся и кого-то сбил – меня же тут же накажут, а здесь все нормально, все правильно.

Елена Назарова: Да, потом все риски по идее должны быть застрахованы, то есть из каких-то других источников должна пойти компенсация. Надо сказать, что на самом деле на сегодняшний день прошел ряд непопулярных таких нововведений. Пенсионная реформа, которая сделала много шуму, в принципе не решая тех проблем, которая она должна была решить. Множество новшеств таких интересных и не очень популярных в сфере социального обеспечения, социального страхования. Что происходит в системе здравоохранения, когда человек тратит свое здоровье по сути дела, для того чтобы получить определенную справку, сдать анализы и так далее. Притом что декларируется, звонки идут рекламные на телефон пройти диспансеризацию бесплатно в рамках вашего страхового полиса, но мы прекрасно понимаем, что в этот полис входит раз в год сдать кровь, анализы клинические, 4 раза сходить к педиатру или терапевту и так далее, то есть по одному разу всех специалистов, а остальное все идет за отдельную плату, за доплату.

И система здравоохранения, наши учреждения здравоохранения не хотят платить больше, понимаете, а здоровье людей начинает ухудшаться по сути дела. В профилактическую медицину мы еще не перешли, на то, чтобы выращивать здоровое поколение, еще нет инфраструктуры под это, только-только сейчас начинают тратиться опять-таки деньги те самые бюджетные наши на то, чтобы попытаться сделать эту инфраструктуру и каким-то образом улучшить состояние. Но те люди, которые сейчас нуждаются в помощи врачебной, на самом деле сталкиваются с такой ситуации, что даже в частной, в платной клинике не всегда получишь то лечение, которое будет адекватным.

Александр Денисов: Да они признают, они говорят, что в платных, что в бесплатных одни врачи работают, единственное – это сервис.

Елена Назарова: Платные клиники заинтересованы в деньгах, которые они берут от пациентов, а бесплатные в частых посещениях, потому что в этом случае идет опять-таки начисление на страховой полис этого пациента. Поэтому здесь говорить о такой социальной справедливости, то, что люди удовлетворены своей жизнью именно потому, что они видят справедливость, – нет, естественно. И то, что они видят на сегодняшний день, даже то, что показывают с экранов телевидения у нас, немного заретушировано, так скажем, потому что не все каналы открывают подобного рода ролики, какие-то данные о том, что люди массово недовольны ситуацией в стране. Средства массовой информации тоже каким-то образом участвуют вот в этой мистификации по поводу того, что замечательно…

Александр Денисов: В блокировке действительности.

Елена Назарова: Да.

Анастасия Сорокина: Дадим слово зрителям. Из Новосибирска у нас есть звонок от Сергея. Здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Анастасия Сорокина: Добрый вечер.

Зритель: Хотел бы высказать свое мнение. Вот смотрите, допустим, до 2013 года мы с супругой 2 раза в год могли себе позволить съездить за границу, и каждая поездка нам обходилась где-то в 4 тысячи долларов на 2 человека с перелетами, гостиницей и со всем остальным, что там происходит за границей. Сейчас, в данный момент, работая так же, где-то даже больше, потому что произошли сокращения в тех предприятиях, в которых мы работаем, мы получаем денег намного меньше, даже не можем позволить не то что один раз в год уменьшение заработной платы, точнее невырост еще, а порой мы не можем даже один раз съездить в год по одной простой причине, что еще и внутри страны выросли цены.

Когда задается вопрос, довольны ли вы своей жизнью, я хотел бы понять, ВЦИОМ кому задавал, каким людям? Людям, живущим в деревнях, которые не видят, как вообще прогрессирует человечество, какие есть новые «плюшки» в этом мире, чтобы жить более комфортно и более весело, назовем это так, быть более счастливым. И соответственно, от себя лично хотел бы понять, как можно говорить, что мы более счастливы, если мы стали жить хуже? Страна-то хуже живет.

Да, у нас появились новые гаджеты, у нас есть возможность общаться, я там родителей раньше раз в год видел, когда к ним приезжал, теперь могу, используя современные средства связи, связываться с ними ежесекундно, ежеминутно. Но в целом мы живем хуже. Кто доволен своей жизнью? Я не знаю, кого опрашивали. Мне кажется, показатель того, что мы живем лучше, он, как вы недавно совсем сказали, пропагандируется средствами массовой информации для создания такого общего хорошего настроения в стране.

Анастасия Сорокина: Понятно, спасибо, Сергей, вам за звонок.

Александр Денисов: Спасибо, Сергей.

Анастасия Сорокина: Выслушаем еще один из Великого Новгорода, дозвонилась Наталья.

Зритель: Здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Зритель: У меня такое как бы не то что предложение… Тоже непонятно, кому задан вопрос: «Вы довольны своей жизнью?» Нет человека, который абсолютно доволен своей жизнью. Даже, как вот говорят, те, кто воруют, они ведь тоже, видимо, недовольны своей жизнью, раз воруют и хотят больше, а бедные тоже недовольны своей жизнью…

Александр Денисов: Ну, может быть, они себя осуждают, знаете, воруют и расстраиваются, зачем они это делают.

Зритель: Да ну, вряд ли, я в этом очень сомневаюсь, чтобы они от этого расстраивались.

Александр Денисов: Ну я предположил.

Зритель: Просто непонятно, как можно быть абсолютно довольным. Вот я, например, не знаю, довольна я своей жизнью…

Анастасия Сорокина: Спасибо, Наталья, за звонок.

Александр Денисов: Спасибо, да.

Елена Назарова: Можно реплику по поводу исследования?

Александр Денисов: Обязательно.

Елена Назарова: Было опрошено, насколько я поняла, это «ВЦИОМ-Спутник», система опроса, 1 600 человек, но это телефонный опрос.

Александр Денисов: Телефонный, да.

Елена Назарова: И мы с вами прекрасно понимаем из курса социологии базового о том, что в телефонных опросах участвуют те люди, у кого есть телефоны, кто ими пользуются. Хоть там и говорится, что была всероссийская база стационарных и мобильных номеров телефонов, но с другой стороны, как раз-таки про сельскую местность, про деревню, о которой говорили, наверняка туда никто не дозвонился.

Александр Денисов: Туда не дозванивались?

Елена Назарова: Никто. Наверняка никто не дозвонился в Якутию, Крайний Север, те регионы, потому что там связь иногда бывает только по рации, даже мобильной связи не бывает. Поэтому в принципе репрезентативность в этих исследованиях есть, но мы прекрасно понимаем… Раньше у нас была основа для проведения социологических опросов – это электоральные списки: люди по месту жительства, по определенным адресам, и можно было легко найти, сделать прекрасную выборку, которая с минимальной ошибкой представляла генеральную совокупность. На сегодняшний день социологу провести опрос на квартире в принципе нереально ни в Москве, ни в каких других регионах.

Александр Денисов: Не пустят, да?

Елена Назарова: Абсолютно, ну что вы, даже с милицией не пускают.

Александр Денисов: С милицией тем более, пугаются очень.

Елена Назарова: Нет, с милицией еще хуже.

Анастасия Сорокина: Тогда результаты будут прекрасные, Саша.

Елена Назарова: Поэтому выходит и ситуация с опросами в том числе по телефону, предполагая, что на сегодняшний день телефонизация, цифровизация идут и так далее. Но все равно какое-то определенное искажение есть, присутствует, поэтому мы не можем говорить, что это опрошены абсолютно все категории населения России в этом опросе. Это были опрошены, скорее всего, те, кто были в пределах досягаемости и те, которые могли покрыть вот эту самую выборку, выстроенную учеными-социологами, для того чтобы обеспечить ее репрезентативность, понимаете?

Анастасия Сорокина: Елена Александровна, а как вы считаете, вообще вот этот уровень удовлетворения своей жизнью в принципе надо подсчитывать?

Елена Назарова: Конечно, надо, потому что это хорошая такая база, основа для того, чтобы видеть свою перспективу, чувствовать свои определенные силы, какой-то потенциал, может быть, ресурсы и выстраивать, как я уже говорила, стратегию дальнейшей жизни. Если человек не задумывается о том, что сейчас происходит, если ему сложно оценить свое состояние, свое положение в обществе и в своем окружении, то, соответственно, он не сможет увидеть более широкие перспективы, он не сможет выстроить свою жизнь на завтрашний день, на послезавтра и так далее. Жизнь здесь и сейчас, то, что сейчас психологи пропагандируют, в принципе они правы, это для психического здоровья человека вполне адекватно, но мы-то с вами привыкли жить какими-то стратегиями, перспективами и так далее для себя, для своих детей, чтобы внукам еще какой-то был определенный путь. Поэтому нам с вами все-таки желательно понимать свое состояние на сегодняшний день.

Александр Денисов: Иван Иванович, а вот к вам вопрос как к экономисту. Елена Александровна говорит, что хорошо перспективу, – может быть, перспективы и планы у нас остались в СССР, а сейчас уже все, всех научил зубастый капитализм, что, ребята, будущее неизвестно, как выйдет у вас, так и выйдет?

Иван Родионов: Нет, во-первых, Чехов сказал, что человек стремится к счастью, как птица для полета, рожден для счастья, как птица для полета. И очевидно, что вот такой как бы глубокий пессимизм если бы мы услышали в ответе…

Александр Денисов: По звонкам.

Иван Родионов: …это был бы как раз сигнал. А то, что люди всегда приукрашивают и понимают, что да, вот плохо, но тем не менее мы вот ищем пути, как себя уговорить, что не так и плохо. Да, если мы опять выйдем по звонившим, которым два раза в год 8 тысяч долларов явно не хватает. Понимаете, для 85% населения эта сумма иррациональна, это так же, понимаете, у кого щи пустые, у кого жемчуг мелкий. С этой точки зрения опять говорить, что… Да, действительно, материально стало хуже; да, действительно, для этого сейчас нет существенных оснований. Нет оснований: уже и нефть не столько стоит, и курс можно вернуть. Можно опять вернуть уровень жизни.

Александр Денисов: Вы же сказали, что есть основания.

Иван Родионов: Нет оснований жить так плохо, как мы живем. Но тем не менее опять правительство уже 2 года имеет двойной бюджет, потому что уровень отсечения…

Александр Денисов: Профицит.

Иван Родионов: Да, профицит…

Александр Денисов: Положительное торговое сальдо у нас, больше продаем.

Иван Родионов: Да, теряет в ценных бумагах, скажем, того же Китая, и вот сейчас опять возникла такая идея, она рассматривается как совершенно революционная, что резервы-то надо вкладывать в свою страну. Все говорят, вот, Международный валютный фонд будет против. На самом деле…

Александр Денисов: А нам-то чего?

Иван Родионов: Мы для кого живем-то? На самом деле у нас вот да, 5 лет население потерпело, может быть, достаточно сейчас и пенсии удвоить, и зарплаты опять минимальные не 11 тысяч сделать, а 25? И кому от этого будет плохо, непонятно. И все разговоры о том, что у нас, например, скажем, санкции на ввоз яблок – это идиотизм, извини меня, это можно на 3 месяца, когда тебя обидели, ты состроил рожу, но потом-то ты должен успокоиться. И на самом деле я думаю, что если вспомнить опять 1987-1988-е гг., в чем мы погибли тогда, почему СССР развалился? Вместо того чтобы завезти импорт, мы строили заводы по выпуску товаров народного потребления, ну и достроились до того, что новые страны появились.

И на самом деле я думаю, что сейчас самое время, в общем-то, опять пожить какое-то время за счет импорта. Если наше правительство не в состоянии организовать нормальную опять экономику, значит, будем жить за счет импорта. Нам в конце концов бог дал эту нефть и эти ресурсы. И почему они на самом деле вкладываются либо в яхты, либо в зарубежные имения, либо в национальные проекты, по которым я как экономист не видел ни одного экономического обоснования, чтобы было ясно, что через год будет 30%, через 10 лет 300% – нет этих обоснований.

И с этой точки зрения очень похоже на ту ситуацию, которая была в 1987 году. Опять всегда говорят: если мы сейчас всем повысим зарплату, нечего будет покупать. Извини, мир-то никуда не делся. Почему мы должны покупать сыр по цене в 2 раза дороже, чем, например, французский, но понимать, что он сделан из пальмового масла, импорт которого вырос в разы? Да, отечественный производитель нас кормит поганым сыром, а мы этому должны радоваться. Чему? Тому, что он себя хорошо чувствует? Нет мне до него дела.

Александр Денисов: Послушаем, до чего есть дело зрительнице Людмиле из Ставропольского края. Людмила, добрый вечер.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер, здравствуйте. Вы знаете, вот очень вопрос, конечно, заинтересовал меня. Как можно быть довольным своей жизнью, как может быть человек доволен своей жизнью, если нет перспективы? Перспективы нет в чем? Вот я, например, пенсионер, у меня пенсия 9 тысяч. Получаю пенсию и несу ее за коммунальные услуги, причем цены растут у нас уже фактически, я не знаю, такое ощущение, что каждый месяц.

Мало того, что на коммуналку постоянно что-то повышается, что-то повышается, продукты – то же самое, тот же самый пресловутый хлеб, белый батон уже стоит у нас 27 рублей, один батон. Я вообще не знаю, как можно прожить, еще при этом что-то там, я не знаю, что-то есть, просто не знаю. К кому обращаться? Почему не регулируется повышение цен? Коммунальщики живут каким-то вообще отдельным государством. Это вообще ужас какой-то, что делается.

Анастасия Сорокина: Спасибо вам.

Зритель: Я не знаю, везде ли, у нас ли, но, конечно, это очень тяжело, очень тяжело.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо, Людмила, за звонок.

Александр Денисов: Ну вот Иван Иванович, начали говорить про экономику, что, в общем, не видите эффективных вложений, эффективных проектов. Вот форум…

Иван Родионов: Не надо говорить, что я не вижу, – а кто видит? Вот вы мне покажите его.

Александр Денисов: Ну пока мы видим вас, поэтому и спрашиваем. Вот на форуме Фонд прямых инвестиций каждый день отчитывался, что у нас такой проект, такой проект, мы вошли… Что, вот эти все проекты действительно…

Анастасия Сорокина: …не имеют экономического обоснования?

Иван Родионов: Вы знаете, что Олимпиада вот эта вот, которая была в 2014 году, фактически каждой семье по 3-комнатной квартире? Вы считаете, что она была полезнее, чем 3-комнатная квартира на каждую семью?

Александр Денисов: Нет, безусловно, сложно найти человека, который откажется от 3-комнатной квартиры.

Иван Родионов: Ну вот об этом и речь, понимаете. Поэтому что говорить о том, как государство тратит деньги? Мы это государство выбрали, как оно тратит, так и хорошо. Но с другой стороны, опять-таки надо ли, надо ли тратить? Опять вы хоть один национальный проект можете мне объяснить с точки зрения полезности? Вот почему я, например, благодаря национальным проектам, вот я как пенсионер буду жить лучше? Нет, не сможете.

Александр Денисов: Нет, если вы не можете, то я тем более.

Иван Родионов: Так никто даже и не пытался, в этом-то и дело. Нам говорят: вот ты знаешь, если истратить много денег, будет хорошо, – кому хорошо? Вот в этом и вопрос. Никто не ставил на самом деле задачу повышения уровня жизни хотя бы до уровня 2011 года, хотя бы до уровня 2011 года, так вообще вопрос не стоит. Опять посмотрите, министр экономики что сказал? Надо еще затягивать пояса, а потом, потом, может быть, будет лучше, а может быть, и не будет.

Александр Денисов: Он тут недавно сказал, что если работать, то обязательно заработаете, это будет больше, чем уровень инфляции.

Иван Родионов: Нет, ну он-то уже заработал, мы понимаем.

Александр Денисов: Он по себе судит.

Иван Родионов: Он прав.

Анастасия Сорокина: Примем звонок из Краснодарского края, Ольга дозвонилась. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Это Краснодарский край, город Туапсе, 100 километров от Сочи. Вы спрашиваете, довольны ли мы жизнью, пенсионеры. Мне уже 68 лет, 67, скоро будет 68. Пенсию ждала, думала, хоть немножко добавят, 9 200 у меня так и осталось. В зимний период у меня сжирает пенсию, мы на югах, температура у нас плюсовая, но мы платим за отопление дороже, чем на Севере, это Краснодарский край, Туапсе, 100 километров от Сочи. У нас по 6,5–7 тысяч оплата идет квартиры. Газа неделями не бывает. Чем можно быть довольным? Вы ответьте, вот как дальше жить? Мы ждали добавки к пенсии, и вот такое у нас творится в Туапсе. Спасибо.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо.

Александр Денисов: Елена Александровна, я все-таки, для меня действительно вот это противоречивое мнение, обсуждаем один опрос, неужели они не наткнулись ни разу на людей, которые высказывают так же?

Елена Назарова: Которые нам звонят?

Александр Денисов: Да-да.

Елена Назарова: Вы знаете, здесь…

Александр Денисов: Нам ведь звонят из городов, не из деревень.

Елена Назарова: Да-да, люди, у которых есть телефон, которые смотрят телевизор. Сейчас у нас цифровое телевидение, поэтому практически на всей территории России…

Александр Денисов: Конечно, купили же приставки.

Елена Назарова: …есть и ОТР тоже, наверняка аудитория выросла.

Вы знаете, здесь очень интересный вопрос, который мы с вами затрагиваем, может быть, он выходит за рамки рассмотрения, – это вопрос социальной справедливости. И вот именно то, что коллега Иван Иванович говорил о том, что да, у кого-то щи постные, у кого-то жемчуг слишком мелкий по сравнению с тем, который хотелось бы иметь. Вопрос в том, что сейчас у нас информация стала доступной, более доступной, люди, кому надо, смотрят в Интернетах, в поисковиках, находят какие-то интересные для себя сайты, что им необходимо, находят информацию всю. И есть альтернатива средствам массовой информации, которые официальные наши источники, телевидение, которые, в общем-то, дают одну картинку, в Интернете можно найти другую картинку. И совершенно третья картинка – это соцсети, там, где идет обсуждение реальных проблем, реальных событий. И вот надо сказать, что если вы этот вопрос…

Александр Денисов: Вот мы опять повторяем данные, с которых начали.

Елена Назарова: …сейчас зададите в соцсетях, попробуете опросить, то там будет наверняка еще более сложная, противоречивая картина, потому что… Вопросы, я понимаю, социальной активности людей прежде всего, чем больше информации, тем больше желание эту информацию обсудить, тем больше возможности консолидироваться вокруг каких-то определенных мнений.

И кроме того, у нас возникает вопрос еще, сегодня косвенно так поднятый, – это социальная ответственность не просто бизнеса, а крупных госкорпораций, потому что те программы социальные, которые реализуются на местах, они локально решают какие-то вопросы, но наверняка огромные отчисления, которые идут возможно в бюджет, возможно еще в какие-то определенные источники развития самого бизнеса, они могли бы на сегодняшний день компенсировать, допустим, ремонт жилищно-коммунального хозяйства, проведение новой системы отопления в тех регионах, в которых это нужно, то есть более активно включать те средства, которые есть у крупного бизнеса и который на сегодняшний день зачастую под покровительством государства, так скажем, терпит некоторые убытки за счет санкций и получает компенсации за счет бюджета, то есть за счет тех людей, у которых маленькая пенсия и которые не могут себе позволить купить качественные продукты. Вот где здесь социальная справедливость? Здесь, в общем-то, есть о чем задуматься, здесь есть те аспекты, которые нужно нам еще очень детально посмотреть, разработать и исследовать более глубоко.

И опять-таки чтобы исследовать, это должен быть заказ, государственный заказ, как правило, на исследование. А скажите, пожалуйста, надо ли эти цифры широко обсуждать и знать? Чаще всего подобного рода исследования по соцсправедливости, допустим, у нас идут в инициативном порядке в рамках каких-то определенных маленьких проектов либо диссертаций наших аспирантов, которые интересуются этим, пытаются в регионах хотя бы докопаться до каких-то таких истин определенных. Но нужна поддержка подобного рода исследованиям, тогда, может быть, мы сможем вынести эту проблему на более высокий уровень обсуждения уже в научной среде и давать какие-то рекомендации, в том числе и в системе управления, бизнесу и так далее.

Александр Денисов: То есть ВЦИОМ поставили задачу: ребята, все-таки хотим знать, счастливые у нас люди или не счастливые, да? И говорят, давайте за скобки…

Елена Назарова: Ну вы знаете, это традиционное исследование, которое проходит уже на протяжении десятилетий…

Александр Денисов: …все понятно, у нас плохая медицина, это все ясно, мы знаем.

Елена Назарова: И очень интересно посмотреть, когда люди были счастливы. Вот я посмотрела их график, на самом деле интерактивный… Кстати, вы смотрели, очень замечательно изменился сам сайт ВЦИОМ, стало интересно: раньше было 3 индекса у них, остальные все были рейтинги, теперь стало индексов очень много. Введение новых каких-то категорий в исследование или в подачу результатов исследования – это тоже определенный такой пиар-ход: если раньше можно было посмотреть, кто «за», а кто «против», кто «не знает, воздержался» и так далее, то сейчас нам дают определенную циферку… Единственное, эта циферка показывает динамику, а она включает в себя позитивные оценки, оценки сомневающихся, отчасти негативные и отчасти позитивные, которые мы могли бы вообще в принципе изъять из рассмотрения, и отрицательные. И вот сумма, разница этих цифр дает индекс, это элементарная математика на уровне второго класса школы, подсчитывается индекс. На самом деле они более сложно высчитываться должны по идее, во всяком случае экономические индексы, – правильно, Иван Иванович?

Иван Родионов: Нет, мы же видели, месяц назад, когда рейтинг президента вдруг стал 30%, потом снова 70%.

Александр Денисов: Да, там пересчитали.

Иван Родионов: Ну что тут говорить?

Елена Назарова: Ну потому что…

Иван Родионов: Мы на самом деле не слышали вопроса, который задавали тем, кого мы видели на картинке; мы не видели подсчетов, мы не видели всю выборку. Ну вот мы увидели то, что люди опять не хотят жить плохо, они сами себя уговаривают, что мы живем хорошо. Те, которые звонили, с этим не согласны. Нормально.

Но из этого опять сделать какой можно вывод? Да, можно сетовать, что вот стало хуже, – и что от этого? Если ты чувствуешь себя счастливым, так и чувствуй себе, что в этом плохого-то?

Александр Денисов: Конечно, спору нет.

Алексей из Нижнего Новгорода дозвонился. Алексей?

Зритель: Да, здравствуйте.

Александр Денисов: Добрый вечер.

Зритель: Мне 57 лет. Вот вы задаете вопрос, устраивает ли нас эта жизнь. Жизнь, конечно, нас не устраивает: зарплаты упали, продукты все растут, за 10–15 лет выросли в несколько раз, а зарплата упала в 2 раза. Народ во всем недоволен, на селе вообще жить невозможно, ни работы, ничего нет. И как вот проводят социологические опросы… У вас вот рейтинг хороший, что недовольны 93%, а остальные все…

Вот депутаты докладывают, весь народ доволен, все люди довольны. А с чего довольны, если зарплату получают и живут только полмесяца на эту зарплату, и все так? Законы принимаются вообще непонятно какие. К реке на машине подъехать нельзя в радиусе 200 метров, а если человек едет с катером, что ему, 200 метров тащить катер? Ну как вообще такой закон можно принять? И вот такие вот все какие-то, я не знаю, люди вообще недалекого ума, что ли, принимают эти решения? Или народ они… Какие они, кто им там советует, вообще непонятно.

Александр Денисов: Алексей, а у вас катер есть, да?

Зритель: Катера у меня нет.

Елена Назарова: Трактор.

Иван Родионов: Ему же доехать нельзя.

Анастасия Сорокина: Спасибо, Алексей, за звонок.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Еще один из Алтайского края у нас звонок от Галины. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу поделиться своей хорошей жизнью. Город наш разваливается благодаря господину Карлину, он у нас все поразвалил. Сейчас у нас губернатор Томенко, молодец, он взялся за нас. Завод разваленный, ничего нет, работы нет, молодежь бежит. О какой хорошей жизни говорить? Остаются одни пенсионеры. Завод еще один у нас тут построили, но на него столько… Тяжело попасть на работу. Ну какая это хорошая жизнь? Рядом все, поля заросли. В общем, кошмар какой-то. Работы нет, молодежь бежит.

Александр Денисов: Спасибо, Галина.

Иван Иванович, вот и Елена Александровна про бизнес начала, и мы с вами, вы про нацпроекты упомянули. Тоже вот прошедший форум – помните, там была перепалка между Силуановым, вице-премьером, и бизнесменами? Там они тоже засомневались в этих нацпроектах, Тиньков сказал, что он вообще не понимает, что это такое, а другие говорят, что это нас не вывезет никуда, к успеху не привезет. Он разозлился, говорит: «А у вас вообще нигилизм полнейший, вы вкладывать в развитие страны не хотите». Вот тоже в экономике как-то единства нет: действительно и вкладывать они не хотят, бизнесмены, держат под спудом эти деньги, потому что говорят, что ситуация неопределенная, что они будут страну развивать, непонятно, к чему вообще все это приведет.

Иван Родионов: Нет, это вот путаница на самом деле, то есть намек на то, что они не хотят страну развивать, – это чепуха.

Александр Денисов: Чепуха.

Иван Родионов: Хотят.

Александр Денисов: Хотят?

Иван Родионов: Но они не хотят ее развивать так, как хочет Силуанов, потому что где у Силуанова хоть один пример хорошего развития? Вот я вложил 100 миллиардов, получил 300 – ну назовите мне, и он не назовет.

Александр Денисов: А есть такие бизнесы, которые так приносят?

Иван Родионов: Конечно.

Александр Денисов: Например?

Иван Родионов: Да ну полно.

Александр Денисов: Полно?

Иван Родионов: Конечно. И на самом деле вопрос в том, что то, что делает государство, никто не понимает. Мало того, что народ не понимает, но и бизнес не понимает. И Силуанов на самом деле сказал-то другое: он говорит, что вот вы как бы все сетуете, что все не так, а вам же все лучше и лучше, вы все больше и больше зарабатываете. Это как упрек. На самом деле если бизнес зарабатывает, радоваться надо, налогов больше, бюджет больше. А мы разделили это, мы говорим, что бизнес – это так вот, какие-то там хулиганы типа Тинькова, неизвестно кто, они всем все время недовольны, а мы вот все ваше, что мы с народа собрали, будем вкладывать в наши национальные проекты, не объясняя зачем, не объясняя, какой будет результат, не объясняя, почему это хорошо. Вот в это проблема, и на самом деле это отражение в этой дискуссии вот этой вот проблемы.

Более того, когда бизнес говорит, что его задавили малость, – да вы что? Если бы вас задавили, вы бы не росли, а вы же растете, значит, недодавили. И на самом деле в такой обстановке как можно опять бизнесу что-то делать? Ведь почему опять вот те, кто нам звонит, все время говорят о том, что у них в городе заводы встали, ничего не работает, один завод, туда не попасть? – это значит, что бизнеса там нет. Бизнеса нет, а государство туда не идет. Более того, когда государство стало развивать оборонку, оно уже как бы да, оно развило, а потом сказало: «Ребята, а теперь вы сами о себе заботьтесь, вы гражданскую продукцию выпускайте». Они никогда этого не умели делать на самом деле. И то, что было в 1990-е гг., то, что было в первом десятилетии 2000-х гг., – да, там были отдельные успехи, но сейчас-то этих успехов мы не видим, не видим просто. Потому что на самом деле опять все, за что взялось государство, в конце концов, как нам показали все наши 70 лет успешных с 1917-го по…, не очень-то как бы результативны.

И опять, вот смотрите, мы заменили олигархов, вспомните опять интервью Грефа, вот эти вот все вещи, – мы заменили олигархов, но мы их именно заменили, но те за 5 лет стали олигархами, а это за 20 как бы не очень стали. Но вы знаете какую-то компанию из государственных, которая прямо как ракета выстрелила? Вот в 1995-м был банк «Инкомбанк», а в 1991-м вообще никто не знал, что такой есть. Что, с «Газпромом» то же самое произошло? Нет, не вижу этого. С «Роснефтью» это произошло? Нет, не вижу этого. И получилось, что одни олигархи были заменены другими, но менее талантливыми. А кому от этого радость-то?

Анастасия Сорокина: Давайте дадим слово опять зрителям. Из Чувашии Маргарита, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер. Я работаю директором в управляющей компании небольшого города. И что могу сказать? Работать… Вот все ругают управляющие компании, а мы работать не можем. По мановению волшебной палочки тариф на мусор в 2015 году вырос, 1 куб ТБО стоил 90 рублей, в 2017-2018-х гг. он стоил уже 550, а тарифы не поднялись. После взрывов газа тарифы на обслуживание «Межрегионгаза» выросли в несколько раз, нас вынудили подписать договор. А где мы эти деньги должны взять? С жильцов. А жильцы такие же бедные пенсионеры, такие же люди, как все. Свои работы мы выполнять не можем, потому что у нас деньги забирают в виде штрафов за малейшую провинность, за малейшую жалобу. То есть поставили наш коллектив, мы зарплаты не повышаем, мы со страхом смотрим в будущее, переживаем за наших жильцов. И что делать? Никакой уверенности в завтрашнем дне. Я думаю, что я не одна такая из управляющих компаний.

Александр Денисов: Да, вы не одна. Спасибо большое, спасибо.

Иван Родионов: Нет, здесь надо честно сказать, что, в общем-то, озаботился и президент, опять озаботился тем, что монополию вот этих вот сервисных компаний надо бы так чуть-чуть поприжать, и мы с вами это обсуждали. У них хорошие юристы, они все время отбивают то, что им положено, а пенсионерам не удается, никакой индексации на самом деле реальной нет; то же самое и другим социально обиженным, им тоже не удается. А этим удается, у них хорошие юристы. Вот президент сейчас придержит, но будет ли от этого польза? На самом деле там точно перекос, потому что при 9 тысячах пенсии 6 тысяч на коммуналку – это чуть-чуть как бы некорректно.

Александр Денисов: Елена Александровна, вот вы упомянули про непопулярные меры, что вот принят пенсионный возраст и так далее. Вот есть ощущение, что на этом остановились, а дальше непопулярные меры, хотя в условиях догоняющей экономики они необходимы, не пошли. То же самое с бизнесом: прижать инвесторов, которые хотят окупиться, они вложили в энергетику, обязательно подай тарифы большие, – вот почему-то с этим мы не разбираемся дальше. Почему остановились, как думаете?

Елена Назарова: В принципе если ввести прогрессивный налог на бизнес…

Александр Денисов: То же самое, да.

Елена Назарова: Крупный бизнес, не малый бизнес, который по сути дела должен обеспечивать…

Александр Денисов: С этими бедолагами он и так загибается.

Елена Назарова: Но это непопулярные сверху методы, поэтому непопулярные для людей методы сейчас больше применяются, потому что считается, что в принципе люди выживут в этой ситуации, найдут возможность, способы, в конце концов мы оптимисты, судя по результатам опроса, мы счастливы даже в этой ситуации негативной.

Вообще я хотела бы, знаете, назад вернуться немножко к социсследованиям. Социологи чаще всего верифицируют, проверяют общую обстановку в стране, в частности, в экономической сфере. Мы говорим о том, что есть статистика, которая где-то ложь, а есть настоящая статистика, а есть социологические исследования, которые субъективное мнение замеряют людей. И если у нас объективно, то есть по статистическим данным, идет улучшение ситуации и люди это улучшение отмечают, говорят, что да, на самом деле стало хорошо, – это идеальный случай, который крайне редко бывает, в принципе в нашей природе, я пока не замечала таких вот идеальных аспектов. Если идет улучшение, но люди не чувствуют этого улучшения, – это в принципе база для социального кризиса, то есть не ощущают это улучшение в своей жизни, люди недовольны.

Александр Денисов: А похоже, что они не ощущают.

Елена Назарова: А статистика да, замечательная, ВВП выруливает, инфляция стабилизируется, какие-то перспективы чисто формально, понимаете? Вот это настораживающая ситуация, это то, что должны взять под контроль наше руководство, экономисты и в общем-то все, кто занимаются социальной политикой. В том числе нужен акцент на самочувствие людей. Почему до людей не доходит это благо, которое формально на бумаге у нас принимается?

Другой вариант, когда идет негативное развитие, то есть все плохо, пока идет снижение, нет роста ВВП и так далее, люди недовольны этим, это все, это практически революция: надо менять власть, надо менять руководство, это правительство не совладает с ситуацией и так далее. Перспектива, так скажем, негативная, но тем не менее возможна. И другой вариант, с которым мы зачастую сталкиваемся, – это тогда, когда идут негативные объективные данные, а люди оценивают, что нормально, все хорошо, все кругом так живут и мы так выживем. Это уже называется стагнацией, и вот в случае стагнации очень сложно потом вырулить на какие-то конкретные реальные действия, потому что люди привыкли к вот этому болоту, к этому негативу, к этой серости кругом, вокруг и так далее, понимаете? И вот это самая такая сложная ситуация, оттуда сделать какой-то рывок, прорыв и так далее очень сложно.

Александр Денисов: Спасибо, Елена Александровна.

Анастасия Сорокина: Подводим итоги нашего опроса, который мы запустили в начале беседы. Вопрос звучал так: «Довольны ли вы своей жизнью?» Результаты неутешительны: только 6% довольны, 94% сказали, что нет.

Александр Денисов: Вначале было 98% недовольных, все-таки чуть-чуть подправили.

Анастасия Сорокина: Да.

Александр Денисов: Спасибо. В студии у нас был Иван Иванович Родионов, профессор Департамента финансов Высшей школы экономики, доктор экономических наук, – спасибо, Иван Иванович. И Елена Александровна Назарова, профессор кафедры общественных связей и медиаполитики РАНХиГС, доктор социологических наук, – Елена Александровна, спасибо вам.

Анастасия Сорокина: Спасибо.

Спасибо, что были с нами. А сейчас небольшой блок новостей.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео